Золотые связи McKinsey.

Название и репутация McKinsey известны повсюду – наверное, потому что многие из ветеранов компании перешли на влиятельные позиции в важных корпорациях. Изучение их биографий приводит к заключению: им удалось попасть в высшие эшелоны корпоративной Америки благодаря работе в McKinsey, открывшей для них важные двери.

56-летний Харви Голуб, председатель и СЕО American Express Co. – пример подобного варианта карьеры в консалтинге. Голуб занял в American Express пост президента и руководителя IDS Financial Services в 1984 году; а до этого был старшим партнером в McKinsey. Его основной обязанностью в последние годы работы в Фирме были консультации American Express по вопросам стратегии и управления; несомненно, это помогло ему глубоко понять принципы работы клиента. В 1967–1974 годах он был младшим партнером в McKinsey, а затем ушел из Фирмы и некоторое время занимал пост президента Schulman Air Freight.

Голуб возглавляет корпорацию с ежегодными доходами в $14 млрд и представительствами в 160 странах. Только ее банковское подразделение имеет офисы в 37 странах. Но влияние Голуба не ограничивается рамками компании. Чтобы улучшать репутацию Фирмы, старшие партнеры в McKinsey должны развивать связи с обществом, входя в попечительские советы благотворительных организаций и ведя работу на общественных началах. Этой традиции Голуб придерживается и сейчас. Он входит в советы Американского института предпринимательства, пресвитерианской больницы Колумбии, Карнеги-холла, общества «За Нью-Йорк», Торгово-промышленной палаты Нью-Йорка, благотворительной организации «Юнайтед Уэй» в Нью-Йорке, организации «Круглый стол бизнеса» и Бреттонвудского комитета. Он также член Комитета по искусствам и гуманитарным наукам при президенте США и Консультативного комитета по торговой политике и переговорам при президенте США.

Луис Герстнер-младший, работающий над возрождением IBM, – еще один бывший маккинзиевец, перешедший от консультаций American Express к руководству этой компанией. Он возглавляет IBM с 1994 года, а до того поработал в American Express и RJR Nabisco. Герстнер перешел в American Express в 1978 году после 12 лет работы в McKinsey, из которых последние 5 лет консультировал эту компанию. Он был президентом American Express в 1978–1989 годах, а председателем и СЕО RJR Nabisco – в 1989–1992 годах. Его влияние также выходит далеко за пределы IBM. Он – член совета New York Times Co., Bristol-Myers Squibb Co., Японского общества, RJR Nabisco, Inc. и New American Schools Development Corp.; раньше он входил в совет директоров McKinsey и AT&T.

Еще один выдающийся выходец из McKinsey – Майкл Джордан – был консультантом с 1964 по 1974 годы, а затем перешел к одному из крупных клиентов Фирмы – PepsiCo Inc. – на пост председателя международного направления пищевых продуктов и напитков, где и пробыл с 1974 до 1992 года. После ухода из Pepsi Джордан стал партнером в инвестиционной фирме Clayton, Dubilier & Rice (1992–1993), а затем перешел на нынешний пост – председатель и СЕО Westinghouse Electric.

60-летний Джордан – инженер-химик по образованию; он отслужил 4 года во флоте под командованием адмирала Хаймэна Рикковера. Джордан инициировал полную реструктуризацию Westinghouse, одно из самых сложных начинаний в истории современного бизнеса. Джордан – сторонник глобализма; он активно пропагандирует внешнеторговые связи США. Он также добавил к портфелю Westinghouse теле– и радиокомпанию CBS Broadcasting. Джордан – член Экспортного совета при президенте США, консультирующего Белый дом по вопросам расширения внешней торговли.

Влияние Джордана тоже выходит далеко за пределы компании, в которой он проводит активную реструктуризацию. Он является председателем правления Объединенного университетского фонда помощи негритянским студентам, входит в совет медицинского центра при Университете Питсбурга и Аллеганской конференции по развитию местного сообщества. Он также член советов Rhone-Poulene Rorer, Inc., Melville Corp., Dell Computer corp. и Aetna Life and Casualty Co.

Эти три ветерана McKinsey теперь контролируют корпорации, ежегодные продажи которых исчисляются сотнями миллиардов долларов. Это настолько крупные и активные компании, что, сменив свой курс, они могут изменить американскую бизнес-культуру и вызвать последствия по всему миру: от незначительных отголосков до мощных потрясений. Герстнер, Голуб и Джордан – заметные и мощные фигуры в американском бизнесе уже много лет, и ни одна статья в деловом журнале или газете о важных событиях в их компаниях не обходится без должного упоминания их опыта в McKinsey & Co.

Но строчка «McKinsey & Co., консультант» – не единственная общая черта их биографии. Эти люди активно действуют в своих компаниях, а их сторонники называют эти действия дальновидными. Дерзость – одна из характеристик маккинзиевца, и можно найти множество доказательств их дерзких действий в Westinghouse, American Express и IBM. Например, свидетельства о неудачных мерах, принятых в Westinghouse, имеют тенденцию исчезать; а IBM не боится активно избавляться от персонала, несмотря на свою легендарную репутацию компании, обеспечивавшей сотрудникам пожизненную занятость. Герстнеру также ставят в заслугу масштабную реконструкцию American Express. Все эти три компании переживали трудные времена или теряли свои конкурентные преимущества, пока на помощь не пришли Джордан, Герстнер и Голуб. Не случайно, что ко времени перехода в корпоративную иерархию у них за плечами были десятилетия опыта в Фирме.

Иезуиты со временем заработали репутацию умных, хитрых и влиятельных людей; высокое мастерство консультантов McKinsey и их влияние на историю современного бизнеса также невозможно отрицать. Причины в обоих случаях одинаковы. Отличные интеллектуальные способности – одно из основных свойств, без которого нельзя попасть ни в одну из этих организаций, а тем более удержаться там. А религиозное рвение неразрывно привязывало священников к традициям и ценностям иезуитов. Консультантов McKinsey тоже характеризует служебное рвение, верность Фирме и строгое следование ряду четко определенных ценностей.

Яркий пример – Фред Глак. Это нетипичный бизнес-консультант: до прихода в McKinsey он был ученым-ракетчиком в научно-исследовательской компании Bell Labs. Считается, что Глак поднял интеллектуальный уровень сотрудников Фирмы на новую высоту по сравнению практически со всеми другими консалтинговыми компаниями. Джордан по образованию не только химик, но и инженер-атомщик; во время работы над консалтинговыми проектами в McKinsey он использовал свой опыт службы на флоте и в области техники, и это отличало его от основного контингента Фирмы – выпускников школ бизнеса (например, Герстнера).

McKinsey всегда начинает поиск новых консультантов с самых качественных кандидатов, будь то в Гарвардской школе бизнеса, где Фирма давно уже привлекает 5 % лучших студентов каждого класса (так называемых «стипендиатов Бейкера»), или в последнее время в ряде других университетов по всему миру. Это позволяет клиентам Фирмы заранее составить важное представление о командах, которые она присылает для сотрудничества. За последние несколько десятилетий бизнес-культура так тесно переплелась с идеей академической успеваемости, что, когда в компанию клиента прибывает консультант McKinsey, то ни у кого нет сомнений: он будет мыслить в том же направлении, что и самый умный из руководителей компании. Приступая к решению конкретных проблем, обе стороны будут говорить на одном языке и придерживаться одинаковых ценностей. Возможно, реальная сила Фирмы – именно в этой уверенности клиентов. Единственные реальные критерии успеха консалтинговых компаний – значение, которое клиенты придают их советам, и внедрение этих рекомендаций. Демонстрируя свою интеллектуальную мощь верхушке компаний, McKinsey всегда могла оказывать влияние в самых важных местах – в офисах руководства.

Фирма умеет выбрать лучшее время, чтобы нашептывать в самое важное ухо.

Но этот процесс не всегда проходит гладко. На своем пути McKinsey не удалось обойтись без провалов. Философия бизнеса так же переменчива, как и погода; и совет, который принимался на ура в одну эпоху, может привести к катастрофе в другую.

В мире произошли важные события: искусственные границы, разделявшие компании по всему миру, начали трещать, а затем распались. И когда ранее разобщенные правительства государств-наций пустились в плавание в глобальном океане, McKinsey тоже перешла в глобальный режим работы. В своей культуре и бизнесе Фирма отказалась от исключительно американских воззрений, которые преобладали в ней с самого начала. Фирма оторвалась от своих американских корней намеренно и целенаправленно, что весьма впечатляет в нынешней неразберихе. На протяжении примерно 20 последних лет это уже не американская компания в строгом понимании. Да, ее мозговой центр находится в Нью-Йорке, управляющий партнер работает в центре Чикаго, а подразделение по экономическим исследованиям Global Institute расположено в Вашингтоне (округ Колумбия), совсем недалеко от Белого дома. Но истинный ее адрес – в столицах и промышленных центрах мира. McKinsey можно сравнить с ООН, но с одним решающим отличием: Фирма работает эффективно.

Ведь McKinsey, по сути, имеет собственный госдепартамент и свою «Организацию Объединенных Наций» в виде по-настоящему глобального совета директоров. У Фирмы есть и свое «ЦРУ» – множество специалистов с прекрасным образованием на разных уровнях в бесконечном количестве направлений деятельности. Партнеры в Германии оценивают работу партнеров в чикагском офисе. Честолюбивые молодые люди переезжают со своим опытом и знаниями в Москву, где завязывают новые знакомства, набирают местный персонал и ждут того дня, когда россияне наконец выберутся из тумана переходного периода под лучи капиталистического солнца – или, по крайней мере, обзаведутся надежной валютой и обеспечат стабильный экономический рост. Консультанты из Нью-Дели появляются в Хьюстоне, выходцы офиса в Сан-Франциско – в Токио. Человек, специализировавшийся на физике, может начать изучать экономику в Скандинавии. Закаленный консультант McKinsey сидит в офисе в двух шагах от Белого дома, обсуждая, почему банковская деятельность в Нью-Йорке ведется в 20 раз эффективнее, чем в Индии. В некотором смысле McKinsey & Co. – сама себе мировое правительство, но действует и мыслит оно гораздо проворнее, чем его традиционная модель, обремененная бюрократизмом.

Что касается репутации McKinsey среди клиентов, то ее положение в изменчивом мире бизнес-консалтинга – хороший критерий ее ценности. Консалтинговые компании по стоянно меняют курс в зависимости от экономики и собственной способности продвигать свои продукты. А Фирма пытается избегать краткосрочных модных увлечений, играющих большую роль для новичков в этой отрасли. Она предлагает весь диапазон услуг для клиентов, но не демонстрирует особой привязанности к какой-либо из них. Похоже, цель Фирмы – стабильность. Да, у нее тоже случаются свои взлеты и падения, но первых гораздо больше.

Уже много лет руководители компаний выкладывают круглые суммы за услуги Фирмы. Есть СЕО, которые никогда больше не обратятся в McKinsey за консультациями; есть задачи и трудные случаи, от которых McKinsey может отказаться. Но врагов Фирмы в корпоративном стане гораздо меньше, чем тех легионов, которые платят за ее объективный качественный анализ и советы. Все сводится к вопросу ценности. McKinsey посылает клиентам очень умных людей, которые трудятся в полную силу над достижением нужных клиенту результатов. Если этот результат – отчет в синей обложке, которому суждено копить пыль где-то на полке, то клиент может быть спокоен: это станет лучшим отчетом, который он когда-либо проигнорировал. Если это план действий или конкретная цель, McKinsey будет стремиться к ней с таким же рвением.

Основные приманки – известные консультанты и важные партнеры, но рутинная работа по подготовке отчетов и воплощению проектов выполняется на другом уровне – гораздо ниже в иерархии Фирмы. Конечно, любой разумный человек с радостью пообщался бы несколько дней с людьми, стоящими во главе Фирмы: Раджатом Гуптой, сторонником работы на международном уровне; его предшественником Фредом Глаком; или с самим Марвином Бауэром, который мог бы раскрыть всю подноготную McKinsey с самого начала (но не стал бы этого делать). Это интересные личности, замечательные учителя и прекрасные собеседники. Но не они приходят к клиенту с понедельника по пятницу, чтобы давать консультации.

Из-за этого Фирма стала одной из мишеней критики, которая отражает изнанку менеджмент-консалтинга. Регулярно всплывающий повод для критики по всей отрасли – то, что консалтинговые компании часто склонны посылать клиентам «зеленых» новичков.

Например, один бывший сотрудник American Express жаловался, что, согласно его опыту, маккинзиевцы в основном были склонны говорить руководству именно то, что оно желало услышать, а консалтинговые команды постоянно менялись и просто не успевали толком изучить бизнес клиента. Учитывая странности менеджмент-консалтинга, возможно, именно это нужно было тогда American Express. Ведь McKinsey обеспечивает «прикрытие», нужное многим руководителям для неприятных мер – увольнений, ре структуризации, сокращений персонала и изменений курса. Все это происходило в American Express в недавнем прошлом.

McKinsey & Co. – не самая крупная консалтинговая компания в мире. Пальма первенства здесь принадлежит Andersen Consulting, доходы которой на конец 1995 года были в диапазоне $4–5 млрд, а число консультантов приближалось к 40 000. Но интересы Andersen тесно связаны с технологиями, что обходится недешево и взвинчивает показатели.

В McKinsey в 1994 году работало немногим более 3000 консультантов по всему миру и не было более-менее значительного технологического компонента, но доходы, по оценкам, все равно составили $1,5 млрд. Если же применить другой критерий, то McKinsey, несомненно, самая успешная из неспециализированных стратегических фирм, далеко обошедшая Boston Consulting Group.

По грамотности и продуманности своего PR McKinsey & Co. находится в первых рядах отрасли, избегая при этом многих излюбленных приемов других консалтинговых фирм. McKinsey неохотно позволяет своим консультантам давать интервью, но вызывает большое уважение в деловых кругах благодаря регулярным статьям в Harvard Business Review, углубленным исследованиям мировой экономики, которые проводит ее Global Institute, и многочисленным книгам о запутанных реалиях управления производительностью, международных финансах и новейшей философии менеджмента.

McKinsey умело организует по всему миру дискуссионные семинары с участием глав корпораций, куда при желании может приглашать многих лауреатов Нобелевской премии и государственных служащих. В каждом из основных офисов есть человек, чья основная обязанность – поддерживать блестящий имидж Фирмы. Если сравнивать презентацию для клиентов с транспортным средством, то у менее искушенных консалтинговых фирм это зачастую велосипед – ничего лишнего, а McKinsey всегда предлагает эквивалент нового Mercedes-Benz и, что еще важнее, знает, где именно его припарковать.