ГЛАВА 3. КАК ЛЕГИРОВАЛАСЬ СТАЛЬ.

ГЛАВА 3.1 ГЛАМУРНЕНЬКО. Или. ЛАСТЫ НА КАБЛУКАХ.

Когда у Стива Джобса спросили, в чем секрет успеха операционной системы Мас0S X, он ответил; «Мы сделали такие красивые кнопочки, что их хочется лизнуть».

С чем-чем, а дизайном у Аррlе всегда было все в порядке. Компьютеры от Аррlе хочется потрогать, взять в руки и не отпускать. Вероятно, не в последнюю очередь именно поэтому любители стильных штучек так ждали, когда же Аррlе сделает еще и мобильный телефон.

Плееры семейства iPod (iPod в сапогах) тоже похожи на конфеты.

Всякий мужчина из крупного города в возрасте за тридцать, относящийся к племени «белых воротничков», должен иметь в своем гардеробе смокинг.

Приобретя такой наряд однажды, вы окупите его множество раз. Покупая смокинг, вы как бы доказываете себе, что перешли к новому этапу в жизни.

Надев его, вы возвещаете миру, что относитесь к своему имиджу с особым вниманием.

А если вы этого не делаете, тогда вы всем даете знать, что не можете себе этого позволить или – что еще хуже – вам на это наплевать.

Главный культурный тренд – крестовый поход против гламура.

Антигламур стремительно захватил медиа.

На первый взгляд, это кажется странным – ведь медиа по определению должны быть гламурными.

Условный гламур всегда должен быть строен, загорел и в костюме.

На его руке должны быть дорогие часы, а его прическа должна стоить четыреста долларов – а иначе, зачем смотреть в телевизор, когда достаточно посмотреть на собственного мужа?

«Мордашка ты эдакой». Чичиков

А еще гламур завидует.

Протяжно и тоскливо завидует.

Завидует гламурным и ненавидит их за то, что такие.

Вот это и есть тот самый искомый и настоящий, без примесей истинный антигламур.

Но здесь все дело в том, каков антигламур.

А антигламур гламурен.

То есть, который действительно антигламурен.

То есть не разбирается в марках одежды, не ест на завтрак вестфальского хлеба с джемом из кумквата (что это?), и (о, ужас!) ходит в кроссовках за пределами фитнес-зала.

Такой человек не нужен – публике он неинтересен.

Публике интересны другие люди.

Не такие, как публика.

Это называется диалектика. Единство и борьба противоположностей. Гламур борется с самим собой посредством антигламура.

А антигламур (молодой человек с коротко стриженой головой из города Усть-Пердюченска) борется с самим собой с помощью гламура.

Мальчонка развит не по годам, подкупает своей непосредственностью.

На нем пусть дешевые, купленные у вьетнамцев на вещевом рынке брюки и туфли, но они чисты, как слеза младенца, как утренняя роса, как стразы Swarovski.

На нем аккуратная турецкая дубленка с меховой оторочкой (я правильно употребляю термин?), и он пользуется одеколоном. Пусть поддельным и тоже дешевым, но он им пользуется!

Он чисто выбрит,

А его «Жигули» издают такой рокот, что «Ferrari» Михаэля Шумахера отдыхает.

Между этими гламур-антигламурными крайностями живут так называемые «нормальные люди».

Нормальные люди ходят в том, в чем им удобно, едят то, что им нравится, не украшают себя запахами и блестящими штучками (как говорит один мой знакомый: «люблю я эти штучки»), не впадают в панику от пятнышка на ботинках и уверены, что шампанское «Cristal» делается на ликеро-водочном заводе «Кристалл».

Нормальные люди не стремятся, как наш знакомый уже юноша из Усть-Пердюченска, выглядеть подобно, они не делают дырок в глушителе своей десятилетней «Ауди-100» и искренне не понимают, зачем покупать водку за сто рублей, когда можно купить и за семьдесят.

Новое сознание требует новых богов. Нет, не заоблачной эфемерной красоты, не утонченности и шарма. Да и откуда бы подобным запросам взяться? Поэтому выставляемое напоказ богатство выглядит столь гротескно и убого, что становится объектом всеобщих насмешек, а не прекрасной сказкой, не образцом для подражания.

Во всяком случае, поначалу.

Вспомните пресловутые малиновые пиджаки, золотые цепи («с гимнастом») в палец толщиной, только-только появившиеся мобильные телефоны размером с небольшой гроб (первый такой зазвонил в Санкт-Петербурге в 1992 году).

Модные собачки – и те сплошь бойцовых пород, мощные и злобные: бультерьеры, стаффордширы, питбули. Которых в западных странах аккурат в это же время запрещают для разведения как социально опасных... Тоже, в общем-то, гламур, только уж слишком жесткий. Что неудивительно.

Грезы рыжего мордатого мальчиша-плохиша, еще одного моего знакомого (который сколь рыж, столь и мордат): бочка варенья и корзина печенья – да и только.

Разнузданная, кричащая роскошь, стремление направо и налево сорить деньгами – это всегда признак истерики. Когда человек понимает: сегодня ты без пяти минут властелин мира, а завтра, с очень большой степенью вероятности, тебя пристрелят или отправят на скамью подсудимых. Поэтому надо спешить, брать о жизни по максимуму, прямо здесь и сейчас. И плевать на то, как это выглядит со стороны...

Один мужик, звали его Аристотель Онассис, как-то сказал:

«Старайтесь в любое время года иметь ровный загар: в глазах влиятельных персон загорелое лицо ассоциируется с нестесненностью в средствах и возможностью отдыхать на популярных горных курортах. Старайтесь посещать только самые дорогие питейные заведения, даже если денег вам хватит только на самый дешевый напиток, и непременно обретайтесь только в самом фешенебельном доме – пусть вам придется довольствоваться в нем самым темным закутком».

Американская мечта по-русски: из грязи в князи – на счет раз. Минуя за ненадобностью и отсутствием времени всякие там исторические промежутки, необходимые для возникновения настоящей аристократии.

А «исторические промежутки» необходимы (просто «исторически»).

Да, а мужик тот – помер, точно говорю.

ГЛАВА 3.2 МУЗА ОТСТРЕЛИВАЛАСЬ или 1.000 у.е. ПОД ВОДОЙ.

«Когда собаки молятся, с небес падают кости». Сергей Шнуров

Шанс просто упадет в твои ладони. Если ладони подставить, когда шанс начнет падать.

Если подняться на самолете на высоту 10.000 метров и выпрыгнуть без парашюта, пытаясь выиграть схватку с гравитацией, парашютиста ждет разочарование. У него не получится побороть силы природы, он лишь подтвердит теорию.

А я, между прочим, не согласен с «законом Ома для участка цепи». Могу даже сунуть пальцы в розетку.

Точно также и с законами жизни. Необходимо учиться на них и подстраиваться под них. Это называется ростом и это один из первых уроков, которому необходимо научиться в бизнесе.

Вот, к примеру, длинная и забавная история.

Скорее длинная, чем забавная.

Это поучительная история.

Это интересная история.

Это странная история.

Это хорошая история.

Это хитрая история.

Дамы, приготовьте платки, это история, которой нет печальнее на свете.

Много лун назад, когда авт... некто был директором коммерческой сети регионального представительства одной, в то время, время приличной фирмы, к которой он до сих пор испытывает чувство признательности, произошло вот что.

Как-то под самый Новый год он получил на руки двадцать один доллар, вместо ожидаемой, скажем, так, уже привычной приятной четырехзначной цифры – «мечты идиота».

Это произошло из-за ошибок в проводимой автором политики руководства.

Как бы то ни было.

Вполне достойно отпраздновав Праздник Великой Иллюзии, уже второго января, авт... некто обнаружил, что деньги, вроде бы как закончились.

Закончились, вроде бы, как и продукты.

В холодильнике повесилась последняя мышь.

Деньги, естественно, не появились и третьего и четвертого января. Поэтому в эти два дня страдалец попивал кипяточек и утешал себя тем, что пост еще никому не повредил.

На третий день поста, он решил, что положение его чрезвычайное, и вскрыл первую семисотграмммовую банку консервированных абрикос.

А цены сочетались с его бюджетом, примерно как библейский верблюд с игольным ушком.

Деньгам появиться в первые дни нового года взяться было, просто немыслимо, по определению.

Занять у кого-нибудь, из более чем двухсот менеджеров-консультантов, находящихся в его подчинении, просто немыслимо, по определению.

Поэтому десять дней подряд вскрывались банки с шершавой мякотью в приторном сиропе, которая комом в горле до сих пор.

И все десять дней подряд, щелкая зубами, щелкал по клавишам пишущей машинки, (это было еще в его докомпьютерную эпоху) в холодной квартире, и переосмысливал окружающую реальность, данную ему кем-то в ощущения.

Вывод напрашивался сам собой – не надо было «щелкать клювом».

В середине января, когда страна, наконец, вышла из «штопора», и авт... некто разговелся, появился первый вариант нетленки.

Если кто-то думает, что эта история из разряда «шоколадок, омытых слезами» для «голодной малютки», то это не так.

«Мы сами должны стать теми переменами, которые мы хотим видеть в мире». Махатма Ганди

С тех пор, когда заходил разговор о мотивации и самомотивации, автор, как правило, отвечал: «Меня мотивировать – не надо.

Я сам, кого хошь замотивирую.

У меня очень хорошая мотивация – кушать очень хочется».

И это правда.