Маркс и марксизм.

Завершая разговор о марксизме, давайте обратим внимание на несколько ранних произведений Маркса, которые обычно не рассматриваются в школьных и университетских учебниках. В первую очередь, на «Экономическо-философские рукописи 1844 года».

* * *

В позднем социализме, да и сейчас, главное различие между социализмом и капитализмом понимается как различие между частной и государственной собственностью на средства производства.

В 7-й главе мы подчёркивали, что не частная собственность, но само разделение труда приводит к целому ряду крайне негативных последствий для личности человека, вне зависимости от формы собственности.

Вот что писал на эту тему сам ранний Маркс, обсуждая отчуждение труда [518]:

Заработная плата идентична частной собственности, ибо заработная плата, где продукт, предмет труда оплачивает самый труд, есть лишь необходимое следствие отчуждения труда: ведь в заработной плате и самый труд выступает не как самоцель, а как слуга заработка.

Насильственное повышение заработной платы… было бы… не более чем лучшей оплатой раба и не завоевало бы ни рабочему, ни труду их человеческого назначения и достоинства.

Даже равенство заработной платы, как его требует Прудон, имело бы лишь тот результат, что оно превратило бы отношение нынешнего рабочего к его труду в отношение всех людей к труду. В этом случае общество мыслилось бы как абстрактный капиталист.

Следствием же отчуждения труда является превращение человека в товар, которое тоже не зависит от формы собственности:

В качестве капитала стоимость рабочего возрастает в зависимости от спроса и предложения, да и физически его существование, его жизнь рассматривались и рассматриваются как предложение товара, как это происходит с любым другим товаром.

Человек есть уже только рабочий, и в качестве рабочего он обладает лишь теми человеческими свойствами, которые нужны чужому для него капиталу.

Производство производит человека не только в качестве товара, не только человека-товар, человека с определением товара, оно производит его, сообразно этому определению, как существо и духовно и физически обесчеловеченное.

На эту же тему Ф.Энгельс писал (работа «Положение Англии. Восемнадцатый век»):

Уничтожение феодального рабства сделало «чистоган единственной связью между людьми». Собственность — природное, бездушное начало, противостоящее человеческому, духовному началу — возводится благодаря этому на трон, и в конечном счете, чтобы завершить это отчуждение, деньги — отчужденная, пустая абстракция собственности, — делаются властелином мира. Человек перестал быть рабом человека и стал рабом вещи; извращение человеческих отношений завершено.

Человек перестал быть рабом человека и стал рабом вещи, стал рабом идола.

* * *

Исследуя суть денег и золота, в Философских рукописях К.Маркс цитирует У.Шекспира [519]:

Тут золота довольно для того,

Чтоб сделать всё чернейшее — белейшим,

Все гнусное — прекрасным, всякий грех -

Правдивостью, все низкое — высоким,

Трусливого — отважным храбрецом,

А старика — и молодым и свежим!

…От алтарей отгонит ваших слуг.

Из-под голов больных подушки вырвет.

Да, этот плут сверкающий начнет.

И связывать и расторгать обеты,

Благословлять проклятое, людей.

Ниц повергать пред застарелой язвой,

Разбойников почетом окружать,

Отличьями, коленопреклоненьем,

Сажая их высоко, на скамьи.

Сенаторов; вдове, давно отжившей,

Даст женихов; раздушит, расцветит,

Как майский день, ту жертву язв поганых,

Которую и самый госпиталь.

Из стен своих прочь гонит с отвращеньем!

…Ты, видимый нам бог,

Сближающий несродные предметы,

Велящий им лобзаться, говорящий.

Для целей всех на каждом языке;

Ты, оселок сердец, — представь, что люди,

Твои рабы, вдруг взбунтовались все,

И силою своею между ними.

Кровавые раздоры посели,

Чтоб сделались царями мира звери [520].

Выводы, сделанные Марксом:

Шекспир особенно подчеркивает в деньгах два их свойства:

1) Они — видимое божество, превращение всех человеческих и природных свойств в их противоположность [христианскому миропониманию], всеобщее смешение и извращение вещей; они осуществляют братание невозможностей.

2) Они — наложница всесветная, всеобщий сводник людей и народов.

Как видим, здесь капитализм рассматривается Марксом именно как религия, и как религия, противоположная христианству. Деньги — как идол, а не как абсолютное мерило ценности вещей.

Эта точка зрения гораздо шире, чем чисто политэкономическая, гораздо шире, чем взгляд на капитализм как на способ производства или даже как на формацию. И это именно та точка зрения, которую мы формулируем в этой книге.

* * *

Далее, говоря о прогрессивности буржуазии, К.Маркс писал в 1844 году:

Из действительного хода развития с необходимостью вытекает победа капиталиста, т.е. развитой частной собственности над неразвитой, половинчатой частной собственностью, т. е. над земельным собственником, подобно тому как и вообще движение должно одержать победу над неподвижностью,

Открытая, сознающая себя подлость — над подлостью скрытой и бессознательной, стяжательство - над жаждой наслаждений, откровенно безудержный, изворотливый эгоизм просвещения - над местным, осмотрительным, простоватым, ленивым и фантастическим эгоизмом суеверия, деньги — над иными формами частной собственности.

Победа открытой, осознающей себя над подлостью скрытой — это не совсем не тот исторический материализм, к которому мы привыкли. Это очень условное, саркастическое, а совсем не школьное абсолютное превосходство капитализма над феодализмом.

* * *

В более поздних работах, особенно в «Капитале», К.Маркс, вместо рассмотрения капитализма как религии, существенно сузил свой подход. Он стал очень подробно переписывать и «исправлять» классическую буржуазную политэкономию и буржуазную теорию стоимости. Деньги и стоимость вольно или невольно стали у него основой всего мировоззрения.

Абсолютное обожествление товаров и денег в капитализме вошли в «Капитал» просто как их фетишизация из-за частной собственности на средства производства.

Маркс узаконил в марксизме основные понятия религии денег. Получилось, что товары, деньги, прибавочная стоимость/ прибыль, разделение труда — это хорошо, их просто искажает частная собственность.

Критика капитализма в «Капитале» во многом свелась к критике его главных негативных проявлений — циклических кризисов производства и плохого положения рабочих. Как показала дальнейшая история, с кризисами и с нищетой рабочих можно справиться, не меняя сути капитализма, не меняя принципа удовольствия от насилия.

* * *

Почему произошло это сужение, почему основой, а не частью, мировоззрения Маркса стала политэкономия? Именно этот шаг поставил марксизм внутрь религии денег, что, в конечном счёте, привело и к крушению социализма.

Свои первые работы К.Маркс (род. 1818 — ум. 1883) писал в охваченных свежими философскими идеями и революционным брожением Германии, Франции и Бельгии. Как раз в те годы он активно изучал первые два источника марксизма — немецкую классическую философию и французский утопический социализм.

Во Франции 1840-х годов прошло всего полвека со времён свержения христианской монархии. Франция во многом оставалась глубоко католической страной с крестьянским населением. В Германии настоящий капитализм тоже был на ранних стадиях развития.

«Капитал» был написан десять-двадцать лет спустя, после вынужденного переезда Маркса в Англию в 1849 году.

В Англии середины XIX века денежное рабство существовало уже более двухсот лет. Долгая жизнь в глубоко поганом «викторианском» обществе, где духом денег и сухого практицизма был пропитан каждый булыжник на мостовой, не могла не сказаться на мировоззрении Маркса.

Он находился в самом центре богатейшей мировой империи, которая превратила половину мира в свою рабовладельческую плантацию. И эта империя контролировала мир именно с помощью сочинённой Адамом Смитом и его последователями религии политэкономии.

Если ранние работы К.Маркса — это взгляд повстанца, то «Капитал» — это скорее имперский труд. Маркс словно пытался понять суть могущества и описать работу экономической машины Британской империи.

Для описания этой машины Маркс пытался использовать модели естественных наук. Как мы отмечали в 7-й главе, тогдашняя эпоха бурного развития физики и следовавшая за ней по пятам промышленная революция заворожили человека XIX века.

Три тома «Капитала» написаны с позиции физики и физического материализма. Они напоминают сложную и полную теорию всемирного тяготения — с такими же подробными и точными формулами.

Англия была наилучшим местом, чтобы напитаться традициями математических принципов мёртвой философии Ньютона и попытаться применить их к обществу и экономике [521]. Кроме того, признать капитализм религией было бы невозможно, оставаясь при этом моническим материалистом.

Маркс изучал Британскую экономическую машину, машину производительных сил, не столько глазами философа-человека, сколько глазами философа-инженера. Он построил детальные чертежи этой машины и нашёл в её конструкциях целый ряд изъянов, приводящих к периодическим и сильнейшим сбоям-кризисам в её работе.

Маркс предложил новые, исправленные чертежи такой машины. 1930-е годы показали, что чертежи Маркса действительно совершеннее и производительнее. Но вскоре среди английских «инженеров» нашёлся Кейнс, который сумел исправить главные сбои существовавшей конструкции на ходу, ничего не меняя кардинально.

Уже к 1960-м годам оба варианта экономической машины исчерпали свой развитие. Из производительных сил они превратились в силы, разрушающие человека и общество.

Сегодня главный вопрос в том, как вернуть людям управление маховиками этого механизма, которые уже разогнались до такой степени, что могут уничтожить всё живое.

* * *

Интересно отметить, что при всех спорах о том, какая трактовка марксизма является правильной, ни Ленин, ни делавшие революцию большевики, ни оппортунисты, не были знакомы с работами Маркса 1844 года, поскольку эти работы были изданы только в 1927 году.