Заметки Эфрат1. К главе 1. • Я должна быть честна. Чего я на самом деле хочу, легкой жизни или полной жизни? • Допустим, я стремлюсь к полной жизни – что это значит? Это значит, что я сделаю все, чтобы добиться достижений, имеющих смысл для меня. • Успех не гарантирован. Я обязательно буду периодически терпеть неудачи. Если я серьезно настроена на достижение успеха, надо развивать упорство. Чтобы собираться с новыми силами и пробовать снова и снова. • Отец считает, что новые проекты аналогичны моделям, с которыми работают ученые, – они могут дать сбой, но, тем не менее, полезны, поскольку благодаря этим проектам мы узнаем, что следует улучшить в следующий раз. Я не знаю, смогу ли избегать разочарования, когда потерплю неудачу. Но если я хочу развить в себе стойкость для преодоления неудач, похоже, мышление ученого, ясное мышление, должно мне в этом помочь. Желание жить полной жизнью. ↓ Иметь достаточно достижений наполненных смыслом. ↓ Обладать упорством, чтобы преодолевать неудачи. ↓ Уметь ясно мыслить. • Если я хочу преуспеть, нужно найти еще что-то. Нужно найти достаточно возможностей. В конце концов, я не могу ожидать, что любую возможность удастся обратить в успех. • Я склонна считать, что наличие достаточных возможностей у человека зависит не только от него самого. Некоторые удачливые люди окружены массой возможностей, но у большинства из нас – их гораздо меньше. • Однако отец утверждает, что жизнь предоставляет любому множество ситуаций, которые реально обратить в возможности. Он говорит, дело не в том, есть ли возможности, а в том, способен ли человек распознать (генерировать?) их, когда они появляются рядом. • Когда человек глубоко понимает причинно-следственные связи исследуемой темы, он лучше подготовлен. Подготовлен в том смысле, что, когда возможность представится, он с большей уверенностью ее распознает и будет, соответственно, действовать. Вот что имеет в виду отец, когда цитирует Сенеку: «Удача там, где подготовленность встречается с возможностью». Звучит привлекательно. Это позволит мне лучше контролировать свою жизнь, вместо того чтобы полагаться на удачу. Я знаю, у него это срабатывает, но сработает ли это у меня?.. • Построение причинно-следственных карт – это квинтэссенция ясного мышления. Похоже, для того чтобы развивать упорство и умение распознавать возможности, необходимо развивать способность ясно мыслить. Только сейчас я начала улавливать, что именно долгое время пытался донести до меня отец: самым главным выбором, который он сделал, было решение ясно мыслить в важных для него областях, это – семья, друзья, работа. По сути, он говорил, насколько предан идее полноценной жизни. • Я не думаю, что могу сделать это. Я – не гений, а обычный человек. У меня недостаточно мыслительных способностей, чтобы выстраивать четкие логические карты. • Отец (разумеется) утверждает, что гениальность ни при чем. Он утверждает: дело в преодолении нескольких фундаментальных преград. В этом меня еще надо убедить. • Он говорит, что первая и самая основательная преграда в том, что люди видят реальность очень сложной, в то время как она поразительно проста. • И потому они ищут запутанные объяснения и сложные решения. Я согласна, что мы ищем сложные решения. Я постоянно сталкиваюсь с этим. • Я вижу, как это связано с уверенностью многих людей в том, что они не могут действовать из-за недостатка знаний. Убежденность в этом заставляет их тратить массу времени на поиски все большего количества информации. Как некоторые мои друзья – каждый раз, когда перед ними открывается новая возможность, они спешат записаться на курс по изучению соответствующей темы. Я верю, что реальность сложна, выбора у нас нет: остается только искать дополнительную информацию и строить сложные планы. Прав ли отец, когда утверждает, что это все мы придумываем сами? Может ли быть, что реальность, на самом деле, проста, а ошибка кроется в нашем восприятии реальности? Ну и ну! В этом меня еще потребуется убедить. Для начала я бы посмотрела, как отец возьмет сложный случай и продемонстрирует, что в действительности, если его проанализировать, он прост. Как отцу это удастся сделать без того, чтобы отправить меня вначале что-то серьезно изучить. Он полагает, что статья, которую он дал прочитать мне, нам поможет. Сомневаюсь. К главе 2. К этой главе заметок нет. К главе 3. Функционирование компании по производству одежды в точности отражает мои представления о сложности окружающей меня реальности. Но, должна признать, после чтения статьи мои впечатления несколько изменились. • Я полагала, что такая компания должна быть очень сложной, поэтому приняла для себя следующий исходный посыл: я не пойму ничего, пока не узнаю как можно больше по теме. Когда же в моем распоряжении будет достаточно информации для понимания сути проблем, я увижу, что для функционирования такой сложной организации должны быть введены в действие сложные процедуры. • Похоже, что, вопреки моим ожиданиям, я уже владела всей нужной информацией, чтобы следить за анализом и понимать его. Знаю, не стоит ожидать, что так будет в каждом случае. (Зато теперь у меня, гордого покупателя, есть намного больше основных знаний в этой области, чем, скажем, в области полупроводников.) Но я поняла направление. Мне надо убедиться, что у меня есть больше информации, чем я считала прежде, и что недостаток информации не преграждает мне путь к ясному мышлению. • Также я начинаю видеть, как представления людей о сложной реальности приводят их к сложным действиям. Сама идея деятельности на основе туманных прогнозов, призванных на полтора года вперед предсказать спрос на модную одежду, выглядит довольно извращенно. Особенно теперь, когда я это знаю из статьи об альтернативном образе действий. Сегодня я думаю, что попытки компании улучшить многосоставную программу по сокращению издержек гораздо сложнее, чем сосредоточение на одном улучшении, пусть даже значительном. А если оценивать денежную отдачу, надо признать, что предложенное отцом решение намного проще и мощнее, чем все попытки, предпринятые компанией по улучшениям, вместе взятые. • Я начинаю понимать, о чем говорит отец, уверяя, что стоит нам разобраться с причинно-следственными связями, лежащими на поверхности, как реальность тут же оказывается довольно простой. Так что же мешает мне применять подобное мышление в жизни? Такое ощущение, словно я наталкиваюсь на барьеры. Отец говорит: все идет от того, что я воспринимаю реальность как сложную. Посмотрим. • Если я верю, что реальность сложна, то верю, что и проблемы, особенно серьезные, тоже сложны. И в ситуациях, когда надо искать решение, естественно, я стану искать сложное решение. • Но сложные решения обычно не работают, потому снова и снова, разбираясь с проблемами, я терплю неудачу. • Не удивительно, что я стала думать, будто серьезные проблемы не решаемы, – я приняла их как данность и двинулась дальше. Ну, а если они до сих пор причиняют боль, почему бы не ослабить ее – не поменять знак с минуса на плюс. Старый добрый защитный механизм. Похоже, это первая преграда, мешающая мне думать ясно, – как и менеджеры BigBrand, я маскирую серьезные хронические проблемы. • Принимать серьезные проблемы как данность – значит, занижать ожидания. • Если я маскирую серьезные проблемы, но все еще хочу добиться улучшений, по умолчанию я концентрируюсь на мелких проблемах – чем их больше, тем лучше. • Но если иметь дело с мелкими проблемами, не решая крупных, далеко не уйдешь – несмотря на усилия, я достигну ограниченных результатов. Так, медленно, но верно я занижаю свои ожидания по возможным достижениям. • Если подумать, ощущение сложности окружающей реальности влияет на меня еще одним способом. Оно вселяет в сердце страх, что, стоит мне изменить какие-то основополагающие вещи, и все разрушится. Береженого Бог бережет! В результате передо мной встает второй барьер – я не расположена менять то, что является частью моих основополагающих убеждений. • Я считаю, мои заниженные ожидания способствуют тому, что меня удовлетворяют небольшие изменения. А это лишь укрепляет стремление избегать изменений, связанных с основополагающими убеждениями. • Заниженные ожидания приводят еще к одному эффекту – я рада любому улучшению, потому даже не стану продвигаться дальше, если уже достигла хорошего результата. Это еще один барьер, третий: я останавливаюсь, достигнув хорошего результата. Я горжусь, что мне удалось сделать то, что сделал отец, – определить три препятствия: 1. Неумение видеть замаскированные проблемы. 2. Стремление избегать изменений, связанных с основополагающими убеждениями. 3. Нежелание продолжать поиск лучших решений, если я уже нашла некое прекрасное решение. Если я осознаю, что реальность проста, каким образом это поможет мне преодолеть хоть одно из этих препятствий??? К главе 4. Когда я спросила у отца, что поможет мне мыслить ясно, он ответил: принятие концепции Прирожденной простоты. Значит, на время отложим в сторону тему трех препятствий. Лучше, следуя за мыслью отца, увидеть вначале целостную картину. У меня есть ощущение, что скоро все элементы мозаики соберутся воедино. Почему я убеждена в сложности реальности, а отец утверждает, что она проста? Отец говорит, это из-за того, что мы по-разному понимаем слово «просто». • Когда я думаю, что значит «просто», я концентрируюсь на собственных попытках описать ситуацию или проблему. • Чем меньше компонентов мне потребуется, чтобы описать картину, тем проще она будет казаться. • Для описания части реальности мне обычно необходима масса деталей, которые порой сложно распределить так, чтобы получилась ясная картина. Не удивительно, что я убеждена в сложности реальности. Главный фокус: описание. ↓ Простой – означает мало элементов. ↓ Восприятие реальности как чего-то сложного (первая преграда). • Отец говорит, что для него «простой» означает совсем другое. Это относится к попыткам ученых проникать в суть понимания систем/ситуаций и предсказывать, каким будет результат изменений. • Ученые тратят массу времени, вскрывая причинно-следственные связи, соединяющие различные элементы системы. Чем меньше корневых причин найдено (меньше количество степеней свободы), тем проще выглядит для них система. С их точки зрения, «простота» означает меньшее количество точек, которые нужно тронуть, чтобы повлиять на всю систему. Если задуматься, для меня гораздо важнее способность прогнозировать реальность и влиять на нее, чем ее описывать. Думаю, что для любого другого человека тоже. • Одно из главных свойств Прирожденной простоты. Достаточное количество раз спрашивая «почему?» по поводу разных элементов одного объекта, мы постепенно обнаруживаем, что все эти элементы объясняются одними и теми же глубинными «потому что». Схождение причин. • Таким образом, если «простой» означает меньшее количество причин (а чем глубже мы копаем, тем яснее видим схождение причин), то неизбежен вывод: реальность, действительно, проста. Кажется, я начинаю понимать. Реальность можно одновременно рассматривать как сложную и как простую. Предположим, я сталкиваюсь с проблемной ситуацией и, чтобы лучше понять ее, стараюсь получить как можно больше информации. Чем больше деталей, неудовольствия и нежелательных эффектов я вижу, тем более сложная картина вырисовывается. Но если я заберусь глубже, к тому, что вызывает нежелательные эффекты, можно предположить, что я столкнусь со схождением причин и приду к корневой проблеме, с которой мне и надо разобраться. Если бы я училась делать это методично, все ситуации казались бы куда проще. Любопытно… К главе 5. • Конфликты существуют. Без вопросов. • Когда мы сталкиваемся с конфликтом, естественная реакция – поиск компромисса, а именно: чего-то среднего – отдай немного и получи немного. Безусловно, я поступаю так, и все люди, которых я знаю, тоже поступают так. • Если мы находим приемлемый компромисс – это хорошо. Если мы не находим приемлемого компромисса, мы в западне. Мы можем либо бороться, либо сдаться, либо колебаться между какими-то промежуточными вариантами, но, по сути, всегда оказываемся в нежелательной ситуации. И, как ни досадно это звучит, мы попадаем в такую ловушку гораздо чаще, чем хотелось бы. • Вот почему конфликты воспринимаются как данность, с которой нам приходится жить. Вот о чем упоминал отец, когда говорил о второй преграде на пути к ясному мышлению, – о принятии конфликтов как неотъемлемой части жизни. • Одно из главных свойств Прирожденной простоты – противоречий не существует. • Если нам приходится сталкиваться с противоречием, это – повод для проверки. Мы раскрываем и проверяем все предпосылки, пока не находим ложное допущение. Замена ложного допущения устраняет противоречие. • Надо помнить, что конфликт – это ситуация, когда наблюдается стремление к двум результатам, противоречащим друг другу. Конфликт – это два одновременных взаимоисключающих желания. Я хочу, чтобы ситуация включала X, а мой оппонент мечтает о противоположном. Или, если это внутренний конфликт: я, чтобы удовлетворить разные потребности, одновременно хочу получить X и противоположное ему. • Так, если конфликт – это ситуация, в которой мы хотим достичь противоречащих один другому результатов, а противоречия можно устранить проверкой предпосылок, то мы можем разрешать конфликты так же, как разрешаем противоречия. Надо привыкнуть к мысли, что, столкнувшись с конфликтом, не позволяющим найти приемлемый компромисс, необходимо приложить все усилия к проверке лежащих в основе предпосылок. Вместо компромисса следует найти путь, устраняющий конфликт полностью. • Если вдуматься, конфликты, при столкновении с которыми нам не удается найти подходящий компромисс, – это ситуации, когда мы чувствуем себя загнанными в угол. Ситуации, в которых мы надеемся найти выход. Поэтому, когда мы выясняем, каким образом устранить такой конфликт, это – прорыв. И чем острее конфликт, тем значительнее прорыв и тем шире открывающиеся возможности. Не важно, происходит конфликт на работе, в семье или в другой сфере, практиковать подобное мышление как образ жизни – прекрасная дорога к созданию значимых возможностей. К главе 6. Нет необходимости повторять, что я удивлена. Кажется, будто отцу никогда не приходилось преодолевать три преграды на пути к ясному мышлению, три преграды, которые стоят передо мной. Он искренне говорил, что не имел такого опыта. И это – правда. И все благодаря тому, что он считает реальность простой. Говоря его же словами, благодаря убежденности в Прирожденной простоте. • Отец объяснял так: принимая концепцию Прирожденной простоты, мы должны принять и то, как она соотносится с конфликтами. Когда мы углубляемся в поиск корней проблемной ситуации, стоит предположить, что корневая проблема – это конфликт, не нашедший разрешения. Продолжать конфликты, из которых нет достойного выхода, – значит, двигаться прямиком к серьезным хроническим проблемам. Подобные примеры один за другим всплывают у меня в голове. • Убежденность в Прирожденной простоте приводит нас также к принятию идеи, что конфликт фактически может быть разрешен посредством исследования глубоких предпосылок (одной или более). • Таким образом, понимание того, что в корне проблемы лежат конфликты и что их можно разрешить, означает: серьезные постоянные проблемы могут быть устранены полностью. • А если серьезные хронические проблемы могут быть устранены, то нам не придется отчаянно сражаться с ними, проигрывать и, скрепя сердце, принимать их как неизбежную данность. Нам не придется избегать боли, маскируя их. • Поиск таких конфликтов становится стандартной процедурой. Это – еще одна производная знания о том, что в корне проблемы кроются конфликты, и они могут быть устранены. Какой бы ни была проблема, если она вызывает серьезные размышления, следует искать лежащую в ее основе корневую причину. • Как объяснил отец, мелкие проблемы слабее связаны с корневой причиной в отличие от серьезных хронических проблем. Потому разумнее начинать поиск корневой причины с крупных проблем – этот путь намного короче и продуктивнее. • Итак, картина сложилась. Если стандартная процедура – поиск корневых причин, а серьезные хронические проблемы – кратчайший путь, и нет нужды их маскировать, тогда мне становится понятно, почему отец так стремится отыскивать их. Он буквально отметает все прочие проблемы и фокусируется только на крупных. Туше. Он показал мне, что для него, благодаря убежденности в Прирожденной простоте, первой преграды не существует. • Есть еще одна производная знания о том, что конфликты лежат в корне проблемы и могут быть устранены. То, что мы устраняем конфликт, исследуя предпосылки, на которых он базируется, говорит о том, что мы имеем дело с более глубокими явлениями, чем сам конфликт. Мы имеем дело с причинами причин. Потому изменение явлений, лежащих в основе, неминуемо становится стандартной процедурой. Мой второй барьер только что испарился. • Чем фундаментальнее изменение, тем больше новых интересных результатов мы можем ожидать. Это важно для меня. Зная отца, не удивляюсь, что он не прекращает исследований. Он может обнаружить негативные результаты, которые заставят его пересмотреть решение, но тогда он просто выдаст два новых решения. Что там с моим третьим барьером? Все выглядит очень просто, когда объясняет отец. Но почему мне кажется, что для меня эти три преграды все еще целы и невредимы? Бодибилдинг, любил повторять он. Тренировка, тренировка и еще раз тренировка. Он никогда и не говорил, что добиться значимой жизни – легко. Но что это за важный аспект, который я пока упустила? К главе 7. Убеждая меня обсудить идею гармонии, чтобы я смогла понять, как справиться с третьей преградой, отец заметил: «К каким бы многообещающим возможностям ты ни тянулась, тебе наверняка придется тесно сотрудничать с другими людьми». Раньше, когда мы говорили о том, что требуется для достижения возможностей жить полной жизнью, отец упоминал два необходимых условия. Первое: обладать упорством, способствующим преодолению неудач; второе: идти навстречу открывающимся возможностям. Сейчас по его тону я почувствовала, что он говорил о третьем необходимом условии. А это значит, мне надо вернуться к прежней логической карте и добавить к ней недостающую часть. • Если я хочу добиться серьезного успеха, мне наверняка придется сотрудничать с другими людьми. Хорошо бы научиться подбирать партнеров или окружение, но это не всегда возможно. Думая об этом, я начинаю понимать, что чем сильнее мое стремление, тем с большим количеством людей/групп мне придется взаимодействовать и тем меньше у меня будет шансов тщательно выбирать их. Таким образом, чем серьезнее стремление, тем насущнее умение обеспечивать сотрудничество. • Даже если мы знаем, с кем нужно взаимодействовать, и даже если сделаем все, чтобы наши партнеры поддерживали нас, мы не всегда сможем добиваться успеха. В большинстве случаев вторая сторона либо не согласится с нашим предложением, либо будет занята своими делами. Отец подчеркивал: ясное мышление поможет найти пути к сотрудничеству в любых ситуациях, даже в тех, когда исходные отношения лишены гармонии, а виновна в этом вторая сторона. Неужели это так?! • Отец говорит о ситуации, когда мы состоим с кем-то в отношениях, лишенных гармонии. • Более того, он ссылается на такие сложные ситуации, в которых дисгармония является виной другой стороны. • Что мы делаем в таком случае? Естественно, обвиняем. • Затем мы начинаем поиск решения в направлении, заданном обвинениями. Мы как можем, давим на другую сторону, только бы она поменяла свое поведение/образ действий так, чтобы можно было уладить проблему. • Прошлый опыт (оставивший несколько болезненных эмоциональных шрамов) показывает, что попытки принудить кого-то (с кем ты уже не в лучших отношениях) соответствовать твоим требованиям ничем хорошим не кончаются. На нас надавят в ответ, мы, в свою очередь, тоже усилим давление, и после нескольких таких кругов, возможно, победит сильнейший. Это еще более ухудшит отношения, что приведет в будущем к еще большим взаимным сложностям. Плохая ситуация, как ни крути! • Один из главных аспектов Прирожденной простоты состоит в том, что реальность гармонична сама по себе. Гармония означает согласие и мир. Хорошая штука! • Но что это значит, когда речь идет об отношениях? Отец хочет, чтобы я поняла: у любых отношений есть внутренний потенциал движения к гармонии. • Поэтому, с одной стороны, обвиняя других, мы стремимся вынудить их изменить образ действий, хотя знаем, что они будут сопротивляться, и отношения тем самым еще более ухудшатся. С другой, согласно концепции Прирожденной простоты, всегда есть решения лучше, решения, которые к тому же внесут гармонию в отношения. Если это так, то я полагаю, что наши обвинения указывают нам неверное направление. • Подводя черту: если осуждение другой стороны постоянно ведет нас к поиску решений в неверном направлении, становится понятно, почему отец называл его преградой на пути к ясному мышлению. Логика подсказывает, что все это построено на аксиоме, которую мне очень сложно принять. Я считаю, что и в личной, и в профессиональной жизни стремлюсь к гармоничным отношениям. Да, в некоторых случаях уровень негативных эмоций настолько высок, что стороны даже не пытаются найти общие точки, принимая какое-либо решение. А иногда мы ищем, действительно ищем решение, однако, невзирая на все усилия, не находим его. Я совершенно уверена, что в таких случаях взаимовыгодного решения попросту не существует. Некоторые отношения вообще не допускают возможности его появления. Но отец уверяет, что у любых, буквально любых отношений есть внутренний потенциал, направленный на гармонию. Что ж, может быть, и так? В теории. Мой опыт говорит, что это утверждение настолько неправдоподобно, что я даже не собираюсь верить отцовским словам. И прежде чем подумаю, изменять ли мнение, мне нужен хотя бы один убедительный пример. Я хочу увидеть, что гармонию можно найти в самых невероятных ситуациях. И, более того, я хочу понять, как вера в Прирожденную простоту поможет мне найти эту неуловимую гармонию. К главе 8. К этой главе заметок нет. К главе 9. «Изменения, благодаря которым каждая сторона сможет прийти к удовлетворению своих потребностей». «Их следует преподносить аккуратно». «Начать с поиска решения, которое обеспечит выигрыш другой стороне». «Поиск другого, не менее важного выигрыша». Мысли скачут. Слишком много идей, каждую из которых я бы предпочла обдумать отдельно. Хочу начать с главного посыла. Я обращаюсь к логическим картам: • Отношения, лишенные гармонии, порождают массу нежелательных эффектов. Ясно. • Причина нежелательных эффектов – конфликт. Утверждение не так очевидно, как предыдущее. Когда отец рассказал мне несколько лет назад об этой аксиоме, она меня поразила. Но с тех пор подтверждалась для меня многократно. Имею я дело с отношениями или с личностными проблемами, всякий раз, когда я дохожу до корней нежелательных эффектов, я обнаруживаю конфликт. • Мы уже упоминали, что один из важных аспектов Прирожденной простоты – схождение причин. • Так, если в негармоничных отношениях много нежелательных эффектов, их причинами являются конфликты, и эти причины сходятся, то неизбежно в основании всех неприятностей мы обнаруживаем конфликт. Обычно это тяжелый, затянувшийся конфликт. • Конфликт порождает осуждение. Мы не получаем, чего хотим, а все из-за отвратительной, не считающейся ни с кем второй стороны. • Если корневая причина негармоничных отношений – конфликт, а конфликтом порождается осуждение, то, как и предполагалось, в отношениях, лишенных гармонии, одна или обе стороны стремятся осуждать. • Мы упоминали еще один из главных аспектов Прирожденной простоты: конфликты можно устранить. • Отец пытался убедить меня, что корневая причина негармоничных отношений – конфликт, и что любой конфликт можно устранить, следовательно, можно устранить даже затянувшиеся конфликты, извлечь их с самого темного дна негармоничных отношений. Взаимовыгодное решение, способное обратить плохие отношения в гармоничные, существует. Мне было крайне трудно поверить в это. Но отец представил пример, который, на мой взгляд, казался тупиковым в плане гармонии. Это стало настоящим откровением. • Кстати об откровениях, статья отца показала кое-что еще – насколько осуждение способно скрывать от нас даже очевидные взаимовыгодные решения. • Теперь я понимаю, какую мысль он пытался до меня донести. Если взаимовыгодное решение, которое может обратить отношения в гармоничные, существует, но мы склонны к осуждению, а осуждение способно скрывать от нас даже очевидные взаимовыгодные решения, то не удивительно, что мы не можем найти такое решение. Наши мысли просто не работают в нужном направлении. В конечном итоге, осуждение – препятствие на пути к ясному мышлению. • Но что насчет преодоления этого препятствия? Если мы убеждены, что обоюдовыгодный сценарий существует, а мы запрограммированы на заботу о собственном выигрыше, то следует начать с поиска выигрыша для другой стороны. А чтобы избежать обратного погружения в конфликт, следует искать такой выигрыш, который не связан с конфликтом. К главе 10. К этой главе заметок нет. К главе 11. • Представим для начала обычный случай. Мы – в привычной ситуации, и она наблюдается уже какое-то время. Мы упорно работали (или нет), чтобы улучшить ситуацию, и чувствуем, что сделали немало из того, что можно было сделать. Мы «знаем» ситуацию. • И, конечно, мы согласны с общим мнением, что дальнейшие улучшения всегда возможны. • Но на ситуацию, которая нам знакома, мы смотрим реалистично: дальнейшие улучшения – это лишь последние штрихи, доводка, наведение блеска. • Никто не ожидает большого прогресса на этом этапе. Предполагается, что дальнейшие улучшения возможны, но эти возможности сужаются. Дальнейшие же улучшения будут приносить убывающую отдачу. Это реальность (или мое представление о ней). • Однако, глядя на то, как ведет себя отец, слушая, о чем говорит, наблюдая его очевидную нетерпимость к теме убывающей отдачи, я проникаюсь его уверенностью: прорыв всегда возможен. • По сути, прорыв выражается в качественном скачке результативности. • Это значит, что, вопреки стандартному мышлению (включающему в себя понятие убывающей отдачи), отец, кажется, убежден, что качественный скачок в развитии возможен всегда. Я еще не готова принять это, но мне хочется увидеть картину его глазами, поэтому я разбираюсь в следствиях. • Ясно, что настрой на убывающую отдачу проистекает из уверенности, что мы отлично знаем ситуацию. Итак, если отец прав, и качественный скачок в развитии возможен всегда, то, похоже, установка «мы все знаем» удерживает нас от поисков старта для скачка. Если отец прав, убежденность в собственной осведомленности – преграда на пути к ясному мышлению. • И, что еще важнее, если качественный скачок в развитии возможен всегда, то потенциал к улучшению можно найти в любой ситуации, хотя мы и считаем, что нам о ней все известно. Существует немало ситуаций, которые мне хотелось бы значительно улучшить. Это значит, что возможности для достижения весомых результатов совсем рядом, ближе, чем я догадывалась и надеялась. Этот логический карточный домик построен на допущении, что отец прав, а все остальные ошибаются. При всем моем уважении к отцу мне необходимы доказательства. Серьезные доказательства, которые покажут, что даже в самой радужной ситуации – ситуации, известной нам, как мы считаем, в совершенстве, – возможен прорыв. Я рада, что отец успел отправить мне эту статью, прежде чем улетел на деловую встречу. Мне не терпится приступить к чтению. К главе 12. К этой главе заметок нет. К главе 13. • На первый взгляд, средство для устранения четвертой преграды (уверенности в том, что мы все знаем) – борьба с этой преградой. Но уже второй взгляд меняет картину. Предупреждение, что надо быть осторожнее и не считать, что мы все знаем, далеко не уведет. Тут нужен особый подход. В каких ситуациях уверенность в нашей осведомленности мешает нам, и как мы предполагаем ее умерить? • Допустим, что мы внедрили изменение, неважно, в какой области, и оно работает. Результаты, которых мы ждали изначально, в точности достигнуты не были, но, тем не менее, система функционирует. Нашей типичной реакцией будет принять все, как есть, и двинуться дальше. Мы игнорируем разрыв между изначальными ожиданиями и действительным результатом. Однако, если руководствоваться отцовским примером, сделать нужно как раз обратное – сконцентрироваться на этом разрыве. Нужно остановиться и исследовать нежелательные результаты – если они значительно хуже, чем мы рассчитывали, значит, мы упустили что-то, и с этим надо разбираться. Что интересно, та же логическая схема соответствует и случаю, когда результаты неожиданно могут оказаться лучше ожидаемых. Любое серьезное отклонение от начальных ожиданий показывает, что мы не до конца разобрались в ситуации, что необходимо сделать паузу и все перепроверить. Именно так сделал отец, когда увидел, что объем продаж хлеба намного выше, чем он предполагал вначале. • Вопрос, почему мы получили неожиданные результаты, выведет на поверхность наши допущения и, в итоге, вскроет ошибочное допущение (или допущения), которое привело к разрыву между итогом и ожиданиями. С ошибкой необходимо разобраться. Это проторит путь к улучшениям. Когда отец понял, что дело в консерватизме продавцов, которые боятся остаться с нераспроданным хлебом, он пришел к идее возврата хлеба за полную стоимость. В результате, эта идея привела к более серьезным улучшениям. Стараться не думать, что мы все знаем (средство для устранения четвертой преграды). ↓ Проверка непредусмотренных результатов (и плохих, и хороших). ↓ Разбор неверных допущений. • Если мы разобрались с неверным допущением и исправили его, это не значит, что можно почивать на лаврах. Разрыв был только одним последствием неверного допущения, а исправление обычно приводит к нескольким последствиям. Мы продолжаем воздерживаться от мысли, что знаем все в этой ситуации, и потому открыты к ее полному пересмотру. • Мы не можем связать себя по рукам и ногам своим решением или наработанными итогами только потому, что мы их добились, и система функционирует. После дополнительных изменений нам приходится возвращаться назад, проверять последствия новых изменений и смотреть, все ли работает верно. Ждем ли мы на этой стадии всех желаемых результатов? Нужны ли какие-то еще дополнительные изменения? Или, возможно, после внедрения новых изменений некоторые из прежних решений/процессов окажутся ненужными, и мы сможем обойтись без них. Осмотрительность и проверка всех последствий новых изменений порой дает удивительные результаты. Так, отец быстро убедился, что, если забирать хлеб обратно по его полной стоимости, нужда во второй доставке в день просто-напросто отпадет. Я наверняка упустила это, если бы он не заставил меня обратить внимание на последствия. • И даже после того, как пришлось пересмотреть все сначала, отец не остановился. Не позволяя себе увериться в своем всеведении, он вышел на иной уровень. Ему было интересно найти последствия запланированных изменений. • Он подчеркивал: каждое решение создает новую реальность. А новая реальность означает новые возможности, о которых мы не думали прежде, потому что в предыдущем варианте реальности этих возможностей не было. Ему было интересно выяснить, какие новые преимущества получит компания, и как их можно оптимально использовать. • Я смотрю на логическую карту и начинаю кое-что понимать. Когда я строила карточный домик на основе утверждения «никогда не говори «я знаю», у меня было ощущение, что отец никогда не останавливается, что он верит в возможность прорыва в любой ситуации. Но именно теперь я осознала, как он методичен. Он, действительно, верит, что любую ситуацию – неважно, плохой она была изначально или хорошей, – можно существенно улучшить. Да, проект дал отличные результаты, но отец продолжает работу: анализируя разрыв между ожидаемыми и полученными результатами, он находит способ добиться еще лучших результатов. Он перепроверяет изменения, которые внес, и отыскивает новый путь к улучшениям. Затем исследует новую реальность, сформированную благодаря этим улучшениям, и находит новое преимущество, из которого тоже можно извлечь выгоду. Теперь я четко вижу, почему он уверен, что возможности вокруг нас. Должна признать, что сейчас я вовсе не вижу возможностей, возникающих то тут, то там. Еще я не знаю, как анализировать ситуации так, чтобы увидеть, насколько они просты, и не могу без труда отыскивать гармоничные решения. Все это для меня пока беспочвенные мечтания. Но почему-то после разговора с отцом в машине я настроена оптимистично. Даже более оптимистично, чем раньше. Почему? Он построил в воздухе башню из карт, даже небо – не предел для его будущих решений… И это вселяет в меня оптимизм?! Не замечаю ли я некий разрыв между жестким скептицизмом, который мне следовало бы ощутить, и оптимизмом, который внезапно меня охватил? Отец говорил о необходимости проверки неожиданных результатов. Откуда же мой оптимизм? Явно не из убежденности, что я способна на все то, о чем рассказывает он. Я до сих пор не знаю, способна ли. А легкая жизнь манит. Так почему же я чувствую себя хорошо? Кажется, я знаю (ой, осторожней!). До сих пор мне казалось, что появление возможностей, открывающих путь к значимым в моей жизни достижениям, зависит вовсе не от меня. Что это – вопрос удачливости. Но отец показал: работа с важными для меня сферами жизни – это не только исправление того, что плохо, но и возможность постоянно совершенствовать ситуации, даже если они уже хороши. И все зависит от меня. Это терзало меня долгое время, а ведь сказанное отцом очень разумно. Для начала у меня есть стимул попытаться воплотить эту концепцию в жизнь. Я должна сделать все необходимое, чтобы научиться мыслить ясно. Но как научиться этому??? К главе 14. • Мы привыкли воспринимать реальность как сложную. Если мыслить ясно, мыслить категориями причинно-следственных связей, можно открыть для себя ее простоту. Мы начинаем с результатов, которые можно наблюдать в реальности, и двигаемся вглубь, к их причинам. Согласно теории Прирожденной простоты, если мы углубимся достаточно, причины начнут сходиться, и в конечном итоге, мы придем к корневой причине, которая находится в основании. • Не нужно что-либо предпринимать, чтобы причины начали сходиться, – если мы имеем дело с реальными ситуациями, так и будет. Но нужно найти истинные причины. Если мы примем за истину ложные причины, мы станем анализировать воображаемые причины и следствия. Строить гипотезы вокруг возможных причин довольно просто. Настоящая задача логического мышления – обосновать, почему причина, которую мы рассматриваем, действительно является причиной. • Вот здесь и пригодятся отцовские предупреждения. Пытаясь обосновать причину, очень легко прийти к замкнутому кругу: «Почему мы полагаем, что X – это причина Y? Потому что Y существует». Кто сказал, что только собаки гоняются за своим хвостом? Если нам нужны настоящие причины, необходимо избегать логики замкнутого круга – тавтологий. • Особое внимание требуется, когда предполагаемая причина содержит абстрактное понятие. Абстрактные понятия привлекают к себе тавтологии. А когда имеешь дело, например, с организациями, абстрактные понятия встречаются на каждом шагу. (Да и сам термин «организация» абстрактен.). • Как я могу доказать, что X это причина Y и не попасть в ловушку тавтологий? Отец предложил использовать научный метод, механизм «ожидаемых эффектов». Надо мыслить в таком направлении: основываясь на логике, приведшей нас к заключению, что X является причиной Y, подумать, какой еще эффект должен вызвать X? Если мы обнаружим другой эффект (Z) и найдем тому подтверждение в реальности, мы сильно продвинемся в установлении X как причины. Чем больше вероятность, что Z существует, являясь следствием X, тем очевиднее, что X – действительная причина и для Y, и для Z. Чтобы проверить, все ли я уловила, мне нужно вернуться к примерам, которые привел отец. • Использовать механизм «ожидаемого эффекта» не всегда просто. Зачастую, когда мы стараемся представить, какой еще эффект может вызвать X, ничего, кроме Y, в голову не приходит. Как будто эта связка причины и следствия образует вокруг себя ментальный бокс, коробку, из которой крайне сложно выбраться. И чем дольше мы пребываем в этом замкнутом пространстве, тем больше задумываемся, а не гоняемся ли мы за призраком, и тем больше сомневаемся, существует ли вообще в реальности другой эффект. • Как мы повторяли не раз, один из главных аспектов Прирожденной простоты – схождение причин. Это значит, что любая серьезная причина порождает более одного эффекта. • Поэтому, когда мы стараемся обосновать причину, используя ожидаемый эффект, и оказываемся в замкнутой коробке, убежденность в Прирожденную простоту дает нам уверенность, что поблизости есть хотя бы еще один значимый эффект. Мы ищем то, что, действительно, существует. Убежденность в этом помогает, но одной ее недостаточно. Можно использовать несколько простых приемов, чтобы найти ожидаемый эффект. Если вспомнить дискуссию с отцом, он дал мне пару таких подсказок: 1. Подумать о других возможных причинах данного эффекта. Если рассматривать две причины и более, это намного облегчит поиск ожидаемого эффекта, который подтвердит одну из них и отметет остальные. Этот принцип помог, когда мы с отцом обсуждали версию о падении объема продаж из-за изменения рыночных предпочтений. 2. Объяснить/уточнить причину. Обсуждая причину, часто приходишь к новому эффекту, который надо рассмотреть. Это помогло мне, когда отец попросил объяснить утверждение о том, что люди сопротивляются изменениям. Спрашивая отца, как тренировать ясное мышление, я ожидала рассказа о тяжелой изматывающей подготовке. Я воображала детальные инструкции по работе с серьезными ситуациями, требующими длительного анализа. Я, действительно, хотела тренировать ясное мышление, но не могла представить, где возьму на это время. Однако, обсудив с отцом механизм ожидаемого эффекта, я поняла, что исхожу из двух неверных посылов. Мне не нужно ждать особого случая для того, чтобы практиковаться в ясном мышлении, и много времени это занятие не потребует. Когда отец говорил о практике, он имел в виду простые каждодневные обстоятельства. Всякий раз, когда я слышу слова «потому что», «так как» или «таким образом» (они указывают на причинно-следственные связи), я могу использовать эту возможность для тренировок. Никаких отговорок! Надо использовать! К главе 15. К этой главе заметок нет. К главе 16. • Подходя к рассмотрению причинно-следственных связей с позиций ясного мышления, можно найти причины следствий, которые мы наблюдаем в реальности. • В попытках отыскать истинные причины наталкиваешься на ловушку, в которую надо не попасться, – тавтологии. Другая ловушка – склонность осуждать. Я уверяла себя, что ко мне это не относится, однако результат, после отцовской проверки, мою уверенность поколебал. Когда я размышляла, почему руководители компании поступили так, а не иначе, первое, что пришло мне в голову, – осудить их. Я не рассматривала обстоятельства, чтобы проверить, не в них ли кроется объяснение странного поведения. Я тут же постановила, что во всем виновато руководство. • Проблема в том, что, как только мы начинаем осуждать, наш разум подкидывает доказательства нашей правоты: мы отсеиваем ожидаемые эффекты, которые могут опровергнуть наши обвинения, и рассматриваем только те, которые их подтверждают. • Если мы решительно настроены на поиск настоящих причин, следует быть очень внимательными, чтобы тут же не угодить в ловушку. Отец исповедует принцип: унижающие человека слова – сигнал опасности. Лишь почувствовав, что мы говорим о ком-то пренебрежительно, следует априори отмести наше предположение и поискать другую причину. К главе 17. К этой главе заметок нет. К главе 18. Это очень важно для меня: • У нас есть эмоции. Эмоции управляют интуицией. Интуиция управляет пониманием и результатами. И здесь вступает логика. Если мы учимся мыслить ясно, то входим в раскручивающуюся спираль, обретая все больше и больше. В течение последних месяцев мы с отцом обсуждали разные детали этого пазла. Наконец-то я могу увидеть целостную картину: • Чтобы прийти к возможности полной жизни, нужно достаточное количество значимых достижений. Поэтому необходимо развивать стойкость, чтобы преодолевать неудачи, иметь много возможностей и сотрудничать с другими людьми. Для этого нужно, как я теперь понимаю, инвестировать время и усилия в тренировку ясного мышления, мышления категориями причин и следствий. • Чтобы ясно мыслить, необходимо преодолеть четыре серьезных преграды. • Самая трудная преграда – уверенность, что реальность сложна. Это не значит, что нужно потратить годы, убеждая себя в том, что реальность проста. Надо всего лишь дать шанс концепции Прирожденной простоты. Когда мы увидим, что ситуация, казавшаяся сложной, сводится к одной корневой причине, на которой надо сфокусироваться для решения проблемы, мы убедимся, что реальность проста. Единожды убедившись в этом, в следующий раз найти корневую причину вставшей перед нами проблемы будет уже легче. И так далее. • Вторая преграда – восприятие конфликтов как данности, с которой остается только смириться. И опять, если мы дадим шанс идее Прирожденной простоты, то проясним конфликт, вскроем его глубинные предпосылки и разберем те из них, что неверны. Сделав это, мы убедимся, что конфликты могут быть устранены. И в следующий раз, столкнувшись с серьезным конфликтом, нам легче будет потратить время и силы на его устранение, чем решиться на неудовлетворительный компромисс. • Третья преграда – стремление обвинять. Сегодня я убеждена: если мы, независимо от собственного взгляда на человеческую природу, начнем с обвинений, мы двинемся в ошибочном направлении. Если мы настроены на решение проблемы (неважно, в какой области), в которую вовлечена другая сторона, придется справляться с желанием осуждать. Надо принять как факт, что другой человек – хороший, и искать взаимовыгодное решение. И опять: если это сработает, впоследствии будет легче избегать обвинительной тенденции. • Четвертая преграда, которую необходимо преодолеть, – склонность считать, что мы знаем. Когда мы однажды значительно улучшим ситуацию, в которой, как полагали, уже сделали абсолютно все возможное, нам будет гораздо легче принять идею возможности значительного улучшения любой ситуации. Интересно. Я смотрела на маленькие спирали, исходящие от мотивирующих перспектив, – чем больше мы прикладываем усилий, тем вероятнее достижение успеха. А чем больше мы преуспеваем, тем сильнее это мотивирует нас на следующий заход по витку спирали. То же самое и с нашими навыками – чем больше стараемся, тем сильнее совершенствуем мышление и тем лучших результатов добиваемся. Стало быть, не важно, с чего мы начинаем, – каждый может постоянно достигать большего и улучшать свою жизнь. Каждый, если он действительно хочет этого, может жить полной жизнью. Нужно только начать – сделать выбор.