ВЕСЕЛЫЕ ПРАЗДНИКИ.

Каждый месяц в России случается какой-нибудь праздник, если не большой, то маленький. О январе и декабре я не говорю, даже в то время, когда мы не имели продолжительных новогодних каникул, люди все равно начинали работать в полную силу только после десятого числа первого месяца года. В феврале есть 23-е число, праздник для военных, но женщины считают своим долгом поздравить в этот день всех мужчин, включая и тех, кто видел оружие только в кино. Восьмого марта цветы и подарки получают женщины. Затем подкатывает апрель, вроде особых дат в нем нет, но чаще всего именно в этот период народ отмечает Пасху. Великий пост соблюдают не все, а вот крашенные яйца и куличи присутствуют на столах даже у тех, кто в Страстную неделю лопал котлеты и плясал в ночном клубе.

Первая половина мая никогда не бывает трезвой, сначала отмечает праздник всех трудящихся, к которому охотно присоединяются и бездельники, затем 9 мая… Можно я не буду продолжать дальше?

С течением времени у нас появилось еще больше выходных. Россия – единственная страна, в которой, кроме Нового года, празднуют еще и старый Новый год. Ну-ка попробуйте объяснить иностранцам, что это за радость такая? Я один раз попыталась растолковать Анри Фонтене про изменения в календаре, произошедшие после большевистского переворота, но француз хлопал глазами и бубнил:

– Это же когда было! Почти сто лет назад! Вы что, празднуете и день, когда русских крестьян освободили от крепостного права?

Нет, мы не отмечаем ту поистине великую веху российской истории. Просто не додумались, а то имели бы еще один праздник. Зато у нас есть 7 ноября, день Октябрьской революции, сей факт тоже изумлял Анри.

– Как можно отмечать в ноябре октябрьские события? – недоумевал он.

– Мы привыкли, – заулыбалась я.

– О загадочная русская душа! – заявил Анри. – Очень хорошо помню, как приехал в Москву десятого марта, позвонил русскому бизнесмену, с которым договаривался о встрече, а его секретарша ответила: «Петр Иванович отмечает Восьмое марта, выйдет на службу двенадцатого».

И что я могла возразить Анри? В Париже красный день календаря длится, как и положено, одни сутки. А у нас две недели. Первую семидневку мы готовимся к радостному событию, а потом лечимся от его последствий.

И похоже, российским женщинам повезло больше, чем всем остальным дамам на Земле. У нас теперь два праздника, когда мы получаем подарки от любимых: 8 Марта и день Святого Валентина. Никакие слова о том, что вышеупомянутый Валентин принадлежит к католической церкви и не имеет к нам, православным, никакого отношения, на меня не действуют. В конце концов, Сусанна Нойман и Фарида Бекленбекова получают 14 февраля презенты, а между прочим, первая иудейка, а вторая мусульманка. Дело не в вероисповедании, а в любви. Вот, пожалуйста, и продемонстрируйте мне ее во всем объеме. Я хочу видеть материальное воплощение чувств!

Жадность во мне сочетается с предусмотрительностью, будучи более двадцати лет замужем, я отлично понимаю: хочешь получить от супруга подарок, не забудь напомнить ему о грядущей дате. Поэтому в прошлом году тринадцатого числа я прямо заявила:

– Завтра день Святого Валентина.

– И что? – испугался муж.

– Не надо покупать мне дорогие подарки, – фальшиво-смиренно сказала я, – можешь обойтись простым сувенирчиком.

На лице мужа появилось паническое выражение. Все правильно, он забыл про праздник всех влюбленных или вообще не знал про него. Ничего, у супруга есть еще сутки, вполне хватит времени, чтобы зайти в ювелирный магазин и приобрести браслет, цепочку, серьги. В конце концов, я обрадуюсь и коробочке конфет – «мне не дорог твой подарок, дорога твоя любовь».

14 февраля в девять утра меня разбудил странный запах, я открыла глаза и уже хотела недовольно спросить, кто разлил в спальне средство от моли, но не успела произнести ни слова, потому что увидела мужа. Он держал в руках поднос, на котором стоял стакан, наполненный темно-красной жидкостью.

– С праздником, – радостно возвестил он, – пей на здоровье!

– Это что? – спросила.

– Мой подарок! – гордо заявил любимый. – Вчера я прочитал в журнале совет: «Вашей жене понравится глинтвейн, поданный утром в кровать. Дарить бриллианты пошло! Лучше преподнести нечто, сделанное собственноручно».

– Небось издание было рассчитано на мужчин, – промямлила я, в ужасе глядя на хрустальный бокал, – ни один ежемесячник для женщин такой глупости про бриллианты не опубликует. А рецептик глинтвейна тоже оттуда?

– Тебе не нравится? – поник муж. – Я так старался!

Я схватила стакан – нельзя расстраивать мужчину, который впервые в жизни заставил себя войти на кухню. Он и впрямь очень старался, нашел газовую плиту и даже зажег ее, взял кастрюлю…

– Сейчас попробую, – пообещала я, – но все же скажи, из чего ты приготовил питье? Запах… э… очень аппетитный.

– Я ни на грамм не нарушил рецептуру, – с дотошностью педанта начал делиться секретом супруг, – корица на кончике ножа, гвоздика, ломтики яблока, апельсина, чуть-чуть красного сухого вина. Не сомневайся, я приобрел самое лучшее, и…

Тут муж закашлялся, я схватила стакан и выпила одним махом. Вообще-то я не люблю спиртные напитки, но что плохого случится от глинтвейна? В нем вина немного. По пищеводу прокатился огненный ком огня, упал в желудок и загорелся там жарким костром. Я замерла с выпученными глазами. Что это было? Ни одно сухое вино не может произвести эффекта разорвавшейся бомбы.

Муж перестал кашлять.

– И стопятьдесят граммов водки, – радостно закончил он, – журнал обещал, что любая женщина лишится чувств от восторга.

Я упала в подушки и отключилась. Составитель рецепта не обманул. Я таки лишилась чувств, день Святого Валентина выпал из моей памяти, а пятнадцатое число ознаменовалось самым сильным похмельем, когда-либо испытанным бедной Дашуткой. Муж добился нужного эффекта: глинтвейн к дню Святого Валентина жена не забудет никогда.

Праздник – это всегда еще и застолье. Но если гулять на все красные даты, то разоришься на одних деликатесах. Поэтому в нашей семье отмечают дни рождения, Новый год и Пасху.

Вот о том, как лучше организовать эти праздники, я сейчас и расскажу.