Иван Иванович.

Санчес не привык к утренним звонкам на свой новый индонезийский номер. В Москве его никто не знал, а в офисе у Глеба все прекрасно понимали, что работающий в основном по ночам Санчес раньше полудня не просыпается. Поэтому надрывная трель долго не могла вырвать его из глубокого сна.

– Александр Витальевич?

По имени-отчеству к нему никто не обращался с тех времен, когда он прятался от военкомата. Ничего хорошего это не предвещало.

«Нашли, достали!» – Санчеса охватила паника. Первой реакцией было повесить трубку, но он здраво рассудил, что скрываться уже бесполезно. Если они знают номер, то могут стоять за его входной дверью с пистолетом, завернутым в полотенце. Хотя… Если бы хотели убить – убили бы уже, зачем звонить.

Он просто молчал и слушал.

– Меня зовут… Иван Иванович, я работаю в компании «Триумф Капитал». Помните такую? Когда-то ваша компания сотрудничала с нами.

Санчес упорно молчал.

– Алло, вы меня слышите?

– Да, – тихо ответил Санчес, чтобы невидимый киллер за дверью не мог его услышать.

Его била тяжелая болезненная дрожь, на грани нервного припадка. Он боялся пошевелиться, не говоря о том, чтобы встать. Он вдруг отчетливо услышал шорохи и в красках представил, как подходит к дверному глазку и умирает бездарно и позорно. Так прощаются с жизнью в кино, получив пулю в глаз через дверной глазок. Он глубоко вздохнул и взял себя в руки.

«Если мне суждено умереть – сделаю это хотя бы в штанах», – сказал он себе и заметался голышом по комнате в поисках белья.

– Возможно, мой звонок покажется вам странным, – продолжал незнакомец спокойным голосом. – Ваш телефон дал мне Анатолий…

Санчес в одних трусах замер посреди комнаты.

– Я также только что разговаривал с Гришей, он разрешил мне побеспокоить вас в столь раннее время.

Санчес сел на кровать, ударив себя в лоб кулаком. Опять Гриша ведет себя как ребенок! Собеседник, видимо, услышал шлепок и обеспокоенно спросил:

– У вас все в порядке? Может, я в неудобное время?

– Все отлично, я вас слушаю внимательно, – уже не таясь, сказал Санчес.

Джеймс Бонд за дверью тут же превратился в шумную неряху-уборщицу и перестал представлять для Санчеса какую-либо опасность.

– Мы могли бы с вами встретиться? Желательно – сегодня…

– Видите ли, я…

– Знаю, я сейчас в гостинице «Нуса Дуа». Я тут проездом, всего на пару дней. С неофициальным визитом. Пытаюсь отдохнуть, так сказать. Меня наши общие знакомые попросили встретиться и обсудить ряд вопросов…

– Что за знакомые?

– Анатолий. И другие… друзья.

– Я бы хотел узнать предварительно, о чем пойдет речь.

Санчес посмотрел на свое отражение в зеркале. Так ему было легче управлять своим голосом и не дать ему дрогнуть.

Собеседник помолчал, видимо, рассуждая, какой частью информации можно поделиться по телефону.

Потом вздохнул и начал говорить:

– Наши общие знакомые… Другие. Которые нехорошие. Доставили много головной боли некоторым… большим мальчикам. Взяли их игрушки без разрешения. Мы с этим вопросом разбираемся. Мы – в смысле хорошие. И готовим большой ай-яй-яй. Для плохих. Вы единственный обладаете уникальной информацией. Для нас она была бы очень полезной. Для того чтобы ай-яй-яй получился качественный. И справедливый. Понятно?

– Вы можете задать мне любые вопросы по электронной почте, – холодно заметил Санчес. Его все еще трясло.

– Александр, мы же взрослые люди. Если бы мы хотели сделать вам что-то плохое – мы бы давно это сделали. Найти вас несложно. Мы как раз опасаемся, что они… плохие… захотят до вас добраться. Я не хочу пугать вас, ни в коем случае! Кроме того, мы можем обеспечить вашу безопасность. Будьте благоразумны. Анатолий передавал вам привет и наилучшие пожелания.

– Я сейчас ему позвоню.

– Хорошо, он ждет звонка. Потом позвоните сразу мне, номер у вас высветился. Я буду ждать вас в холле своей гостиницы.