Информация на выходе из массового сознания.

Взгляд на процесс приема и оценки в целом.

В ходе Всесоюзного исследования аудитории информационных средств коллективом сектора изучения «Общественного мнения» в 1977 г. были заданы вопросы об оценке опрашиваемым возможностей, существующих в регионе проживания респондента и в развитых капстранах: 1 – для получения образования, профессии, 2 – для получения работы по специальности, 3 – для отдыха, физического развития, удовлетворения культурных потребностей, 4 – для получения квалифицированной медицинской помощи[118].

Рис. 5.6. Соотношение веса информации по знаку в потоках принятой информации о капстранах и СССР в 1977 и 1990/91 гг. (в % к числу контактов с сообщениями; n₁₉₇₇ = 35362, _n1990/91 = 56584).

В 1990/91 гг. в последнем Всесоюзном исследовании я задал аналогичные вопросы по расширенному кругу сфер жизни, восполнив недобор информации 1977 г.

1. Для оценки была взята макроструктура жизнедеятельности. Кроме четырех названных сфер, были добавлены еще пять. Выяснялись возможности: 1 – для достижения материального благополучия и устроенного быта, 2 – для создания здоровой семьи, рождения и воспитания детей, 3 – для самосовершенствования и духовного развития, 4 – для осуществления своих политических гражданских прав и свобод, 5 – для создания здоровой природной среды обитания.

2. Оценка возможностей давалась не только по всем девяти макроструктурным сферам в развитых капстранах и в регионе проживания респондента, но и по СССР в целом. С тех пор оценки возможностей по этим же параметрам в регионе проживания опрошенного были получены мной трижды: в 1994 г. – у взрослого населения и школьников г. Касимова при исследовании проблем образования, в 1999 г. – у избирателей Петербурга перед выборами, в 2004 г. – у московских старшеклассников и их родителей. Мы имеем, таким образом, девять стандартных оценок жизни в регионе в четырех временных точках с 1990 по 2004 гг. и четыре сравнимых оценки в двух точках за 1977 и 1990/91 гг. Начнем с последних.

Рис. 5.7.Оценки возможностей населения в развитых капстранах и в СССР по региону, где проживает опрашиваемый в 1977 и 1990/91 гг. (В средних баллах; _n1977 = 9366, _n1990/91 = 9672).

На рис. 5.7 приведено соотношение средних оценок населением соответствующих возможностей в четырех сферах жизни на Западе и в регионе проживания за 1977 и 1990/91 гг. Значения оценок, проставленные на столбцах диаграммы, повторяются в табл. 5.3. Оценка давалась опрашиваемым по 5-балльной системе и рассчитана здесь без затрудняющихся ответить. Тут бросается в глаза практически соответствующее структурным изменениям в потоке принятой информации изменение оценок мнений людей. В самом деле, в 1977 г. общественное мнение СССР в целом (выборки перевзвешены на генсовокупность) проставляло Западу за возможности человеку «развернуться» твердые «двойки», тогда как в своем регионе проживания оценивало возможности на «четыре», исключая возможности для отдыха (3,68 балла) и несколько снижая оценку сферы здравоохранения (3,99 балла). В 1990/91 гг. картина резко меняется. Теперь Запад ходит в твердых «хорошистах», подтягиваясь по возможностям отдыха и здравоохранения в «отличники», а СССР «снижает успеваемость» до «троечника», который тянет на «хорошиста» в возможностях для образования и получения работы. Противоречивость мнений людей очевидна в низкой оценке Запада по параметру получения работы по специальности. Здесь Запад отстает, но «живет все равно лучше нас».

В целом, если брать все поле оценок без поставивших «0», т. е. не давших ответа, средняя оценка Запада по 4 сферам за 14 лет поднялась больше чем в два раза (с 1,93 до 4,16), а оценка СССР по этому параметру упала с 3,98 до 3,16.

Два частных замечания, исходя из рис. 5.7 и табл. 5.3.

1. Доля людей, поставивших оценки (это доля информированных по оцениваемому параметру людей), в 1977 г. колеблется по региону проживания возле 90 %, а по странам Запада – около 60 %. В 1990/81 гг. эти доли начинают составлять соответственно около 65 % и 45 %. При этом доля тех, кто оценивает состояние дел в нашей стране в целом, каждый раз (по каждой сфере) выше, чем доля оценивающих возможности в регионе. Следовательно, сокращению поля приема сообщений соответствует не только сокращение институциональной «оболочки» информационных источников о международной жизни (что было уже отмечено), но и сужение полей информированности, а также возможностей выявить мнение людей.

2. Оценки страны в целом по четырем сферам везде выше, чем оценки возможностей в регионах. Ухудшение жизни на местах в глазах населения еще не являлось коллапсом общества в целом. Напомним, что хотя производственная структура находится накануне искусственно катализируемого политиками краха, она еще не окончательно разрушена[119]. В целом картина детализирует некоторые аспекты социальных карты в табл. 3.6 и 4.1.

Если взглянуть на распределение числа людей по конкретным оценкам во всем поле оценок по всем четырем сферам жизни (табл. 5.4), станет еще более заметна резкость, констрастность перемены, происшедшей за 15 лет. Поле оценок Запада просто переворачивается зеркально, а по региону и стране на 1990/91 гг. – близко к зеркальному перевороту, пока что концентрируясь возле средних оценок. Что же получается? Принятая информация четко формирует соответствующий образ в общественном мнении? Однако все не так просто.

Прежде всего анализ принятой информации по знаку освещения той или иной сферы жизни показывает, что прямого соответствия положительного и негативного освещения в газетах и положительной и отрицательной оценки в общественном мнении по какой-либо сфере не наблюдается. Это значит, что общественное мнение не «зомбируется» на выходе. Образно говоря, если массовое сознание – «черный ящик», то поток созданной информации входит в него более или менее (надо еще разобрать, где более, а где менее) пропорционально. А вот выход из «черного ящика» не предопределен. Люди отнюдь не заводные игрушки потоков масс-медиа. Кроме того, для сравнения взяты лишь четыре сферы (других сфер в 1977 г. исследовано не было), а значит, картина фрагментарна.

Чтобы рассмотреть этот процесс и в целом, и в деталях, нужно проделать на располагаемых нами данных три операции.

1. Сравним знаковые доли информации о международной и внутренней жизни в потоках принятой и отвергнутой информации газет «Правда» за 1977 г и «АиФ», «КП» и «Правда» за 1990/91 гг., рассматривая процесс приема в целом.

2. Сравним по каждой газете знаковые доли информации о международной и внутренней жизни и в содержании «АиФ», «КП» и «Правда» в 1990/91 гг. и в потоках принятой из них информации; рассмотрим в обоих случаях силу и вектор отклонений долей и в созданном, и в принятом, и в отвергнутом потоках.

3. Проверим точки разброса и концентрации в поле мнений людей о возможностях жизни регионов по всей выделенной макроструктуре оцениваемых сфер, начиная с 1990 г. и кончая 2004 г. с промежуточными контрольными замерами в 1994 и 1999 гг. в Касимове и Петербурге (т. е. по 9 сферам).

Детализация приема в 1977-1991 гг. и последующие оценки населения.

На рис. 5.6 мы видели соотношения потоков принятой информации о жизни капстран и СССР по знаку принятого. Мы сравнивали информацию на входе в обыденное сознание по признакам «они – мы», освещение «позитивное – негативное», «начальная точка – 1977 г., конечная точка – 1990/91 г.». Но мы не видели при этом, беря поток принятой информации в целом, силу и значимость отклонения в приеме по этим признакам. Для этого надо сравнить и принятую и отвергнутую информацию. Это сделано в табл. 5.5. Здесь мы проявляем уже отмеченные флуктуации в приеме. Характер приема информации в отношении знака ее в зависимости от локальности объекта за 15 лет полностью изменяется. Теперь заметны не только соотношения удельных весов в потоках и принятой и отвергнутой информации, но и тенденции их отклонений, по которым сразу же видны оперативные приоритеты информационных потребностей населения.

В 1977 г. аудитория «Правды», составлявшая более 20 % взрослого населения, тяготела к приему информации, негативно оценивающей как жизнь капстран, так и жизнь СССР, со значимым увеличением приема очень строго дозированной сбалансированной информации о нашей стране. В 1990/91 гг. аудитория трех газет, составлявшая 85 % того же населения (причем сразу две газеты читало около половины этой аудитории) не меняет своих потребностей в отношении знака информации о стране, но усиливает прием информации, положительно освещающей жизнь капстран, отвергая при этом негативную информацию об их жизни. Все это мало что значило бы, если б не резкая перемена структуры информационных потоков по знаку в анализируемых каналах. В одночасье «у нас» стало все плохо, а «у них» – все хорошо. Вообще-то так не бывает – в принципе, не говоря уже о том, что поляризация по знаку всегда настораживает стандартизацией содержания, которая неадекватна параметрам освещаемого предмета. Аудитория прекрасно это чувствует и ищет на информационном рынке разнообразные материалы для сопоставления различных сторон явлений. Это хорошо видно в отклонениях принятых потоков у трех газет, каждая из которых вносит свой индивидуальный «качественный» вклад в общую картину.

Не могу не отметить с сожалением нерепрезентативность в исследовании потока информации «КП», материалы которой по весам сообщений и по реализованным интересам читателей демонстрируют «знаковую» лояльность по отношению к освещению жизни в собственной стране. Но и без «КП» картина дифференциации ориентаций редакций и реального приема из различных каналов получается захватывающая.

Из сопоставления отклонений весов сообщений о жизни мира и страны по знаку освещения в рядах опубликованных и прочитанных материалов следует, что стратегия редакции «Правды», нацеленная на положительное освещение международных событий, встречает более положительный прием в аудитории, чем стратегия «АиФ», нацеленная на отрицательное освещение тех же событий (ср. соответствия знаков отклонений в ряду публикаций и читаемого). Нейтральная (без знака) информация «АиФ», на которую редакция ориентирована не в самой большой степени (+), принимается аудиторией более интенсивно (+++). А вот сообщения «АиФ» о жизни СССР с отрицательным знаком (++) принимаются аудиторией с меньшим энтузиазмом, чем они печатаются в редакции (+). При этом сбалансированные редакцией «АиФ» сообщения, которым она уделяет внимание «в среднем» (+ -), принимаются с большей интенсивностью (+), чем печатаются. С еще большей интенсивностью принимаются и нейтральные сообщения о внутренней жизни страны, на которые редакция «АиФ» идет неохотно (-), тогда как потребности аудитории в этой информации ярко выражены (+++). Нерепрезентативная положительная информация «КП» о внутренней жизни страны также идет «нарасхват» (+++). Сбалансированная и нейтральная информация «Правды» имеет «уменьшающийся спрос» (отклонения в «+ -» по сбалансированному знаку в опубликованном ряду на «-» в принятом, «+» по нейтральной информации в опубликованном ряду на «– – -» в принятом).

Все это говорит о том, что аудитория тяготеет к взвешенным оценкам и отвергает крайности, а также излишне поляризованную по знаку информацию. Она отрицательно относится к идеологической клишированности отдельных каналов и отдельных параметров освещаемой реальности. Однако полученная картина говорит об ориентациях аудитории на входе информации в точке информационного приема, но ничего пока не говорит о влиянии структуры содержания текста на «выходе» информации, рассмотренном хотя бы в плане изменения оценок населения в зависимости от приема информации той или иной газеты.