Ролевые модели. У близкого родственника может оказаться такая же биологическая предрасположенность к тревожному типу поведения. Более того, он будет наглядно демонстрировать, как она проявляется. К примеру, один из родителей: • передает ребенку образ мира как чрезвычайно опасного места, где нужны предельная бдительность и осторожность («Никогда не пользуйся общественным транспортом в позднее время, даже если ты в компании»); • демонстрирует паническую модель поведения, когда что-то не ладится в мелочах («Это просто ужасно. Нам никогда не удастся починить навес в саду»); • подает ребенку пример тревожного поведения в ситуациях, где опасность, по общему мнению, не столь уж велика (например, во всех деталях обследует лодку, прежде чем сесть в нее); • проявляет постоянное беспокойство по поводу будущего; • постоянно настроен пессимистически («Какой смысл тратить так много времени на подготовку к пикнику? В прогнозе погоды передали, что завтра возможны кратковременные дожди, так что, возможно, выезд и не состоится»). Если у ребенка и без того есть наследственная предрасположенность, такие «уроки» повышают риск развития тревожной личности. Вместе с тем, если другой родитель или взрослый человек, являющийся для ребенка авторитетом, продемонстрирует ему пример более рационального взгляда на жизнь и заверит его, что мир – не такое уж опасное место при соблюдении некоторой осторожности, риск снижается. Если же у ребенка нет такой врожденной склонности, то влияние родителей, подверженных тревожным настроениям, будет, скорее всего, минимальным.