BzBook.ru

СТОЛЕТИЕ ВОЙНЫ.(Англо-американская нефтяная политика и Новый Мировой Порядок)

США переходят к военной защите своих устремлений


Из Второй мировой войны Вашингтон вышел победителем, и Американский Век окончательно вытеснил Британскую империю в качестве глобального гегемона и доминирующей силы. Превосходство США над мировыми державами опиралось на два столпа.

Первым была роль Соединенных Штатов в качестве самой устрашающей военной силы в мире, дополненной к тому же новым ужасным ядерным оружием, атомной бомбой. Менее очевидной, но столь же важной и нераздельно связанной с первым столпом, стала роль доллара в качестве бесспорной мировой резервной валюты.

Эти два фактора, американское военное превосходство и резервная роль доллара, были в послевоенные десятилетия столь переплетены в вашингтонских властных расчетах, что было без доказательств принято, что оба должны и будут играть центральную роль. Если один из них, скажем, влияние доллара на мировую экономику, окажется в смертельной опасности со стороны государств-конкурентов, высшим политическим кругам в Вашингтоне было очевидно, что на сцену должна выступить военная сила, чтобы так или иначе избавиться от этой угрозы.

Действительно, с тех пор как в 1971 году президент Соединенных Штатов в одностороннем порядке вышел из Бреттон-Вудских соглашений 1944 года и отказался от золотого стандарта для доллара, доллар реально обеспечивался истребителями Ф-16, межконтинентальными баллистическими ракетами и танками «Абрамс» — своего рода глобальным «рэкетом». Соединенные Штаты «прикрывали» беззащитную Японию от «угрозы» со стороны Северной Кореи. Взамен правительство Японии должно было защищать и поддерживать доллар и, несмотря на огромные потери, покупать облигации Казначейства.

Все это работало в течение шестидесяти лет с момента окончания Второй мировой войны, не меньше. Но к концу первого десятилетия нового века все более становится неясно, сможет ли продержаться эта рассчитанная власть империи доллара хотя бы еще одно десятилетие. Дефицит торгового баланса США приближается к гигантской сумме в размере 1 трлн. долларов ежегодно. Рабочие места постоянно исчезают в дешевых оффшорных зонах. Разрыв между доходами очень богатых и средним классом резко возрос и был прикрыт введением долговой кабалы, ипотечного кредитования, плавающей ставки ипотеки для десятков миллионов простых американцев.

В 80-х годах во время президентства Рональда Рейгана, а впоследствии и Джорджа Буша-старшего интересы проецирования мощи вооруженных сил США взяли верх над сбалансированным бюджетом или сильным долларом.

Американский истеблишмент, по крайней мере, его большинство, принял решение уничтожить Советский Союз любой ценой. Призом была возможность прибрать в свои руки огромные площади и сырьевые богатства России и ее бывших стран-сателлитов для грабежа. Предполагалось, что размеры нового евразийского богатства позволят искусственно поддержать шатающуюся американскую империю в течение длительного времени.

В конце 1980-х доллар колебался, промышленная база США была опустошена, а американские банки столкнулись с вызовом азиатских экономических тигров и прежде всего корпорации «Япония», бывшей тогда экономическим колоссом.

Более того, Соединенные Штаты столкнулись с перспективой обновленного европейского промышленного вызова. Европа создавала единое экономическое пространство, которое впоследствии будет называться Европейским Союзом, и приступала к обсуждению общей денежной единицы, которая могла бы смести одряхлевшую к концу 1980-х власть империи доллара. С очевидным окончанием Холодной войны власть окончательно ускользала из рук Америки, и ведущие европейские элиты впервые с 1945 года увидели перспективу обрести самостоятельность. Эта перспектива не радовала ни Уолл-Стрит, ни Вашингтон.

Усилия Рейгана, направленные на обеспечение военного превосходства США, вынудили Советский Союз вступить в совершенно невозможную гонку вооружений. Это было сделано ценой рекордного бюджетного дефицита США. Свои резко раскритикованные «Звездные войны», программу противоракетной обороны, Рейган сочетал с агрессивными военными операциями США повсюду: от Афганистана до Никарагуа и Африки.

Соединенные Штаты поставили мир перед лицом огромной разницы в ежегодных оборонных бюджетах, полностью занимая одну треть всех мировых военных расходов, начиная со времен Рейгана вплоть до окончания Холодной войны. И далее, несмотря на распад в 1991 году Советского Союза, США продолжали тратить на вооружения и военные расходы в три раза больше, чем его ближайший конкурент. Фактически оборонный бюджет США превышал вместе взятые бюджеты более чем 15–20 следующих за ними крупнейших стран.

Президент Рейган еще был в Белом Доме, когда он увидел поражение своего противника в Холодной войне — России. А его преемник Джордж Буш-старший успел предпринять катастрофическую военную авантюру из-за нефти в Сомали, вторжение в крошечную Панаму, чтобы захватить Мануэля Норьегу, и, самое главное, провести первую войну в Ираке, операцию «Буря в пустыне» в 1991 году.

Военная компонента доминировала и при Рейгане, и при Джордже Буше-старшем. Это помогало удерживать сильные позиции доллара, но лишь до определенного момента.

Сразу после того, как в январе 1993 года Уильям Джефферсон Клинтон покинул Литтл-Рок и направился в Вашингтон, чтобы произнести президентскую присягу, ему пришлось принимать решительные меры по укреплению долларового столпа Американского Века. Финансовая основа империи находилась под угрозой и нуждалась в укреплении. Президентство Клинтона прошло под эгидой уолл-стритовского министра финансов Роберта Рубина, бывшего председателя мощного инвестиционного дома Уолл-Стрита «Голдман Сакс». В течение первых лет эпохи Клинтона военные хоть и не были забыты, но определенно были отодвинуты на второй план задачами по поддержанию доллара.

В течение всего срока своего пребывания на посту министра финансов во второй половине 90-х годов Рубин успешно повторял одну мантру: «Сильный доллар является политикой США». Иностранные капиталы устремлялись к сильному доллару по мере того, как Азия, Россия и другие страны с формирующейся экономикой вступали в период хаоса конца 90-х годов. Этот иностранный капитал стал топливом для взрывного роста «новой экономики» «Дотком» (или пузыря рынка акций информационных технологий) и рынка надежных облигаций США с низкими процентными ставками.

Политика сильного доллара и результирующий приток иностранного капитала в «сильный доллар» впервые за несколько десятилетий привели к временному профициту федерального бюджета США. Это произошло в те времена, когда Рубин приглядывал за Казначейством.

То, что этому профициту в значительной степени способствовали рекордного уровня выплаты поколения бэбибумеров в «Доверительный фонд социальной защиты», учитывают немногие. В конце концов, и современная банковская система, и широкое использование задолженности по задолженности — все это зависело от решающего вопроса общего доверия. Пока мир «верил», что Рубин гений, который сможет удержать доллар «сильным», он продолжал инвестировать в США.

Стабильность доллара под руководством Рубина и Клинтона также подпитывалась расчетливым использованием Международного Валютного Фонда, чтобы «вскрыть» государственные экономики бывших социалистических республик России, Украины, Польши и всей Восточной Европы. В целом, это стало одной из наиболее успешных игр «на доверие» всех времен.

Только к концу своего президентства в 1999 году, приняв решение о бомбардировке Сербии без санкции Совета Безопасности ООН или официального объявления войны Конгрессом США, Клинтон начал прямолинейно использовать военный столп власти США ради достижения того, что он полагал американскими национальными интересами.

Если сильный доллар был центром политики Клинтона, то наступившая в 2001 году эра Буша и Чейни характеризуется почти исключительной концентрацией правительства на использовании военного столпа власти США во имя приближения Американского Века. Или как в своем выступлении перед Конгрессом 6 марта 1991 году по случаю освобождения Кувейта от иракских войск выразился Буш старший, во имя «очень реальной перспективы создания Нового Мирового Порядка».

Дефицит бюджета для финансирования новых войн и военного строительства американского полномасштабного доминирования — на земле, на море, в воздухе и даже в космосе — достиг никогда ранее не виданного уровня. Как цинично прокомментировал ситуацию вице-президент Дик Чейни: «Рональд Рейган продемонстрировал нам, что дефицит не имеет значения…».[101]

Эра Буша-Чейни с самого начала управлялась агрессивными военными планами. Еще не завершился первый год пребывания новой администрации у власти, когда войска США разбомбили и оккупировали Афганистан. Причиной было якобы наказание правительства талибов в Кабуле за то, что оно отказалось выдать саудовского лидера террористов Усаму бен Ладена. Ведь уже через несколько часов после атак 11 сентября 2001 года ответственным за эти злодеяния правительством США был назначен бен Ладен.

Джордж Буш-младший и Дик Чейни, очевидно, рассматривали неоспоримую глобальную роль вооруженных сил США как необходимый инструмент строительства империи. В течение первых пяти лет президентства Буша-Чейни правительство США только официально израсходовало более 2,1 трлн. долларов на оборону. А неофициально — гораздо больше.