Сделка с дьяволом.

Сменив жену, Уэббер сменил и жанр. Его новая работа, «Реквием», разительно отличалась от предыдущих. Это был не мюзикл, а церковная музыка. Для записи «Реквиема» Уэббер пригласил самых лучших – оркестр Английской палаты, Кафедральный хор Винчестерского собора, Пласидо Доминго на партию тенора и свою жену Сару Брайтман на партию сопрано.

Выбор композитора удивил даже его близких друзей – они не понимали, как можно доверить такую ответственную партию 25-летней певице, которая явно не тянула на примадонну. Кроме ничем не приметных ролей в малоизвестных театрах, на ее счету были лишь два сезона в танцевальной труппе британского ТВ, пара поп-хитов в Европе и участие в «Кошках». Тем не менее Уэббер не ошибся. Сингл из «Реквиема» в исполнении Сары попал в британскую десятку, и его продажи превысили 250 тыс.

В лондонском доме Уэбберов царило разнообразие, граничащее с безвкусицей: античные произведения искусства, китайская живопись по стеклу, картины XIX века и современные акварели. Дешевая пепельница в форме рояля украшала столик эпохи Людовика XV. Впрочем, эта разноголосица как нельзя лучше соответствовала облику жильцов – стареющий школьник в растянутом свитере и стройная молодая женщина, казалось только что сошедшая с полотна художника.

А на рояле в гостиной уже лежала огромная стопка нот. Новая работа называлась «Призрак», который потом трансформировался в «Призрак оперы». Эндрю почему-то с самого начала был уверен, что его ждет успех. Мюзикл по роману французского писателя Гастона Леруа опирался на классический сюжет: талантливый музыкант продал душу дьяволу за любовь публики. И публика полюбила композитора, но только за музыку, ибо его лицо дьявол обезобразил. Убить несчастного можно было, только уничтожив ноты его произведений.

В старый сюжет композитор вложил фирменное «уэбберовское» звучание – и не только. Потрясающе смотрелись, например, лодка в подземной реке и огромная люстра, с грохотом падающая на пол и разбивающаяся вдребезги. «Призрак оперы» был поставлен в Лондоне в 1986 году, а в 1988 году собрал на Бродвее $16 млн. А одна из тем в исполнении Сары Брайтман снова надолго обосновалась в британских чартах. «Сара играет большую роль», – повторял Уэббер, подразумевая и свою музыку, и свою жизнь.