19. Лидер и пассионарий.

Говорить о лидерстве в русской книге и не вспомнить понятие пассионарности – это, как минимум опрометчиво и неосмотрительно. Как же можно забыть Льва Николаевича Гумилева?! Как же можно не воздать ему должное?! Никак нельзя!!!

Начнем с того, что Лев Гумилев был энциклопедистом, и работал он на стыке географии, истории, психологии, социологии, философии и этнографии. Да, если твоими родителями являются Николай Гумилев и Анна Ахматова, тебе просто некуда деваться, надо соответствовать уровню.

Разумеется, мы рекомендуем вам самостоятельно почитать его книга, особенно те, что написаны на основании аудиоархива. К примеру, «Струна истории» или «Конец и вновь начало». В этих книгах причесанные лекции. И, когда читаешь, создается впечатление, что ты сидишь в переполненном зале и, затаив дыхание, слушаешь. И время бежит так быстро, что девяносто минут лекции превращаются в девять минут. События просто разворачиваются перед твоими глазами. И ты приближаешься к истинному значению многих вещей…

Итак. В. И. Вернадский ввел понятие геобиохимической энергии живого вещества. К ней, к примеру, относится энергия, которая усвоена растениями за счет фотосинтеза. Затем она приобретается животными через пишу. Геобиохимическая энергия побуждает все живое размножаться.

По всей видимости, данная энергия усваивается и человеком. Разная степень количества и качества такой энергии обуславливает пассионарность – особое свойство характера людей. Слово «пассионарность» образовано от латинского «passio», что означает «страсть». Никто не сможет дать лучше определение основного термина в теории, как сам автор данной теории. Вот что говорит Л. Н. Гумилев.

«Пассионарность – это характерологическая доминанта; это непреоборимое внутреннее стремление (осознанное или, чаще, неосознанное) к деятельности, направленное на осуществление какой-либо цели (часто иллюзорной). Цель эта представляется пассионарной особи ценнее даже собственной жизни, а тем более жизни и счастья современников и соплеменников».

Пассионарность рассматривается в контексте развития этноса. Этносы – это русские, немцы, французы, кубинцы, эллины, римляне. Более всего в нашем понимании слово «этнос» соотносится со словом «народ». Хотя понятие «этнос» и шире, и глубже. Да и многим тем, кто жил в советское время, порядком надоело словосочетание «советский народ». Гумилев, несмотря на то, что жил и работал в советское время, ни слова про «советский народ» не упомянул. Думаю, на это были причины (хотя бы то, что он при советах дважды ни за что сидел в лагерях). Так вот, к примеру, российский суперэтнос сформировался между мусульманством и западноевропейским миром. Суперэтнос делится на этносы – великороссы, белорусы, карелы, черемисы. Этнос, в свою очередь, делится на субэтносы. К примеру, великороссов в 14–15 вв. н. э. можно было разложить на московитов, поморов, донских казаков и так далее. В основе этнического различия лежит разница в поведении людей, составляющих этнос. Помните, что русскому хорошо, то немцу – смерть. Этнос – это сообщество людей, которое отличается от других этносов стереотипными реакциями и своеобразием поведения и тем, что противопоставляет себя всем другим.

Этносы развиваются по своим законам. Здесь мы подходим к понятию «этногенез» – развитие этноса. Как это случается? Л. Н. Гумилев провел множество исследований, он всю жизнь этим занимался. И занимался очень увлеченно, и плодотворно. На основании изучения развития и изменения 40 этносов Гумилев предложил обобщенную кривую этногенеза. Посмотрите на нее.

Развитие этноса начинается с пассионарного толчка. Что это такое? Это резкий и мощный вброс энергии, который приводит к некоторой мутации. Как правило, мутируют некоторые люди. В результате данной мутации люди становятся пассионарными. Причем пассионарность может сочетаться с разными способностями, как высокими, так и низкими. Пассионарность не относится к этике и нравственности, поэтому одинаково быстро порождает подвиги и преступления, диструкцию и творения. Пассионарность может служить как добру, так и злу. У пассионарности могут быть разные модусы. Это может быть гордость и тщеславие, которые порождает непомерную жажду власти и славы. Это может быть алчность, из которой произрастает как жадность скупого рыцаря, так и невероятный объем знаний, накопленный великим ученым. Как вы понимаете, пассионарность может служить и во благо, и во вред. Модусом пассионарности может быть также ревность, из которой в одном случае произрастает необыкновенная жестокость, а в другом случае – мученичество.

Мы все ближе и ближе подходим к нашему основному вопросу данной главы! К какому? Как взаимосвязаны пассионарность и лидерство? Это синонимы, это дополнительные понятия, взаимосвязанные вещи, это разные понятия? Мы замечали неоднократно, что некоторые люди свободно пользуются понятием «пассионарность» в повседневной речи (не перевелись еще просвещенные умы в России!). И мы также замечали, что люди, чаще всего, когда используют слово «пассионарий», имеют в виду особый, яркий вид лидерства.

Сам автор теории, Л. Н. Гумилев, разделял пассионарность и лидерство. Вот что он говорил. «Есть мнение, довольно глупое мнение, которое было высказано, <…> что все пассионарии – это люди, которые хотят лидерствовать и быть вождями.

Рис. 64. Этногенез по Л.Н. Гумилеву.

Так это товарищи, не верно, – скажу я вам». И сразу после такого резкого утверждения Гумилев начинает рассказывать о Ньютоне, который был явным пассионарием, посвятившим свою жизнь исключительно двум вещам – созданию механики и толкованию Апокалипсиса (про первое мы знаем все, про второе – малая часть). Ньютона больше ничего не интересовало, у него не было жены, он не копил богатства. А когда король Англии сделал его пэром, то он исправно ходил на все заседания, но ничего не говорил. И только однажды он сказал: «Закройте форточку». Тем и запомнился в истории английского пар ламентаризма! Ньютон, по мнению Гумилева, не был лидером, но был пассионарием, потому что постоянно трудился над научными и теологическими вопросами первостепенной важности. У него были и поклонники, и враги. Модус его пассионарности – алчность. Он собирал знания.

Гумилев говорит, что «лидерство и пассионарность – это понятия иногда совпадающие, но по большей части нет»! Хеопс построил себе пирамиду ради тщеславия. Он был одновременно, по мнению Гумилева, и лидером, и пассионарием. Герострат, который сжег храм Артемиды Эфесской, не был лидером, но был пассионарием. А так как у него не было возможности как-то себя проявить, а очень хотелось, он взял, да поджег святыню. Тем и знаменит!

Жанна д'Арк была пассионарием. Она очень любила Францию и очень хотела ее спасти. Она освободила Орлеан и короновала Карла VII (который потом, через 12 лет, ее, кстати, предал, подписав мирный договор с англичанами). Жанна д'Арк не стремилась к высоким постам при дворе, она просила ее отпустить. Но ее не отпустили, а взяли да сожгли. Получается, что Жанна д'Арк была, в первую очередь, пассионарной личностью, а уж во вторую очередь лидером, и то по необходимости. Ее сделали лидером те, кто ее любил и шел за ней на смерть.

Пассионарность проявляется во время пассионарного толчка, при котором заражается не отдельный какой-то человек, а этнос в целом. Александр Македонский был и лидером и пассионарием, но и вокруг него было множество пассионариев.

И тут надо притормозить в своем повествовании, так сказать, спешиться, и приглядеться к великому Александру. Зададим несколько вопросов. Что заставило Александра Македонского пойти на Грецию, затем на Персию, потом на Среднюю Азию и, в конце концов, на Индию? Что его постоянно влекло? Что ему не давало покоя? Александр исключительно силой своего личного обаяния поднял македонских крестьян и повел их за собой на персов, которые этим крестьянам ничего плохого никогда не делали. Когда Александр завоевал Грецию и Малую Азию, он разгромил войско Дария и двинулся на Палестину и Египет. Александр завоевывает неприступный город Тир. Бежавший в прошлый раз Дарий предлагает Александру все земли к западу от Евфрата. Товарищ Александра, Парменион, говорит: «Если бы я был Александром, я бы на это согласился». А Александр изящно отвечает: «И я бы на это согласился, если бы был Парменионом»! Красиво, черт побери! Очень красиво!

По приказу царя войско дальше идет на восток. Они берут город Персеполь («Истахр» по-персидски), устраивают огромный пир и по пьяни поджигают великолепный дворец персидского царя. Александр потом оправдывает это местью за то, что когда-то давно персы сожгли афинский Акрополь, который, кстати сказать, уже давно греки восстановили, сделав его уже не из дерева, но из мрамора. И автор концепции пассионарности и этногенеза, Л. Н. Гумилев, спрашивает: «Для чего все это»?

Будем внимательно вглядываться дальше. Александр Македонский завоевывает Персию, проходит через восточные пустыни Ирана. Дария убивают свои же. Александр ловит убийцу и распинает его на кресте. Вроде бы все, с Персией и ее лидером покончено. Но он говорит: «Вперед, на Согдиану, на Среднюю Азию»! Войско доходит до Сырдарьи, захватывает Бактрию (это горные районы Афганистана), Александр женится на красавице Роксане (кстати, в фильме Оливера Стоуна она не так уж и красива; не изучайте историю по фильмам!). Царя влечет все дальше и дальше, и он идет на Индию! Там вмешивается в междоусобную войну, помогает слабому победить сильного, причем придумывает, как справиться с боевыми слонами. Несколько храбрых воинов бегут на слона с ножами, некоторым из них удается пробежать до задних ног, и они режут поджилки (а души раздавленных героев улетают на небеса). Александр доходит до Бенгалии. Ему уже не только его товарищи, но и все войско говорит, что очень любит его, но хочет вернуться домой, потому что война бессмысленна. Они так далеко дошли, что даже добычу некуда деть. Если ее отправлять почтой, то по дороге ее воруют либо свои интенданты, либо разбойники.

Александр, отправив больных и раненых на кораблях через Персидский залив, возвращается. По пути назад в одном городе, которые отказался открыть им ворота, он сам первым залез по лестнице на стену вместе с четырьмя воинами и из-за того, что единственная длинная лестница сломалась, он оказался в окружении врагов. При виде этого в войске появился новый порыв, и они спасли своего Александра, попутно стерев город с лица земли так, что даже название в современности не осталось! Александр приходит в Вавилон, объявляет его столицей и затем в 33 года умирает, то ли от истощения, то ли от яда.

Итак, снова вопрос. Зачем он все это делал? Арриан с его слов записал, что он «хотел так прославить себя и свой народ, чтобы о нем говорили в веках и по всему миру». Он этого достиг. Но империя, которую он создал, потом развалилась. Всех его жен и детей поубивали, чтобы наследников не было, а земли и богатства разделили между собой его товарищи: Антигон, Селевк, Птолемей и Пердикка (дурацкое имя, и как он с ним жил!).

Спросите себя, хотели бы вы прожить такую жизнь, как Александр? Да или нет? Хотели бы вы прожить такую жизнь, как Александр Македонский? Если да, то, возможно, вы тоже пассионарий. Подобный Александру. Или безумец. Александр шел всю жизнь к цели, может быть, иллюзорной, но шел, не останавливаясь. Это качество пассионария. И вокруг него было много пассионариев. И его полководцы – диадохи, и даже рядовые воины.

Гумилев утверждает, что пассионарность заразите льна. К примеру, взять войну 1812 года. Наша национальная гордость! Если вы житель Санкт-Петербурга, то обязательно прямо сегодня езжайте к Казанскому собору (и даже не думайте сомневаться или лениться), встаньте к нему лицом таким образом, чтобы с одной стороны у вас был памятник Барклаю-де-Толли, а с другой стороны – памятник Кутузову (есть там один питерский прикол, но он, вообще-то, достаточно пикантный, если не пошлый, чтобы о нем вот так в открытую рассказывать; скажу только, что встать тогда нужно так, чтобы оба памятника были справа от вас). Если вы живете в другом городе, то, когда будете у нас, обязательно посетите это место, чтобы поразмышлять над лидерством и пассионарностью. Итак, вы стоите между Кутузовым и Барклаем-де-Толли. Это два героя войны с Наполеоном. Генерал Барклай-де-Толли был умным, храбрым и дальновидным. Он составил план победы над Наполеоном. Но вот незадача. Его не очень любили офицеры и солдаты…

После того, как наши отдали Смоленск французам, главнокомандующим вместо Барклая-де-Толли делают Кутузова. Последний смог зажечь и наэлектризовать солдат так, чтобы те стали еще более стойкими и окончательно уверовали в свою победу. Кутузов берет план Барклая-де-Толли и побеждает. Почему? Потому что, по мнению Гумилева, заражал своей пассионарностью. «Пассионарность заразительна, она ведет себя, как электричество при индуцировании соседнего тела». Вот точные слова Гумилева. И здесь-то мы и начинаем спорить с мэтром!

Я думаю, что когда он говорит об умении пассионария вдохнуть в своих людей волю к победе, он все-таки говорит о лидерстве. Во всяком случае, примеры он приводит лидерские. Кутузов, Суворов. Последний в течение нескольких месяцев одерживает три блестящие победы: 28 апреля 1799 года сражение с армией Моро на реке Адда, 19 июня 1799 года победа над армией Макдональда в битве на реке Треббия, 15 августа того же года – полное поражение армии Жубера при Нови. Здесь-то понятия лидерства и пассионарности окончательно перемешиваются. Но этого нельзя делать. Потому что, если эти два слова будут обозначать одно и то же, то ценность понятия «пассионарность» приблизится к нулю. Ну, есть еще один синоним, ну и что? Бегемот, гиппопотам, какая разница?! Вы же, наверное, чувствуете, что в пассионарности есть свой глубокий смысл?

Понятно, что Гумилев, вводя термин «пассионарий», делая его ключевым в своей теории, говорит об особом феномене. И он не зря связывает понятие пассионария и этноса. Одно без другого даже и не рассматривается.

Чтобы доказать, что пассионарность существует, Гумилев приводит множество примеров. Один из них про Луция Корнелия Суллу, жителя древнего Рима. Он был одарен, красив, умен, богат, и происходил из аристократической семьи. И жить бы, да жить… Но был у него тайный противник – Гай Марий – первый полководец в Риме, который одерживал одну победу за другой. «Почему он, а не я»? – постоянно думал про себя Сулла. И так усердно и долго думал, что попросился офицером к Марию. Марий ему предложил штабную работу, но Луций отказался и поехал на передовую. Там он творил чудеса доблести и настойчивости. Победил нумидийскую конницу, вытребовал себе у мавританского царя бежавшего к нему предводителя врагов Югурту и привез его в цепях в Рим. Гумилев задается вопросом. Зачем все это было нужно Луцию Корнелию Супе? Ради денег? Нет.

Деньте забирал Марии. Автор концепции пассионарности отвечает на вопрос таким образом. Сулле это было нужно для того, чтобы «ходить по Форуму в толпе и говорить: “Нет, все-таки Марии дурак, а герой-то я"»!

Луций не успокаивался. Когда кимвры и тевтоны напали на древний Рим, то он вызвал вражеского лидера на поединок и в честном бою на глазах у всех убил его. Но это еще все цветочки, ягодки в этом примере-повествовании только впереди! Приготовьтесь, уважаемый читатель!

Понтийский царь Митридат поднял массу людей против Рима, объявив себя освободителем Востока от римских захватчиков. Естественно, Луций Сулла вмиг попросился на передовую. Но на этот раз сенат ответил ему «Нет», послав управлять войсками кого-то из людей так ненавидимого Суллой Мария. Тогда Луций поднял своих верных солдат и пошел с ними в поход. Но не на Митридата, а на Рим! Он вошел в сенат в сопровождении войска и потребовал, чтобы его направили биться против Мигридата. Так сенат и решил, не без некоторого давления, конечно.

Марий тем временем захватывает власть в Риме в свои руки (если вы читали историю Древнего Рима, то знаете, что там очень часто власть переходила от одного к другому за счет военных переворотов) и начинает истреблять друзей и союзников Суллы. Луций не мог сразу вернуться в Рим. Он сначала окончательно разбивает войско Мигридата, а уж потом бросает свои легионы против войск Мария. И, разумеется, выигрывает. Марий убегает в Африку, где и погибает. Что же делает Сулла? Ну, во-первых, он выписывает проскрипции – списки людей (из бывшего окружения Мария, естественно), которых надо было казнить. Луций сразу сказал, чтобы беспредела не было, а казнили исключительно по этим проскрипциям. Во-вторых, Луций Корнелий Сулла становится пожизненным диктатором Рима.

Но и это еще не все! Чем заканчивается, по вашему мнению, сия история?

В конце концов, Сулла говорит, что порядок в Риме наведен, а значит, можно опять всю власть отдать сенату. И он восстанавливает республику! А сам уходит восвояси, сложив с себя полномочия. Вот это да! Существует красивая легенда, что когда Луций удалялся (для кого-то в ореоле святости, для кого-то в тумане безумия), какой-то молодой задира, если не сказать хам, стал над ним издеваться, отпуская различные саркастические замечания. Тогда Луций обернулся и сказал: «Из-за таких, как ты, следующий диктатор не снимет уже с себя власть»! И удалился… Вот так!

Красивая история, правда? Зачем же нам рассказывает ее Гумилев? Для того, чтобы доказать, что такие люди так поступали именно потому, что были пассионариями. Луций, как и Александр Македонский, жаждал славы! И ее добился. И когда понял, что уже не забудут его в веках, тогда и ушел со всех постов. У пассионарности может быть несколько так называемых модусов, или воплощений. Власть – один из модусов. Алчность – второй модус. Алчность в знаниях также возможна. Ведь мы уже упоминали Ньютона. И опять мы подходим к двум вопросам, ради которых и затеяли всю эту главу. Первый. Что такое пассионарность? Второй. Чем пассионарий отличается от лидера?

Попробуем ответить.

Есть пассионарность, а есть инстинктивность. Пассионарность противоположена инстинктивности. К примеру, людьми управляет инстинкт самосохранения, как личный, так и видовой. Поэтому люди заботятся о себе и своих детях. А пассионарность имеет обратное направление, противоположный вектор, который побуждает людей жертвовать собой и своими близкими ради таких вожделений, как: тщеславие, честолюбие, гордость, алчность, ревность. Пассионарность в человеке может создавать образ далекой цели. Причем, как утверждает Гумилев, часто эта цель бывает иллюзорной. Пассионарность – это антиинстинкт. Примеры тех, у кого вектор пассионарности сильнее вектора инстинктивности, мы уже приводили. А вот если уровень пассионарности и инстинктивности у человека одинаковый, то получается «гармоничная личность». Как Андрей Болконский. Ну, а что происходит, когда уровень инстинктивности человека больше уровня пассионарности? Здесь Лев Николаевич вводит такое понятие, как субпассионарий – человек, который подчинен инстинктам. Герои Чехова, по мнению, Гумилева, все как один субпассионарии: «человек в футляре», «Ионыч» и так далее. Субпассионарии тормозят развитие и движение вперед. Они тяготеют к стабильности. «Как бы чего не вышло». Как вы понимаете, такие настроения для этноса тоже могут иногда быть полезными. Только неверно понимать, что Пассионарий – это всегда Лидер. А субпассионарии – это толпа, и что толпа только из субпассионариев и состоит. Пассионарий может быть лидером, но не обязательно. В момент пассионарного толчка в этносе появляется сразу много пассионариев, которые и двигают свой народ к развитию и достижениям (или к уничтожению, рабству и деградации; мы знаем примеры). Кто-то из этих пассионариев становится лидером, а кто-то под предводительством лидера следует за ним на подвиги. Подобно тому, как конкистадоры следовали за Кортесом, Кисадой и Писарро. Они там все были сплошные пассионарии. Просто в то время количество пассионариев в Испании приблизилось к максимуму. Вот им уже и не хватало родной территории, вот они и осваивали Южную Америку (благодаря чему теперь там практически все говорят по-испански). Так что, в толпе тоже могут быть пассионарии. И немало. А вот когда толпа состоит из одних субпассионариев, она превращается в… (но не будем о грустном).

Если уровень пассионарности слишком мал, то субпассионарий подчинен самым элементарным, если не низменным инстинктам. К гримеру, алкоголик, который пропивает последнее, не думая о завтрашнем дне (только не подумайте, что я говорю обо всех алкоголиках; они бывают разные; алкоголизм в России заслуживает особого уважения; а мало-мальски нормального лидера-мужчину, не прошедшего в свое время стадию жестокой алкоголизации (главное, чтобы он оттуда выбрался), вообще можно признать либо немцем, либо нонсенсом, либо издевательством над русским этносом).

Похоже, что ситуация с пассионарностью и лидерством становится яснее. Мы уже поняли, что не каждый пассионарий лидер, и не каждый подчиненный – субпассионарий. Группа может состоять сплошь из одних пассионариев и, наоборот, исключительно из одних субпассионариев. Возможен также вариант собрания «гармонических личностей» (звучит, согласитесь, смешно), у которых уровни инстинктивности и пассионарности равны друг другу. Пассионарий может быть лидером. Примеров тому немало. А вот может ли быть лидер без пассионарности? Без(с) сомнения! Во-первых, у лидера уровень пассионарности и инстинктивности может быть одинаковым. Тогда получается уравновешенный человек, обладающий лидерскими способностями. Во-вторых, даже среди субпассионариев могут быть лидеры. К гримеру, эмоциональные лидеры, которые заражают остальных каким-то своим настроением. Или субпассионарий может быть лидером за счет больших знаний. Тогда получается экспертное лидерство. В технических коллективах руководитель может быть по своей сути субпассионарием, но его огромный опыт и знания дают ему возможность лидировать своим мнением и поведением.

«А что идеально»? – спросите вы. Или не спросите? Ну, как же, как же! Вопрос-то интересный. И не праздный. И еще один вопрос. Я прямо-таки чувствую его на ваших устах! Как соотносится пассионарностъ и харизматичность? Ну, вот. Только показалось, что все становится более или менее ясным. И тут на тебе! Да, скажу я вам, подобные переживания – участь лидера. Немного терпения, и нам все будет ясно (или нет, или наполовину). Ответим сначала на второй вопрос, про связь пассионарности и харизматичности. Я полагаю, что харизматичность – это пассионарностъ с модусами «жажда власти» и «жажда славы». То есть у харизматичного человека должна быть выраженная пассионарностъ, которая превалирует нащ инстинктивностью. И модусом этой пассионарности может быть либо жажда власти, либо жажда славы. Либо и то, и это одновременно! Таков мой ответ. Можете спорить. Ну?!

А по поводу первого вопроса? По поводу того, какое соотношение инстинктивности и пассионарности в лидере идеально, я отвечу чуть позже.

Давайте вернемся к рисунку «Этногенез по Л. Н. Гумилеву».

Все начинается с пассионарного толчка. Первый толчок был в XVIII веке до нашей эры, он повлиял на египтян и хеттов. В VIII веке до нашей эры толчок пришелся на римлян, галлов и эллинов. В I веке нашей эры пассионарный толчок ощутили готы, славяне, а также христиане и иудеи. В VI веке нашей эры толчок пришелся на арабов-мусульман, китайцев, корейцев и японцев. В VIII веке н. э. толчок непосредственно задел испанцев, франков, саксов (немцев) и скандинавов. В XIII веке н. э. толчок ощутили литовцы, великороссы и турки-османы. В соответствии с теорией (смотрите рисунок) максимальная пассионарностъ в этносе от 300 до 600 лет. Вот почему сейчас США лидирует! Там сплошные пассионарии. И их становится все больше и больше (может, все-таки, смотать?)! Каждому этносу Гумилев отводит 1500 лет. Что там с Европой происходит? А с Россией? А сами посчитайте и подумайте.

А мы спустимся на землю. Гумилев утверждает, что каждой фазе этногенеза соответствует свой особый императив, то есть утверждение, общий девиз, слоган. Если вы еще не слишком внимательно изучили таблицу № 65, то предлагаю вам поучаствовать в очередном занимательном эксперименте. Закройте, прошу вас, листом бумаги или рукой столбик с надписью «Фаза». А теперь пробегитесь глазами, пожалуйста, по столбику «Императив» и выберите тот, который подходит лично для вас на данный момент и для компании или отдела, которыми вы руководите. Императивы могут совпадать, а могут быть разными. Один личный, другой дли компании.

Рис. 65. Императивы разных фаз этногенеза по Л. Н. Гумилеву.

Теперь можно убрать листок или руку со столбца «Фаза» и внимательно изучить всю таблицу. По моим подсчетам, российский этнос сейчас находится где-то между «Надломом» и «Инерционной» фазой. А какие там слоганы? «Только не так, как было», «Дайте же жить, гады!», «Будь таким, как я». Очень похоже ©.

А зачем мы проводили эксперимент? Уверен, что гений Гумилева позволяет нам взглянуть на свою компанию и на себя лично с точки зрения данных фаз. Ваша компания, ваш бизнес также может находиться на одной из фаз: подъем, акматическая фаза, надлом, инерционная фаза, обскурация, мемориальная фаза. Здесь по смыслу слов уже понятно, о чем идет речь, кроме понятия «обскурация» (могу сказать точно, это никак не связано с курами). «Обскурация» с латинского – затемнение. Термин этот обозначает – тяжелый период в жизни общества.

Ваш личный лидерский слоган сейчас к какому ближе? А слоган вашей компании или отдела? Тогда, получается, вы на этой фазе развития. Это не обязательно. Это информация для размышления. И одновременно ответ на вопрос об идеальном соотношении инстинктивности и пассионарности для лидера! Мой ответ такой. Чем ближе ваша компания или отдел находится к акматической фазе, тем в большей степени от вас требуется пассионарности. Чем дальше ваша компания от акматической фазы (в обе стороны, и к началу, и к концу), тем лучше, если у вас будет уравновешена пассионарность и инстинктивность. Лидер с преобладанием инстинктивности над пассионарностью, скорее, является исключением. Можете опять спорить. Ну?!

Что скажете?

И еще один вопрос слышим мы. Откуда брать пассионарность? Ну, знаете, это точно не к нам.

Посмотрите на небо!

И загляните в себя!

Итоги:

♦ Лев Николаевич Гумилев ввел понятие пассионарности, которое перекликается с пониманием лидерства.

♦ Пассионарность – это особое свойство характера людей, это характерологическая доминанта, это непреоборимое внутреннее стремление (осознанное или, чаще, неосознанное) к деятельности, направленное на осуществление какой-либо цели (часто иллюзорной). Цель эта представляется пассионарной особи ценнее даже собственной жизни, а тем более жизни и счастья современников и соплеменников.

♦ Пассионарность рассматривается в контексте развития этноса. Этносы – это русские, немцы, французы, кубинцы, эллины, римляне. Именно пассионарии двигают этносы вперед.

♦ Существует кривая этногенеза со своими стадиями, которые проходит этнос примерно за 1500 лет.

♦ Развитие этноса начинается с пассионарного толчка – резкого и мощного вброса биогеохимической энергии, который приводит к некоторой мутации. Как правило, мутируют некоторые люди. В результате данной мутации люди становятся пассионарными.

♦ Пассионарность может сочетаться с разными способностями, как высокими, так и низкими. Пассионарность не относится к этике и нравственности, поэтому одинаково быстро порождает подвиги и преступления, деструкцию и творения. Пассионарность может служить как добру, так и злу.

♦ У пассионарности могут быть разные модусы. Это может быть гордость и тщеславие, которые порождают непомерную жажду власти и славы. Это может быть алчность, из которой произрастает как жадность скупого рыцаря, так и невероятный объем знаний, накопленный великим ученым. Модусом пассионарности может быть также ревность, из которой в одном случае произрастает необыкновенная жестокость, а в другом случае – мученичество.

♦ По мнению Гумилева, лидерство и пассионарность – это понятия иногда совпадающие, но по большей части нет.

♦ Есть пассионарность, а есть инстинктивность. Пассионарность противоположна инстинктивности. К примеру, людьми управляет инстинкт самосохранения, как личный, так и видовой. Поэтому люди заботятся о себе и своих детях. А пассионарность имеет обратное направление, противоположный вектор, который побуждает людей жертвовать собой и своими близкими ради таких вожделений, как: тщеславие, честолюбие, гордость, алчность, ревность.

♦ Пассионарность в человеке может создавать образ далекой цели. Причем, как утверждает Гумилев, часто эта цель бывает иллюзорной. Пассионарность – это антиинстинкт.

♦ Субпассионарий – человек, который подчинен инстинктам.

♦ Не каждый пассионарий лидер, и не каждый подчиненный – субпассионарий. Группа может состоять сплошь из одних пассионариев и, наоборот, исключительно из одних субпассионариев. Возможен также вариант собрания гармонических личностей, у которых уровни инстинктивности и пассионарности равны друг другу.

♦ Пассионарий может быть лидером. Но, также у лидера уровень пассионарности и инстинктивности может быть одинаковым. Тогда получается уравновешенный человек, обладающий лидерскими способностями.

♦ Даже среди субпассионариев могут быть лидеры. К примеру, эмоциональные лидеры, которые заражают остальных каким-то своим настроением. Или субпассионарий может быть лидером за счет больших знаний. Тогда получается экспертное лидерство.

♦ Харизматичность – это пассионарность с модусами «жажда власти» и «жажда славы». То есть, у харизматичного человека должна быть выраженная пассионарность, которая превалирует над инстинктивностью. И модусом этой пассионарности может быть либо жажда власти, либо жажда славы. Либо и то, и это одновременно.

♦ Чем ближе ваша компания или отдел находится к акматической фазе, тем в большей степени от вас требуется пассионарности. Чем дальше ваша компания от акматической фазы (в обе стороны, и к началу, и к концу), тем лучше, если у вас будет уравновешена пассионарность и инстинктивность.

♦ Представляется не лишним иногда смотреть на небо и заглядывать в себя! Возможно, это две лучшие технологии лидерства!

Возможный ответ на парадокс. Сначала этот парадокс может показаться уловкой. Или слишком простым. На него хочется ответить, что фразы по типу «тридцать пять миллиардов шестьсот семьдесят восемь миллионов…» и «наименьшее натуральное число, для которого не существует в русском языке…» – это разные понятийные языки, и никакого парадокса там нет. Но при более глубоком рассмотрении понимаешь, что не все так просто. Мы даже придумали продолжение этому парадоксу. Получается, что и еще многие остальные числа, для которых не существует в русском языке его сложных имен, слагающихся менее чем из ста слов, можно также назвать, применяя тот же парадокс. «Первое наименьшее натуральное число, для которого не существует в русском языке его сложного имени, слагающегося менее чем из ста слов», «второе наименьшее натуральное число, для которого не существует в русском языке его сложного имени, слагающегося менее чем из ста слов», «третье наименьшее натуральное число, для которого не существует в русском языке его сложного имени, слагающегося менее чем из ста слов» и так далее. Понимаете? Каждое число называется именем из 20 слов. Вот так! Может быть, иногда, чтобы разрешить парадокс, нужно его продолжить? Может быть, все-таки пассионарий – это другой взгляд на лидера, его иное имя, «слагающееся менее чем из ста слов»? А может быть, другое имя предполагает и другую суть? Парадокс Санчо Пансы. В главе LI второй части бессмертного произведения Мигеля де Сервантеса Сааведра «Хитроумный Идальго дон Кихот Ламанчский» описывается один сложный вопрос, который предстояло разрешить Санчо Панса, когда он был губернатором острова Баратария. «…первым явился к нему некий приезжий и в присутствии домоправителя и всех прочих челядинцев сказал следующее: – Сеньор! Некое поместье делится на две половины многоводною рекою. (Прошу вашу милость выслушать меня со вниманием, потому что дело это важное и довольно трудное.) Так вот через эту реку переброшен мост, и тут же с краю стоит виселица и находится нечто вроде суда, в коем обыкновенно заседают четверо судей, и судят они на основании закона, изданного владельцем реки, моста и всего поместья, каковой закон составлен таким образом: «Всякий, проходящий помосту через сию реку, долженствует объявить под присягою, куда и зачем он идет, и кто скажет правду, тех пропускать, а кто солжет, тех без всякого снисхождения отправлять на находящуюся тут же виселицу и казнить». С того времени, когда этот закон во всей своей строгости был обнародован, многие успели пройти через мост, и как скоро судьи удостоверялись, что прохожие говорят правду, то пропускали их. Но вот однажды некий человек, приведенный к присяге, поклялся и сказал: он-де клянется, что пришел затем, чтобы его вздернули вот на эту самую виселицу, и ни за чем другим. Клятва сия привела судей в недоумение, и они сказали: «Если позволить этому человеку беспрепятственно следовать дальше, то это будет значить, что он нарушил клятву и согласно закону повинен смерти; если же мы его повесим, то ведь он клялся, что пришел только затем, чтобы его вздернули на эту виселицу, следственно, клятва его выходит не ложна, и на основании того же самого закона надлежит пропустить его». И вот я вас спрашиваю, сеньор губернатор, что делать судьям с этим человеком, – они до сих пор недоумевают и колеблются». Что бы вы посоветовали сделать? Как бы вы разрешили данный парадокс?