Венчурная истерия.

Полина висела на плече Санчеса и покусывала его ухо, тоскливо глядя в экран монитора, где «ИРА» строила замысловатые сюжеты, понятные только избранным. Полине было скучно, она хотела внимания и потому, отчаянно пытаясь вырвать возлюбленного из замкнутого круга добровольного научного заточения, вдруг подала очень ценную мысль:

– Милый, а отправьте свою идею на какой-нибудь конкурс венчурных проектов. Я слышала, сейчас их много расплодилось. Зворыкинский проект, Российская венчурная компания, что-то на Селигере, связанное с инновациями, затевается. Вам нужно заявить о себе, хватит в келье своей прятаться!

Идея понравилась. Гриша с Санчесом написали краткую научную заявку, приложили примеры наиболее интересных и занимательных информационных рифов, построенных виртуальными амебами, и отправили в оргкомитеты всех известных им научных конкурсов.

Ни в одном из них они даже не попали в списки финалистов, идея оказалась слишком революционной и непонятной для членов жюри. Однако несколько раз об их проекте упомянули как о научном курьезе. По координатам, указанным в заявке, к ним обратились несколько журналистов. Прислали вопросы по почте. Получив ответы, попросили о встрече. Вышла интересная статья на IXBT. Ее перепечатали около десятка онлайн-изданий. Появился обширный материал на «Хабр-хабр», отсылающий читателей к научным первоисточникам Гриши, пылящимся на заброшенных сайтах НИИ ПСУ. После этого за неделю Санчес роздал около десятка интервью разным журналам, включая «Бизнес», CIO, РБК.

Кульминацией стала статья в русском Forbes. Улыбающаяся на полстраницы физиономия Санчеса украшала большую, пятистраничную статью, посвященную новым системам управления предприятием на основе искусственного интеллекта. С легким юмором и иронией, но достаточно увлекательно, автор описал светлое будущее корпоративного управления на примере западных разработок и плавно подвел свой рассказ к исследованиям, которые вела «группа энтузиастов под руководством известного исследователя Григория Долгова и молодого талантливого выпускника физтеха Александра Санина».

В статье вскользь было сказано, что свои исследования Григорий и Александр проводят вечерами, а днем они – успешные основатели компании Lab34, занимающейся разработками программ и сайтов по заказу крупных корпораций.

На следующий день после появления в продаже этого номера со статьей в офисе Lab34 начали раздаваться звонки. Люди спрашивали про «ИРУ», просили провести презентацию проекта, рассказать более подробно про систему лицензирования… Кто-то угрожал страшным судом. Кто-то просился на работу. Позвонила консультационная компания, предложив свои услуги в привлечении венчурных инвестиций для развития проекта. Секретарша, пребывая в полной растерянности от отсутствия четких инструкций, как заведенная куколка из музыкальной табакерки все время повторяла ласковым звонким голоском: «Он вам обязательно перезвонит».

Роби вызвал Санчеса на разговор. Санчес готовился к худшему – он совершенно не ожидал подобного ажиотажа. Просто пытался немного привлечь внимание. Выяснилось, что Роби вовсе не собирался ругаться. Совсем наоборот. Он был крайне обходителен и внимателен, попросил более подробно рассказать про технологию, покачал головой, сокрушаясь, что не смог увидеть в свое время презентацию Гриши и оценить весь потенциал разработки.

– Что будешь делать с технологией? – спросил он Санчеса, заглядывая в глаза.

Санчес взгляд не выдержал и глаза опустил. Он не был готов к такому повороту событий. То технология никому не нужна, все вокруг смеются и плюются. То вдруг она превращается в бесценный актив. Самое обидное, что ничего не изменилось. Единственное отличие состояло в том, что банальности, которые последние двадцать лет талдычил Гриша, теперь пересказали своими словами журналисты, а редакторы неожиданно пропустили их материалы в набор.

– Твое право развивать технологию самостоятельно. Вы с Гришей ее изобрели, вырастили. Вам и карты в руки… – Он помолчал. – Хотя надо еще внимательно проанализировать, насколько для ее успеха использовались ресурсы Lab34.

– Роби, я буду только рад, если мы признаем «ИРУ» собственностью компании! Я понимаю и уважаю скепсис, с которым Димыч и ты относились к нашим исследованиям последние полгода. Никаких обид. На самом деле, и сейчас технология слишком сырая, придется еще много повозиться, вложить деньги, чтобы превратить ее в хороший коммерческий продукт. С Гришей я поговорю. Он немного обижен на Димыча, но мы утрясем этот вопрос. Гриша легко отходит.

– Лады. На Димыча у меня есть механизмы воздействия. С инвестициями я тоже проблем не вижу. Поговорю с парой знакомых. Если у вас все так, как пишут в газетах, то деньги будут быстро. Много надо?

Санчес снова оказался не готов к вопросу. Он замер с раскрытым ртом. Сколько раз они с Гришей детально обсуждали развитие «ИРЫ» и необходимые ресурсы, но ни разу не удосужились выразить эту потребность в конкретной денежной сумме..

– Миллионов… пятьдесят… – неуверенно протянул он.

Лицо Роби вытянулось от удивления.

– Рублей! – поспешно добавил Санчес.

Уже выходя со встречи, он обернулся и весело сказал:

– Только компании придется вернуть мне все потраченные за эти месяцы на разработку собственные деньги… Там только пива тысяч на сто выпито!