Печень с овощами.

Целая баранья печёнка.

100–150 г курдючного сала.

500 г лука.

1–2 болгарских перца.

1 зелёный острый перчик.

3–4 помидора.

Пучок кинзы.

Щепотка чёрного перца.

Соль.

Печень порежем небольшими кусочками, ну пусть двух-трёхсантиметровыми, посыплем крупной солью и отложим пока в сторонку. Порежем лук колечками, болгарский перец очистим от семечек и тоже порежем — полукольцами, а помидоры порежем тонко-тонко.[13] Кинзу промоем хорошенько и измельчим.

Хорошо нагреем казан. Порежем сало и вытопим его в казане; снимем выжарки. К этому времени печень надо промыть от выделившейся крови и потом дать стечь всей воде и осушить кухонной салфеткой. Теперь печень осторожно опустим в казан и немедленно начнём её перемешивать.

Через несколько минут, едва только печень вся побелеет и лишь слегка обжарится, укроем её слоем лука, потом помидорами, болгарским перцем и кинзой. На самый верх положим зелёный острый перчик. Теперь убавим огонь до минимума и накроем казан эмалированной миской, на которую водрузим какой-нибудь груз.

Минут через двадцать откроем казан, прибавим огонь до среднего, так чтобы всё интенсивно закипело, посолим и поперчим.[14].

Теперь ещё раз возьмём в руку шумовку и начнём всё перемешивать, отложив в сторонку зелёный перчик, чтобы часом его не сломать — тогда он даст слишком сильную остроту. Минуты через три выкладываем готовую печень вместе с соусом и овощами на круглое большое блюдо. Зелёный перчик положим поверх всего — и понесли! В горячем казане оставлять печёнку ни в коем случае нельзя: пересохнет.

Есть в данном случае лучше всего прямо с большого общего блюда, пока всё не остыло. Хорошо бы к печёнке ещё и горячих лепёшек: их просто вот так обмакнуть в соус — и в рот. Ну и водочки, конечно, из морозильника. А как же?

Если уж мы заговорили о рецептах, в которых использование казана позволяет добиться замечательного результата на основе очень небольшого набора самых простых, доступных на любом мало-мальски приличном базаре ингредиентов, самое время вспомнить ещё об одном удивительном блюде, имеющем на сей раз совершенно точный и определённый географический «район происхождения».

На полпути между славными городами Ташкентом и Самаркандом есть городок по имени Джиззак. Я точно знаю, почему этот городок так называется: дело в том, что там готовят очень вкусное кушанье под названием «джиз». Только произносить это слово лучше как «жиз»: не «и» у него посередине, а «ы», как в русском слове жир — «жЫр». И ещё я точно знаю, почему это блюдо называется «джиз»: при его готовке из казана такое вот и раздаётся — джизззз, жыыыыыз. И порою — ка-ак брызнет! Но как же оно вкусно! Одно только мясо, одна только баранина, без ничего, без излишеств, так сказать, да и готовится очень просто, а получается — ну просто фантастика.

Так вот, неподалёку от этого самого Джиззака, на полпути, как уже говорилось, между Ташкентом и Самаркандом, проезжающим в автомобилях путникам машут руками весёлые каракалпаки (а в тех местах традиционно селятся выходцы из древнего каракалпакского племени, хотя основная масса каракалпаков живёт гораздо севернее, на берегах Арала и в низовьях Амударьи). И машут они руками, чтобы путники остановились, вышли из машин и сели бы на цветастые матрасики перед невысокими столиками — попили бы чаю, поотогнали бы мух и поели бы джизу. Поели бы, облизнули пальчики и поехали бы себе дальше — в Самарканд или Бухару, размышляя: как же они его готовят, этот джиз?

В самом деле, как? Как он получается у них таким вкусным, таким мягким, таким румяным, с такой хрустящей корочкой от жарки? И от чего это он так аппетитно джиззыт и быззжжит, когда его гоняют по казану шумовкой?

Сказать вам честно, я знаю. Потому как проезжал мимо тех каракалпаков и останавливался, завидя призывные взмахи руками. Останавливался, чтоб поесть и расспросить: «Как это вы, каракалпаки, готовите такой вкусный-превкусный джиз? Сознавайтесь, блин, пока не поздно». Ну, они, известное дело, сознались.

— Варим, — говорят каракалпаки, — мясо барашка вот так, а потом обжариваем вот эдак.

— Ээээ, неее! Вы подробности давайте, по-хорошему же вас спрашиваю! — грозил я им пальцем.

— Если барашек молодой — то тридцать минут варим, а если того-с, не первой молодости, то, ясен пень, — час варим! — вяло отбрёхивались добрые каракалпаки.

А потом вдруг каракалпаки возьми да и спроси меня:

— Скажи, начальник, а СССР ещё будет?

— Будет! — ответил я и пожал своими чистыми руками дружественно протянутые руки каракалпаков. Холодный мой разум при этом приготовился фиксировать детали и подробности приготовления джиза, а горячее сердце забилось пуще прежнего в предвкушении от встречи с прекрасным.

Расспросил всё, разузнал, но… что-то никак не получалось у меня собраться и приготовить джиз дома. И вот однажды я всё-таки сделал это! Интересно вам, как я готовил джиз дома? Тогда слушайте.