Глава 9. «Windows 95»!

1 января 1994 года на Гавайях самый завидный холостяк на свете Билл Гейтс женился на своей бывшей сотруднице Мелинде Френч (ходят слухи, будто Балмер по просьбе Гейтса предлагал Френч подписать бессрочный договор; Гейтс и Балмер это неоднократно отрицали, а теперешняя миссис Билл Гейтс отказывается комментировать). Разумеется, Стив Балмер был шафером Гейтса. И Гейтс решил, что его шафер — лучший[70], кто может руководить одной из самых дорогих маркетинговых кампаний в истории Америки — выпуском «Windows 95» за несколько дней до Дня труда[71] 1995 года.

Стратегия Балмера была блестящей. Работая с бюджетом, приблизительно оцениваемым в 250 миллионов долларов (больше денег, чем в то же самое время собрало лобби по здравоохранению, чтобы замять реформу), он сосредоточился на прессе, так что рекламные материалы множились, как мушки-дрозофилы в хорошо финансируемой лаборатории. Это работало. Как сказал один участник рекламной кампании:

— Вот так поступил бы Господь, чтобы объявить Десять заповедей, будь у него деньги Билла Гейтса.

Одним из тактических приемов Балмера было подражание праздникам в маленьких городках — с чертовым колесом, крутящимся над палатками, разбитыми на выставочном лугу, где собираются двадцать пять сотен человек, играет оркестр и кривляется клоун. Единственная разница была в том, что на майкрософтовском празднике оркестром были «Роллинг Стоунз» (в записи), а клоуном — Джей Лино лично. Казалось, все знают о «Windows 95»: выпуск был темой всех последних известий по всей стране. «Майкрософт» собирался переделать мир компьютеров по своему образу, и лучше было не вставать у него на пути.

Но «Ай-би-эм» встала на пути у «Майкрософта». Как позже засвидетельствовал Гарри Норрис, занимавшийся переговорами с «Майкрософтом» в середине 90-х годов, «Ай-би-эм» пришлось остановить выпуск «OS/2» и целого ряда деловых программ, конкурировавших с майкрософтовскими, когда готовился выпуск «Windows 95».

В марте Гейтс послал по электронной почте запрос Хоакиму Кемпину, ответственному за работу с ИКО-партнерами «Майкрософта», интересуясь, станет ли айбиэмовская «SmartSuite» «проблемой в наших глобальных взаимоотношениях с «Ай-би-эм»?».

Кемпин написал ответ: «Я хочу сделать все возможное, чтобы вышвырнуть их». Он считал, что взаимоотношения «Майкрософта» с «Ай-би-эм» как производителем компьютеров «следовало бы использовать, чтобы применить некоторое давление». «Ай-би-эм» купила «Лотус» и 17 июля объявила, что сделает «Lotus SmartSuite» («Лотус смарт сьют») своим основным предложением для настольных систем. 24 июля Гейтс позвонил Норрису, который вспоминает: Гейтс жаловался на «SmartSuite», аудит и конкуренцию с «OS/2».

В то время одна бухгалтерская фирма проводила аудиторскую проверку, потому что «Ай-би-эм» недоплатила «Майкрософту» за программное обеспечение и обе стороны хотели знать, сколько «Ай-би-эм» должна. Кемпин сказал Норрису, что «Майкрософт» уладит проблему недоплаты, если «Ай-би-эм» согласится на некоторое время отложить конкуренцию. «Ай-би-эм» остановила выпуск собственного продукта. «Майкрософт» ответил тем, что предоставил «Ай-би-эм» код «Windows 95» всего за пятнадцать дней до выпуска 24 августа. Как показал Норрис: «Мы упустили первоначальный прилив спроса, упустили начало учебного года. И также опоздали на рождественский рынок, а это наш крупнейший квартал. Для «Ай-би-эм» было безнадежно пытаться и действовать в одиночку с операционной системой. Мы бы потеряли более 70 процентов от 90 процентов нашего оборота. Податься без «Windows 95» было некуда. Без нее мы не смогли бы остаться в бизнесе ПК».

Главный партнер Норриса в «Майкрософте» Марк Барер сказал ему:

— Куда еще вам идти? Это оптимальный вариант. Позже в интервью Си-эн-би-эс Балмер признался:

— На переговорах с «Ай-би-эм» мы ни в каком смысле не пытались вытеснить «OS/2».

24 августа 1995 года почти весь мир увидел клипы с Джеем Лино, поддразнивающим Билла Гейтса под мелодию «Start Me Up»[72] «Роллинг Стоунз». По слухам, «Майкрософт» заплатил «Роллингам» за использование песни двадцать миллионов долларов. По телевидению вы видели и слышали Лино и «Роллингов» вперемешку с сюжетами о «полуночном безумии», которое вызвал Балмер, предложив компьютерным магазинам начать продажи «Windows 95» в полночь. Проверяя ход рекламной кампании «Полуночное безумие», Балмер и Джефф Рейкс объезжали торгующие программным обеспечением точки в окрестностях Сиэтла на «БМВ-бимере» последнего под гремящую в кассетнике запись «Роллингов».

Балмер сказал: «Мы потратили на эту песню столько денег, так хоть насладимся ею!» Как написал писатель Дэвид Каплан: «Все это... за $ 109 новую версию программного обеспечения (примерная розничная цена, цены могут варьироваться, требуется некоторая сборка). Шумиха подействовала. Во многих магазинах люди стояли в полуночных очередях, чтобы получить «Windows 95». Стояли в очереди? Неужели она не была бы доступна на следующий день?.. Шоу «Windows 95» оставило мало сомнений, что «Майкрософт» может породить приливную волну».

Некий хьюстонский адвокат, Чарльз Сторер, привлеченный активной рекламой, сказал, что полуночное безумие — это «своего рода хэппенинг[73], [а] тому, кто вырос в шестидесятые, следовало бы привыкнуть к хэппенингу».

Происходила, в сущности, замена безумно успешной «Windows 3.1», которой было продано многие десятки миллионов, на усовершенствованную версию. «Майкрософт» все время твердил, что скоро появится новый выпуск, в котором будут улажены некоторые важные проблемы «Windows 3.1», — в основном то, что по тем или иным причинам программа иногда переставала работать. Для немногих счастливчиков, незнакомых с зависанием (более распространенное название — аварийный отказ), объясняю: пользователь внезапно оказывался перед застывшим экраном с чаще всего практически не поддающимся расшифровке сообщением об ошибке, обычно называемым синим экраном смерти.

Как и первоначальная «Windows», новая версия появилась не сразу — с первого объявления о выпуске прошло больше шести месяцев. У некоторых людей от работы «Windows 95» зависела финансовая жизнь. Разработчикам, пишущим прикладные программы для «Windows 95», она была нужна немедленно. Кроме того, многие полуночные покупатели были компьютерными маньяками, ведущими ночной образ жизни. Они все равно приходили и болтались поблизости. Но «Майкрософт» называл новости хорошими, хотя в который раз опаздывал с выпуском, от которого зависело столько людей. Когда вскоре после этого стало известно, что Билл и Мелинда Гейтс собираются стать родителями, Скотт Макнили съязвил:

— Хорошо, что производить ребенка будет Мелинда. Значит, он появится вовремя.

К тому времени Макнили и компания выпустили свой революционный язык «Java», надеясь, что он доживет до обещания, что можно, «написав раз, пользоваться где угодно» (что и происходит почти все время). Разработчики могли писать прикладные программы, используя «Java», он работал и с «Windows», и с «Apple», и почти с любой операционной системой. Ко времени выпуска «Windows 95» десятки тысяч программистов использовали «Java» для написания приложений. Но чтобы «Java» действительно удержался, он должен был хорошо работать с «Windows». С майкрософтовской стратегией «Если не можешь победить — купи их» адвокаты из «Майкрософта» и «Сан» потратили четыре месяца на переговоры о лицензионном соглашении. Одни из сановских переговорщиков, Алан Барац, говорит, что «Сан» действовал «исходя из предположения, что «Майкрософт» собирается вести себя как законопослушный корпоративный гражданин, [так что] предоставление им лицензии было и есть правильным».

Главный юрист «Сан» Майк Моррис замечает: «Мы пошли на это соглашение с открытыми глазами. Мы старались составить соглашение как можно строже». Но Моррис удивляется: «Были ли мы наивны, потому что считали, что «Майкрософт» будет придерживаться контракта?» Этот вопрос ляжет в основу иска о нарушении контракта, который «Сан» через два года возбудит против «Майкрософта» в федеральном суде, за месяц до федерального антимонопольного дела.

Примерно тогда же «Майкрософт» сталкивался с кое-какими внутренними проблемами из-за сотрудников, которые чувствовали, что в борьбе добра и зла оказались не на той стороне. Одна из самых больших и самых печальных шуток в корпоративной Америке — это четыре слова, сопровождающие финансовые отчеты: общепринятые принципы бухгалтерского учета (ОПБУ)[74]. Недавний пример гибкости ОПБУ: по словам бухгалтеров из «Артур Андерсен», «Энрон» был надежной компанией — пока не обанкротился. Журналист Роб Уокер, пишущий о бухгалтерии и возможностях учета, в одноименной статье в принадлежащем «Майкрософту» журнале «Слейт» объяснил, сколько сотен миллионов долларов пять ведущих американских бухгалтерских фирм потратят на расчеты и штрафы за «подделку бухгалтерских книг» на переломе тысячелетия.

К тому времени «Майкрософт» стал в известном смысле пленником своего громкого успеха. Уолл-стрит ожидала от компании сохранения уровня прибыли. За последние десять лет публичных сообщений производственная прибыль «Майкрософта» повышалась быстро и неизменно — от сорока одного миллиона долларов до более четырех миллиардов долларов. Основной капитал был уже пять раз разделен. Перефразируя У. Сомерсета Моэма, только у посредственной компании всегда все хорошо, а приливы и отливы в коммерции бывают как и везде. «Майкрософт» подправлял финансовую отчетность, проводя сотни миллионов долларов по бухгалтерии как резервный капитал.

Благодаря различным махинациям компания — при необходимости — извлекала эти деньги из резервных фондов и показывала как прибыль. Несмотря на этот феноменальный успех, «Майкрософт» подделывал книги, а некоторые сотрудники смотрели, и им не нравилось то, что они видели.

Один из них, Чарльз Панчерковски, высказал тревогу по поводу подтасовок начальнику, который сразу же снял его с должности; немного времени спустя компания уволила Панчерковски, хотя до жалобы его характеристика была великолепной. По федеральному закону, когда компания мстит стукачу, она всегда несет ответственность за конкретные убытки. Панчерковски подал в суд. Когда сиэтлский судья постановил, что доказательств для передачи дела в суд достаточно, «Майкрософт» все уладил. Согласно альтернативной газете Города Дождей, принадлежащей «Виллидж войс» «Сиэтл уикли», «Майкрософт» заплатил более четырех миллионов долларов, чтобы заставить Панчерковски уехать, — сумму, которая, вероятно, не могла быть заплачена без санкции Управления президента, трио, к которому принадлежал и Балмер.

Хотя Балмером и «Майкрософтом» часто пугали людей, обычно соперников, Балмер прекрасно сознает, что его габариты и манеры могут быть неприятны. Однажды, когда во время встречи акционеров он крутил в руках бейсбольную биту и не удержал ее, она полетела через комнату и упала, не долетев несколько дюймов до одной сотрудницы.

Та пристально посмотрела на Балмера и сказала:

— Какая хорошая штука — не ударила меня.

Как частенько бывает с Балмером, когда он непреднамеренно обижает человека, у него лицо стало как у больной собаки. Но Балмеру случается бить людей — иногда случайно, иногда нет. Сам он любит рассказывать историю, как в Колумбии разговаривал с группой покупателей, в шутку бросая в толпу бейсбольные мячи. Один мяч — очень твердый — огрел покупателя по голове и отправил в нокаут. По словам Балмера, он просил, молился: «Оживи этого покупателя!» Покупатель пришел в себя. Или, как выразился Балмер, надеюсь, преувеличивая: «И из праха восстал он снова. И до сего дня это самое важное событие в ИТ (информационной технологии) в Колумбии» (Балмер дал жертве бесплатную копию «Office»). Как поговаривают в майкрософтовском кампусе, Балмер, если понадобится, возьмется за ремень, чтобы достичь целей компании.

К тому времени многие майкрософтовцы были богаты, а кое-кто еще и с гонором. К концу 80-х золотые наручники начали окупаться. Люди получали буквально миллионы долларов, когда фондовые опционы наконец переходили в их собственность. Немало майкрософтовцев начали носить пуговицы с аббревиатурой FYIFV — Fuck You! I'm Fully Vested![75].

Говорит один бывший руководитель «Майкрософта», человек богатый и уважаемый:

— Проработав там пять лет, они оказались на крючке. Пристрастились. Привыкли к рабочему дню, к тому, что они лучше всех. Они не могут не работать двенадцать — четырнадцать часов в день.

Другой экс-руководитель добавляет:

— Сотрудников называли добровольцами.

За два месяца было продано более семи миллионов экземпляров «Windows 95». За четыре года, пока Балмер занимался сбытом, «Майкрософт» продал много миллионов копий своих операционных систем, оказавшись на гребне бурного роста в использовании персональных компьютеров. «Windows 95» стала мега-хитом, хотя, как обычно, припозднилась и не выполняла всего, что наобещал «Майкрософт». Как и у каждого майкрософтовского продукта, у «Windows 95» имелись критики. Большое недовольство вызывала неполная совместимость со всеми старыми программами «Windows» и «MS-DOS», что некоторыми воспринималось как программная устарелость. Другие жаловались, что она с трудом инсталлируется, слишком много сбоит и для хорошей работы нужен более мощный компьютер, чем у них есть. Один из изобретателей Интернета недоумевал, почему для остановки программы надо активизировать кнопку «Пуск». Другой пользователь сказал: «95 в «Windows 95» — это количество часов, необходимое для инсталляции, проценты старых виндовских программ, которые не работают с ней, или число отказов в час». К 1995 году «Майкрософт» настолько доминировал в операционных системах, что альтернатив было немного: компания держала около 90 процентов рынка.

Именно в Вашингтоне, федеральный округ Колумбия, «Windows 95» столкнулась с самыми могущественными критиками. Реагируя на жалобы, Ральф Нейдер и его коллега Джеймс Лав написали президенту Клинтону письмо с просьбой запретить федеральным агентствам покупать «Windows 95», потому что, во-первых, «Майкрософт» объединил «Windows» с новым интернетовским доступом «Microsoft Network» (MSN) («Майкрософт нетворк») и, во-вторых, «Мастер регистрации» — антипиратская функция, встроенная в программу, чтобы облегчить ее регистрацию, на самом деле снабжает «Майкрософт» информацией о файлах на жестком диске покупателя, — обвинение, которое возникнет снова шесть лет спустя в связи с «Windows XP» («Виндоуз экс-пи»).

За несколько дней до выпуска «Windows 95» Минюст согласился не добиваться судебного запрета объединения доступа в Интернет с «Windows». Они знали немного, а ведь «Майкрософт» так настроил доступ, что, в частности, лучший вход в Интернет предоставляло именно майкрософтовское программное обеспечение. Вообразите, что «Майкрософт» заключил бы контракт на мощение большинства американских дорог и сделал все так, что хорошо ездить по ним могли бы только сделанные «Майкрософтом» машины — если они вообще могли ездить.

Теория игр, которую Гейтс и Балмер изучали в Гарварде (увеличение преимущества путем уменьшения числа конкурентов), снова работала, пока через два года Минюст не понял, что происходит, и не возбудил иск. Немало критиков утверждали, что Минюст добился не слишком многого. Боб Меткаф открыто интересовался в колонке журнала, когда — если такое вообще будет — федералы обвинят «Майкрософт» в вымогательстве по акту о коррумпированных и преступных организациях[76], обычно ассоциирующемуся с мафией.

Когда Майкл Кинсли начал работать на «Майкрософт» и основал сетевой журнал «Слейт», «Ньюсуик» поместил на обложке его фотографию в желтом дождевике. В 1968 году Кинсли закончил ту же школу Крэнбрук-экэдеми в Блумфилд-Хиллз, что и Скотт Макнили. После Гарварда он, получив стипендию Родса, учился в Оксфордском университете, потом получил степень в Гарвардской школе права. Поработав редактором и в «Харперс», и в «Нью ри-паблик» и семь лет диктором в «Перекрестном огне» на «Си-эн-эн», Кинсли пять лет был редактором «Слейта», после чего вышел из игры из-за болезни Паркинсона.

Узнав, что «Майкрософт» хочет основать онлайновое издание, Кинсли написал Стиву Балмеру, которого немного знал по Гарварду, и тот пустил его идею «Слейта» по рукам, как пищу для размышлений. «Нью-йоркер» писал, что Кинсли, воплощенный дух противоречия, в первый день работы появился в Редмонде в бейсболке министерства юстиции. По словам самого Кинсли, на самом деле то была вечеринка на Хэллоуин, и никто не счел эту шляпу забавной.

В июне 1996 года Кинсли начал в «Слейте» сетевую дискуссию на тему «Играет ли «Майкрософт» честно?». Он пригласил к участию нескольких знакомых гарвардцев. Среди них были Стив Балмер и Джеймс Фэллоуз, тоже выпускник Гарварда и стипендиат Родса, к которому присоединился писатель и критик «Майкрософта» Джеймс Глейк (он закончил Гарвард на год раньше Балмера). Они и еще несколько комментаторов неделю пережевывали умную, оживленную и ужасно правильную дискуссию о добре, зле и мерзости в связи с «Майкрософтом». Это была последняя дискуссия в «Слейте», в которой участвовал Балмер.

Экономист Герберт Стайн, своего рода арбитр, задал пять трудных вопросов, выражающих суть того, что следовало бы, пожалуй, сделать с «Майкрософтом». Участники дискуссии беседовали в киберпространстве, а публика внимала. Стейн спросил:

— Может ли «Майкрософт» использовать и использует ли свое нынешнее преобладание, чтобы помешать разработке новых и, возможно, лучших операционных систем и прикладных программ?

Мешает ли другим производителям операционных систем конкурировать система выдачи «Майкрософтом» лицензии на свои операционные системы изготовителям?

Дает ли объединение майкрософтовских прикладных программ с майкрософтовскими же операционными системами этим прикладным программам преимущество и препятствует ли разработке более качественных прикладных программ?

Дает ли преобладание «Майкрософта» как поставщика операционных систем ему возможность игнорировать интересы потребителей в самом целесообразном и надежном использовании их оборудования?

Есть ли вероятность, что нынешнее положение и средства «Майкрософта» дадут ему возможность преобладать в будущем мира коммуникаций, как когда-то «Эй-ти энд ти»?

Балмер среагировал немедленно. Проверив грамматику и орфографию, он стукнул по кнопке «Отправить» и начал следующими словами: «Какая ирония — в 1996 году увидеть, как все эти старые вопросы о том, почему «Майкрософт» «слишком уж» преуспевает, возникают снова. Мы почти весь прошлый год потратили на ответ на диаметрально противоположный вопрос: «Может ли «Майкрософт» вообще выжить в приливной волне Интернета?» Программы «Майкрософта» очень, очень популярны среди потребителей. Некоторые наши конкуренты говорят, что «Майкрософт» «слишком уж» преуспевает и каким-то образом вредит отрасли. Однако я не знаю другого сектора экономики — ни одного, — который развивается более конкурентно, динамично и новаторски, чем программное обеспечение для ПК... Все вопросы в «Слейте» сводятся к одному: «Кто должен определять успех в индустрии программного обеспечения? Миллионы потребителей, принимающие индивидуальные решения о покупке? Или правительственные регулировщики?».

Джеймс Глейк написал, что использует «Microsoft Word», «Microsoft Exchange» («Майкрософт иксчейндж»), «Internet Explorer» («Интернер иксплорер») и «Microsoft Excel», а также «несколько немайкрософтовских программ, например, «Quicken» («Куикен») компании «Иньюит», которая не была проглочена благодаря вмешательству правительства... Я отказался от программного обеспечения компаний с превосходной бесплатной поддержкой и теперь могу, вооружившись тонометром, наслаждаться печально известной майкрософтовской службой работы с потребителями: междугородний код 206, запутанное телефонное меню и выдрессированный в оруэлловском духе персонал, которому запрещено признавать существование багов...

Почему я спасовал перед напором парового катка из Редмонда? Потому что жизнь коротка. Потому что мне надо, чтобы все мои программы работали вместе. Потому что мне нужно работать с программами, которыми пользуются все остальные. Потому что на самом деле выбора нет. Я истинно верю в свободную рыночную экономику. Время от времени правительство должно находить способы защитить свободный рынок — для этого и существует антимонопольное законодательство. Возможно, никто не заметил, но в огромных областях бизнеса, связанного с программным обеспечением, конкуренция исчезла. Не было существенных заявок на (например) обработку текста — не потому, что текстовой процессор был совершенен, а потому,-что «Майкрософт» запер двери. В 1996 году в Америке гораздо проще основать авиакомпанию, чем компанию программ для обработки текста... Играет ли «Майкрософт» честно? Конечно, нет. Он известен во всей отрасли—и был за это привлечен к ответственности министерством юстиции — неэтичной и иногда незаконной игрой... У того, кто владеет операционной системой, правящей в мире ПК, и имеет возможность использовать эту силу, берясь за новый бизнес, появляется преимущество, о котором великие монополисты XIX века могли только мечтать».

Балмер ответил (игнорируя большую часть сказанного Глейком):

— «Майкрософт» обвиняют в том, что все его программные продукты «работают вместе» и «работают с программами,, которыми пользуются все остальные».

Виновен, ибо обвинен — по определению!

В прошлый раз я проверял, какие к нам претензии, и хочу опровергнуть точку зрения Джима Глейка о службе работы с потребителями. Служба работы с потребителями «Майкрософта» — лучшая в отрасли. Два года «Майкрософт» получал награду журнала «ПК» за лучший сервис и поддержку. Неудивительно, поскольку время ожидания для потребителей в среднем меньше минуты, и мы тратим более 500 миллионов долларов на поддержку, чтобы давать вам правильные ответы немедленно!.. «Windows» — открытая платформа, основанная на опубликованных спецификациях, и «Майкрософт» обеспечивает всемерную поддержку разработчикам, пишущим прикладные программы для «Windows».

Глейк нанес ответный удар:

— В сущности, хотя «Майкрософт» действительно публикует огромное количество информации о том, как заставить программу работать с «Windows», он, однако, утаивает самую существенную информацию, делая ее доступной только для своих программистов и друзей «Майкрософта». Компания использует информацию для заключения сделок, выдавая ее мелкими порциями в обмен на другие специфические льготы и услуги.

Стив, когда я брал у вас интервью для моей статьи «Делая «Майкрософт» безопасным для капитализма» (в «Нью-Йорк таймс»), вы дали понять, что «Windows» «открыт» только тогда, когда это устраивает «Майкрософт». Вы заявили: «Мы могли бы сказать: эй, мы не публикуем никаких API нашей операционной системы. Или мы могли бы выбрать пятерых парней и рассказать им, что находится внутри операционной системы, — мы не собираемся рассказывать другим людям». Вы сейчас поддерживаете эту точку зрения? Или «Майкрософт» сдержит обещание о политике истинной открытости в том, что касается операционной системы «Windows»: согласится опубликовать и документировать все API и сделать информацию неограниченно доступной всем программистам, как только она становится доступной программистам «Майкрософта»? Не просто иногда-всегда?

В перепалку вмешался Джеймс Фэллоуз: «Стиву Балмеру... Надеюсь, мысль, с которой вы начали, это официальная рисовка, а не то, что вы действительно думаете. А именно: «Однако я не знаю другого сектора экономики — ни одного, — который развивается более конкурентно, динамично и новаторски, чем программное обеспечение для ПК». Но вся эта суета, конечно, не из-за «программного обеспечения для ПК» вообще, а из-за «программного обеспечения операционными системами для ПК». Когда доходит до операционных систем, никто, пожалуй, не знает другого сектора экономики, где одна компания настолько преобладала бы, как «Майкрософт» среди ОС».

Далее Фэллоуз подверг сомнению точку зрения Балмера, что дискуссия сводится к вопросу о том, кто должен определять успех в отрасли программного обеспечения — миллионы потребителей или правительственные регулировщики. «Donnez-moi un break[77], Стив. Несколько недель назад я слушал, как Билл Гейтс просит о более жестких действиях правительства, чтобы покарать программных пиратов, базирующихся в Китае. Допустим, какой-нибудь китайский пират встал бы на этой встрече и сказал: «Все ваши жалобы сводятся к одному вопросу: кто должен определять успех в отрасли программного обеспечения? Миллиарды потребителей, принимающие индивидуальное решение о покупке, покупая диск за сумму, равную 4 долларам США? Или правительственные регулировщики, старающиеся навязать несправедливые торговые законы?» Не могу поверить, что такой искушенный человек, как вы, действительно полагает, что правительственные регулировщики пытаются навязать потребителям решения о покупке. Да, Дик Арми... или, может быть, персонаж романа Эйн Рэнд, но не человек, знающий, как согласованные правила конкуренции воздействуют на корпоративную стратегию.

Гражданская конкуренция всех видов включает в себя правила. Адам Смит знал это. Тедди Рузвельт знал это. Вы знаете это. Вопрос не в том, будут ли существовать правила, и, разумеется, не в том, собираются ли «правительственные регулировщики» принимать решения о покупках. Вопрос в том, являются ли нынешние правила игры в конечном итоге лучшими для духа бизнеса... Рузвельт явно любил мускулатуру конкурентного капитализма... но он также любил, когда этот неунывающий дух сдерживается некоторыми правилами. Эти правила сберегли земли для национальных парков (хотя рыночные силы диктовали бы иное), они запретили компаниям конкурировать, нанимая детей, и так далее. ТР, несомненно, сказал бы о созданном вами бизнесе: «Хулиган! Хулиган!» Но он бы не подумал, как вы здесь намекаете, что, следовательно, вульгарно даже говорить о правилах конкуренции».

Потом Фэллоуз рассказал о неудачном личном опыте, когда он воспользовался айбиэмовской операционной системой «OS/2». «Это было нечто: всякий раз, когда я загружал какую-нибудь майкрософтовскую прикладную программу на компьютер с «OS/2», она засекала чужую операционную систему, предупреждала меня о смертельной опасности, которую это создает для моего компьютера, и услужливо предлагала переформатировать диск». Фэллоуз меньше сетует на преимущество, полученное «Майкрософтом» благодаря собственности на стандарт операционных систем, чем на то, как компания использует это преимущество, чтобы всех обставить. Он сравнивает это с тем, что произошло бы, если бы президент Билл Клинтон контролировал распределение денег из Федеральной избирательной комиссии: Клинтон, «возможно, испытал бы искушение увидеть в этом преимущество — или по крайней мере это искушение испытали бы его честолюбивые подчиненные».

Джеймс Глейк обратил внимание, что есть кое-какая выгода в том, что все программное обеспечение предоставляется одной-единственной компанией: «Майкрософт» предотвращает дезорганизацию среди компаний аппаратного обеспечения, которые не могут договориться о стандарте. Редмонд просто диктует им, что делать. И будет правильно сказать, что потребители за свои доллары получают такой роскошный, многофункциональный продукт, как «Windows 95». Эта выгода реальна, хотя и не слишком приятна — вроде некоторых преимуществ тоталитарных правительств (в Сингапуре, например, поезда ходят строго по расписанию)».

«Чтобы на минутку умаслить Стива Б., — заметил Фэллоуз, — он — славный парень, раз участвует в такого рода дискуссиях; вы не дождетесь ничего подобного от больших шишек: чтобы, скажем, Р. Дж. Рейнольде или «Эй-ти энд ти» согласились отвечать в онлайне на вопросы о компании».

Позже Фэллоуз назовет Билла Гейтса величайшим бизнес-стратегом Америки двадцатого века. Он говорит: «Что сделало компанию мощной и что должно бы поразить наблюдателей, так это то, что деловая проницательность ее руководителей — в частности, идея становления стандарта — значила больше всего прочего. Еще до драмы VHS/Beta — войны стандартов на видеокассеты (кстати, победителем из этого соревнования вышла более дешевая система VHS, хотя Beta обладала наилучшими техническими характеристиками) — Гейтс, Балмер и пр. поняли, как важно быть VHS. Они, несомненно, сделали это в интересах компании, но это оказало историческое влияние на всю индустрию, создав для производителей [прикладных программ] стандарт программирования.

Странно, но публика, кажется, все еще не осознала этого. Когда люди видят Билла Гейтса, они думают о каком-то дубликате Альберта Эйнштейна/Гарри Каспарова. Несомненно, этот парень умен, но, готов поспорить, людей столь же умных больше, чем таких же искусных и безжалостных бизнес-стратегов».

Фэллоуз пересказывает личный эпизод: «В данный момент я печатаю эти слова на портативном компьютере, используя «Windows 95». Выбрал ли я этот интерфейс потому, что убежден в его превосходстве над всеми другими? Нет. Я «выбрал» его потому, что у меня НЕТ АЛЬТЕРНАТИВЫ. Мой старый портативный компьютер сломался; мне был нужен новый... просто становление стандарта делает множество других «качественных» сравнений бессмысленными. Разве миллионы потребителей «выбирают» стандартную английскую клавиатуру, потому что она лучше всех альтернатив? Нет — она просто есть. Разве я выбираю лететь из округа Колумбия в Бостон самолетом «Ю-эс эйр»? Нет. Альтернативы нет — буквально. И так же с «DOS/ WINDOWS». Можно должным образом использовать «миллионы пользователей» как доказательство блеска бизнес-стратегии. Как доказательство блеска самой продукции...».

Балмер ответил Джеймсу Глейку в его же стиле. «Джим Г., вам нужно вернуться назад и проверить факты по исходу следствия Минюста по «Майкрософту», потому что всякий раз, когда вы ссылаетесь на них, вы путаете.

Между 1990 и 1994 годами не одно, а два федеральных агентства основательно расследовали уйму жалоб конкурентов, которые вы и Джим Ф. раскапываете еще раз. В конце концов ФТК не предъявила «Майкрософту» никакого иска. Минюст решил оспорить только некоторые узкие аспекты порядка выдачи производителям компьютеров лицензий на программное обеспечение. В сущности, Минюст специально сказал судам, что нет оснований для возбуждения дела против «Майкрософта», кроме тех, что содержатся в итоговом решении...

Ваше утверждение, что Минюст «доказал незаконность тактики, благодаря которой «Майкрософт» убил последние оставшиеся операционные системы конкурентов», просто абсолютно ложно.

Во-первых, Минюст ничего не доказывал. Он только заявлял... Во-вторых, Минюст даже не заявлял, что первоначальным успехом «MS-DOS» и «Windows» обязаны какому-либо противоправному действию. Так из-за чего же вся эта суета? Трудно сказать. Мы всегда говорили, что причина, по которой производители компьютеров предустанавливают «Windows» на большинство своих машин, заключается в том, что большинство клиентов хотят купить машины с «Windows» (а не в особенном языке контракта). Это не так сложно. Поэтому мы приняли деловое решение прийти к соглашению с Минюстом и внести в нашу практику лицензирования некоторые изменения. Вот уже два года мы работаем по условиям этого соглашения. И попробуйте угадать... клиенты по-прежнему хотят машины с «Windows», и изготовители компьютеров по-прежнему делают их».

Джеймс Глейк тут же отозвался. «Стив Балмер написал: «Джим Г., вам нужно вернуться назад и проверить факты...» О нет. Вы же не собираетесь на самом деле подвергать сомнению эти факты, ведь правда же, Стив? Ладно, посмотрим: «Между 1990 и 1994 годами не одно, а два федеральных агентства основательно расследовали уйму жалоб конкурентов, которые вы и Джим Ф. раскапываете еще раз. В конце концов ФТК не предъявила «Майкрософту» никакого иска».

Если быть точным, уполномоченные зашли в тупик, выполняя рекомендации служащих ФТК, и министерство юстиции взяло расследование на себя. [Далее вы говорите] «минюст решил оспорить только некоторые узкие аспекты порядка выдачи производителям компьютеров лицензий на программное обеспечение».

«Узкие», говорите? Посмотрим... Минюст установил среди прочего, что «Майкрософт» два года нарушал параграфы 1 и 2 Антимонопольного акта Шермана, используя (цитирую по материалам суда) «исключающие и антиконкурентные контракты для продажи на рынке своего программного обеспечения для персональных компьютеров. По этим контрактам «Майкрософт» незаконно поддерживал свою монополию на операционные системы для персональных компьютеров и необоснованно ограничивал торговлю». Резюме: «противоправная монополизация и незаконное сдерживание торговли»...

Как, уверен, вы помните, Окружной суд США [судья Споркин], который должен был бы утвердить это решение, нашел его неприятным и отказался, заявив: «Из этих разбирательств вырисовывается такая картина: правительство США либо не может, либо не хочет принять действенные меры к потенциальной угрозе экономическому благополучию этой нации. Этому суду ясно, что, если он подпишет представленное ему постановление, все поймут, что «Майкрософт» настолько могущественен, что ни рынок, ни правительство не в силах справиться с этой монополистической деятельностью». Потом апелляционный суд утвердил решение. Не буду больше тратить на все это время. Это история, и сделанного не воротишь. Надеюсь, это не анонс вашей версии «Encarta»?..» Вскоре дискуссия закончилась.

Упомянутая Глейком «Encarta» («Энкарта») — это энциклопедия, которую «Майкрософт» приобрел и изменил: пример того, что может произойти, когда компания становится поставщиком оперативной информации. Согласно «Нью-йоркеру», после того как «Майкрософт» купил энциклопедию у «Фанк и Уогнолл» и превратил ее в «Encarta», статья о Билле Гейтсе изменилась. Строка о Билле Гейтсе «известен как трудный противник, который, кажется, ценит победу в конфликтной ситуации больше денег» стала читаться: «известен личным и корпоративным вкладом в благотворительные и образовательные организации». В сущности, те, кто пользуется онлайновой версией «Encarta», по-прежнему могут прочитать эту статью. Как здорово сказал Оруэлл: «Кто управляет прошлым — тот управляет будущим». Тем, кто захочет прочитать в той же версии «Encarta» о Стиве Балмере, придется очень внимательно присмотреться, чтобы понять, что эта статья на самом деле — текст от пропагандистов «Майкрософта».