Глава шестая. РАБОТА СОВЕТСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В ГОДЫ ВОЙНЫ.

С первых же дней Великой Отечественной войны встал вопрос о необходимости быстрой и оперативной перестройки советской экономики на удовлетворение нужд фронта. Партия и правительство провели ряд важных мероприятий, целью которых было перераспределение материальных, финансовых и людских ресурсов в народном хозяйстве, чтобы максимально усилить и укрепить военную промышленность⁷⁰⁹. Это имело большое организующее значение в перемещении народного хозяйства на Восток, мобилизации хозяйственных ресурсов на развитие военной промышленности и военного хозяйства в целом, так как в современной войне военная промышленность тесно переплетается с другими отраслями народного хозяйства.

Главным звеном в преобразовании народного хозяйства являлась перестройка промышленности. Надо было как можно быстрее увеличить выпуск продукции на военных заводах, перевести гражданское машиностроение на военное, подчинить работу тяжелой индустрии — основы военной промышленности — интересам последней, организовать изготовление продукции для фронта на предприятиях легкой, пищевой и местной промышленности. Доля продукции, используемой на военные нужды в промышленности, возросла с 26% в 1940 г. до 68% в 1942 г.^710.

Перестройка промышленности осложнялась временной потерей важных экономических районов (Донбасс, Приднепровье и др.), необходимостью эвакуации промышленности и населения, нарушением сложившихся экономических связей.

Огромные масштабы планомерного перебазирования промышленности на Восток, пуск предприятий в исключительно короткие сроки были возможны лишь в условиях социалистического строя, в условиях общественной собственности на средства производства и планового руководства народным хозяйством.

1. Капитальное строительство и восстановление основных фондов.

Социалистическая индустрия, созданная советским народом по планам и под руководством ленинской партии, явилась надежной базой оборонной мощи страны. Она сыграла решающую роль в обеспечении Советских Вооруженных Сил всем необходимым для разгрома врага.

Война потребовала перестройки и в капитальном строительстве. В годы Великой Отечественной войны была выполнена громадная строительная работа, капитальное строительство не прекращалось, но осуществлялось оно в исключительно тяжелой обстановке. С первых же дней войны перед страной встала задача — в предельно короткий срок перебазировать в глубокий тыл из прифронтовых и угрожаемых районов промышленные предприятия, оборудование, сырье и т.п. Всего в июле — ноябре 1941 г. из этих районов было вывезено 1523 промышленных предприятия: на Урал — 667, в Западную Сибирь — 244, в Восточную Сибирь — 78, в Среднюю Азию и Казахстан — 308, в Поволжье — 226⁷¹¹.

Быстрое восстановление производства эвакуированных предприятий на новых местах, расширение действующих, а также широкое строительство новых предприятий в тыловых районах СССР и явилось основной задачей капитального строительства в первый период Великой Отечественной войны (конец 1941 г. — первое полугодие 1942 г.). От решения данной задачи во многом зависело превращение восточных районов в основную военно-промышленную базу страны. Это оказалось возможным лишь потому, что в предвоенные годы там уже была создана крупная угольно-металлургическая база, энергетика, машиностроительные заводы и т.д., а также благодаря тому, что к началу войны Советский Союз располагал мощной строительной индустрией.

В мобилизационном народнохозяйственном плане на третий квартал 1941 г. в число ударных строек были включены военные предприятия, электростанции, предприятия топливной, металлургической, химической промышленности. В плане намечалась максимальная концентрация капитальных работ и материальных ресурсов на строительстве оборонных предприятий в районах Поволжья, Урала и Западной Сибири. Это вызвало необходимость консервации целого ряда строек, начатых до войны, и использования высвободившихся средств на осуществление важнейших строек военного времени.

Для размещения эвакуированных предприятий использовались все имевшиеся помещения новостроек, действующих предприятий и непроизводственные здания — склады, магазины, театры и т.п.

Многие из эвакуированных предприятий разгружались на неосвоенных местах, где предстояло ускоренными темпами построить производственные здания и жилье для рабочих.

В целях сокращения сроков строительства промышленных предприятий в условиях военного времени с затратой минимального количества материалов Совет Народных Комиссаров СССР принял 11 сентября 1941 г. постановление, разрешавшее наркоматам и ведомствам «на время войны при необходимости строить для основных и вспомогательных цехов промышленных предприятий здания временного типа с расчетом на сокращенные сроки эксплуатации в течение нескольких лет». Предлагалось «перейти в строительстве к широкому применению дерева и других местных материалов», используя металл и железо лишь в исключительных случаях⁷¹².

Работы велись в трудных условиях, недоставало материалов, строительной техники. В 1942 г. производство промышленности строительных материалов составляло 26% от довоенного, в 1943 г. — 29, в 1944 г. — 35%. Даже в 1945 г., когда были восстановлены многие из разрушенных предприятий, расширены действующие и пущены новые, положение со строительными материалами (выпуск которых достигал 41% довоенного) и техникой было очень тяжелым: производство цемента составляло 31,6% от довоенного, кирпича строительного — 26,7, извести строительной — 38,9, шифера асбоцементного — 40,8, мягкой кровли — 56,1, труб асбоцементных — 38,5, стекла оконного — 52,1%⁷¹³. Выпуск отдельных видов строительных машин варьировался от 0,8% до 11,1% от довоенного⁷¹⁴.

Наряду с сохранившимися машинами строители широко применяли различные механизмы и приспособления для малой механизации — подъемники, домкраты, лебедки и др., изготовлявшиеся в механических мастерских строительных организаций.

Зачастую не хватало рабочих рук, отсутствовали необходимые жилищно-бытовые условия. Но проявляя чудеса героизма, рабочие-строители обеспечивали высокие темпы строительства заводских корпусов.

Восстановление перебазированных на Восток промышленных предприятий осуществлялось в невиданно короткие сроки. Часто, не ожидая окончания строительства заводских помещений, рабочие и инженерно-технические работники, несмотря на дождь, снег, холод, устанавливали оборудование под открытым небом и начинали выпускать продукцию, необходимую фронту. Электропроводка иногда тянулась по деревьям. Крупные заводы нередко рассредоточивались по нескольким площадкам по производственному принципу. На многих предприятиях производство начиналось через полтора — два месяца.

Уже в 1942 г. общий объем капитальных работ (на сравнимой территории СССР) был выше, чем в 1940 г.⁷¹⁵ В дальнейшем он еще более увеличился. Начиная с 1943 г. капитальные вложения в промышленность постоянно возрастали. В отношении к 1940 г. они составили: в 1942 г. и 1943 г. — 53%, в 1944 г. — 76%. К концу войны объем капитальных работ в целом по Советскому Союзу достиг 89% довоенного уровня. Капитальные затраты в промышленность за годы войны составили 7908 млн. руб. (в третьей пятилетке 6228 млн. руб.), т.е. на 27% больше, чем в мирные годы третьей пятилетки, в том числе в отрасли группы «А» — 7380 млн. руб., или на 40,1% больше, и в отрасли группы «Б» 528 млн. руб., или на 45,2% меньше, чем в третьей пятилетке. Война внесла существенные коррективы в направление капитальных затрат по отраслям промышленности. Максимум материальных, финансовых и трудовых ресурсов направлялся на военно-промышленное строительство за счет ассигнований в другие отрасли хозяйства, а также в отрасли тяжелой промышленности, которые наряду с военными отраслями обслуживали нужды фронта. Более 70% капитальных вложений в 1942 г. и свыше 75% в 1943 г. направлялись на строительство в металлургической, машиностроительной, топливно-энергетической промышленности и на транспорт⁷¹⁶. Данные о капитальных вложениях по отраслям промышленности приведены в табл. 1.

Таблица 1.

Капитальные вложения государственных и кооперативных предприятий и организаций по отдельным отраслям промышленности*

	3½ года третьей пятилетки	С 1 июля 1941 г. по 1 января 1946 г.	Инвестиции с 1 июля 1941 г. по 1 января 1946 г., % к 3½ годам третьей пятилетки
млн. руб.	% к итогу	млн. руб.	% к итогу
Вся промышленность	6228	100,0	7908	100,0	127,0
Группа «А»	5264	84,5	7380	93,3	140,2
В том числе
химическая	293	4,7	282	3,6	96,2
угольная	388	6,2	779	9,9	200,8
электростанции, электрические и тепловые сети	484	7,8	502	6,3	103,7
промышленность строительных материалов и строительная индустрия	287	4,6	436	5,5	151,9
лесная, бумажная и деревообрабатывающая	220	3,5	194	2,5	88,2
черная металлургия	444	7,1	946	12,0	213,1
нефтяная и газовая	461	7,4	624	7,9	135,4
машиностроение	2083	33,4	2721	34,4	130,6
Группа «Б»	964	15,5	528	6,7	54,8
В том числе
легкая	490	7,9	189	2,4	38,6
пищевая	474	7,6	339	4,3	71,5

^{* «Капитальное строительство в СССР». М., Госстатиздат, 1961, стр. 66—67.}

Из табл. 1 явствует, что за годы Великой Отечественной войны в капитальных затратах промышленности удельный вес тяжелой промышленности вырос до 93,3%. Особенно увеличились капитальные вложения в черную металлургию, машиностроение, угольную, нефтяную и газовую промышленность; промышленность строительных материалов и строительную индустрию. Война ограничила ресурсы для строительства в легкой и пищевой промышленности. По сравнению с довоенным периодом капитальные вложения в эти отрасли сократились в военные годы примерно на 60%. Однако уже в 1943 г. удалось увеличить на 10% по сравнению с 1942 г. вложения в легкую, пищевую и другие отрасли производства, обслуживающие нужды тыла. Средства направлялись прежде всего на строительство и восстановление хлебозаводов, сахарных заводов, в хлопчатобумажную промышленность. Так, в текстильной промышленности за 1941—1945 гг. было установлено 782 тыс. прядильных веретен, введены мощности по производству 50 млн. пар кожаной обуви, а мощность введенных в действие сахарных заводов превышала 1 млн. ц перерабатываемой свеклы в сутки.

Главным центром военной экономики СССР стала восточная индустриальная база, которая была значительно расширена и укреплена. Это обеспечивалось соответствующими капитальными затратами, распределение которых по районам страны показывают данные, приведенные в табл. 2.

Таблица 2.

Капитальные затраты в народное хозяйство экономических районов СССР в 1940—1944 гг.*

	1940 г.	1942 г.	1943 г.	1944 г.
Урал и Западная Сибирь	13,1	38,7	39,5	22,1
Восточная Сибирь и Дальний Восток	14,9	13,9	11,5	7,9
Казахстан и Средняя Азия	5,2	9,2	10,5	6,7
Юго-Восток	7,9	13,4	10,5	9,4
Закавказье	5,2	3,4	2,5	2,9
Итого по восточным и юго-восточным районам	46,3	78,6	74,5	49,0
Центральный	23,6	14,2	18,3	23,3
Южный	11,8	0,4	2,5	20,2
Северный и Северо-Западный	15,2	6,8	4,7	5,6
Западный	3,1	—	—	1,9
Итого по западным районам	53,7	21,4	25,5	51,0

^{* Р. С. Лившиц. Очерки по размещению промышленности СССР. Госполитиздат, 1954, стр. 284.}

Из данных табл. 2 явствует, что большая часть капитальных вложений в первые годы войны направлялась в восточные районы СССР, прежде всего на Урал и в Западную Сибирь. Такое направление ассигнований обеспечило дальнейший рост промышленного производства этих районов в годы войны. Тогда же в связи с вражеским нашествием снизились объемы капиталовложений в западных районах, поглощавших до войны свыше ¾ довоенного объема капитальных затрат⁷¹⁷. Лишь с 1944 г. при полном удовлетворении нужд фронта стали широко проводиться работы по возрождению районов, освобожденных Советской Армией от оккупации. Доля этих районов в капитальных затратах в народном хозяйстве СССР повысилась до 51%.

Большое внимание было уделено развитию в восточных районах производства черных металлов, имеющему жизненно важное значение для военного хозяйства страны. В ноябре 1941 г. ГКО издал постановление о введении в действие предприятий черной металлургии, эвакуированных на Урал и в Сибирь, приравняв восстановительные работы на строительстве предприятий этой отрасли к строительству объектов особо важного оборонного значения⁷¹⁸. Аналогичные постановления были приняты ЦК ВКП(б) и СНК СССР в январе и феврале 1942 г. и ГКО в апреле 1942 г.^719.

Новое строительство объектов черной металлургии во время войны сосредоточивалось главным образом на Урале, где значительно возросли производственные мощности по выплавке чугуна. Наибольшее значение имел пуск новых доменных печей Магнитогорского и Ново-Тагильского заводов. Большой размах здесь получило строительство новых передельных заводов, сталеплавильных и прокатных цехов; были выстроены Челябинский завод высококачественных сталей, трубопрокатные заводы в Челябинске и Свердловской области. Производственная мощность сталеплавильных и прокатных цехов действовавших заводов за время войны значительно увеличилась, причем на Урале впервые было организовано производство бессемеровской стали во вновь построенных конвертерах Чусовского завода. Сортамент производимого проката расширился в связи с пуском новых мощных листовых, сортовых и других прокатных станов.

Во время войны в Западной Сибири были построены новый передельный завод, специализированный на изготовлении некоторых нужных машиностроению специальных видов проката, и цехи малой металлургий при машиностроительных заводах. Возросли мощности Кузнецкого металлургического комбината за счет сооружения новых мартеновских печей, электропечи и установки сортовых и листовых станов, давших возможность производить в Сибири не выпускавшиеся здесь ранее профили металла, нужные машиностроению.

Кузнецкий комбинат в значительной степени перешел на местные руды, добыча которых в связи с крупным строительством новых рудников значительно увеличилась.

В Западной Сибири в годы войны был выстроен крупный ферросплавный завод, один из наиболее передовых в отрасли. В Казахстане сооружен Актюбинский завод.

Вошли в строй новые передельные заводы на Дальнем Востоке («Амурсталь»), в Казахстане (Казахский), Узбекистане (Узбекский), рассчитанные на удовлетворение местных потребностей.

В результате нового строительства, а также успехов в использовании действующих основных фондов производство черных металлов на востоке СССР за время Великой Отечественной войны увеличилось по сравнению с 1940 г.: чугуна — в 1,56 раза, стали — в 1,54, проката — в 1,51; железной руды — в 1,35 раза и составило в 1945 г. 75,9%, выпуска чугуна в стране, 74,2 — стали и 76,4% готового проката⁷²⁰.

Размещение и ввод в действие сотен эвакуированных предприятий оборонной промышленности и тяжелой индустрии в Поволжье, на Урале, в Сибири, Казахстане и Средней Азии ускорили создание военно-промышленной базы на Востоке, начало которой было положено в годы довоенных пятилеток, и превращение ее в основную базу военной экономики СССР. Здесь разворачивались капитальные работы, сюда перераспределялись основные запасы металла, материалов, оборудования и инструмент.

Отраслевой состав промышленности восточных районов обогатился. Эвакуированные сюда важнейшие предприятия стали хорошей базой для подъема экономики данных регионов. Уже в 1942 г. удельный вес восточных районов в общесоюзном производстве сильно вырос. За четыре же года войны выпуск промышленной продукции на Урале увеличился в 3,6 раза, в Сибири — в 2,8, в Поволжье — в 3,4 раза. В целом в первой половине 1945 г. валовая продукция промышленности в восточных районах была в 2 раза больше, чем в первой половине 1941 г. С начала войны и до июня 1945 г. на Урале, в Сибири, в Поволжье, Средней Азии и Казахстане построены и введены в действие электростанции мощностью 1974 тыс. квт, угольные шахты мощностью 29 млн. т, металлургические заводы и агрегаты мощностью 2405 тыс. т чугуна, 3029 тыс. т стали, 1321 тыс. т проката и другие предприятия⁷²¹.

Урал стал наиболее мощным промышленным районом СССР и важнейшей кузницей оружия для Советской Армии. Это объяснялось его относительной близостью (по сравнению с другими восточными регионами) к линии фронта, освоенностью, наличием развитой промышленности, на базе которой можно было быстро развернуть обслуживание эвакуированных заводов сырьем и материалами, наличием здесь большого количества площадок, пригодных для размещения перебазированных предприятий, а также крупнейших естественных ресурсов для развития промышленности.

За четыре года войны капитальные вложения в индустрию Урала более чем в 1,5 раза превысили довоенные⁷²² и составили многие миллионы рублей. Его удельный вес в 1942—1943 гг. в промышленном производстве СССР составлял 25%⁷²³, а в выпуске военной продукции — до 40%. Изменилась структура промышленности района. В 1942 г. удельный вес машиностроения и металлообработки здесь составил 70%. Базой оборонного машиностроения на Урале являлись эвакуированные сюда машиностроительные заводы, выстроенные в годы пятилеток машиностроительные гиганты, а также новые заводы, созданные во время войны.

В годы Великой Отечественной войны на Урале на основе эвакуированного оборудования возникла крупная группа станкостроительных заводов. В итоге удельный вес Урала в производстве металлорежущих станков в 1945 г. достиг 19,3%. Было создано котлостроение. Введены в эксплуатацию Орский завод строительных машин, Южно-Уральский машиностроительный завод, мощный турбинный завод и расширен завод гидротурбин.

Значительно возросла производственная мощность тяжелого машиностроения за счет создания крупных предприятий по производству угольного, нефтяного и химического оборудования.

На основе эвакуированного Московского автомобильного завода на Южном Урале сложился центр автостроения. Выросло производство шарикоподшипников.

В годы войны Урал стал основной базой снабжения страны металлом (в 1945 г. здесь производилось 58,1% чугуна, 53% стали, 51,6% готового проката страны), алюминием (введен в строй Богословский завод), магнием и т.д. Усилилась местная топливная (добыча угля составила 17,2% от союзной по сравнению с 7,2% в 1940 г.) и энергетическая база (выработка электроэнергии в 1945 г. увеличилась до 28,4% от общесоюзной по сравнению с 12,9% в 1940 г.), хотя и продолжавшая отставать от бурного роста его хозяйства. Как известно, промышленность Урала в значительной мере работала на дальнепривозных углях, доставка которых во время войны усложнилась. В то же время сюда было эвакуировано большое количество заводов, быстро развивалось новое строительство, и потребность в топливе возрастала. В связи с этим в годы Отечественной войны на Урале развернулось строительство новых шахт. В результате в 1940—1945 гг. добыча каменного угля увеличилась в 2,2 раза. Были созданы новые нефтяные промыслы.

В эти годы мощность электростанций возросла в 1,9 раза и достигла в 1945 г. 22% от общесоюзной, причем были созданы электростанции (Челябинская и Красногорская ТЭЦ, Алапаевская ГЭС и др.), мощность которых почти достигла довоенной энергетической мощности всего региона⁷²⁴. Все это усилило комплексность развития хозяйства Урала и выдвинуло его по обеспеченности электроэнергией на одно из первых мест в Советском Союзе.

В годы Великой Отечественной войны успешно развивалась промышленность Поволжья, капитальные вложения в которую были весьма значительны. И здесь промышленное производство коренным образом изменило свою структуру. Основное место в ней заняло машиностроение, в частности военное, производство шарикоподшипников и автомобилей. Автостроение возникло на базе эвакуированного оборудования Московского автомобильного завода. Это Ульяновский завод сборки готовых машин, с 1944 г. перестраивавшийся в завод с законченным циклом. Был построен Сызранский завод тяжелого машиностроения.

Заново создана крупная нефтяная и газовая промышленность, основанная на местных месторождениях. Промышленное освоение этих месторождений началось в годы войны. Были построены газопроводы Бугуруслан — Куйбышев и Елшанка — Саратов и начато строительство газопровода Саратов — Москва. Вступил в строй Куйбышевский нефтеперерабатывающий завод.

В Западной Сибири в годы войны капитальные затраты выросли на 74%⁷²⁵. Здесь также происходило быстрое развитие промышленности, валовая продукция которой в 1943 г. возросла по сравнению с 1940 г. в 3 раза. Были заново созданы разнообразные отрасли машиностроения, производство качественного металла, ферросплавов, алюминия и др. Однако основными отраслями промышленности, развивавшимися в Западной Сибири в годы войны, являлись машиностроение и металлообработка. Строились новые станкостроительные заводы. Основано котлостроение, в частности построены два мощных завода. Сибирь стала крупным центром тяжелого и транспортного машиностроения. Здесь была сооружена первая очередь гигантского завода тяжелого машиностроения. Крупным заводом этой отрасли стал в военные годы один из заводов, действовавших в Западной Сибири до войны. Были созданы новые центры автотракторного электрооборудования. На базе эвакуированного оборудования выросло производство шарикоподшипников.

Заново организовано тракторостроение. В начале войны было запланировано строительство Алтайского тракторного завода. В 1943 г. завод вступил в строй. Началось также сооружение завода почвообрабатывающих машин — «Алтайсельмаш» и в Западной Сибири большого завода молотилок и сортировок.

Интенсивно строились и вводились в эксплуатацию новые угольные шахты в Кузнецком бассейне. Развернулось строительство углеобогатительных фабрик. Это вызывалось ростом выплавки металла в Сибири и на Урале и повышенными требованиями к качеству угля, предъявлявшимися в связи с необходимостью максимально использовать полезный объем доменных печей. Довольно крупные строительные работы осуществлялись во время войны и на ряде действовавших шахт. В результате угольная промышленность значительно возросла: добыча кузнецких коксующихся углей за годы войны увеличилась в 2 раза при росте всей добычи на 37%. Продолжалось развитие черной и цветной металлургии. Был построен Кузнецкий цементный завод. В 1943 г. Западная Сибирь по размерам промышленного производства и удельному весу в общесоюзной продукции достигла довоенного уровня Ленинграда и Ленинградской области.

В Восточной Сибири заново создавалось производство комбайнов (первая очередь завода вступила в эксплуатацию в 1945 г.). Полной реконструкции подвергся расположенный здесь завод тяжелого машиностроения.

Изменился индустриальный облик среднеазиатских республик и Казахской ССР. В их промышленном производстве в огромной мере повысился удельный вес машиностроения и металлообрабатывающей промышленности. Был построен завод химического машиностроения «Узбекхиммаш». Дальнейшее развитие получила цветная металлургия и металлургия редких металлов, угольная и нефтяная промышленность, в частности в Туркменской ССР, где дали положительные результаты геологоразведочные работы, проведенные в Небит-Даге и на туркменском побережье Каспийского моря.

Основана черная металлургия. В Душанбе были введены в действие цементный завод и первая очередь текстильного комбината. В Узбекской ССР построены два крупных завода сельскохозяйственного машиностроения. В Киргизской ССР и Казахстане — заводы сельскохозяйственных машин.

Выросло энергетическое хозяйство Казахстана и среднеазиатских республик: за время войны в 4 раза увеличилась мощность электростанций в Караганде и на 60% мощность узбекских электростанций.

В годы войны резко возросла добыча нефти на Дальнем Востоке.

Существовавшие в восточных районах СССР электростанции не были в состоянии удовлетворить возросшие потребности промышленности. Поэтому почти во всех городах и промышленных центрах здесь были построены новые электростанции и теплоэлектроцентрали, старые же были расширены и реконструированы. На ряде новых предприятий устанавливались собственные блок-станции.

Такое крупное перемещение промышленного производства в восточные районы страны привело к тому, что промышленность приблизилась к сырьевым и топливным базам, усилилась комплексность ее развития. Великая Отечественная война ускорила процесс развития этих районов.

На базе эвакуированного оборудования на востоке страны создавались новые центры легкой (главным образом текстильной и суконной) промышленности. За время войны сложился новый центр текстильной промышленности в Восточной Сибири, где была построена первая очередь хлопчатобумажного комбината, в Казахстане, Средней Азии. В целом за годы войны в восточных районах вошли в строй свыше 20 предприятий текстильной промышленности, из них 12 хлопчатобумажных, 4 шерстяных, 4 шелковых и 3 пенько-джутовых. Из предприятий пищевой промышленности было введено в действие 8 сахарных заводов, 10 маслобойных, 15 табачных и столько же кондитерских фабрик, 8 консервных заводов, 28 спиртовых, 9 мыловаренных заводов, 12 хлебозаводов и др. Стоимость основных фондов предприятий только республиканского подчинения в 1944 г. выросла по сравнению с 1940 г. в Казахской ССР — на 32%, в Таджикской ССР — на 40, в Туркменской ССР — на 45, в Узбекской ССР — на 30%, в Киргизской ССР — вдвое⁷²⁶.

Перестройка народного хозяйства на военный лад завершилась к середине 1942 г. К концу этого года страна имела слаженное и быстро растущее военное хозяйство.

Задачей капитального строительства стало и быстрейшее восстановление хозяйства освобожденных от фашистов районов, и прежде всего восстановление отраслей тяжелой промышленности, непосредственно связанных с военным производством.

Впервые в истории войн работы по восстановлению народного хозяйства оккупированных территорий начинались сразу же после их освобождения (в 1943 г. Советская Армия освободила ¾ захваченных территорий). Постановлением ЦК партии и Советского правительства от 21 августа 1943 г. «О неотложных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации» была определена программа этих работ⁷²⁷.

В 1943—1944 гг. на восстановление народного хозяйства были израсходованы крупные средства. Тыловые районы брали шефство над пострадавшими от временной оккупации областями. В результате промышленное производство освобожденных районов начало быстро возрастать и уже в 1944 г. дало значительную часть прироста продукции тяжелой промышленности⁷²⁸. Это было результатом героического труда всего советского народа, так как в освобожденных районах не хватало строительных машин и механизмов, материальных и людских ресурсов. Требовалась реэвакуация ряда предприятий из восточных районов.

Народнохозяйственные планы наряду с развертыванием военного производства устанавливали сроки и очередность восстановления отраслей народного хозяйства в освобожденных районах, направляли туда оборудование, материалы, сырье, рабочую силу и финансовые средства. Увеличивающиеся промышленные ресурсы этих районов стали важным фактором усиления военной экономики СССР.

С августа 1943 г. началась систематическая работа по составлению перспективных планов восстановления и развития хозяйства пострадавших районов.

Среди основных хозяйственно-политических задач народнохозяйственного плана на 1945 г. было форсирование восстановления и развития народного хозяйства и в первую очередь тяжелой индустрии⁷²⁹.

В капитальных затратах в этих районах был значителен удельный вес строительных работ, что объяснялось большим объемом аварийных работ, связанных с разборкой завалов и металлического лома, и работ по ремонту оборудования.

Началом восстановления разрушенной оккупантами промышленности было возрождение Подмосковного угольного бассейна, прекратившего добычу в конце 1941 г. Уже в октябре 1942 г. Мосбасс достиг довоенного уровня добычи угля, а в 1943 г. превысил его более чем на 40%. Добыча угля в Подмосковном бассейне в 1945 г. достигла 13,6% от общесоюзной добычи вместо 6,1% в 1940 г.⁷³⁰ В 1942 г. была восстановлена Волховская ГЭС и т.д.

Узловым пунктом возрождения промышленности стал Донбасс. ГКО указывал, что «считает важнейшей… задачей… восстановление в Донецком бассейне, в первую очередь, угольной промышленности»⁷³¹. По путевкам комсомола туда отправилось свыше 100 тыс. юношей и девушек.

За два года было восстановлено 129 основных и 889 средних и мелких шахт. К концу войны Донбасс снова занял первое место в стране по добыче угля (25,7% от союзной), хотя разрушения, причиненные Донецкому бассейну немецкими оккупантами, были огромны. Достаточно сказать, что для полного восстановления его было необходимо откачать из затопленных шахт 585 млн. м³ воды, восстановить 2800 км горных выработок, возродить и вновь построить 5900 тыс. м³ промышленных зданий и сооружений и т.д.^732.

Быстрыми темпами шло восстановление металлургических и машиностроительных заводов, предприятий химии, железных и марганцевых рудников, электростанций. К концу войны промышленное производство на освобожденной территории удалось восстановить примерно на ¹/₃ от уровня 1940 г.

Еще в ходе войны была полностью возрождена промышленность Москвы, к концу 1944 г. превысившая уровень 1940 г. Ленинград уже в 1944 г. увеличил выпуск своей промышленной продукции по сравнению с 1942 г.

В трудных условиях военного времени началось восстановление нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности в Баку, Грозном, Краснодарском крае. После освобождения Советской Армией Западной Украины там началось быстрое возрождение разрушенных оккупантами нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности, достигших в 1945 г. довоенного уровня производства.

Южная металлургическая база СССР, захваченная немецкими фашистами во время войны, понесла тяжелый урон. Частично разрушенной оказалась также металлургия Центрального района и Поволжья. В частности, полностью прекратили работу Ново-Липецкий и тульские заводы, оборудование которых было частично вывезено в другие районы страны, и сталинградский завод «Красный Октябрь».

Черная металлургия Украины и Центрального района в 1944—1945 гг. быстро увеличивала производство металла. К концу 1945 г. было восстановлено 20 доменных печей и десятки других агрегатов.

Начала возрождаться станкостроительная промышленность Украины, ее тяжелое и энергетическое машиностроение.

В 1945 г. была поставлена задача быстрейшего завершения восстановительных работ и доведения мощности возрождаемых электростанций в районах, подвергшихся фашистской оккупации, до довоенного уровня. К концу 1945 г. в СССР ⁹/₁₀ электростанций, полностью или частично разрушенных во время войны, возобновили работу.

Таким образом, уже в 1944—1945 гг. значение экономики освобожденных районов возросло и их ресурсы можно было использовать для дальнейшего усиления военного хозяйства.

Всего за военные годы в тыловых районах страны было построено 3500 новых крупных промышленных предприятий, в освобождённых районах восстановлено 7500 крупных предприятий, разрушенных во время войны.

Вместе с предприятиями военной промышленности с 1941 по 1945 г. было построено и введено в строй много новых шахт, электростанций, металлургических, цементных заводов и предприятий пищевой промышленности. Были построены Челябинский металлургический завод, Актюбинский ферросплавный, Богословский алюминиевый заводы, Норильский горно-металлургический комбинат, Южно-Уральский машиностроительный завод, Владимирский тракторный, Красноярский и Кузнецкий цементные заводы, Сумгаитская ТЭЦ, Тавакская ГЭС и др.

В 1941—1945 гг. введены в действие производственные мощности: доменные печи, дававшие 6,2 млн. т чугуна; мартеновские печи мощностью 8,7 млн. т стали; прокатные станы на 4,6 млн. т готового проката; коксовые батареи мощностью 11,4 млн. т кокса; рудники по добыче 13,3 млн. т железной руды; шахты производительностью 111,3 млн. т угля; электростанции мощностью 4,7 млн. квт. Вводились в действие также предприятия по производству алюминия, каучука, цемента и др.

Только в освобожденных от оккупации районах были введены мощности на электростанциях на 1,7 млн. квт, угольные шахты мощностью около 70 млн. т угля в год, 18 доменных печей общей мощностью 3,6 млн. т чугуна в год, 102 сталеплавильных агрегата мощностью 4,1 млн. т стали в год, 47 прокатных станов мощностью 2,7 млн. т готового проката в год; на текстильных предприятиях установлено 172 тысячи прядильных веретен, на сахарных заводах введены в действие мощности по переработке 909 тыс. ц свеклы в сутки, а всего было восстановлено 1745 пищевых предприятий⁷³³.

Основные производственные фонды промышленности в 1945 г. составили 95% от довоенных, валовая же продукция — 92% (112% — по группе «А» и 59% — по группе «Б»)⁷³⁴.

2. Оборонная промышленность.

Основную роль в экономическом обеспечении победы над гитлеровской Германией и империалистической Японией сыграла советская оборонная промышленность. На ее плечи легла самая главная задача военной экономики — произвести в необходимом количестве и высокого качества средства материально-технического оснащения Красной Армии. Народное хозяйство СССР и прежде всего оборонная промышленность должны были обеспечить материальные предпосылки для успешного исхода войны.

В начале войны в действующей армии противник превосходил Красную Армию в оснащенности важнейшими видами вооружения: по орудиям и минометам — на 25%, по танкам — почти в 3 раза, по самолетам — в 3,2 раза. Промышленность гитлеровской Германии после нападения на Советский Союз продолжала развертывать производство военной продукции. В 1941 г. германская промышленность увеличила по сравнению с 1940 г. выпуск всех основных видов вооружения стрелкового и автоматического оружия на 90%, танков — на 139%⁷³⁵. Основные виды вооружения в гитлеровской Германии были заранее освоены производством и выпускались серийно.

Перед советской военной промышленностью возникли исключительной важности задачи, имевшие большое стратегическое значение. Эти задачи сводились к следующему: было необходимо в кратчайшие сроки перестроить всю экономику, перевести ее на военные рельсы, коренным образом изменить народнохозяйственные пропорции в целях увеличения выпуска военной продукции; возникла задача сохранить военные предприятия, подвергшиеся ударам авиации и опасности захвата со стороны противника; необходимо было в кратчайшие сроки расширить мощности оборонных и смежных с ними предприятий за счет нового строительства (в дальнейшем эта задача могла частично решаться за счет восстановления предприятий на освобождаемых территориях); удовлетворение потребностей вооруженных сил в материальных средствах в необходимом количестве и качестве требовало значительного повышения эффективности военного производства, обеспечения максимального использования производственных ресурсов в интересах победы. Эти задачи были успешно решены.

Перестройка народного хозяйства на обеспечение материальных потребностей фронта началась с первых же дней войны. Изменение пропорций в народном хозяйстве нашло свое выражение прежде всего в форсировании работы оборонных предприятий. Быстрыми темпами осуществлялся перевод этих предприятий на режим максимального использования производственных мощностей. Предприятия оборонной промышленности в первую очередь обеспечивались рабочей силой, оборудованием, энергетическими ресурсами, сырьем, материалами. Например, в первом полугодии 1942 г. при общем уменьшении производства проката по сравнению с первым полугодием 1941 г. на 65% военная промышленность получила на 38% больше⁷³⁶.

Новые народнохозяйственные пропорции сложились также в результате перевода значительного числа предприятий, ранее выпускавших продукцию гражданского назначения, на производство средств военного потребления. Заводы тяжелого машиностроения, тракторные, автомобильные, судостроительные предприятия были переключены на изготовление танков. Минометы, артиллерийские орудия, боеприпасы стали производить предприятия среднего машиностроения и т.д.

Предприятия Наркомата общего машиностроения, до войны выпускавшие оборудование для пищевой, текстильной, химической, полиграфической промышленности, стали выпускать различные виды вооружения. На военное производство были перестроены паровозостроительные, вагоностроительные заводы.

В частности, с первых же дней войны на выпуск военной продукции стали переходить такие гиганты советской индустрии как Уралмашзавод, Челябинский тракторный завод, завод «Красное Сормово» и многие другие крупные предприятия.

Вооружение и боеприпасы стали производить не только машиностроительные заводы, но также ремонтные цехи различных отраслей пищевой и легкой промышленности. К выпуску военной продукции были привлечены предприятия местной промышленности и промысловые артели.

При этом, как правило, при производстве сложной боевой техники кадровые военные заводы превращались в головные сборочные предприятия, а предприятия, в прошлом выпускавшие гражданскую продукцию, стали изготовлять отдельные комплектующие изделия, детали, узлы.

Военные заводы, выпускавшие конечную продукцию, обрастали широкой сетью связанных с ними предприятий.

Переход предприятий на выпуск продукции нового профиля был сопряжен с большими трудностями. Нередко требовалось изменение технологии производства, приспособление к ней оборудования, смены оснастки, обучение новому производству рабочих и инженерно-технического персонала. Тем не менее военная перестройка промышленности была осуществлена в исключительно короткие сроки.

Огромное значение для развития оборонной промышленности имела задача расширения производственных мощностей за счет нового капитального строительства.

Общий объем капиталовложений в промышленность за время войны резко сократился. В то же время удельный вес вложений в оборонную промышленность в общем объеме средств, выделявшихся на капитальное строительство, возрос. В значительном объеме капитальное строительство велось также в отраслях, смежных с оборонной промышленностью.

Уже в мобилизационном народнохозяйственном плане на III квартал 1941 г. был утвержден список ударных строек, в который входили военные предприятия, электростанции, предприятия топливной, металлургической, химической промышленности. Эти стройки в первую очередь обеспечивались рабочей силой и материальными ресурсами. Планировалось в III квартале произвести 22 тыс. металлорежущих станков, из них 14 тыс. предназначались для заводов по производству различных видов вооружения⁷³⁷.

Принятый в августе 1941 г. военно-хозяйственный план на IV квартал 1941 и на 1942 гг. по районам Поволжья, Урала, Западной Сибири, Казахстана и Средней Азии предусматривал дальнейшее расширение предприятий оборонной промышленности. Значительных капитальных вложений требовали и те предприятия, которые переводились на выпуск военной продукции. Их реконструкция влекла за собой серьезные затраты на дооборудование, достройку, а в ряде случаев и постройку новых дополнительных цехов и агрегатов.

Темпы ввода многих строившихся объектов были исключительно высокими несмотря на трудности, связанные с недостатком рабочей силы, оборудования, стройматериалов. В целом сроки ввода в действие важнейших предприятий, имевших оборонное значение, были намного короче, чем до войны. В 1942 г. процент ввода в действие законченных промышленных объектов достиг 112 к объему капиталовложений, а в 1943 г. — 120,8, что намного превысило соответствующие показатели довоенных лет⁷³⁸.

В результате производственные мощности ряда важнейших отраслей оборонной промышленности были за годы войны значительно расширены. За первую половину 1941 г. танковая промышленность смогла произвести 1,5 тыс. танков КВ и Т-34, на заключительном этапе войны мощности танковых заводов позволили ежемесячно выпускать 2,4 тыс. тяжелых и средних танков⁷³⁹.

Значительно выросли мощности авиационной промышленности. Только за 1942 г. парк основного оборудования этой отрасли увеличился на 21,4 тыс. металлорежущих станков и 600 кузнечных прессов. По сравнению с довоенным уровнем на авиационных заводах число работающих увеличилось почти на одну треть⁷⁴⁰.

В материальном обеспечении нужд фронта в годы Великой Отечественной войны огромную роль сыграло повышение эффективности военного производства, высокая степень использования производственных ресурсов для увеличения объема продукции. В этой области с особой силой сказались преимущества социалистического способа производства, позволяющего рационально использовать производственные возможности как в мирное, так и в военное время.

За годы войны была проделана огромная работа по совершенствованию технологии и организации производства, росту квалификации работников, повышению степени механизации труда, дальнейшему развертыванию социалистического соревнования. В эффективном использовании производственных мощностей большую роль сыграло увеличение сменности, внедрение поточных систем организации производства.

В оборонной промышленности производство велось на основе глубокого общественного разделения труда, широко использовалась система специализации и кооперирования, привлекавшая к производству основных видов военной продукции усилия десятков и даже сотен предприятий. В результате во всех отраслях военного производства росла производительность труда, снижалась материалоемкость, повышалась фондоотдача.

За последние три года войны среднемесячная выработка на одного рабочего в авиационной промышленности возросла на 70,2%. Производительность труда в артиллерийской промышленности в 1944 г. была примерно в 2 раза выше, чем до войны. Военные отрасли производства занимали по росту производительности труда ведущее место во всем народном хозяйстве. Если во всей промышленности с мая 1942 по май 1945 г. производительность труда увеличилась на 43%, то в военной промышленности — на 121%⁷⁴¹.

Рост эффективности военного производства виден из показателей затрат на производство важнейших видов военной продукции. Только за 1942—1943 гг. на советских авиазаводах трудоемкость изготовления истребителя Ла-5 сократилась более чем в 2,5 раза, бомбардировщика Пе-2 — в 2 раза, штурмовика Ил-2 — почти в 5 раз. Экономия от снижения себестоимости самолетов в 1943 г. была равна затратам на производство 8790 истребителей типа Ла-5, т.е. почти ¼ авиационной продукции, выпущенной в этом году⁷⁴². Себестоимость тяжелых танков за годы войны была снижена в 3 раза, а средних танков — в 2,5 раза⁷⁴³.

В 1944 г. себестоимость всех видов военной продукции в среднем была в 2 раза меньше, чем в 1940 г. Экономический эффект от снижения себестоимости военной продукции за 1941—1944 гг. составил свыше 50 млрд. руб. (в старом масштабе цен)⁷⁴⁴, т.е. сумму, равную почти половине всех расходов государственного бюджета СССР на военные нужды в 1942 г. Это дало возможность сократить более чем в 2 раза отпускные цены на вооружение, снаряжение и боеприпасы.

Основные задачи, стоявшие перед оборонной промышленностью, решались в определенной последовательности, продиктованной объективной обстановкой. На первом этапе войны первоочередным направлением в развитии военной промышленности явилось перераспределение в ее пользу материальных и людских ресурсов народного хозяйства. В это же время решалась задача по сохранению производительных сил в оборонной промышленности и наращиванию мощностей за счет нового строительства. С 1943 г. на первый план выступила задача освоения новых производственных мощностей и в особенности задача всестороннего повышения эффективности оборонных отраслей промышленности, совершенствования организации и технологии производства, повышения производительности труда и снижения себестоимости продукции.

В решении всех этих задач главную роль сыграла организаторская деятельность Коммунистической партии Советского Союза, государственных органов, всех массовых организаций нашей страны. Вся работа оборонной промышленности проходила под непосредственным руководством Государственного Комитета Обороны, Центрального Комитета партии и его Политбюро. Основными отраслями военного производства ведали члены и кандидаты в члены Политбюро ЦК ВКП(б). Опытные партийные и хозяйственные работники возглавляли наркоматы оборонных отраслей промышленности: А. И. Шахурин — авиационной промышленности, В. А. Малышев — танковой промышленности, Д. Ф. Устинов — вооружения, П. И. Паршин — минометной промышленности, Б. Л. Ванников — боеприпасов⁷⁴⁵.

В ходе войны значительно возросла оперативность руководства оборонной промышленностью. С 1943 г. по указанию ЦК ВКП(б) выпуск боевой техники и боеприпасов на каждый месяц стал планироваться Госпланом СССР совместно с наркоматами оборонной промышленности. Месячные планы утверждались ГКО⁷⁴⁶.

Большую роль в таком быстром развитии военного производства сыграл трудовой энтузиазм масс, подлинный героизм, проявленный тружениками оборонных предприятий. Не жалея сил, часто в крайне тяжелых условиях работники оборонной промышленности осваивали производство продукции, необходимой фронту. Выполняя срочные задания, в наиболее ответственные моменты рабочие не покидали цехов, проявляя исключительную стойкость и упорство. Молодежь и женщины, составлявшие значительную часть производственного персонала оборонных предприятий, быстро осваивали новые для себя профессии, приобретали навыки квалифицированного, высокопроизводительного труда. Огромное значение в деле развертывания военного производства имело социалистическое соревнование на оборонных предприятиях. Опыт передовиков соревнования быстро распространялся и становился достоянием многих производственных коллективов. Так, на одном танковом заводе по почину бригадира комсомольско-молодежной бригады Е. П. Агаркова был создан единый поток по сварке и монтажу танковых башен, укрупнены цехи, участки и бригады. Оценивая вклад Е. П. Агаркова в развитие военного производства, нарком танковой промышленности В. А. Малышев на Всесоюзном совещании танкостроителей отмечал, что «Агарков нам почти целый танковой завод подарил…».^747.

Широчайший размах приобрело социалистическое соревнование в оборонных отраслях промышленности. К началу 1945 г. на заводах авиационной промышленности соревновалось 84,1% рабочих, на танковых — 91, на заводах вооружения — 87,3, боеприпасов — 90, судостроения — 83,7⁷⁴⁸. Инициатива и самоотверженность тружеников оборонной промышленности дали большие плоды.

Великая созидательная сила социалистического общества, руководимого Коммунистической партией, невиданный трудовой героизм работников тыла привели к тому, что в ходе войны удалось сравнительно быстро преодолеть трудности экономической мобилизации и решить сложнейшие задачи по обеспечению быстрого роста оборонных отраслей промышленности.

Авиационная промышленность. С началом войны перед авиационной промышленностью возникла крайне сложная задача. Необходимо было в кратчайшие сроки резко увеличить выпуск продукции, дать фронту необходимое количество авиационной техники. Особенно важно было обеспечить полный переход советской авиации на новую технику, производство которой до войны только началось. В июле 1941 г. наша авиапромышленность произвела 1500 боевых самолетов (в 2 раза больше среднемесячного выпуска в первом полугодии этого года), а в сентябре — 2046⁷⁴⁹. Однако в последующие месяцы работа авиационной промышленности осложнилась в связи с необходимостью эвакуации значительной доли авиазаводов. 29 июня 1941 г. было принято постановление о выводе на Восток из угрожаемой зоны 11 авиационных заводов⁷⁵⁰. Сложная обстановка, вызванная переброской авиационных предприятий на Восток, сказалась на их работе в последнем квартале 1941 г. В октябре этого года в пути находилось оборудование предприятий, на которые приходилась значительная часть мощностей авиационной промышленности⁷⁵¹. В целом за первые полгода войны было выпущено 9,8 тыс. самолетов (на 3,8 тыс. больше, чем за первое полугодие 1941 г.). Однако на третий квартал приходилось 6600 самолетов, а на четвертый квартал — 3177⁷⁵².

В дальнейшем неуклонный рост выпуска авиационной техники был обеспечен. Уже в 1942 г. было произведено 25,4 тыс. самолетов, т.е. на 60% больше, чем в 1941 г. В 1943 г. выпуск самолетов достигал 34,9 тыс., в 1944 г. — 40,3 тыс., в 1945 г. — 26,5 тыс. Всего за годы войны советская авиационная промышленность произвела 136,8 тыс. самолетов⁷⁵³. Рост выпуска авиационной техники был осуществлен за счет всемерного использования производственных мощностей авиазаводов, привлечения к выпуску самолетов и моторов предприятий из других отраслей народного хозяйства. Важную роль в успешной работе авиапромышленности сыграло использование передовых методов организации производства и прогрессивной технологии. Например, в авиационной промышленности, как и в ряде других отраслей, большой эффект дало использование поточного метода производства. Переход на поток давал возможность в сжатые сроки и при небольших материальных затратах быстро увеличить выпуск продукции путем наиболее полного использования производственных площадей, оборудования и рабочего времени. На авиамоторных заводах переход на поток дал возможность значительно увеличить производительность труда⁷⁵⁴.

Но дело не ограничилось одним лишь количественным ростом выпуска самолетов. Огромной заслугой советских авиаконструкторов и авиастроителей в годы Великой Отечественной войны явилось обеспечение высокого качества производимой авиатехники. Конструкторские бюро совместно с работниками авиазаводов сумели создать ряд превосходных машин. Конструкторское бюро, возглавляемое С. А. Лавочкиным, создало истребитель Ла-5, который по своим летно-тактическим данным превосходил немецкий истребитель «Мессершмит 109». Дальнейшая модификация этой машины позволила ей в течение всей войны оставаться одним из лучших истребителей того времени. Конструкторский коллектив, возглавляемый А. С. Яковлевым, разработал хорошо зарекомендовавшие себя машины Як-3, Як-7, Як-9, отличавшиеся сильным вооружением и большим радиусом действия. Конструкторскими бюро А. Н. Туполева и В. М. Петлякова были созданы бомбардировщики Ту-2 и Пе-2. Пикирующий бомбардировщик Пе-2, который был основным типом фронтовой бомбардировочной авиации, превосходил немецкие бомбардировщики Ю-28 и ХЕ-111 в скорости, прочности и качестве управления. Штурмовик Ил-2, созданный конструкторским бюро во главе с С. В. Ильюшиным, неоднократно модифицировался во время войны, по своим тактико-техническим характеристикам был лучшим в мире самолетом этого класса. В 1944 г. штурмовая авиация получила новый образец Ил-10. Совершенствованию советской авиации во многом способствовали успехи советских авиамоторостроителей. Конструкторские бюро, возглавляемые А. Д. Швецовым, В. Я. Климовым, А. А. Микулиным и другими, сумели обеспечить непрерывное совершенствование авиамоторов. Средняя мощность авиамоторов, выпускавшихся к концу войны, в среднем была в 2 раза больше, чем в 1940 г.

В течение войны велась борьба за превосходство над противником в авиационной технике. Победа в этой борьбе принадлежит советским авиастроителям. Советская авиапромышленность освоила и запустила в серийное производство за период войны 25 типов новых и модернизированных самолетов и 23 типа авиационных двигателей⁷⁵⁵. Гитлеровская Германия, имевшая до войны сравнительно высокий уровень производства самолетов, не сумела в ходе войны добиться необходимого количественного и качественного роста выпуска авиационной техники. Германская авиапромышленность оказалась не в состоянии восполнять потери, которые гитлеровская авиация несла на советско-германском фронте.

Напротив, советское авиастроение сумело обеспечить непрерывное наращивание количества авиационной техники на фронте, что явилось важным условием стратегического господства в воздухе, завоеванного с 1943 г. Для эффективности производства и использования авиационной техники важную роль играла экономичность, простота конструкции, техническое совершенство и надежность эксплуатации самолетов в боевой обстановке. В этом отношении советские авиастроители добились в годы Великой Отечественной войны выдающихся успехов. Большинство советских истребителей были лучше, чем машины противника по ряду важных боевых характеристик — по скорости полета, скороподъемности, маневренности, пушечному вооружению.

Большую роль играли технологические качества самолетов. В этом отношении советские самолеты имели большое преимущество. Например, самолет Як-9 отличался исключительной простотой конструкции и был хорошо приспособлен для производства в условиях военного времени. Почти все материалы, из которых он строился, вырабатывались в местах его изготовления. Все это способствовало быстрому увеличению выпуска авиационной техники и эффективному использованию ее на фронте.

Танковая промышленность. На долю танковой промышленности выпала одна из наиболее ответственных военно-экономических задач. От работы танкостроителей во многом зависело соотношение материальных сил на фронте. С началом войны необходимо было в кратчайшие сроки ликвидировать преимущество противника в оснащении войск бронетанковой техникой и обеспечить производство этой техники в таком количестве, которое было необходимо для устойчивого перевеса над противником в насыщенности вооруженных сил танками и самоходными артиллерийскими установками с броневой защитой.

Государственный Комитет Обороны объявил программу выпуска боевых машин мобилизационным планом. В целях улучшения руководства заводами, выпускавшими бронетанковую технику, в сентябре 1941 г. был создан Народный комиссариат танковой промышленности с включением в его состав всех танковых, дизельных и броневых заводов. Во второй половине 1941 г. несмотря на сложные условия, было выпущено 4649 танков (в том числе 2819 танков КВ и Т-34 и 1830 легких танков)⁷⁵⁶. В 1942 г. было произведено уже 24,7 тыс. танков и САУ, в 1943 г. — 24 тыс., в 1944 — 29 тыс. и в 1945 г. (январь — сентябрь) — 22,6 тыс.⁷⁵⁷ Промышленность гитлеровской Германии в среднем за год войны производила почти в 2 раза меньше бронетанковой техники, чем Советский Союз.

Советские конструкторы и строители танков сумели добиться исключительно высокого качества выпускавшейся бронетанковой техники. Советский танк Т-34 по всем основным параметрам превосходил немецкий средний танк T-III. Советские танки были значительно более подвижны, проходимость их была выше, запас хода в несколько раз больше. 76-миллиметровая пушка, установленная на Т-34, на всех дистанциях пробивала броню немецкого танка, 37-миллиметровая пушка которого была бессильной против брони танка Т-34. Советские средние танки были совершеннее и немецкого танка T-IV.

Высокие качества советского танка Т-34 побудили немецкое командование попытаться наладить производство таких же танков в Германии. Но эта попытка окончилась провалом. Немецкая промышленность выпустила за войну ряд новых марок бронетанковой техники: 57—67-тонные «тигры», 45-тонные «пантеры», 71-тонные самоходные установки «фердинанд».

Однако советская конструкторская мысль не позволила фашистам лишить Советский Союз превосходства в качестве танков и САУ. Во время войны успешно работали конструкторы Ж. Я. Котин, А. А. Морозов, Н. Л. Духов, А. С. Ермолаев, Л. С. Троянов, М. Н. Щукин, Н. А. Астров, Л. И. Горлицкий и др. Им удалось в ходе войны значительно улучшить тактико-технические характеристики советской бронетанковой техники: усилилась броневая защита, маневренность, проходимость, увеличился калибр пушек. С 1943 г. стал производиться советский тяжелый танк ИС, который был в 1,5 раза мощнее, чем «тигр» и в 2 раза мощнее «пантеры». 122-миллиметровая пушка танка ИС также в 1,5 раза превосходила калибр пушечного вооружения немецких танков. Одновременно развивалась советская самоходная артиллерия. За 1942—1945 гг. было построено и испытано 29 образцов самоходных артиллерийских установок⁷⁵⁸.

В количественном и качественном росте советской бронетанковой техники огромную роль сыграло непрерывное совершенствование технологии и организации производства в танковой промышленности. В годы войны это была отрасль с очень высокой концентрацией производства. В 1943 г. три крупнейших танковых завода (Уралмаш, Кировский завод в Челябинске и завод № 183) давали две трети всего производства танков в СССР. Это способствовало организации крупного производства и внедрению передовой технологии.

Основным направлением совершенствования организации танкового производства явилось массовое внедрение поточных линий. На Кировском заводе до 70% оборудования, используемого в производстве танка Т-34, было переведено на поток, 50 поточных линий использовалось для механической обработки важнейших деталей тяжелых танков КВ и ИС. Уже в 1943 г. 64 поточных линий действовали на заводе № 183 и 20 линий на Уралмашзаводе⁷⁵⁹.

Переход на поток дал возможность увеличить производительность труда на многих участках более чем в 1,5 раза.

Огромный экономический эффект дал целый ряд крупных нововведений в области технологии танкового производства. Впервые в мировой практике был разработан и успешно применен метод отливки крупных стальных деталей не в песчаных формах, как это практиковалось ранее, а в металлических формах (кокилях). Этот метод обеспечил рост производительности труда в сталелитейных цехах в 2—3 раза⁷⁶⁰. На Уралмашзаводе при изготовлении танковых башен метод свободной ковки был заменен методом штамповки, хотя до этого нигде еще штамповка броневого листа толщиной 45 мм не практиковалась. В результате удалось значительно повысить прочность танковых башен и ускорить процесс их изготовления. Крупным техническим новшеством в танкостроении явилась замена ручной сварки бронекорпусов автоматической сваркой по методу академика Е. О. Патона. Внедрение этого метода позволило значительно ускорить изготовление бронекорпусов, имевших десятки метров сварочных швов крупного сечения. Значительно повысила качество продукции танкостроения использованная в годы войны термическая обработка деталей токами высокой частоты.

В итоге героической работы советских танкостроителей была создана могучая танковая промышленность, внесшая важный вклад в достижение победы над гитлеровской Германией.

Производство артиллерийского и стрелкового вооружения. С началом войны советская артиллерийская промышленность вместе с гражданскими заводами, переключенными на производство предметов вооружения, широко развернула производство необходимых фронту орудий и минометов. Во втором полугодии 1941 г. по сравнению с первым полугодием выпуск полевых орудий калибром 76 мм и выше возрос более чем в 3 раза. Таких орудий было произведено в июле — декабре 1941 г. 5,6 тыс. штук, в 1942 г. — 29,6 тыс., в 1943 г. — 21,8 тыс., в 1944 г. — 23,8 тыс., в январе — сентябре 1945 г. — 13,5 тыс.⁷⁶¹ Некоторое сокращение выпуска полевых орудий в 1943 и 1944 гг. по сравнению с 1942 г. объяснялось переходом к выпуску орудий более крупного калибра и изменением структуры производства артиллерийской промышленности в пользу выпуска орудий для танков, авиации и зенитных орудий. Одновременно в широких масштабах было развернуто производство минометного вооружения. Всего за период войны в Советском Союзе было выпущено 488 тыс. орудий всех типов и калибров⁷⁶² и 348 тыс. минометов.

По среднегодовому производству полевых орудий калибра 75 мм и выше Советский Союз превзошел гитлеровскую Германию в 2,2 раза, а производству минометов — в 5 раз⁷⁶³. Лишь на одном из заводов за время войны было выпущено более 100 тыс. орудий, т.е. примерно столько, сколько их было выпущено в гитлеровской Германии за 1941—1944 гг.

Артиллерийская промышленность в ходе войны продемонстрировала большую гибкость, способность быстро перестраиваться на выпуск той продукции, в которой особенно нуждался фронт. 12 июля 1941 г. ГКО принял специальное постановление о выпуске противотанковых и танковых пушек 45- и 76-мм калибра, производство которых перед войной было временно прекращено⁷⁶⁴. Выполняя это постановление, артиллерийская промышленность добилась крупных результатов. Особенно быстро выросло производство 76-миллиметровых пушек, хорошо зарекомендовавших себя как эффективное средство борьбы с танками противника. В начале войны из-за перевода артиллерийских заводов на выпуск орудий среднего калибра было уменьшено производство 152- и 203-миллиметровых орудий. Однако в дальнейшем наша артиллерийская промышленность в больших размерах выпускала все необходимые виды артиллерийских систем (как полевых орудий, так и зенитных, танковых, авиационных). Калибры танковых и противотанковых орудий, выпускавшихся в годы войны, увеличились в 2 раза⁷⁶⁵.

К концу 1942 г. по некоторым видам вооружения артиллерийская промышленность полностью удовлетворяла потребности фронта. С 1943 г. начался выпуск новой 76-миллиметровой пушки, 152-миллиметровой корпусной гаубицы, 57-миллиметровой пушки, а также массовый выпуск орудий для самоходно-артиллерийских установок (калибра 76, 85, 122 и 152 мм).

В годы войны исключительно быстро развертывалось производство минометов. Это дало возможность уже к концу 1942 г. ликвидировать превосходство Германии по этому виду вооружения. Наряду с хорошо зарекомендовавшими себя 82-миллиметровыми минометами наша промышленность выпускала минометы калибра 107, 120 и 160 мм. Одним из крупных достижений советской оборонной промышленности был массовый выпуск реактивных минометных установок, знаменитых «катюш». В 1942 г. их было выпущено 3237, в 3 раза больше, чем в 1941 г., в 1943 г. — в 3,4 раза⁷⁶⁶.

Начиная с 1943 г. оказалось возможным сократить производство некоторых видов минометов, так как в войсках было накоплено достаточное количество минометного вооружения малых и средних калибров.

Как и другие отрасли военного производства, артиллерийская промышленность достигла крупных успехов и в совершенствовании качества выпускавшегося оружия. Советским конструкторам и работникам предприятий удалось создать артиллерийские системы, сочетавшие большую огневую мощь с относительно легким весом. Уменьшение веса артиллерии значительно способствовало ее маневренности. В противотанковой и танковой артиллерии начальные скорости возросли более чем в 1,4 раза, а бронепробиваемость — в 5 раз⁷⁶⁷.

Многие образцы артиллерийской техники имели по тому времени превосходные качества. Например, созданная конструкторским бюро под руководством В. Г. Грабина 76-миллиметровая пушка образца 1942 г. (ЗИС-З) значительно превосходила немецкие орудия аналогичного класса по дальности, скорострельности, начальной скорости, маневренности. Много ценного внесли в совершенствование артиллерийского вооружения конструкторы Ф. Ф. Петров, И. И. Иванов, М. Я. Крупчатников, Б. И. Шавырин.

Промышленность, выпускавшая артиллерийское и минометное вооружение, добилась больших успехов в совершенствовании организации производства и технологии. Так, при изготовлении пушки ЗИС-З впервые в мировой практике выпуска орудий была применена конвейерная сборка. На артиллерийских заводах широко внедрялись передовые технологические процессы, использовались новые виды материалов. Были разработаны новые марки стали, требовавшие меньшего расхода дефицитных материалов и цветных металлов.

Весьма эффективным оказался перевод изготовления артиллерийских систем с кислой на основную сталь. Это позволило лучше использовать мощности металлургических цехов и значительно сократить расход остродефицитных материалов. В результате за годы войны удельный расход никеля и ферромолибдена на отдельные изделия уменьшился в 4 раза⁷⁶⁸. Значительно сократился также удельный расход олова и алюминия. Широкое распространение получило использование заменителей сплавов цветных металлов.

Повысило эффективность производства внедрение ковкого чугуна взамен фасонного литья и поковок, использование бессемеровского стального литья вместо электросталей. Все это сыграло важную роль в количественном и качественном развитии производства артиллерийского вооружения.

Советская оборонная промышленность непрерывным потоком поставляла на фронт стрелковое вооружение. Особенно быстро выросло производство автоматического оружия. Во второй половине 1941 г. по сравнению с первым полугодием было выпущено в 8 раз больше пистолетов-пулеметов⁷⁶⁹. В октябре 1941 г. было организовано производство противотанковых ружей. В 1942 г. по сравнению с довоенным периодом производство винтовок было увеличено в 2,8 раза, а пулеметов — в 5,7 раза⁷⁷⁰.

Как и в других оборонных отраслях, в производстве стрелкового оружия шло непрерывное совершенствование выпускавшейся продукции. Примерно половина типов стрелкового оружия, которые находились в войсках к концу войны, была создана и поставлена на серийное производство в ходе войны.

Всего за военные годы в Советском Союзе было выпущено 12 млн. винтовок и карабинов, 6,1 млн. пистолетов-пулеметов, 954,5 тыс. ручных и станковых пулеметов⁷⁷¹.

Огромную роль в деле материального обеспечения вооруженных сил сыграла промышленность боеприпасов. В начале войны под ударом противника оказались многие военные заводы и связанные с ними химические предприятия. В ноябре 1941 г. временно выбыли из строя многие предприятия, выпускавшие корпусы снарядов, мин, авиабомб, взрыватели, ручные гранаты. Во время эвакуации временно не действовало около ²/₃ производственных мощностей по выпуску порохов.

В конце 1941 г. возникла диспропорция между выпуском артиллерийских систем и снарядов к ним. Было необходимо принять срочные меры по развитию этой отрасли военной экономики. Для изготовления боеприпасов были использованы мощности ряда предприятий тяжелой промышленности, а также заводов и фабрик других отраслей. В 1941 г. на производство боеприпасов было переключено 382 предприятия 34 наркоматов. В 1942 г. боеприпасы производили 1108 предприятий 58 наркоматов, а в 1943 г. — 1300 предприятий 60 наркоматов и ведомств.

В результате удалось добиться быстрого роста производства всех видов боеприпасов. За первую половину 1941 г. было произведено 12,2 млн. снарядов, за вторую — уже 30 млн. В последующие годы выпуск снарядов продолжал расти. В 1942 г. Красная Армия получила 73,4 млн. снарядов, в 1943 г. — 85,8 млн., в 1944 г. — 94,8 млн., за девять месяцев 1945 г. — 49,3 млн.⁷⁷² Всего за время Великой Отечественной войны советская артиллерия получила от промышленности 775,6 млн. артиллерийских снарядов и мин — в 14 раз больше, чем получила русская армия в период первой мировой войны⁷⁷³.

Производство патронов для стрелкового оружия по сравнению с 1940 г. выросло в 1942 г. на 37%, в 1943 г. — на 98%, в 1944 — на 146%.

В годы войны значительно улучшились тактико-технические характеристики основных видов боеприпасов. Были усовершенствованы фугасные и осколочные снаряды, намного повысились боевые свойства бронебойных снарядов (подкалиберных и кумулятивных). В большом количестве стали производиться реактивные снаряды. В 1942 г. их было выпущено в 5 раз больше, чем в 1941 г.^774.

В 1943 г. лобовая броня любого немецкого танка пробивалась даже сравнительно небольшим по калибру 57-миллиметровым снарядом. Несмотря на увеличение броневой защиты немецких танков они продолжали оставаться уязвимыми в связи с непрерывным совершенствованием советской бронебойной техники.

Промышленность боеприпасов имела в годы войны высокую организацию. Как и в других отраслях военного производства, здесь широко внедрялся поточный метод. К концу 1943 г. на многих заводах, выпускавших боеприпасы, работало по 10—15 поточных линий. Положительную роль сыграла система специализации и кооперирования предприятий. Как правило, вокруг головного предприятия, выпускавшего снаряды, группировалось несколько предприятий, производивших отдельные элементы боеприпасов. Вся эта группа предприятий имела единый производственно-финансовый план. Головные предприятия помогали смежным предприятиям в разработке технологии, в оборудовании, в подготовке кадров. В промышленности боеприпасов создавались и крупные комбинаты, объединявшие все основные процессы изготовления снарядов и мин. Это способствовало реализации преимуществ массового производства однородной продукции.

Кораблестроение. Эта отрасль оборонной промышленности в ходе войны претерпела большие изменения. С началом войны строительство крупных и средних боевых кораблей (линкоров, крейсеров, эсминцев, тральщиков, сторожевых кораблей), имевших небольшую степень готовности, было приостановлено. Была прекращена также закладка новых кораблей этих классов. Заводы всю работу сосредоточили на достройке тех кораблей, которые имели большие строительные заделы. Вновь закладывались лишь малые боевые корабли (торпедные катера, катера-тральщики, охотники за подводными лодками). Часть мощностей кораблестроительных заводов использовалась также для производства вооружения и боеприпасов. В связи с захватом Николаева немецкими фашистами и установлением блокады Ленинграда строительство кораблей велось главным образом на заводах Поволжья, Сибири и Дальнего Востока.

В 1942 г. судостроительная промышленность поставила Военно-Морскому Флоту легкий крейсер, значительное количество боевых катеров, катеров-тральщиков, подводных лодок. Обеспечение советского флота техникой продолжалось и в последующие годы войны.

Таким образом, все основные отрасли оборонной промышленности в годы войны показали высокий динамизм, способность преодолевать огромные трудности, решать крупнейшие производственно-технические задачи. Общая динамика военного производства по его важнейшим отраслям показана в табл. 3.

Таблица 3.

Рост выпуска военной продукции за 1941—1945 гг. (в % к 1940 г.)*

	1941 г.	1942 г.	1943 г.	1944 г.	1945 г.
Авиационная промышленность	126	178	223	239	177
Танковая промышленность	112	184	234	296	276
Вооружения	145	191	200	206	156
Боеприпасов	152	218	264	310	171

^{* «Шаги пятилеток. Развитие экономики СССР», стр. 132.}

Оборонная промышленность, которая в годы войны аккумулировала основные хозяйственные усилия страны, развивалась значительно быстрее, чем вся экономика в целом. Объем валовой продукции всей промышленности в 1942 г. по сравнению с 1940 г. снизился до 77% и лишь в 1944 г. несколько превысил довоенный уровень, производство военной продукции неуклонно росло. В 1944 г. оно в целом в 2,5 раза превысило уровень 1940 г.^775.

Преимущества социалистической системы хозяйства, титаническая работа партии, органов государственного и хозяйственного управления, общественных организаций позволили обеспечить высокий уровень мобилизации экономических возможностей страны по развертыванию военного производства. В целом за годы войны 57—58% национального дохода, созданного в Советском Союзе, использовалось для удовлетворения нужд фронта⁷⁷⁶. Это имело огромное значение для достижения экономической победы над врагом.

Развитие оборонной промышленности Советского Союза в годы Великой Отечественной войны проходило в единоборстве с экономикой фашистской Германии. Нацистская верхушка, поставленная перед фактом длительной и напряженной войны, принимала все возможные меры для расширения военного производства.

В ходе войны гитлеровская Германия все больше усиливала эксплуатацию трудящихся, усилила нажим на вассальные и оккупированные страны с целью дальнейшей мобилизации производственных ресурсов для войны.

Все эти мероприятия позволили гитлеровскому руководству в ходе войны добиться некоторого роста производства оружия и боевой техники. К середине 1944 г., когда военное производство Германии достигло наивысшего уровня, его объем был в 3 раза больше, чем в начале 1942 г. и в 5 раз больше, чем в начале 1941 г.⁷⁷⁷ Однако производство основных видов вооружения в Германии оказалось недостаточным для восполнения потерь на фронте. В связи с этим с середины 1943 г. и до конца войны в действующих силах фашистского блока количество оружия сокращалось.

В то же время советская военная экономика в ходе войны все более набирала темпы. Производство оружия велось в таком количестве, которое обеспечивало не только восполнение потерь, но и все большую техническую насыщенность войск. Благодаря высоким результатам работы оборонной промышленности соотношение в технической оснащенности войск на фронте все более изменялось в пользу Советских Вооруженных Сил. Уже к ноябрю 1942 г. превосходство гитлеровской армии в производстве основных видов вооружения оказалось ликвидированным. В дальнейшем военные действия протекали в условиях неуклонно увеличивающегося превосходства Советских Вооруженных Сил над противником в оружии и боевой технике. Это подтверждают данные табл. 4.

Таблица 4.

Соотношение основных видов вооружения на советско-германском фронте*

	Действующая армия СССР	Действующие силы Германии и ее союзников
Танки и САУ	Орудия и минометы	Боевые самолеты	Танки и штурмовые орудия	Орудия и минометы	Боевые самолеты
Июнь 1941 г.	1 475**	37 500	1 540**	4 300	47 200	4 980
Декабрь 1941 г.	1 954	22 000	2 238	1 940	26 800	2 830
Ноябрь 1942 г.	7 350	77 851	4 544	5 080	51 700	3 500
Июль 1943 г.	10 200	105 000	10 200	5 850	54 300	2 980
Январь 1944 г.	5 258	83 600	10 200	5 400	54 600	3 000
Январь 1945 г.	11 800	100 400	12 700	8 000	56 000	4 100

^{* БСЭ, т. 24, кн. 2, изд. 3. М., изд-во «Советская энциклопедия», 1977, стр. 150.}

^{** Танки и самолеты новых типов.}

Цифры, приведенные в табл. 4, показывают, что несмотря на экономические трудности советская оборонная промышленность с честью выполнила свое предназначение. Благодаря героическим усилиям работников оборонных предприятий к началу последней кампании на советско-германском фронте (январь 1945 г.) Красная Армия имела больше, чем противник, бронетанковой техники — в 2,8 раза, орудий и минометов — в 3,2 раза, боевых самолетов — в 7,5 раз.

Некоторую роль в техническом оснащении Советских Вооруженных Сил сыграла помощь, оказанная нашей стране союзниками по антигитлеровской коалиции. Так, за годы войны из США и Англии было получено 9,6 тыс. орудий, 18,7 тыс. самолетов, 10,8 тыс. танков. Однако по отношению к производству важнейших видов вооружения на отечественных предприятиях поставки по ленд-лизу составили: артиллерийские орудия — менее 2%, самолеты — около 12, танки — 10%⁷⁷⁸.

К тому же определенная часть военной техники, полученная от союзников, состояла из устаревших образцов, не отвечавших в полной мере требованиям, которые предъявлялись к вооружению характером боевых действий на советско-германском фронте.

Таким образом, прежде всего усилиями отечественной оборонной промышленности была решена наиболее ответственная задача экономического обеспечения победы — создание в необходимом количестве высококачественного вооружения, которое непрерывным потоком поступало на фронт.

Повышение степени материального оснащения Советских Вооруженных Сил, обусловленное успехами оборонной промышленности, оказало самое непосредственное влияние на характер и результаты военных действий на фронтах Великой Отечественной войны. Так, при проведении крупнейших наступательных операций в 1942—1943 гг. на одну стрелковую дивизию приходилось в среднем 180—200 орудий и минометов, 14—17 танков, 13—20 самолетов; в 1944 г. этот же показатель составил 200—245 орудий и минометов, 14—35 танков, 22—46 самолетов⁷⁷⁹.

Успешное развитие оборонных отраслей промышленности значительно расширило возможности всестороннего материального обеспечения действий Советских Вооруженных Сил. В операциях заключительного периода войны войска потребовали сотни тысяч тонн различных материальных средств. Так, в Берлинской операции три фронта (1-й Украинский, 1-й и 2-й Белорусские) израсходовали около 200 тыс. т боеприпасов, 150 тыс. т горючего, десятки тысяч тонн продовольствия, фуража. Вместе с другим имуществом (инженерным, вещевым и т.д.) все это составило не менее 800 тыс. т⁷⁸⁰.

В какой степени росла техническая оснащенность наших войск по мере развития оборонной промышленности, видно из сопоставлений данных о количестве артиллерийских средств, использованных в крупнейших сражениях. Так, в декабре 1941 г. под Москвой наши войска имели около 8 тыс. орудий и минометов, в 1942 г. в контрнаступлении на Волге — 14,2 тыс., в 1943 г. — в Курской битве — 34,5 тыс., в 1944 г. в Белорусской операции — 31,7 тыс., в 1945 г. в Висло-Одерской операции — 32,1 тыс. и в Берлинской операции — 41,6 тыс. орудий и минометов⁷⁸¹.

К концу войны с гитлеровской Германией в Советских Вооруженных Силах была высокая насыщенность всеми необходимыми материальными средствами. В связи с этим задача экономического обеспечения военных действий против империалистической Японии в августе-сентябре 1945 г. решалась не столько за счет производства дополнительного количества вооружений, сколько за счет переброски оружия и боевой техники вместе с войсками с советско-германского фронта и из внутренних военных округов на Дальний Восток.

Таким образом, работа оборонных отраслей промышленности в годы Великой Отечественной войны явилась важнейшим фактором материального обеспечения победы Советского Союза над гитлеровской Германией и империалистической Японией.

Опираясь на успешную работу всей промышленности в целом, сумевшей преодолеть трудности военной обстановки, работники оборонной промышленности сделали самое главное в экономическом обеспечении войны — создали оружие нашей победы. «Наши заводы, — говорил Л. И. Брежнев, — дали Советской Армии оружие, с помощью которого была раздавлена военная машина гитлеровского фашизма, опиравшаяся на промышленную мощь почти всей Европы»⁷⁸². Триумф военный, достигнутый на фронтах, был обеспечен триумфом экономическим — высокими достижениями нашей оборонной промышленности.

3. Машиностроение.

В годы Великой Отечественной войны для решения основной задачи — максимального расширения военного производства — намечался соответствующий уровень развития отраслей машиностроения. Без этого невозможен был неуклонный подъем военной промышленности, не смогло бы развиваться слаженное военное хозяйство.

С первых дней войны основная часть предприятий машиностроения стала работать на нужды фронта. При этом особое значение придавалось таким его отраслям, как станкостроение, электротехническая промышленность, — они обеспечивали снабжение военной промышленности оборудованием.

На военное производство практически перешло почти все машиностроение. На его предприятиях налаживался выпуск танковых корпусов, минометов, снарядов, мин, авиабомб.

Заводы, где до войны выпускалось различное оборудование для народного хозяйства, в течение нескольких месяцев наладили массовое производство военной техники, вооружения, боеприпасов.

В процессе перестройки предприятий на военное производство рабочим и инженерно-техническим работникам пришлось преодолеть целый ряд трудностей, обусловленных специфическими условиями производства для фронта. Условия перехода на военное производство были неодинаковы в различных отраслях машиностроения и даже на отдельных предприятиях. Это зависело прежде всего от конструктивных особенностей военной продукции. Например, ряд крупных заводов машиностроения переключился на изготовление деталей или частей для танковой промышленности. Автомобильные и тракторные заводы наряду с выпуском тягачей и автомобилей для фронта организовали производство танков и другой военной техники. Многие машиностроительные заводы, а также предприятия, выпускавшие электротехническое оборудование, были переданы Наркомату авиационной промышленности.

Заводы, изготовлявшие детали к тракторам и автомобилям, переключились на производство стрелкового вооружения. Заводы сельскохозяйственного машиностроения также освоили производство различных предметов вооружения. Станкостроительная промышленность поставляла специальные станки для военной промышленности. Из 22 тыс. металлорежущих станков, предусмотренных к производству в III квартале 1941 г., около 14 тыс. предназначалось для предприятий по производству боеприпасов, вооружения и самолетов⁷⁸³.

Ряд машиностроительных заводов перешел к изготовлению боеприпасов, средств связи, инженерного оборудования и другой военной техники.

Многие предприятия продолжали работать в условиях военного времени, не меняя коренным образом технологического процесса. Например, автомобильный завод, изготовлявший в мирное время трехтонные грузовые машины, продолжал выпускать их и для фронта. В данном случае изменялось лишь направление сбыта продукции, а процесс производства в основном остался тем же, в ряде случаев менялось лишь качество и количество выпускаемой продукции.

В условиях Великой Отечественной войны большое значение имело последовательное осуществление принципа кооперирования. Усилилось кооперирование в рамках экономического района, области и даже одного города, т.е. повысилась роль внутрирайонного кооперирования.

Большое значение для приспособления предприятий к нуждам военного времени имела специализация производства и оборудования, проведенная в годы мирных довоенных пятилеток. Она содействовала успешному переходу предприятий гражданской промышленности к массовому производству предметов военного снабжения.

Столь быстрая перестройка машиностроения на выпуск военной продукции была возможна только в условиях социалистической системы хозяйства, основанной на общественной собственности на средства производства.

В Советском государстве в условиях военной экономики, как и в мирном хозяйственном строительстве, каждая единица оборудования использовалась лучше, чем в капиталистических странах, и давала гораздо больший эффект.

В годы войны значительная часть заводов советского машиностроения оказалась в районах, временно оккупированных врагом, и в прифронтовой полосе. Гитлеровцами была захвачена территория Украины, имевшей крупную машиностроительную промышленность. В блокаде оказался Ленинград — старейший и крупнейший центр машиностроения, дававший накануне войны 16% валовой продукции советской металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности, в том числе 90% гидротурбин страны, 82% турбогенераторов и т.д.⁷⁸⁴ В прифронтовой полосе была Москва. В восточные районы были эвакуированы сотни предприятий машиностроения, прежде всего связанных с военным производством.

В исключительно короткие сроки на базе эвакуированных заводов на востоке страны было развито мощное, прежде всего оборонное, машиностроение.

Массовое перебазирование промышленности на Восток потребовало установить кооперирование предприятий с другими на новых местах, максимально использовать наличные ресурсы сырья и материалов, мощности оборудования, возможности производства инструмента на месте и т.д. Необходимо было наладить снабжение эвакуированных заводов сырьем и материалами, топливом и электроэнергией.

Новое размещение предприятий обусловливалось наличием разнообразных природных ресурсов (особенно на Урале), которые вместе с Кузбассом могли стать основой развития топливно-энергетической и металлургической промышленности как базы для развития военного производства. На Урале имелись многочисленные кадры высококвалифицированных машиностроителей.

Поволжье и Западная Сибирь, куда перебазировались многие эвакуированные предприятия, были также промышленно освоенными районами, населенными и расположенными недалеко от топливно-энергетических и железорудных ресурсов.

В худших условиях находились предприятия, эвакуированные в Казахстан, республики Средней Азии, где отсутствовала черная металлургия и не была достаточно развита топливно-энергетическая база. Правда, в этих районах имелась цветная металлургия, играющая большую роль в ряде производств.

Трудовой героизм, проявленный трудящимися в тылу при восстановлении эвакуированной промышленности, не уступал героизму на фронте. Возведение цехов, налаживание станков и агрегатов проводилось одновременно. Работали по 12—14 час. в сутки.

Последние месяцы 1941 г. были самыми тяжелыми в истории развития машиностроения. Перемещенные в восточные районы предприятия еще не были введены в строй. Выпуск проката черных металлов, столь необходимого машиностроению, уменьшился к декабрю 1941 г. по сравнению с июнем того же года в 3,1 раза. Производство шарикоподшипников, без которых невозможен выпуск ни самолетов, ни танков, ни артиллерии, сократилось к декабрю 1941 г. в 21 раз⁷⁸⁵.

Однако уже с 1942 г. положение начало изменяться. Капиталовложения в машиностроение за три года войны превысили затраты в данную отрасль за вторую пятилетку⁷⁸⁶. Рост продукции машиностроения обеспечивался вводом новых предприятий прежде всего военного машиностроения. Однако возрастала продукция и ряда других отраслей машиностроения. Так, в первые же годы войны, главным образом на основе эвакуированных предприятий, вступили в строй новые заводы, выпускающие оборудование для промышленности, транспорта и сельского хозяйства. Быстро развивалось машиностроение на Урале. На базе эвакуированных заводов, ранее имевшихся здесь машиностроительных гигантов с их литейными, кузнечными и механосборочными цехами, новых заводов, построенных во время войны, мощности машиностроения за рассматриваемый период возросли в несколько раз. Удельный вес машиностроения и металлообработки в крупной промышленности Урала возрос с 8,3% в 1913 г. до 42,7 — в 1940 г., 66 — в 1942 г, и 70% — в 1943 г.^787.

Уже в 1942 г. на заводах Урала производилась ¹/₃ продукции машиностроительной и металлообрабатывающей промышленности страны⁷⁸⁸. К концу войны мощность его машиностроения превысила довоенную мощность Ленинградского и Украинского районов и приблизилась к уровню главного машиностроительного района страны — Московского. Выросла мощность уральского угольного (сюда был эвакуирован ряд крупных украинских заводов угольного оборудования), нефтяного и химического машиностроения. В годы Отечественной войны на базе эвакуированного Ново-Краматорского завода был построен Южно-Уральский завод тяжелого машиностроения⁷⁸⁹. Было освоено производство шарикоподшипников. На основе эвакуированного оборудования Московского автомобильного завода были созданы четыре завода: Миасский автомоторный, превратившийся в дальнейшем в Уральский автомобильный завод с полным циклом, Челябинский кузнечно-прессовый и рессорный, Южноуральский завод радиаторов и автомобильной арматуры и Ульяновский завод с цехом шасси и главным конвейером. Кроме автомобилестроения, на Урале был создан завод мотоциклов и т.д.^790.

Одним из недостатков отраслевой структуры машиностроения Урала, да и всех восточных районов в годы довоенных пятилеток, было отсутствие здесь развитого станкостроения. Эта отрасль, являющаяся одной из наиболее квалифицированных отраслей машиностроения, до войны сосредоточивалась главным образом в Центральном, Северо-Западном районах СССР, выпускавших перед войной более 50% станков, и на Украине⁷⁹¹. В то же время производство вооружения связано прежде всего с обработкой металлов, а отсюда необходимость роста парка металлообрабатывающего оборудования. В годы Великой Отечественной войны на Урале в значительной мере на базе эвакуированного оборудования возникла целая группа станкостроительных заводов, изготовляющих разнообразные типы станков. В результате восстановления эвакуированного оборудования и строительства заводов на Востоке к середине 1942 г. парк металлорежущих станков составлял 98% и кузнечно-прессового оборудования — 96% довоенного. В 1945 г. выпуск металлорежущих станков превзошел уровень 1940 г. в 3,5 раза.

Государственный Комитет Обороны в постановлении от 28 февраля 1944 г. указывал, что дальнейшее увеличение выпуска оборонной продукции для удовлетворения нужд фронта, быстрейшего восстановления хозяйства в освобожденных районах (в первую очередь угольной промышленности, черной металлургии, энергосистем и железнодорожного транспорта), требуют роста станкостроения — основной базы технического вооружения промышленности. Был установлен расширенный план выпуска станков⁷⁹². Большое место в реализации этого плана отводилось Уралу, где в 1944 г. действовало уже более 10 заводов, выпускавших токарные, револьверные, сверлильные, расточные, шлифовальные, агрегатные и другие станки, прессы, молоты, гидроприводы и т.д. Развивалась инструментальная промышленность. Было создано и получило широкое распространение энергетическое машиностроение: турбостроение, дизелестроение, приборостроение. Было закончено строительство турбинного завода и расширен завод гидротурбин. Большое развитие получила электротехническая промышленность.

Машиностроение и металлообработка являлись основными отраслями промышленности, развивавшимися в годы войны в Западной Сибири. Главным образом это были новые отрасли машиностроения, имевшие военное значение: самолетостроение, танкостроение, производство тракторов, мотоциклов и т.д. Строились новые станкостроительные заводы. Значительно расширилась инструментальная промышленность Сибири. Производство турбин было освоено в электромеханических цехах одного из действовавших заводов, мощность которого усилилась в результате установки оборудования эвакуированного южного машиностроительного завода.

В Западной Сибири в результате преобразования электротехнической промышленности появились большие заводы крупного и среднего электромашиностроения, заводы, производящие моторы, машины постоянного тока и др. Заново было создано тракторостроение. В начале войны было решено построить на Алтае тракторный завод, он вступил в строй в 1943 г. Началось строительство завода почвообрабатывающих машин — «Алтайсельмаш». В одном из городов Западной Сибири было начато строительство большого завода молотилок и сортировок.

По сравнению с 1940 г. машиностроительная и металлообрабатывающая промышленность Западной Сибири увеличила выпуск продукции в 1942 г. в 7,9 раза и в 1943 г. — в 11 раз⁷⁹³.

В Восточной Сибири в годы войны заново создается комбайностроение (первая очередь вступила в 1945 г.).

На базе эвакуированного Старо-Краматорского завода был построен Иркутский завод тяжелого машиностроения.

Значительным был рост военного машиностроения и в Поволжье: производство авиамоторов, самолетов и других видов вооружения. Машиностроение и металлообрабатывающая промышленность этого района в 1943 г. выросли в 8,8 раза по сравнению с 1940 г.⁷⁹⁴ и заняли основное место в промышленности района. Был создан ряд новых отраслей машиностроения.

В Казахстане и Средней Азии на базе эвакуированных предприятий развивались военные отрасли машиностроения, продукция которых выросла в 1943 г. почти в 4 раза. Это способствовало существенному повышению удельного веса машиностроения в промышленном производстве данных регионов.

Был расширен завод тяжелого машиностроения в Казахстане, специализировавшийся во время войны главным образом на выпуске подъемно-транспортных механизмов.

В Узбекской ССР выстроены два крупных завода сельскохозяйственного машиностроения — завод конных сеялок и аппаратуры для борьбы с сельскохозяйственными вредителями и завод хлопковых сеялок и хлопкоуборочных машин. В Киргизской ССР был построен завод жаток, конных грабель, сенокосилок и машин для технических культур; в Казахской ССР — завод посевных, почвообрабатывающих и уборочных машин.

В союзных республиках Закавказья — в Грузии, Азербайджане и Армении также развивалось машиностроение в связи с ростом и организацией военных производств.

Осуществлялось новое строительство и в Центральном районе. Здесь во время войны был создан, например, Подольский котельный завод, выпустивший в 1944 г. самый мощный в мире прямоточный котел⁷⁹⁵.

Возник новый центр тяжелого машиностроения (металлургического) на базе эвакуированного оборудования Ново-Краматорского завода.

Началось строительство новых заводов сельскохозяйственного машиностроения, двух тракторных заводов и некоторых других крупных предприятий.

Таким образом, машиностроение в годы войны в значительной мере передвинулось на восток страны.

Мощная танкостроительная промышленность была создана в Поволжье и на Урале. Эвакуированные танковые заводы слились с местными машиностроительными предприятиями. На производство танков, главным образом средних, перешли тракторный завод в Сталинграде, Уралмашзавод и Челябинский тракторный завод, «Красное Сормово» в Горьком и др.

На Урале имелись благоприятные условия для перевода машиностроительных заводов на выпуск бронетанковой техники, здесь были намечены места для размещения эвакуированных предприятий, связанных с танковой промышленностью, подготовлена производственная база для танкового дизелестроения.

По решению ГКО был создан комбинат по производству тяжелых танков КВ⁷⁹⁶. В него вошли Кировский завод (в Челябинске), танковые цехи Ижорского завода, оборудование которых размещалось на Уралмаше, и некоторые уральские предприятия тяжелого машиностроения.

В результате развития станкостроения на Урале и в Западной Сибири восточные районы в годы войны получили мощную техническую базу для дальнейшего развития своего хозяйства. Производство металлорежущих станков в восточных районах выросло в 1945 г. в 2,3 раза по сравнению с довоенным и составило 24,5% от союзного⁷⁹⁷.

Как отмечалось, в восточных районах развернулось энергетическое машиностроение — одна из наиболее квалифицированных отраслей машиностроения, раньше почти целиком сосредоточенная в Европейской части СССР. Крупное котлостроение было создано на Урале и в Западной Сибири, которая по имеющимся энергетическим ресурсам являлась одним из лучших районов СССР для развития этой отрасли.

Тяжелое и транспортное машиностроение было развито в восточных районах и до войны. Во время войны некоторые крупнейшие предприятия тяжелого машиностроения переключились на выпуск военной продукции. Одновременно они продолжали изготовлять продукцию для тяжелой промышленности.

Развитие в Сибири производства горно-металлургического оборудования было весьма целесообразно, так как эта металлоемкая отрасль машиностроения имела здесь потребителей своей продукции. Примерно по тем же причинам рациональным было развитие здесь и транспортного машиностроения. Была построена первая очередь завода тяжелого машиностроения. Крупным заводом этой отрасли стал за время войны один из действовавших в Западной Сибири заводов, начавший производить разнообразное оборудование для черной металлургии и смежных с ней отраслей, — краны различной грузоподъемности, трансферкары для блюминга, рудодробилки, вагонетки и др.

Полностью был реконструирован завод тяжелого машиностроения в Восточной Сибири, ставший крупнейшим поставщиком оборудования для предприятий золотопромышленности и цветной металлургии.

Одновременно с созданием новых центров машиностроения широко развернулся процесс возрождения машиностроительной базы в районах, подвергшихся временной оккупации. Начала быстро восстанавливаться станкостроительная промышленность Украины, ее тяжелое и энергетическое машиностроение.

В целом по СССР продукция машиностроения, включая производство вооружения и боеприпасов, по сравнению с 1940 г. выросла в 1942 г. на 19%, в 1943 г. — на 42, в 1944 г. — на 58 и в 1945 г. — на 29%. В значительной мере рост происходил за счет выпуска военной продукции. Это подтверждается тем, что по окончании войны производство машиностроительной продукции сократилось и в 1946 г. было даже ниже уровня 1940 г. (0,86 раза), хотя за 1945 г. выпуск гражданской продукции в машиностроении увеличился на 56,7%.

Вследствие переключения машиностроения на выпуск военной продукции и ограниченных ресурсов металла многие отрасли гражданского машиностроения пришлось свернуть. В первые военные годы прекратилось производство гидравлических турбин, генераторов, угольных комбайнов, тепловозов и электровозов, пассажирских вагонов, тракторных сеялок, зерновых комбайнов, прядильных машин и ткацких станков, не говоря уже о товарах народного потребления — радиоприемниках, холодильниках, фотоаппаратах, швейных машинах, велосипедах. Производство машин и оборудования в СССР в 1940—1945 гг. характеризуют следующие данные⁷⁹⁸:

	1940 г.	1945 г.	1945 г., % к 1940 г.
Котлы паровые, тыс. м²	276,3	90,3	32,7
Турбины, млн. квт	1,2	0,2	16,7
Генераторы к турбинам, млн. квт	0,5	0,3	60,0
Дизели (без автотракторных), тыс. л. с.	255,2	18,7	7,3
Станки металлорежущие, тыс. шт.	58,4	38,4	65,8
Кузнечно-прессовые машины (без ручных машин и ножниц), тыс. шт.	4,7	2,9	61,7
Приборы, средства автоматизации и запасные части к ним (в оптовых ценах предприятий на 1 июля 1955 г.), млн. руб.	30,9	66,0	213,6
Металлургическое оборудование, тыс. т	23,7	26,9	113,5
Угольные очистные комбайны, шт.	22	5	22,7
Автомобили, тыс. шт.	145,4	74,7	51,4
В том числе грузовые, тыс. шт.	136,0	68,6	50,4
Тракторы (в физических единицах) тыс. шт.	31,6	7,7	24,3
Экскаваторы, шт.	274	10	3,6
Комбайны зерноуборочные, тыс. шт.	12,8	0,3	2,3
Нефтеаппаратура, тыс. т	16	1	6,2
Паровозы магистральные, шт.	914	8	0,9
Скреперы, шт.	2704	34	1,3
Бульдозеры, шт.	118	1	0,8
Краны башенные, шт.	57	3	5,3
Краны на автомобильном ходу, шт.	139	17	12,2
Прядильные машины, шт.	1109	11	1,0
Ткацкие станки, шт.	1823	18	1,0

В 1945 г. производство большинства видов гражданских машин и оборудования резко сократилось, в отдельных случаях до десятых долей процента от довоенного уровня (паровозы магистральные, вагоны грузовые, скреперы, чесальные машины для хлопка). Лишь со второй половины войны постепенно восстанавливалось и развивалось производство гидравлических турбин и генераторов, угольных комбайнов, пассажирских вагонов. Постепенно восстанавливался и увеличивался выпуск машин и оборудования для сельского хозяйства и промышленности, производящей товары народного потребления. С 1944 г. увеличивается выпуск тракторов, тракторных плугов, восстанавливается производство тракторных сеялок, зерновых комбайнов. С 1945 г. возобновляется выпуск прядильных машин и ткацких станков.

На относительно высоком уровне сохранялось производство металлорежущих станков, кузнечно-прессовых машин.

Важной задачей машиностроения было производство оборудования для восстанавливаемых и вновь строящихся металлургических заводов. Даже в 1942 г. производство металлургического оборудования было лишь немногим ниже довоенного (на 18,1%), а в последующие годы превышало его (в 1945 г. — на 12,5%). Удовлетворялись также неотложные нужды топливной промышленности. В центральных районах и на Востоке на базе судоремонтных предприятий было создано восемь заводов угольного машиностроения. Их производственные мощности были почти равны мощностям южных заводов угольного машиностроения. В 1945 г. производство врубовых машин на 46% превышало довоенный уровень. В 2,1 раза больше, чем до войны, выпускалось отбойных пневматических молотков; на 25% — глубинных насосов, на 171,1% — турбобуров⁷⁹⁹. По сравнению с довоенным выпуск продукции увеличился лишь по некоторым видам: приборы и средства автоматизации (на 113,6%), электродвигатели переменного тока мощностью свыше 100 квт (на 29,2%).

Отдельные виды оборудования импортировались (учитывая поставки по ленд-лизу). В годы войны было получено таким образом 44,6 тыс. шт. металлорежущих станков, 1860 паровозов и 11,3 тыс. платформ.

Состояние отдельных отраслей в годы войны было различным и определялось многими факторами.

Автомобильная промышленность СССР, например, значительно увеличила производственные мощности. Крупнейшим центром отрасли в эти годы был Горький. Горьковский автомобильный завод увеличил производство и освоил выпуск ряда машин для нужд фронта. Оборудование Московского автомобильного завода осенью 1941 г. было эвакуировано на Урал и Поволжье. На оставшемся после эвакуации оборудовании завод выпускал боеприпасы и вооружение. Но уже в 1942 г. на нем возобновилось производство автомашин. Не прекращалось развитие смежных с автотракторной промышленностью производств. Новые центры автотракторного электрооборудования были созданы в Западной Сибири. Значительно расширился карбюраторный завод в Поволжье. Как уже упоминалось, на базе эвакуированного оборудования в Поволжье, на Урале и в Западной Сибири выросло производство шарикоподшипников⁸⁰⁰.

Машиностроение и в годы войны оставалось важнейшим фактором технического прогресса в народном хозяйстве. Увеличилось количество выпускаемых типов станков, в частности, было организовано производство высокопроизводительных специальных станков. Благодаря этому экономились производственные площади, снижалась потребность в рабочей силе, особенно квалифицированной, и вместе с тем повышалось качество изделий. В общем количестве выпущенных металлорежущих станков удельный вес специальных специализированных и агрегатных станков повысился с 11% в 1940 до 44% в 1942 г.^801.

Много цехов и предприятий машиностроения было переведено на поточную систему производства. Получило развитие центробежное литье, литье в постоянные металлические формы (кокили), внедрялись штампосварные конструкции взамен литых. Ковка заменялась штамповкой. Широко распространялась автоматическая сварка по методу Е. О. Патона.

Успехи советского машиностроения обеспечивались поистине героическим трудом его работников, среди которых с первых дней войны развернулось соревнование за быстрейшее и высококачественное выполнение заказов фронта.

Соревнование за перевыполнение государственных заданий с прежним или меньшим числом рабочих имело в условиях ограниченности трудовых ресурсов неоценимое значение для развития военного производства, для обеспечения рабочими кадрами предприятий, восстанавливаемых в освобожденных районах.

4. Электроэнергетика.

Электроэнергетика, созданная за годы довоенных пятилеток, сыграла наряду с другими отраслями промышленности важную роль в укреплении военной экономики СССР.

Уже в первые месяцы войны электроэнергетике СССР в связи с потерей значительной части территории, на которой до войны производилось свыше 40% электроэнергии и располагались крупнейшие электроэнергетические системы, предстояло решить ряд новых и сложных задач. Надо было осуществить перестройку работы отрасли; обеспечить высокие темпы выработки электроэнергии в восточных районах страны; наладить бесперебойное электроснабжение вывезенных из угрожаемых районов предприятий; максимально использовать все резервы увеличения производства электроэнергии.

Перестройка работы этой отрасли в условиях военного времени выразилась в увеличении в балансе электроэнергии доли военных отраслей промышленности и отраслей, их обслуживающих, в максимальном использовании на электростанциях местных видов топлива, в вводе новых мощностей в восточных и глубинных районах страны.

Коммунистическая партия и Советское правительство уделяли особое внимание наращиванию в стране электромощностей. Необходимость обеспечения электроэнергией предприятий оборонной промышленности, эвакуированных предприятий в условиях сокращения производства электроэнергии потребовала перераспределения материальных и финансовых ресурсов в пользу электроэнергетики. За годы войны доля электроэнергетики в капиталовложениях повысилась с 3,9 в 1940 г. до 4,8% в 1944 г.⁸⁰² Несмотря на трудности военного времени электростроительство в СССР было обеспечено все возрастающими капиталовложениями. В 1943 г. только по Наркомату электростанций они превысили уровень 1942 г. в 2 раза, в 1944 г. составили 140,7% по отношению к 1943 г., а в 1945 г. — 124,7% к уровню 1944 г.^803.

В ходе электростроительства, чтобы освоить выделенные средства и обеспечить выполнение планов ввода, надо было решить проблему воссоздания на востоке страны энерго- и электромашиностроения, в связи с перебазированием их из угрожаемых районов.

В условиях сокращения производства энергооборудования был организован учет демонтированного и неустановленного оборудования электростанций и энергосистем, осуществлена его эвакуация в восточные районы страны и на Урал. За первые два года войны туда было эвакуировано 92 паровых турбины, 14 гидротурбин, 108 паровых котлов, 383 силовых трансформатора⁸⁰⁴. С 1944—1945 гг. на стройки начало поступать новое оборудование с восстановленных и новых электромашиностроительных предприятий.

Успешно была решена такая сложнейшая проблема, как обеспечение электроэнергетики кадрами. Чтобы снабдить стройки квалифицированными кадрами и форсировать монтажные работы, проводилась ускоренная профессиональная подготовка рабочих; на электростройки переводились опытные рабочие с промышленных предприятий. Создавались строительные колонны Народного комиссариата электростанций (НКЭС), которые формировались из демобилизованных бойцов строительных частей Советской Армии.

В крупнейших обкомах партии восточных районов были созданы отделы энергетики, которые занимались мобилизацией трудящихся для работы на важнейших стройках. Всего по Наркомату электростанций были распределены 116,7 тыс. человек, мобилизованных Комитетом по учету и распределению населения, по электротехнической промышленности — 33,2 тыс. человек⁸⁰⁵.

Проводилась большая работа по сокращению сроков строительства и монтажа электростанций и сетей. Были изменены правила проектирования и строительства в сторону ускорения и упрощения проектных работ и ввода агрегатов при максимальном использовании эвакуированного энергооборудования, наличных сооружений. Разрабатывались экономичные типы сооружений и компоновки зданий электростанций, позволяющие сократить кубатуру главных зданий и сроки строительства, снизить его стоимость, свести к минимуму потребление дефицитных материалов и максимально использовать местные строительные материалы. На составление проектов стали тратить в 6—8 раз меньше времени, чем до войны, на разработку чертежей — в 2—3 раза. Одновременно осуществлялась и перестройка строительно-монтажных работ. Монтаж оборудования начинался по мере частичной готовности сооружения. С 1942 г. стали применять монтаж оборудования крупными блоками (Красногорская и Челябинская ТЭЦ). В результате срок монтажа паровых котлов и турбин на Челябинской ТЭЦ сократился более чем в 2 раза⁸⁰⁶.

Сооружение и расширение ряда важнейших электростанций приравнивалось к военному и обеспечивалось всем необходимым в первую очередь, многие электростанции строились методом народных строек.

Большую роль в ускорении темпов ввода новых электромощностей сыграл трудовой героизм рабочих и крестьян, самоотверженно работавших на строительстве электростанций несмотря на тяжелые бытовые условия (нехватка жилья, питания, спецодежды и т.д.).

Вопросы электростроительства постоянно были в центре внимания Советского государства. В годы войны был принят ряд постановлений СНК СССР, ГКО и ЦК ВКП(б), целью которых было усиленное развитие этой важнейшей отрасли экономики. На первом этапе войны строительство новых электростанций и расширение мощности действующих осуществлялось в восточных районах: на Урале, в Сибири, Казахстане, Средней Азии. В том числе на Урале на вновь строящейся Челябинской ТЭЦ, расширяемых Среднеуральской и Кизеловской ГРЭС, Красногорской ТЭЦ, в Кузбассе — на Кемеровской ГРЭС и ТЭЦ, в Казахстане — на начатой до войны Карагандинской ГРЭС, ТЭЦ Текелийского свинцово-цинкового комбината. Строились новые ГЭС в Средней Азии. В восточных районах сооружались также средние и мелкие электростанции упрощенного типа, фабрично-заводские электростанции. Такие станции были построены в Троицке, Тюмени, Кургане, Петропавловске, Шадринске, Ачинске. Наращивали мощность электростанций республики Закавказья (Озерная и Храмская ГЭС и др.). В результате предпринятых мер в декабре 1942 г. более 30% электроэнергии вырабатывали электростанции, созданные в военное время⁸⁰⁷.

В 1944 г. впервые за годы войны был предусмотрен ввод электромощностей не только в восточных и глубинных районах, но и в Центре и на Украине (Постановление ГКО «О вводе новых мощностей на электростанциях в 1944 г.», принятое в апреле 1944 г.⁸⁰⁸). В ходе электростроительства в 1945 г. были ликвидированы потерянные в начале войны электромощности в первую очередь за счет быстрого развития мощностей в восточных районах, которые превосходили темпы роста по СССР в целом. Если в 1945 г. суммарная мощность электростанций СССР достигла довоенного уровня, то по Уралу она была в 2 раза больше, в Караганде — в 4,1 раза, в Сибири — в 1,5 раза, в Кузбассе — в 1,7 раза, в Казахстане — в 1,7 раза, Узбекистане — в 1,8 раза. В результате уже в 1943 г. восточные районы дали 19,2 млрд. квт-ч, или 60% всей электроэнергии⁸⁰⁹. В 1945 г. удельный вес Урала, Сибири, Средней Азии и Дальнего Востока составил в выработке электроэнергии 48,5% вместо 22,2% в 1940 г. Урал на протяжении всей войны занимал первое место по производству электроэнергии в стране: в 1945 г. 28,9% вместо 12,9% в 1940 г. Существенно выросла доля Сибири и Дальнего Востока — до 14,4% против 6,6% в 1940 г. Хотя удельный вес Центрального района по производству электроэнергии снизился с 27,6% в 1940 г. до 23,9% в 1945 г., он оставался крупным производителем электроэнергии и занимал второе место среди экономических районов страны⁸¹⁰. Таким образом, в годы войны произошли существенные сдвиги в размещении электростанций. Несмотря на трудности в ряде восточных районов и на Урале диспропорция между потребностью промышленности и уровнем производства электроэнергии была в основном преодолена. Однако задача обеспечения экономики Востока электроэнергией стояла остро на протяжении всех лет войны.

*

Война нанесла электрохозяйству страны огромный ущерб. На Украине оккупанты разрушили почти все электростанции. Сохранившиеся мощности составляли всего 0,4% от довоенной⁸¹¹. В Белоруссии после освобождения действовало лишь 5% довоенной мощности. Десятки электростанций были уничтожены в Молдавии, Латвии, Эстонии, Литве⁸¹².

По мере освобождения европейских районов Союза от оккупации возрастала их потребность в электроэнергии. Для обеспечения восстановления экономики Центра, Северо-Запада, Украины, Прибалтики страна нуждалась в электроэнергии. Требовалось возродить разрушенные фашистами электростанции в наиболее короткие сроки. Восстановление электроэнергетики было признано одной из важнейших задач военной экономики СССР. Оно началось уже с января 1942 г., т.е. в ходе войны, и осуществлялось по предварительно разработанным планам. Восстановление электроэнергетики происходило высокими темпами и в больших масштабах. На первом этапе восстановления поставки электрооборудования осуществлялись за счет возвращения демонтированных агрегатов. С созданием электропромышленности на востоке страны и восстановлением ее в Москве, Ленинграде, Харькове был взят курс на полное обеспечение восстанавливаемых электростанций новым оборудованием.

Большую роль в восстановлении электроэнергетической отрасли сыграла помощь тыловых районов, выделивших огромное количество оборудования, материалов, инструмента. Каждая энергосистема по мере возможности направляла в возрождавшиеся районы оборудование для электростанций. В 1943 г. по инициативе работников систем Мосэнерго и Азэнерго в стране развернулось движение по оказанию помощи восстанавливаемым электростанциям.

Это позволило обеспечить высокие темпы восстановления, досрочно ввести в строй многие объекты. Только в 1944 г. досрочно вступили в действие турбогенераторы на Зуевской, Штеровской, Днепродзержинской и Шахтинской ГРЭС, в Сталинградском энергокомбинате и др. Строители этих электростанций были удостоены переходящих знамен ГКО.

Первоочередному восстановлению подлежали электростанции Подмосковного угольного бассейна, Донбасса, Криворожского рудного района, Северного Кавказа, Центра. Объемы восстановительных работ здесь возрастали из года в год.

1942 г. — основной год восстановления электроэнергетики Подмосковного угольного бассейна и системы Мосэнерго, которая в начале войны потеряла ½ своей мощности. За этот год в системе Мосэнерго, были вновь пущены агрегаты общей мощностью в 341 тыс. квт и она достигла почти 90% довоенного уровня; было восстановлено 1,4 тыс. км линий электропередач из 1,5 тыс. км разрушенных⁸¹³.

В 1943 г. расширились восстановительные работы на электростанциях Донбасса, Левобережной Украины, Сталинграда, Грозного, Орджоникидзе, Орловской, Брянской и Смоленской областей. Все электростанции крупнейших энергосистем Донбасса, Ростова, Грозного были введены в строй, хотя еще и не на полную мощность.

В 1944 г. закончились восстановительные работы первой очереди энергосистем Орджоникидзе, Харькова, Сталинграда. В этом году началось восстановление электроэнергетики Прибалтийских республик.

В 1944—1945 гг. развернулись работы по восстановлению таких крупных районных электростанций, как Днепрогэс, Нижне-Свирская ГЭС, Дубровская ГРЭС и др. Эти электростанции были сильно разрушены в ходе войны и в их восстановлении принимала участие вся страна. Так, в возрождении Днепрогэса им. В. И. Ленина участвовали 120 промышленных предприятий, 53 города, 25 тыс. молодых рабочих и колхозников многих национальностей⁸¹⁴.

Всего за 1943—1945 гг. в освобожденных районах СССР было введено 1,7 млн. квт электромощностей, или 37% всех введенных мощностей за годы войны⁸¹⁵. К 1946 г. мощность восстановленных электростанций достигла 2342 тыс. квт, вступило в строй более 30 восстановленных крупных электростанций⁸¹⁶.

Масштабы и сроки восстановительных работ, выполненных советским народом в ходе войны, демонстрируют преимущества социалистической системы и ее дееспособность. Для сравнения можно указать, что фашистам, несмотря на все их попытки, практически не удалось восстановить захваченных электростанций. Так, электростанция в Днепродзержинске восстанавливалась ими несколько месяцев, но саботаж рабочих не позволил ввести ее в строй. После освобождения города советскими войсками электростанция была восстановлена в течение двух недель. Гитлеровцы не смогли в течение двух лет пустить в ход электростанции Донбасса⁸¹⁷.

Были пущены в ход лишь отдельные небольшие электростанции, да и те систематически выводились из строя партизанами и саботировавшими рабочими.

*

Обеспечение значительных масштабов нового строительства и восстановления электростанций в освобожденных от оккупации районах позволили Советскому Союзу со второй половины 1942 г. непрерывно увеличивать мощность электростанций и производство электроэнергии (табл. 5).

Таблица 5.

Динамика мощности и выработки электроэнергии на электростанциях СССР в 1940—1945 гг.*

Год	Мощность всех электростанций	Производство электроэнергии
млн. квт	% к предыдущему году	% к 1940 г.	млрд. квт-ч	% к предыдущему году	% к 1940 г.
1940	11,2		100	48,3		100
1941				46,6		96
1942	7,3	100	65	29,1	100	60
1943	8,5	116,4	76	32,3	111	67
1944	9,9	116,5	88,4	39,2	121,3	81
1945	11,1	112,1	99	43,3	110,5	90

^{* Подсчитано по кн.: Г. С. Кравченко. Экономика СССР в годы Великой Отечественной войны, стр. 252, 253; М. И. Лихоманов. Организаторская работа партии в промышленности в первый период Великой Отечественной войны 1941, 1942, ЛГУ, 1969, стр. 146.}

Приведенные данные показывают, что советская экономика в годы войны не только обеспечила высокие темпы развития электроэнергетики, но и превысила их по сравнению с довоенным периодом. Преимущества советской плановой системы хозяйства позволили даже в трудных условиях войны превзойти соответствующие показатели по США и Германии. В 1943 г. производство электроэнергии в Германии выросло на 3,5% по сравнению с 1942 г., а в 1944 г. на 0,4% по сравнению с 1943 г., в СССР рост составлял соответственно 11% и 21%. В США прирост электроэнергии достиг 4,4%, а в 1945 г. сократился на 3% по сравнению с 1944 г.

Высокие темпы ввода мощностей электростанций позволили уже в годы войны нейтрализовать потери производственных мощностей электроэнергетики. В этот период было введено в действие и восстановлено 4,7 млн. квт, т.е. столько, сколько было введено в СССР в 1935—1940 гг. Среднегодовой объем ввода в целом с июля 1941 г. по 1 января 1946 г. составил в СССР 1044 тыс. квт вместо 798 тыс. квт за 3,5 года третьей пятилетки и 711,6 тыс. квт в годы второй пятилетки⁸¹⁸. Построено 11 тыс. км линий электропередач, что больше, чем было создано за 1933—1940 гг.

Преимущества социалистической системы хозяйства проявились не только в повышении темпов развития отрасли в военные годы, но и в более эффективном использовании электроэнергии по сравнению, например, с Германией. Советский Союз производил в расчете на 1 млрд. квт-ч в 4,3 раза больше самолетов, в 6,6 раза больше танков, чем их производилось в Германии⁸¹⁹.

В годы войны строительство и восстановление производственных мощностей электроэнергетики проводилось главным образом на тепловых электростанциях. С точки зрения затрат труда, времени и средств оно было более выгодным, чем сооружение гидроэлектростанций. За 1941—1945 гг. вновь построено и восстановлено свыше 4 млн. квт на ТЭС⁸²⁰, т.е. более 80% всех введенных мощностей. Доля их в общей мощности электростанций повысилась с 86% в 1940 г. до 90% в 1945 г. Одновременно производилось и сооружение гидроэлектростанций. ГЭС обеспечивали огромную экономию топлива, сокращали его перевозки, способствовали бесперебойному электроснабжению военной экономики. Только ГЭС, работавшие на территории СССР в военные годы, сэкономили 17 млн. т угля, освободили 15 тыс. железнодорожных маршрутов⁸²¹. Кроме того, строительство многих электростанций развертывалось в районах, богатых гидроресурсами (Средняя Азия, Урал, Закавказье). Всего в стране сооружалось 40 ГЭС и восстанавливалось 11. За годы войны на ГЭС было введено свыше 660 тыс. квт, т.е. больше, чем за все годы второй пятилетки. В республиках Средней Азии темпы производства электроэнергии на ГЭС были выше, чем на всех электростанциях. В результате роль гидроэнергии в электробалансе увеличилась. В Узбекистане в 1945 г. она поднялась до 80% вместо 41% в 1940 г., в Таджикистане — до 60%.

Повышение эффективности электроэнергетического хозяйства СССР в годы войны было достигнуто и за счет ускоренных темпов ввода теплофикационных турбин на действующих и новых ТЭЦ. Установка их влечет за собой ряд экономических преимуществ, так как обеспечивает комбинированный способ производства электроэнергии и тепла, экономию общественного труда, топлива, снижение себестоимости и т.д. Особенно большой прирост мощности теплофикационных турбин наблюдался в Сибири и на Урале, куда была эвакуирована большая группа предприятий, производственный процесс которых базировался на комбинированном использовании энергии. Так, в Сибири отпуск теплоэнергии увеличился в 6 раз (рост ее в целом по стране в эти годы достигал 30%). В 1945 г. мощность теплофикационных турбин по районным электростанциям была на 25% выше, чем в 1940 г., в то время как мощность всех паровых турбин лишь на 3% превысила уровень 1940 г. В результате мощности теплофикационных турбин районных электростанций составляли в 1945 г. 31% всей мощности паровых турбин (до войны 25%)⁸²².

Претерпел существенные изменения и топливный баланс электростанций. Стали шире применяться в качестве топлива и низкосортные местные угли. Удельный вес их в балансе районных электростанций в 1943 г. достиг 58% вместо 37% в 1940 г. Значительно сократилось потребление дальнепривозного угля⁸²³.

В целях обеспечения рационального электроснабжения и повышения его экономической эффективности преимущественно вводились новые электромощности на районных электростанциях, в энергосистемах, строились линии электропередач, создавались новые и укрупнялись старые энергосистемы. Мощности районных электростанций и блокстанций восточной части страны, включая Урал, выросли за 1941—1945 гг. в 1,8 раза⁸²⁴. Особенно интенсивно они строились в Казахстане, в республиках Средней Азии. На станциях общего пользования и блок-станциях Казахстана и Узбекистана выработка электроэнергии выросла за 1941—1945 гг. в 3,3—5 раз, что превышало темпы роста ее производства на всех электростанциях.

Несмотря на то, что часть энергосистем была полностью или частично выведена из строя, коэффициент централизации производства электроэнергии в целом по стране повысился с 81,2% в 1940 г. до 82,8% в 1945 г. Почти все энергосистемы, расположенные вне зоны военных действий, увеличили мощность примерно в 1,5—2 раза и более⁸²⁵. В годы войны вступили в строй также новые энергосистемы — Томская, Омская, Красноярская, Уфимская, Барнаульская и др. Энергосистемы стали играть ведущую роль в электроснабжении народного хозяйства Узбекистана (90%), Таджикистана (58,4%). Коэффициент централизации производства электроэнергии в Казахской ССР вырос с 8,2% в 1940 г. до 23,6% в 1945 г., Киргизии — с 26,9% до 38,2% соответственно.

В военные годы наблюдался некоторый рост средней мощности установленных паровых турбин (с 12,9 тыс. квт до 14,2 тыс. квт), мощности котлов (с 40,2 до 47,3 т/час) за счет увеличения ввода на районных электростанциях крупных для того времени турбин мощностью от 24 тыс. квт и выше, котлов паропроизводительностью свыше 99 т/час⁸²⁶. Районные электростанции, как и до войны, служили основным источником электроснабжения. Доля промышленных электростанций в производстве электроэнергии немного выросла при росте их удельного веса в ряде экономических районов и снижении выработки электроэнергии на коммунальных и сельских электростанциях.

*

Одним из важных резервов увеличения выработки электроэнергии является наиболее полное использование мощностей электростанций. Общие трудности военного времени (перебои в топливоснабжении, изношенность оборудования и т.д.) явились причиной недоиспользования мощностей в годы войны. Так, в 1945 г. мощности всех электростанций достигли 99% от довоенного уровня, а выработка электроэнергии — 90%. Особенно большой разрыв наблюдался на электростанциях освобожденных районов. В восточных районах страны (Урал, Сибирь, Казахстан, Узбекистан), напротив, рост выработки электроэнергии превышал рост мощностей. Это объяснялось как лучшей организацией работы электростанций в этих районах, так и напряженностью электробаланса, вследствие чего электростанции работали почти без резерва мощности.

В нормализации работы электростанций большую роль сыграло решение ГКО от 9 января 1943 г. «О проведении принудительных капитальных ремонтов на электростанциях»⁸²⁷. На многих предприятиях было организовано производство запасных частей для электростанций. Это позволило увеличить объемы и улучшить качество ремонта котлов и турбин. Начиная с 1943 г. количество отремонтированных агрегатов систематически росло. Если в 1943 г. (за 11 месяцев) было отремонтировано 437 котлов и 272 турбины, то в 1945 г. соответственно 522 и 346⁸²⁸. Капитальный ремонт на электростанциях сопровождался механизацией топливно-транспортных цехов, химических цехов и т.д. В результате на многих электростанциях повысилась производительность котлов, увеличилась мощность и выработка электроэнергии, улучшились технико-экономические показатели работы.

Перебои в топливоснабжении послужили причиной снижения коэффициента использования наличных мощностей в электроэнергетике. Чтобы устранить эти перебои, снабжение электростанций топливом было централизовано, топливные маршруты для них приравнивались к военным.

В 1942—1943 гг. устанавливается контроль за режимом работы электростанций. Проводились научные исследования теплового режима электростанций, поиски путей повышения эффективности и экономичности эксплуатации электростанций, экономии электроэнергии, тепла и топлива. Руководство этими работами осуществляла группа ученых во главе с Г. М. Кржижановским и А. В. Винтером. В стране развернулось социалистическое соревнование за экономию топлива и электроэнергии.

За годы Великой Отечественной войны на электростанциях и в электросетях было внедрено свыше 15 тыс. предложений изобретателей и рационализаторов, обеспечивающих значительную экономию топлива, электроэнергии, материалов и досрочное производство высококачественных ремонтов⁸²⁹.

Все это способствовало успешной деятельности многих коллективов в эксплуатации электростанций, улучшению экономических показателей их работы. Хотя в топливном балансе электростанций значительно увеличилась доля менее качественных видов энергоресурсов, удельный расход условного топлива на 1 квт-ч по районным электростанциям сократился за годы войны с 645 г до 627 г. Уже в те годы многие новые электростанции (Челябинская ТЭЦ), расширенные (Красногорская и Закамская ТЭЦ), вновь восстановленные (Новомосковская и Зуевская ГРЭС) по этому показателю превзошли довоенный уровень и обогнали США.

Разрушения, причиненные войной производительным силам европейских районов СССР, вызвали сокращение абсолютных размеров производства и потребления электроэнергии в целом в отраслях народного хозяйства. Отраслевая структура электробаланса в 1941—1945 гг. существенно не изменилась (табл. 6).

Таблица 6.

Электробаланс народного хозяйства СССР*

Год	Производство электроэнергии, млрд. квт-ч	Потребление
промышленность	транспорт	Сельское хозяйство	прочие отрасли	потери в сети
млрд. квт-ч	%	млрд. квт-ч	%	млрд. квт-ч	%	млрд. квт-ч	%	млрд. квт-ч	%
1940	48,3	34,7	71,8	2,6	0,05	0,5	0,01	7,1	0,14	3,4	0,07
1945	43,3	31,0	70,0	1,8	0,04	0,4	0,01	6,5	0,15	3,6	0,08

^{* «Страна Советов за 50 лет», стр. 67.}

В годы войны, как и в довоенный период, основным потребителем электроэнергии оставалась промышленность, потребление электроэнергии в которой в 1945 г. сократилось на 3,7 млрд. квт-ч, или на 11% по сравнению с 1940 г. Однако в восточных районах и на Урале на протяжении всех лет войны наблюдалось непрерывное увеличение потребления электроэнергии, в первую очередь в промышленности. Так, за 1941—1945 гг. потребление электроэнергии в промышленности Узбекистана выросло в 3 раза. В Казахстане и в республиках Средней Азии коэффициент опережения потребления электроэнергии в промышленности над валовой продукцией промышленности складывался в пользу электроэнергии.

Однако промышленность СССР развивалась в условиях напряженного электробаланса. Поэтому огромную роль в обеспечении электроэнергией оборонных отраслей и тяжелой промышленности страны сыграла строгая централизация и нормирование электроснабжения, планомерное распределение и перераспределение электроэнергии как между отраслями народного хозяйства, так и промышленности. Уже 1 июля 1941 г. СНК СССР утвердил планы распределения электроэнергии на III квартал 1941 г. по системам Мосэнерго, Ленэнерго, Донэнесго, Уралэнерго и т.д. (всего по 17 электросистемам вместо 6 до войны)⁸³⁰, а также списки предприятий, обеспечивающихся электроэнергией в первую очередь. С 1942 г. электроэнергия Мосэнерго и Уралэнерго ежемесячно распределялась СНК СССР в форме лимитов по отраслям. На протяжении всех лет войны преимущественно обеспечивались электроэнергией отрасли тяжелой промышленности. Доля их в общем потреблении электроэнергии выросла с 84,9% в 1940 г. до 90% в 1945 г.

Начиная с 1943 г. с ростом выработки электроэнергии и увеличением объема восстановительных работ, расширением географии перевозок увеличивается необходимость лучшего обеспечения электроэнергией промышленности стройматериалов, предприятий НКПС. В последующем были увеличены лимиты электроэнергии предприятиям текстильной промышленности, обслуживающих как нужды армии, так и населения.

В годы войны значительно выросло применение термической обработки изделий в оборонной промышленности. Потребление электроэнергии для технологических процессов увеличилось с 18,1% в 1940 г. до 25,2% в 1945 г.⁸³¹ и в 1945 г. на 24% превысило довоенный уровень. В республиках Средней Азии и Казахстане применение электроэнергии для этих целей выросло еще больше.

Потребление же электроэнергии в силовых процессах производства сократилось абсолютно на 20%. В восточных районах (Средняя Азия, Казахстан и др.) ускоренные темпы роста потребления электроэнергии в технологических процессах сопровождались углублением и расширением электрификации силовых процессов.

В эти годы проводилась электрификация железнодорожных линий в двух важнейших промышленных районах страны: Московском (1942 г.) и на Урале (1944, 1945 гг.). Основные железнодорожные узлы обеспечивались электроэнергией наравне с оборонными предприятиями.

Большую помощь в электрификации сельского хозяйства оказало постановление правительства от 8 февраля 1945 г. «О развитии сельской электрификации»⁸³². В результате уже в 1945 г. был превышен довоенный уровень по числу электрифицированных колхозов (на 14%), МТС — (на 31%), совхозов (на 9%). Однако в 1945 г. сельское хозяйство потребляло лишь 70% электроэнергии от уровня 1940 г.^833.

Таким образом, советская электроэнергетика и в годы войны развивалась высокими темпами. Особенно это проявлялось в восточных и глубинных районах СССР, где не нарушался цикл производства. Но война отрицательно отразилась на техническом уровне электроэнергетики, темпах развития электрификации народного хозяйства СССР.

5. Топливная промышленность.

Проблема топлива, как и металла, остро стояла на протяжении всех военных лет. Обусловливалось это рядом факторов, прежде всего тем, что к концу 1941 г. Советский Союз лишился 63% производственных мощностей угольной промышленности. Основная угольная база страны — Донбасс (до конца 1943 г.) и такой важный угледобывающий район, как Подмосковье, до конца 1941 г., были захвачены неприятелем. Во второй половине 1942 г. выбыли из строя нефтяные промыслы Краснодарского края и Грозненской области, был затруднен вывоз бакинской нефти.

В связи с массовой эвакуацией на Восток промышленных предприятий и гражданского населения, многократным ростом интенсивности работы железнодорожного транспорта центр топливопотребления в короткий срок переместился за Волгу и Урал. Вся нагрузка по снабжению народного хозяйства топливом легла на восточные угольные и нефтяные базы, дававшие в 1940 г. лишь 35,9% общесоюзной добычи угля и 11,7% нефти⁸³⁴. С действующих шахт и нефтепромыслов большая часть рабочих, технических и хозяйственных кадров ушла в армию. На их место пришли неквалифицированные работники, чаще всего подростки и женщины. Следствием такого изменения состава рабочей силы явилось понижение производительности труда в отрасли и уменьшение объема добычи.

1942 г. был самым критическим для топливной базы Советского Союза. Добыча угля составила 45,5% довоенного уровня, нефти — 71, торфа — 19, вывозка дров — 17%. Однако топливный потенциал страны, созданный в годы довоенных пятилеток, позволил во всех экономических районах в трудных условиях войны в весьма короткие сроки, в течение одного — полутора лет, наладить промышленное топливоснабжение.

С 1943 г. по мере восстановления топливная промышленность освобожденных районов активно включалась в военную экономику страны, поставляя фронту и тылу уголь, авиационный бензин, дизельное топливо. Еще в 1942 г. был восстановлен Московский бассейн. В 1943 г. страна получила первый донецкий уголь и северокавказскую нефть и нефтепродукты, в 1944 г. — прикарпатское жидкое горючее. В 1944 г. на освобожденные районы приходилось 31,0% общесоюзной добычи угля и 2,4% (без Баку) нефти⁸³⁵.

Война внесла свои коррективы в отраслевую структуру капиталовложений. Так, удельный вес угольной промышленности в капиталовложениях промышленных наркоматов в 1940 г. составлял 5,5%, в 1943 г. — 7,1 и в 1944 г. — 9,1%⁸³⁶. Вложения в отрасль, начиная с 1943 г., были выше довоенных, а в 1944 г. превосходили показатель 1940 г. без малого в 2 раза. Инвестиции в нефтяную промышленность во второй половине войны были больше, чем в мирное время⁸³⁷.

Производственные фонды добывающей промышленности почти не поддаются эвакуации, а размещение предприятий привязано к месторождению полезного ископаемого. Поэтому те огромные сдвиги в производственном аппарате топливного хозяйства СССР, которые были достигнуты в годы Великой Отечественной войны, осуществлены главным образом за счет расширенного воспроизводства основных фондов отрасли в ходе войны на востоке страны. Сырьевая база для строительства новых шахт и нефтепромыслов была частично подготовлена советской геологической службой в довоенное время и приумножена за годы войны.

Угольная промышленность. В связи с осложнившейся ситуацией на фронте СНК СССР 8 декабря 1941 г. принял специальное постановление «О развитии добычи угля в восточных районах СССР»⁸³⁸. По каждому району определялись размеры среднесуточной добычи, развитие подготовительных работ, строительство новых шахт.

От подъема угольного производства Востока зависело дальнейшее развитие всей военной экономики. Газета «Правда» писала: «Во время войны уголь — не просто топливо. Это танки, это самолеты, это оружие, это снаряды. Производство вооружения и боеприпасов лишь завершается на сборочных конвейерах военных заводов, а начинается оно в угольных лавах, в забоях шахт»⁸³⁹. В течение 1942—1943 гг. центральными и местными партийными и советскими органами по ведущим бассейнам Востока были приняты специальные постановления о неотложных мерах по увеличению добычи угля. В них труженики отрасли нашли развернутую программу развития угольной промышленности и своим героическим трудом реализовали ее в намеченные сроки. Было введено немало новых мощностей и восстановлено старых.

Для увеличения добычи угля прежде всего использовалось незавершенное строительство и резервные мощности на действующих шахтах. Кроме того, за время войны в восточных и северных районах страны построено и введено в эксплуатацию 180 угледобывающих предприятий с суммарной производственной мощностью 37,3 млн. т, из них 26% (9,75 млн. т) карьеров. Здесь же было создано заново восемь заводов угольного машиностроения⁸⁴⁰. Такой прирост мощности сыграл решающую роль в возмещении потерь, связанных с временной утратой Донбасса.

Строились преимущественно шахты средней и малой мощности, относительно небольшой глубины. По экономическим показателям они уступали крупным шахтам, но имели большое преимущество по фактору времени: строительство и освоение их проектных мощностей происходило в более короткие сроки, более простыми приемами, с меньшей затратой сил и средств. Особое внимание уделялось расширению добычи открытым, более дешевым способом.

О динамике добычи угля и изменениях в размещении угольной промышленности говорят данные табл. 7.

Таблица 7.

Добыча угля в 1940—1945 гг.*

Год	Всего по стране	Бассейны, % к общесоюзной добыче
млн. т	% к 1940 г.	Донецкий	Подмосковный	Кузнецкий	Печорский	Уральский	Карагандинский
1940	165,9	100	51,7	6,0	12,7	0,2	7,1	3,8
1941	151,4	91,2	43,6	6,3	16,6	0,2	9,3	4,8
1942	75,5	45,5	5,0	11,4	27,8	1,1	21,0	9,3
1943	93,1	56,1	4,4	15,5	26,8	1,8	22,0	10,3
1944	121,5	73,2	16,7	14,5	22,3	2,1	18,9	8,9
1945	149,3	90,0	24,7	13,4	19,4	2,2	16,8	7,6

^{* «Советская экономика в период Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.», стр. 91.}

В первые два года войны происходило падение объема добычи угля, и в 1942 г. он достиг самой низкой точки: было добыто 75,5 млн. т. Восточные районы поставили стране 82% угля. Были мобилизованы все местные ресурсы, значение которых выросло. В 1942 г. общесоюзные угольные базы дали стране 43,2% угля вместо 68,4% в 1940 г. На Урале, например, доля привозных карагандинских и кузнецких углей в покрытии потребности уральской индустрии в 1940 г. составляла 55%, в 1942 г. — 49% и в 1943 г. — 28,5%⁸⁴¹. Увеличение доли открытой добычи угля с 3,8% в 1940 г. до 12,2% в 1942 г. позволило повысить за этот период среднеотраслевую производительность труда на 14% (с 30,6 до 34,8 т/мес.)⁸⁴².

В тяжелых условиях 1942 г. был полностью восстановлен Подмосковный угольный бассейн, сыгравший исключительную роль в обеспечении топливом военной промышленности и населения Москвы. Сразу же после его освобождения 29 декабря 1941 г. СНК СССР принял специальное постановление о начале восстановительных работ⁸⁴³. Это был первый директивный документ о возрождении народного хозяйства освобожденных районов. К тому времени все 69 действовавших до войны и три заканчивающихся строительством шахты были затоплены, их стволы взорваны, горные выработки завалены.

Однако уже через 8 месяцев, в сентябре 1942 г., добыча угля в бассейне была доведена до довоенного уровня: среднесуточная добыча достигла 35 тыс. т против 34,75 тыс. т в июне 1941 г.⁸⁴⁴ За 1942 г. шахты бассейна дали 8,6 млн. т угля, что составило 11,4% общесоюзной добычи вместо 6% в 1940 г.

Развитие Подмосковного и Печорского бассейнов (в 1945 г. в последнем было 20 шахт вместо 5 в 1940 г.) имело большое значение в рационализации топливоснабжения страны. Благодаря им еще до полного освобождения страны стало возможным сократить угольные потоки из восточных бассейнов на запад от Волги. Печорский уголь поступал в Центральный и Северо-Западный районы, в том числе в блокированный Ленинград, по новой Северо-Печорской железной дороге, движение по которой началось в 1942 г.

Серьезной угрозой для металлургической промышленности явился спад добычи коксующихся углей: в 1942 г. в 3 раза по сравнению с 1940 г.

К концу войны добыча карагандинских коксующих углей увеличилась в 2,3 раза и кизеловских — в 3,4 раза. В целом же по Советскому Союзу добыча угля для коксования в 1945 г. составила 84% от предвоенного уровня, или 29,8 млн. т. Во всех восточных угольных бассейнах удельный вес углей для коксования увеличился. Особая роль в решении проблемы металлургического топлива принадлежит Кузнецкому бассейну.

С временной оккупацией Донбасса угольно-металлургическим центром страны стал Урало-Кузнецкий комбинат, главной кочегаркой которого являлся Кузбасс. Именно добыча коксующихся углей определяла роль бассейна в военном хозяйстве СССР.

Почти весь прирост добычи кузнецких углей в военные годы — 7,0 из 7,9 млн. т — приходится на коксующиеся угли. Их добыча в бассейне за 1941—1945 гг. выросла в 2,2 раза при общем росте угледобычи в бассейне на 37%. В 1942—1943 гг. Кузбасс давал Родине ¾ всей добычи угля для коксования вместо 16,7% в 1940 г. В пределах бассейна их удельный вес за время войны вырос с 28 по 45%.

Развитие обогатительного производства увеличило ресурсы технологического угла и эффективность их использования в доменном процессе. В 1945 г. в Кузбассе имелось девять обогатительных фабрик (в 1940 г. — только 2), на которых ¹/₃ добываемых углей для коксования подвергалась пневматическому обогащению⁸⁴⁵.

С 1943 г. добыча угля начала стабильно расти. Происходило это в основном за счет ресурсов восточных районов, а также за счет освобожденных угольных баз Европейской части СССР. В 1943—1945 гг. ½ добытого в стране угля давали два восточных района — Урал и Западная Сибирь. Темпы прироста угледобычи в СССР в этот период превысили темпы мирного времени.

Рост добычи угля на Урале происходил главным образом за счет развития открытых разработок. Их удельный вес в 1945 г. достиг 49% вместо 28% в 1940 г. На разрезах получено 67% прироста угледобычи Уральского экономического района (9,2 из 13,7 млн. т). В марте 1944 г. вводится в эксплуатацию крупнейший Карагандинский угольный разрез в Казахстане, где в 1945 г. было добыто 1853 тыс. т, или 10,5% угля открытой добычи⁸⁴⁶. В целом по СССР добыча угля на разрезах выросла в 2,8 раза, составив в 1945 г. 17,8 млн. т, или 12% всей добычи угля против 3,8% в 1940 г. В 1943 г. ее доля достигала 14,6%. Широкое развитие открытых работ явилось большим достижением советских угольщиков в годы войны.

К концу войны добыча всех бассейнов страны, кроме Донецкого, превысила довоенный уровень. В 1945 г. страна получила карагандинского угля в 1,8 раза больше, чем в 1940 г., уральского — в 2,1, подмосковного — в 2, печорского — в 13 раз.

В топливоснабжение страны Донбасс включился с 1943 г. Его полное освобождение завершилось 8 сентября 1943 г., и до конца года было добыто 4,1 млн. т донецкого угля. В бассейне частично уже действовало 50 основных и 585 мелких шахт, оснащенных самодельными паровыми лебедками и конными воротами. Уголь добывался обушком.

За все время оккупации немцам удалось наладить добычу угля лишь на нескольких мелких шахтах в размере около 2% от их довоенного уровня. А планы немецкого командования были обширны. Представители германских фирм, прибывшие вслед за войсками, имели задание превратить Донбасс в свой «Восточный Рур», включив донецкие шахты и предприятия в состав немецких угольно-металлургических монополий. На деле им пришлось завозить в угольный Донбасс топливо из Германии и оккупированной Польши.

В период временной оккупации Донецкого бассейна немецкие захватчики вывели из строя 882 шахты с годовой производительностью 115 млн. т угля, в том числе 314 основных шахт и 31 шахту-новостройку. Под водой находилось около 95% всей действовавшей до войны очистной линии забоев. Ущерб Донбассу только по угольной промышленности исчислялся в 13 млрд. руб. (в действовавшем масштабе цен)⁸⁴⁷. В докладе, посвященном 29-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, восстановление угольного Донбасса было названо «почти как воскрешение из мертвых»⁸⁴⁸.

Восстановление шахт Донбасса — этого главного топливного арсенала СССР — стало делом всей страны. Первые постановления по этому вопросу Государственный Комитет Обороны принял в феврале и сентябре 1943 г.⁸⁴⁹ В 1943—1945 гг. во Всесоюзном соревновании за досрочное высококачественное выполнение заказов Донбасса участвовали предприятия 20 областей⁸⁵⁰. Обстановка требовала, как можно скорее и в больших количествах наладить добычу угля, хотя бы и примитивными способами. Использовались старые неглубокие, строились новые мелкие шахты на выходах пластов на поверхность, по возможности организовывались работы по выемке угля, оставленного в целиках. Для откачки воды из затопленных шахт и работ по их восстановлению создавали передвижные электропоезда, использовали «малую энергетику» — двигатели внутреннего сгорания, тракторы, автомобильные двигатели, паровые машины, самодельные паровые установки.

В первую очередь приступили к восстановительным работам по 120 основным шахтам и строительству 400 мелких шахт. Восстанавливались они по старым схемам и начинали выдавать уголь при незаконченном восстановлении технологических комплексов в шахте и на поверхности. Во вторую очередь включались работы, которые можно было производить в процессе частичной эксплуатации.

В принятом ГКО 18 июля 1944 г. постановлении⁸⁵¹ указывалось, что восстановление угольной промышленности Донбасса должно производиться раньше других отраслей промышленности. Теперь форсированному восстановлению подлежали крупные и средние шахты — 99 наиболее разрушенных шахт второй очереди, намечалось построить 50 новых средних шахт на участках с коксующимися углями.

Значительную роль в восстановлении донецких шахт сыграли женщины. На 1 апреля 1944 г. на них приходилось 30% рабочих угольного Донбасса, причем почти половина из них была занята на подземных работах⁸⁵².

Расширяется фронт работ, меняется их характер: параллельно с восстановлением проводится реконструкция шахтного хозяйства.

В условиях войны к концу 1945 г. было восстановлено 533,6 км горных выработок, или почти 28% выработок, подлежащих восстановлению. Донецкие шахтеры дали стране 36,9 млн. т угля, или 25% его общесоюзной добычи. За два последних года угледобыча здесь была увеличена в 9 раз. Мощность одной шахты, вводимой в эксплуатацию в 1943 г., составляла 100 тыс. т в год, в 1944 г. — 180 тыс., в первом полугодии 1945 г. — 270 тыс. т.

В годы войны оснащение шахт транспортными средствами происходило быстрее, чем другими механизмами. Для выемки угля более широкое применение получили взрывные работы — с 17,4% в 1940 г. до 44,6% в 1945 г. Механизация выемки и доставки угля в 1945 г. не достигла довоенного уровня, а откатки угля и породы (по грузообороту) повысилась с 75,2 до 86,5%, в том числе электровозами — с 66,9 до 76,0%. В восточных районах техническое оснащение шахт выросло по всем видам машин. Механизация выемки угля на разрезах страны повысилась с 80,3 до 96,5%, а их техническое оснащение одноковшовыми экскаваторами — в 2,2 раза⁸⁵³.

В период войны широкое применение нашла щитовая система выемки мощных крутопадающих пластов в Кузбассе и система разработки одинарных лав в Подмосковном бассейне. Щитовая система разработки, составлявшая в 1940 г. 0,5%, в 1945 г. достигла 4,9%, а в южных районах Кузбасса соответственно — 3,5 и 41,3%⁸⁵⁴. Более совершенные методы выемки угля из пласта применялись на карагандинских и кизеловских шахтах.

Вынужденной мерой, вызванной условиями войны, но давшей более высокую производительность труда, явился выборочный метод разработки угля, в первую очередь коксующегося.

Производительность труда шахтеров в угольной промышленности снижалась до конца 1943 г. Одной из причин этого явилось массовое обновление кадров преимущественно рабочими, не имевшими специальной подготовки и слабо приспособленными к физическому труду. Сказывалась и общая нехватка техники.

В 1944 г. впервые с начала войны производительность труда на шахтах Наркомугля повысилась на 5,9%, в том числе производительность труда забойщиков и навалоотбойщиков — на 7%⁸⁵⁵. Это был серьезный сдвиг, но все же недостаточный, чтобы восстановить довоенный уровень. В 1945 г. в большинстве бассейнов она равнялась ¾ от уровня 1940 г. На разрезах производительность труда рабочих была в 3—4 раза выше, чем в шахтах (до войны только в 2—2,5 раза). Рост угледобычи в значительной степени происходил за счет увеличения в отрасли численности рабочих с 473,1 до 562,3 тыс. человек.

Нефтяная промышленность. Успехи угольной промышленности были особенно значимы для топливного баланса страны в связи с большими потерями в нефтяной промышленности.

На всем протяжении войны основные ресурсы жидкого горючего концентрировались в Закавказье (70—60%). В первые месяцы добыча нефти в стране удерживалась почти на довоенном уровне. В сентябре 1941 г. начался спад и в декабре объем нефтедобычи составил 66% от уровня июня 1941 г. В целом же за 1941 г. страна получила 33 млн. т нефти — больше, чем накануне войны.

Добычу нефти за 1940—1945 гг. показывают следующие данные (в млн. т)⁸⁵⁶:

	1940 г.	1941 г.	1942 г.	1943 г.	1944 г.	1945 г.
Прифронтовые районы (УССР, Северный Кавказ, АзССР)	27,2	28,7	17,8	13,5	13,4	13,7
% к итогу	87,5	87,0	81,0	75,3	73,7	70,5
% к 1940 г.	100	105,3	65,3	49,7	49,3	50,2
Районы, удаленные от фронта	3,9	4,3	4,2	4,4	4,8	5,7
% к итогу	12,5	13,0	19,0	24,7	26,7	29,5
% к 1940 г.	100	110,3	107,0	113,4	123,2	146,5
Всего по СССР	31,1	33,0	22,0	17,9	18,2	19,4
% к 1940 г.	100	106,0	70,6	57,7	58,6	62,4

Летом 1942 г. гитлеровские захватчики предприняли крупное наступление на Украине, под Воронежом, на Дону и Северном Кавказе. Враг был остановлен в районе Моздока и Орджоникидзе — на подступах к Грозному. Однако из-за близости фронта буровые работы в Грозненском нефтяном районе были прекращены. К 23 августа противник прорвался к Волге. Нефтяная промышленность понесла большие потери. Значительная часть материальных средств прифронтовых районов оказалась разрушенной или эвакуированной. За один 1942 г. объем буровых работ в стране сократился в 3,7 раза, добыча нефти — на ¹/₃. В руках врага на различное время оказались районы нефтедобычи Западной Украины, Краснодарского края, Грозненской области.

После того как была блокирована Волга, соединяющая Баку с районами Центра, почти прекратился вывоз бакинской нефтепродукции. Свыше 5 млн. т отбензиненной нефти перекачали в лощины гор и сохранили как резерв для использования в будущем. Ею заполнили все возможные к использованию емкости, закачивали в скважины, назад в недра. Для вывоза горючего сохранился единственный путь — по Каспию через Красноводск и Гурьев, а дальше кружным путем через Среднюю Азию на Урал и Волгу. За осенне-весеннюю навигацию 1942—1943 гг. долевое участие нефтепотока по Каспию на Астрахань уменьшилось почти вдвое, зато на Красноводск увеличилось вчетверо и на Гурьев составило 18,4%⁸⁵⁷. Для оперативной перевозки горючего в прифронтовых районах были построены новые железнодорожные ветки: Кизляр — Астрахань, Баскунчак — левый берег Волги, Батуми — Туапсе по берегу Черного моря, Саратов — Камышин — Сталинград Ленинград обеспечивался горючим по ледовой «дороге жизни», а с весны 1942 г. — по 28-километровому трубопроводу, проложенному по дну Ладожского озера.

Важное мобилизующее значение для нефтяной промышленности имело постановление ГКО от 22 сентября 1942 г., в котором отмечалось, что задача увеличения добычи нефти в восточных районах страны является «важнейшей военно-хозяйственной и политической задачей»⁸⁵⁸. В 1942 г. их доля в добыче нефти выросла до 19% вместо 12,5% в 1940 г. Здесь был введен в строй ряд новых промыслов и расширены ранее построенные. Нефтяная промышленность восточных районов набирала темпы развития и сыграла большую роль в обеспечении фронта и тыла нефтепродуктами. За годы войны добыча нефти здесь выросла в 1,5 раза и составила в 1945 г. 29,5% от общесоюзного уровня.

После изгнания в начале 1943 г. гитлеровских захватчиков с Северного Кавказа нефтяную промышленность там пришлось по существу создавать заново. На нефтяных промыслах Грозного и Краснодарского края немецко-фашистскими захватчиками было выведено из строя свыше 3 тыс. скважин с добычей до 5 млн. т нефти в год⁸⁵⁹. В 1943 г. возобновились буровые и разведочные работы в Бакинском районе, где на консервации находилось свыше 5,6 тыс. скважин⁸⁶⁰. Однако потери, понесенные в 1941—1942 гг., обусловили дальнейшее уменьшение общесоюзной добычи нефти — она составила в 1943 г. 57,7% довоенного уровня, ибо значительная часть материальных средств и живого труда шла на восстановление разрушенного хозяйства и только затем — на прирост добычи. В это время в угольной промышленности наступил переломный момент и добыча угля начала нарастать.

Производство оборудования, инструмента и нефтеаппаратуры в 1942 и 1943 гг. почти полностью прекратилось, так как машиностроительные заводы переключались на выпуск вооружения и боеприпасов. Особенно тяжело было с обеспечением трубами. Если в 1940 г. их было поставлено 301 тыс. т, то в 1942 г. — всего 6,95 и в 1943 г. — 35,7 тыс. т, что удовлетворяло потребность на 15—20%. Многое решалось за счет мобилизации внутренних ресурсов. Например, вышедшие из употребления бурильные трубы использовались в качестве обсадных. Всего по стране было извлечено и заново использовано во втором полугодии 1941 г. 3254 т, в 1942 г. — 7837 и в 1943 г. — 1910 т труб⁸⁶¹. Кроме того, в ряде случаев вместо металлических применялись асбоцементные трубы, демонтировались неиспользуемые нефтепроводы. Частично разведка скважин велась без крепления, применялось бурение скважин с малым диаметром, конструкции скважин временно облегчались. Например, в тресте «Туймазанефть», за счет изменения конструкции вес труб при креплении одной скважины был уменьшен с 42 т в 1940 г. до 11—17 т в 1942 г.^862.

С 1944 г. добыча нефти в стране начала постепенно повышаться. Дали первую нефть промыслы Западной Украины, за год в 1,8 раза увеличилась нефтедобыча на Северном Кавказе, на 20—30% — в Поволжье и в Средней Азии, удвоился объем бурения в Азербайджанской ССР.

Преимущественно в 1944—1945 гг. геологи открыли 29 новых нефтяных и 18 газовых месторождений, в том числе кладовые девонской нефти в Урало—Поволжье⁸⁶³. Они коренным образом изменили промышленную оценку и перспективы роста многих нефтяных областей и способствовали укреплению энергетического потенциала страны.

В 1945 г. добыча кавказской нефти составила 50% от довоенного уровня, украинской — 71, всего по СССР — 62,4%, или 19,4 млн. т, а по восточным районам — 146,5%. Удельный вес фонтанной добычи снизился по отрасли с 23,4 до 13,7%. Однако на нефтепромыслах Востока — Башкирии, Куйбышевской области, Казахстана, а также Грозного и Дагестана он увеличился. Появилась фонтанная добыча в Татарии и Пермской области. Связано это с вводом в эксплуатацию новых месторождений, а также благодаря применению методов искусственного поддержания пластовых давлений.

В добычу нефти за 1941—1945 гг. было направлено в 1,7 раза больше капиталовложений, чем за три года третьей пятилетки. Затраты на бурение скважин оставались на прежнем уровне и составили в военные годы 31% суммарных затрат на бурение и добычу нефти — наименьший процент по сравнению с предшествующими пятилетками⁸⁶⁴.

В основном за счет освобожденных районов преобладало бурение разведочных скважин. Поэтому в 1945 г. разведочное бурение достигло 78% довоенного уровня, а эксплуатационное — 38%.

Несмотря на огромные трудности, нефтяная промышленность не только справилась с задачей обеспечения фронта и тыла нефтью и нефтепродуктами, но решила ряд крупных задач, сыгравших большую роль в последующем ее развитии. Именно в военные годы в промышленных масштабах внедрено и освоено турбинное бурение. Его удельный вес вырос с 2,4% в 1940 г. до 6,7% в 1945 г., в Дагестане он составил 84,2 и в Пермской области — 70,8%. С 1943 г. сначала на нефтепромыслах Пермской области, а затем и в других районах получило развитие наклонно-направленное бурение. В Бугуруслане, а в 1944 г. в Майкопе разбуривание месторождений начали при разреженной сетке скважин, позволившей уменьшить объем бурения. Одним из крупнейших достижений 1942 г. было создание научных основ разработки нефтяных месторождений с применением вторичных методов их эксплуатации — закачки газа в пласт и законтурного заводнения пластов (впервые применен на Туймазинском месторождении). В 1943 г. при Наркомнефти была создана специальная группа по интенсификации нефтедобычи⁸⁶⁵. Основной обязанностью группы были выбор объектов и содействие широкому промышленному внедрению методов поддержания пластового давления и вторичных методов нефтедобычи.

Для повышения производительности эксплуатационного фонда скважин применялась их термохимическая обработка, а также торпедирование, т.е. взрыв в скважине (в Ишимбае, на промыслах Эмбы и Сахалина). Обессеривание нефтей Баку, а также обезвоживание восточных нефтей значительно улучшило работу ряда нефтеперегонных заводов, выпускавших авиационное, автомобильное и другое горючее.

В первые же месяцы войны были демонтированы и эвакуированы в глубь страны Одесский, Херсонский и Бердянский крекинг-заводы, Туапсинский нефтеперерабатывающий завод, перебазированы заводы Северного Кавказа, Московский нефтемаслозавод. На базе эвакуированного оборудования были построены нефтеперерабатывающие заводы в Сызрани, Краснокамске, Перми, Красноводске, на станции Винновская в Узбекской ССР, расширены Орский и Ишимбаевский нефтезаводы, строились новые заводы в Куйбышеве, Гурьеве. В конце 1942 г. было окончено строительство нефтеперерабатывающего завода в Комсомольске-на-Амуре и нефтепровода Лагури — Софийск, впервые в мире проложенного по дну морского пролива. На ряде заводов вступили в строй установки для производства высокооктановых добавок к авиабензинам, что имело исключительно большое значение, ибо увеличение октанного числа бензина только на одну единицу повышало взлетную способность и скорость истребителей и бомбардировщиков на 30—40 км в час⁸⁶⁶.

Несмотря на общее падение добычи нефти выработка горючего для армии постоянно росла. В 1943 г. производство бензина в стране выросло в 1,1 раза по сравнению с 1942 г., дизельного топлива — в 2,3, моторного — в 1,7 раза⁸⁶⁷. За один 1941 г. выпуск бензина в Баку увеличился с 92 до 219,4 тыс. т. В 1942 г. выработка только высокооктанового бензина (марки Б-78) достигла здесь 340,1 тыс. т⁸⁶⁸.

На протяжении всей войны производство авиационного бензина было выше довоенного. Только за второе полугодие 1941 г. по сравнению с первым его производство увеличилось на 45%. Значительную его часть дали предприятия Северного Кавказа при демонтаже заводов и подготовки их к эвакуации. С 1942 г. основная тяжесть снабжения армии горючим легла на бакинские заводы, полностью переведенные на производство авиационного бензина. В 1943 г. объем его выработки в СССР составил 113% от 1940 и в 1944 г. — 150,1%, а удельный вес в общем производстве бензинов за годы войны вырос с 20 до 30—36%⁸⁶⁹.

Благодаря внедрению более совершенных технологических схем на существующих предприятиях и пуску в эксплуатацию новых нефтеперегонных установок в восточных районах обеспечивалось увеличение отбора светлых нефтепродуктов из нефтей. За 1940—1944 гг. отбор всех бензинов из бакинской сырой нефти повысился с 5,76 до 8,36%, в том числе авиабензинов — с 2,56 до 6,15% и бензина первого сорта — с 0,53 до 2,36%. Впервые в мировой практике стали получать авиабензин из низких сортов нефти, освоили извлечение бензина из крекинг-газа и легроина.

География нефтеперерабатывающей промышленности за военные годы изменилась примерно в тех же пропорциях, что и размещение нефтедобычи. Значение Урало-Поволжского нефтеперерабатывающего центра увеличилось более чем в 2 раза, а долевое участие Кавказских районов снизилось с 80 до 66%⁸⁷⁰. Нефтепереработка появилась на Дальнем Востоке, в Средней Азии, Казахстане. Удельный вес мощностей заводов отрасли в восточных районах вырос с 13% на 1 июля 1941 г. до 22% на 1 января 1945 г.^871.

Из-за общей нехватки нефтяного сырья производственные мощности нефтеперерабатывающих заводов в 1943—1945 гг. загружались на 58—84%. Выработка некоторых видов моторного топлива сокращалась. По возможности его заменяли газогенераторным, переоборудуя автомашины на твердое топливо. Ряд наркоматов и ведомств построили и ввели в эксплуатацию полукоксовые установки для получения жидкого топлива.

Проблема жидкого топлива была решена за счет внутренних возможностей. Внешние поступления в общих его ресурсах составили лишь немногим более 5%. Из США и Англии за годы войны по ленд-лизу получено только 2599 тыс. т нефтепродуктов⁸⁷².

Газовая промышленность. Большое значение как для экономики военного времени, так и для послевоенного развития топливной базы СССР имела добыча природных газов и строительство газопроводов. До войны практически приступили лишь к утилизации газа попутной добычи. Почти вся его добыча сосредоточивалась на Кавказе — 83,7% в 1940 г. В 1945 г. эти районы дали только 33,5% добычи газа при росте ее в целом по стране на 3%. За годы войны газовая промышленность появилась в районах Севера (Коми АССР), в Поволжье и на Дальнем Востоке. Восточные районы в целом, главным образом за счет Урало-Поволжья, увеличили добычи природного газа в 31 раз. Их удельный вес в общесоюзной добыче вырос с 0,9 до 29,2%.

Под Саратовом природный газ был открыт в августе 1942 г. Недалеко от Елынанки был проложен 18-километровый газопровод, по которому уже через два месяца газ поступил в котлы Саратовской ГРЭС. В сентябре 1943 г. бугурусланский газ получила промышленность Куйбышева по газопроводу в 180 км. Хотя пропускная способность этих газопроводов была невелика, их ввод имел большое оборонное значение, ибо освобождал железнодорожный транспорт от перевозки значительного количества твердого и жидкого топлива. В 1944 г. ГКО вынес решение о сооружении газопровода Саратов — Москва (792 км).

За 1941—1945 гг. общая добыча топлива в СССР снизилась на 22,2%. Уменьшение топливных ресурсов страны в основной своей массе произошло за счет угольного (на 48%) и нефтяного (на 32%) топлива (табл. 8). Наибольшее падение наблюдалось в добыче нефти (на 37,6%) и торфа (на 32,5%). Сократилась на 17,6% добыча сланцев. В 1945 г. было добыто на 10% меньше угля, чем в 1940 г., в том числе в шахтах — на 17,5%) меньше (на 28,1 млн. т), а на разрезах — в 2,8 раза больше (на 11,5 млн. т).

Таблица 8.

Динамика и структура добычи топлива в 1940—1945 гг.

	1940 г.	1945 г.	1945 г., % к 1940 г.	Структура снижения добычи условного топлива
добыча	% к итогу	добыча	% к итогу
Уголь, млн. т	165,9	59,1	149,3	62,2	90,0	48,35
на разрезах	6,3	—	17,8	—	282,5	—
для коксования	35,3	—	29,8	—	84,8	—
Нефть (включая газовый конденсат), млн. т	31,1	18,7	19,4	15,0	62,4	31,85
Природный газ (включая газ попутной добычи), млрд. м³	3,2	1,9	3,3	2,3	103,1	0,35
Торф, млн. т	33,2	5,7	22,4	4,9	67,5	8,3
Сланцы, млн. т	1,7	0,3	1,4	0,2	82,4	0,35
Дрова, млн. плотных м³	128,2	14,3	106,8	15,2	83,3	10,8
Всего топлива, млн. т.у.т.	237,7	100	185,0	100	77,8	100

^{* «Страна Советов за 50 лет». М., изд-во «Статистика», 1967, стр. 68, 71; «Промышленность СССР», 1957, стр. 133, 249.}

В течение военных лет структура топливного баланса отличалась мобильностью. К 1943 г. снизилась доля угля и нефти (в 1942 г. по углю она равнялась 47,4%) и значительно повысился удельный вес древесного топлива — до 22% вместо 14,3% в 1940 г. В Северо-Западных районах Советского Союза дрова составляли ²/₃ всего потребленного топлива, а в Центральных — достигали 31%⁸⁷³.

Для нужд военного времени были мобилизованы все местные топливные ресурсы. Они не только решали вопросы топливоснабжения промышленности и городов, но и освобождали транспорт от дальних перевозок топлива. В прифронтовых и тыловых районах, помимо дров, увеличилась добыча торфа (районы Центра, Урала), сланца (главным образом в Поволжье и Казахстане), угля местной промышленности (только в Свердловской области за годы войны — в 7,8 раза)⁸⁷⁴.

В начале войны местное топливо, особенно дрова, являлись по существу основным топливным резервом для европейских районов СССР. По мере уменьшения запасов угля в середине 1942 г. было приступлено к массовой заготовке древесного топлива. За 1943 г. наблюдался наибольший рост добычи торфа и заготовки дров — соответственно 45 и 30%, добыча угля увеличилась на 23%, добыча нефти уменьшилась на 18%.

С 1943 г. удельный вес угля в топливном балансе Советского Союза стал нарастать, и в 1945 г. он составил 62,2%, т.е. на 3,1% больше, чем в 1940 г. Повысилась доля в топливных ресурсах страны природного газа, снизилась доля нефти, торфа, сланцев. В 1945 г. долевое участие дров в топливном балансе равнялось удельному весу нефти, хотя абсолютная вывозка их сократилась на 16,7%. Однако в Московской области, Поволжье, на Украине и в Молдавии дровозаготовки выросли примерно в 1,5 раза⁸⁷⁵. Вынужденная вырубка леса вблизи промышленных центров, железнодорожных и водных путей нанесла немалый ущерб народному хозяйству и относится к числу потерь, причиненных стране войной. В связи со структурными сдвигами в топливном балансе страны средняя теплотворная способность топлива в СССР снизилась за годы войны с 5345 до 5010 ккал-кг, т.е. на 6%⁸⁷⁶.

На протяжении 1941—1945 гг. фашистская Германия, подчинившая себе почти все страны Европы, располагала большими военно-экономическими ресурсами, чем СССР. Однако преимущества экономической и политической организации социалистического общества обусловили способность нашего государства более эффективно использовать советскую промышленную базу для военных нужд.

Несмотря на абсолютное сокращение (на 53 млн. т) топливо-добычи, в целом военные производства и отрасли, обслуживавшие нужды войны, снабжались топливом регулярно, что способствовало увеличению производства всего необходимого для разгрома врага.

6. Металлургия.

Для производства вооружения, танков, самолетов, боеприпасов, средств связи — всей боевой техники необходим прежде всего металл. К началу Великой Отечественной войны в Советском Союзе была создана мощная металлургическая промышленность. Сооружением Магнитогорского и Кузнецкого металлургических комбинатов были заложены основы новых крупнейших металлургических центров на востоке страны. Но Южный район продолжал играть ведущую роль в снабжении народного хозяйства металлом. Здесь производилось около ²/₃ чугуна и более ½ стали и проката.

В начальный период войны южный металлургический район и часть центрального металлургического района оказались оккупированными.

Специфические особенности основного оборудования черной металлургии затрудняли его комплексную эвакуацию. В условиях быстрого продвижения вражеских войск полный демонтаж доменных и мартеновских печей был невозможен. Поэтому с основных агрегатов снимались важнейшие узлы и части оборудования, вывозились машины, обслуживающие эти агрегаты. Часть прокатных станов была вывезена комплексно. Всеми заводами полностью отгружалось оборудование ремонтных цехов, состоявшее из металлорежущих станков и моторов. С 19 августа по 3 октября 1941 г. с завода «Запорожсталь» было вывезено оборудование доменного и мартеновского цехов, тонколистового и среднелистового станов. С завода «Днепроспецсталь» эвакуировано оборудование сталеплавильного цеха № 2, кузнечного, прокатного цехов и три спеццеха⁸⁷⁷. В конце сентября — начале октября было демонтировано и вывезено на Урал оборудование первой очереди крупнейшего металлургического завода «Азовсталь». В октябре 1941 г. производилась эвакуация заводов Донбасса: Макеевского, Енакиевского, Краматорского, Константиновского и др. Она началась примерно 9-10 октября и длилась не более пяти дней. Приблизительно тогда же и в такие же сроки эвакуировались заводы Ново-Тульский, Косогорский, Липецкий, завод «Свободный сокол»⁸⁷⁸. Оставшееся оборудование приходилось разукомплектовывать, закозливать доменные и мартеновские печи. Ферросплавы, специальные и цветные металлы, готовая продукция цехов, а при наличии подвижного состава — запасы топлива и шихтовых материалов — вывозились на Восток. Но все металлургические предприятия, как правило, действовали вплоть до непосредственного приближения вражеских войск. Гигантская работа по эвакуации осуществлялась работниками заводов обычно под огнем вражеской авиации и артиллерии, без отдыха — днем и ночью.

Героический труд металлургов позволил выполнить те задачи, на которые был направлен: вывезенное оборудование помогло увеличить мощности заводов Востока, а оставшиеся на оккупированной территории «раздетые» и разукомплектованные металлургические агрегаты враг не мог использовать. Не только ни один металлургический завод не был пущен, но даже не было случаев сколько-нибудь длительного действия отдельных агрегатов. Так, на Макеевском металлургическом заводе им. Кирова за весь период оккупации — 22 месяца гитлеровцам удалось выплавить всего 1074 т стали, что составило лишь ¼ суточного производства завода⁸⁷⁹. Таким образом, существенного подкрепления, на которое рассчитывали гитлеровцы, они не получили.

*

Важным экономическим фактором победы Советского Союза в войне с фашистской Германией было то, что он располагал мощной сырьевой базой для развития черной металлургии в восточных районах страны. Около 40% разведанных месторождений железных руд приходилось до войны на долю Востока, из них ¾ — на Урал. Основа их широкого промышленного использования была заложена созданием Урало-Кузнецкого комбината. В связи с его строительством техника железорудной промышленности восточных районов страны претерпела коренные изменения. Новые рудники, Магнитогорский в частности, дававший до войны 70% добычи руды на Урале, были оборудованы по последнему слову техники.

После того как юго-западные районы страны, где до войны добывалось более 70% железной руды, были временно оккупированы врагом, от увеличения добычи ее на Востоке стало зависеть развитие черной металлургии, а вместе с ней и военного производства. Капитальное строительство в железорудной промышленности Востока велось неослабевающими темпами. В 1943 г. были введены мощности по добыче 930 тыс. т руды, в 1944 г. — 850 тыс. т, в 1945 — 1030 тыс. т. Вошли в строй новые крупные рудники на Бакальском, Гороблагодатском, Высокогорском месторождениях. Увеличились мощности по добыче железной руды в Горной Шории (Западная Сибирь). За 1942—1944 гг. добыча руды в восточных районах увеличилась на 1,5 млн. т. В 1944—1945 гг. начали интенсивно восстанавливаться рудники в ранее оккупированных районах. Благодаря развитию железорудной промышленности на Востоке и восстановлению ее в освобождаемых районах добыча руды в стране, упавшая с 29,9 млн. т в 1940 г. до 9,7 млн. т в 1942 г., поднялась к 1945 г. до 15,9 млн. т⁸⁸⁰.

Развитие добычи железной руды сопровождалось улучшением подготовки ее к доменной плавке. Было введено несколько новых мощных дробильно-обогатительных и промывочных фабрик, мощных аглолент. Выпуск подготовленных руд и агломерата увеличился за время войны в 1½—2 раза.

Необходимым сырьем металлургической промышленности является марганцевая руда. В предвоенные годы добыча ее была сосредоточена на Украине и в Грузии. Месторождения марганца имелись на Урале, в Сибири, в Казахстане, но общая добыча марганцевых руд на Востоке в 1940 г. составила всего 216 тыс. т, или 8,4% от общесоюзной. В известной степени это объяснялось ограниченной потребностью в марганцевых рудах, поскольку крупнейшие заводы Магнитогорский и Кузнецкий выплавляли преимущественно рядовой металл.

Оккупация Никопольского района, транспортные затруднения в получении чиатурской руды, рост потребности в марганцевой руде в связи с необходимостью увеличить выпуск качественного металла ускорили развитие добычи ее в восточных районах. В срочном порядке создается рудник «Полуночное», куда направляется оборудование и персонал эвакуированного треста «Никопольмарганец». В первой половине 1944 г. добыча марганцевой руды в Свердловской области в 8 раз превысила добычу 1940 г. Марганцевая руда добывалась также в Восточной Сибири и в Казахстане. Максимальное количество ее было добыто в восточных районах в 1943 г. В 1944 г. в связи с расширением эксплуатации Чиатурского месторождения добыча на востоке страны несколько снижается. В 1945 г. она снова сокращается в связи с мирной перестройкой и снижением выпуска качественных сталей, превышая, однако, предвоенный уровень почти в 2 раза⁸⁸¹. В целом по СССР добыча марганцевой руды в 1945 г. составила 1470 тыс. т и находилась примерно в таком же соотношении с выплавкой чугуна, какое было в 1940 г.

В первые годы войны одной из самых сложных проблем черной металлургии была проблема кокса. Расширение черной металлургии Востока предполагало соответствующее расширение ее топливной базы. Несмотря на наличие запасов каменных углей в Кузбассе и ряда крупных месторождений в других районах, решение этой задачи оказалось очень трудным. На мобилизацию всех сил коллективов угольных шахт было направлено постановление ЦК ВКП(б) от 24 сентября 1942 г. «О мерах улучшения партийной работы в угольных районах Кузбасса в связи с задачей увеличения добычи угля»⁸⁸². В этом постановлении особое внимание было уделено развитию добычи коксующихся углей.

Острота проблемы коксующихся углей была связана с тем, что до войны для коксования выборочно использовались только особо чистые угли Кузбасса, не требовавшие обогащения. Метод выборочной добычи был непригоден в военных условиях, пришлось использовать легкообогатимые марки коксующихся углей, построив для этого ряд обогатительных фабрик. В ускоренном порядке закладывались новые шахты для добычи коксующихся углей в Кузбассе и Караганде. Благодаря принятым мерам добыча углей для коксования в районах Востока возросла. В 1940 г. она составляла 7,9 млн. т, в 1941 — 9,8 млн. т, в 1942 — 10,7 млн. т, в 1943 — 13,6, в 1944 — 16,8 и в 1945 г. — 18,4 млн. т⁸⁸³. В целях экономии кокса в шихту малых доменных печей (объемом до 300 м³) металлургических заводов, ватер-жакетных печей и вагранок в цветной металлургии и в машиностроении включались доменные угли⁸⁸⁴.

Рост выжига кокса на Востоке достигался двумя путями: увеличением производительности существовавших коксовых батарей (повышением температуры, а следовательно, и скорости коксования) и строительством новых мощностей. За годы войны на Урале и в Сибири было введено в действие 13 коксовых батарей (на Кузнецком, Магнитогорском, Нижне-Тагильском, Губахинском и Челябинском коксохимических заводах). Этому способствовало использование оборудования, эвакуированного из южных районов. Производство кокса на востоке страны увеличилось с 5,4 млн. т в 1940 г. до 10,5 млн. т в 1945 г.^885.

Восстановление коксохимической промышленности Юга началось сразу же после освобождения Донбасса. С 1943 по 1945 г. было пущено 65 коксовых батарей. Успешность их работы зависела от снабжения углем. Поэтому в постановлении Государственного Комитета Обороны от 18 июля 1944 г. перед угольной промышленностью Донбасса ставилась задача: «В первую очередь форсировать работы по восстановлению основных шахт, добывающих коксующиеся угли, с тем, чтобы полностью обеспечить восстанавливаемую черную металлургию Юга коксующимися углями и создать необходимые резервы для бесперебойной работы металлургических и коксохимических заводов»⁸⁸⁶. В 1945 г. южная коксохимия дала 3 млн. т кокса, при общем выжиге в стране 13,6 млн. т.

Черной металлургии восточных районов приходилось преодолевать большие трудности из-за почти полного отсутствия собственного производства огнеупоров, которые до этого времени она получала с заводов Юга и Центра. Производство огнеупоров оставалось узким местом до конца войны. Затрудняли работу также диспропорции в добыче известняка и подготовке его к плавке.

Таким образом, при наличии в восточных районах страны всех необходимых сырьевых ресурсов нужно было приложить много сил, чтобы добиться дальнейшего развития здесь черной металлургии.

Эта задача была необыкновенно трудной также в силу специфических особенностей материально-технической базы отрасли — высокой капиталоемкости, трудоемкости строительно-монтажных работ. Увеличение мощностей металлургических производств достигалось: продолжением строительства металлургических заводов, начатого в мирные годы; вновь начинаемым строительством; расширением действующих предприятий путем установки эвакуированного оборудования; интенсификацией производственных процессов.

Придавая огромное значение темпам наращивания мощностей по производству металла, ГКО постановлением от 9 ноября 1941 г. приравнял строительство черной металлургии в отношении снабжения материалами, оборудованием, инструментом, обеспечения перевозок, снабжения продовольствием, закрепления рабочей силы, инженерно-технических работников к строительствам особо важного оборонного значения и обязал Наркомат обороны сформировать в Сибирском и Уральском военных округах 25 рабочих колонн для строек черной металлургии, осуществляемых Наркомстроем (10 для Магнитостроя, 6 — для Тагилстроя, 5 — для Сталинскпромстроя, по 1 колонне — для Северского и Чусовского заводов)⁸⁸⁷.

Для концентрации ресурсов на объектах первостепенной важности решением правительства в конце 1941 г. были выделены ударные стройки, в число которых включались основные объекты Магнитогорского и Ново-Тагильского комбинатов, Златоустовского, Первоуральского новотрубного, Белорецкого сталепроволочного. Чусовского металлургического заводов. В список ударных строек вошли также Магнитогорский метизный, Челябинский ферросплавный заводы, ряд небольших металлургических заводов Урала, некоторые железорудные шахты и рудообогатительные предприятия треста Уралруда, марганцевые рудники, железная дорога Ивдель-Полуночное⁸⁸⁸.

В 1942 г. фронт строительных работ в черной металлургии значительно расширяется в связи с поступлением эвакуированного оборудования. Для его размещения используются строительные площадки, производственные здания строящихся заводов и свободные производственные площади действующих предприятий. Наличные подъездные пути, энергетические цехи, коммуникации заводов, как правило, допускали установку отдельных дополнительных металлургических агрегатов. Организационная сторона облегчалась тем, что при эвакуации оборудования с заводов Юга и Центра предусматривалась отгрузка его в адрес тех заводов, на которых его можно было использовать. Так, на Магнитогорский металлургический комбинат поступило оборудование заводов им. Дзержинского, Ново-Тульского и др., на Ново-Тагильский — Краматорского и др., на Чусовской — Енакиевского, Константиновского, Нижнеднепровского, Косогорского заводов и т.д.

Важную роль в осуществлении всей программы по наращиванию мощностей сыграло постановление ГКО от 13 апреля 1942 г. «О строительстве и восстановлении предприятий черной металлургии», которым утверждался план работ на 1942 г. В целях его выполнения строительно-монтажные организации и предприятия Наркомата по строительству в основном переключались на сооружение металлургических заводов и цехов⁸⁸⁹. Большую помощь в строительстве, в монтаже эвакуированного оборудования оказывали восточной металлургии строительные организации западных районов. Они частично переключались на оборонительные работы, частично перебрасывались в восточные районы. В числе последних были особая строительно-монтажная часть Азовстроя, трест Южтяжстрой, Донбасстяжстрой, трест Запорожстрой⁸⁹⁰.

Наибольшего размаха капитальное строительство в восточных районах достигает в 1943 г. На высоком уровне, особенно в доменном переделе, остается оно и в 1944 г. При этом осуществляется переход от преимущественного использования эвакуированного оборудования к оборудованию, вновь производимому заводами тяжелого машиностроения, выпуск которого начал нарастать с 1943 г., а в 1944 г. увеличился в 3 раза по сравнению с 1943 г. В последний год войны объем строительных работ на Востоке сокращается, что объясняется переносом центра тяжести на восстановление предприятий в освобожденных от врага районах. Туда направляются эвакуированные ранее строительные тресты, кадры строителей, материальные средства, возвращается оборудование.

Для расширения строительства на Востоке потребовалось увеличить капиталовложения, принять ряд мер по его удешевлению. Типовые проекты доменных и мартеновских печей пересматривались с точки зрения упрощения конструкций и экономии металла, огнеупоров и других строительных материалов. Применялась предварительная сборка узлов и механизация процессов, которые помимо удешевления строительства значительно ускоряли темпы сооружения агрегатов⁸⁹¹. Эти меры и самоотверженный труд строителей позволили на Магнитогорском металлургическом комбинате, например, в короткие сроки соорудить две новые мощные доменные печи объемом по 1340 м 3. (за 3 месяца достроить домну № 5, техническая готовность которой к началу достройки составляла 33%, и за б месяцев соорудить домну № 6). На Чусовском заводе мощная домна была построена за 7 месяцев, тогда как до войны подобные домны строились 18—22 месяца. Оборудование завода «Днепроспецсталь» было установлено и пущено в ход в цехах Кузнецкого металлургического комбината всего за 25 дней ⁸⁹².

Благодаря концентрации средств на важнейших стройках, высокого уровня организации строительства и трудового героизма строителей на Востоке в годы войны были сооружены первая очередь Челябинского металлургического завода, Челябинский трубопрокатный завод, Кузнецкий и Актюбинский ферросплавные заводы, Новосибирский и Чебаркульский металлургические заводы, Магнитогорский метизный завод; расширены Магнитогорский, Ново-Тагильский и другие действующие заводы; начато строительство передельных заводов в Казахстане и Узбекистане. Восточная металлургия получила 10 доменных печей, 32 мартеновских и 16 злектросталеплавильных печей, 2 бессемеровских конвертора, 16 ферросплавных печей, 21 прокатный и трубопрокатный стан, 13 коксовых батарей⁸⁹³.

В то же время широкий фронт строительных работ на действующих заводах осложнял нормальную их эксплуатацию, вызывая организационные затруднения в дополнение к тем, которые были связаны с перебоями в снабжении заводов топливом, электроэнергией, рудой и другими материалами. Наиболее трудным был 1942 г., особенно первая его половина, когда вся тяжесть снабжения страны металлом пришлась на восточные районы: на них приходилось 96,8% добычи железной руды, 98,9% выжига кокса, 97,4% выплавки чугуна. И именно в это тяжелое время из-за недостатка электроэнергии и шихтовых материалов некоторые доменные печи, в том числе и на Магнитогорском заводе, были переведены на тихий ход, на этом и других заводах простаивали мартеновские Печи и прокатные станы. Из 17 печей Челябинского ферросплавного завода работали 5⁸⁹⁴.

В принятом 7 февраля 1943 г. постановлении ГКО «О мерах неотложной помощи черной металлургии» говорилось: «Учитывая особое значение черной металлургии, от работы которой целиком зависит выполнение плана всеми отраслями военной промышленности, считать важнейшей народнохозяйственной задачей обеспечение бесперебойной работы предприятий черной металлургии в первую очередь топливом, электроэнергией, сырьем»⁸⁹⁵. За ходом выполнения заказов черной металлургии устанавливался постоянный надзор, благодаря чему улучшение в работе металлургических заводов, лишь наметившееся во второй половине 1942 г., в 1943 г. стало устойчивым. Дополнительная сложность создавалась диспропорцией в производстве чугуна и стали, возникшей в начале войны и сохранявшейся в 1943 г., несмотря на ускоренное сооружение доменных печей. Для компенсации недостатка чугуна мобилизовывались все возможные ресурсы лома, используемого в мартеновском переделе: разбитая немецкая техника, отходы металлообработки, значительно расширенной к этому времени на Востоке, разделывался лом старых отвалов металлургических заводов. Это способствовало лучшему использованию производственных мощностей сталеплавильных и прокатных цехов, увеличению выпуска металла.

Положение, однако, оставалось напряженным, поскольку в ходе войны мощности военной промышленности Советского Союза возрастали, а вместе с ними увеличивалась потребность в металле. Особое значение своевременной поставки черных металлов для бесперебойной работы военной промышленности отмечалось в постановлении ГКО от 18 января 1944 г. «О неотложных мерах помощи черной металлургии»⁸⁹⁶. В постановлении намечались конкретные меры по снабжению черной металлургии сырьем, топливом, электроэнергией, обеспечению транспортными перевозками, пополнению рабочими кадрами. Неослабное внимание партии и правительства к черной металлургии обеспечило ежегодное увеличение производства металла. Огромную роль сыграл самоотверженный труд советских металлургов. Полностью подтвердилось высказанное В. И. Лениным в годы гражданской войны положение, что «побеждает на войне тот, у кого… больше источников силы, больше выдержки в народной толще»⁸⁹⁷. В годы Великой Отечественной войны сила духа и сплоченность советских людей (и металлургов в том числе) проявились в полной мере: в тяжелых условиях они совершенствовали производство, внедряли технические новшества, соревнуясь в достижении лучших показателей работы.

В борьбу за лучшее использование производственных мощностей включались целые коллективы заводов. Развивалось множество форм социалистического соревнования — от индивидуальных обязательств о перевыполнении плана до Всесоюзного соревнования доменных, мартеновских, прокатных и коксохимических цехов, начатого по инициативе металлургов Кузнецкого комбината⁸⁹⁸, подхваченного коллективами других заводов. Это способствовало достижению рекордных показателей в работе многих металлургических заводов. Значительно шире, чем до войны, развилась практика скоростных плавок в мартеновском переделе. К постепенному, но устойчивому росту производительности металлургических агрегатов приводила также работа по подготовке и повышению квалификации кадров, сложная в условиях призывов в армию трудоспособного мужского населения, увеличения доли молодых необученных рабочих и женщин, очень мало использовавшихся ранее на металлургических заводах.

Общие итоги работы металлургии в восточных районах характеризуют данные табл. 9.

Таблица 9.

Производство металла, добыча железной руды и выжиг кокса в восточных районах страны в 1940—1945 гг.*

Год	Производство	Добыча железной руды	Выжиг кокса
чугуна	стали	проката
млн. т	%	млн. т	%	млн. т	%	млн. т	%	млн. т	%
1940	4,2	100	6,8	100	4,8	100	8,6	100	5,2	100
1943	5,3	125	7,8	115	5,4	113	9,1	106	8,2	159
1944	6,3	147	9,1	134	6,4	134	10,1	118	9,9	192
1945	6,7	158	9,8	145	6,9	145	11,1	130	10,5	204

^{* «Промышленность СССР», М., 1957, стр. 112, 113, 114, 116, 117; Г. С. Кравченко. Военная экономика СССР, 1941—1946 гг., стр. 240-245.}

Военная перестройка черной металлургии состояла в изменении структуры производства металла: повышении доли качественной стали в общей ее выплавке, изменении сортамента производимого проката, приспособлении его к нуждам военной промышленности. При ее осуществлении металлурги руководствовались постановлением «О военно-хозяйственном плане на IV квартал 1941 г. и на 1942 г. по районам Поволжья, Урала, Западной Сибири, Казахстана и Средней Азии»⁸⁹⁹, принятым Совнаркомом СССР и Центральным Комитетом партии в самом начале войны — 16 августа 1941 г.

Чтобы повысить долю качественных сталей в общей ее выплавке, следовало снабдить черную металлургию легирующими присадками — в первую очередь ферромарганцем, ферросилицием, феррохромом, а также ферросплавами, содержащими никель, вольфрам, молибден, ванадий. Потеря южного металлургического района означала потерю почти всего производства ферромарганца, значительной части ферросилиция и феррохрома. Для возмещения этой потери было расширено производство ферросплавов на Челябинском металлургическом заводе, освоена выплавка ферромарганца в доменных печах, в частности в крупных домнах Магнитогорского комбината. До ввода в действие строившихся заводов ферросплавов в Кузнецке и Актюбинске высокопроцентный ферросилиций пришлось выплавлять в малых мартеновских печах, так как мощности электропечей были явно недостаточны.

Необходимый для производства брони феррохром пришлось выплавлять в доменных печах уральских заводов. Эту сложную задачу Наркомат черной металлургии решил совместно с Уральским филиалом Академии наук⁹⁰⁰. Была увеличена выплавка природнолегированных никелевых чугунов, освоенная на Урале в годы первой пятилетки.

Качественные стали, особенно высококачественные и легированные, выплавлялись до войны в специальных печах: кислых мартеновских и электросталеплавильных. На металлургических заводах Востока имелись такие агрегаты, но суммарная мощность их оказалась недостаточной. В годы войны мощности электросталеплавильного передела были увеличены в несколько раз путем строительства новых заводов качественной металлургии и расширения некоторых действовавших заводов за счет установки на них эвакуированного оборудования (на Магнитогорском металлургическом комбинате, например, электропечей подмосковного завода «Электросталь», на Кузнецком комбинате — электропечей завода «Днепроспецсталь»). Но этого оказалось недостаточно. Единственным выходом являлось освоение выплавки стали в основных мартеновских печах.

Урал располагал широкими возможностями для развития качественной металлургии, обладая чистыми по сере и по фосфору рудами. В этом районе до войны на некоторых небольших заводах выплавлялись качественные стали, в том числе и легированные стали из древесноугольных чугунов. Но самый крупный завод страны — Магнитогорский — строился для выпуска рядовых сталей, его коллектив не имел опыта плавки качественных сталей. Поэтому особой заслугой сталеплавильщиков завода следует считать освоение в самые короткие сроки выплавки качественных сталей в основных мартеновских большегрузных печах. За первый военный год Магнитогорский завод освоил свыше 40 марок качественной стали, в том числе: ствольную, броневую, пружинную, снарядную, бронебойную. В Сибири — на Кузнецком металлургическом комбинате, также сооружавшемся для производства рядовых сталей, качественные стали в основных 185-тонных печах начали выплавлять еще в 1936—1937 гг. В годы войны здесь быстро расширялся сортамент производимых сталей, причем сталевары работали скоростными методами.

Наиболее трудным было освоение броневой стали. Чтобы осуществить ее выплавку и прокатку, в Магнитогорске создается специальное «бронебюро», в состав которого помимо магнитогорских сталеплавильщиков вошла группа молодых ученых, присланных Наркомчерметом из Ленинграда. Совместными усилиями выплавка броневой мартеновской стали была освоена в кратчайший срок. Первая плавка ее произведена на реконструированной для этого печи 23 июля 1941 г., а в конце октября 1941 г. завод мог удовлетворить потребность в ней всех машиностроительных заводов⁹⁰¹. Таким способом начали производить броневую сталь и на Кузнецком заводе. Мировая практика металлургии не знала ранее случаев выплавки броневой стали в основных мартеновских печах.

Малая металлургия, т.е. сталеплавильные цехи машиностроительных заводов, также осваивала выплавку качественных сталей в основных мартеновских печах. Из этой стали изготавливались, например, артиллерийские орудия, для которых до войны специально выплавлялись стали в кислых мартеновских печах из чистых древесноугольных чугунов⁹⁰².

Все вместе взятое позволило уже в октябре 1941 г. удвоить производство качественного проката на восточных заводах по сравнению с довоенным временем, а в 1944 г. его удельный вес в общем выпуске качественного металла стал составлять 66% против 26% в 1940 г.⁹⁰³ В том же 1944 г. доля качественного металла в продукции Магнитогорского металлургического комбината достигла 73%.

Прокатный передел, который на металлургических заводах Востока был представлен довольно широким сортаментом, имел существенный пробел в производстве трех видов продукции. Эти районы не имели броневых станов, в них слабо было развито производство труб и почти отсутствовало производство метизов.

В самом срочном порядке требовалось наладить производство проката броневого металла. На Магнитогорском металлургическом комбинате впервые в истории металлургии решили прокатать броневой лист на блюминге. 28 июля 1941 г. магнитогорцы осуществили свой замысел, получив первый на Востоке броневой лист. В дальнейшем в Магнитогорске был пущен броневой стан, привезенный с Юга. В течение первого года войны на Востоке вступили в действие эвакуированные броневые станы Кировского завода (Ленинград), Мариупольского завода им. Ильича, завода «Запорожсталь»⁹⁰⁴. В мирных условиях их установка и освоение длились годами. В военное время они устанавливались примерно за два месяца. Так, уже в августе 1941 г., т.е. через два месяца после начала войны, вступил в строй первый броневой стан, в октябре 1941 г. — второй⁹⁰⁵. Пуск нескольких броневых станов и приспособление для производства брони некоторых листовых станов увеличили общий ее выпуск до полного обеспечения потребностей танковой промышленности. Уральская броня своей стойкостью превосходила немецкую.

Огромную роль для обороны страны играло налаживание производства труб, необходимых для изготовления орудий, минометов, автоматов, самолетов, танков, моторов и т.д. Выпуск труб быстро увеличивался за счет расширения действовавшего Первоуральского и строительства двух новых трубных заводов. Установка на них станов различных конструкций позволила производить весь сортамент труб, необходимый военной промышленности. Общий выпуск труб на Урале в 1944 г. возрос по сравнению с 1940 г. в 4 раза: лишь немного не достигнув общего объема довоенного производства страны, трубная промышленность Востока удовлетворяла всю потребность военной промышленности в трубах.

Проблема метизов разрешалась вводом в действие на Востоке оборудования метизных заводов, вывезенных из оккупированных районов. Метизы, в том числе такие важные, как лента холодной прокатки, стальные канаты, пружины, стальная и железная проволока, производились на расширенном довоенном и на четырех построенных вновь метизных заводах. Металлургические заводы наладили выпуск снарядной заготовки, почти готовых мин, поковок для авиации и танков и других изделий.

Перестройка работы черной металлургии, перевод ее на военные рельсы не ограничивался рассмотренными выше изменениями в структуре проката. Многие действовавшие прокатные станы переходили к прокатке качественной стали, осваивали новый сортамент. В результате в общем выпуске проката понизился удельный вес балок, швеллеров, рельсов, рядовой катанки, бандажей, а удельный вес конструкционной стали и сортов военного назначения вырос. В 3 раза с лишним увеличилось на Урале производство качественного листа. Военная перестройка была проведена в течение одного полугодия 1941 г. Она сопровождалась специализацией станов, которая обеспечивала массовость производства даже на относительно небольших заводах, способствуя росту производительности оборудования. Улучшение организационного уровня, укрепление технологической и трудовой дисциплины позволили металлургам Востока решить проблему металла в трудные военные годы.

*

Заметный вклад в снабжение страны металлом сделали районы, освобожденные от немецкой оккупации. Южный металлургический район находился в оккупации почти два года. Все 28 действовавших на Украине до войны металлургических заводов и 25 коксохимических заводов были разрушены оккупантами. Больше всех пострадали крупные металлургические заводы: Макеевский, Енакиевский, Днепродзержинский, им. Петровского, «Азовсталь», «Запорожсталь», Криворожский.

Фашисты разрушали металлургические заводы методично, примерно по одной схеме. Они подрывали опорные колонны доменных печей с целью обрушения последних, подрывали колонны мостовых кранов, опоры рудно-козловых кранов, разрушали здания цехов, систему газоочистки, электроподстанции, водонасосные станции. На всех металлургических заводах сильно пострадало путевое хозяйство, играющее важную роль в их жизни⁹⁰⁶.

Общий ущерб, нанесенный оккупантами черной металлургии страны, составил 10 млрд. руб. Было разрушено 54 доменных, 119 мартеновских печей, 101 прокатный стан, 39 трубопрокатных станов, уничтожено и повреждено 839 паровых котлов, 61 паровая турбина, 82 паровые машины, полностью разрушено 12,8 тыс. электромоторов и частично повреждено 3564 мотора, общей мощностью 565900 квт, большое количество металлорежущих станков, подъемного и транспортного оборудования⁹⁰⁷.

Восстановительные работы на каждом заводе начинались сразу же после освобождения. Наркоматом черной металлургии была создана специальная комиссия для обследования характера разрушений и определения возможности, целесообразности и сроков восстановления того или иного объекта. Члены этой комиссии прибывали на заводы с передовыми частями Красной Армии⁹⁰⁸. В первую очередь восстанавливались те агрегаты и цехи, которые лучше сохранились и требовали меньших затрат времени и средств. Освобождение Донбасса происходило осенью 1943 г., а в декабре 1943 г. уже работали заводы Енакиевский, Макеевский, Сулинский, Константиновский, им. Фрунзе. Во всех освобожденных районах в 1943 г. было пущено 2 домны, 27 мартеновских печей, 9 прокатных станов, 12 коксовых батарей.

В 1944 г. начался новый этап восстановления: планомерное восстановление уже не отдельных агрегатов, а заводов, с определением очередности ввода в действие агрегатов в соответствии с потребностями военного времени в их продукции. Наиболее сложную задачу представляло восстановление прокатных цехов старых заводов, на которых, как правило, необходимо было провести реконструктивные работы в условиях, когда производство металлургического оборудования в освобожденных районах еще не было налажено. В таких случаях предусматривалось использование узлов станов, сохранившихся на других заводах⁹⁰⁹.

Трудности восстановления определялись огромными разрушениями, нехваткой оборудования, электроэнергии и т.п. Металлургическое оборудование вначале пополнялось реэвакуацией той его части, которую не успели установить на Востоке. С середины 1944 г. его стал производить восстановленный Ново-Краматорский завод. Сказывался также недостаток трудоспособного населения, слабость продовольственной базы. По мере того, как заводы переходили от расчистки завалов заводских территорий к строительству и монтажу оборудования в основных и вспомогательных цехах, а затем к их эксплуатации, усложнялась проблема квалифицированных кадров. Восстановление заводов стало возможным лишь потому, что оно рассматривалось как всенародная задача. На ее решение было нацелено внимание партийных и советских организаций; заводы Востока и Центра оказывали заводам Юга разностороннюю помощь, самоотверженно трудились инженерно-технические работники и рабочие Юга. В результате в 1944 г. в освобожденных районах было пущено 11 доменных печей, 43 мартеновских печи, 22 прокатных стана и 43 коксовых батареи⁹¹⁰.

Широким фронтом велись восстановительные работы в 1945 г. К концу его мощность введенных в действие агрегатов на Украине составила: по доменным и мартеновским печам — 23% от довоенной, по прокатным станам — 29,5%. Чтобы эти агрегаты могли работать, потребовалось восстановить ½ всех основных фондов заводов, поскольку при пуске отдельных металлургических агрегатов на заводах неизбежно эксплуатируются избыточные мощности вспомогательного оборудования. Работа южных заводов затруднялась плохим снабжением их шихтой, особенно коксом. Использование производственных мощностей было поэтому невысоким, и выпуск металла на Украине находился на уровне 15—17% от предвоенного. Заводы всех южных районов (включая Поволжье и Кавказ) давали 18—20% довоенного металла, заводы Севера и Северо-Запада — 20—28%, а ранее всех освобожденные заводы Центра — 50—76%. Производство металла в районах, пострадавших в годы войны, характеризуют данные табл. 10.

Таблица 10.

Производство чугуна, стали и проката в бывших оккупированных районах (тыс. т)*

	Юг	Центр	Северо-Запад
1940 г.	1945 г.	1940 г.	1945 г.	1940 г.	1945 г.
Чугун	9642	1647	1010	476	—	—
Сталь	11079	2143	1485	1129	588	168
Прокат	7445	1345	944	673	516	104

^{* «Промышленность СССР», М., 1957, стр. 112—114.}

Быстрый ввод в действие многих агрегатов металлургических заводов на освобожденных от врага территориях позволил южному и центральному металлургическим районам внести свой вклад в снабжение металлом военной промышленности.

*

Общее количество металла, которое черная металлургия дала стране в годы войны, было следующим (в тыс. т)⁹¹¹:

Год	Чугун	Сталь	Прокат	Год	Чугун	Сталь	Прокат
1940	14 902	18 317	13 113	1943	5 591	8 475	5 675
1941	13 816	17 898	12 588	1944	7 296	10 887	7 878
1942	4 779	8 070	5 415	1945	8 803	12 252	8 485

Производство металла в целом по стране в 1945 г. в сравнении с 1940 г. составило: чугуна — 59%, стали — 67%, проката — 65%. Год окончания войны стал для черной металлургии, как и для всей промышленности, годом перестройки на выпуск мирной продукции. Производственный аппарат отрасли был меньше предвоенного, и даже технический его уровень несколько понизился, поскольку крупнейшие заводы Юга с их мощными агрегатами еще не были полностью восстановлены. Так, средний размер доменных печей страны был равен 504 м³ против 589 м³ в 1941 г. Средняя площадь пода мартеновской печи оставалась почти на довоенном уровне (27 вместо 28 м²). Однако работа мартеновских печей сильно пострадала от незавершенности восстановления, и показатели их использования были ниже предвоенных: среднесуточный съем стали с 1 м² площади пода мартеновских печей составил в 1945 г. 3,75 вместо 4,24 в 1940 г. Восстановление металлургической промышленности завершилось в годы первой послевоенной пятилетки.

Великая Отечественная война подтвердила правильность хозяйственной политики партии и правительства в области развития черной металлургии в предвоенные годы. Новое размещение, сложившееся в результате создания второй металлургической базы на востоке страны, стало одним из важных источников военной и экономической победы СССР. В то же время обнаружились отдельные недостатки в развитии металлургической промышленности, в первую очередь, пробелы в области комплексности развития металлургии районов Востока, неполнота сортамента прокатных цехов. Устранение этих недостатков вызвало дополнительное напряжение в работе металлургической промышленности в первые месяцы войны.

В годы войны были разработаны скоростные методы строительства металлургических агрегатов и цехов, а в конце восстановления в Южном металлургическом районе страны — эффективные приемы восстановления основных металлургических агрегатов (в частности доменных печей). В короткие сроки была решена технологическая проблема и внедрена в производство выплавка качественных сталей в основных большегрузных мартеновских печах, при которой быстрое увеличение объема ее сочеталось с экономичностью производства. Был решен также ряд других технических и технологических проблем. Расширение старых заводов на востоке страны сопровождалось некоторым техническим их усовершенствованием, так же как и восстановление металлургических заводов, пострадавших в период оккупации.

Таким образом, плановое хозяйство, концентрация средств и целесообразное направление их на объекты первостепенной важности, трудовой героизм металлургов помогли отрасли разрешить сложную проблему снабжения металлом военной промышленности в годы войны и еще в ходе войны перейти к восстановлению разрушенного хозяйства.

7. Химическая промышленность.

В годы Великой Отечественной войны химическая промышленность являлась одной из отраслей индустрии, развитие которой было необходимо для бесперебойного снабжения военной промышленности. С первых же дней войны все отрасли химической промышленности были переведены с производства мирной продукции на выпуск химикатов и изделий, необходимых армии и отраслям промышленности, производящим боеприпасы и вооружение.

Заводы азотной и сернокислотной промышленности стали поставщиками сырья для производства взрывчатых веществ и пороха, анилино-красочные заводы перешли на производство химикатов для боеприпасов, лакокрасочные предприятия выпускали нитролаки высокого качества для окраски самолетов и другой военной техники, заводы по производству пластических масс и резино-технических изделий изготовляли многочисленные детали для промышленности боеприпасов, вооружения, самолето- и танкостроения. Благодаря замене металлических деталей пластмассами только в 1943 г. было сэкономлено 38 тыс. т металла.

Заводы хлорорганической отрасли выпускали химикаты, которые требовались для авиационной и танковой промышленности, вооружения и боеприпасов. Прозрачное бронестекло изготовляли различные химические предприятия и т.д.

В первый период войны химическая промышленность понесла огромный урон, так как большинство предприятий, расположенных на Украине, в частности в Донбассе, и в центральных районах, оказалось в зоне военных действий и на оккупированной территории. Поэтому в 1941—1942 гг. на Урал и в восточные районы пришлось перебазировать ряд крупных заводов, в том числе Днепродзержинский, Горловский, Лисичанский азотно-туковые заводы. При этом на Лисичанском заводе к началу войны удалось закончить только монтаж оборудования группы цехов азотной кислоты. Были эвакуированы Славянский и Донецкий содовые заводы, Славянский Новосодовый завод, находившийся в процессе пуска, Константиновский завод, Воскресенский и Рубежанский химические комбинаты, частично Орехово-Зуевский завод «Карболит», Дорогомиловский, Дербеневский заводы, Воронежский и Ефремовский заводы синтетического каучука и много других мелких предприятий.

В первые годы войны было разрушено больше половины всех действующих производственных мощностей химических предприятий Советского Союза⁹¹².

По отношению к довоенным были потеряны производственные мощности по производству аммиака на 50%, азота — на 50, серной кислоты — на 77, кальцинированной соды — на 83 и красителей — на 66%⁹¹³.

В результате выхода из строя значительных производственных мощностей выпуск химической продукции снизился. Так, в декабре 1941 г. производство продукции по сравнению с июнем 1941 г. составило по Наркомату химической промышленности — 32,3% (в ноябре было еще ниже — 30,9%)⁹¹⁴.

Были приняты решительные меры для скорейшего увеличения выработки химической продукции за счет установки эвакуированного оборудования на уральских и восточных предприятиях, а также интенсификации производства на других заводах. При размещении эвакуированных предприятий на новых местах среди других отраслей преимущество во всех отношениях отдавалось заводам химической промышленности⁹¹⁵.

Героическая и самоотверженная работа советских людей позволила в исключительно короткие сроки ввести в действие десятки химических заводов на востоке страны (сернокислотные, анилинокрасочные, пластических масс, шинные, лакокрасочные и др.), были увеличены мощности действующих предприятий и организованы новые производства на свободных площадях предприятий других отраслей промышленности.

Уже в начале 1942 г. выпуск нужной фронту химической продукции стал непрерывно нарастать. Так, производство аммиака в апреле 1942 г. увеличилось по сравнению с мартом того же года на 50%, а выработка крепкой азотной кислоты удвоилась. Если выпуск валовой продукции в I квартале 1942 г. принять за 100%, то во II квартале он составил 152, в III квартале — 205 и в IV квартале — 203%. Таким образом, в 1942 г. производство химической продукции заметно возросло, были восстановлены мощности по большинству химических продуктов, необходимых для военных нужд, и перекрыты довоенные мощности по олеуму и формалину. В этом году продукция химической и резиновой промышленности составила 79% в сравнении с 1940 г.^916.

В 1942 г. удалось увеличить мощности по выпуску синтетического аммиака, крепкой азотной кислоты, аммиачной селитры на Березниковском и Кемеровском азотно-туковых заводах и Чирчикском электрохимическом комбинате благодаря установке оборудования, эвакуированного с других азотных заводов. Эти предприятия стали в годы Великой Отечественной войны основной базой обеспечения нужд оборонной промышленности. В том же 1942 г. были введены в действие мощности по выпуску серной кислоты на Красноуральском и Челябинском заводах и восстановлены на Воскресенском химическом комбинате и частично — на Щелковском заводе.

Выработка пластических масс и изделий из них также возросла за счет пуска на базе эвакуированного оборудования новых предприятий: Кемеровского, Новосибирского и Челябинского заводов. Уже в 1943 г. производство пластических масс, несколько понизившееся в 1942 г. в силу условий военного времени, превзошло довоенный уровень.

В годы войны почти вдвое был увеличен выпуск фенопластов, что позволило обеспечить нужды фронта в различных деталях боеприпасов. Пластические массы использовались также в самолетостроении, танкостроении, автомобилестроении, электромашиностроении, судостроении, цветной и черной металлургии. Заводы пластических масс изготовили миллионы деталей для снарядов, самолетов и других видов вооружения, заменив большое количество дефицитного металла.

К концу Великой Отечественной войны выпуск пластических масс в СССР возрос по сравнению с довоенным уровнем более чем в 1,5 раза.

Были введены значительные усовершенствования в технологический процесс: непрерывные методы производства, высокопроизводительные реакционные аппараты и машины, автоматизация и полуавтоматизация производства и т.д.

Изменения структуры производства пластических масс за годы войны иллюстрируют следующие данные (в %)⁹¹⁷:

	1940 г.	1945 г.		1940 г.	1945 г.
Конденсационные	62,0	69,0	Полимеризационные	0,9	5,0
Эфиры целлюлозы	12,0	3,0	Асфальтопековые	25,1	23,0

В военные годы основным видом пластических масс продолжали оставаться конденсационные пластмассы, удельный вес которых составлял более ²/₃ всего производства. Ассортимент этого рода пластиков пополнился пресс-порошками аминопластов и т.д. Производство эфиров целлюлозы сократилось, что объяснялось в основном трудностями в обеспечении ряда производств отдельными видами химикалиев. Увеличилось производство полимеризационных и уменьшилось асфальтопековых пластмасс.

Были восстановлены мощности на Орехово-Зуевском заводе «Карболит», Кусковском химическом заводе и Подольском заводе аккумуляторных баков, расширены Свердловский и Нижне-Тагильский пластмассовые заводы.

На основе эвакуированного оборудования были созданы новые шинные заводы и заводы резино-технических изделий, снабжавшие продукцией авиационную, автомобильную и другие отрасли промышленности. Промышленность синтетического каучука выполняла важные задания партии и правительства и снабжала сырьем оборонные производства.

В анилинокрасочной промышленности вступил в строй Кемеровский завод и был расширен Березниковский химический комбинат, вновь восстановлены мощности на Дорогомиловском, Дербеневском и Сталиногорском (ныне Новомосковском) заводах. Восстановлены мощности на московских предприятиях лакокрасочной промышленности.

На основе оборудования эвакуированных Славянских и Донецкого содовых заводов началось строительство нового Стерлитамакского содового завода. Позднее организовалась добыча природной кальцинированной соды на Михайловском месторождении (Алтайский край), для чего в короткий срок была построена железная дорога, соединившая Сибирскую магистраль с предприятием.

За 1942 г. на востоке страны было введено в действие 11 новых химических предприятий и расширены мощности на 15 заводах, восстановлены 16 заводов, главным образом в Московской области.

В результате перебазирования химической индустрии на Урал и в Сибирь выпуск продукции на восточных заводах резко увеличился. Так, уже в 1942 г. объем производства химической продукции здесь вырос по сравнению с 1940 г. в 2 раза⁹¹⁸, а в 1943 г. — в 2,5 раза. Наибольший прирост продукции дали такие отрасли, как азотная, пластических масс и хлорорганического синтеза.

Увеличение выработки продукции на химических предприятиях сопровождалось непрерывным повышением производительности труда рабочих. Например, по сравнению с I кварталом 1942 г. на заводах химической промышленности производительность труда во II квартале составила 140%, а в IV — 170,6%⁹¹⁹.

Были проведены работы по интенсификации и рационализации отдельных химических процессов. В производстве серной кислоты нитрозным способом — съем H₂SO₄ с 1 м³ объема башни возрос в 1941—1943 гг. в 2,7 раза по сравнению с довоенным. Производительность аппаратов в отделении концентрации серной кислоты на азотных заводах увеличилась в 2—2,5 раза. На Чирчикском электрохимическом комбинате в генераторы водяного газа осуществили подачу воздуха, обогащенного кислородом, что повысило производительность газогенераторов на 50%. Много аналогичных примеров было и в других отраслях химической промышленности.

Необходимо отметить такую работу по усовершенствованию химико-технологического процесса, как метод интенсификации аппаратов концентрации крепкой азотной кислоты, в результате чего производительность их выросла более чем в 2 раза, а также организацию массового производства деталей из пластических масс для боеприпасов, что дало большую экономию черных и цветных металлов.

Большое значение в годы Великой Отечественной войны имела реализация указания XVIII съезда партии (1939 г.) о необходимости всемерного развития производства спирта из опилок и отходов бумажной промышленности, т.е. из непищевого сырья. В годы войны за счет получения спирта из древесины было сэкономлено около 10 млн. пуд. зерна.

С 1942 г. рабочие и инженерно-технические работники химической промышленности вместе со строителями с исключительным энтузиазмом приступили к работам по восстановлению разрушенных химических предприятий на освобожденной от врага территории. Первоочередному восстановлению химических предприятий, пострадавших во время войны, придавалось важнейшее значение. Были утверждены мероприятия по полному восстановлению и развитию химической промышленности.

Только за 1942 г. снова вошли в строй до 20 крупных химических предприятий Москвы и Московской области⁹²⁰. Уже к началу 1943 г. значительная часть производственных мощностей на них была восстановлена, а по некоторым химическим производствам, имеющим важное значение для обороны страны, довоенные мощности были перекрыты.

Например, Новомосковский завод, разрушенный фашистами, с 1942 г. стал возрождаться. На завод была возвращена с Востока часть неустановленного там оборудования. К концу 1942 г. большинство производств комбината было восстановлено. В этом же году началось восстановление Ефремовского завода синтетического каучука.

С 1943 г. развернулись работы по восстановлению химических заводов на Украине, и в первую очередь в Донбассе, где до войны действовали семь крупных химических заводов. В 1944—1945 гг. был восстановлен Горловский азотно-туковый завод. В 1944 г. приступили к восстановлению Днепродзержинского химического комбината.

Крупнейший по масштабам того времени Донецкий содовой завод, полностью разрушенный немецко-фашистскими захватчиками, был восстановлен и введен в действие в 1944 г. В том же году был восстановлен и пущен Славянский Старосодовый завод.

В 1943 г. началось восстановление Константиновского завода, а в 1944 г. — Одесского и Винницкого суперфосфатных заводов. Выработку серной кислоты на Константиновском заводе наладили в 1944 г., на Одесском — в 1945 г., а выпуск суперфосфата на первых двух заводах — в 1945 г. Одновременно с восстановлением производственных мощностей на химических предприятиях осуществляли модернизацию технологических процессов. Так, на Винницком заводе впервые в СССР освоены камеры для непрерывного получения суперфосфата.

На базе оборудования Рубежанского химического комбината, вывезенного в Березники и Кемерово, были сооружены новые анилинокрасочные предприятия, вырабатывавшие продукцию для фронта. После освобождения Донбасса от немецко-фашистских войск сразу же началось восстановление комбината, почти полностью разрушенного оккупантами.

Уже в 1944 г. удалось пустить лакокрасочный цех на Харьковском заводе «Красный химик». На Одесском лакокрасочном заводе было восстановлено производство тертых и эмалевых красок, значительно расширен Львовский лакокрасочный завод, где на месте кустарных мастерских были построены новые корпуса. После освобождения Крыма немедленно были начаты восстановительные работы на йодо-бромных заводах, которые стали давать продукцию к концу 1944 г.

В период блокады Ленинграда его химические предприятия работали частично, выпуская продукцию, необходимую для его защиты. Особенно большую пользу приносил Охтинский химический комбинат, вырабатывавший продукцию непосредственно для фронта. Многие заводы стояли из-за отсутствия сырья и топлива. После прорыва блокады начался ремонт и пуск основных производств химических предприятий города.

Восстановление разрушенных за время войны химических заводов сопровождалось их коренной реконструкцией, модернизацией оборудования и расширением производства. Характерным примером может служить Воронежский завод синтетического каучука, восстановление которого шло параллельно с коренной технической реконструкцией всех производственных цехов и строительством новых производств. На заводе был организован выпуск нового типа синтетического каучука. По сравнению с довоенным периодом выработка каучука увеличилась в несколько раз.

Восстановление предприятий и наращивание мощностей химической промышленности в период Великой Отечественной войны дало возможность из года в год увеличивать выпуск продукции для бесперебойного обеспечения высококачественными материалами промышленности, производящей боеприпасы, самолеты, танки, артиллерийское оборудование и т.д., и удовлетворения нужд народного хозяйства.

Наряду с увеличением выпуска химикатов для производства взрывчатых веществ химическая промышленность в годы войны освоила и организовала производство новых продуктов для удовлетворения нужд армии.

Несмотря на значительные потери промышленных предприятий в первые годы войны и перебазировку многих заводов в восточные районы, к 1943 г. мощности химических заводов были в значительной мере восстановлены⁹²¹. Общий объем валовой продукции химической и резиновой промышленности уже в 1943 г. превысил довоенный уровень на 4%, а в 1944 г. — на 33%. Правда, это было достигнуто в основном за счет выпуска оборонной продукции. В связи с сокращением военного производства выпуск химической продукции после 1944 г. снизился и составил за 1945 г. (в ценностном выражении) 98% от уровня 1940 г. Производство же продукции, предназначавшейся для мирных целей, было в несколько раз ниже уровня 1940 г., что явствует из следующих данных (в тыс. т)⁹²²:

	1940 г.	1945 г.	1945 г., % к 1940 г.
Минеральные удобрения*	3238	1121	34,6
Серная кислота в моногидрате	1587	781	50,0
Сода кальцинированная**	536	235	43,8
Сода каустическая***	190	128	67,4
Синтетические смолы и пластические массы	10,9	21,3	195,4
Красители синтетические	34,3	15,3	44,6
Химические волокна	11,1	1,1	9,9
Автомобильные покрышки, тыс. шт.	3007	1370	45,6

^{* В условных единицах. ** 95%-ая. *** 92%-ая.}

Перестройка химической промышленности на мирное производство сказалась уже в 1945 г., когда выпуск гражданской продукции увеличился на 26,9% (по сравнению с 1944 г.), производство суперфосфата выросло в 4,9 раза, хлористого калия почти вдвое, аммиачной селитры в 1,5 раза, соды кальцинированной — в 1,6 раза, резиновой обуви — в 3,7 раза⁹²³. Уже в 1945 г. выпуск резиновой обуви увеличился в 20 раз по сравнению с 1942 г.

Производство химической продукции в 1945 г., как показывают приведенные данные, по большинству видов намного отставало от довоенного уровня. Больше всего сократился выпуск химического волокна — до 9,9% от довоенного, 34,6% составило производство минеральных удобрений, 43,8 — соды кальцинированной, 44,6 — синтетических красителей, 45,6 — автомобильных покрышек, 50 — серной кислоты, 67,4% — соды каустической, 46% — синтетического каучука, более чем в 4 раза уменьшился выпуск резиновой обуви и т.д. В то же время выработка химических продуктов, нужных военной промышленности, поддерживалась на сравнительно высоком уровне. Так, производство аммиака в 1944 г. было лишь на 14% ниже довоенного, а толуола и азотной кислоты выпускалось больше, чем в 1940 г., довоенный уровень был превзойден по производству аммиачной селитры, пресс-порошков и т.д.

Выпуск изделий массового потребления в 1945 г. превысил довоенный уровень вдвое, а изделий из пластических масс — в 3,5 раза.

Выросло по сравнению с довоенным 1940 г. производство основных химических продуктов в восточных районах: соды кальцинированной — на 3,9%, соды каустической — на 11,4% и т.д. Появилось производство химических волокон. В 1945 г. здесь выпускалось 46,9% минеральных удобрений, 44,3 серной кислоты, 45,3 — соды кальцинированной, 35% — соды каустической⁹²⁴.

Таким образом, созданная в годы довоенных пятилеток химическая промышленность сыграла значительную роль в военной экономике, обеспечив выпуск химикатов и химических изделий для производства боеприпасов и комплектации многочисленных видов военной техники, необходимых Советской Армии. Перевод ее, как и всего народного хозяйства, на производство гражданской продукции потребовал прежде всего завершения восстановления разрушенных химических заводов и форсирования начатого во время войны нового строительства с целью не только восстановления, но и значительного превышения довоенного уровня производства.

8. Легкая промышленность.

В результате осуществления довоенных пятилеток наша страна накануне войны располагала развитой легкой промышленностью. В 1940 г. производилось около 4,5 млрд. пог. м тканей, 211 млн. пар кожаной обуви, на предприятиях легкой промышленности было занято 23,4% рабочих промышленности в целом. СССР вышел на первое место в Европе и второе место в мире по объему производства ряда изделий легкой промышленности⁹²⁵.

Война потребовала полной перестройки работы легкой промышленности, которая влекла за собой изменение техники и технологии производства, требовала интенсификации и технического усовершенствования производственных процессов. В то же время необходимо было обеспечить режим строжайшей экономии в расходовании важнейших материалов, чтобы создать дополнительные возможности для увеличения выпуска военной продукции. В соответствии с военно-хозяйственным планом на IV квартал 1941 г. и на 1942 г.⁹²⁶ вся экономика подчинялась интересам обороны страны.

В валовой продукции легкой промышленности увеличился удельный вес вещевого довольствия Советской Армии. Сокращался рыночный фонд товаров и увеличивался внерыночный фонд, ресурсы которого использовались для удовлетворения потребностей армии, детских учреждений, больниц. Удельный вес рыночного фонда хлопчатобумажных тканей во всей товарной продукции уменьшился с 46% в 1940 г. до 9% в 1942 г., кожаной обуви — соответственно с 80 до 28%. В результате централизованные рыночные фонды тканей, предназначенные для продажи гражданскому населению, в 1942 г. уменьшились до 14% от уровня 1940 г., швейных изделий — до 10, трикотажа и чулочно-носочных изделий — до 16, кожаной обуви — до 8%⁹²⁷.

Легкая промышленность форсированными темпами выпускала продукцию, непосредственно удовлетворявшую нужды фронта, оборонной промышленности. Текстильные фабрики увеличили выработку специальных тканей военного назначения — бельевых, одежных, технических, шинельного сукна, перевязочных материалов и т.п. Появились новые изделия для теплого обмундирования и технического оснащения армии.

Швейники переключались на пошив белья, шинелей и другого военного обмундирования. С конвейеров обувных фабрик начали сходить солдатские сапоги и ботинки. Для снабжения фронта в основном работали и меховые предприятия. Меховщики поставляли бойцам Советской Армии шапки, рукавицы, полушубки и другие меховые изделия. Промышленность искусственного волокна была переключена на производство взрывчатых веществ. На ряде предприятий легкой промышленности выпускались боеприпасы. Кожевники снабжали сырьем авиационную, автотракторную, танковую и другие военные отрасли.

В самые тяжелые годы войны фронт получал необходимое обмундирование, выпуск которого увеличивался из года в год. Только ленинградская промышленность к концу 1941 г. дала фронту 3 млн. пар армейской обуви, 320 тыс. шинелей и ватных курток, более 1 млн. ватных телогреек, шаровар, гимнастерок, 640 тыс. шапок-ушанок, почти 1,5 млн. пар рукавиц, маскировочных халатов, много теплого белья⁹²⁸. Московские предприятия в 1942—1944 гг. выпустили 7,7 млн. пар армейской обуви. Парашютных шелковых тканей вырабатывалось в 1942 г. 2,8 млн. м, а в 1943 г. — 5,8 млн. м. Одна московская швейная фабрика за годы войны изготовила кроме гражданской продукции 3282 тыс. шинелей, 1301 тыс. хлопчатобумажного обмундирования, 3164 тыс. предметов вещевого довольствия⁹²⁹.

Резко увеличилось производство для фронта на предприятиях текстильной промышленности и в других районах страны. Так, удельный вес продукции, необходимой фронту, в легкой промышленности Казахстана возрос с 8% в 1941 г. до 45,2% в 1942 г. Предприятиями Грузинской ССР к концу 1943 г. было выпущено более 6 млн. комплектов обмундирования.

Важнейшим моментом военной перестройки хозяйства являлась эвакуация промышленности на Восток. На базе эвакуированного из прифронтовой полосы оборудования в сложных условиях первого года войны на востоке страны создавались новые районы легкой промышленности.

В глубь страны было вывезено оборудование примерно 350 объектов легкой промышленности. Из 150 текстильных предприятий более 40 было направлено в республики Средней Азии и Казахстан, 35 — в районы Урала и Западной Сибири, 15 — в районы Поволжья. Оборудование 42 заводов по первичной обработке льна и пеньки было размещено на действующих льно- и пенькозаводах Кировской, Пензенской и Вологодской областей, Удмуртской и Мордовской АССР⁹³⁰, а оборудование 43 швейных фабрик — на Урале, в Восточной Сибири, в Средней Азии и Казахстане.

Нередко оборудование одного предприятия «дробилось» и направлялось в разные пункты страны. Например, оборудование Вышневолоцкого хлопчатобумажного комбината было размещено в ряде районов Чувашской АССР и Саратовской области; Харьковского канатного завода — в Саранске (канатное производство) и в Ташкенте (мешочное производство), Такое дробление вызывалось тем, что размещаемые мощности надлежало обеспечить рабочей силой, электроэнергией, топливом, сырьем и т.п. Кроме того, это позволяло быстрее вводить в действие оборудование, так как более мелкие предприятия легче обеспечивались материальными ресурсами. Некомплектное оборудование родственных видов на местах объединялось, и на его базе создавались новые предприятия. Так, на основе Киевской, Азовской и Артемовской обувных фабрик была введена в эксплуатацию Семипалатинская обувная фабрика.

Пуск вывезенного оборудования легкой промышленности проходил с довольно большими трудностями и растянулся на более длительные сроки, чем в других отраслях. В 1941—1942 гг. материальные средства в основном направлялись на восстановление мощностей и новое строительство в отраслях тяжелой индустрии. Производство продукции легкой промышленности поддерживалось за счет использования предприятий в тыловых районах и вывезенного на восток страны оборудования. В государственный график восстановления легкой промышленности на 1941 г. была включена ¹/₃ предприятий, перебазированных на восток страны. Однако в 1942 г. было введено в строй всего 35 предприятий (включая пищевые), остальные вводились в эксплуатацию в последующие годы. Быстрее пускались в ход обувные и швейные предприятия, так как для них требовались меньшие материальные затраты. Например, перебазированное швейное оборудование без каких-либо значительных затрат в начале 1942 г. удалось ввести в строй на 85%. В 1943 г. свыше 150 предприятий легкой промышленности (без текстильных) из 200 эвакуированных работали и давали продукцию⁹³¹. Восстановление текстильной промышленности осуществлялось медленнее. Сказывались большие потери производственных мощностей, недостаток средств для капитального строительства, тяжелое положение со снабжением их электроэнергией и обеспечением рабочей силой.

Вопрос о восстановлении текстильных предприятий на востоке страны неоднократно рассматривался на коллегии Наркомата текстильной промышленности. Принимались меры к быстрейшему их восстановлению.

При распределении фондов на строительные материалы, электроэнергию, энергооборудование, обеспечивалось в первую очередь восстановление эвакуированного оборудования. Однако и в 1942 г. пустить все эвакуированные предприятия текстильной промышленности не удалось.

В годы войны, на основе использования перебазированного оборудования в восточных районах было создано 50 крупных швейных, трикотажных, кожевенно-обувных, валяльно-войлочных и галантерейных предприятий, 12 хлопчатобумажных, 4 шерстяных, 4 шелковых, 3 пенько-джутовых, не считая оборудования, размещенного на свободных площадях действующих фабрик. Были введены в действие хлопчатобумажный комбинат в Сталинабаде, хлопчатобумажные фабрики в Челябинске, Уфе, Чебоксарах и Канаше (Чувашской АССР), в Канске; фабрики обувной кирзы — в Фергане и Куйбышевской области; кордные фабрики — в Кирове, Омске; шелковые предприятия в Чкалове, Киргизии, Таджикистане; ниточная фабрика — в Ташкенте; шерстяные фабрики — в Казахстане, Туркмении, Свердловской области; пенко-джутовые фабрики и производства, мешочных изделий — в Киргизии и Узбекистане и др.

В эти годы увеличилась доля Востока в выпуске продукции. Так, удельный вес Средней Азии и Казахстана в производстве тканей и обуви повысился в 2 раза с лишним, составив по хлопчатобумажным тканям — 5,9%, шерстяным — 1,9, шелковым — 17; по обуви — 6,4%. Еще в большей степени повысился удельный вес трикотажных изделий: чулочно-носочных — в 2,4 раза, бельевого трикотажа — в 7,8 раза и верхнего трикотажа — в 3,3 раза⁹³². Приблизительно в тех же пропорциях увеличился удельный вес продукции Урала, Восточной и Западной Сибири. Вместе с тем понизилась доля в производстве продукции легкой промышленности Центральных районов. Особенно заметно сократилась доля Ленинградской, Калининской и Московской областей. В связи с тем, что в ходе войны были разрушены Псковский и Харьковский меховые заводы и сократился выпуск продукции ленинградских меховых фабрик, основными производителями меховых изделий стали Казанский меховой комбинат и фабрика «Белка». За годы Отечественной войны Казанский меховой комбинат не только не уменьшил плана выпускаемой продукции, но путем рационального размещения производства и организации труда в 1943 г. выпустил продукции на 12% больше, чем до войны, успешно завершив при этом перестройку производства на военный лад. Удельный вес Казанского комбината в общем объеме производства возрос в 1944 г. до 39,6% против 23,7 в 1940, а фабрики «Белка» — в 1943 г. до 20,29% вместо 12,8% в 1940 г.

Существенно изменилось размещение шелковой промышленности. Снизился удельный вес Московской области и повысилось участие республик Средней Азии. Новая база шелковой промышленности возникла на Южном Урале. Так, в Чкалове на базе поступившего туда оборудования московской фабрики «Красная Роза», Ржевской шелкопрядной фабрики, Карповской и Павлово-Посадской шелкоткацких фабрик был основан Чкаловский (Оренбургский) шелковый комбинат⁹³³.

В пенько-джутовой промышленности снизилась доля Ленинграда и Украины, увеличилась Мордовской АССР, Пензенской области. На основе эвакуированного Харьковского канатного завода и Одесской джутовой фабрики были созданы базы мешочно-кенафного производства в Узбекской и Киргизской ССР. До войны ниточная промышленность в основном сосредоточивалась в Ленинграде (80%) и Московской области (20%). При использовании вывезенного из Ленинграда крутильного оборудования было организовано крупное ниточное предприятие в Узбекской ССР, которое за годы войны выпустило 250 млн. катушек ниток. В 1946 г. доля Ленинграда в общесоюзном производстве ниток составила 56%.

В 1942 г. по мере освобождения центральных областей Российской Федерации от оккупантов начинались работы по восстановлению промышленности. Предприятия на временно оккупированной врагом территории были в значительной степени разрушены, а их оборудование вывезено в Германию. Уцелевшими на захваченных врагом территориях фабриками и заводами уже в начале оккупации распоряжались немецкие монополии. Бумажные, льнопрядильные и веревочные предприятия Белоруссии захватила немецкая фирма «Фрезер Остланд», текстильные предприятия — фирмы «Востокволокно» и «Фатергальтер и К^о». Часть предприятий немцы приспособили для производства снаряжения, одежды и обуви для армии. Например, обувную фабрику и кожевенный завод в Минске оккупанты превратили в мелкие мастерские по производству деревянной обуви. Восемь других предприятий легкой промышленности города, пущенных в середине сентября 1941 г., также были переключены на производство кустарных изделий. В Могилеве были пущены трикотажная и кожевенная мастерская. То, что не удавалось вывезти или ввести в эксплуатацию, уничтожалось. Среди разрушенных предприятий оказались крупнейшая в Европе Кренгольмская мануфактура, фабрики Украины и Белоруссии, Московской области, Риги, Калинина и других городов. На территории Советской страны, временно подвергшейся оккупации, полностью или частично было разрушено 358 текстильных предприятий, ¹/₃ швейных фабрик; было уничтожено, вывезено или приведено в негодность 3 млн. прядильных веретен и 45 тыс. ткацких станков (почти ¹/₃ довоенного парка веретен и станков), 25 тыс. швейных машин. Огромные потери понесла кожевенно-обувная промышленность⁹³⁴.

В результате разрушений сократились производственные мощности легкой промышленности. На 1 января 1942 г. производственные мощности уменьшились по сравнению с их состоянием на 1 января 1941 г. в хлопчатобумажной отрасли на 33,6% по прядильным веретенам и 25,8 — по ткацким станкам; соответственно в шерстяной — на 38,7 и 31,4; в льняной — на 16,3 и 12 и в шелковой промышленности (в ткачестве) — на 36,5%⁹³⁵. К концу 1942 г. лишилась около 60% мощностей обувная промышленность, дубильно-экстрактное производство потеряло 40% оборудования. Во время эвакуации многие эшелоны с оборудованием подвергались бомбардировкам вражеской авиации и оборудование гибло в пути. Были случаи, когда к месту назначения доходило около 10% оборудования, как это случилось с трикотажной фабрикой «КИМ».

Оборудование текстильных, обувных, кожевенных предприятий, которое так и не удалось своевременно установить на новых местах или же оно было размещено в неподходящих условиях, в 1942 г. начали реэвакуировать и восстанавливать на старых площадях. Так, была возвращена часть оборудования Купавинской суконной фабрики, Ростокинской отделочной фабрики, Краснохолмского комбината и ряда других предприятий Московской области, ряда текстильных фабрик Калинина, Ярославля и др. Частично возвращались и квалифицированные кадры. Приступили к монтажным работам демонтированного, но не вывезенного оборудования.

В первой половине 1942 г. начались восстановительные работы в Московской, Тульской, Калининской, Ярославской и других областях.

С весны 1942 г. постепенно входили в строй предприятия осажденного Ленинграда. В одном из цехов фабрики «Красное Знамя» начали работать 14 круглочулочных автоматов и 60 швейных машин, в 1943 г. фабрика выпустила 1254,6 тыс. пар чулок, 285,5 тыс. швейных изделий и 85 тыс. купонов. Развернулись работы по восстановлению разрушенных цехов и участков. Весной 1942 г. после четырехмесячного перерыва частично возобновилась работа на фабрике им. В. Слуцкой и комбинате им. С. М. Кирова. Текстильщики фабрики «Рабочий», используя основы и другие полуфабрикаты, собранные на родственных предприятиях, во второй половине 1942 г. изготовили 3 млн. м суровых тканей, крайне необходимых находившемуся в блокаде городу и его защитникам.

Несмотря на то, что восстановление предприятий легкой промышленности шло медленнее, чем в других отраслях, фронт получал все необходимое обмундирование. Но наибольшая часть перебазированных мощностей текстильной промышленности обосновалась в новых местах.

По разработанному Наркоматом текстильной промышленности плану восстановления предприятий в освобожденных районах предусматривался пуск прежде всего объектов, удовлетворяющих первоочередные нужды фронта и населения освобожденных районов. К концу 1942 г. были полностью или частично введены в действие текстильные фабрики в Нарофоминске, Яхроме, Калинине, Волоколамске, Боровске. Налаживалась вновь работа на предприятиях Москвы и Ленинграда. В результате принятых мер выпуск хлопчатобумажных тканей на московских предприятиях во второй половине 1942 г. увеличился по сравнению с первым полугодием в 1,5 раза, а шелковых и шерстяных — в 2 раза⁹³⁶. В 1942 г. Москва дала стране 17,5 млн. м шерстяных и шелковых тканей.

В последующие годы восстановительные работы в освобожденных районах приняли более широкий размах. В 1944 г. капитальных работ в легкой промышленности (в наибольшей мере в текстильной) было выполнено в 2 раза больше, чем в предшествующем году, причем около 50% капитальных вложений приходилось на восстановительные работы в освобожденных районах. Вводились дополнительные мощности на 162 предприятиях, из них в освобожденных районах — на 126. Восстанавливались и пускались заводы первичной обработки льняного сырья в Ставропольском и Краснодарском краях, в Смоленской, Тульской, Орловской и других областях. Возобновилось производство на Невиномысской шерстомойке, Бердянском хлопкозаводе, ватных фабриках Воронежа и Армавира. В 1944 г. на текстильных фабриках освобожденных районов были введены в действие 47 тыс. веретен. Вводились в строй обувные, кожевенные предприятия в Орловской, Воронежской и др. областях.

В первые годы войны капиталовложения в легкой, пищевой и других отраслях народного хозяйства сократились, их удельный вес составил 26% в 1942 г. против 39% в 1940 г.

В 1943 г. строительство в легкой промышленности и в других отраслях народного хозяйства, обслуживающих нужды населения и тыла, возросло на 10% против 1942 г. Обновление основных фондов началось и в отраслях легкой промышленности.

За 1941—1945 гг. в текстильной промышленности было установлено 900 тыс. прядильных веретен. К 1 января 1946 г. были полностью или частично восстановлены 140 текстильных предприятий, в том числе 34 хлопчатобумажных, 4 льняных, 8 пеньковых, 50 льнозаводов⁹³⁷. Кроме того, за годы войны были введены 30 новых текстильных предприятий в районах, освобожденных от оккупантов. Техническая база текстильной промышленности в последний период войны значительно улучшилась. На 1 января 1946 г. мощности отраслей текстильной промышленности увеличились по сравнению с 1 января 1942 г. по прядильным веретенам от 13 до 20%, по ткацким станкам — от 5 до 50%⁹³⁸.

В тяжелых условиях войны особенно ярко проявились преимущества социалистической системы хозяйства — самоотверженная, братская взаимопомощь городов и районов в восстановлении промышленного производства. На действующих предприятиях выявлялись резервы оборудования и инструмента для помощи восстанавливаемым фабрикам и заводам. Так, молодежь текстильно-галантерейной промышленности Москвы взяла шефство над восстановлением Киевской ткацкой фабрики. Рабочими трикотажных фабрик для киевлян было собрано 150 комплектов инструментов и 10 тыс. шпуль и катушек.

Трудности военного времени вызвали значительные осложнения в области материального снабжения легкой промышленности. Перебои в поступлении сырья, недостаток электроэнергии, топлива, сокращение числа рабочих и другие причины приводили к простоям оборудования на действующих предприятиях. В текстильной промышленности простои оборудования в годы войны составляли от 10 до 35% всего рабочего времени. В наибольшей мере это относится к 1942 г., когда особенно тяжело было с топливом и электроэнергией.

Легкая промышленность в годы войны испытывала недостаток в запасных частях, в хорошем техническом обслуживании, регулярном ремонте оборудования, квалифицированных кадрах. Это было причиной снижения производительности оборудования.

Сотни тысяч рабочих, служащих, инженерно-технических работников легкой промышленности в годы Отечественной войны ушли на фронт или были переведены на предприятия оборонной промышленности. За этот период сильно изменился состав рабочих, особенно на предприятиях, эвакуированных на Восток. Некоторые из них восстанавливались в таких местах, где раньше не было текстильного, обувного производства, а следовательно, отсутствовали соответствующие кадры и ощущался недостаток рабочей силы. Все эти обстоятельства обусловили понижение производительности труда. Наиболее значительным оно было в текстильной промышленности⁹³⁹.

В некоторых подотраслях легкой промышленности в 1942—1943 гг. производительность труда упала до 50% к уровню 1940 г. Решением ГКО от 12 ноября 1943 г. для улучшения работы в текстильной промышленности предусматривалось проведение мобилизации неработающего населения; постепенное возвращение квалифицированных рабочих, направленных в начале войны на оборонные предприятия; изменение системы оплаты труда; повышение фонда заработной платы производственных рабочих на 19%. В результате определенные сдвиги в сторону улучшения положения в области производительности труда наметились еще в годы войны.

В известной степени повышению производительности труда способствовало движение за введение сменных заданий, инициаторами которого были коллективы комбината «Трехгорная мануфактура» и фабрики «Красные текстильщики». Эти предприятия ввели у себя системы сменных заданий, что обусловило в 1944 г. повышение производительности труда на 15—25% по сравнению с предыдущим годом.

Важнейшим источником восстановления объемов производства в годы войны явилось усовершенствование технологии и организации производства. Так, в кожевенно-обувной промышленности был разработан метод горячей вулканизации в производстве тяжелых видов обуви, ускоренный метод дубления в барабанах, было освоено производство заменителей жестких кож и юфти с сокращением расхода каучука и бензина, освоено производство высококачественного регенератора и т.д.

На масштабы производства оказывали влияние экономия материальных ресурсов и замена дефицитных видов сырья и материалов. В целях экономии растительных дубителей в кожевенной промышленности на многих предприятиях были введены новые методы дубления, которые позволили сэкономить от 30 до 50% растительных таннидов. В производстве заменителей кожи вместо дорогой канифоли использовались более дешевые мягчители, резко сократилось потребление стеариновой кислоты за счет применения менее ценных продуктов, уменьшалась дозировка окиси цинка, едкие щелочи заменялись отходами и менее важным сырьем. В швейной промышленности были пересмотрены лекала и раскладки. Новый метод раскроя — метод безостаткового раскроя ткани, — в 1943 г. позволил сэкономить много тыс. м хлопчатобумажных и шерстяных тканей, из которых было сшито 250 тыс. гимнастерок и брюк и около 160 тыс. шинелей. В текстильной промышленности велась борьба за замену пищевых материалов (муки, жиров), употребляемых для шлихтования ткацких основ, всевозможными менее дефицитными веществами. На «Трехгорной мануфактуре» был разработан одноварочный способ известковой отбелки тканей, который дал большую экономию каустической соды.

В 1943 г. в швейной промышленности было введено в действие 22 новых конвейера и возобновлена работа 43 конвейеров с механической транспортировкой сырья и полуфабрикатов, в обувной промышленности — 7 новых конвейеров и 12 конвейеров переведены на работу сорганизованным ритмом. Организация потока в этих отраслях позволила повысить производительность труда, сократить производственный цикл изготовляемой продукции, высвободить большое число станков, машин, производственных площадей, увеличить выпуск продукции. Например, московские предприятия швейной и обувной промышленности, внедрившие конвейеры, увеличили в 1943 г. выпуск продукции на тех же площадях на 35—40% против 1942 г. Если до внедрения потока на фабрике «Буревестник» готовая пара обуви выходила через 55—60 часов после запуска, то на механическом конвейере это время сократилось до 10-12 часов (в 5 с лишним раза). В 1944 г. на швейных фабриках Московского городского управления легкой промышленности было установлено 35 механических конвейеров. Конвейеризация коснулось 50% производственных потоков вместо 27% организованных ранее, с охватом 50% производственных рабочих. В результате производительность труда на московских швейных фабриках повысилась в пределах от 21% До 62%, а производственный цикл сократился в пределах от 30 до 45%⁹⁴⁰.

С введением потока одновременно повышалось количество продукции, возрастала экономия сырья и материалов, высвобождались подсобные и отчасти основные рабочие, сокращался объем незавершенного производства. Организация поточного производства обеспечивала более равномерную работу предприятий, создавала условия перехода многих фабрик и заводов из отстающих в передовые. Однако конвейеризация потоков в легкой промышленности проходила неравномерно. Так, если на предприятиях обувной промышленности (не считая Ленинграда и Ростова-на-Дону) в 1943 г. действовало 58 потоков, из них по конвейерной системе 36 (62,1%), то в швейной промышленности из 285 действующих потоков только 36, или 13%, были конвейеризированы. На предприятиях кожевенных, валяльно-войлочных, заменителей кожи конвейерная система внедрялась еще медленнее⁹⁴¹.

В трудных условиях военного времени достижения промышленности явились в значительной степени результатом подъема и высокого патриотизма советских людей. Начиная с мая 1942 г. по инициативе передовых предприятий страны развернулось Всесоюзное социалистическое соревнование за лучшее обслуживание фронта, мобилизацию внутренних ресурсов, осуществление режима экономии и сокращение издержек производства, за всемерную рационализацию производственных процессов.

Одним из замечательных результатов социалистического соревнования стал рост производительности труда. В 1943 г. производительность труда в текстильной промышленности повысилась на 17,5% по сравнению с 1942 г.

Лучшее использование производственных мощностей на предприятиях центральных областей и восточных районов, восстановление фабрик и заводов в районах, освобожденных от немецкой оккупации, многочисленные проявления трудового энтузиазма советских людей позволили уже начиная со второй половины 1942 г. набирать темпы, вновь увеличивать объем производства. Так, в 1943 г. выпуск хлопчатобумажных и шерстяных тканей увеличился на 7,3%, льняных — на 15,2, шелковых — на 21,4, ниток — на 39,4% в сравнении с 1942 г. В следующем году рост продукции продолжался. Хлопчатобумажных тканей в 1944 г. производилось больше предыдущего года на 12%, льняных и шерстяных — на 11, шелковых — на 14, ниток — на 20%. Однако в целом за годы войны общий выпуск важнейших видов продукции в легкой промышленности в натуральном выражении сократился по сравнению с довоенным временем, что показывают данные на стр. 323⁹⁴².

	1940 г.	1945 г.	1945 г., в к 1940 г.
Хлопчатобумажная
пряжа, тыс. т	650	303	46,6
ткани, млн. пог. м	3954	1616	40,9
млн. м²	2704	1149	42,5
Шерстяная
пряжа, тыс. т	83,7	39,9	47,7
ткани, млн. пог. м	119,7	53,6	44,8
млн. м²	152,1	64,6	42,5
Льняная
пряжа, тыс. т	111,6	40,2	36,0
ткани, млн. пог. м	285,5	106,5	37,3
млн. м²	268,3	97,9	36,5
Шелковая
шелк-сырец, т	1816	989	54,5
ткани, млн. пог. м	77,3	36,4	47,1
млн. м²	64,2	29,2	45,5
Верхний трикотаж, млн. шт.	58,6	23,4	39,9
Бельевой трикотаж, млн. шт.	124,4	26,6	21,4
Чулочно-носочные изделия, млн. пар	485,4	91,0	18,7
Обувь
кожаная, млн. пар	211,0	63,1	29,9
резиновая, млн. пар	69,7	15,1	21,7
валяная, тыс. пар	17912	13346	74,5
Кожтовары
верхние, млн. дм²	4925	1810	36,8
жесткие, тыс. т	70,3	21,8	31,0

Как видно из приведенных данных, производство важнейших изделий легкой промышленности за годы войны сократилось в 2—3 и более раз. Объем валовой продукции легкой промышленности уменьшился на 38%, текстильной — на 55, обувной, кожевенной и меховой — на 40%. В швейной же промышленности производство несколько расширилось, ее валовая продукция возросла на 3%⁹⁴³.

С основным и главным требованием — обеспечить выпуск продукции для фронта — легкая промышленность справилась. Воины Советской Армии в течение войны были полностью обеспечены вещевым снаряжением. Действующая армия за 1941—1945 гг. четыре раза получала новое летнее и зимнее обмундирование.

Удовлетворяя нужды фронта, легкая промышленность, в том числе и текстильная, к концу войны стала увеличивать выпуск продукции и для гражданского населения. В конце 1944 и в первом квартале 1945 г. часть предприятий была переведена на производство товаров народного потребления. В 1944 г. текстильные и обувные фабрики возобновили производство пестротканых и набивных тканей, обуви и других изделий для населения. На предприятиях Главшелка разработали 100 новых рисунков шелковых тканей. Комбинат «Трехгорная мануфактура» выпустил тканей 116 рисунков, а к концу войны — 120 рисунков; в 1945 г. комбинат изготовил пестротканых и набивных тканей в 4 раза больше, чем в 1943 г. В план легкой промышленности, в том числе текстильной, на 1945 г. были внесены изменения, восстанавливался довоенный ассортимент тканей и обуви. Начатое еще в годы войны восстановление легкой промышленности особенно интенсивно продолжалось в первые же мирные годы. В этом наглядно проявились преимущества социалистической системы, патриотический трудовой подъем и творческая инициатива трудящихся Советского государства.

9. Пищевая промышленность.

Для победы над врагом было необходимо бесперебойно обеспечивать армию и тыл продуктами питания, перестроить работу пищевой промышленности в соответствии с требованиями военной экономики.

Еще в годы первых пятилеток была создана крупная пищевая промышленность. Основное место в производстве продуктов питания заняли новые технически оснащенные предприятия, использующие последние достижения науки и техники. В значительной степени были преодолены недостатки в территориальном размещении промышленного производства продуктов питания.

Многие отрасли пищевой промышленности в предвоенные годы, были организованы в новых районах, производство стало более равномерно распределяться по всей территории страны, что позволяло полнее использовать природно-климатические условия для увеличения выработки продуктов питания, сокращать дальние и нерациональные перевозки, лучше обеспечивать население продовольствием.

Ускоренно развивалась пищевая промышленность в восточных районах, где осваивались природные богатства, строились предприятия тяжелой индустрии, особенно быстро росли города и городское население. В Казахской и Киргизской ССР, в Алтайском, Приморском, Красноярском краях были построены новые сахарные заводы, в Западной и Восточной Сибири, на Дальнем Востоке, в Средней Азии и Казахстане, в Поволжье и других районах — консервные заводы. Значительное развитие получила в районах производства сырья мясная промышленность, что позволяло осуществлять переработку скота с наименьшими затратами общественного труда. Повсеместно были организованы предприятия молочной промышленности. Доля Дальневосточного бассейна и сибирских водоемов во всем улове рыбы в стране возросла с 12,1% в 1913 г. до 27,5% в 1940 г.^944.

По сравнению с 1913 г. продукция пищевой промышленности в 1940 г. в районах Дальнего Востока и Восточной Сибири увеличилась в 10,4 раза, на Урале и в Западной Сибири — в 14,8 раза, в Средней Азии и Казахстане — в 27,3 раза, в Закавказье — в 37 раз, при среднем росте за этот же период в целом по СССР в 7,6 раза⁹⁴⁵.

Более равномерное размещение производства продуктов питания по районам страны имело большое значение для преодоления трудностей в организации работы пищевой промышленности, вызванных войной, навязанной Советскому Союзу немецко-фашистскими захватчиками.

Война нанесла серьезный ущерб народному хозяйству нашей страны и в значительной мере отразилась на развитии пищевой промышленности. Была подорвана ее сырьевая база. На территории, оккупированной немецко-фашистскими захватчиками, в 1941 г. сосредоточивалась большая часть посевов сахарной свеклы, подсолнечника, клещевины, табачных и махорочных плантаций, зерновых. Уменьшились ресурсы сырья для мясной и молочной промышленности⁹⁴⁶. В зоне временной оккупации и военных действий оказалось более ½ всего числа предприятий по производству продуктов питания, было полностью разрушено 4490 мясокомбинатов и молочных заводов; разрушены или серьезно пострадали 5500 предприятий системы Наркомата промышленности продовольственных товаров. Пищевая промышленность лишилась 40% технологического оборудования и половины энергетического хозяйства. В ее отдельных отраслях потери были еще более значительными.

В первые годы войны в связи с уменьшением валовых сборов зерна, сахарной свеклы, подсолнечника и других культур значительно снизились государственные заготовки⁹⁴⁷ продуктов растениеводства и сырьевые ресурсы пищевой промышленности. По сравнению с 1940 г. в 1942 г. было заготовлено зерновых культур 34%, подсолнечника — 8%, сахарной свеклы — 9%. В связи с значительным уменьшением поголовья всех видов скота, снижением его продуктивности сократились также заготовки продуктов животноводства. В 1942 г. было заготовлено мяса (в живом весе) 1244 тыс. т, или 61% к 1940 г., молока — 2877 тыс. т, или 45%⁹⁴⁸.

Недостаток сырья, разрушение предприятий пищевой промышленности вызвали сокращение производства продуктов питания. Валовая продукция пищевой промышленности в 1941 г. составила 80%, а в 1942 г. — 42% к 1940 г.⁹⁴⁹ Особенно значительно в 1942 г. (по сравнению с 1940 г.) сократилось производство сахара-песка — в 20 раз, кондитерских изделий — в 4 раза, растительного масла — в 3 раза, животного масла и мяса более чем в 2 раза, муки и крупы — почти в 2 раза. Снизились рыночные фонды продовольственных товаров. Удельный вес рыночного фонда в товарной продукции муки и крупы уменьшился с 86% в 1940 г. до 73% в 1942 г., мясопродуктов с 43 до 23%⁹⁵⁰.

В этих тяжелых условиях происходила перестройка пищевой промышленности на военный лад. Все было подчинено задачам победы над врагом, улучшению снабжения продовольствием Красной Армии и населения, обеспечивающего своим трудом победу на фронтах Отечественной войны. Изменялся ассортимент продукции, увеличивалась выработка наиболее транспортабельных и стойких в хранении изделий, вырабатывались новые продукты, необходимые для бесперебойного снабжения фронта, более полно и экономно использовались ресурсы сырья. Трудности, связанные с временной оккупацией ряда районов, разрушением многих предприятий пищевой промышленности и переключением части заводов и фабрик на выполнение военных заказов, потребовали большого напряжения сил советского народа для строительства и расширения предприятий в восточных районах страны, а также восстановления заводов на освобожденной от врага территории.

В первый период войны на Восток из прифронтовой полосы было вывезено значительное количество оборудования предприятий пищевой промышленности. На его базе организовывались новые и расширялись действующие заводы. Восстановление предприятий пищевой промышленности началось еще в годы войны. Заводы пищевого машиностроения поставляли промышленности технологическое оборудование, контрольно-измерительные приборы, запасные части к машинам и аппаратам. В 1942 г. они выпустили 356 машин, аппаратов и приборов 20 наименований на сумму 3 млн. руб., в 1943 г. — свыше 1200 машин, аппаратов и приборов 53 наименований на сумму 7,5 млн. руб.

Создавались специализированные тресты, которые вели работу по восстановлению разрушенных предприятий и строительству новых в освобожденных от оккупантов районах. Так, в 1943 г. были организованы Всесоюзный строительно-монтажный трест «Хлебстрой», тресты по строительству предприятий хлебопекарной промышленности в РСФСР и на Украине.

Было введено премирование за сокращение установленных правительством сроков ввода в действие новых предприятий, а также отдельных объектов и агрегатов и высокое качество выполненных работ⁹⁵¹. В несколько раз быстрее стали возводиться новые заводы. Так, чтобы построить сахарный завод требовалось в мирное время 3,3 года, а в период войны — 1,1 года. На 1 января 1946 г. было восстановлено 3223 предприятия Наркомата промышленности продовольственных товаров СССР, что на 1148 единиц превышало задания, установленные Советским правительством⁹⁵².

Капитальные вложения в пищевую промышленность с первого июля 1941 г. до первого января 1946 г. составили 339 млн. руб., или 4,3% от всех капитальных вложений в промышленность⁹⁵³.

Перелом в производстве продуктов питания наметился в 1944 г. Этому способствовали наряду с восстановлением предприятий пищевой промышленности принятые меры по укреплению материально-технической базы сельского хозяйства. В 1943—1944 гг. по мере освобождения оккупированных территорий значительно расширились посевные площади, повысилась урожайность, росло поголовье скота. Увеличивалась выработка сахара-песка, растительного и животного масла, цельномолочной продукции. В 1945 г. по сравнению с 1944 г. выросло производство сахара-рафинада, хлебобулочных, макаронных, кондитерских изделий, а также производство мясных продуктов. В 1945 г. валовая продукция пищевой промышленности составила 50% довоенного уровня. Рост производства позволял государству увеличивать рыночные фонды продовольственных товаров, улучшать питание армии и населения⁹⁵⁴.

Мясная промышленность. В соответствии с нуждами военного времени мясная промышленность увеличила выработку таких транспортабельных и стойких при хранении мясных продуктов, как мясные консервы, пищевые концентраты, копчености, полукопченые и копченые колбасы, компаунд-жиры. В короткий срок были пущены консервные заводы на мясокомбинатах Орска, Улан-Удэ, Алма-Аты, цеха концентратов на Свердловском и Иркутском мясокомбинатах и многие другие производства. Тогда же в связи с эвакуацией в тыл предприятий мясной промышленности, расположенных в зоне военных действий, стали организовывать передвижные полевые мясные комбинаты. В августе 1941 г. в Брянске на базе эвакуированного мясокомбината стал действовать первый полевой комбинат Московского военного округа. Затем такие же комбинаты появились в Рязанской и Тульской областях. В мае 1942 г. полевые предприятия функционировали на всех фронтах, их работой руководили полевые конторы и Отдел ветеринарной службы Наркомата мясной и молочной промышленности СССР. На полевые комбинаты направлялись квалифицированные кадры с предприятий мясной промышленности, завозилось оборудование для переработки скота, выработки мясных, колбасных и других изделий.

По мере освобождения временно оккупированных территорий полевые конторы, помимо обеспечения армии мясом и мясопродуктами, отбирали годное для воспроизводства поголовье скота и направляли в колхозы и совхозы. Только одна полевая контора второго Украинского фронта направила на Украину и в Молдавию более 100 тыс. голов скота. Очень большое значение имело проведение Ветеринарной службой Красной Армии профилактических мероприятий по борьбе с эпидемиями⁹⁵⁵.

При мясокомбинатах организовывались цехи, производившие медицинские препараты. Московский и Ленинградский мясокомбинаты смонтировали специальные цехи и впервые в нашей стране организовали производство пенициллина, необходимого для лечения ран и многих опасных болезней. За счет улучшения использования отходов производства на мясокомбинатах увеличился выпуск шубных овчин, меховой обуви, телогреек, валенок, шапок и других изделий.

После освобождения территории западных районов было организовано возвращение скота, отогнанного в начале войны в восточные районы. В 1943 г. в освобожденные области РСФСР было реэвакуировано свыше 200 тыс. голов крупного рогатого скота, 340 тыс. овец, 60 тыс. лошадей. В 1944 г. для отправки в особенно пострадавшие колхозы и совхозы было закуплено в восточных районах СССР более миллиона голов крупного и мелкого рогатого скота⁹⁵⁶. Восстанавливались разрушенные мясокомбинаты. Машиностроительные предприятия в системе Наркомата мясных и молочных продуктов СССР в первые годы войны почти полностью переключавшиеся на производство специальной продукции для нужд фронта, обогатились новым станочным оборудованием и значительно расширили свою техническую базу. В 1944 г. они возобновили частично выпуск гражданской продукции. Это позволило более успешно проводить работу по восстановлению разрушенных мясокомбинатов. Производственные мощности предприятий мясной промышленности в годы начала и окончания войны характеризовались следующими данными (на 1 января соответствующего года)⁹⁵⁷:

	1941 г.	1946 г.	%
Мясо, т в смену	7496	6623	88,4
Колбасные изделия, т в смену	1242	857	69,0
Мясные консервы, тыс. усл. банок в смену	652	831	127,5

За годы войны значительно увеличились мощности по производству мясных консервов. Однако мощности по производству мяса и колбасных изделий к началу 1946 г. еще не достигли довоенного уровня.

Война вызвала большие потери поголовья скота на временно оккупированных территориях в 1941—1942 гг. Несмотря на то, что в 1943 г. стало несколько увеличиваться поголовье крупного рогатого скота, овец и коз, а с 1944 г. — свиней, заготовки мяса в 1945 г. остались на уровне 1942 г.⁹⁵⁸ Объем производства мяса и мясопродуктов был наиболее низким в 1944 г.⁹⁵⁹ В 1945 г. производство мяса, включая субпродукты первой категории, составило 663 тыс. т, или 44% к 1940 г., колбасных изделий и копченостей, соответственно 139,6 тыс. т, или 36%⁹⁶⁰.

Рыбная промышленность. Большая роль в снабжении армии и населения продуктами питания принадлежала рыбной промышленности. Основные фонды этой отрасли в годы войны значительно пострадали. Часть рыболовных судов была мобилизована для военных нужд. В Азово-Черноморском, Балтийском, Северном бассейнах почти все рыболовные суда были затоплены или уведены оккупантами. Хозяйства рыболовецких колхозов, рыбообрабатывающие, холодильные и консервные предприятия, порты, судостроительные и судоремонтные заводы были разрушены.

Лов переместился в значительной мере во внутренние морские и озерно-речные водоемы со сравнительно небольшими запасами рыбы. Рыбой и рыбной продукцией страну снабжали труженики Каспийского и Аральского морей, рек Сибири, Дальнего Востока. Героически трудились рыбаки непосредственно в зоне военных действий, особенно в Северном, Азово-Черноморском и Каспийском бассейнах. В связи с тем, что в открытых водоемах и зоне военных действий уловы снизились, были приняты меры для развития интенсивного промысла рыбы на Оби, Иртыше, Енисее, Ангаре и других реках Сибири и Дальневосточного бассейна, что позволило увеличить ресурсы рыбной продукции.

В Сибири создавались новые рыбные тресты, моторно-рыболовецкие станции, рыболовецкие колхозы и бригады; самоходный флот увеличился на 177 единиц, число несамоходных судов — на 14,9 тыс. единиц, было построено 7 консервных заводов, несколько холодильников. На Дальнем Востоке самоходный флот увеличился на 452 единицы, несамоходный — примерно на 1300⁹⁶¹. На Крайнем Севере осваивались новые рыбные районы. В результате улов рыбы в Сибири в 1943 г. составил 123,2 тыс. т⁹⁶² и превысил почти в 3 раза довоенный уровень. На Севере в 1943 г. было выловлено в 2 раза больше рыбы, чем в 1942 г. В 1943 г. добыча рыбы на Камчатке возросла почти в 2 раза по сравнению с 1940 г., на Дальнем Востоке — на 25%.

Значительно укрепилась материально-техническая база рыбной промышленности в Казахстане, где в 1941—1945 гг. ввели в эксплуатацию пять рыбозаводов и рыбоконсервных заводов на Балхаше, Или, Аральском море. Для изготовления рыбных сухарей и копчено-сушеных товаров в 1941 г. были построены специальные печи огневой сушки.

Улов рыбы, добыча морского зверя и китов в 1945 г. составил 1125 тыс. т, или 80% к уровню 1940 г., его снижение связано с ущербом, понесенным рыбной промышленностью в годы войны⁹⁶³.

Молочная промышленность. В военные годы значительно изменился ассортимент молочных продуктов. В целях лучшего обеспечения нужд фронта возрастала выработка молочных консервов, сухого молока, сухого творога. Увеличивалось также производство казеина, необходимого для оборонной промышленности. Некоторые заводы начали вырабатывать пасты для лечения ран. Даже в тяжелые годы войны не прекращался процесс обновления основных фондов. На базе эвакуированного из зоны военных действий оборудования на востоке страны вошли в строй десятки предприятий. Были заново построены Курский и Смоленский городские молочные заводы, восстановлен молочный комбинат в Ростове-на-Дону и много других предприятий. При маслозаводах начали вырабатывать продукцию семь вновь введенных цехов сухого обезжиренного молока, было построено 3500 сушилок для творога. Работники Омского, Курганского, Новосибирского, Семипалатинского, Красноярского и других трестов маслодельной промышленности в помощь освобождаемым от оккупантов районам направляли оборудование, запасные части, ремонтно-механические мастерские, смонтированные на автомашинах, и бригады монтажников. Кроме того, на восстанавливаемые предприятия посылались на постоянную работу квалифицированные кадры.

В связи с сокращением поголовья молочного скота и разрушением большого количества перерабатывающих предприятий в районах временной оккупации и военных действий государственные заготовки молока и соответственно производство молочных продуктов в 1941—1943 гг. снизились. Их рост начался с 1944 г.

Сахарная промышленность. Война нанесла особенно значительный урон сахарной промышленности. Это связано с тем, что большая часть сахарных заводов, из имевшихся к началу войны, оказались на временно оккупированной территории или в зоне военных действий и была разрушена.

Оборудование многих заводов было эвакуировано в восточные районы страны: Казахстан, Киргизию, Узбекистан, Западную Сибирь, Куйбышевскую область. В течение 1942—1943 гг. в этих районах построили и ввели в действие 10 сахарных заводов. Одновременно на Восток эвакуировались Научно-исследовательский институт сахарной промышленности и все опытно-селекционные станции Украины, Курской и Воронежской областей. Они перевезли часть лабораторного оборудования, а также основные посевные селекционные материалы, организовали работу по созданию сырьевых зон новых сахарных заводов в восточных районах, что позволило расширить здесь свеклосеянье и переработку сырья. В Узбекской ССР, Красноярском крае, Куйбышевской области сахарная промышленность была организована заново в военные годы. В ряде районов — Казахстане, Киргизии, в Западной Сибири производство и переработка сахарной свеклы начали развиваться перед войной, что облегчало осуществление мер по увеличению в этих районах выработки сахара в годы войны.

В 1942 г. посевы сахарной свеклы сократились по сравнению с 1940 г. более чем в 10 раз, урожайность упала почти в 2 раза, государственные закупки снизились⁹⁶⁴, в стране действовало только 26 сахарных заводов, которые выработали 1,1 млн. ц сахарного песка (5% довоенного уровня); производство сахара-рафинада составило 2% к довоенному 1940 г.⁹⁶⁵ В 1943 г. существенных изменений в объеме производства сахара не произошло, его выработка составила 1,2 млн. ц. Однако уже в 1944 г. производство сахара увеличилось до 2,4 млн. ц, а в 1945 г. — до 4,7 млн. ц (22% довоенной выработки). Рост производства сахара еще в военные годы стал возможным благодаря тому, что по мере освобождения временно оккупированных территорий страны восстанавливались посевы сахарной свеклы и предприятия сахарной промышленности. В сезон 1944/45 г. было восстановлено 108 сахарных заводов (из 196, находившихся в зоне временной оккупации), которые дали 11% довоенной продукции.

Оборудование для восстановления предприятий сахарной промышленности производили заводы пищевого машиностроения, часть которых также была разрушена и создана вновь в годы войны. Эти заводы в 1942 и 1943 гг. выпускали машины и оборудование, постепенно наращивая производство и расширяя номенклатуру продукции. Мощности сахарных заводов, введенных в действие с начала войны до конца 1945 г., составили 1012,7 тыс. ц переработки сахарной свеклы в сутки, что почти в 4 раза превышало мощности заводов, построенных в предвоенные пятилетки⁹⁶⁶.

Особенности размещения сахарной промышленности в довоенный период, значительные разрушения в годы войны и снижение производства сахара на предприятиях, находившихся в районах, не подвергавшихся оккупации, привели к тому, что продукция этой отрасли к концу войны составила лишь ¹/₃ довоенной, а без учета ее производства на новых заводах — ¼ довоенной⁹⁶⁷.

Консервная промышленность в годы предвоенных пятилеток развивалась особенно быстрыми темпами, ее продукция в 1940 г. увеличилась почти в 10 раз по сравнению с 1913 г.

В первый период войны выработка консервов сократилась. Так, по предприятиям Наркомата промышленности продовольственных товаров СССР (которые в 1940 г. давали 65% всей консервной продукции), в 1941 г. выработка консервов снизилась по сравнению с 1940 г. на 30%, а в 1942 г. составила лишь около ¼ довоенной. С 1943 г. производство стало увеличиваться. Этому способствовало строительство новых предприятий и расширение действующих. За годы войны на востоке страны было пущено 12 консервных заводов и 2 стеклотарных, вырабатывающих банки для упаковки продукции⁹⁶⁸.

В 1942 г. на основе эвакуированного оборудования Симферопольского и Мелитопольского консервных заводов ввели в строй Самаркандский консервный завод «Серп и молот». В результате объединения мелких кустарных предприятий потребительской кооперации создали Андижанский и Ферганский консервные заводы. В 1943 г. ассортимент консервной продукции в Узбекской ССР насчитывал 34 наименования.

В 1945 г. общий объем производства всех консервов составил 50% от довоенного, а мясных, мясо-растительных и рыбных консервов превысил довоенный уровень⁹⁶⁹. Значительно увеличилась выработка консервов в некоторых союзных республиках, особенно на востоке страны. Так, в Киргизской ССР производство консервов в 1945 г. выросло по сравнению с 1940 г. в 2,3 раза, в Казахской — в 1,7, в Армянской — в 1,2, в Азербайджанской — в 1,1 раза⁹⁷⁰.

Другие отрасли пищевой промышленности. В соответствии с требованиями военного времени перестроили свою работу мукомольно-крупяная, хлебопекарная, кондитерская, масложировая, чайная, соляная, табачная и другие отрасли пищевой промышленности. В мукомольно-крупяной промышленности в годы войны гитлеровцами было разрушено более ½ мельничных предприятий с суточной производственной мощностью свыше 26,7 тыс. т, а также значительное число крупяных заводов и цехов, перерабатывавших 3,5 тыс. т зерна в сутки. Мукомольная промышленность лишилась 47%, а крупяная — 48% своих довоенных производственных мощностей⁹⁷¹. Эти потери были особенно значительными на Украине, в Белоруссии, на Северном Кавказе. Поэтому производство расширялось в восточных районах, куда полностью перебазировалось оборудование 7 и частично 44 демонтированных мельниц. В 1941 г. по сравнению с 1940 г. производство муки снизилось на 15%, крупы — на 9, макаронных изделий — на 10%⁹⁷². Чтобы увеличить ресурсы муки и хлеба за счет более экономного использования зерна, многие мельничные предприятия перешли на обойные помолы. Большая работа проводилась по рационализации технологии производства хлеба. Все это помогло сохранить сравнительно высокие нормы потребления хлеба в течение войны. Промышленная выпечка хлеба и хлебобулочных изделий наиболее низкой была в 1944 г., что было связано с засухой 1943 г. В 1945 г. выпечка хлеба значительно возросла.

Хлебопекарная промышленность в короткий срок перестроила работу предприятий и изготавливала для нужд армии и флота сотни тысяч тонн сухарей.

Во время войны в стране уменьшилось производство растительного масла, что было связано с сокращением посевов и урожайности подсолнечника (его заготовки в 1942 г., как уже указывалось, составили около 8% по отношению к 1940 г.)⁹⁷³, а также с разрушением 92 масложировых заводов в районах, временно оккупированных фашистскими войсками, и зоне военных действий. К началу 1943 г. было введено в строй 28 маслобойных заводов, которые перерабатывали 1715 т семян в сутки. С середины 1944 г. началось строительство новых масложировых комбинатов, в их составе мыловаренных заводов.

Наиболее низкой выработка растительного масла была в 1943 г. — 27% от довоенной. Производство маргарина в 1943 г. сократилось до 19% по отношению к 1940 г.

Значительный урон испытывала кондитерская промышленность, которая лишилась крупных фабрик в Харькове, Одессе, Минске. Производство кондитерских изделий по предприятиям Наркомата промышленности продовольственных товаров наиболее низким было в 1944 г. — 17% довоенного.

На временно оккупированной врагом территории находилось более 65% всех производственных мощностей промышленности моющих средств, выработка мыла в 1943 г. сократилась в 4,5 раза по сравнению с 1940 г. и составляла всего 156 тыс. т, что примерно соответствовало объему производства в 1913 г.^974.

В ряде районов Центра, на Урале, в Западной Сибири, не затронутых военными действиями, число действующих предприятий пищевой промышленности возрастало. На Востоке в военные годы наряду с десятками молочных заводов, мясокомбинатов, сахарных и консервных предприятий было построено 15 кондитерских фабрик, 16 заводов маслобойно-жировой промышленности, 12 хлебозаводов, 18 табачных фабрик, 26 спиртовых заводов, 11 мыловаренных и парфюмерно-косметических, а также предприятия по выработке концентратов, производству чая и др.^975.

На базе эвакуированного оборудования пущены Алма-Атинская и Карагандинская кондитерские фабрики, Петропавловская махорочная фабрика, Туркестанский маслобойный завод и многие другие предприятия. Общая производственная мощность новых кондитерских предприятий, введенных в строй на востоке страны, достигла 60 тыс. т кондитерских изделий, что составляло 50% их общего производства в 1944 г.

Значительно возросли мощности предприятий в республиках Средней Азии и Казахстане. Стоимость основных производственных фондов по предприятиям пищевой промышленности республиканского подчинения в 1944 г. составила по отношению к 1940 г.: в Киргизской ССР — 200%, Туркменской — 145, Таджикской — 140, Казахской — 132, Узбекской — 130%⁹⁷⁶.

Существенную роль в снабжении армии и тыла сыграло быстрое развитие витаминной промышленности. В строй вошли десятки заводов. Производство витаминов увеличилось более чем в 10 раз по сравнению с довоенным временем. На предприятиях пищевой промышленности Казахстана было организовано производство консервной и витаминной продукции из плодов дикорастущих деревьев и недефицитных овощей. Увеличение производства витаминов помогло избежать многих заболеваний, широко распространенных в годы первой мировой войны.

На многих предприятиях винодельческой промышленности производилась сушка винограда, часть предприятий пивоваренной и безалкогольной промышленности переключилась на сушку сухарей, изготовление солонины.

Табачная промышленность стала перерабатывать больше местных видов сырья, значительно увеличила выработку махорки. Ее выпуск в 1944 г. по сравнению с 1940 г., например, на табачных фабриках Узбекской ССР возрос в 5 раз.

В ряде районов создавались вновь сырьевые зоны для сахарной, консервной и других отраслей пищевой промышленности. Например, в 12 новых районах страны, в том числе в Узбекской ССР, стали производить посевы сахарной свеклы, ранее здесь эта культура не возделывалась. В Пахта-Аральском районе Южно-Казахстанской области был организован Кировский садово-виноградарский совхоз, положивший начало промышленному виноградарству и виноделию в Голодной степи. Такой же совхоз создали в Чиликском районе Алма-Атинской области.

Наряду с производством продуктов питания предприятия пищевой промышленности вырабатывали для нужд фронта средства противохимической обороны, абсолютный спирт для авиации, глицерин для выработки взрывчатых веществ и др.

В годы войны предприятия пищевой промышленности, как и предприятия других отраслей, испытывали трудности в обеспечении рабочей силой. Мужчин, ушедших на фронт, даже на самых тяжелых работах заменяли женщины. Например, в рыбной промышленности в основном работали женщины и подростки, более 25 тыс. женщин ловили рыбу. Женщин-рыбачек в рыбной промышленности Казахстана было 53,4%, в том числе 61% — на Балхаше. Удельный вес женщин, занятых в пищевой промышленности Казахстана, повысился с 37,7% в 1940 г. до 61,6% в 1945 г., а их численность составила 163% к 1940 г.^977.

Большую роль в мобилизации всех сил и средств на обеспечение нужд фронта, а также строительства, развернувшегося в стране, сыграло социалистическое соревнование. Оно приняло массовый характер⁹⁷⁸.

Несмотря на тяжелые условия военного времени коллективы предприятий выполняли и перевыполняли установленные планы. Так, 60% рабочих пищевой промышленности Казахской ССР были ударниками. По предприятиям промышленности продовольственных товаров Казахской ССР план выпуска валовой продукции ежегодно в течение 1941—1945 гг. выполнялся на 103—110%. Выработка кондитерских изделий в 1945 г. увеличилась по сравнению с 1940 г. в 2,2 раза, консервов — в 2,4, макаронных изделий — на 68,8, растительного масла — на 66, курительного табака — на 35%. Объем производства продукции мясной и молочной промышленности возрос за годы войны на 30%.

Усилия работников предприятий пищевой промышленности в эти годы направлялись не только на увеличение производства продуктов питания, но и на улучшение качественных показателей работы — повышение производительности труда, снижение себестоимости. Это имело очень важное значение для получения необходимых средств на восстановление еще в годы войны разрушенных врагом предприятий. Был установлен жесткий контроль за расходованием всех материальных и, денежных ресурсов. Чтобы увеличить продовольственные ресурсы страны, много внимания уделялось совершенствованию технологии производства, лучшему использованию сырья и отходов, борьбе с потерями⁹⁷⁹. Так, Кокандский, Катта-Курганский, Чимкентский, Ворошилов-Уссурийский маслозаводы увеличили выпуск растительного масла, применяя новую технологию и организовав борьбу с потерями. Хлебозаводы стали использовать специальные эмульсии для смазки хлебных форм и экономили таким образом до 50% растительного масла, расходуемого на эти цели. Предприятия кондитерской промышленности наладили получение из свеклы сиропов, заменяющих сахар при производстве кондитерских изделий. В молочной промышленности стали перерабатывать больше сыворотки для изготовления белковых продуктов. Мясокомбинаты увеличили переработку вторичного сырья и пищевых отходов для получения продуктов питания. Ленинградский молочный комбинат в годы блокады был полностью отрезан от своей сырьевой базы. Однако он ни на один день не прекращал работу и вырабатывал продукцию из сухого и соевого молока.

В результате борьбы за экономию топлива многие предприятия пищевой промышленности (кондитерские фабрики «Красный Октябрь» и «Большевик», хлебозаводы Первого московского треста хлебопечения, Джамбульский сахарный завод, Андреевский спиртозавод, Илецксоль и многие др.) обеспечивали не только выполнение установленных норм расходов топлива, но и значительную его экономию. Расширялось использование местных видов топлива, что позволяло снижать расходы на его заготовки, экономить транспортные средства. Так, в I квартале 1943 г. из всех дров, израсходованных предприятиями Наркомата промышленности продовольственных товаров СССР, в централизованном порядке было получено лишь 10—12%, остальные заготавливались на месте.

В 1941 г. предприятия хлебопекарной промышленности Казахской ССР благодаря борьбе с браком и потерями сэкономили 614 т муки и 1500 т.у.т. Это позволило снизить на 2,5% себестоимость продукции. Уменьшение брака и потерь на предприятиях сахарной промышленности республики дало возможность обеспечить экономию 9,2 тыс. ц сахара и 600 т.у.т. В 1943 г. предприятия пищевой промышленности Казахстана сэкономили 3727 т.у.т. и 529 тыс. квт-ч электроэнергии, 1012 т муки, 25 т табака. За счет снижения себестоимости продукции экономия на предприятиях пищевой промышленности республики составила за 1940—1943 гг. 12,5 млн. руб. Большой эффект давали рационализаторские предложения.

Успешное развитие и улучшение размещения пищевой промышленности в довоенные годы, а также меры по увеличению производства продовольственных товаров в период войны, быстрое восстановление предприятий по мере освобождения временно оккупированных территорий позволили в тяжелых условиях военного времени обеспечивать без больших перебоев фронт и население продуктами питания⁹⁸⁰.

К началу 1941 г. были созданы фонды продовольствия, которые могли бы удовлетворить в случае войны в течение 4—6 месяцев потребность вооруженных сил⁹⁸¹.

Большое количество продуктов питания было передано армиям восточно-европейских стран. Советские воинские части не раз спасали от голодной смерти местное население, освобожденное от фашистского ига (Польши, Румынии, Болгарии и др.). По решению Советского правительства для этой цели было выделено из запасов Красной Армии свыше 900 тыс. т продовольствия. Транспорты с молоком и другими продуктами для детей Берлина пропускали наравне с оперативными эшелонами⁹⁸².

Осуществление мер по перестройке в соответствии с условиями военной экономики сельского хозяйства и пищевой промышленности позволило обеспечить решающую роль государственного снабжения в обеспечении продовольствием населения городов. Особенно высокая доля государственных рыночных фондов была по хлебу и муке (в переводе на хлеб) — в 1942 и 1944 гг. — 96%. Увеличивалась доля рыночных фондов мясных и молочных продуктов. Например, по мясным продуктам она возросла с 44,8% в 1942 г. до 52,3% в 1944 г.⁹⁸³ Рост производства и соответственно государственных рыночных фондов позволил обеспечить повышение уровня и улучшение структуры питания городского населения в годы войны.

Социально-экономический строй Советского Союза, преимущества социалистической экономики позволили успешно решить трудные задачи в области продовольственной проблемы в период Великой Отечественной войны, что было бы не по силам в подобной обстановке ни одной капиталистической стране.

Однако урон, причиненный войной, был настолько велик, что в 1945 г., первом году после окончания войны, производство многих продуктов питания было значительно ниже довоенного.

В послевоенный период пищевой промышленности в связи с задачей повышения благосостояния народа предстояло восстановить и затем значительно увеличить производство продукции, улучшить ее качество, расширить ассортимент, а также повысить технико-экономические показатели работы предприятий.

*

В период Великой Отечественной войны с огромной силой раскрылись преимущества Советского социалистического государства. Несмотря на большие трудности, особенно в связи с временной потерей и разорением значительной части территории, Советский Союз за короткое время, опираясь на собственные экономические ресурсы и героический труд народа, создал мощное военное хозяйство, быстро развил новые отрасли промышленности в восточных районах страны. Именно на восточную индустриальную базу легла основная тяжесть снабжения армии боевой техникой, вооружением и снаряжением.

Слаженная военная экономика СССР, превосходя экономику фашистской Германии, создала прочную материально-техническую базу для успешных боевых действий на фронте. Кульминационным моментом в развитии советской военной экономики стал 1944 г. Военное производство достигло наивысшего уровня. Началось возрождение мирных отраслей хозяйства. Валовая продукция промышленности на 4% превзошла довоенный уровень. Советская экономика по темпам роста военного производства, способности обеспечить фронт всем необходимым, оказалась намного эффективнее экономики фашистской Германии, хотя последняя была переведена на военные рельсы задолго до начала войны. При меньших по объему промышленных мощностях и суженной базе стратегического сырья и материалов СССР производил больше военной техники, чем гитлеровская Германия.

Сразу же после изгнания фашистских захватчиков началось успешное восстановление разрушенного хозяйства в районах, пострадавших от оккупации. Огромный размах восстановительных работ в освобожденных районах явился выражением силы советской экономики. Только в условиях социалистической системы оказалось возможным уже в ходе войны, отвлекавшей огромные человеческие и материальные ресурсы, осуществить грандиозные восстановительные работы. К концу 1945 г. промышленное производство в освобожденных районах было восстановлено примерно ¹/₃ от уровня 1940 г.^984.