Переход к нэпу. Восстановление народного хозяйства СССР (1921—1925 гг.).
Глава пятая. ФИНАНСОВАЯ СИСТЕМА В ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЙ ПЕРИОД.
1. Переход к нэпу и задачи финансовой политики Советского государства.
Приняв решение о переходе к нэпу, X съезд партии поручил Центральному Комитету «пересмотреть в основе всю нашу финансовую политику и систему тарифов»268. XI съезд партии обсудил и принял специальное постановление о финансовой политике, в котором были указаны роль денег, финансов и кредита в хозяйственной жизни страны, определены основы и пути организации советской финансово-кредитной системы, дана подробная программа мероприятий по использованию финансов и кредита в строительстве социализма.
В новых условиях, указывал XI съезд партии, обеспечение Советским государством потребностей как государственного администрирования, так и государственного хозяйствования все более происходит «через посредство денег»269. Лишь на основе ликвидации натуральных отношений можно было обеспечить развитие и укрепление хозяйственной смычки между городом и деревней и всего хозяйства на путях нэпа. Чтобы ликвидировать натуральные отношения, требовалось наладить надежное и устойчивое снабжение государственной промышленности, армии и учреждений через посредство денег, через механизм денежного обращения. Предпосылкой же к этому являлись стабилизация рубля, прекращение обесценения денежных знаков.
Поэтому центральная задача финансовой политики первых лет нэпа состояла в укреплении советской валюты. «Что действительно важно, — говорил В. И. Ленин в ноябре 1922 г., — это — вопрос о стабилизации рубля. Над этим вопросом мы работаем, работают лучшие наши силы, и этой задаче мы придаем решающее значение. Удастся нам на продолжительный срок, а впоследствии навсегда стабилизировать рубль — значит, мы выиграли… Тогда мы сможем наше хозяйство поставить на твердую почву и на твердой почве дальше развивать»270. Только на основе твердой советской валюты можно было развернуть использование стоимостных рычагов планового хозяйственного руководства, внедрить хозяйственный расчет, укрепить и развить торговую смычку между городом и деревней, совершенствовать и плодотворно использовать финансовые отношения в хозяйстве страны.
В приветствии Всероссийскому съезду финансовых работников в октябре 1922 г. В. И. Ленин писал: «Задача укрепления советских финансов является одной из труднейших, но она стоит теперь в первом ряду и без ее решения невозможно сделать значительных шагов вперед ни в деле ограждения независимости Советской России от международного капитала, ни в деле хозяйственного и культурного развития страны»271.
Строительство финансово-кредитной системы и решение задачи стабилизации рубля осуществлялись в условиях послевоенной разрухи.
Потерпев поражение в антисоветской вооруженной интервенции, империалисты пытались задушить Советскую власть экономически. Попытки Советского правительства развивать концессии для привлечения иностранного капитала и получить внешние кредиты для ускорения процессов восстановления народного хозяйства не увенчались успехом. Условия, которые капиталистические страны пытались диктовать Советскому Союзу, были несовместимы с сохранением экономической самостоятельности страны и упрочением завоеваний Великой Октябрьской социалистической революции. Приходилось ориентироваться только на внутренние ресурсы, которые были весьма ограниченными: «Наше положение, — разъяснял В. И. Ленин в письме V Всероссийскому съезду профсоюзов, — особенно трудно, потому что нет средств для восстановления основного капитала, машин, орудий, зданий и т.п., а ведь именно эта промышленность, так называемая «тяжелая индустрия», есть основная база социализма. В капиталистических государствах обычно восстанавливают этот основной капитал посредством займов. Нам не хотят дать займа, пока мы не восстановим собственности капиталистов и помещиков, а мы этого сделать не можем и не сделаем. Остается необыкновенно трудный и долгий путь: скапливать понемногу сбережения, увеличивать налоги, чтобы постепенно восстанавливать разрушенные железные дороги, машины, здания и прочее»272.
Необходимы были героические усилия советского народа, чтобы в этих условиях в невиданно короткие сроки восстановить разрушенное народное хозяйство, отстоять и укрепить финансово-экономическую самостоятельность страны, создать твердую советскую валюту и бездефицитный государственный бюджет. Здесь со всей очевидностью выявились преимущества советской системы хозяйства.
Социалистическое обобществление средств производства и обращения и новые, присущие только социалистическому государству функции требовали создания новой финансово-кредитной системы, принципиально отличающейся от финансов буржуазного государства и кредитной системы капиталистических стран. Формы организации и методы финансовой деятельности, выработанные капиталистическим способом производства, нельзя было применять в условиях социалистического государства без их коренного преобразования. Однако принципиальные особенности советских финансов и кредита выявлялись лишь в самом процессе социалистического строительства. Отсутствие опыта по созданию социалистической системы финансов и кредита, привлечение к этому делу старых специалистов, зараженных буржуазными взглядами и предрассудками и нередко пытавшихся извратить, сорвать решение задач экономической политики Советского государства, явились причинами того, что в первое время воспроизводились формы и методы, выработанные практикой капиталистических стран без достаточно критического к ним отношения. Это обусловило своеобразие советской системы финансов и кредита в первые годы нэпа, переплетение в ней старого и нового.
Решение краеугольной задачи финансовой политики первых лет нэпа — стабилизации рубля — упиралось в развитие товарооборота, ликвидацию бюджетного дефицита, накопление необходимых валютных и товарных фондов для обеспечения устойчивости денег. Экономические условия, в которых находилась страна в 1921—1922 гг., не давали возможности немедленного проведения денежной реформы. В бюджете имелся еще крупный дефицит. В 1921 г. в стране был большой неурожай. Товарооборот был недостаточно развит, что было связано с натурализацией крестьянского хозяйства, отсутствием навыков торговой работы у государственных и кооперативных организаций, недостатком товаров в руках государства.
Препятствием для финансового строительства были пережитки «военного коммунизма». Нужно было покончить с недооценкой финансов, преодолеть беззаботное отношение к денежным средствам и иждивенческие настроения, противопоставление интересов укрепления финансов и валюты интересам промышленности; поднять значение всей финансовой работы и авторитет финансовых органов. В декрете ВЦИК от 10 октября 1921 г. указывалось, что «интересы народной казны возводятся на степень интересов высшего государственного порядка, что всемерная охрана этих интересов составляет обязанность каждого советского учреждения и предприятия и каждого должностного лица…»273.
Партия придала финансовой работе значение подобное тому, какое ранее имела продовольственная работа, объявила ее сверхударной. В июне 1922 г. Центральный Комитет РКП(б) предложил усилить финансовые органы партийными кадрами, широко освещать в прессе, на съездах, конференциях и собраниях вопросы финансовой политики274.
В области экономической и финансовой политики XI съезд партии наметил следующие мероприятия: увеличение размера товарооборота путем роста внутренней государственной, кооперативной и частной торговли и повышения товарности крестьянского хозяйства, расширение внешней торговли; сокращение, а затем и полную ликвидацию бюджетного дефицита; увеличение доходов от государственных предприятий и имуществ путем внедрения и укрепления хозяйственного расчета, расширения системы платности товаров и услуг, подъема производительности труда, снижения накладных расходов; усиление налоговых поступлений, неуклонный переход от натуральных налогов к денежным; развитие кредитных операций. Все эти мероприятия должны были уменьшить, а впоследствии и полностью устранить потребность в использовании эмиссии денег как доходного источника бюджета.
Несмотря на большие затруднения в области финансов, выражавшиеся в быстром обесценении рубля, партия и правительство решительно отвергли капитулянтские предложения буржуазных специалистов и оппортунистов о привлечении иностранного капитала к осуществлению денежной реформы. XI съезд партии указал, что «эмиссионное право не может быть ни при каких условиях предоставлено иностранным банкам»275.
Огромное значение приобрела борьба за сокращение государственных расходов, за уменьшение и ликвидацию бюджетного дефицита. Необходимо было прежде всего сократить административный и хозяйственный аппарат, разгрузить бюджет от затрат, не имеющих неотложного значения, проводить жесточайший режим экономии. «Мы должны, — указывал В. И. Ленин в статье «Лучше меньше, да лучше», — свести наш госаппарат до максимальной экономии. Мы должны изгнать из него все следы излишеств, которых в нем осталось так много от царской России, от ее бюрократическо-капиталистического аппарата»276. В результате перевода предприятий на хозрасчет, сдачи в аренду мелких предприятий, сокращения числа учреждений и их штатов на государственном бюджете осталось (включая рабочих предприятий, еще не переведенных на хозрасчет) к началу 1922 г. 6 млн. и к началу 1923 г. 2,8 млн. человек против 35 млн., находящихся на государственном продовольственном снабжении при переходе к нэпу277.
Перевод промышленности на хозрасчет изменил ее взаимоотношения с государственным бюджетом. Основой хозяйственных взаимоотношений между предприятиями и учреждениями стал принцип платности товаров и услуг, распространенный на всю продукцию, получаемую государством от своих предприятий. Со сметно-бюджетного финансирования предприятия были сняты. В качестве основных и оборотных средств за ними были закреплены материальные и денежные фонды, которыми они располагали к моменту снятия с государственного снабжения, финансирование из бюджета их эксплуатационных расходов (издержки производства и обращения) прекратилось; бюджетное финансирование промышленности стало ограничиваться безвозвратными ассигнованиями и казначейскими долгосрочными ссудами на образование и увеличение основных и оборотных средств и на покрытие убытков некоторых предприятий, имевших первостепенное государственное значение. Народный комиссариат финансов и Госбанк должны были осуществлять контроль над хозрасчетными организациями. Таким образом открывались широкие возможности для активного воздействия финансово-кредитной системы на хозорганы и учреждения.
Переход к нэпу оказал благоприятное влияние на денежное обращение уже со второй половины 1921 г. Хотя государственный бюджет еще оставался дефицитным, темпы обесценения денег замедлились, реальная ценность денежной массы в обращении стала возрастать и были отдельные периоды, когда покупательная сила денежных знаков временно даже стабилизировалась. Если первая временная стабилизация (июль — сентябрь 1921 г.) обусловливалась лишь сезонным расширением товарооборота, то вторая (май — август 1922 г.) несомненно была уже связана также и с успехами финансового строительства, так как в это время наблюдался не только рост товарооборота, но и снижение темпов эмиссии.
Немаловажное значение в качестве показателя улучшения состояния денежного обращения имел успех деноминаций, проведенных в 1922 г. для упрощения денежных расчетов. Были выпущены денежные знаки с повышенной в миллион раз ценностью.
Успехи в восстановлении и развитии народного хозяйства и в области финансового строительства создали предпосылки для того, чтобы в 1924 г. завершить переход к твердой советской валюте. Этого требовали интересы широких масс населения, интересы дальнейшего развития народного хозяйства. Параллельное обращение устойчивых банковых билетов и обесценивавшихся совзнаков подрывало основы хозяйственного расчета, затрудняло борьбу со спекуляцией. Обесценение совзнаков снижало покупательную способность крестьянства, задерживало рост товарности его хозяйства и развитие денежных отношений в деревне, угрожало смычке города с деревней.
План завершения денежной реформы был принят XIII партийной конференцией и детализирован в обращении ЦК РКП(б) ко всем партийным организациям (март 1924 г.) «О денежной реформе»278. В числе мероприятий, осуществление которых должно было содействовать успеху реформы, были: сокращение накладных расходов предприятий, снижение себестоимости и отпускных цен, упорядочение промышленной калькуляции, усиление регулирования цен, снижение розничных цен на промышленные товары и в городах — цен на продовольствие, сокращение торговых накидок; обеспечение активности торгового баланса; полная ликвидация бюджетного дефицита, проведение строжайшей экономии во всех учреждениях и организациях и в местном бюджете, беспощадная борьба с излишествами; переход с весны 1924 г. к исчислению сельскохозяйственного налога в твердой валюте и к взиманию его исключительно деньгами; понижение акцизов на предметы широкого потребления, ставок местных налогов и сборов, коммунальных тарифов и исчисление всех доходов и расходов бюджета в твердой валюте; неуклонное соблюдение правил обязательного хранения денежных средств государственных и кооперативных организаций в банках, удешевление кредита, проведение кампании за сохранение и увеличение вкладов в сберегательных кассах; безусловное запрещение выпуска каких бы то ни было денежных суррогатов.
Завершение денежной реформы было осуществлено посредством выпуска в обращение по декрету ЦИК и СНК СССР от 5 февраля 1924 г. государственных казначейских билетов достоинством в один, три и пять рублей золотом. 22 февраля ЦИК и СНК СССР обязали Наркомфин приступить к чеканке и выпуску в обращение разменной серебряной (в 10, 15, 20, 50 коп. и 1 руб.) и медной (в 1, 2, 3 и 5 коп.) монеты советского образца. 7 марта правительством был установлен порядок выкупа совзнаков. К 1 июня 1924 г. денежное обращение в СССР полностью базировалось на твердой валюте — банковые билеты, казначейские билеты, разменная серебряная и медная монета и временные разменные бонны. Совзнак из сферы обращения был полностью изъят. С октября 1924 г. было прекращено использование казначейской эмиссии для покрытия бюджетного дефицита. Денежная эмиссия стала производиться в соответствии с потребностями хозяйственного оборота в деньгах.
Успех денежной реформы был одним из ярких показателей преимуществ советской системы хозяйства, убедительным доказательством того, что Советская власть овладела деньгами как инструментом социалистического строительства; коренным образом изменились их сущность и назначение. «Переход к твердой валюте и успешное закрепление твердого денежного обращения открывают новую страницу в области хозяйственного строительства СССР, создавая прочную базу для дальнейшего экономического прогресса»279, — так характеризовала XIV партийная конференция значение денежной реформы.
Успешное ее завершение дало возможность быстрее восстановить разрушенное войной и интервенцией хозяйство страны. Оно создало одну из важнейших основ укрепления финансовой мощи Советского государства для перехода от ориентировочных бюджетов к твердому государственному бюджету.
2. Организация кредитной системы.
Развитие товарно-денежных отношений после перехода к нэпу вызвало необходимость в кредите и в организации сети кредитных учреждений. Прежде всего потребность в кредите выявилась в связи с задачами развертывания товарооборота и оказания помощи крестьянству в восстановлении сельского хозяйства. После перевода предприятий на хозяйственный расчет сфера кредитных отношений расширилась и их значение возросло. В решениях XI партийной конференции развитие кредитных отношений предусматривалось как одна из главных мер, направленных на создание устойчивой советской валюты и оказание всемерной поддержки маломощным крестьянским хозяйствам. XI съезд партии указал: «Развитие товарооборота между городом и деревней, а также товарное обращение в пределах городских рынков и деревенских рынков и еще в большей степени развитие товарооборота с внешними рынками не могут успешно и быстро происходить без могущественного содействия кредита, регулирование которого должно быть в руках Госбанка280.
В первый период нэпа широкое развитие получил коммерческий кредит, когда предприятия и хозорганы могли взаимно кредитовать друг друга. В условиях острого недостатка оборотных средств, ограничивающего возможность быстрого восстановления хозяйства, коммерческий кредит имел большое значение, так как ускорял продвижение товаров от производства к потребителю.
Государство не имело тогда возможности снабдить все переведенные на хозрасчет предприятия достаточными для их деятельности собственными оборотными средствами. Поэтому оно в целях овладения рыночными методами хозяйствования предоставило предприятиям и хозорганам широкие права маневрирования кредитом. Неналаженность банковского дела также обусловила необходимость развития коммерческого кредита. Коммерческий кредит был важнейшей основой банковского кредитования. Хотя получило развитие и прямое банковское кредитование в форме разнообразных целевых ссуд, большая часть ссуд, предоставляемых хозорганам банками, лишь возмещала кредит, оказываемый хозорганами друг другу путем взаимного кредитования (выдача банковских ссуд в порядке учета векселей и под залог векселей и других долговых обязательств хозорганов). Продавец кредитовал покупателя, а банк — продавца.
Начало организации кредитной системы после перехода к нэпу было положено воссозданием в октябре 1921 г. Государственного банка «в целях способствования развитию промышленности, сельского хозяйства и товарооборота, а также в целях концентрирования денежных оборотов и проведения других мер, направленных к установлению правильного денежного обращения»281. На Госбанк возлагались следующие функции: кредитование крупной государственной промышленности, кооперативных и других организаций, частных предприятий, сельских хозяйств и кустарей; прием и выдача денежных вкладов; покупка и продажа иностранных ценных бумаг, тратт, девиз и драгоценных металлов, а также (по поручениям) товаров; кассовое исполнение бюджета; организация и осуществление расчетов между учреждениями, предприятиями, кооперативными организациями и т.д.
В первый год деятельности Госбанка главным источником его ресурсов служили ассигнования из государственного бюджета. Всего до 1 ноября 1922 г. государственный бюджет передал Госбанку в переводе на денежные знаки образца 1922 г. 28 410 млн. руб., из них 16 275 млн. руб. на образование и увеличение собственных ресурсов Госбанка, остальные — на выдачу специальных ссуд сельскому хозяйству, промышленности, потребительской кооперации и др. Однако из-за быстрого обесценения денег реальное значение этой помощи быстро сводилось на нет. Падающая валюта препятствовала развитию вкладных и кредитных операций банка. Дело коренным образом улучшилось лишь после внедрения в хозяйственный оборот устойчивой валюты в виде кредитных денежных знаков — банковых билетов в червонном исчислении.
К концу 1922 г. были достигнуты значительные успехи в развертывании розничного товарооборота, лишь за вторую половину 1922 г. он увеличился по государственной торговле в 2,2 раза, кооперативной — на 74%. Вместе с ростом товарооборота начало оздоровляться финансовое хозяйство страны. Однако в бюджете еще сохранялся крупный дефицит, который приходилось покрывать эмиссией денежных знаков. Создание Госбанка и уже первые успехи в налаживании его кассово-расчетных и кредитных операций позволили решить задачу внедрения в оборот устойчивой советской валюты, не дожидаясь ликвидации бюджетного дефицита. Это было осуществлено посредством выпуска в обращение кредитных денег — банковых билетов Государственного банка. Их эмиссия предназначалась не для покрытия бюджетного дефицита, а для кредитования хозяйства, обеспеченного оборотом реальных материальных ценностей. Возврат выпущенных в обращение денег гарантировался валютным и другими ресурсами Госбанка и погашением выданных ссуд теми же банковыми билетами.
Право выпуска в обращение банковых билетов в червонном исчислении (один червонец равен 10 руб. золотом) было предоставлено Госбанку в октябре 1922 г. На 1 января 1923 г. денежная масса в обращении (в переводе на червонные рубли) состояла на 97% из совзнаков и лишь на 3% из банковых билетов. К 1 июля удельный вес банковых билетов поднялся до 37%, к 1 октября — до 74%282. Банковые билеты были восприняты хозяйственным оборотом в качестве твердой валюты и стали играть решающую роль в денежном обращении.
Успешное внедрение червонца в обращение, превращение его в основную валюту страны является одним из наиболее ярких показателей правильного решения задач, поставленных партией при переходе к нэпу. Внедрение устойчивой червонной валюты создало условия для укрепления хозяйственного расчета, налаживания правильного учета и калькуляции; сделало безуспешными попытки капиталистических элементов ввести в обращение золотую монету дореволюционной чеканки и иностранную валюту; содействовало увеличению текущих счетов и вкладов в кредитных учреждениях и размеров кредитования, что позволило промышленности развивать производство без перебоев. Оно поставило деятельность Госбанка на твердую почву, дало ему крупные дополнительные ресурсы.
По сводному балансу Госбанка на 1 октября 1926 г. эмиссия банковых билетов дала 1173 млн. руб., на текущие счета и вклады было привлечено 822 млн. руб., учетно-ссудные операции составили 1796 млн. руб., валютные ресурсы — 287 млн. руб. Банк имел 210 контор и отделений, 277 агентств. В это время создавались и банки специального назначения, вследствие чего удельный вес Госбанка снижался, но он по-прежнему оставался первостепенным по своему значению кредитным учреждением страны. В нем сосредоточивались валютные ресурсы кредитной системы, подавляющая часть ценных бумаг, все кредитование хлебных операций, половина вексельных и подтоварных учетно-ссудных операций, почти все остатки бюджетных средств, свыше половины суммы вкладов, текущих счетов и депозитов и т.д.
Важное значение имело кредитование кооперации. Вначале оно было возложено на кооперативный отдел Наркомфина, для чего по его смете предусматривались особые фонды. Затем функции кредитования кооперации перешли к Госбанку. На 1 октября 1922 г. из общей суммы ссуд, выданных Госбанком в формах производственно-целевого, подтоварного и вексельного кредита, на долю кооперативных организаций приходилось 25,6%.
Чтобы наиболее полно мобилизовать ресурсы самой кооперации и объединяемого ею населения, а также улучшить кредитное обслуживание кооперативных организаций, в феврале 1922 г. был учрежден Банк потребительской кооперации (Покобанк) в форме паевого кооперативного товарищества с участием Госбанка. Принимая средства в качестве вкладов и на текущие счета от всех предприятий, учреждений и отдельных лиц, Покобанк первоначально ограничивался кредитованием лишь своих пайщиков — организаций потребительской кооперации. Развитие других видов кооперации потребовало расширения сферы деятельности банка и включения в число его пайщиков организаций всех прочих видов кооперации. В феврале 1923 г. Покобанк был преобразован во Всероссийский кооперативный банк (Всекобанк), имевший целью кредитование кооперативных организаций всех видов и ступеней и производство всех банковских операций для обслуживания их нужд. Эта реорганизация способствовала развитию деятельности банка. На 1 октября 1926 г. его пайщиками были 9189 кооперативных организаций всех систем, сумма их паевых взносов превысила 19 млн. руб. (пай Госбанка — 253 тыс. руб.). Из 55,8 млн. руб., привлеченных банком на текущие счета и вклады, средства кооперативных организаций составляли 32,9%, средства профсоюзов, заинтересованных в развитии рабочей жилищно-строительной кооперации, — 39,2%. В форме займов и специальных текущих счетов банк привлек 39,7 млн. руб. (сюда входила преимущественно помощь государства).
На аналогичных основаниях работал открытый в мае 1922 г. Всеукраинский кооперативный банк (Украинбанк), по балансу которого на 1 октября 1926 г. сумма текущих счетов и вкладов равнялась 21,6 млн. руб., учетно-ссудных операций — 29,6 млн. руб.
Допуская на первой стадии нэпа частный капитал, Советское государство ограничивало его деятельность, принимало меры к тому, чтобы подчинить его своему контролю и регулированию в соответствии с планами хозяйственного развития. В качестве одного из средств этого регулирования использовался кредит. На 1 октября 1922 г. доля частных лиц и учреждений в производственно-целевых, подтоварных и вексельных кредитах Госбанка достигла 10,2%. Кроме того, получая авансы при заказах, поставках и подрядах, а также товары в кредит, частный капитал в значительной мере оперировал средствами государственных и кооперативных хозяйственных организаций. Чтобы усилить привлечение средств частного капитала в организованный хозяйственный оборот и повлиять на кредит, оказываемый частными торговцами и промышленниками друг другу (по этому кредиту взимались громадные проценты, дезорганизующие оборот и взвинчивающие цены), в 1922 г. была разрешена организация мелких частных паевых кредитных учреждений под названием обществ взаимного кредита. Однако свои задачи эти общества не выполнили и к 1930 г. были ликвидированы.
Особенности проведения хозяйственного расчета на первом этапе нэпа, характеризующие достигнутый тогда уровень народнохозяйственного планирования, привели к созданию многозвенной системы государственных кредитных учреждений в виде отраслевых банков. Организация таких банков должна была усилить заинтересованность хозорганов в развитии и совершенствовании деятельности кредитного аппарата, возложить на хозяйственные наркоматы ответственность за концентрацию свободных средств в банках, за правильное использование и своевременное погашение ссуд.
Важнейшей задачей первого периода нэпа было восстановление промышленности. На ее кредитование направлялась подавляющая доля ресурсов Госбанка. Но, как указал XII съезд партии, система кредитования промышленности являлась не только финансовой, банковской задачей, но и важнейшей частью деятельности по организации и руководству промышленностью. Поэтому необходимо было сосредоточить финансирование государственной промышленности в одном кредитном учреждении, которое находилось бы в теснейшей связи с ВСНХ283.
Таким кредитным учреждением стал Торгово-промышленный банк (Промбанк), созданный в октябре 1922 г. в форме акционерного общества; акции банка распределялись между промышленными, торговыми, транспортными хозорганами и кредитными учреждениями. По размерам операций Промбанк занимал второе место после Госбанка. На 1 октября 1926 г. он имел 89 филиалов, привлек на текущие счета и вклады 183,7 млн. руб., выдал ссуд на сумму 350 млн. руб., в том числе на 322 млн. руб. краткосрочных и на 28 млн. руб. долгосрочных.
Одновременно с Промбанком для кредитования главным образом сельской электрификации было создано небольшое акционерное общество «Электрокредит». В 1924 г. оно было преобразовано в Акционерный банк по электрификации (Электробанк), в котором сосредоточивалось финансирование и кредитование всей электрификации. В ресурсах банка главную роль играли не средства текущих счетов и вкладов, а бюджетные и специальные ведомственные средства. В его кредитных операциях преобладали долгосрочные ссуды.
Развитие внешней торговли СССР потребовало создания специального кредитного учреждения. Осенью 1922 г. был организован Российский коммерческий банк (Роскомбанк) с привлечением иностранного капитала (шведского). Однако вместо того, чтобы содействовать развитию внешней торговли, в частности получению иностранных кредитов, этот банк занялся главным образом кредитованием внутренней торговли, в том числе частной. Это привело к тому, что в апреле 1924 г. обязательства в отношении шведского капитала были погашены, а банк передан в ведение Наркомата внешней торговли и преобразован во Внешторгбанк. Его цель заключалась в развитии коммерческих оборотов Союза ССР по внешней торговле и содействии внутренней торговле и промышленности, связанных с экспортом и импортом. Для расчетов с заграничными фирмами и банками Внешторгбанк имел зарубежные филиалы — отделения в восточных странах. Кроме того, эти расчеты производились при посредстве ряда иностранных банков с участием советского капитала (Московский народный банк в Лондоне, Рижский транзитный банк, Банк для русской торговли — Аркосбанк — в Лондоне, Банк для торговли с Восточной Европой — Аэробанк — в Париже).
Система местных коммунальных банков, право организации которых было предоставлено губернским исполнительным комитетам в январе 1923 г., имела своей целью содействовать восстановлению и развитию местной экономической жизни, в частности путем кредитования коммунального хозяйства, предоставления населению кредита на нужды городского строительства всех видов, обслуживания краткосрочным кредитом местных государственных, кооперативных и частных предприятий. Число коммунальных банков быстро увеличивалось — с 10 на 1 октября 1923 г. до 45 (с 112 филиалами) на 1 октября 1926 г.
Для организации общегосударственной помощи жилищному и коммунальному хозяйству и проведения контроля над местными коммунальными банками при Государственном банке был создан в марте 1923 г. отдел коммунального кредита. На него возлагалась выдача ссуд губернским и уездным исполнительным комитетам: долгосрочных — на устройство, расширение и восстановление имущества предприятий и сооружений местного хозяйства; краткосрочных — на подкрепление оборотных средств по местному бюджету. Долгосрочные ссуды выдавались на срок до 15 лет за счет бюджетных ассигнований и выпуска специальных облигационных займов или обязательств. Рост государственных вложений в жилищно-коммунальное хозяйство привел к созданию (в начале 1925 г.) Центрального банка коммунального хозяйства и жилищного строительства (Цекомбанк), который возглавил систему местных коммунальных банков. Последние фактически превратились в филиалы Цекомбанка, находившиеся в ведении губернских исполнительных комитетов Советов и обладавшие полной самостоятельностью. Основным источником средств Цекомбанка были бюджетные ассигнования. Вследствие этого он с самого начала своей деятельности являлся банком долгосрочных вложений.
Система коммунальных банков была широко использована Советским государством для развертывания рабочего жилищного строительства. В мае 1924 г. ЦИК и СНК СССР установили: а) целевой квартирный налог и надбавку к подоходно-поимущественному налогу (с доходов, превышавших 1200 руб. в полугодие, кроме зарплаты) для образования государственного фонда долгосрочных ссуд рабочим строительным кооперативам; б) обязательное выделение части фондов улучшения быта рабочих (ФУБРов) для выдачи ссуд на кооперативное строительство рабочих жилищ; в) отчисление на рабочее жилищное строительство не менее 5% доходов местных советов от сдачи в наем помещений под торговые и промышленные предприятия и учреждения; г) льготный отпуск леса для строительства рабочих жилищ.
Характерной чертой в работе кредитной системы в первый период нэпа было отсутствие специализации кредитных учреждений по срокам кредитования: все кредитные учреждения занимались и краткосрочным и долгосрочным кредитованием. Не было также и четкого разграничения клиентов между банками. Это порождало разнобой, затрудняло планирование кредита, вызывало своего рода конкуренцию между банками.
В апреле 1924 г. при Госбанке СССР был создан Комитет по делам банков для регулирования банковского кредитования, устранения параллелизма в работе кредитных учреждений, предварительного рассмотрения планов кредитования, согласования учетных ставок, а также для наиболее целесообразного распределения кредитов между отраслями хозяйства и районами страны.
*
В первый период нэпа важной задачей являлась организация сельскохозяйственного кредита. Необходимо было помочь бедняцким и середняцким хозяйствам поднять производство, освободить деревенскую бедноту от кулацкой кабалы, всемерно поощрять кооперирование крестьянства.
Советская система сельскохозяйственного кредита стала важнейшим проводником государственной финансовой помощи крестьянству в проведении ленинского кооперативного плана. Кредитная кооперация и государственные учреждения сельскохозяйственного кредита призваны были вовлекать в организованный хозяйственный оборот ресурсы крестьянских хозяйств, содействовать снабжению бедняцко-середняцких масс средствами производства, оказывать им разнообразную финансовую помощь со стороны государства и тем самым усиливать их позиции в борьбе с капиталистическими элементами, подготовляя почву для широкого развития колхозов.
В первое время после перехода к нэпу крестьянские хозяйства и кустари получали кредит через потребительскую кооперацию, а затем, по мере создания, также через сельскохозяйственные и кустарно-промысловые кооперативы. С января 1922 г. стали создаваться кредитные и ссудо-сберегательные кооперативные товарищества284.
На кредитные кооперативы возлагалась большая роль в привлечении средств крестьянства. Однако с этой задачей они справлялись слабо. Общая сумма привлеченных ими вкладов на 1 октября 1925 г. равнялась всего лишь 2,7 млн. руб. Недостатки в деятельности кредитной кооперации, вызванные проникновением в органы кооперации кулацких элементов, были вскрыты XIV партийной конференцией. Всем кооперативным организациям было предложено внести в свои уставы такие ограничения, которые гарантировали бы недопущение в правления обществ кулацких элементов. Конференция предложила также провести четкое размежевание функций различных кооперативных систем; главная задача кредитного объединения заключалась в привлечении сбережений крестьянства и в осуществлении операций кредитования. В итоге принятых мер за один лишь год сумма привлеченных кредитными кооперативами вкладов выросла в 2,8 раза (до 7,6 млн. руб. на 1 октября 1926 г.). Однако это все еще не соответствовало имевшимся возможностям.
Советская кредитная кооперация коренным образом отличалась от дореволюционной по своим целям, составу и операциям. Советская кредитная кооперация ставила своей целью в первую очередь помощь бедноте и содействие развитию деревни по социалистическому пути.
До революции 26,1% общей суммы выданных кредитными товариществами ссуд направлялись на покупку и аренду земли, 3% — на наем рабочей силы, 6,6% — на покупку товаров для перепродажи. Советская кредитная кооперация совсем не выдавала ссуд на наем рабочей силы и покупку товаров для перепродажи, а кредиты на аренду земли составляли на 1 октября 1926 г. лишь 0,1% всех выданных ссуд.
На производственное кредитование в 1913 г. приходилось 40,8% выданных ссуд, а в 1925/26 г. — 86,6%. Удельный вес ссуд на приобретение сельскохозяйственных машин и орудий и на хозяйственные постройки повысился с 6,6 до 34,3%, на животноводство — с 1,8 до 9,6%. Более 2% в 1925/26 г. было направлено на землеустройство и мелиорацию, тогда как в 1913 г. на эти цели ссуды не выдавались вовсе. Повысился удельный вес ссуд на покупку рабочего скота, семян, на обработку земли, уборку урожая и пр.
Мобилизованные кредитными и ссудо-сберегательными товариществами средства явились лишь небольшим дополнением к тем, которые Советское государство отпускало в виде сельскохозяйственного кредита бедняцким и маломощным середняцким хозяйствам. Несмотря на острую нужду государства в средствах для восстановления и укрепления промышленности и транспорта, Советская власть уже в 1922 г. сверх снабжения семенным материалом и оказания помощи в борьбе с вредителями сельского хозяйства и болезнями скота отпустила крестьянству кредит на покупку средств производства в сумме свыше 15 млн. руб. в золотом исчислении.
Многочисленность организаций кредитной кооперации затрудняла руководство их деятельностью и контроль за использованием средств. Поэтому в соответствии с указаниями X Всероссийского съезда Советов для объединения и руководства работой кредитных и ссудо-сберегательных кооперативных товариществ с начала 1923 г. создавалась на новых началах система местных сельскохозяйственных банков — обществ сельскохозяйственного кредита. Их учредителями были Госбанк, Наркомзем и Всекобанк.
Непосредственное руководство, объединение и согласование деятельности обществ сельскохозяйственного кредита возлагались на отдел сельскохозяйственного кредита Госбанка. Однако развитие кредитной кооперации и сети обществ сельскохозяйственного кредита потребовало создания республиканских и общесоюзного сельскохозяйственного банков при сохранении за Госбанком лишь функций общего регулирования.
Постановление об организации Центрального сельскохозяйственного банка, принятое II съездом Советов СССР 1 февраля 1923 г., определило цели и задачи банка, а также основы его взаимоотношений с республиканскими и местными сельскохозяйственными банками (обществами сельскохозяйственного кредита). Банк должен был обеспечивать объединение и планомерное использование государственных средств, направляемых на кредитование сельского хозяйства, изыскивать новые источники привлечения средств в сельское хозяйство, предоставлять долгосрочные и краткосрочные кредиты кооперативам и другим общественным учреждениям и предприятиям сельского хозяйства и сельскохозяйственной промышленности, содействовать развитию низовой сети учреждений сельскохозяйственного кредита.
Центральный и республиканские сельскохозяйственные банки создавались на акционерных началах. Учредителями Центрального сельхозбанка были Наркомфин СССР, наркоматы земледелия союзных республик и Всероссийский союз сельскохозяйственной кооперации. На 1 октября 1926 г. из 86,3 млн. руб. акций банка Наркомфину принадлежали 17 млн. руб., Госбанку — 8,5 млн. руб., наркоматам земледелия — 34,1 млн. руб. Не менее половины основного (акционерного) капитала банка выделялось на выдачу долгосрочных ссуд.
Центральный сельхозбанк собственных филиалов не имели и все операции (кроме операций общесоюзного значения) проводил через республиканские банки и общества сельхозкредита. Таким образом, в построении системы сельскохозяйственного кредита сочетались государственное и кооперативное начала, что обеспечивало усиление регулирующей роли государства и непосредственное участие крестьян — через кредитную кооперацию — в развертывании деятельности системы сельскохозяйственного кредита. Государство предоставляло системе сельскохозяйственного кредита разнообразные льготы, в частности налоговые. Кредитные учреждения всех ступеней не облагались подоходными и промысловыми налогами, все их паи, вкладные и ссудные операции, а также документы по таким операциям освобождались от гербового сбора. В отношении налогов и сборов, взносов на социальное страхование и арендной платы эти учреждения были приравнены к состоящим на государственном бюджете.
На 1 октября 1926 г. деятельность сельскохозяйственных банков характеризовалась данными, приведенными в табл. 1 (в млн. руб.)285.
Таблица 1.
| Центральный сельхозбанк | Республиканские сельскохозяйственные банки | Общества сельхозкредита | Итого | |
|---|---|---|---|---|
| Число учреждений | 1 | 6 | 61 | 68 |
| Сумма капиталов | 88,8 | 65,4 | 64,5 | 218,7 |
| Привлеченные средства специального назначения | 65,6 | 33,6 | 9,1 | 106,3 |
| Сумма вкладов и текущих счетов | 15,7 | 14,6 | 34,0 | 64,3 |
| Учетно-ссудные операции | 210,7 | 257,6 | 289,6 | 757,9 |
Главное место в ресурсах сельскохозяйственных банков занимали бюджетные ассигнования. За три года (1923/24—1925/26 гг.) бюджет передах сельхозбанкам более 205 млн. руб., в том числе 130 млн. на образование их капиталов и 75 млн. руб. в качестве средств специального назначения.
За 1923/24—1925/26 гг. через систему ЦСХБанка государство направило в сельское хозяйство в порядке кредитования свыше 400 млн. руб. Рост сельскохозяйственных ссуд и их состав характеризуется данными табл. 2 (на 1 октября каждого года) (в млн. руб.)286.
Таблица 2.
| 1923 г. | 1924 г. | 1925 г. | 1926 г. | |
|---|---|---|---|---|
| Общая сумма задолженности по системе ЦСХБанка | 8,1 | 69,4 | 237,7 | 406,2 |
| По продолжительности | ||||
| долгосрочные ссуды | 0,5 | 15,2 | 77,7 | 156,0 |
| краткосрочные ссуды | 7,6 | 54,2 | 160,0 | 250,2 |
| По направлениям средств | ||||
| производственное кредитование | 3,5 | 62,3 | 212,2 | 331,0 |
| финансирование сбыта | 4,6 | 7,1 | 25,5 | 75,2 |
Удельный вес долгосрочных ссуд из года в год повышался, причем большая часть кредитов выдавалась на производственные нужды.
Чтобы сделать кредит наиболее доступным крестьянству, в ноябре 1925 г. были снижены процентные ставки: по долгосрочным ссудам — с 7 до 6, по краткосрочным — с 12 до 10.
Во всей своей деятельности система сельскохозяйственного кредита в соответствии с задачами, поставленными партией и правительством, оказывала преимущественную помощь деревенской бедноте, содействовала укреплению бедняцко-середняцких хозяйств, их кооперированию. По мере улучшения финансового положения государства размеры этой помощи возрастали. В Центральном сельскохозяйственном банке в 1925 г. был создан постоянный фонд для кредитования бедноты и колхозов на особо льготных началах (более длительные сроки, наиболее благоприятные условия обеспечений и т.п.). По данным Центрального сельхозбанка, в 1924/1925 г. средний размер ссуд единоличникам равнялся 42 руб., колхозам — 726 руб.287.
3. Организация советской налоговой системы.
В первые годы нэпа, когда хозяйство страны было в разрушенном состоянии и государство не располагало достаточными средствами, существенным источником доходов бюджета были налоги.
Первая, главная задача налоговой политики, указывалось в резолюции XI съезда партии, — «регулирование процессов накопления путем прямого обложения имущества, доходов и т.п.
В этом отношении налоговая политика является главным орудием революционной политики пролетариата в переходную эпоху». Вторая, чисто фискальная, задача налоговой политики — «обеспечение наибольшего поступления от налогов»288 как источника денежных ресурсов государства.
Допуская в первые годы нэпа в известных пределах деятельность капиталистических элементов в торговле, сельском хозяйстве и мелкой промышленности, Советское государство использовало налоги как один из главных рычагов для ограничения накоплений этих элементов, чему В. И. Ленин придавал большое значение. Налоговые льготы, которые предоставлялись государственным и кооперативным предприятиям и организациям, служили одной из форм помощи социалистическим элементам в их экономическом соревновании с капиталистическими. Налоговая политика в деревне содействовала подъему бедняцких и середняцких хозяйств, росту их товарности и ограничению экономической роли кулачества, тем самым способствуя упрочению союза рабочего класса и крестьянства.
Взимание налогов имело крупное значение для решения основной задачи финансовой политики в первые годы нэпа — сокращения бюджетного дефицита и бумажно-денежной эмиссии, подготовки замены обесценивающихся денег твердой валютой. Имея это в виду, IX Всероссийский съезд Советов (декабрь 1921 г.) обязал все комиссариаты и органы государства «приложить все усилия к выполнению полностью намеченного налогового плана» и признал, что эта работа является «одной из самых важных и ударных при проведении в жизнь новой финансовой экономической политики289.
Первые годы нэпа характеризуются большими трудностями в создании и развитии советской налоговой системы, так как необходимо было заново организовать специальный аппарат, ликвидированный в предшествующий период.
Основу советской налоговой системы составляли прямые налоги, взимание которых отвечало задачам регулирования доходов и накоплений, так как позволяло установить непосредственную связь между размерами доходов и суммой налога с каждого плательщика. Прямые налоги строились с всесторонним учетом особенностей условий образования и использования доходов в городе и деревне.
Первым прямым налогом с несельскохозяйственного населения, введенным после перехода к нэпу (в июле 1921 г.), был промысловый налог с ненационализированных торговых и промышленных предприятий и личных промыслов без применения наемного труда. В начале 1922 г. налог был распространен на государственные и кооперативные предприятия и хозяйственные организации и на все личные промыслы. Этим преследовалась задача — стимулировать внедрение хозяйственного расчета и содействовать перераспределению средств между отраслями хозяйства в пользу ведущих отраслей промышленности.
Налог состоял из двух сборов: патентного и уравнительного. Ставка патентного сбора дифференцировались (в очень слабой степени) в зависимости от местонахождения (пять поясов) и от разряда предприятия, определяемого по внешним признакам (число рабочих и служащих, размер помещений, характер и род торговли). В значительной степени он имел авансовый характер, так как засчитывался при уплате уравнительного сбора, который взимался в размере 3% от суммы облагаемого оборота, следовательно, был пропорциональным. Предприятия, занятые производством предметов роскоши или торговлей ими, облагались в повышенном размере. Значительные льготы предоставлялись кооперации.
В начале 1923 г. была введена дифференциация ставок уравнительного сбора в зависимости от принадлежности предприятия, частично устранялась многократность обложения государственных предприятий, расширялись льготы кооперации и повышалось обложение частных предприятий. Крупные льготы кооперации, предоставленные с декабря 1923 г., укрепили ее финансовое положение и содействовали вытеснению частного капитала. В 1925 г. было проведено дальнейшее усиление обложения производства предметов роскоши и торговли ими (введен дополнительный патентный сбор и повышена ставка уравнительного сбора), снижение обложения кустарей и ремесленников, не применявших наемный труд, в городах и полное освобождение их от налога в сельских местностях.
Важнейшее значение в истории советской налоговой системы имело введение и развитие подоходного обложения, позволявшего максимально дифференцировать платежи, и, следовательно, наиболее эффективно использовать налоговый метод регулирования доходов и накоплений для ограничения и вытеснения капиталистических элементов.
Начало развитию подоходного обложения в городах было положено введением в ноябре 1922 г. подоходно-поимущественного налога.
За основу обложения был принят совокупный доход, определяемый по декларациям плательщиков. Ставки налога (от 0,83 до 15%) зависели только от размера дохода. Государственные и кооперативные предприятия, смешанные общества и крестьянские хозяйства этим налогом не облагались. Заработная плата рабочих и служащих в совокупный доход не включалась, и налог с нее взимался при ее выплате. С января 1923 г. для рабочих и служащих был установлен повышенный необлагаемый минимум. В дополнение к окладам подоходного налога устанавливались оклады налога с имущества, не составлявшего предметов промысла плательщика, в размере от 0,33 до 1,5% стоимости имущества. Привлечение к обложению имущества объясняется тем, что в первые годы нэпа, в связи с денационализацией мелких предприятий и возникновением новых торговых и промышленных частных предприятий, переход имуществ из рук в руки имел довольно крупное значение. Капиталистические элементы («нэпманы») обращали в имущество часть своих доходов и накоплений и, с другой стороны, прибегали к ликвидации части своего имущества для получения оборотных капиталов. Ограничиться в этих условиях одним подоходным обложением означало бы освободить от обложения часть капиталистических элементов и вообще такие хозяйственные операции, обложение которых могло бы дать бюджету дополнительный доход.
В конце 1923 г. подоходно-поимущественный налог был разграничен на основной (классный) и дополнительный (прогрессивный). Первый начислялся и взимался без представления плательщиками деклараций — по спискам, составляемым домоуправлениями или исполкомами. Дополнительным налогом облагались (с зачетом уплаченного основного налога) на основании декларации лица, совокупный доход которых за полугодие превышал: для рабочих и служащих — 900 руб., для других плательщиков — от 300 до 500 руб. в зависимости от пояса местности. Ставки налога дифференцировались по размерам совокупного дохода и достигали 25% с дохода, превышавшего 8000 руб. в полугодие. Налог этот взимался также с частных юридических лиц. В 1924 г. обложение имущества было отменено и подоходно-денежный налог преобразован в подоходный.
Для обеспечения устойчивости поступлений в бюджет части прибылей государственных предприятий и привлечения накоплений кооперации в 1923 г. был введен подоходный налог с государственных (переведенных на хозрасчет) и кооперативных предприятий. Поскольку при этом не ставилась задача регулирования накоплений, налог был пропорциональным, взимался в размере 8% чистого дохода, не превышавшего установленную сумму, при условии, что размеры налога не должны превышать обложения подоходным налогом частных предприятий.
Одной из характерных черт налоговой системы первого периода нэпа была множественность платежей. Она вызывалась отсутствием опыта налоговой работы в новых условиях, упрощенностью построения основных налоговых платежей, ростом потребностей государства и его местных органов в денежных ресурсах.
Важнейшей причиной введения некоторых налогов и сборов явилась необходимость в экстренном порядке мобилизовать средства для оказания помощи голодающим и борьбы с последствиями голода, вызванного неурожаем. В этих целях в феврале 1922 г. был установлен единовременный государственный общегражданский налог, к уплате которого привлекалось все взрослое население страны. В следующем году для оказания помощи сельскому хозяйству налог этот был повторен. В целях мобилизации средств на борьбу с голодом устанавливалось также дополнительное обложение промысловым налогом.
Налоги с несельскохозяйственного населения вводились с самого начала в денежной форме. Иначе обстояло дело в деревне. Вследствие натурализации сельского хозяйства в предшествующий период, большой потребности государства в сельскохозяйственных продуктах и невозможностью их получения в обмен на промышленные товары среди налоговых платежей крестьянства в первое время преобладали натуральные платежи и повинности.
Переход к частично-денежному взиманию основного налогового платежа крестьян — продовольственного налога — был произведен весной 1923 г. в соответствии с директивами XII съезда партии.
Налоговая реформа 1923 г. объединила продовольственный, труд-гужевой, подворно-денежный, общегражданский (в части, падающей на сельское население) и некоторые местные налоги и сборы в единый сельскохозяйственный налог, с сокращением общего его размера (по сравнению с унифицированными в нем платежами) на 100 млн. руб. Налог исчислялся и выражался еще в натуральных единицах (в пудах ржи или пшеницы — в зависимости от преобладания данной культуры в том или ином районе, либо в мясных единицах — для скотоводческих районов), взимался же частично натурой, частично деньгами, причем крестьянству предоставлялось право уплачивать деньгами и натуральную часть налога. В тех районах, где налог должен был поступать только или по преимуществу деньгами, его взимание передавалось Наркомфину, в остальных районах налог взимался Наркомпродом. При определении размера налога учитывались: количество пашни и сенокоса (в переводе на пашню) на едока, урожайность хлеба и трав, количество рабочего и продуктивного скота.
Беднейшие хозяйства освобождались от обложения (в пределах 5-процентной скидки с общей суммы налога по губернии, области или республике). Для содействия интенсификации сельского хозяйства и развитию технических культур вовсе не облагались посевы хлопка и улучшенных сортов других технических культур, посевы корнеплодов и кормовых трав.
Крестьяне широко использовали право замены натуральной части сельхозналога денежными платежами. Учитывая это обстоятельство и имея в виду предстоящее завершение денежной реформы, Советское правительство постановило прекратить с 1924 г. налоговое обложение в натуральной форме и перейти исключительно к денежным налогам.
Опыт проведения единого сельскохозяйственного налога в 1923/24 г. показал необходимость дальнейшей его реорганизации. Советское государство из года в год усиливало дифференциацию налоговых платежей, повышало прогрессию ставок налога и расширяло льготы бедноте, маломощным хозяйствам и колхозам. Если в 1923/24 г. от сельхозналога было освобождено 2% всех крестьянских хозяйств, то в 1924/25 г. этот процент повысился до 20, а в 1925/26 г. — до 25. Это означает, что от налога освобождались не только вся деревенская беднота, но и часть маломощных середняцких хозяйств. Для колхозов была установлена скидка в размере от 10 до 25%. В результате этих льгот общая сумма сельхозналога из года в год снижалась и становилась меньше той прямой финансовой помощи, которую государство оказывало крестьянам. В 1924/25 г. сельхозналога поступило 346 млн. руб., финансовая помощь государства крестьянству составляла около 300 млн. руб. В 1925/26 г. сумма налога уменьшилась до 250 млн. руб., а финансовая помощь государства выросла до 450 млн. руб.
Направление и задачи налоговой политики Советской власти наглядно показывают сопоставление платежей крестьян в СССР и в дореволюционной России. С хозяйств, имеющих доходы по 30 руб. на едока, сельхозналог взимался в 1925/26 г. в размере 3,5%, а дореволюционные платежи — в размере 13,1%, т.е. почти в 4 раза больше. Напротив, с хозяйств, с доходами на едока равными 120 руб., налоги дореволюционной России изымали 4,4%, а сельхозналог — 10,3%, или почти в 2,5 раза больше.
Все же в построении сельскохозяйственного налога имелись еще крупные недостатки. Начатая в 1925 г. подготовка коренного пересмотра всей системы налогового обложения крестьянства была завершена в 1926 г.
Как отмечалось в резолюции XI съезда партии, из-за отсутствия налаженного советского налогового аппарата и вследствие острой нужды государства в средствах, на первых порах большое значение имело косвенное обложение. В 1921—1923 гг. были введены акцизы на многие товары массового потребления.
В дальнейшем, по мере развития народного хозяйства и укрепления финансового положения страны, были снижены акцизы на сахар, соль, керосин, спички, чай и введены акцизы на товары не первой необходимости — спиртные напитки и табачные изделия. В результате удельный вес поступлений по акцизам на предметы не первой необходимости повысился с 32,9% в 1922/23 г. до 56,7% в 1925/26 г., а удельный вес поступлений по акцизам на предметы широкого потребления соответственно снизился с 67,1 тыс до 43,4%.
Применяя косвенные налоги, Советская власть устраняла их отрицательную сторону (регрессивность) путем усиления обложения предметов роскоши, строгой классовой дифференциацией прямого обложения и такого сочетания налогов с политикой заработной платы, при котором взимание налогов не вело к понижению реальной заработной платы. Ресурсы, получаемые путем косвенного обложения, так же как и все другие свои ресурсы, Советское государство использовало для развития социалистических производительных сил и улучшения материального положения трудящихся.
Общие результаты борьбы за увеличение налоговых поступлений, как одного из средств сокращения, а затем окончательной ликвидации бюджетного дефицита и связанной с ним бумажно-денежной эмиссии, усиления финансовых ресурсов в распоряжении государства, показывают данные табл. 3 (в млн. руб.)290.
Таблица 3.
| 1922/23 г. | 1923/24 г. | 1924/25 г. | 1925/26 г. | |
|---|---|---|---|---|
| Акцизы | 103,5 | 240,7 | 507,8 | 841,6 |
| Промысловый налог | 118,2 | 233,6 | 323,5 | 482,9 |
| Подоходный налог | 12,7 | 75,9 | 113,3 | 185 |
| Сельскохозяйственный налог | 176,5 тыс* | 231,0 | 326,2 | 251,7 |
| Гербовый сбор | 23,1 | 57,1 | 98,9 | 131,9 |
| Таможенные пошлины | 66,7 | 67,4 | 101,9 | 150,5 |
| Прочие государственные налоги и сборы | 35,4 | 17,1 | 52,4 | 43,3 |
| Местные налоги и сборы | 50,3 | 68,4 | 79,4 | 104,9 |
| Итого | 584,0 | 991,1 | 1608,4 | 2192,9 |
| В % ко всем доходам сводного бюджета | 63,1 | 48,9 | 51,4 | 51,6 |
* Поступления по продовольственному налогу.
Рост налоговых поступлений основывался на крупных успехах в восстановлении и развитии промышленности, сельского хозяйства и товарооборота, а также в укреплении налогового аппарата. Налоги с успехом были использованы для ограничения и вытеснения капиталистических элементов, упрочения позиций государственных предприятий и кооперации, оказания помощи бедняцко-середняцкому крестьянству, содействия такому подъему производительных сил, который обеспечивал укрепление, а в дальнейшем решающий перевес социалистического сектора в народном хозяйстве.
4. Государственный бюджет и бюджетная система.
XI съезд партии, излагая программу финансовой политики, наметил ряд мероприятий по строительству государственного бюджета и бюджетной системы страны. Необходимо было изжить дефицитность государственного бюджета, провести строжайший режим экономии во всех звеньях народного хозяйства.
В резолюции XI съезда партии о финансовой политике подчеркивалось первостепенное для строительства бюджета значение роста поступлений от государственных предприятий, имуществ и угодий. «Развитие доходов от государственной промышленности, транспорта и торговли, сельскохозяйственных и лесных владений, от эксплуатации недр, развитие концессионных доходов и арендных поступлений может и должно стать одним из путей оздоровления бюджета и ликвидации дефицита…»291.
Организованная партией борьба за рентабельную работу промышленности дала свои положительные результаты, что нашло отражение в росте прибыли и амортизационных отчислений союзной промышленности с 239,9 млн. руб. в 1922/23 г. до 979,3 млн. руб. в 1925/26 г.292.
Перестройка работы государственных предприятий и использования государственных имуществ и угодий содействовали росту так называемых неналоговых доходов государственного бюджета, которые возросли с 213,3 млн. руб. в 1922/23 г. до 1236,6 млн. руб. в 1925/26 г.
Сюда входили доходы промышленных и транспортных предприятий, внутренней и внешней торговли, отчисления от прибылей кредитных учреждений, поступления от жилищного и коммунального хозяйства, лесной доход и пр.
В интересах социалистического строительства государство использовало также денежные сбережения населения. Основными методами организации денежных сбережений населения и мобилизации свободных денежных средств на нужды социалистического строительства стали выпуски государственных займов и привлечение средств в кредитные учреждения. За 1922—1925 гг. Советское государство выпустило десять внутренних государственных займов, из них три натуральных, пять денежных для размещения среди населения и два специального назначения.
Одним из видов натуральных займов были хлебные займы. Они характерны как показатель перехода от натуральных отношений к денежным. Облигации их продавались за деньги, но выпускная сумма займов и стоимость облигаций выражались в пудах ржи. Первый хлебный заем был выпущен в мае 1922 г. на 10 млн. пуд. ржи. Успешно прошел и второй хлебный заем 1923 г. Вследствие большого спроса на облигации, выпускная сумма займа дважды увеличивалась и была доведена до 100 млн. пуд.
В ноябре 1923 г. был выпущен Государственный краткосрочный сахарный заем на 1 млн. пуд. сахара-рафинада в целях увеличения кассовых ресурсов казначейства для финансирования сельскохозяйственных заготовок из нового урожая. Приобретение его облигаций являлось для торговых предприятий и отдельных лиц способом заготовки сахара. С февраля до мая 1924 г. заем погашался натурой (сахаром), а затем до октября — деньгами.
Выпуск натуральных займов диктовался недостаточным развитием денежных отношений и необходимостью охранять интересы владельцев облигаций от потерь, связанных с обесценением денежных знаков. После того как в 1923 г. была внедрена в обращение устойчивая валюта — банковые билеты (червонцы), а затем в 1924 г. успешно завершена денежная реформа, необходимость выпуска натуральных займов отпала.
Первым советским денежным займом был Государственный шестипроцентный выигрышный заем 1922 г., выпущенный на сумму 100 млн. руб. золотом. В отличие от натуральных, заем этот был долгосрочным; выкуп облигаций производился с 1 декабря 1928 г. в течение пяти лет посредством ежегодных тиражей погашения. По отношению к капиталистическим элементам (частным торговцам, промышленникам, подрядчикам и т.п.) был применен метод принудительного размещения. При уплате налогов они обязаны были покупать определенное количество облигаций займа, на которых делалась особая надпись («Не подлежит приему в залог и не может котироваться на бирже»). Обязательное приобретение облигаций займа было введено также для государственных и кооперативных предприятий. Среди рабочих и служащих заем размещался в порядке коллективной подписки; их право продажи и залога облигаций ничем не ограничивалось. Такой же порядок размещения был вначале применен также ко Второму государственному шестипроцентному выигрышному займу, выпущенному в апреле 1924 г. на сумму 100 млн. руб. сроком на пять лет.
Успешное завершение денежной реформы, создавшее благоприятные предпосылки для быстрого роста денежных доходов населения, открыло возможности для выпуска государственных займов, специально рассчитанных на сельскохозяйственное население. Такими займами явились крестьянские выигрышные займы 1924 и 1925 гг. Облигации этих займов принимались в уплату сельскохозяйственного налога и в обеспечение ссуд, выдаваемых сельскохозяйственными банками и обществами сельскохозяйственного кредита.
Государственными кредитными операциями специального назначения были Государственный восьмипроцентный внутренний золотой заем 1924 г. (на 100 млн. руб. сроком на шесть лет) и Государственный внутренний заем хозяйственного восстановления 1925 г. (на 300 млн. руб. из 10% годовых, сроком на пять лет). Облигации этого займа выдавались в счет финансирования плановых капитальных работ, а хозорганы должны были под залог облигаций получать в банках ссуды.
В 1923 г. началось создание системы специальных кредитных учреждений — государственных трудовых сберегательных касс. В первый год основной задачей сберегательных касс являлось страхование заработной платы от обесценения денег. В этих целях они принимали и выдавали вклады в золотом исчислении, тем самым беря на себя, т.е. на государство, курсовые потери. После завершения денежной реформы создались благоприятные условия для развертывания деятельности сберегательных касс.
Число сберегательных касс нарастало весьма интенсивно и на 1 октября 1926 г. (11 982 кассы) почти вдвое превысило довоенный уровень. В общей сумме вкладов в советских сберегательных кассах на 1 октября 1926 г. вклады рабочих составляли 16,9%, служащих — 50,8%, а на долю торговцев и других владельцев частных предприятий приходилось лишь 3,5%. Это свидетельствовало о том, что советские сберегательные кассы базировались на доходах и сбережениях широких трудящихся масс.
В 1921 г. началась перестройка системы государственного социального обеспечения рабочих и служащих. В то время государство могло взять на свой бюджет социальное обеспечение лишь инвалидов войны и военной службы, нетрудоспособных членов из семей погибших военнослужащих, инвалидов от рождения, а также выдавать пенсии некоторым категориям работников за особые заслуги перед Родиной (персональные) и за честную и беспрерывную трудовую деятельность (за выслугу лет). Одновременно партия и правительство восстанавливали государственное страхование, организовывали крестьянскую взаимопомощь.
Восстановленное в ноябре 1921 г. государственное социальное страхование распространялось на все виды временной и постоянной утраты трудоспособности, на случай безработицы и на случай смерти, оно стало важным фактором подъема благосостояния трудящихся.
Социальное обеспечение лиц, работавших не по найму (крестьян, ремесленников, кустарей, лиц свободных профессий), проводилось на началах взаимности. Важнейшей ее формой были крестьянские комитеты общественной взаимопомощи — кресткомы, созданные при сельских Советах и волостных исполнительных комитетах в середине 1921 г. Главной целью их было оказание всесторонней помощи семьям красноармейцев, бедноте и маломощным хозяйствам.
В 1921 г. началось развертывание государственного имущественного страхования, прежде всего от наиболее разрушительных стихийных бедствий, — пожаров, падежа скота и т.д., аварий на сухопутном и водном транспорте. В июле 1922 г. Госстраху было предоставлено право ввести личное страхование — страхование жизни и от несчастных случаев, угрожающих жизни и здоровью людей. За 1921/22—1925/26 гг. по страхованию строений, посевов и животных было собрано почти 174 млн. руб., выплачено страхового возмещения на сумму около 109 млн. руб. За пять лет направлено: на рабочее жилищное строительство — 10,3 млн. руб., в доход государственного и местных бюджетов — 7,7 млн. руб.
*
Посредством налогов и неналоговых поступлений образовывался централизованный фонд денежных ресурсов, преодолевалось распыление денежных накоплений социалистического сектора народного хозяйства, регулировались доходы и накопления капиталистических элементов. Концентрация бюджетных ресурсов на решающих участках позволяла с большей эффективностью использовать государственные средства. Бюджетные ресурсы сыграли решающую роль в создании кредитной системы и в развертывании ее деятельности. Без систематической помощи из государственного бюджета не могло быть обеспечено развитие системы местных финансов. За четыре года (1922/23—1925/26 гг.) он передал местным бюджетам 890 млн. руб., не считая государственных доходов, непосредственно зачисляемых в местные бюджеты.
Развитие доходов государственного и местных бюджетов характеризуется данными табл. 4 (в млн. руб.)293.
Таблица 4.
| 1922/23 г. | 1923/24 г. | 1924/25 г. | 1925/26 г. | |
|---|---|---|---|---|
| Всего доходов | 924,9 | 2025,8 | 3119,0 | 4245,5 |
| В том числе | ||||
| налоги и сборы | 534,0 | 991,1 | 1603,4 | 2192,9 |
| неналоговые доходы от государственного хозяйства | 213,3 | 535,7 | 850,1 | 1236,6 |
| государственные займы | 81,9 | 183,6 | 130,5 | 146,0 |
| средства государственного социального страхования | — | — | 420,0 | 670,0 |
| операции государственного казначейства | 45,7 | 315,4 | 115,0 | — |
| В % к итогу | ||||
| налоги и сборы | 63,1 | 43,9 | 51,4 | 51,6 |
| неналоговые доходы | 23,1 | 26,4 | 27,3 | 29,1 |
| государственные займы | 8,9 | 9,1 | 4,2 | 3,4 |
| средства соцстраха | — | — | 13,5 | 15,8 |
За три года бюджетные ресурсы государства увеличились почти в 4,6 раза. При этом в их составе произошли большие изменения: налоговые поступления выросли в 3,8 раза, неналоговые доходы от государственного хозяйства — в 5,8 раз. Кроме того, резко поднялась доля государственного хозяйства в налоговых платежах. Так, удельный вес предприятий и организаций социалистического хозяйства в подоходном налоге повысился с 12,2% в 1923/24 г. до 43,1% в 1925/26 г., а в промысловом налоге достиг 60%. В целом можно считать, что уже в тот период поступления от социалистического хозяйства (неналоговые и налоговые) отодвинули на второе место мобилизацию средств от населения.
Направление бюджетных ресурсов характеризует табл. 5 (в млн. руб.)294.
Таблица 5.
| 1922/23 г. | 1923/24 г. | 1924/25 г. | 1925/26 г. | |
|---|---|---|---|---|
| Всего расходов | 1403,4 | 2022,2 | 3035,1 | 4209,7 |
| В том числе | ||||
| Народное хозяйство | 667,1 | 557,4 | 916,4 | 1223,8 |
| Из них | ||||
| промышленность | 136,8 | 161,1 | 188,0 | 281,1 |
| сельское хозяйство | 62,1 | 89,8 | 233,0 | 282,8 |
| торговля, снабжение, заготовки | 76,0 | 21,6 | 24,4 | 47,9 |
| транспорт и связь | 246,1 | 149,4 | 195,8 | 282,8 |
| жилищное и коммунальное хозяйство | 74,8 | 51,9 | 162,0 | 281,6 |
| Социально-культурные мероприятия | 181,3 | 354,5 | 931,2 | 1370,7 |
| Из них | ||||
| просвещение | 111,6 | 241,5 | 358,6 | 520,3 |
| здравоохранение и физкультура | 56,1 | 99,5 | 291,5 | 390,8 |
| охрана труда и социальное обеспечение | 13,6 | 13,5 | 281,1 | 459,6 |
| Управление | 182,0 | 283,2 | 404,5 | 551,8 |
| Оборона страны | 228,1 | 402,4 | 418,1 | 569,4 |
| По государственным займам | 16,6 | 75,1 | 69,6 | 122,6 |
| В % к итогу | ||||
| Народное хозяйство | 47,5 | 27,6 | 29,9 | 29,1 |
| Социально-культурные мероприятия | 12,9 | 17,5 | 30,4 | 32,6 |
| Управление | 13,0 | 14,0 | 13,2 | 13,1 |
| Оборона | 16,3 | 19,9 | 13,6 | 13,5 |
| По государственным займам | 1,2 | 3,7 | 2,3 | 2,9 |
За четыре года на нужды социалистического строительства было направлено через государственный и местные бюджеты и за два года через бюджет государственного социального страхования более 10,7 млрд. руб., из них около 3,4 млрд. руб. — на финансирование народного хозяйства, свыше 2,8 млрд. руб. — на социально-культурные мероприятия.
Одной из важнейших задач государственных финансов было оказание помощи тяжелой индустрии. «Тяжелая индустрия, — говорил Ленин, — нуждается в государственных субсидиях. Если мы их не найдем, то мы, как цивилизованное государство, — я уже не говорю, как социалистическое, — погибли»295. Руководствуясь этими указаниями, Советское государство принимало меры к тому, чтобы экономить на всем другом, оказывать тяжелой индустрии максимальную помощь, удовлетворять ее потребности в финансировании независимо от текущих результатов ее работы.
Из 767 млн. руб., направленных за четыре года на финансирование промышленности, тяжелая промышленность (включая электрификацию) получила 617,4 млн. руб. Основная доля средств, передаваемых государственным бюджетом промышленности, использовалась для капитальных вложений.
Государственный бюджет выделял огромные, из года в год возраставшие суммы на восстановление и развитие сельского хозяйства.
Советское государство организовало и по мере общего подъема народного хозяйства систематически усиливало помощь бедняцким и середняцким массам крестьянства. Помощь эта выражалась: в предоставлении кредитов на льготных условиях; в систематическом снижении цен на промышленные товары; в классовой дифференциации налогов, при которой беднота и часть середняков полностью освобождалась от платежей, основная доля которых приходилась на кулацкие хозяйства; в ограничении кулачества; в осуществлении социально-культурных мероприятий на селе.
Главной задачей финансирования сельского хозяйства являлось содействие кооперированию крестьянства. Средства, отпущенные сельскохозяйственной кооперации из государственного бюджета, возросли с 2,34 млн. руб. в 1923/24 г. до 9,2 млн. руб. в 1925/26 г. Вместе с тем Советская власть оказывала всемерную поддержку, в частности, финансовую, и другим видам кооперации. Всего за четыре года кооперации было передано более 60 млн. руб. бюджетных ресурсов.
Значительные средства выделялись государством для финансирования социально-культурных мероприятий. Расходы на эту цель увеличились с 181,3 млн. руб. в 1922/23 г. до 1370,7 млн. руб. в 1925/26 г. и превысили за четыре года 2,8 млрд. руб.
В этот период Советское государство проделало большую работу по строительству бюджетной системы и развитию планирования финансов.
Бюджетное строительство, в соответствии с ленинским принципом демократического централизма и национальной политикой партии, осуществлялось в двух направлениях: восстановление местных финансов, дифференциация местных бюджетов, выделение и укрепление государственных бюджетов национальных республик при обеспечении необходимого веса общесоюзного бюджета для проведения финансовой централизации.
После перехода к нэпу роль местных Советов в хозяйственной жизни усилилась. Выделение местных бюджетов создавало финансовую базу для активной деятельности на местах по развитию производительных сил и удовлетворению разнообразных потребностей населения, содействовало мобилизации и рациональному использованию местных ресурсов, увеличению источников государственных доходов, усиливало заинтересованность местных органов в росте этих доходов. Передача местным бюджетам части расходов общегосударственного бюджета разгружала последний, сокращала его дефицит, способствовала более экономному расходованию средств на местах. Для покрытия дефицитов отдельных бюджетов создавался дотационный фонд в размере, ежегодно определяемом Совнаркомом СССР.
В результате принятых Коммунистической партией и Советским правительством мер местные бюджеты быстро росли, удельный вес их в своде государственного и местных бюджетов систематически повышался. Организация системы местных бюджетов совершенствовалась постепенно, их бездефицитность обеспечивалась за счет увеличения неналоговых поступлений.
В начальные годы нэпа объединение финансовой политики Советских республик осуществлялось на основе заключенных с ними договоров по финансовым вопросам. Причем РСФСР, как наиболее мощная республика, принимала тогда на себя выполнение ряда общесоюзных функций, в связи с чем и государственный бюджет РСФСР имел характер и значение единого государственного бюджета всех союзных республик. Полное и последовательное разрешение вопроса о федеративной структуре государственного бюджета СССР и о бюджетных правах союзных и автономных республик было осуществлено на основе объединения республик в единое союзное государство и оформления этого акта в Конституции СССР.
Согласно Конституции, бюджетная система СССР составлялась из общесоюзного государственного бюджета, государственных бюджетов входящих в состав СССР союзных республик, государственных бюджетов автономных советских социалистических республик и бюджетов местных Советов. Конституция установила общие начала распределения доходов и расходов между звеньями бюджетной системы и основы бюджетных прав Союза, союзных республик и местных Советов.
Бюджетная система СССР строилась на основе следующих принципов: финансовое верховенство Союза, вытекавшее из целей и задач объединения Советских социалистических республик; единство всей бюджетной системы, обусловленное единством классовой, политической и экономической основы центральных и местных органов государственной власти, единством целей и задач всех Советских социалистических республик и единством народнохозяйственного плана; принцип демократического централизма, выражающийся в том, что каждый Совет устанавливает свой бюджет, все эти бюджеты объединяются в сводный бюджет СССР и вышестоящие органы бюджетной системы направляют работу нижестоящих органов; последовательное проведение ленинской национальной политики, находящее свое выражение в том, что каждая республика и каждый национальный район устанавливают свой бюджет, обеспечиваются более высокие темпы роста бюджетов в прошлом более отсталых национальных районов и областей, этим областям и районам оказывается систематическая поддержка из общегосударственных средств.
Состав единого государственного бюджета за 1924/25 и 1925/26 гг. показывает табл. 6296.
Таблица 6.
| 1924/25 г. | 1925/26 г. | |||
|---|---|---|---|---|
| млн. руб. | % | млн. руб. | % | |
| Расходы единого государственного бюджета СССР | 2969,5 | 100,0 | 4050,9 | 100,0 |
| В том числе | ||||
| общесоюзный бюджет | 2318,3 | 78,1 | 3006,4 | 74,2 |
| республиканские бюджеты | 651,2 | 21,9 | 1044,5 | 25,8 |
| из них покрывались дотациями | 115,4 | — | 83,9 | — |
В соответствии с целями и задачами объединения социалистических республик в одно государство, большая часть доходов и расходов сосредоточивалась в общесоюзном бюджете. Однако удельный вес последнего в едином государственном бюджете СССР снизился с 78,1% в 1924/25 г. до 74,2% в 1925/26 г. при соответствующем росте доли республиканских бюджетов.
Несмотря на большой рост доходной базы республиканских бюджетов, она была еще недостаточной ввиду высокого объема расходов этих бюджетов. Поэтому республиканским бюджетам оказывалась помощь из общесоюзного бюджета. Табл. 7 характеризует объемы государственных бюджетов отдельных союзных республик (по расходам) и распределение между ними дотаций из общесоюзного бюджета в 1924/25 и 1925/26 гг. (в млн. руб.)297.
Таблица 7.
| РСФСР | УССР | БССР | ЗСФСР | УзбССР | ТуркмССР | Итого | |
|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1924/25 г. | |||||||
| Общая сумма расходов | 451,4 | 103,9 | 19,8 | 42,2 | 26,1 | 7,8 | 651,2 |
| В том числе | |||||||
| покрывались дотациями из общесоюзного бюджета | 54,5 | 12,6 | 3,4 | 22,2 | 11,1 | 4,3 | 115,4 |
| В % к расходам | 12,1 | 18,9 | 17,2 | 52,6 | 42,5 | 55,1 | 17,7 |
| 1925/26 г. | |||||||
| Общая сумма расходов | 682,1 | 186,2 | 43,2 | 74,3 | 43,3 | 15,4 | 1044,5 |
| В том числе | |||||||
| покрывались дотациями из общесоюзного бюджета | — | 7,9 | 7,4 | 37,9 | 20,0 | 10,7 | 83,9 |
| В % к расходам | — | 4,2 | 17,1 | 51,0 | 46,2 | 69,5 | 8,0 |
Распределение дотаций отражало относительную хозяйственную мощь отдельных союзных республик. Как правило, наиболее высокий процент дотаций был в бюджетах тех республик, которые были в дореволюционное время наиболее отсталыми в хозяйственном отношении. В этом наглядно проявлялась ленинская линия Коммунистической партии и Советской власти: оказывать максимально возможную помощь ранее наиболее отсталым республикам и национальным районам в целях преодоления этой отсталости и достижения ими уровня более развитых республик и районов.
Большое значение имели мероприятия по совершенствованию бюджетного планирования. Если государственный бюджет на 1921 г. составлялся еще на прежних, действовавших до нэпа, основаниях, то в бюджетах последующих лет все более полно находили отражение задачи, связанные с новыми принципами хозяйствования, с борьбой за ликвидацию бюджетного дефицита и стабилизацию валюты.
В связи с перенесением начала хозяйственного года с 1 января на 1 октября в 1922 г. государственный бюджет разрабатывался на девять месяцев — январь — сентябрь. Он был утвержден IX Всероссийским съездом Советов (декабрь 1921 г.) в качестве твердого бюджета в золотом исчислении и сводил бюджетный дефицит до 16,2% ко всем расходам. С 1923 г. бюджет стал исполняться посредством ежемесячных бюджетных планов, которые были вместе с тем и эмиссионными планами.
Важнейшая особенность бюджета на 1923/24 г. состоит в том, что он не только исчислялся, но и исполнялся (вначале частично, а затем полностью) в твердой валюте — червонцах. Это делало бюджет более реальным и устойчивым, исполнение его стало более планомерным. Бюджет оставался еще ориентировочным, так как недостаток средств требовал, в целях максимальной экономии, частого пересмотра ассигнований в течение года. Но успех денежной реформы позволил с июля 1924 г. отказаться от исполнения бюджета посредством ежемесячных бюджетных планов; в качестве твердых бюджетных планов стали применяться квартальные бюджеты.
В бюджетном плане на 1923/24 г. и его исполнении ярко проявились успехи борьбы за оздоровление государственного бюджета и всего денежного хозяйства. Несмотря на некоторое превышение плана по расходам, дефицит оказался ниже планового и составил лишь 5,5% всех расходов, что явилось результатом крупного перевыполнения плана доходов. XIII партийная конференция (январь 1924 г.) отметила: «Впервые мы имеем действительно соответствующие жизни бюджетные планы, которые в большей мере, чем до сих пор, позволяют предвидеть и рассчитывать в области государственного управления и хозяйства»298.
Резкое снижение бюджетного дефицита, соответствие бюджетных планов конкретным условиям хозяйственной жизни, значительный шаг вперед в достижении реальности государственного бюджета свидетельствовали об успехах хозяйственного и культурного строительства.
Пленум ЦК ВКП(б), состоявшийся в августе 1924 г., признал необходимым не включать в государственный бюджет на 1924/25 г. доход от бумажно-денежной эмиссии, сохранить наряду с ориентировочным годовым бюджетом, твердые квартальные бюджеты. Государственный бюджет 1924/25 г. был первым советским бюджетом, полностью выраженным и исполненным в твердой валюте. В нем совершенно не было натуральных поступлений (вследствие полного завершения перехода к денежным налогам), что несомненно усиливало его устойчивость. Это был первый советский бюджет, в котором не только отсутствовали доходы от бумажно-денежной эмиссии, но который был исполнен с превышением доходов над расходами.
В «Директивах по составлению единого государственного бюджета СССР на 1925/26 бюджетный год», утвержденных сессией ЦИК СССР в марте, 1925 г., предлагалось «перейти к твердому годовому бюджету, своевременно составляемому, согласованному со всеми планами хозяйственных отраслей, соприкасающихся с бюджетом, и утверждаемому до начала бюджетного года».
Государственный бюджет на 1925/26 г. был исполнен: по доходам — в сумме 4066,2 млн. руб., по расходам — 4050,9 млн. руб. Превышение доходов над расходами составило 15,3 млн. руб.
*
III Всесоюзный съезд Советов (май 1925 г.) отметил, что Советскому Союзу «удалось не только без иностранной помощи, а, наоборот, в условиях финансовой блокады, создать твердый финансовый порядок, дающий возможность наладить правильную работу Советского государства во всех отраслях»299. В быстрых темпах строительства советской системы финансов и кредита и укрепления финансовой мощи государства ярко отразились преимущества социалистического хозяйства.
В течение небольшого срока был создан разветвленный финансово-кредитный аппарат, налажена его деятельность. По названию финансовые и кредитные институты Советского государства были схожи с институтами России и зарубежных капиталистических стран. Однако это отнюдь не означало восстановления дореволюционной системы финансов и кредита. За одними и теми же названиями финансовых и кредитных институтов и приемами их деятельности скрывалась принципиально новая сущность. Содержание финансово-кредитных отношений изменилось коренным образом.
Исключительно большая роль в этот период принадлежала финансам и кредиту как рычагам народнохозяйственного планирования. Это было отмечено XIII партийной конференцией в резолюции «Об очередных задачах экономической политики»300. Бюджетное и кредитное планирование играло важнейшую роль в обеспечении плановой увязки развития отдельных отраслей хозяйства.
Государственный бюджет выступал в роли основного твердого государственного плана, имеющего силу закона. Бюджетные методы мобилизации средств и бюджетное финансирование использовались для воздействия на работу предприятий и отраслей народного хозяйства.
Советская финансово-кредитная система в целом была с успехом использована для упрочения позиций государственных и кооперативных предприятий, оказания помощи деревенской бедноте и середняцкому крестьянству, ограничения и вытеснения капиталистических элементов, для всемерного содействия такому подъему производительных сил, который обеспечивал победу социалистического сектора народного хозяйства и упрочение союза рабочего класса и крестьянства.