Глава 7. Короли маркетинга. ^{Тайная власть популярности и славы.}

Некая заморская королевская семья, согласно национальным опросам, теряла свою популярность. Публика сомневалась, как это случалось каждые несколько лет, достойна ли королевская семья своего статуса. Деньги налогоплательщиков, затраченные на содержание дворцов, оплату гвардейцев-охранников, внешние атрибуты королевской жизни, потраченные ради чего? Чем вообще занимаются королевские особы, чтобы оправдать свое содержание? Королевская семья оказалась в центре пиар-кризиса, и их советники были в отчаянии. Поэтому они позвонили мне.

Могу ли я помочь в укреплении имиджа королевской семьи? Посоветовать, как можно восстановить популярность среди населения? Другими словами, мог ли я способствовать обновлению бренда «королевская семья», вдохнуть в него новую жизнь?

После переговоров я стал работать на одну из самых знаменитых семей мира.

В принадлежности к королевской семье есть нечто разжигающее воображение и амбиции большинства людей. По большому счету кто не хотел бы принадлежать к знати и жить их жизнью: роскошные балы, элегантная одежда, изысканная пища, сверкающие бриллианты, внимательная прислуга? Особы благородных кровей являются персонажами всех сказок и легенд, которые большинство детей (да и многие взрослые тоже) читают или видят в кино. Как замечает Марта Тантос Аранда, менеджер по дизайну концептуальной лаборатории LEGO (Барселона, Испания), согласно проведенным компанией исследованиям, все маленькие девочки видят себя в будущем принцессами. «Даже когда они ложатся спать, берут с собой свои платья принцесс», – сказала она. Даже самые богатые и влиятельные люди планеты, от воротил бизнеса с многомиллионными состояниями до голливудских мегазвезд, теряют дар речи и смущаются, как дети при встрече с королевскими особами; даже богатейшие и успешнейшие владельцы международных компаний, включая Билла Гейтса, выкладывают огромные суммы за право пообедать с королевской семьей. В нашей культуре королевская семья – самая высшая каста: они самые знаменитые, они на вершине славы, у них самое высокое положение в обществе, им все завидуют.

Однако большинству людей неизвестно, как тяжело поддерживать этот имидж. Они не знают, что за кулисами королевская семья, по большому счету, такой же дорогой бренд, как и многие другие, и его тоже нужно тщательно, обдуманно и постоянно поддерживать и улучшать. Причем это весьма актуально, и королевские семьи всей Европы регулярно устраивают встречи, чтобы обсудить общие вопросы, обменяться опытом и наметить долгосрочные стратегии. Один очень известный человек сказал мне: «Разница между королевской семьей и торговой маркой в том, что торговая марка планирует на шесть месяцев вперед, а королевская семья обычно разрабатывает маркетинговый план на ближайшие 75 лет». Поддержание имиджа королевской семьи, помимо прочего, включает поддержание тонкого равновесия между фантазией и реальностью, между отдаленностью и близостью. Знати важно быть на виду, но если они примелькаются или станут слишком открытыми, то потеряют волшебство.

В 2003 году, например, когда репортер газеты Daily Mirror, который «под прикрытием» устроился в Букингемский дворец лакеем, сделал фото королевского стола, накрытого к завтраку, с пластиковым контейнером Tupperware на нем, публика была в ужасе [1]. Люди не хотели, чтобы члены королевской семьи пользовались пластиковой посудой! Они хотели, чтобы особы голубых кровей ели из позолоченных тарелок старинными серебряными ложками! Однако, если знатные особы ведут себя слишком надменно или властно, они рискуют показаться обычным людям, оплачивающим их счета, высокомерными, недоступными и отчужденными.

В нашей индустрии мы называем это феноменом «пыли фей», который восходит к идее о том, что каждый раз, когда знаменитости (и все, что они собой представляют) общаются с публикой, они или умножают, или теряют свое волшебство – свою «пыль фей». Когда становятся слишком открытыми или доступными, «пыль фей» рассеивается. Я провел довольно много времени в компании знаменитостей, и это правда – чем дольше вы с ними будете общаться, тем «обычнее» они будут становиться. Их загадочность, волшебство, и авторитетность исчезают – происходит «отчуждение бренда». Оптимальное количество «пыли фей» – шаткое равновесие, которое «бренды-знаменитости» должны поддерживать каждый день – вот почему, когда знаменитости встречаются со своими «преданными поклонниками», их менеджеры и публицисты обычно ограничивают эти встречи максимум получасом. И еще, не многим людям известно, что особы голубых кровей носят длинные перчатки не просто, чтобы элегантно выглядеть, а чтобы психологически дистанцироваться от публики.

С точки зрения истории королевские семьи действительно самые знаменитые в мире. Практически с самого начала цивилизации они были лицом своих стран для внешнего мира. Они символизируют ценности и традиции нации. Отмечая юбилеи, дни рождения, годовщины смерти и даже наступление нового года, члены королевской семьи объединяют граждан страны. Они представляют собой живое, активно действующее туристическое бюро, привлекающее в страну капиталы, бизнес и промышленность. Одним словом, они – бренды, и к тому же весьма прибыльные. В случае с британской королевской фамилией «связь между британской короной и корпоративным бренд-менеджментом не так сложна, как может показаться на первый взгляд», – говорится в одном исследовании. Там же указывается, что многие из членов королевской семьи называют монархию «Фирмой», и приводится цитата известного британского историка: «В век демократии корона, как и любой другой бренд, должна завоевать уважение людей» [2].

Можно даже сказать, что современный дом Виндзоров изобрел концепцию маркетингового «продвижения» королевского статуса. Чтобы контролировать имидж королевы и сделать так, чтобы она выглядела точь-в-точь так, как мы представляем ее по изображениям на марках, монетах, купюрах и календарях, Британская королевская семья создала «систему контроля имиджа». Поэтому, когда королева встречается с публикой на ужинах или официальных приемах, фотографировать ее разрешается исключительно придворному фотографу. Само собой разумеется, что каждому хочется сняться вместе с королевой, поэтому королевский фотограф готов сделать такие фото за хорошие деньги (можно также заказать снимок с королевой через Интернет).

Но вернемся к нашей королевской семье и их бренду, которые два года назад испытывали трудности и нуждались в инъекции «пыли фей». Я начал с кампании, взывающей к чувству национальной ответственности граждан страны (извините, не могу сказать, какой именно), напоминая публике, что каждая великая монархическая страна должна доверять и верить в свою королевскую семью. Многочисленные исследования показывают: если граждане страны верят во что-то, уровень смертности в государстве снижается и в целом люди становятся счастливее, дольше живут и меньше пользуются социальной помощью – всю эту информацию я постарался довести до сознания общественности. Я чувствовал также, что мы должны были напомнить гражданам страны: королевская семья всегда была олицетворением гражданственности, ответственности и общественного служения; королевские пиры и завтраки с шампанским стали достоянием прошлого. Соответственно, мы подобрали новые обязанности для королевской семьи, включая участие в избранных (но заметных для публики) благотворительных организациях.

Затем я нанял архивиста, чтобы он откопал старые книги с забытыми ритуалами, которые можно было бы восстановить. Мои исследования в течение многих лет показали, что у потребителей вырабатывается более сильная эмоциональная привязанность (и, соответственно, лояльность) к тем торговым маркам, которые поддерживаются ритуалами: создание атмосферы загадочности вокруг бренда или товара – это еще одна высокоэффективная стратегия брендинга. К счастью для меня, у королевских семей достаточно многовековых ритуалов, легенд, мифов, символов и церемоний, о которых не знает широкая общественность. Многие эти ритуалы рассчитаны на то, чтобы уберечь королевскую семью от неприятных моментов – и, в общем, «контролировать» публику (например, неписаные правила о том, что простолюдин не может заговорить с членом королевской семьи, если тот не обратится к нему первым, и что простолюдин должен употреблять надлежащий титул – оба этих правила напоминают, что обычные люди занимают подчиненное положение по отношению к блестящим, высокородным королевским особам). Королевская семья, на которую я работаю, даже проводит тренинги для своего молодого поколения, в которые, кстати, включается подобающий способ здороваться за руку с «простолюдином».

Во время работы с королевской семьей я узнал о многих секретных ритуалах и традициях, которые не имею права разглашать, но могу сказать следующее: каждая королевская семья мира знает, что самый лучший – и самый быстрый – способ повысить свою популярность – устроить бракосочетание одного из членов королевской семьи. (Вспомните хотя бы, как лихорадило СМИ при венчании принца Уильяма и Кейт Миддлтон, и вы поймете, что я имею в виду.) Второе место? Рождение ребенка в королевской семье. Так что высочайшим особам нужно побольше рожать. Хотите наверняка? Нужно родить королевскую двойню! Именно такой подвиг удалось совершить датской королевской семье в 2011 году, впервые в современной истории, что подняло рождаемость по всей стране на несколько процентов. Помните: чем больше будет принцев и принцесс, тем выше шансы королевских браков и рождений в будущем и, следовательно, непрекращающаяся популярность (теперь вы понимаете, что я имею в виду, когда говорю, что королевские семьи разрабатывают маркетинговые планы на десятилетия вперед).

Возможно, сейчас вы думаете: ну, хорошо, все это очень интересно, но какое это имеет отношение к нам? В конце концов, в США нет никакой королевской семьи. Хотя по сути это верно, но у американцев есть своя разновидность королевского достоинства. Брэд Питт, Анджелина Джоли, Риз Уизерспун, Джордж Клуни, Том Круз, Кэти Холмс, Уилл Смит, Джастин Тимберлейк, Ким Кардашян, Райан Сикрест, Барак и Мишель Обама и такое множество остальных, что устанешь перечислять. В нашей культуре знаменитости стали королями и королевами. И, можете не сомневаться, наши маркетологи и рекламисты сообразительно используют их славу для брендирования нашего сознания – точно так же, как советники королевских семей продают королевский бренд своим подданным.

Золушка действительно съела наших дочерей.

Возможно, сейчас вы с сомнением думаете: может ли знаменитый человек настолько сильно влиять на то, как мы тратим деньги? Ведь мы не настолько наивны?

Увы, настолько. Более того, притягательность знаменитости начинается в более раннем возрасте, чем вы можете представить. К тому времени, когда большинство мальчиков в США достигают возраста трех-четырех лет, они уже боготворят супергероев вроде Бэтмена, Супермена, Спайдермена, Иксмена или кого там еще маркетологи компаний Marvel или Pixar решили сделать популярным новым героем сегодняшнего дня. К восьми-девяти годам многие мальчики переносят свое эйфорическое увлечение на героев из плоти и крови – обычно на спортсменов вроде Дэвида Бекхэма, Дейла Эрнхардта, Дерека Джитера и Пейтона Мэннинга. Компаниям, конечно же, об этом известно, вот почему так много знаменитостей рекламирует товары для мальчиков. «Когда LEGO подписала контракт с Fеrrаri – в то время Михаель Шумахер еще не ушел из спорта – этот популярный конструктор стал пользоваться огромным спросом в Германии, – вспоминает Мэдс Ниппер, исполнительный вице-президент LEGO по рынку и товарам. – И потом LEGO смогла удержаться на гребне волны». Другими словами, может быть, LEGO и сильная торговая марка, но знаменитость оказалась еще сильнее.

Почему именно супергерои и звезды спорта? Помните, во второй главе я говорил о том, как основанный на страхе маркетинг играет на нашей боязни превратиться в нечто внушающее ужас? Что ж, маркетинговые стратегии, построенные на знаменитостях, рассчитаны так, чтобы произвести совершенно противоположный эффект: они обращены к нашим фантазиям о некоем идеализированном себе. С помощью своих психологических изысканий и наемных консультантов (можете мне верить, потому что я один из них) маркетологи прекрасно знают, что подавляющее большинство мальчиков мечтает вырасти сильными и смелыми. И, соответственно, их будут притягивать герои с особыми возможностями – сверхъестественными, спортивными или какими-то другими. Вот пример. Я знаю одного американца, которому, когда ему исполнилось пять лет, мама подарила черный костюм Бэтмена со всеми причиндалами. Сейчас он уже «мужчина в полном расцвете лет», но до сих пор помнит, каким могущественным себя чувствовал, когда сжимал в своей детской ручонке бумеранг в форме летучей мыши. Он не просто одевался в костюм Бэтмена, вспоминает он 45 лет спустя, он был Бэтменом.

А девочки? В целом девочек меньше привлекают могущественные персонажи. Их идеальные образы будущих себя – грациозные, женственные, невероятно прекрасные. Отсюда фантазии о принцессах, которые так распространены в нашей культуре. В своей последней книге «Золушка съела мою дочь» («Cinderella Ate My Daughter») журналистка Пегги Оренштейн пытается понять, почему принцесса стала синонимом идеала женщины. В числе прочих она упоминает «индустриальный комплекс принцессы» и способы, с помощью которых компании и маркетологи продают фантазию о принцессах нашим маленьким дочерям (и деньги гребут на этом лопатой). Как указывает Оренштейн, учитывая 26 тысяч наименований принцесс компании Disney на рынке, «принцесса – не только самый быстрорастущий бренд, когда-либо придуманный компанией; это крупнейшая франшиза на планете для девочек от двух до шести» [3]. Марта Тантос Аранда объясняет, что маленькие девочки начинают с того, что хотят быть принцессами, а потом «их ролевая модель – не только Ханна Монтана или юная гимнастка, которую они видели по телевизору, но – очень часто – эффектная, чуть постарше девушка-подросток с длинными светлыми волосами». Поэтому если принцесса от Disnеу это идеализированный образ раннего детства, то женский идеал девочки от 8 до 12 лет и для девушки-подростка лучше всего представлен (хотя и абсолютно не соответствует действительности) хорошо известной всем куклой Барби (которой в этом году исполняется пятьдесят четыре). Конечно же, у этой убойной блондинки случались свои кризисы, но, независимо от того, одобряете вы ее неестественные пропорции или нет, нельзя отрицать ее славы – и коммерческого успеха. По оценке компании Mattel, каждую секунду ежедневно в мире продают две куклы Барби, с ежегодными продажами, достигающими 1,5 миллиарда долларов [4] (что составляет одну пятую годового дохода компании Mattel). Если задуматься, совсем не удивительно, что Барби остается одним из самых знаменитых культурных символов – и одним из самых знаменитых брендов – прошедших пятидесяти лет. В конце концов, она была разработана и рекламировалась как идеал, к которому стремится каждая девочка или девушка, независимо от того, в каком десятилетии она родилась – быть красивой, эффектной, популярной и обожаемой.

Тем же самым привлекает гораздо более современный идол поп-культуры, Майли Сайрус. Объясняю (если у вас нет дочери от 8 до 12 лет): эта знаменитая молодая леди исполняет главную роль в фильме «Ханна Монтана», чрезвычайно популярном сериале о девушке-подростке по имени Майли Стюарт. Днем она обычная школьница, а вечером, замаскировавшись с помощью светлого парика, становится невероятно популярной поп-звездой под псевдонимом Ханна Монтана. Точно так же, как звезды спорта у мальчиков, Ханна Монтана апеллирует к представлениям об идеальных себе девочек от 8 до 12 лет и подростков. Сайрус – раскованная, неординарная, независимая и храбрая девушка – обладает всеми качествами, которые должен включать идеальный образ будущей себя для каждой неуверенной в себе девушки-подростка (кроме того, какая девочка, скажите мне, не изображает певицу перед зеркалом с импровизированным микрофоном в руке).

Если таковы герои нашего детства, что происходит, когда мы вырастаем? Конечно же, наше увлечение славой и знаменитостью не заканчивается в детстве. Все мальчики хотят стать супергероями, а большинство девочек – принцессами (хотя, конечно же, есть исключения), а идеал «будущего себя» большинства взрослых мужчин или женщин более или менее универсален: богатство, привлекательность, слава.

Меня несколько раз приглашали поработать над созданием «бренда» знаменитости, в последний раз это была известная телезвезда. В общем, для знаменитостей я использую тот же самый сценарий, что и для королевских особ – с некоторыми существенными различиями. В отличие от королевских семей, у знаменитостей нет родословных, истории, древних ритуалов и геральдики (кроме прохождения по красной дорожке во время бесчисленных ежегодных церемоний вручения наград). К тому же, в отличие от королевских семей, традиционные знаменитости добились славы благодаря своему таланту (хотя эти случаи становятся все более редкими – если не верите мне, посмотрите несколько выпусков «Танцев со звездами»), в чем бы он ни проявлялся: в театральном искусстве, пении, танцах или спорте (хотя привлекательная внешность сама по себе тоже много значит). Да, наши знаменитости – это своего рода одноразовые короли: они богаты, могущественны и окружены свитой агентов, менеджеров, публицистов и телохранителей. Но, самое главное, их объединяет наша зависть. Мы хотим быть ими. Поэтому, полагаю, неудивительно, что рекламисты и маркетологи платят знаменитостям всех мастей – от актеров до спортсменов и участников реалити-шоу – баснословные гонорары, чтобы те продавали нам все что угодно: одежду, автомобили, хлопья на завтрак и спортивные напитки.

Большинство людей осознает, что маркетинг знаменитостей существует (в конце концов, это трудно не заметить). Но многие не осознают его эффективности. Согласно результатам интернет-опроса, анкеты которого рассылались одиннадцати тысячам взрослых и подростков по всем США, большинство из нас верит, что знаменитости, фигурирующие в рекламе, не влияют – я повторяю, не влияют – на наши покупательские решения. Обратите внимание, более 80 процентов респондентов утверждали, что покупают те продукты, которые им нравятся, независимо от того, рекламировала ли их знаменитость или нет.

И знаете что? Я им верю. По крайней мере, я верю, что они не знают, что их соблазнил или убедил маркетинг знаменитостей. Но именно в этом суть. Как говорит главный маркетинговый аналитик NPD Insights, Маршалл Коэн, «иногда именно невидимое влияние привлекает внимание потребителя или подталкивает его к приобретению товара. Ассоциация со знаменитостью может быть мощным, воздействующим на подсознание фактором, влияющим на покупательские решения. В некоторых случаях он даже может быть причиной того, что бренд или продукт известен только потому, что с ним ассоциируется знаменитость» [5].

Исследования также показали, что, когда знаменитости появляются в рекламе или одобряют продукты, мы воспринимаем сообщение бренда как более аутентичное; к тому же это повышает узнавание и запоминание данного продукта. Когда мы видим некий товар (будь то духи, которыми пользуется Сара Джессика Паркер, крекеры Triscuits с изображением Рейчел Рей на упаковке, или кроссовки, в которых играет Рафаэль Надаль), мы машинально и часто неосознанно протягиваем руку и берем этот продукт, предпочитая его другим брендам, не ассоциирующимися со знаменитостями.

Есть даже свидетельства того, что убеждающая способность знаменитости биологически обоснована. Одно исследование в Нидерландах обнаружило, что одобрение знаменитостью продукта – в нашем случае пары туфель – фактически меняет активность головного мозга у женщин. В этом увлекательном исследовании ученые сканировали головной мозг двадцати четырех женщин, демонстрируя им цветные фотографии знаменитых и незнаменитых женщин, которые носили одну и ту же обувь. Результаты показали, что, когда женщины видели фото знаменитостей, наблюдался всплеск активности в той зоне головного мозга, связанной с любовью (средняя фронтальная кора головного мозга) – такой активности не наблюдалась, когда женщины смотрели на фотографии обычных женщин [6]. В результате еще одного, недавно проведенного в Великобритании, исследования обнаружилось, что даже фото знаменитостей с заурядной внешностью вызывает у нас более интенсивную реакцию, чем головокружительно красивая незнаменитость. Ученые пришли к заключению, что слава влиятельнее красоты, когда потребителя нужно убедить купить что-либо, к тому же возможно существование особой зоны головного мозга, которая запрограммирована позитивно реагировать на одобренные знаменитостями продукты [7].

Учитывая, что человека, по-видимому, от природы притягивает слава (кстати, тема знаменитостей, как и погоды или спорта, служит универсальной темой для разговора мало знакомых людей и помогает нам ощущать общность), я полагаю, вы не удивитесь, узнав, что за последнее десятилетие количество «знаменитых» людей в прессе утроилось. Да, это не ошибка: утроилось. Благодаря реалити-ТВ и Интернету, которые обеспечили новые (пусть и абсурдные) способы стать знаменитым, границы того, что называется «славой», расширились, превзойдя самые смелые ожидания. Знаменитости уже не только спортсмены и кинозвезды; сегодня знаменитыми становятся сенсации YouTube (как, например, Крис Крокер, «суперфан» Бритни Спирс), феномены MySpace (вспомните Тину Текилу), известные блогеры (например, Перис Хилтон) и, конечно же, персонажи реалити-шоу (их слишком много, чтобы называть по именам). Многие из них каким-то образом умудрились растянуть свои пятнадцать минут славы по меньшей мере на час. Соответственно, за прошедшее десятилетие процент рекламы с использованием знаменитостей по всему миру удвоился (приблизительно до 17 процентов) [8]. И давайте не будем забывать о тех, кто стал известен благодаря тому, что обслуживает знаменитостей: врачей, дантистов, пластических хирургов, агентов по недвижимости, шеф-поваров, блогеров, модных дизайнеров, косметологов, парикмахеров, медиапланировщиков, хореографов и флористов звезд. Как пишет Хэмиш Прингл в своей книге «Звезды в рекламе»[17], доля рекламы с участием звезд в Великобритании составляет одну пятую от общего числа, прирост почти на 100 процентов всего за одно десятилетие. В США эта доля составляет одну четвертую [9].

И это не только актеры, рок-звезды и баскетболисты, как это было в маркетинге знаменитостей в прошлом. Сегодняшними гарантами и публичными персонами, представляющими продукт, выступают ведущие шоу (Келли Рипа рекламирует Electrolux), шеф-повара кулинарных телепередач (Гордон Рамсей), бывшие боксеры (Джордж Форман демонстрирует свой гриль, хит продаж), политики (Боб Доул рекламирует Виагру), воротилы бизнеса (сооснователь Twitter Биз Стоун рекламирует водку Stolichnaya), потомки знаменитостей (Алекса Рэй Джоэл, дочь Билли Джоэла и Кристи Бринкли, рекламирует шампунь Prell) и разрушители семей (предполагаемая любовница профессионала гольфа Тайгера Вудса рекламирует интернет-аукцион Bidhere.com). Как вы скоро узнаете, компании и маркетологи не только знают, что границы славы расширяются, но изобретают всякие хитрые и секретные способы интенсивной эксплуатации нашего увлечения новой породой знаменитостей. Вот что делает знаменитостей таким мощным тайным манипулятором.

Хочу быть как Майк.

Пока мы не перешли на следующую страницу, давайте определим знаменитость как символ или знаковую фигуру, обладающую и представляющую разнообразные желаемые качества, к которым многие из нас стремятся. Это может быть красота, шарм, сексуальная привлекательность, эффектность, актуальность, манеры, скандальность, музыкальность, спортивность – да что угодно. Когда я говорю о маркетинге или рекламе, использующей знаменитость, я не говорю лишь о тех случаях, когда знаменитости просто дают бренду свое имя или их фото красуется на рекламном плакате или упаковке. Конечно, и эта тактика работает, но все гораздо сложнее. Я говорю о более тонком психологическом маневре, с помощью которого нас, потребителей, обманом заставляют верить, что знаменитость каким-то чуть ли не магическим способом переносит свои качества на продукт питания, напиток, машину, духи, крем для лица, аксессуары, кредитную карточку и пр. Они делают это очень искусно, и мы подсознательно убеждены, что, покупая упомянутый продукт, мы на самом деле приобретаем часть знаменитости.

Для многих из нас знаменитости – это живое воплощение мечты. Каждый раз, когда мы читаем светские новости или смотрим церемонию награждения, нас немедленно пленяют красные ковровые дорожки, платья за 10 тысяч долларов, привлекательные жены или мужья, красивый загар, пентхаузы на Пятой авеню и дома на побережье в Малибу. Во времена экономических неурядиц жизнь знаменитостей представляется особенно идиллической. Кажется, им не знакомы повседневные невзгоды и обязательства, составляющие большую часть нашей жизни (любопытно, Пегги Оренштейн пишет, что мода на принцесс возросла во время последнего экономического спада). Джулии Робертс наверняка не нужно брать вторую закладную, мрачно думаем мы. Почему я не могу жить, как она? Ну ладно, намекают рекламисты, купи такую же помаду, как у Джулии Робертс, или сумочку – и тогда, возможно, ты заживешь так же.

Если это звучит чересчур упрощенно или так, словно я, может быть, не доверяю потребителям, подумайте еще раз. Интересное исследование, проведенное учеными из школы бизнеса Фуко при университете Дьюка и из университета Ватерлоо (Канада), показало, что даже кратковременное воздействие признанного бренда – например, Apple или Coke – может заставить нас принять поведение, одобряемое или предлагаемое этими брендами [10]. Например, воздействие логотипа Apple – бренда, широко ассоциируемого с креативностью – заставляет людей мыслить более творчески. Итак, поскольку знаменитости необычные люди, не может ли воздействие их брендов передать нам частичку этого качества?

Несомненно, нанесение знаменитости на кожу – в виде крема для лица, духов или теней для век – помогает нам чувствовать себя намного ближе к любимой нами знаменитости и ко всему, что вызывает у нас зависть. Мы носим его или ее с нами целый день. И, соответственно, принимаем его или ее ценности и качества – манеру держаться, отношение, талант, индивидуальность, эффектность или обаяние. Короче говоря, мы становимся этой знаменитостью – где-то в глубине нашего мозга, во всяком случае. Наносите ту же косметику от Dоlсе & Gabbana, которой пользуется Скарлетт Йоханссон, и вы сможете стать такой же страстной и красивой, как Скарлетт. Купите дом, который ассоциируется с Ферги, пусть и опосредствованно (например, она когда-то жила за два квартала отсюда), и вы сможете видеть то же, на что когда-то смотрела она. Брызните на себя духами Дженифер Лопес или Холли Берри, и вы будете так же неотразимы, как они, и т. д., и т. п. Это может показаться преувеличением, возможно, даже невероятным. Однако существует психологический феномен под названием перенесение. Этот термин означает нашу способность подсознательно переносить наши чувства по отношению к одному человеку или вещи на других людей или другие вещи.

Пробовали когда-нибудь «диету Саус-Бич»? Разработанная доктором Артуром Агатстоном, кардиологом из Майами, и названная в честь фешенебельного района Майами, построенного в стиле арт-деко, эта программа питания поможет вам сбросить вес, устраняя тягу к сахару и крахмалосодержащей пище. Вообще-то, вы бы никогда не услышали об этой книге, изданной Rodale Press в 2003 году, если бы не случилось нечто невероятное.

Когда бывший президент Билл Клинтон, известной своим пристрастием к фаст-фуду, объявил в 2004 году, что ему должны провести операцию коронарного шунтирования, в интервью он упомянул о «диете Саус-Бич» [11]. Он также упомянул, что Хиллари Клинтон тоже придерживается этой диеты. Внезапно продажи книги взмыли в небо, Сегодня не только «Саус-Бич» стала одной из самых популярных диет в США (возможно, по популярности она уступает только диете Аткинса), но и книга доктора Агатстона превратилась в бестселлер (было продано свыше двух миллионов экземпляров книги) [12].

Казалось бы, этот заурядный эпизод демонстрирует, почему знаменитости – такой мощный фактор убеждения. Покупая книгу «The South Beach Diet», потребители могли приобщиться к культуре питания одной из самых знаменитых и влиятельных супружеских пар в истории Америки. В награду они даже могли скинуть и парочку собственных лишних килограммов. Каковы бы ни были ваши политические убеждения, каковы бы ни были ваши идеалы, уверен, что Клинтоны воплощают хотя бы некоторые качества из тех, к которым вы стремитесь. Власть. Интеллект. Харизма. Обаяние. Решительность. Кроме того, исследования обнаружили, что пища – мощный фактор эмоционального единения. Поэтому, когда мы готовим, например, курицу по любимому рецепту Билла Клинтона, это в буквальном смысле помогает нам чувствовать себя ближе к экс-президенту – точно так же, как если мы носим кроссовки, как у Майкла Джордана, и чувствуем, как они пружинят при ходьбе, нам кажется, что мы можем играть в баскетбол, как он. Или когда мы носим белье Celvin Klein, рекламируемое Кейт Мосс, и чувствуем, что оно облегает наши бедра, наверное, так же, как облегало ее, то воображаем себя такой же сексапильной, такой же соблазнительной, как она. Или когда мы едим Chunky Soup, суп из пакета от компании Campbell, мы можем ощутить себя таким же сильным, как квотербек бейсбольной команды Philadelphia Eagles Донован Макнабб – и представить, как болельщики рукоплещут нам, когда мы выходим на (воображаемое) поле.

В рациональном плане мы знаем, что это глупая фантазия. А что в эмоциональном? Совсем другое.

Рождение звезды.

Чтобы лучше понять, как компании используют этот фундаментальный аспект нашей психологии в своих интересах, давайте рассмотрим Vitaminwater – бренд (в настоящее время собственность Coke), который был бы ничем без знаменитостей. Несколько лет тому назад маркетологи Vitaminwater придумали очень хитрый план. Почему бы не дать знаменитостям акции компании в обмен на рекламу продукта? С помощью этого хитроумного плана они достигли двух целей. Во-первых, марка Vitaminwater получила звездную команду для рекламы (в том числе репера 50 Cent, который сделал состояние на акциях компании), которая обошлась ей довольно дешево. Во-вторых – что, вероятно, еще важнее – сейчас, когда знаменитости стали акционерами компании, у них появилась мотивация появляться перед камерой со сладким напитком в руке. Совсем недавно Эллен Дедженерес рекламировала диетический напиток Vitaminwater Zero в живом эфире, прямо посреди своего популярного ток-шоу. После нескольких глотков напитка Эллен – или, скорее, ее очень спортивная дублерша – делает заднее сальто на сцене, чтобы показать, что напиток наполнил ее энергией. Чем не реклама!

Маркетологи очень хорошо знают, что когда знаменитостей фотографируют или снимают на видео с неким продуктом, его продажи взлетают, особенно когда это «объективное» фото – снимок знаменитости, использующей продукт в «нормальной», повседневной жизни. Возьмем, например, 2007 год, когда бывшую участницу Spice Girls и жену знаменитого футболиста Викторию Бекхэм засняли на камеру при покупке доселе неизвестной поваренной книги «Skinny Bitch» («Тощая стерва») в лосанджелесском бутике. Хотя книга была бестселлером в Великобритании, в США она почти не пользовалась спросом. До тех пор пока ее не купила Виктория: как только фото попало в глянцевые журналы, продажи книги в Интернете достигли 37 тысяч экземпляров, в сама книга восемьдесят четыре недели провела в кругу избранных – в списке бестселлеров New York Times [13].

Но, конечно же, эти фото не так уж «объективны», как кажется. Прекрасно осознавая, что такого рода снимки могут быть золотой жилой, маркетологи и рекламисты очень настойчиво – и умело – пытаются поймать и заснять на камеру знаменитостей, пользующихся их продуктом или торговой маркой. Vitaminwater вполне преуспели в этом во время Недели моды в 2009 году, когда компания в качестве угощения положила бутылки с напитком на кресла первого ряда у подиума – где обычно сидят мегазвезды, – гарантируя тем самым, что камера заснимет, как легионы посетительниц VIP-класса, от Сары Джессики Паркер до Тайры Бэнкс и Хайди Клум, будут пить напиток или хотя бы на пару секунд возьмут бутылочку в руки.

Очевидно, для эффективного убеждения знаменитостям даже не обязательно быть людьми. В Южной Америке один из спонсоров телевизионного реалити-шоу La Granja VIP – производитель торговой марки Masterdog, корма для собак. Чтобы выделиться из мельтешения множества тридцатисекундных рекламных роликов (как вы, возможно, помните из моей предыдущей книги, чем больше торговая марка интегрирована в содержание телевизионной передачи, тем выше вероятность того, что потребители запомнят ее), компания Masterdog настояла, чтобы в реалити-шоу появился новый участник – золотистый ретривер по кличке (конечно же) Мастер. Четвероногий участник был настолько популярен и о нем так много говорили, что пес сразу стал знаменитым. Конечно же, продажи корма для собак резко увеличились [14].

Интересно, что могущество знаменитости в какой-то мере передается даже по наследству их детям. Несколько лет назад новости Fox News сообщили о детях Анджелины Джоли и Брэда Питта, что «весь мир подражает этим малышам… коляскам, прическам, футболкам усыновленных зарубежных детей. Люди – сообщали журналисты, – буквально копируют стиль приемных детей Джоли – камбоджийского мальчика Мэддокса и его глазастой эфиопской сестрички Захары» [15]. Например, когда Мэддокса сфотографировали в футболке с надписью «Human Cannon Ball», продажи товаров InkyDinkTees, компании – производителя футболок, тут же выросли [16]. По всей видимости, как утверждает представитель компании, интернет-магазин InkyDinkTees спрашивает покупателей: «Как вы о нас узнали?», и большинство клиентов, удосужившихся ответить, написали: «Видели футболку Мэддокса». Кажется, мы хотим буквально все, что есть у Анджелины и Брэда; как сказала Шэрил Картер-Шоттс, директор организации Americans for African Adoption, в интервью журналу People, ее организацию «захлестнул поток звонков и электронных писем от людей, желающих получить информацию», после того как журнал опубликовал статью об удочеренной Джоли эфиопской девочке [17]. От ВаbуВjоrn Original (марка детской коляски, которую предпочитают богатые и знаменитые) до подгузников Marc Jacobs и даже подгузников от модных дизайнеров (да, дизайнер Синтия Роули объединилась с компанией Pampers, чтобы создать одиннадцать разных стилей и моделей подгузников, которые можно купить в Таrgеt) [18], если мы ассоциируем что-либо со знаменитостью, значит, должны купить то же самое для нашего ребенка.

А как вам такой факт – знаменитости влияют даже на выбор имени для наших детей? В 2009 году, по данным Социального управления США, быстрее всего завоевывали популярность такие имена, как Малья (имя старшей дочери президента Обамы) для девочек и Каллен (фамилия главного героя-сердцееда в сериале о вампирах «Сумерки», снятом по мотивам одноименного бестселлера Стефани Майер). Их популярность разделили имена Джейкоб и Белла, также герои «Сумерек» (если честно, имена Джейкоб и Изабелла популярны уже более десяти лет, но совсем не случайно они поднялись на первые место в списке в тот год, когда увлечение «Сумерками» достигло своего пика) [19]. В 2009 году также набирали популярность такие известные имена, как Хлоя (в честь Хлои Кардашян), Скарлетт (в честь Скарлетт Йоханссон), Вайолет (имя дочери Бена Аффлека и Дженнифер Гарнер) и Валентина (дочь Сальмы Хайек) для девочек; а у мальчиков популярными стали имена Джетт (в честь сына Джона Траволты), Ромео (новорожденный Дэвида Бекхэма и Пош Спайс) и Мэддокс (см. выше). Среди имен, исчезающих из первой сотни – по мере того как карьера носящих их знаменитостей клонится к закату, а популярность падает, – были Линдсей (в честь Линдсей Лохан) и Тори (в честь Тори Спеллинг).

Сделать так, чтобы мы почувствовали себя знаменитостями или царственными особами (или некой причудливой комбинацией обоих), – вот суть давно изобретенной маркетинговой стратегии в таких сферах, как туризм, отельный бизнес, банковский бизнес и азартные игры. Эти компании прекрасно понимают, что никто из нас не хочет чувствовать себя простым смертным. Вот почему уже свыше тридцати лет компания American Express демонстрирует своих знаменитых пользователей – Роберта Де Ниро, Джерри Синфилда, Квинси Джоунс и, из последних, Тину Фей; они должны заманивать потребителей в эксклюзивный «клуб» (который, кстати, совсем даже не эксклюзивный, ведь любой, кто согласится платить заоблачный ежегодный взнос, может в него войти). Создание иллюзии эксклюзивности оказалось весьма эффективным средством, и компании всех мастей пытаются заманить нас самыми разными средствами, от повышения «уровня членства» и статуса приоритетности до сапфировых карточек, серебряных карточек, золотых карточек, титановых карточек, президентского лимузина, членства в Изумрудном клубе, элитных номеров в отелях – все перечисленное, могу добавить, рекламируется какой-нибудь знаменитой личностью. Помните забавную рекламу American Express, которая появилась на экране несколько лет назад, в ней Тину Фей не пускают в VIР-салон аэропорта, и она чуть не упускает шанс сесть рядом с самим Мартином Скорсезе… до тех пор, пока жизнерадостный работник аэропорта наконец не сообщает ей, что все в порядке и она может войти по своей зеленой карте AmEx! Рекламное послание подобных роликов интерпретируется так: покупайте наш товар или нашу услугу, и вы сможете наслаждаться тем статусом, теми же льготами и даже той же славой, что и ваша любимая знаменитость.

«Благодаря маркетологам и интерактивным телевизионным программам, открывающим нам доступ к эксклюзивности, VIP-статус стал более достижимым, – рассказал мне импресарио ночного клуба в Лас-Вегасе. – Это не имеет никакого отношения к социальному статусу. Это только деньги, разновидность позерства – одномоментное ощущение элитарности». Он вздохнул. «Следует задуматься, сто́ит ли платить 600 долларов за водку Grey Goose, которая вообще-то сто́ит 30 долларов, просто чтобы на одну ночь почувствовать себя знаменитостью?».

Могу признать, что даже профессионал маркетинга вроде меня может попасться на этот крючок. Более двенадцати лет я летал самолетами Lufthansa Airlines. Ввиду моих частых перелетов и благодаря бессчетному количеству набранных полетных миль, я уже давно стал пассажиром с одним из самых высоких рейтингов. Недавно я прилетел в аэропорт Цюриха в Швейцарии и пошел в зал ожидания первого класса, где дежурная вежливо проинформировала меня, что из-за внутренних изменений, о которых очень долго и скучно рассказывать, мне теперь не хватало двух тысяч миль, чтобы стать «членом клуба». Меня понизили до уровня «сенатора», и мне это не понравилось. Эй, я не хочу быть сенатором! Подобно Джорджу Клуни в фильме «Мне бы в небо», я хотел достичь самого элитного статуса, который только был возможен! Даже несмотря на то что я знал: вся эта история с клубным членством была маркетинговой тактикой, тщательно спланированной, чтобы сделать меня постоянным клиентом компании Lufthansa, я почувствовал боль отторжения и неполноценности. Какая же вы жалкая и ничтожная личность, сенатор Линдстром! – сказал я себе.

Я прекрасна, спору нет.

Когда я захожу в Sерhоrа, международную сеть косметических магазинов, меня приветствует новый постер с фотографиями актрис Дакоты Фаннинг и Кристен Стюарт. Это реклама их нового фильма «Runaways» («Беглецы»), в котором рассказывается история рок-певицы 1970-х годов Джоан Джетт и ее гранжевой группы из одних девушек. Реклама гласит: «Эти косметические средства использовались в фильме «Беглецы», чтобы воссоздать сексуальный макияж для глаз в стиле 1970-х». Похоже, три продукта из коллекции косметики – ключ к тому, чтобы ваши глаза стали темными и выразительными – квинтэссенция красоты рокерш тех времен [20].

Одним словом, этот рекламный плакат говорит о том, что молодые женщины не только могут выглядеть, как Дакота Фаннинг и Кристен Стюарт, но могут соединиться с самой Джоан Джетт. Это двойной удар: косметические секреты легендарной рок-звезды и модных молодых звезд, играющих легендарных рок-звезд!

Не знаю, как по мне, все они выглядят, как обдолбанные еноты.

Но не только эти знаменитые лица вы увидите в магазине Sephora. В магазине примерно 250 тысяч продуктов, но мой взгляд привлекает задняя стена с надписью огромными буквами «Врачи».

Поскольку границы знаменитости трещат по швам, почему бы компании Sephora не прорекламировать парочку знаменитых врачей. Давайте посмотрим. Первым в списке стоит знаменитый дерматолог и автор бестселлеров доктор медицины Николас Перрикон, который «рекомендует» – то есть рекламирует – не только дорогостоящие средства по уходу за кожей в ассортименте и косметические наборы (его RX3, средство против старения кожи с функцией поддержания водного баланса, сто́ит 603 доллара), но и «нутрицевтические» БАДы – специальный комплекс доктора Перрикона из девяноста девяти нутриентов, которые якобы улучшают наше здоровье, оптимизируют энергию и помогают контролировать вес. Облаченный в белый халат доктор Перрикон, частый гость передач Oprah, Toda» и 20/20, мелькает на страницах буквально всех крупных газет и регулярно участвует в телепродажах товаров на канале QVC (естественно, у него есть популярный блог, впечатляющее количество последователей на Тwittеr и даже собственное приложение на iРhоnе), выглядит точь-в-точь как старший, более строгий брат Дэвида Хассельхоффа (который на съемках отказался входить в воду, потому что это было вредно для его кожи). Некоторые кремы против морщин и увлажнители для кожи даже расфасованы в старомодные бутылочки из коричневого стекла, которые можно видеть в аптеках-музеях, для создания «медицинской» атмосферы. Знаменитость в сочетании с ностальгией, как вам нравится?

Презентационный набор знаменитого доктора Перрикона – косметический комплекс, рекламирующий «секреты доктора Перрикона для знаменитостей – для сияющей, молодой, великолепной кожи». Помимо того, в аптечку входит «Нейропептидный контур для лица, незаменимая вещь в Голливуде», который сто́ит 325 долларов и служит «секретным оружием на красной ковровой дорожке» [21]. По соседству со стеклянным алтарем доктора Перрикона в магазине находится линия товаров по уходу за кожей, продвигаемая другим знаменитым врачом, доктором Денисом Гроссом. Гросс постоянно появляется на страницах таких глянцевых журналов, как Vogue, Ell» и Наrреr’s Bazaar – по крайней мере, если верить его сайту, где (еще одно признание власти знаменитости или, по меньшей мере, ее иллюзии) нас приглашают вступить в VIР-клуб красоты [22]. Короче говоря, врач звезд говорит нам, что мы можем выглядеть, как звезды. Что может быть убедительнее?

Проникновение медицины в индустрию красоты должно показаться окончательной печатью одобрения, эквивалентом положительной рекомендации лечащего врача. Вот почему потребители видят все больше обнадеживающих надписей «Рекомендовано стоматологами» и «Одобрено дерматологами» на пузырьках с лекарствами и товарах по уходу за кожей. Есть даже отдельная торговая марка, которая называется Physicians Formula, но, если посетить сайт этой марки, врачей там нет и в помине [23].

И все-таки, кто же эти знаменитые стоматологи и дерматологи, которые ставят свои печати на самых разных медицинских препаратах? Какая именно у них квалификация? Хороший вопрос. Беглый взгляд на мелкий шрифт с текстом лицензий ни о чем не говорит (хотя в Германии, например, многие торговые марки обошли эту проблему, провозглашая: «Одобрено женами врачей»). Правду говоря, все фармацевтические компании щедро платят врачам, которых нанимают в качестве консультантов; многие из них даже являются членами правления косметических компаний. Другими словами, врачи и дерматологи, «одобряющие» эти продукты, благодаря своему положению получают некоторую долю от общей прибыли компании. И все компании охотно платят таким врачам. Почему? Потому что, как вы узнаете позже, рекомендации «экспертов» стоят своего веса в золоте.

В магазине Sephora, через два ряда полок, меня снова начинают соблазнять знаменитостями: линия продуктов для ухода за кожей, разработанной компанией Philosophy. Эту торговую марку, как утверждает ее сайт, обожают знаменитости, дерматологи и, самое главное, наши клиенты» [24]. Многие остроумные названия продуктов от компании Philosophy заимствованы у Голливуда – например, Dark Shadows («Мрачные тени», в честь популярного сериала о вампирах 1960-70-х годов), Miracle Worker («Сотворившая чудо», по одноименному фильму, получившему «Оскар»). Неподалеку меня поджидает Hollywood Insider Collection торговой марки LORAC, (которая называет себя «Red Carpet Authority»), предлагающая «Полный доступ к советам и секретам VIP-красоты от визажиста знаменитостей Кэрол Шоу». Текст рекламы продолжает: «Кэрол лично отобрала свои любимые продукты LORAC, обязательную принадлежность базового набора косметики, в их числе: пудра Perfectly Lit in Spotlight, губная помада Couture Shine Liquid Lipstick in Vintage, румяна Baked Matte Satin Blush in Hollywood, тушь Special Effects Mascara и эксклюзивные тени для век Bronzed Bombshell Eye Shadow Trio. Красота по ту сторону кулис с Ноllуwооd Insider Collection от компании LORAC!» Эта реклама шепчет (или кричит) вам на ухо, «Этими продуктами пользуются все твои любимые знаменитости. Почему не ты?»

Я знаменитость – значит, я бренд.

Кстати, мы еще не закончили осмотр магазина Sephora. Вряд ли найдется более подходящее место для изучения маркетинга знаменитостей в действии, чем полки с духами и туалетной водой, названной в честь Хэлли Бери, Мэрайи Кэрри, Элизабет Тейлор, Шанайи Твейн, Бритни Спирс, Фейс Хилл, Гвен Стефани, Сары Джессики Паркер и Бейонс Ноулз (которая, кстати, появляется также в рекламе Pepsi, Verizon, Samsung, L’Oreal, Vizio, Nintendo, American Express, House of Dereon, сумочек Samanta Thavasa и воды Crystal Geyser).

Что касается мужского пола, многие марки туалетной воды связаны с такими знаменитыми именами, как Джастин Тимберлейк, Дэвид Бекхэм, Ашер, Тим Макгроу, Андре Агасси и даже Дональд Трамп. «Мы уверены, что мужчины всех возрастов хотят почувствовать часть страсти и вкуса к роскоши мистера Трампа», – сказал президент компании Aramis Фабрис Вебер [25]. Однако, как оказалось, не хотят. Это одно из немногих исключений, когда имя знаменитости на товаре не подействовало. Через несколько лет после того, как туалетная вода оказалась на полках магазинов, как заметил один наблюдательный блогер, Donald Trump for Men можно было купить на распродаже в магазине T. J. Maxx за 8 долларов (первоначальная цена 48 долларов) [26]. Последний писк? Eau de Bruce Willis, описанный производителем как «самый мужественный запах в мире»; аромат, который передает «силу, уверенность и искренность» актера [27].

Конечно же, продвижение с помощью знаменитостей не является чем-то новым в многомиллионной индустрии запахов. Десятки лет назад производители ароматов и рекламисты поняли, что знаменитое имя могло способствовать формированию тесных связей потребителей с торговой маркой. И в то же время знаменитости осознали, что у них есть возможность заработать миллионы долларов, лицензируя свои имена и изображения ароматам. Отвечайте не раздумывая, какие самые успешные духи всех времен, ассоциирующиеся со знаменитостью? Ответ: White Diamonds и Элизабет Тейлор с продажами на текущий момент более чем на миллиард долларов (как правило, при такого рода сотрудничестве знаменитость получает от 5 до 10 процентов от объема продаж) [28].

Знаменитости давно осознали свою ценность не только для парфюмерных и косметических компаний, но и для индустрии моды. Итальянский дизайнер одежды Джорджио Армани (сейчас уже сам по себе знаменитость) начал с того, что открыл в Лос-Анджелесе студию и вербовал знаменитостей, чтобы они носили его одежду. Это способствовало сегодняшней одержимости одеждой, которую знаменитости носят во время вручения «Оскаров», «Золотых глобусов» и прочих бесчисленных наград.

В последние годы, однако, знаменитости пошли еще дальше. Угасающие звезды поняли, что владение собственной линией продуктов и выведение ее на рынок не только приносит прибыль, но и помогает вдохнуть новую жизнь в их карьеру. Для Дженнифер Лопес, лицензировавшей свое имя для дюжины наименований духов, эта тактика стала невероятно прибыльной. В 2006 году, по данным журнала Forbes, опубликовавшему список двадцати самых богатых женщин шоу-бизнеса, продажи духов Лопес не только принесли ей 77 миллионов долларов из ее чистого капитала в 100 миллионов долларов [29], но и обеспечили Джей-Ло дополнительную известность и рекламу, что, несомненно, помогло ей выбраться из застоя и получить несколько продюсерских ангажементов, а также роли в фильмах «Если свекровь – монстр» и, совсем недавно, «План Б».

Однажды исполнительный директор парфюмерной компании, принимавший участие в выводе на рынок парфюмерной линии звезды международного класса, рассказал мне интересную историю. Звезда, знаменитый певец и актер, никогда в своей жизни не пользовался одеколонами (только никому не говорите) и не имел понятия о том, что ему делать, поэтому представители компании пришли к нему домой в поисках вдохновения. Они переходили из комнаты в комнату, делая заметки о его вкусе и стиле (ничего особенного, по отзывам моего приятеля), пытаясь определить, какие ценности он представлял и что символизировал для своих поклонников в целом мире. Отталкиваясь от этого, представители компании вернулись и составили несколько разных запахов. Звезда выбрала один из них, и деньги полились рекой. Производство тары и аромата обходятся очень дешево, но благодаря брендовому имени знаменитости люди готовы выложить 60, 80, 100 и больше долларов за несколько унций одеколона.

Конечно же, бренды знаменитостей необычайно успешны и в других категориях продуктов. Если бы вы спросили группу пятнадцатилетних подростков, кто такой Пол Ньюман, большинство из них ответили бы: «майонез» или «лимонад». Дело в том, что в 1982 году, после завершения многолетней актерской карьеры, Пол Ньюман вместе со своим другом, писателем Хотчнером, основал небольшой бизнес по выпуску фасованных пищевых продуктов в Коннектикуте. Ньюман занялся этим скорее ради собственного развлечения, чем ради прибыли. Он оценивал ежегодный потенциал продаж примерно в 1200 долларов; но в реальности за прошедшие двадцать шесть лет торговая марка Newman’s Own принесла ему почти 300 миллионов долларов (которые были распределены между различными благотворительными организациями).

Кроме того, многие знаменитости не просто создают и продают бренды, они сами и есть бренды. Дэвид Боуи был первым поп-идолом, применившим классические тактики маркетинга для брендинга (и ребрендинга) самого себя. Точно так же, как успешные торговые марки вроде Pepsi, Old Spice и Niке постоянно меняют дизайн своих упаковок, логотипов и модифицируют свой публичный имидж, Боуи в 1973 году, в зените своей славы, сбросил свои многочисленные личины глэм-рокера, неверного друга Уорхола и Зигги Стардаста. Прощай, Зиги, здравствуй, кто-то там. На обложке альбома Diamond Dogs Боуи изображен наполовину человеком, наполовину собакой. Для своего следующего альбома Боуи трансформировался в элегантный, хотя и несколько неприятный, образ Изможденного Белого Герцога. Во время своего мирового турне в конце 1980-х годов, когда Боуи объявил своим поклонникам, что в последний раз исполнит свой «старый материал», «это был громадный пиар-успех, способствовавший взлету продаж его переизданных альбомов» [30]. И, как следовало бы сделать любой прибыльной торговой марке, несколько лет спустя, в 1997 году, Боуи выпустил ценные бумаги, обеспеченные активами, на прежние и текущие доходы. Сделка (и сопутствующий пиар) принесла певцу симпатичную сумму в 55 миллионов долларов [31].

Мадонна, конечно же, еще один мастер искусства персонального ребрендинга. Большинство людей знает, что за годы своей карьеры она сменила несколько имиджей, но им неизвестно, насколько стратегически и расчетливо она работает над проекцией каждого своего «брендового имиджа» для каждого нового музыкального релиза. Бывшая хорошая, а ныне испорченная девочка, девственница в белом, привидение в каббалистических бусах, бледное подобие Мэрилин Монро из Мичигана, робот с конусообразными грудями или британская экспатриантка, помешанная на йоге, перевоплощения Мадонны на публику – настоящий гений маркетинга. Джеффри Катценбергу, бывшему председателю совета директоров компании Walt Disney Studios, приписывают такие слова: «Она постоянно развивается, никогда не стоит на месте. Каждые два года она изобретает новую внешность, новый способ подать себя, новую позицию, новый номер, и новый дизайн. И каждый раз приходит успех» [32].

А сейчас я посвящу вас в то, как Мадонна это делает. Для каждого нового CD Мадонна составляет коллаж из журнальных фотографий, рисунков, и новостей о последних и самых передовых тенденций культуры сегодняшнего дня – и завтрашнего тоже. Если верить слухам, после этого Мадонна вместе со своей креативной группой и продюсерской командой начинает создавать образ, под который подстраивается все, от обложки компакт-диска и одежды, которую она носит, до ритма музыки. Это один из способов, с помощью которых Мадонне удается поддерживать свой сильный бренд и при этом оставаться культурно актуальной, даже держаться на шаг впереди. И именно поэтому аудитория воспринимает ее как никогда не стареющую (об этом говорит тот факт, что среди поклонников Мадонны огромное количество подростков, а ведь по возрасту она годится им в матери). И именно благодаря этому Мадонне удается оставаться, в некотором смысле, «вне времени».

Именно таким образом создаются многие бренды. Поверьте мне, я применял точно такие же техники сотни раз. Я просил большую группу потребителей вырезать из журналов и газет фотографии и газетные заголовки, чтобы проиллюстрировать «чувство», «ощущение» или «ценность», которые клиент хочет воплотить в своем продукте, затем презентовал коллаж компании-разработчику. Я даже просил исполнительных директоров и главных финансовых директоров выбрать человека, чьей деловой и маркетинговой проницательностью они восхищались и у которого, по их мнению, могли бы многому научиться; и девять из десяти ответили: «Мадонна». Почему? Она может заново изобрести себя и мгновенно реагирует на новые тенденции. В результате поклонники Мадонны эмоционально привязаны не только к ее музыке, но и к самому бренду Madonna.

Кстати, о звездах вне времени. Некоторые из них так умело остаются вне времени, что практически достигли бессмертия. Помните, в начале 1980-х годов Майкл Джексон снялся в рекламном ролике для Pepsi, где его волосы случайно загорелись? По всей видимости, исполнительный продюсер Ральф Коэн припрятал обгоревшие кудри Джексона и хранил их почти тридцать лет. Когда в 2009 году Джексон умер, Ральф Коэн продал волосы коллекционеру Джону Резникоффу, который связался с чикагской ювелирной компанией LifeGem, изготовляющей дорогие алмазы из волос. В результате компания LifeGem объявила о планах выпуска (то есть продажи) «ограниченной партии» бриллиантов, изготовленных из волос Майкла Джексона, или, по незабываемому выражению основателя компании LifeGem Дина Ванден Бизена, «Мы планируем предоставить людям возможность владеть бриллиантом, сделанным из ДНК Майкла Джексона… И ожидаем большого интереса» [33]. Вы удивитесь после этого, когда узнаете, что на прошлогоднем аукционе в Беверли-Хилз рентгеновский снимок головного мозга Альберта Эйнштейна был продан за 38 750 долларов, а пара флаконов из-под медикаментов, которые принимала Мэрилин Монро (я не шучу), ушла за 18 750 долларов? [34].

В наши дни знаменитости – особенно это касается музыкального бизнеса – не существуют без плана маркетинга. Все больше звезд поп-музыки окружают себя экспертами по маркетингу, которые должны помочь им не только определить свой имидж и ценности, но решить, что делать, куда двигаться и как воздействовать на определенную аудиторию. Бренд-менеджмент, одним словом.

Музыкальный менеджер Лари Рудольф широко известен как лучший в своем деле. Ему принадлежит не только честь открытия Бритни Спирс (которую он выбрал из многих выпускников The Mickey Mouse Club, стоящих на пороге славы, за ее дерзкую манеру «сексуальной старшеклассницы»), но и управления брендом Бритни Спирс с 1999 по 2004 год и снова в 2007 году. Именно Рудольф настаивал, чтобы Спирс прошла курс реабилитации, когда она стала пить и увлеклась наркотиками в 2007 году – что громко обсуждалось в прессе, – и когда Рудольф и Спирс расстались. Однако как только Бритни освободилась от зависимости, она снова наняла Рудольфа. Таким образом, именно он организовал ее возвращение спустя много месяцев, скажем так, «необычного» поведения – что само по себе было маркетинговым подвигом. Существенным компонентом успешного возвращения Спирс был «документальный фильм без купюр» о ее жизни под названием «Britney: For the Record», показанный MTV в 2008 году. Большинство зрителей были поражены тем, какой приземленной, осмеянной, униженной и обычной предстала певица – и прониклись новым сочувствием к горестям, сопровождающим ее скандальную славу. Естественно, компания MTV не упомянула – да и зачем? – что подбор всех этих документальных кадров «без купюр» тщательно контролировался менеджером Бритни Ларри Рудольфом (следует добавить, что Ларри также представляет другие мегабренды, такие как Джастин Тимберлейк и 98 Degrees).

Поскольку многие звезды сами по себе бренды, они могут назначать самые высокие цены за честь своего присутствия на различных событиях – премьерах новых фильмов, демонстрациях мод, иудейских праздниках бар-мицва и бат-мицва[18]. По оценке блога Fashionista в 2010 году, гонорар за присутствие таких мегазвезд, как Бейонс, Рианна и Мэгги Гилленхааль начинается со 100 тысяч долларов. За те самые десять минут, утверждает Fashionista, звезды второго ряда, от Хилари Дафф до актрис сериала «Сплетница», получают около 25 тысяч долларов. Однако есть предел: знаменитостей третьего разряда – Пэрис Хилтон и участников реалити-шоу Jersey Shor на МТV – просто не приглашают [35].

Я играю врача в кино.

В 2002 году ведущие шоу Today решили выпустить новую передачу, Книжный клуб шоу Today (Today Show Book Club). В тот же день, когда они впервые обнародовали свой список лучших книг, эти книги немедленно заняли верхние позиции в рейтинге компании Amazon, а на следующей неделе заняли видные позиции в списке бестселлеров New York Times. Еще больше повысить продажи могла только личная рекомендация Опры Уинфри.

Если вы когда-нибудь посещали один из огромных книжных мегамаркетов Barnes & Noble или Borders, или любой другой мегамаркет, будь то Target, Best Buy или Walmart, вам легко понять, почему посетители с благодарностью воспринимают указания по навигации по этому кажущемуся безбрежным морю книг и так легко откликаются на рекомендации, что почитать.

Интригующий трюизм – очень широкий выбор зачастую оставляет потребителя неудовлетворенным, а также снижает вероятность покупки. Да, вы не ошиблись: когда дело касается покупок, меньше всегда означает больше (а вы, наверное, удивлялись, почему обычно выходите из Веst Buy с пустыми руками или почему, когда в ресторане вам вручают толстое, как книга, меню, вам хочется выйти и найти ближайший McDonald’s). Очень просто: нас парализует страх выбрать не ту или слишком дорогую вещь.

Чтобы доказать это, в одном из своих любимых экспериментов я предоставил дюжине участников две возможности: они могли выбрать одну шоколадку из коробки с тридцатью разными сортами шоколада или из другой коробки, в которой было всего шесть сортов. Знаете, что случилось? Подавляющее большинство выбрало коробку с шестью сортами шоколада – еще один аргумент в пользу того, что чем у́же наш выбор и меньше вариантов, тем выше вероятность, что мы что-нибудь выберем и купим.

Недавно я долго беседовал с руководством известной сети книжных супермаркетов. Уже перед уходом я попросил работников магазинов провести для меня подобный эксперимент – убрать семь или восемь демонстрационных столов, расположенных у входа магазин и в центре зала, и оставить всего один. Я попросил их разместить на оставшемся столе примерно десять книг. (Обычно на одном столе в книжном супермаркете размещается минимум сорок книг.) Неделю спустя мы проанализировали общий доход магазина. За каких-то семь дней продажи магазина повысились на два процента (может показаться, что не очень много, но это огромный доход для книжного магазина). Короче говоря, когда потребителям стало не нужно выбирать из множества книг, сотни из них вышли из магазина с приобретением.

Итак, учитывая страх, испытываемый нами перед необходимостью выбора, разве не было бы здорово, если бы кто-то другой – и не просто кто-нибудь, а знаменитость – сделал этот выбор за нас? В конце концов, даже в Великобритании королевская семья веками royal warrant – «королевское разрешение», печать одобрения, престижа и высокого качества – появляется на ряде предметов роскоши. «Люди обращаются за одобрением, потому что это знак отличия», – говорит Пиппа Даттон из Rоуаl Warrants Association. Это очень способствует торговле, потому что люди говорят: если уж королева покупает в этом магазине, он должен быть хорошим. Это очень способствует торговле за рубежом» [36]. Для компании или производителя признание в качестве поставщика королевской семьи означает достижение вершины амбиций – а потребители, в свою очередь, думают: если этим товаром пользуется королевская семья, оно должно быть самого лучшего качества. В результате тысячи образцов товаров ежемесячно появляются на ступеньках королевских дворцов.

Именно этим явлением объясняется не только то, почему мы несемся покупать книги, рекомендуемые книжным клубом Today, но и то, почему так много врачей знаменитостей торгуют своими косметическими товарами в магазине Sephora. Я называю это явление «слепым доверием».

С помощью исследования школы медицины университета Эмори, проведенного в 2009 году под руководством доктора медицины Грегори Бернса, профессора нейроэкономики и психиатрии, было установлено, что люди перестают мыслить самостоятельно, когда человек, которого они воспринимают как эксперта, предлагает им совет или указания. В ходе исследования ученые попросили добровольцев принять самостоятельное решение. В другом случае добровольцы получили консервативный совет от финансового «эксперта», который гарантированно понижал результаты. Затем исследователи просканировали мозг волонтеров.

К удивлению ученых, результаты функциональной магнитно-резонансной томографии показали, что под влиянием «экспертного» мнения (даже несмотря на то что оно было не слишком удачным) те зоны головного мозга, которые принимают участие в рассмотрении других вариантов, оставались почти совершенно неактивными [37]. По-видимому, получение «экспертного» совета отключает те зоны головного мозга, которые регулируют процесс принятия решений, особенно когда ситуация связана с риском (интересно, что те зоны головного мозга, в которых рождается скептицизм и бдительность, также снижают активность во время молитвы) [38]. «Результаты активации мозга подсказывают, что доверие к эксперту запускает процесс ускоренного принятия решения», – утверждает доктор философии Моника Капра, соавтор исследования. Бернс добавляет: «Это исследование показывает, что мозг снимает с себя ответственность, когда вызывающий доверие авторитет дает свою оценку. К сожалению, это может причинить человеку зло, если «эксперт» окажется некомпетентным или коррумпированным» [39].

Поскольку мы преклоняемся перед славой и богатством, линия между экспертом и знаменитостью практически стирается. Помните старый анекдот: «Я не врач, но играл врача в кино»? Выходит, в этой шутке много правды. Возьмем, например, Билла Косби. Как рассказывается в одной научной статье, на пике своей популярности, когда в сериале «Шоу Косби» он играл врача (а также любящего отца целого выводка детей) по фамилии Хакстейбл, Косби также снимался в серии чрезвычайно успешных рекламных роликов желе и пудингов Jell-O. Почему эти коммерческие ролики оказались такими действенными? Эксперимент, результаты которого были опубликованы в журнале Social Cognitive and Affective Neuroscience, «выявил, что разовое воздействие комбинации эксперта и объекта ведет к долговременному позитивному воздействию на память, формируя позитивную установку в отношении объекта» [40].

Сто́ит ли после этого удивляться, что знаменитые эксперты вроде доктора Гросса, доктора Перрикона, Марты Стюарт или любого другого, кто дает советы или консультирует на телевидении (многие из них, как это ни парадоксально, эксперты только потому, что они знамениты, а знамениты потому, что они эксперты), имеют множество восторженных поклонников? Когда мы слышим их «экспертное мнение», то неосознанно отключаем те зоны головного мозга, которые отвечают за принятие решений. В результате мы слепо следуем советам, часто теряя при этом сотни и тысячи долларов.

Готова к съемке крупным планом.

Легендарное высказывание Энди Уорхола о славе – «В будущем каждый получит свои пятнадцать минут славы» – повторяли так часто, что в конце концов даже ему это надоело. «Мне надоела эта реплика, – объявил он в конце 1970-х годов. – Я больше никогда не стану ее повторять» [41].

Сегодняшняя слава проходит быстрее, чем пятнадцать секунд. «Цена славы упала на самое дно», – заметил писатель Брюс Горовитц в USА Today, когда в прошлом году производитель одежды компания American Eagle объявила, что всего лишь за цену рубашки, джинсов или пары носков потребители смогут показать свое лицо миру на огромном билборде, размещенном на двадцатипятиэтажном здании компании на Таймс-Сквер. Но на самом деле находчивые маркетологи American Eagle выяснили, как растянуть несколько коротких секунд славы на целую вечность – и за счет этого получить бесплатную рекламу в неограниченном количестве. Они знали, что в современном цифровом мире молодые потребители постоянно пользуются Интернетом, поэтому сфотографируют свое лицо на билборде на цифровой фотоаппарат или смартфон, выложат фотографии в Fасеbоок, сообщат об этом своим друзьям на Тwittеr, и так далее, экономя American Eagle бессчетные миллионы долларов на бесплатной рекламе – и становясь еще более знаменитыми [42].

Общеизвестно, что сегодня стать знаменитым чрезвычайно легко. Настолько легко, что в прошлом году я заключил с продюсером Today пари, что смогу сделать знаменитым человека «с улицы».

Я познакомился в Кристой Брунсон, которая работает за сценой (не перед камерой) над внешностью участников популярной утренней телепередачи, в которой я представлял свою последнюю книгу. Я объяснял мою теорию о знаменитости: если человек окружает себя правильными вещами (и правильными людьми), можно без труда внушить публике, что он – знаменитость. Меня спросили, смогу ли я это доказать. Я решил, что мы сделаем из Кристы «знаменитость» и посмотрим, как люди на это отреагируют.

В 6:00 утра Криста показалась в гримерке NBC. Она выглядела потрясающе, как всегда: молодая, привлекательная и собранная (хотя явно нервничала). Спустя десять минут, по просьбе специально нанятого косметолога, Криста сняла свою обычную косметику, и личный стилист начал трудится, добиваясь полной трансформации ее внешности. Прошло немного времени, и волосы Кристы стали пышными, губы блестящими, щеки бронзовыми, а глаза выразительными. Потом мы нарядили ее в обтягивающее кожаное платье, узорчатые колготки, лакированные кожаные сапоги, снабдили дорогой сумочкой от Сhаnеl, огромными солнечными очками, и – заключительный штрих – микроскопической собачкой по кличке Зак. Но, погодите, это ее не все. Каждому известно, что знаменитости редко приходят одни, поэтому мы организовали для нее фальшивую свиту, включая личного фотографа, телохранителя (чтобы сдерживать обожателей на расстоянии, конечно же) и телеоператора из NВС.

Криста Брунсон была готова стать звездой собственной жизни – моментальная сенсация, будущее сокровище нации.

С окружившей нас съемочной группой мы вышли из студии Today в Рокфеллер-центр и направились к Пятой авеню. Фотограф начал щелкать фотоаппаратом, когда Криста, следуя моим указаниям, стала разглядывать витрины магазина Saks. Я сказал ей, чтобы она шла неторопливо, с ленцой, как это принято у знаменитостей, и не выходила из роли, что бы ни случилось. Сначала ни одна живая душа к нам не подходила. Затем – никогда такого раньше не видел – люди начали появляться буквально из ниоткуда и толпиться вокруг, словно перед ними была Джулия Робертс или Кира Найтли. Из ниоткуда! Многие были убеждены, что видели ее прежде и стали снимать ее на мобильные телефоны, а другие, тоже уверенные, что она знаменитость, подходили к окружению, чтобы расспросить о ней.

В какой-то момент член свиты Кристы сообщил ей о расписании на этот день. В ответ Криста, играя свою роль, громко объявила, что на ланч желает коктейль «Мимоза» с шампанским, а ближе к вечеру – массаж глубоких тканей. По мере ее продвижения по Пятой авеню толпа все увеличивалась. «Криста, что вы наденете на вручение Оскара?» – выкрикнул один из подставных папарацци. «Вы спите с Пейтоном Мэннингом?» – спросил другой. Когда люди подходили к Кристе за автографом, она писала свое настоящее имя. Никто ничего не заподозрил.

Когда мы возвращались обратно в студию, один человек рассказал мне, что видел Кристу на концерте и даже перекинулся с ней парой слов после этого. Не то чтобы он перепутал ее с какой-то знаменитостью; он был твердо убежден, что это была именно она.

Как я и предсказывал, создать знаменитость проще простого. Дорогой антураж. Темные очки. Великолепная одежда. Обувь от модного дизайнера. Породистая собака размером с крысу. Это наводит на мысль: если подделать знаменитость так легко, значит, не так уж важно, кто мы на самом деле, гораздо важнее – какие бренды представляют нас.

А это прекрасно известно большинству компаний и маркетологов.