4.6.1. Недобросовестные действия аудируемой организации.

Использование таких некорректных финансовых механизмов в аудите также расценивается как недобросовестные действия аудируемого лица (Федеральное правило (стандарт) № 13 «Обязанности аудитора по рассмотрению ошибок и недобросовестных действий в ходе аудита» (далее – ФСАД № 13), утвержденное постановлением Правительства РФ от 07.10.2004 № 532, в котором определены признаки такого актуального в современных условиях оценочного понятия, как «недобросовестные действия», правда, в отношении аудируемого лица).

Тем не менее пока ФСАД № 13 – это единственный документ, конкретизирующий столь популярное словосочетание, не оставляющее равнодушным ни одну организацию.

По мнению автора, те «просветительские» функции, которые несет в себе ФСАД № 13 в части «недобросовестности действий», чрезвычайно важны потому, что позволят каждой организации значительно уменьшить потенциальное количество конфликтных ситуаций и случаев непонимания с любой заинтересованной третьей стороной в отношении собственной добросовестности, в том числе и при осуществлении рекламной деятельности.

4.6.1.1. Доказательство недобросовестности аудируемого лица.

Согласно ФСАД № 13 недобросовестные действия – это преднамеренные поступки, подразумевающие целенаправленное сокрытие фактов и совершенные с помощью незаконных действий (бездействия) представителями собственника, руководства, сотрудников аудируемого лица или третьих лиц для извлечения незаконных выгод.

Такие недобросовестные действия являются причиной возникновения двух типов существенных искажений бухгалтерской отчетности:

Искажения, возникающие в процессе недобросовестного составления бухгалтерской отчетности:

Искажения, возникающие в результате присвоения активов.

Подобно презумпции невиновности в уголовном праве, в п. 19 ФСАД № 13 предусмотрено, что до получения доказательств обратного аудитор имеет право воспринимать записи и документы аудируемого лица как подлинные. При этом аудит, проведенный в соответствии с федеральными правилами (стандартами) аудиторской деятельности, как правило, не предполагает проверку подлинности документации и не требует от аудитора как лица, не имеющего специальной подготовки, быть специалистом по такой проверке.

Таким образом, недобросовестность действий аудируемого лица с точки зрения законодательства об аудите надо прежде всего доказать. А это и есть самое трудное. Ведь если аудитор необоснованно заявит в своем аудиторском заключении (которое прочтет неопределенный круг пользователей) о наличии признаков недобросовестности аудируемого лица в соответствии с ФСАД № 13, тем самым он нанесет непоправимый вред, в первую очередь, деловой репутации аудируемого лица. Меры привлечения аудитора к ответственности за нанесение такого неоправданного вреда действующим законодательством в настоящее время не предусмотрены, однако в этом случае пострадает и деловая репутация самого аудитора на рынке аудиторских услуг:

Вряд ли он в дальнейшем будет выбран официальным аудитором какой-либо солидной компании;

Такой аудитор также лишится рекомендаций или положительных отзывов со стороны своих клиентов.

Доказательства недобросовестных действий аудируемого лица должны основываться:

Во-первых, на разумной уверенности в том, что рассматриваемая в целом финансовая (бухгалтерская) отчетность не содержит существенных искажений. Понятие разумной уверенности – это общий подход, относящийся к процессу накопления аудиторских доказательств, необходимых и достаточных для того, чтобы аудитор сделал вывод об отсутствии существенных искажений в финансовой (бухгалтерской) отчетности, рассматриваемой как единое целое. Понятие разумной уверенности применяется ко всему процессу аудита (п. 6 ФСАД № 1 «Цель и основные принципы аудита финансовой (бухгалтерской) отчетности»);

Во-вторых, на адекватном профессиональном суждении, профессиональной компетентности и должной тщательности;

В-третьих, на профессиональном скептицизме, предполагающем, что в ходе аудита могут быть выявлены условия или события, ставящие под вопрос соблюдение аудируемым лицом законодательства РФ, а также могут существовать обстоятельства, влекущие за собой существенное искажение финансовой (бухгалтерской) отчетности.

Согласно п. 4 ФСАД № 1 проявление профессионального скептицизма означает, что аудитор критически оценивает весомость полученных аудиторских доказательств и внимательно изучает аудиторские доказательства, которые противоречат каким-либо документам или заявлениям руководства либо ставят под сомнение достоверность таких документов или заявлений.

Профессиональный скептицизм следует проявлять в ходе аудита, чтобы, в частности, не упустить из виду подозрительные обстоятельства, не сделать неоправданных обобщений при подготовке выводов, не использовать ошибочные допущения при определении характера, временных рамок и объема аудиторских процедур, а также при оценке их результатов.

При планировании и проведении аудита аудитор не должен исходить из того, что руководство аудируемого лица является бесчестным, но не должен предполагать и безоговорочной честности руководства. Устные и письменные заявления руководства не являются для аудитора заменой необходимости получить достаточные надлежащие аудиторские доказательства для подготовки разумных выводов, на которых можно было бы базировать аудиторское мнение.

Профессиональный скептицизм при обнаружении риска существенного искажения финансовой (бухгалтерской) отчетности в результате недобросовестных действий аудируемого лица предполагает:

– дополнительное внимание при выборе характера и объема первичной документации, изучаемой в ходе проверки существенных хозяйственных операций;

– дополнительное внимание к разъяснениям и заявлениям руководства аудируемого лица относительно существенных аспектов.

Способность аудитора обнаружить недобросовестные действия зависит от опыта нарушителя, частоты и объема манипуляций.

Однако аудитор не несет и не может нести ответственность за предотвращение ошибок и недобросовестных действий (п. 13 ФСАД № 13).

Разберемся, как же на практике отличить добросовестные действия аудируемого лица от недобросовестных.

4.6.1.2. Инициирование оплаты несуществующих услуг.

Одной из распространенных причин существенных искажений финансовой (бухгалтерской) отчетности, возникающих в результате присвоения активов (второй тип искажений согласно ФСАД № 13), является инициирование оплаты аудируемым лицом несуществующих услуг или работ (например, рекламных, консультационных, маркетинговых, информационных).

Для получения доказательств недобросовестности действий аудируемого лица аудитору, а также и самому аудируемому лицу (во избежание бизнес-потерь и налоговых рисков) необходимо помнить об основных правилах, которые не должны быть нарушены.

Правило 1.

Принцип деловой цели, активно используемый в современной налоговой и правоприменительной практике, согласно которому каждая сделка должна быть обусловлена разумными экономическими соображениями, в то время как сделка, заключенная с единственной целью – снизить налоги, будет поставлена под сомнение и потенциально может быть признана недействительной.

Автор отдает себе отчет в том, что разумные экономические соображения, как и экономическая выгода применительно к сделкам – понятия субъективные, критерии которых официально пока не озвучены, да и определить их на все случаи жизни практически невозможно.

Следует иметь в виду, что согласно п. 1, 7 и 9 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции. Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (письмо Минфина России от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177).

Аудитору необходимо помнить, что каждая из выполняемых сделок должна иметь под собой реальную основу, только в этом случае можно согласиться с тем, что аудируемое лицо занимается налоговым планированием на законных основаниях. В то же время нельзя забывать и крылатую фразу Карена Оганяна, руководителя Департамента налогообложения прибыли ФНС России: «Используя ту или иную схему, налогоплательщик всегда знает степень ее легитимности».

По нашему мнению, аудитору лучше перестраховаться и, обнаружив проблемную сделку, указать на это руководству аудируемого лица.

Хозяйственные операции должны быть экономически целесообразны и обоснованы таким образом, чтобы их экономическая оправданность не была поставлена под сомнение никакой заинтересованной третьей стороной, включая партнеров и налоговые органы. При этом их связь с производственным процессом либо с управлением производством, а также направленность на извлечение дохода должна четко прослеживаться и документально подтверждаться.

Аудируемое лицо всегда может предположить, когда заключает сделки, какая из них имеет шанс привлечь внимание налоговиков. Под такую проблемную сделку необходимо, в первую очередь, «подложить» полный пакет документации и экономические обоснования, которые объяснят, в чем ее экономический смысл. Причем сделать это важно заранее – до возникновения претензий заинтересованных третьих лиц, когда все объяснения выглядят уже надуманными.

Правило 2.

Принцип «вытянутой руки» («dealing-at-arm's length principle*) утверждает, что цены любых сделок должны быть рыночными, а каждая сторона сделки должна действовать как независимый продавец-покупатель.

Цены по сделкам должны соответствовать уровню рыночных цен и быть соразмерными объему оказанных услуг (выполненных работ) и их качеству. При этом желательно, чтобы стороны любого договора, заключенного аудируемым лицом, не подпадали под определение «аффилированных лиц», установленное в ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (в редакции последующих изменений) или под определение «взаимозависимых лиц», установленное ст. 20 НКРФ.

Аудитору необходимо помнить, контроль уровня цен применяется только в налоговых целях и не навязывает партнерам цен, по которым должны совершаться сделки. Конкретные параметры сделок – дело продавца и покупателя (исполнителя и заказчика), но при этом интересы государства должны быть защищены. Именно такие правила в международной практике получили название – принцип «вытянутой руки» («dealing-at-arm's length principle*).

Таким образом, любой договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов или содержания договора не вытекает иное. Исполнение обязательства по возмездному договору оплачивается по цене, определенной соглашением сторон. Свобода цен является необходимым элементом свободы договоров. За рядом предусмотренных законом изъятий для целей налогообложения принимается цена товаров (работ, услуг), указанная сторонами сделки. Пока не доказано обратное, цена, определенная сторонами по сделке, признается рыночной (постановление Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 11.06.1999 № 41/9 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации»).

Правило 3.

Заключаемые аудируемым лицом сделки должны быть документально подтверждены в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Правило 4.

Заключаемые аудируемым лицом сделки не должны быть фиктивными или носить притворный характер, т. е. услуги должны оказываться (работы должны выполняться) реально, а не формально, реализация договоров не должна имитировать финансово-хозяйственную деятельность.

Правило 5.

Принцип «Существо превыше формы» предполагает, что юридические последствия сделки оцениваются исходя из ее экономической сути, а не формы. Именно такой подход применяется арбитражными судами при выявлении притворных сделок.

Рассмотрим некоторые характерные примеры при выявлении недобросовестных действий аудируемого лица.