BzBook.ru

Политическая экономия

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящий учебник политической экономии написан коллективом экономистов в составе: академика Островитянова К. В., члена-корреспондента Академии паук СССР Шепилова Д. Т., члена-корреспондента Академии наук СССР Леонтьева Л. А., действительного члена Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени Ленина Лаптева И. Д., профессора Кузьминова И. И., доктора экономических паук Гатовского Л. М., академика Юдина П. Ф., члена-корреспондента Академии наук СССР Пашкова А. И., кандидата экономических наук Переслегина В. И. В подборе и обработке статистических материалов, включённых в учебник, принял участие доктор экономических паук Старовский В. Н.

При разработке проекта учебника многие советские экономисты сделали ценные критические замечания и внесли ряд полезных предложений по тексту. Эти замечания и предложения авторы учли в последующей работе над учебником.

Огромное значение для работы над учебником имела организованная Центральным Комитетом Коммунистической партии Советского Союза ноябрьская экономическая дискуссия 1951 г. В ходе этой дискуссии, в которой приняли активное участие сотни советских экономистов, был подвергнут всестороннему критическому разбору представленный авторами проект учебника политической экономии. Выработанные в итоге дискуссии предложения по улучшению проекта учебника явились важным источником для усовершенствования структуры учебника и обогащения его содержания.

Окончательная редакция учебника проведена товарищами: Островитяновым К. В., Шепиловым Д. Т., Леонтьевым Л. А., Лаптевым И. Д., Кузьминовым И. И., Гатовским Л. М.

Сознавая в полной мере значение марксистского учебника политической экономии, авторы намерены продолжить работу по дальнейшему улучшению текста учебника на основе тех критических замечаний и пожеланий, которые будут сделаны читателями по ознакомлении с первым изданием учебника. В этой связи авторы просят читателей присылать свои отзывы и пожелания по учебнику по адресу: Москва, Волхонка, 14, Институт экономики Академии наук СССР.


Авторы

Август 1954 г. г. Москва


ВВЕДЕНИЕ


Политическая экономия относится к числу общественных наук[1]. Она изучает законы общественного производства и распределения материальных благ на различных ступенях развития человеческого общества.

Основой жизни общества является материальное производство. Чтобы жить, люди должны иметь пищу, одежду и другие материальные блага. Чтобы иметь эти блага, люди должны производить их, должны трудиться.

Люди производят материальные блага, то есть ведут борьбу с природой, не в одиночку, а сообща, группами, обществами. Следовательно, производство всегда и при всех условиях является общественным производством, а труд — деятельностью общественного человека.

Процесс производства материальных благ предполагает следующие моменты: 1) труд человека, 2) предмет труда и 3) средства труда.

Труд есть целесообразная деятельность человека, в процессе которой он видоизменяет и приспособляет предметы природы для удовлетворения своих потребностей. Труд является естественной необходимостью, непременным условием существования людей. Без труда была бы невозможна сама человеческая жизнь.

Предметом труда является всё то, на что направлен труд человека. Предметы труда могут быть непосредственно даны самой природой, например дерево, которое рубят в лесу, или руда, которую извлекают из недр земли. Предметы труда, которые раньше подверглись воздействию труда, например руда на металлургическом заводе, хлопок на прядильной фабрике, носят название сырья или сырых материалов.

Средствами труда являются все те вещи, при помощи которых человек воздействует на предмет своего труда[2] и видоизменяет его. К средствам труда принадлежат прежде всего орудия производства, а также земля, производственные здания, дороги, каналы, склады и т. д. В составе средств труда определяющая роль принадлежит орудиям производства. К ним относятся многообразные орудия, которые человек применяет в своей трудовой деятельности, начиная с грубых каменных орудий первобытных людей и кончая современными машинами. Уровень развития орудий производства служит мерилом власти общества над природой, мерилом развития производства. Экономические эпохи различаются не тем, что производится, а тем, как производится, какими орудиями производства.

Предметы труда и средства труда составляют средства производства. Средства производства сами по себе, вне соединения с рабочей силой, представляют лишь груду мёртвых вещей. Для того чтобы мог начаться процесс труда, рабочая сила должна соединиться с орудиями производства.

Рабочая сила есть способность человека к труду, совокупность физических и духовных сил человека, благодаря которым он в состоянии производить материальные блага. Рабочая сила — активный элемент производства, она приводит в движение средства производства. С развитием орудий производства развивается и способность человека к труду, его уменье, навыки, производственный опыт.

Орудия производства, при помощи которых производятся материальные блага, люди, приводящие в движение эти орудия и осуществляющие производство материальных благ благодаря известному производственному опыту и навыкам к труду, составляют производительные силы общества. Трудящиеся массы являются основной производительной силой человеческого общества на всех этапах его развития.

Производительные силы выражают отношение людей к предметам и силам природы, используемым для производства материальных благ. Однако в производстве люди воздействуют не только на природу, но и друг на друга. «Они не могут производить, не соединяясь известным образом для совместной деятельности и для взаимного обмена своей деятельностью. Чтобы производить, люди вступают в определенные связи и отношения, и только через посредство этих общественных связей и отношений существует их отношение к природе, имеет место производство» Определённые связи и отношения людей в процессе производства материальных благ составляют производственные отношения.

Характер производственных отношений зависит от того, в чьей собственности находятся средства производства (земля, леса, воды, недра, сырые материалы, орудия производства, производственные здания, средства сообщения и связи и т. п.) — в собственности отдельных лиц, социальных групп или классов, использующих эти средства для эксплуатации трудящихся, или в собственности общества, целью которого является удовлетворение материальных и культурных потребностей народных масс, всего общества. Состояние производственных отношений показывает, как распределяются между членами общества средства производства и, следовательно, также и материальные блага, производимые людьми. Таким образом, основой производственных отношений является определённая форма собственности на средства производства.

Отношения производства определяют и соответствующие отношения распределения. Распределение является связующим звеном между производством и потреблением.

Производимые в обществе продукты служат производственному или личному потреблению. Производственным потреблением называется использование средств производства для создания материальных благ. Личным потреблением называется удовлетворение потребностей человека в пище, одежде, жилище и т. д.

Распределение произведённых предметов личного потребления зависит от распределения средств производства. В капиталистическом обществе средства производства принадлежат капиталистам, ввиду чего продукты труда также принадлежат капиталистам. Рабочие лишены средств производства и, чтобы не умереть с голоду, вынуждены работать на капиталистов, присваивающих продукты их труда. В социалистическом обществе средства производства являются общественной собственностью. Ввиду этого продукты труда принадлежат самим трудящимся.

В общественных формациях, где имеется товарное производство, распределение материальных благ осуществляется путём обмена товаров.

Производство, распределение, обмен и потребление составляют единство, в котором определяющая роль принадлежит производству.

Совокупность «производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания»[3], Появившись на свет, надстройка в свою очередь оказывает обратное активное воздействие на базис, ускоряя или задерживая его развитие.

Производство имеет техническую и общественную сторону. Техническую сторону производства изучают естественные и технические науки: физика, химия, металлургия, машиноведение, агрономия и другие. Политическая экономия изучает общественную сторону производства, общественно-производственные, то есть экономические, отношения людей. «Политическая экономия,— писал В. И. Ленин,— занимается вовсе не «производством», а общественными отношениями людей по производству, общественным строем производства»[4].

Политическая экономия изучает производственные отношения в их взаимодействии с производительными силами. Производительные силы и производственные отношения в их единстве образуют способ производства.

Производительные силы являются наиболее подвижным и революционным элементом производства. Развитие производства начинается с изменений в производительных силах — прежде всего с изменения и развития орудий производства, а затем происходят соответствующие изменения и в области производственных отношений. Производственные отношения людей, развиваясь в зависимости от развития производительных сил, в свою очередь сами активно воздействуют на производительные силу.

Производительные силы общества могут развиваться беспрепятственно лишь в том случае, если производственные отношения соответствуют состоянию производительных сил. На известной ступени своего развития производительные силы перерастают рамки данных производственных отношений и вступают с ними в противоречие.

В результате этого старые производственные отношения раньше или позже сменяются новыми производственными отношениями, соответствующими достигнутому уровню развития и характеру производительных сил общества. С изменением экономического базиса общества изменяется и его надстройка. Материальные предпосылки для смены старых производственных отношений новыми возникают и развиваются в недрах старой формации. Новые производственные отношения открывают простор для развития производительных сил.

Таким образом, экономическим законом развития общества является закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил.

В обществе, основанном на частной собственности и эксплуатации человека человеком, конфликты между производительными силами и производственными отношениями проявляются в классовой борьбе. В этих условиях смена старого способа производства новым осуществляется путём социальной революции.

Политическая экономия есть историческая наука. Она имеет дело с материальным производством в его исторически определённой общественной форме, с экономическими законами, присущими соответствующим способам производства. Экономические законы выражают сущность экономических явлений и процессов, внутреннюю, причинную связь и зависимость, существующую между ними. Каждому способу производства присущ свой основной экономический закон. Основной экономический закон определяет главные стороны, существо данного способа производства.

Политическая экономия «исследует прежде всего особые законы каждой отдельной ступени развития производства и обмена, и лишь в конце этого исследования она может установить немногие, вполне общие законы, применимые к производству и обмену вообще»[5]. Следовательно, различные общественные формации в своём развитии определяются не только своими специфическими экономическими законами, но и теми экономическими законами, которые общи для всех формаций, например законом обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил. Стало быть, общественные формации не только отделены друг от друга специфическими экономическими законами, присущими данному способу производства, но и связаны друг с другом некоторыми общими для всех формаций экономическими законами.

Законы экономического развития являются объективными законами. Они отражают процессы экономического развития, совершающиеся независимо от воли людей. Экономические законы возникают и действуют на базе определённых экономических условий. Люди могут познать эти законы и использовать их в интересах общества, но они не могут уничтожать или создавать экономические законы.

Использование экономических законов в классовом обществе всегда имеет классовую подоплёку: передовой класс каждой новой эпохи использует экономические законы в интересах развития общества, тогда как отживающие классы сопротивляются этому.

Политическая экономия изучает следующие известные истории основные типы производственных отношений: первобытно-общинный строй, рабовладельческий строй, феодализм, капитализм, социализм. Первобытно-общинный строй является доклассовым общественным строем. Рабовладельческий строй, феодализм и капитализм представляют собой различные формы общества, основанные на порабощении и эксплуатации трудящихся масс. Социализм является общественным строем, свободным от эксплуатации человека человеком.

Политическая экономия исследует, как происходит развитие от низших ступеней общественного производства к его высшим ступеням, как возникают, развиваются и уничтожаются общественные порядки, основанные на эксплуатации человека человеком. Она показывает, как весь ход исторического развития подготовляет победу социалистического способа производства. Она изучает, далее, экономические законы социализма, законы возникновения социалистического общества и его дальнейшего развития по пути к высшей фазе коммунизма.

Таким образом, политическая экономия есть наука о развитии общественно-производственных, то есть экономических, отношений людей. Она выясняет законы, управляющие производством и распределением материальных благ в человеческом обществе на различных ступенях его развития.

Методом марксистской политической экономии является метод диалектического материализма. Марксистско-ленинская политическая экономия строится на применении основных положений диалектического и исторического материализма к изучению экономического строя общества.

Политическая экономия в отличие от естественных наук — физики, химии и т. п. — не может пользоваться при изучении экономического строя общества экспериментами, опытами, проводимыми в искусственно созданных лабораторных условиях, устраняющих те явления, которые затрудняют рассмотрение процесса в его наиболее чистом виде. «При анализе экономических форм,— указывал Маркс,— нельзя пользоваться ни микроскопом, ни химическими реактивами. То и другое должна заменить сила абстракции»[6].

Каждый экономический строй представляет собой противоречивую и сложную картину: в нём имеются пережитки прошлого и зародыши будущего, в нём переплетаются различные хозяйственные формы. Задача научного исследования состоит в том, чтобы за внешней видимостью хозяйственных явлений при помощи теоретического анализа вскрыть глубинные процессы, основные черты экономики, выражающие сущность данных производственных отношений.

Результатом такого научного анализа являются экономические категории, то есть понятия, представляющие собой теоретическое выражение производственных отношений данной общественной формации, как, например, товар, деньги, капитал и другие.

Так, Маркс при анализе капиталистических производственных отношений выделяет прежде всего простейшее, чаще всего повторяющееся массовое отношение — обмен одного товара на другой. Он показывает, что в товаре — этой клеточке капиталистического хозяйства — заложены в зародыше противоречия капитализма. Исходя из анализа товара, Маркс объясняет возникновение денег, раскрывает процесс превращения денег в капитал, существо капиталистической эксплуатации. Маркс показывает, как общественное развитие неизбежно ведёт к гибели капитализма, к победе коммунизма.

Метод Маркса состоит в постепенном восхождении от простейших экономических категорий к более сложным, что соответствует поступательному развитию общества по восходящей линии — от низших ступеней к высшим. При таком порядке исследования категорий политической экономии логическое исследование сочетается с историческим анализом общественного развития.

Политическая экономия не ставит своей задачей изучение исторического процесса развития общества во всём его конкретном многообразии. Она даёт основные понятия о коренных чертах каждой системы общественного хозяйства.

Ленин указывал, что политическую экономию надо излагать в форме характеристики последовательных периодов экономического развития. В соответствии с этим в настоящем курсе политической экономии основные категории политической экономии — товар, деньги, капитал и т. д.— рассматриваются в той исторической последовательности, в какой они возникали на разных ступенях развития человеческого общества. Так, элементарные понятия о товаре, деньгах даются ещё при характеристике докапиталистических формаций. В развёрнутом же виде эти категории излагаются при изучении развитого капиталистического хозяйства.

Как видно, политическая экономия изучает не какие-либо заоблачные, оторванные от жизни вопросы, а самые реальные и актуальные вопросы, затрагивающие кровные интересы людей, общества, классов. Является ли неизбежной гибель капитализма и победа социалистической системы хозяйства, противоречат ли интересы капитализма интересам общества и прогрессивного развития человечества, является ли рабочий класс могильщиком капитализма и носителем идей освобождения общества от капитализма — все эти и подобные им вопросы решаются различными экономистами по-разному, в зависимости от того, интересы каких классов они отражают. Этим именно и объясняется, что в настоящее время не существует единой для всех классов общества политической экономии, а существует несколько политических экономик буржуазная политическая экономия, пролетарская политическая экономия, наконец, политическая экономия промежуточных классов, мелкобуржуазная политическая экономия.

Но из этого следует, что совершенно неправы те экономисты, которые утверждают, что политическая экономия является нейтральной, непартийной наукой, что политическая экономия независима от борьбы классов в обществе и не связана прямо или косвенно, с какой-либо политической партией.

Возможна ли вообще объективная, беспристрастная, ие боящаяся правды политическая экономия? Безусловно, возможна. Такой объективной политической экономией может быть лишь политическая экономия того класса, который не заинтересован в замазывании противоречий и язв капитализма, который не заинтересован в сохранении капиталистических порядков, интересы которого сливаются с интересами освобождения общества от капиталистического рабства, интересы которого лежат на одной линии с интересами прогрессивного развития человечества. Таким классом является рабочий класс. Поэтому объективной и бескорыстной политической экономией может быть лишь такая политическая экономия, которая опирается на интересы рабочего класса. Такой именно политической экономией и является политическая экономия марксизма-ленинизма.

Марксистская политическая экономия представляет собой важнейшую составную часть марксистско-ленинской теории.

Великие вожди и теоретики рабочего класса К. Маркс и Ф. Энгельс явились основоположниками пролетарской политической экономии. В своём гениальном труде «Капитал» Маркс вскрыл законы возникновения, развития и гибели капитализма, дал экономическое обоснование неизбежности социалистической революции и установления диктатуры пролетариата. Маркс и Энгельс разработали в общих чертах учение о переходном периоде от капитализма к социализму и о двух фазах коммунистического общества.

Дальнейшее творческое развитие экономическое учение марксизма получило в трудах основателя Коммунистической партии и Советского государства, гениального продолжателя дела Маркса и Энгельса В. И. Ленина. Ленин обогатил марксистскую экономическую науку обобщением нового опыта исторического развития, создав марксистское учение об империализме, раскрыл экономическую и политическую сущность империализма, дал исходные положения основного экономического закона современного капитализма, разработал основы учения об общем кризисе капитализма, создал новую, законченную теорию социалистической революции, научно разработал основные проблемы строительства социализма и коммунизма.

Великий соратник и ученик Ленина И. В. Сталин выдвинул и развил ряд новых положений политической экономии, опираясь на основные труды Маркса, Энгельса и Ленина, создавших подлинно научную политическую экономию.

Марксистско-ленинская экономическая теория творчески развивается в решениях Коммунистической партии Советского Союза, в работах учеников и соратников Ленина — руководителей Коммунистической партии Советского Союза, коммунистических и рабочих партий других стран.

Марксистско-ленинская политическая экономия является мощным идейным оружием в руках рабочего класса и всего трудящегося человечества в их борьбе за освобождение от капиталистического гнёта. Жизненная сила экономической теории марксизма-ленинизма состоит в том, что она вооружает рабочий класс, трудящиеся массы знанием законов экономического развития общества, даёт им ясность перспективы, уверенность в окончательной победе коммунизма.


РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЕ СПОСОБЫ ПРОИЗВОДСТВА


ГЛАВА I ПЕРВОБЫТНО-ОБЩИННЫЙ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА


Возникновение человеческого общества


Возникновение человека относится к началу нынешнего, четвертичного периода в истории Земли, насчитывающего, как полагает паука, немногим менее миллиона лет. В разных областях Европы, Азии и Африки, отличавшихся тёплым и влажным климатом, обитала высокоразвитая порода человекообразных обезьян. В результате очень длительного развития, охватывающего ряд переходных ступеней, от этих отдалённых предков произошёл человек.

Появление человека было одним из величайших поворотов в развитии природы. Этот поворот совершился тогда, когда предки человека стали выделывать орудия труда. Коренное отличие человека от животного начинается только с изготовления орудий, хотя бы самых простых. Некоторые животные, как, например, обезьяны, нередко пользуются палкой или камнем, чтобы сбить плоды с дерева, защититься от нападения. Но ни одно животное никогда не сделало даже самого грубого орудия. Условия повседневной жизни толкали предков человека к изготовлению орудий. Опыт подсказывал им, что заострённые камни можно использовать для защиты от нападения или для охоты на животных. Предки человека стали выделывать каменные орудия, ударяя одним камнем по другому. Этим было положено начало изготовлению орудий. С изготовления орудий начинается труд.

Благодаря труду передние конечности человекообразной обезьяны превратились в руки человека. Об этом свидетельствуют найденные археологами останки обезьяно-человека — переходной ступени от обезьяны к человеку. Мозг обезьяно-человека был гораздо меньше человеческого, а его рука уже сравнительно мало отличалась от человеческой. Таким образом, рука — не только орган труда, но и его продукт.

По мере высвобождения рук для трудовых операций предки человека всё более усваивали прямую походку. Когда руки оказались занятыми трудом, совершился окончательный переход к прямой походке, что сыграло очень важную роль в формировании человека.

Предки человека жили ордами, стадами; стадами жили и первые люди. Но между людьми возникла такая связь, которой не было и не могло быть в животном мире: связь по труду. Люди сообща выделывали орудия и сообща их применяли. Следовательно, возникновение человека было вместе с тем возникновением человеческого общества, переходом из зоологического состояния в общественное.

Совместный труд людей привёл к возникновению и развитию членораздельной речи. Язык есть средство, орудие, при помощи которого люди общаются друг с другом, обмениваются мнениями и добиваются взаимного понимания.

Обмен мыслями является постоянной и жизненной необходимостью, так как без него невозможны совместные действия людей в борьбе с силами природы, невозможно само существование общественного производства.

Труд и членораздельная речь оказали решающее влияние на усовершенствование организма человека, на развитие его головного мозга. Развитие языка тесно связано с развитием мышления. В процессе труда у человека расширялся круг восприятий и представлений, совершенствовались органы чувств. Трудовые действия человека в отличие от инстинктивных действий животных стали носить сознательный характер.

Таким образом, труд — «первое основное условие всей человеческой жизни, и притом в такой степени, что мы в известном смысле должны сказать: труд создал самого человека»[7]. Благодаря труду возникло и стало развиваться человеческое общество.


Условия материальной жизни первобытного общества. Развитие орудий труда


В первобытную эпоху человек находился в сильнейшей зависимости от окружающей природы, он был совершенно подавлен трудностью существования, трудностью борьбы с природой. Процесс овладения стихийными силами природы протекал крайне медленно, так как орудия труда были самые примитивные. Первыми орудиями человека были грубо оббитый камень и палка. Они явились как бы искусственным продолжением органов его тела: камень — кулака, палка — вытянутой руки.

Люди жили группами, численность которых не превышала нескольким десятков человек: большее количество не могло бы прокормиться вместе. Когда группы встречались, между ними иногда происходили столкновения. Многие группы гибли от голода, становились добычей хищных зверей. В этих условиях совместная жизнь была для людей единственно возможной и абсолютно необходимой.

Долгое время первобытный человек жил главным образом за счёт собирания пищи и за счёт охоты, которые осуществлялись коллективно, при помощи простейших орудий. То, что совместно добывалось, совместно и потреблялось. Вследствие необеспеченности пищей у первобытных людей встречалось людоедство. На протяжении многих тысячелетий, как бы ощупью, путём крайне медленного накопления опыта, люди научились выделывать простейшие орудия, пригодные для удара, резания, копки и других очень несложных действий, которыми тогда почти исчерпывалась вся область производства.

Огромным завоеванием первобытного человека в борьбе с природой было открытие огня. Сначала люди научились применять огонь, возникавший стихийно. Они видели, как молния зажигает дерево, наблюдали лесные пожары, извержения вулканов. Случайно добытый огонь долго и тщательно хранился. Лишь спустя много тысячелетий человек познал тайну добывания огня. При более развитом производстве орудий люди подметили, что огонь получается от трения, и научились добывать его.

Открытие огня и его применение дало людям господство, над определёнными силами природы. Первобытный человек окончательно оторвался от животного мира, закончилась длительная эпоха становления человека. Благодаря открытию огня существенно изменились условия материальной жизни людей. Во-первых, огонь служил для приготовления пищи, в результате чего круг доступных человеку предметов питания расширился: стало возможным употреблять в пищу приготовленные при помощи огня рыбу, мясо, крахмалистые корни, клубни и т. п. Во-вторых, огонь стал играть важную роль при изготовлении орудий производства, а также давал защиту от холода, благодаря чему люди получили возможность расселиться на большей части земного шара. В-третьих, огонь давал защиту от хищных зверей.

В течение длительного периода охота оставалась важнейшим источником средств существования. Она доставляла людям шкуры для одежды, кости для изготовления орудий и мясную пищу, которая оказала влияние на дальнейшее развитие человеческого организма и прежде всего — на развитие мозга.

По мере физического и умственного развития человек оказывался в состоянии делать более совершенные орудия. Для охоты служила палка с заострённым концом. Затем к палке стали прикреплять каменный наконечник. Появились топоры, копья с каменными наконечниками, каменные скрёбла и ножи. Эти орудия сделали возможными охоту на крупных животных и развитие рыболовства.

Главным материалом для выделки орудий на протяжении очень долгого времени оставался камень. Эпоха преобладания каменных орудий, насчитывающая сотни тысячелетий, носит название каменного века. Лишь позднее человек научился делать орудия из металла — сначала из самородного, в первую очередь из меди (однако медь, как мягкий металл, не получила широкого применения для изготовления орудий), затем из бронзы (сплав меди и олова) и, наконец, из железа. В соответствии с этим за каменным веком следует бронзовый век, а за ним — железный век.


Наиболее ранние следы плавки меди в Передней Азии относятся к V—IV тысячелетиям до нашей эры. В Южной и Средней Европе плавка меди возникла примерно в III—II тысячелетиях до нашей эры. Древнейшие следи бронзы в Месопотамии относятся к IV тысячелетию до нашей эры.

Наиболее ранние следы плавки железа обнаружены в Египте; они относятся к периоду за полторы тысячи лет до нашей эры. В Западной Европе железный век начался около тысячи лет до нашей эры.


Важной вехой на пути улучшения орудий труда явилось изобретение лука и стрел, с появлением которых охота стала доставлять больше необходимых средств к жизни. Развитие охоты привело к зарождению первобытного скотоводства. Охотники стали приручать животных. Раньше других животных была приручена собака, позднее — крупный рогатый скот, козы, свиньи.

Дальнейшим крупным шагом в развитии производительных сил общества явилось возникновение первобытного земледелия. Собирая плоды и корни растений, первобытные люди стали замечать, как прорастают зёрна, обронённые на землю. Тысячи раз это оставалось непонятным, но рано или поздно в уме первобытного человека установилась связь этих явлений, и он стал переходить к возделыванию растений. Так возникло земледелие.

Долгое время земледелие оставалось крайне примитивным. Землю взрыхляли вручную, сначала простой палкой, затем палкой с загнутым концом — мотыгой. В речных долинах семена бросали в ил, нанесённый разливами рек. Приручение животных открыло возможность использовать скот в качестве тягловой силы. В дальнейшем, когда люди овладели плавкой металла и появились металлические орудие, их применение сделало земледельческий труд более производительным. Земледелие получило более прочную основу. Первобытные племена начали переходить к оседлому образу жизни.


Производственные отношения первобытного общества. Естественное разделение труда


Производственные отношения определяются характером, состоянием производительных сил.

При первобытно-общинном строе основой производственных отношений является общинная собственность на средства производства. Общинная собственность соответствует характеру производительных сил в этот период. Орудия труда в первобытном обществе были настолько примитивны, что они исключали возможность борьбы первобытных людей с силами природы и хищными животными в одиночку. «Этот первобытный тип коллективного или кооперативного производства,— писал Маркс,—» был, разумеется, результатом слабости отдельной личности, а не обобществления средств производства»[8].

Отсюда вытекала необходимость коллективного труда, общей собственности на землю и другие средства производства, равно как и на продукты труда. Первобытные люди не имели понятия о частной собственности на средства производства. В их личной собственности находились лишь некоторые орудия производства, служившие вместе с тем орудиями защиты от хищных зверей.

Труд первобытного человека не создавал никакого излишка сверх самого необходимого для жизни, то есть никакого прибавочного продукта. При таких условиях в первобытном обществе не могло быть классов и эксплуатации человека человеком. Общественная собственность распространялась лишь на небольшие общины, существовавшие более или менее изолированно друг от друга. По характеристике Ленина, здесь общественный характер производства обнимал только членов одной общины.

Трудовая деятельность людей первобытного общества основывалась на простом сотрудничестве (простой кооперации). Простая кооперация есть одновременное применение более или менее значительного количества рабочей силы для выполнения однородных работ. Уже простое сотрудничество открывало перед первобытными людьми возможность выполнения таких задач, какие немыслимо было бы выполнить одному человеку (например, при охоте на крупных зверей).

При тогдашнем крайне низком уровне развития производительных сил неизбежно было уравнительное распределение продуктов общего труда. Скудная пища делилась поровну. Иного дележа и не могло быть, так как продуктов труда едва хватало на удовлетворение самых насущных потребностей: если бы один член первобытной общины получил больше равной для всех доли, то кто-то другой был бы обречён на голод и гибель.


Привычка к равному дележу глубоко укоренилась у первобытных народов. Её наблюдали путешественники, побывавшие у племен, стоящих на низкой ступени общественного развития. Великий естествоиспытатель Дарвин более ста лет назад совершил кругосветное путешествие. Описывая жизнь племён на Огненной Земле, он рассказывает такой случай: огнеземельцам подарили кусок холста; они разорвали холст на совершенно равные части, чтобы всем досталось поровну.


Исходя из изложенного, можно было бы следующим образом сформулировать основной экономический закон первобытно-общинного строя: обеспечение крайне скудных условий существования людей при помощи примитивных орудий производства путём совместного труда в рамках одной общины и уравнительного распределения продуктов.

С развитием орудий производства возникает разделение труда. Его простейшей формой было естественное разделение труда, то есть разделение труда в зависимости от пола и возраста: между мужчинами и женщинами, между взрослыми, детьми и стариками.


Знаменитый русский путешественник Миклухо-Маклай, изучавший во второй половине XIX века жизнь папуасов Новой Гвинеи, так описывает коллективный процесс труда в земледелии. Несколько мужчин становятся в ряд, глубоко втыкают заострённые палки в землю и потом одним взмахом поднимают глыбу земли. За ними следуют женщины, ползущие на коленях. В руках у них палки, которыми они размельчают поднятую мужчинами землю. За женщинами идут дети различного возраста, растирающие землю руками. После разрыхления почвы женщины при помощи маленьких палочек делают в земле углубления и зарывают в них семена или корни растений. Труд здесь носит совместный характер, и в то же время существует разделение труда по полу и возрасту.


По мере развития производительных сил естественное разделение труда постепенно упрочивалось и закреплялось. Специализация мужчин в области охоты, женщин — в области собирания растительной пищи и домохозяйства приводила к некоторому повышению производительности труда.


Родовой строй. Матриархальный род. Патриархальный род


Пока шёл процесс выделения человека из животного мира, люди жили ордами, стадами, как и их непосредственные предки. Flo впоследствии, в связи с возникновением первобытного хозяйства и ростом населения, складывалась родовая организация общества.

Объединяться для совместного труда могли в те времена только люди, находившиеся в родственных отношениях. Примитивные орудия производства ограничивали возможности коллективного труда узкими рамками группы людей, связанных родством и совместной жизнью. Первобытный человек обычно относился враждебно ко всякому, кто не был связан с ним родством и совместной жизнью. Род представлял собой группу, на первых порах состоявшую всего из нескольких десятков человек и спаянную узами кровного родства. Каждая такая группа существовала обособленно от других подобных ей групп. С течением времени численность рода возрастала, доходя до нескольких сотен человек: развивалась привычка к совместной жизни; выгоды общего труда всё более заставляли людей держаться вместе.


Исследователь жизни первобытных людей Морган описал родовой строй, сохранявшийся у индейцев-ирокезов ещё в середине прошлого века. Основными занятиями ирокезов являлись охота, рыболовство, собирательство плодов и земледелие. Труд был разделён между мужчинами и женщинами. Охота и рыболовство, изготовление оружия и орудий труда, расчистка почвы, постройка хижин и укреплений составляли обязанность мужчин. Женщины выполняли основные работы на полях, собирали урожай и доставляли его в кладовые, варили пищу, изготовляли одежду и глиняную посуду, собирали дикие плоды, ягоды, орехи, клубни. Земля была общей собственностью рода. Более крупные работы — вырубка леса, расчистка земли под пашню, большие охотничьи походы — выполнялись сообща. Ирокезы жили в так называемых «больших домах», вмещавших 20 и более семей. Такая группа имела общие кладовые, куда складывались запасы продуктов. Женщина, стоявшая во главе группы, распределяла пищу между отдельными семьями.

На время военных действий род избирал себе военачальника, который не пользовался никакими материальными преимуществами; с окончанием военных действий его власть прекращалась.


На первой ступени родового строя ведущее положение занимала женщина, что вытекало из тогдашних условий материальной жизни людей. Охота при помощи самых примитивных орудий, которая была делом мужчин, не могла полностью обеспечить существование людей: её результаты были более или менее случайными. В этих условиях даже зачаточные формы земледелия и скотоводства (приручение животных) имели большое хозяйственное значение. Эти занятия служили более надёжным и постоянным источником средств к жизни, чем охота. А земледелие и скотоводство, пока они велись примитивным способом, были преимущественно занятием женщин, остававшихся у домашнего очага, в то время как мужчины охотились. Женщина играла в течение длительного периода главенствующую роль в родовой общине. Родство считалось по материнской линии. Рамки родовой общины были узки, в её состав входили потомки одной женщины. Это был материнский, пли матриархальный, род (матриархат).

В ходе дальнейшего развития производительных сил, когда кочевое скотоводство (пастушество) и более развитое земледелие (хлебопашество), являвшиеся делом мужчин, стали играть решающую роль в жизни первобытной общины, матриархальный род сменился отцовским, или патриархальным, родом (патриархат). Главенствующее положение перешло к мужчине. Он стал во главе родовой общины. Родство стало считаться по отцовской линии. Рамки общины заметно расширились по сравнению с материнским родом. Патриархальный род существовал в последний период первобытно-общинного строя.

Отсутствие частной собственности, классового деления общества и эксплуатации человека человеком исключали возможность существования государства.

«В первобытном обществе... не видно еще признаков существования государства. Мы видим господство обычаев, авторитет, уважение, власть, которой пользовались старейшины рода, видим, что эта власть признавалась иногда за женщинами, — положение женщины тогда не было похоже на теперешнее бесправное, угнетенное положение, — но нигде не видим особого разряда людей, которые выделяются, чтобы управлять другими и чтобы в интересах, в целях управления систематически, постоянно владеть известным аппаратом принуждения, аппаратом насилия»[9].


Возникновение общественного разделения труда и обмена


С переходом к скотоводству и земледелию возникло общественное разделение труда, то есть такое разделение труда, при котором сначала различные общины, а затем и отдельные члены общин стали заниматься разнородными видами производственной деятельности. Выделение пастушеских племён было первым крупным общественным разделением труда.

Занимаясь скотоводством, пастушеские племена достигли существенных успехов. Они научились такому уходу за скотом, при котором стали получать больше мяса, шерсти, молока. Уже это первое крупное общественное разделение труда привело к заметному по тому времени росту производительности труда.

В первобытной общине в течение длительного времени не было почвы для обмена между отдельными её членами: весь продукт добывался и потреблялся сообща. Обмен зародился и развивался вначале между родовыми общинами и долгое время носил случайный характер.

С появлением первого крупного общественного разделения труда положение изменилось. У пастушеских племён появился некоторый избыток скота, молочных продуктов, мяса, шкур, шерсти. В то же время они испытывали потребность в земледельческих продуктах. В свою очередь племена, занимавшиеся земледелием, с течением времени достигли известных успехов в производстве земледельческих продуктов. Земледельцы и скотоводы нуждались в предметах, которые они не могли доставать на месте их жительства. Всё это привело к развитию обмена.

Наряду с земледелием и скотоводством развивались и другие виды производственной деятельности. Ещё в эпоху каменных орудий люди научились выделывать посуду из глины. Затем появилось ручное ткачество. Наконец, с открытием плавки железа появилась возможность выделки металлических орудий труда (соха с железным лемехом, железный топор) и оружия (железные мечи). Всё труднее было совмещать эти виды труда с земледельческим или пастушеским трудом. В общинах постепенно выделялись люди, занимавшиеся ремеслом. Изделия ремесленников — кузнецов, оружейников, гончаров и т. д. — всё чаще стали поступать в обмен. Поле обмена значительно расширилось.


Возникновение частной собственности и классов. Разложение первобытно-общинного строя


Первобытно-общинный строй достиг своего расцвета при матриархате. Патриархальный род уже таил в себе зачатки разложения первобытно-общинного строя.

Производственные отношения первобытно-общинного строя до известного периода находились в соответствии с уровнем развития производительных сил. На последней ступени патриархата, с появлением новых, более совершенных орудий производства (железный век), производственные отношения первобытного общества перестали соответствовать новым производительным силам. Узкие рамки общинной собственности, уравнительное распределение продуктов труда стали тормозить развитие новых производительных сил.

Раньше обработать поле можно было лишь совместным трудом десятков людей. В таких условиях общий труд являлся необходимостью. С развитием орудий производства и ростом производительности труда уже одна семья оказывалась в состоянии обработать участок земли и обеспечить себе необходимые средства существования. Таким образом, совершенствование орудий производства создавало возможность перехода к индивидуальному хозяйству, как более производительному в тех исторических условиях. Необходимость совместного труда, общинного хозяйства всё более отпадала. Если общий труд требовал общей собственности на средства производства, то индивидуальный труд требовал частной собственности.

Возникновение частной собственности неразрывно связано с общественным разделением труда и с развитием обмена. На первых порах обмен производился главами родовых общин — старейшинами, патриархами. Они выступали в меновых сделках в качестве представителей общин. То, что они обменивали, являлось достоянием общины. Но по мере дальнейшего развития общественного разделения труда и расширения обмена родовые вожди постепенно начинали относиться к общинному достоянию, как к своей собственности.

Вначале главным предметом обмена был скот. Пастушеские общины имели большие стада овец, коз, крупного рогатого скота. Старейшины и патриархи, уже обладая большой властью в обществе, привыкали распоряжаться этими стадами, как своими собственными. Их фактическое право распоряжаться стадами признавалось и остальными членами общины. Таким образом, раньше всего частной собственностью становился скот, затем постепенно все орудия производства. Дольше всего сохранялась общая собственность на землю.

Появление частной собственности вело к разложению рода. Род распадался на большие патриархальные семьи. Затем внутри большой патриархальной семьи стали выделяться отдельные семейные ячейки, превратившие орудия производства, утварь и скот в свою частную собственность. С ростом частной собственности родовые связи ослабевали. Место родовой общины стала занимать сельская община. Сельская, или соседская, община в отличие от рода состояла из людей, не связанных обязательно родственными отношениями. Дом, домашнее хозяйство, скот — всё это находилось в частной собственности отдельных семей. Лес, луг, вода и прочие угодья, а в течение определённого периода и пашня составляли общинную собственность. Первоначально пашня периодически переделялась между общинниками, а позднее перешла в частную собственность.

Возникновение частной собственности и обмена явилось началом глубокого переворота во всём строе первобытного общества. Развитие частной собственности и имущественных различий привело к тому, что внутри общин у различных групп общинников возникли разные интересы. В этих условиях лица, занимавшие в общине должности старейшин, военных руководителей, жрецов, использовали своё положение в целях обогащения. Они завладевали значительной долей общинной собственности. Носители этих общественных должностей всё более отделялись от массы общинников, образуя родовую знать и всё чаще передавая свою власть по наследству. Знатные семьи становились вместе с тем наиболее богатыми семьями. Масса общинников постепенно попадала в ту или иную экономическую зависимость от богатой и знатной верхушки.

С ростом производительных сил труд человека, применённый п скотоводстве и земледелии, стал давать больше средств существования, чем было необходимо для поддержания жизни человека. Появилась возможность присвоения прибавочного труда и прибавочного продукта, то есть излишка труда и продукта сверх того, что требуется для прокормления самого работника. В этих условиях оказалось выгодным не убивать взятых в плен людей, как это делалось раньше, а заставлять их работать, превращая в рабов. Рабов захватывали более знатные и богатые семьи. В свою очередь рабский труд вёл к дальнейшему росту неравенства, так как хозяйства, использовавшие рабов, быстро богатели. В условиях роста имущественного неравенства богачи стали превращать в рабов не только пленных, но и своих обедневших и задолжавших соплеменников. Так возникло первое классовое деление общества — деление на рабовладельцев и рабов. Появилась эксплуатация человека человеком, то есть безвозмездное присвоение одними людьми продуктов труда других людей.

Производственные отношения первобытно-общинного строя разлагались, гибли и уступали место новым производственным отношениям, отвечавшим характеру новых производительных сил.

Общий труд уступил место индивидуальному труду, общественная собственность — частной собственности, родовой строй — классовому обществу. Начиная с этого периода вся история человечества вплоть до построения социалистического общества стала историей борьбы классов.

Буржуазные идеологи изображают дело так, будто бы частная собственность существовала извечно. История опровергает эти измышления и убедительно свидетельствует о том, что через стадию первобытно-общинного строя, основанного на общей собственности и не знавшего частной собственности, прошли все народы.


Общественные представления первобытной эпохи


Первобытный человек, подавленный нуждой и трудностью борьбы за существование, вначале ещё не выделял себя из окружающей природы. Долгое время он не имел сколько-нибудь связных представлений ни о себе, ни о естественных условиях своего существования.

Лишь постепенно у первобытного человека начинают возникать очень ограниченные и примитивные представления о себе и об окружающих условиях. Ни о каких религиозных воззрениях, будто бы изначально присущих человеческому сознанию, как это утверждают защитники религии, не могло быть и речи. Только впоследствии первобытный человек в своих представлениях начал населять окружающий мир сверхъестественными существами, духами и колдовскими силами. Он одухотворял силы природы. Это был так называемый анимизм (от латинского слова «анима»— душа). Из этих тёмных представлении людей о своей собственной и внешней природе родились первобытные мифы и первобытная религия. В них воспроизводилась примитивная уравнительность общественного строя. Не зная классового деления и имущественного неравенства в реальной жизни, первобытный человек не вносил никакого соподчинения и в воображаемый мир духов. Он делил духов на своих и чужих, дружественных и враждебных. Деление духов на высших и низших появилось уже в период разложения первобытно-общинного строя.

Первобытный человек чувствовал себя неразрывной частью родовой общины, он не мыслил себя вне рода. Отражением этого в идеологии был культ предков-родоначальников. Характерно, что в ходе развития языка слова «я», «мой» возникают гораздо позднее других слов. Власть родовой общины над отдельным человеком была чрезвычайно сильна. Разложение первобытно-общинного строя сопровождалось возникновением и распространением частнособственнических представлений. Это находило яркое отражение в мифах и религиозных представлениях. Когда стали складываться отношения частной собственности и появилось имущественное неравенство, у многих племён возник обычай наложения религиозного запрета — «табу» — на имущество, присвоенное вождями или богатыми семьями (словом «табу» жители островов Тихого океана обозначали все запретное, изъятое из общего употребления). С разложением первобытно-общинного строя и возникновением частной собственности сила религиозного запрета стала использоваться для закрепления возникших экономических отношений и имущественного неравенства.



Краткие выводы


1. Благодаря труду люди выделились из животного мира и возникло человеческое общество. Отличительной чертой человеческого труда является изготовление орудий производства.

2. Производительные силы первобытного общества находились на чрезвычайно низком уровне, орудия производства были крайне примитивными. Это обусловливало необходимость коллективного труда, общественной собственности на средства производства и уравнительного распределения. При первобытно-общинном строе не было имущественного неравенства, частной собственности на средства производства, не было классов и эксплуатации. Общественная собственность на средства производства была ограничена узкими рамками: она представляла собой собственность небольших общин, более или менее изолированных друг от друга.

3. Существенными чертами основного экономического закона первобытно-общинного строя являются: обеспечение крайне скудных условий существования людей при помощи примитивных орудий производства путём совместного труда в рамках одной общины и уравнительного распределения продуктов.

4. Работая сообща, люди в течение долгого времени выполняли однородный труд. Постепенное улучшение орудий производства способствовало возникновению естественного разделения труда в зависимости от пола и возраста. Дальнейшее совершенствование орудий производства и способа добывания средств к жизни, развитие скотоводства и земледелия привели к появлению общественного разделения труда и обмена, частной собственности и имущественного неравенства, к разделению общества на классы и к эксплуатации человека человеком. Таким образом, выросшие производительные силы вступили в противоречие с производственными отношениями, в результате чего первобытно-общинный строй уступил место другому типу производственных отношений — рабовладельческому строю.


ГЛАВА II РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКИЙ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА


Возникновение рабовладельческого строя


Рабство есть первая в истории и самая грубая форма эксплуатации. Оно существовало в прошлом почти у всех народов.


Переход от первобытно-общинного строя к рабовладельческому впервые в истории человечества произошёл в странах древнего Востока. Рабовладельческий способ производства господствовал в Месопотамии (Шумерийское государство, Вавилония, Ассирия и другие), в Египте, Индии и Китае уже в IV—II тысячелетиях до нашего летосчисления. В I тысячелетии до нашей эры рабовладельческий способ производства господствовал в Закавказье (государство Урарту), с VIII—VII веков до нашей эры по V—VI века нашей эры существовало сильное рабовладельческое государство в Хорезме. Культура, достигнутая в рабовладельческих странах древнего Востока, оказала большое влияние на развитие народов европейских стран.

В Греции рабовладельческий способ производства достиг своего расцвета в V—IV веках до нашей эры. В дальнейшем рабство развивалось в государствах Малой Азии, Египте, Македонии (IV—I века до нашей эры). Высшей ступени своего развития рабовладельческий строй достиг в Риме в период со II века до нашей эры по II век современного летосчисления.


На первых порах рабство носило патриархальный, домашний характер. Рабов было сравнительно немного. Рабский труд ещё не являлся основой производства, а играл подсобную роль в хозяйстве. Целью хозяйства оставалось удовлетворение потребностей большой патриархальной семьи, которая почти не прибегала к обмену. Власть господина над его рабами уже тогда была неограниченной, однако ограниченным оставалось поле приложения рабского труда.

В основе перехода общества к рабовладельческому строю лежал дальнейший рост производительных сил, развитие общественного разделения труда и обмена.

Переход от каменных орудий труда к металлическим привёл к значительному расширению рамок человеческого труда. Изобретение кузнечного меха позволило выделывать железные орудия труда невиданной ранее прочности. При помощи железного топора стало возможным расчищать землю от лесов и кустарников под пашню. Соха с железным лемехом позволила обрабатывать сравнительно крупные участки земли. Примитивное охотничье хозяйство уступило место земледелию и скотоводству. Появились ремёсла.

В сельском хозяйстве, остававшемся главной отраслью производства, улучшались приёмы земледелия и скотоводства. Возникли новые отрасли сельского хозяйства: виноградарство, льноводство, возделывание масличных культур и т. п. Стада у богатых семей умножались. Для ухода за скотом требовалось всё больше рабочих рук. Ткачество, обработка «металла, гончарное дело и другие ремёсла постепенно совершенствовались. Раньше ремесло было подсобным занятием земледельца и скотовода. Теперь оно стало для многих людей самостоятельным занятием. Произошло отделение ремесла от земледелия.

Это было второе крупное общественное разделение труда.

С разделением производства на две крупные основные отрасли— земледелие и ремесло — возникает производство непосредственно для обмена, правда, ещё в неразвитом виде. Рост производительности труда привёл к увеличению массы прибавочного продукта, что при частной собственности на средства производства создало возможность накопления богатств в руках меньшинства общества и на этой основе подчинения трудящегося большинства эксплуататорскому меньшинству, превращения трудящихся в рабов.

Хозяйство в условиях рабства было в своей основе натуральным, при котором продукты труда потребляются в рамках того же хозяйства, где они произведены. Но в то же время происходило развитие обмена. Ремесленники производили свои изделия сначала на заказ, а затем для продажи на рынке. При этом многие из них ещё в течение долгого времени продолжали иметь небольшие участки земли и возделывать их для удовлетворения своих потребностей. Крестьяне вели в основном натуральное хозяйство, но вынуждены были продавать некоторую часть своих продуктов на рынке, чтобы иметь возможность покупать ремесленные изделия и платить денежные налоги. Таким образом постепенно часть продуктов труда ремесленников и крестьян становилась товаром.

Товар есть продукт, изготовленный не для непосредственного потребления, а для обмена, для продажи на рынке. Производство продуктов для обмена является характерной чертой товарного хозяйства. Таким образом, отделение ремесла от земледелия, возникновение ремесла как самостоятельного промысла означало зарождение товарного производства.

Пока обмен носил случайный характер, один продукт труда непосредственно обменивался на другой. По мере того как обмен расширялся и становился регулярным явлением, постепенно выделялся такой товар, за который охотно отдавали любой другой товар. Так возникли деньги. Деньги представляют собой всеобщий товар, при помощи которого оцениваются все другие товары и который служит посредником в обмене.

Развитие ремесла и обмена привело к образованию городов. Города возникли в глубокой древности, на заре рабовладельческого способа производства. Вначале города немногим отличались от деревни. Но постепенно в городах сосредоточивались ремесло и торговля. По роду занятий жителей, по своему быту города всё более отделялись от деревни.

Так было положено начало отделению города от деревни и возникновению противоположности между ними.

По мере того как масса обмениваемых товаров увеличивалась, расширялись и территориальные рамки обмена. Выделились купцы, которые в погоне за наживой покупали товары у производителей, привозили товары на рынки сбыта, иногда довольно далеко от места производства, и продавали их потребителям.

Расширение производства и обмена значительно усиливало имущественное неравенство. В руках богатых накапливались деньги, рабочий скот, орудия производства, семена. Бедняки вынуждены были всё чаще обращаться к ним за ссудой — большей частью в натуральной, а иногда и в денежной форме. Богачи давали орудия производства, семена, деньги взаймы, закабаляя своих должников, а в случае неуплаты долгов обращали их в рабство, отбирали землю. Так возникло ростовщичество. Оно принесло дальнейший рост богатства одним, долговую кабалу — другим.

В частную собственность стала обращаться и земля. Её начали продавать и закладывать. Если должник не «мог расплатиться с ростовщиком, ему приходилось бросать землю, продавать своих детей и себя в рабство. Иногда, придравшись к чему- либо, крупные землевладельцы захватывали у крестьянских сельских общин часть лугов, пастбищ.

Так происходило сосредоточение земельной собственности, денежных богатств и массы рабов в руках богатых рабовладельцев. Мелкое крестьянское хозяйство всё более разорялось, а рабовладельческое хозяйство крепло и расширялось, распространяясь на все отрасли производства.

«Непрекращающийся рост производства, а вместе с ним и производительности труда повышал ценность человеческой рабочей силы; рабство, только возникавшее и бывшее спорадическим на предыдущей ступени развития, становится теперь существенной составной частью общественной системы; рабы перестают быть простыми помощниками; десятками их гонят теперь работать на поля и в «мастерские»[10]. Рабский труд стал основой существования общества. Общество раскололось на два основных противоположных класса — рабов и рабовладельцев.

Так сложился рабовладельческий способ производства.

При рабовладельческом строе население делилось на свободных и рабов. Свободные пользовались всеми гражданскими, имущественными, политическими правами (за исключением женщин, находившихся по сути дела в рабском положении). Рабы были лишены всех этих прав и не имели доступа в состав свободных. Свободные в свою очередь были разделены на класс крупных землевладельцев, являвшихся вместе с тем крупными рабовладельцами, и класс мелких производителей (крестьяне, ремесленники), зажиточные слои которых также пользовались рабским трудом и являлись рабовладельцами. Жрецы, игравшие большую роль в эпоху рабства, по своему положению примыкали к классу крупных земельных собственников-рабовладельцев.

Наряду с классовым противоречием между рабами и рабовладельцами существовало также классовое противоречие между крупными землевладельцами и крестьянами. Но, поскольку с развитием рабовладельческого строя рабский труд, как самый дешёвый труд, охватил большую часть отраслей производства и стал главной основой производства, противоречие между рабами и рабовладельцами превратилось в основное противоречие общества.

Раскол общества на классы вызвал необходимость в государстве. С ростом общественного разделения труда и развитием обмена отдельные роды и племена всё более сближались, объединяясь в союзы. Характер родовых учреждений изменялся. Органы родового строя всё более теряли свой народный характер. Они превращались в органы господства над народом, в органы грабежа и угнетения своих и соседних племён. Старейшины и военачальники родов и племён становились князьями и царями. Раньше они пользовались авторитетом в качестве выборных лиц рода пли союза родов. Теперь они стали пользоваться своей властью для защиты интересов имущей верхушки, для обуздания своих разоряемых родичей, для подавления рабов. Этой цели служили вооружённые дружины, суды, карательные органы.

Так зародилась государственная власть.

«Лишь когда появилась первая форма деления общества на классы, когда появилось рабство, когда можно было известному классу людей, сосредоточившись на самых грубых формах земледельческого труда, производить некоторый излишек, когда этот излишек ие абсолютно был необходим для самого нищенского существования раба и попадал в руки рабовладельца, когда, таким образом, упрочилось существование этого класса рабовладельцев, и чтобы оно упрочилось, необходимо было, чтобы явилось государство»[11].

Государство возникло для того, чтобы держать в узде эксплуатируемое большинство в интересах эксплуататорского меньшинства.

Рабовладельческое государство играло большую роль в развитии и упрочении производственных отношений рабовладельческого общества. Рабовладельческое государство держало в повиновении массы рабов. Оно выросло в широко разветвлённый аппарат господства и насилия над народными массами. Демократия в древней Греции и Риме, которую превозносят буржуазные учебники истории, была по сути дела демократией рабовладельческой.


Производственные отношения рабовладельческого строя. Положение рабов


Производственные отношения рабовладельческого общества были основаны на том, что собственностью рабовладельцев были не только средства производства, но и работники производства — рабы. Раб считался вещью, он находился в полном и безраздельном распоряжении владельца. Рабов не только эксплуатировали — их продавали, покупали, как скот, и даже безнаказанно убивали. Если в период патриархального рабства раб рассматривался как член семьи, то в условиях рабовладельческого способа производства его не считали даже человеком.

«Раб не продавал своей рабочей силы рабовладельцу, так же как вол не продает своей работы крестьянину. Раб вместе со своей рабочей силой раз и навсегда продан своему господину»[12].

Труд рабов имел открыто принудительный характер. Рабов заставляли работать при помощи самого грубого физического насилия. Их выгоняли на работу плетьми, а за малейшее упущение подвергали жестоким наказаниям. Рабов клеймили, чтобы их легче было поймать при бегстве. Многие из них носили неснимающиеся железные ошейники, на которых обозначалась фамилия владельца.

Рабовладелец присваивал весь продукт рабского труда. Он давал рабам лишь самое ничтожное количество средств существования— столько, чтобы они не умирали от голода и могли продолжать работу на рабовладельца. Рабовладельцу доставался не только прибавочный продукт, но и значительная часть необходимого продукта труда рабов.

Развитие рабовладельческого способа производства сопровождалось увеличением спроса на рабов. В ряде стран рабы, как правило, не имели семьи. Хищническая эксплуатация рабов приводила к их быстрому физическому износу. Нужно было всё время пополнять состав рабов. Важным источником добывания новых невольников была война. Рабовладельческие государства древнего Востока вели постоянные войны с целью покорения других народов. История древней Греции полна войн между отдельными городами-государствами, между метрополиями и колониями, между греческим и восточными государствами. Рим вёл беспрерывные войны; он покорил в период своего расцвета большую часть известных в то время земель. В рабство обращались не только воины, взятые в плен, но и значительная часть населения покорённых земель.

Другим источником пополнения состава рабов служили провинции и колонии. Они доставляли рабовладельцам «живой товар» наряду со всякими другими товарами. Торговля рабами была одной из самых выгодных и процветавших отраслей хозяйственной деятельности. Образовались специальные центры работорговли; устраивались ярмарки, на которые съезжались торговцы и покупатели из дальних стран.

Рабовладельческий способ производства открывал более широкие возможности роста производительных сил по сравнению с первобытно-общинным строем. Сосредоточение в руках рабовладельческого государства и отдельных рабовладельцев большого количества рабов позволило использовать простую кооперацию труда в крупных масштабах. Об этом свидетельствуют сохранившиеся гигантские сооружения, которые были воздвигнуты в древности народами Азии, египтянами, этрусками: ирригационные системы, дороги, мосты, военные укрепления, памятники культуры.

Развивалось общественное разделение труда, выражавшееся в специализации сельскохозяйственного и ремесленного производства, что создавало условия для повышения производительности труда.

В Греции рабский труд широко применялся в ремесленном производстве. Возникли крупные мастерские — эргастерии, в которых работало по нескольку десятков рабов. Труд рабов использовался также в строительном деле, в добыче железной руды, серебра и золота. В Риме труд рабов был широко распространён в сельском хозяйстве. Римская знать владела обширными поместьями — латифундиями, где работали сотни и тысячи рабов. Эти латифундии создавались путём захвата крестьянских, а также свободных государственных земель.

Рабовладельческие латифундии вследствие дешевизны рабского труда и использования до известного предела преимуществ простой кооперации труда могли производить хлеб и другие сельскохозяйственные продукты с меньшими издержками, чем мелкие хозяйства свободных крестьян. Мелкое крестьянство вытеснялось, попадало в рабство или пополняло ряды нищенствующих слоёв городского населения — люмпен-пролетариата.

На базе рабского труда древний мир достиг значительного хозяйственного и культурного развития. Но рабовладельческий строй не мог создать условия для дальнейшего сколько-нибудь серьёзного технического прогресса, так как производство велось на основе рабского труда, который отличался крайне низкой производительностью. Раб нисколько не был заинтересован в результатах своей работы. Рабы ненавидели свой подъяремный труд. Часто свой протест и возмущение они выражали тем, что портили орудия труда. Поэтому рабам давали лишь самые грубые орудия/ которые трудно было испортить.

Техника производства, основанного на рабстве, оставалась на весьма низком уровне. Несмотря на известное развитие естественных и точных наук, они почти не применялись в производстве. Некоторые технические изобретения использовались только в военном деле и строительстве-. В течение ряда веков своего господства рабовладельческий способ производства не ушёл дальше применения ручных орудий, заимствованных у мелкого земледельца и ремесленника, дальше простой кооперации труда. Основной двигательной силой оставалась физическая сила людей и скота.

Широкое применение рабского труда позволило рабовладельцам освободиться от всякого физического труда и полностью переложить его на рабов. Рабовладельцы с презрением относились к труду, считали его занятием, недостойным свободного человека, и вели паразитический образ жизни. С развитием рабства всё большие массы свободного населения отрывались от всякой производственной деятельности. Только некоторая часть рабовладельческой верхушки и другого свободного населения занималась государственными делами, науками и искусствами.

Таким образом, рабовладельческий строй породил противоположность между физическим и умственным трудом, разрыв между ними.

Эксплуатация рабов рабовладельцами составляет главную черту производственных отношений рабовладельческого общества. Вместе с тем рабовладельческий способ производства в разных странах имел свои особенности.

В странах древнего Востока натуральное хозяйство преобладало в ещё большей степени, чем в античном мире. Здесь рабский груд широко применялся в государственных хозяйствах, хозяйствах крупных рабовладельцев и храмов. Сильно развито было домашнее рабство. В сельском хозяйстве Китая, Индии, Вавилонии и Египта наряду с рабами эксплуатировались огромные массы крестьян-общинников. Большое значение приобрела здесь система кабального долгового рабства. Крестьянин-общинник, не уплативший долга заимодавцу-ростовщику или арендной платы землевладельцу, принуждался работать в их хозяйстве определённое время в качестве раба-должника.

В рабовладельческих странах древнего Востока имели широкое распространение общинная и государственная формы собственности на землю. Существование этих форм собственности было связано с системой земледелия, основанной на ирригации. Орошаемое земледелие в речных долинах Востока требовало огромных затрат труда на сооружение плотин, каналов, водоёмов, осушение болот. Всё это вызывало необходимость централизации строительства и использования ирригационных систем в масштабе больших территорий. «Земледелие здесь построено главным образом на искусственном орошении, а это орошение является уже делом общины, области или центральной власти»[13]. С развитием рабства общинные земли сосредоточились в руках государства. Верховным собственником земли стал царь, обладавший неограниченной властью.

Сосредоточивая в своих руках собственность на землю, государство рабовладельцев облагало крестьян огромными налогами, принуждало выполнять различного рода повинности, ставя тем самым крестьян в рабскую зависимость. Крестьяне оставались членами общины. Но при сосредоточении земли в руках рабовладельческого государства община являлась прочной основой восточного деспотизма, то есть неограниченной самодержавной власти монарха-деспота. Огромную роль в рабовладельческих странах Востока играла жреческая аристократия. Обширные хозяйства, принадлежавшие храмам, велись на основе рабского труда.

При рабовладельческом строе во всех странах подавляющую часть рабского труда и его продукта рабовладельцы расходовали непроизводительно: на удовлетворение личных прихотей, образование сокровищ, сооружение военных укреплений и армию, на строительство и содержание роскошных дворцов и храмов. О непроизводительных затратах огромных масс труда свидетельствуют, в частности, сохранившиеся до настоящего времени египетские пирамиды. Лишь незначительная часть рабского труда и его продукта расходовалась на дальнейшее расширение производства, которое ввиду этого развивалось чрезвычайно медленно. Опустошительные войны приводили к уничтожению производительных сил, истреблению огромных масс мирного населения и гибели культуры целых государств.

Существенные черты основного экономического закона рабовладельческого строя состоят примерно в следующем: присвоение рабовладельцами для своего паразитического потребления прибавочного продукта путём хищнической эксплуатации массы рабов на основе полной собственности на средства производства и на рабов, путём разорения и обращения в рабство крестьян и ремесленников, а также путём завоевания и порабощения народов других стран.


Дальнейшее развитие обмена. Торговый и ростовщический капитал.


Рабовладельческое хозяйство сохраняло в основном натуральный характер. Продукты в нём производились главным образом не с целью обмена, а для непосредственного потребления рабовладельца, его «многочисленных прихлебателей и челяди. Всё же обмен постепенно стал играть более заметную роль, особенно в период высшего развития рабовладельческого строя. В ряде отраслей производства известная доля продуктов труда регулярно продавалась на рынке, то есть превращалась в товары.

С расширением обмена возрастала роль денег. Обычно в качестве денег выделялся товар, являвшийся наиболее распространённым предметом обмена. У многих народов, особенно у скотоводов, деньгами вначале служил скот. У других деньгами становились соль, зерно, меха. Постепенно все остальные виды денег были вытеснены металлическими деньгами.


Впервые металлические деньги появились в странах древнего Востока. Деньги в виде бронзовых, серебряных и золотых слитков здесь обращались уже в III—II тысячелетиях до нашей эры, а в виде монет —с VII века до нашей эры. В Греции за восемь веков до нашего летосчисления в обращении были железные деньги. В Риме ещё в V—IV веках до нашего летосчисления использовались только медные деньги. Впоследствии железо и медь в качестве денег были заменены серебром и золотом.

В серебре и золоте особенно сильно выражены все преимущества металлов, благодаря которым они более всего пригодны для выполнения роли денег: однородность вещества, делимость, сохраняемость и незначительность объёма и веса при большой стоимости. Поэтому роль денег прочно закрепилась за драгоценными металлами, в конечном счёте — за золотом.


Греческие города-государства вели довольно обширную торговлю, в том числе с греческими колониями, рассеянными по средиземноморскому и черноморскому побережьям. Колонии регулярно доставляли основную рабочую силу — рабов, некоторые виды сырья и средства существования: кожу, шерсть, скот, хлеб, рыбу.

В Риме, как и в Греции, помимо торговли рабами и другими товарами большую роль играла торговля предметами роскоши. Эти предметы доставлялись с Востока главным образом за счёт всевозможной дани, взимаемой с покорённых народов. Торговля была связана с грабежом, морским разбоем, порабощением колоний.

В условиях рабовладельческого строя деньги являлись уже не только средством купли-продажи товаров. Они стали служить также и средством присвоения чужого труда путём торговли и ростовщичества. Деньги, затраченные с целью присвоения прибавочного труда и его продукта, становятся капиталом, то есть средством эксплуатации. Торговый и ростовщический капитал исторически были первыми формами капитала. Торговый капитал есть капитал, занятый в сфере обмена товаров. Купцы, скупая и перепродавая товары, присваивали значительную часть прибавочного продукта, создаваемого рабами, мелкими крестьянами и ремесленниками. Ростовщический капитал есть капитал, применяемый в виде ссуды денег, средств производства или предметов потребления для присвоения прибавочного труда крестьян и ремесленников путём взимания высоких процентов. Ростовщики предоставляли также денежные ссуды рабовладельческой знати, участвуя тем самым в дележе получаемого ею прибавочного продукта.


Обострение противоречий рабовладельческого способа производства.


Рабство было необходимым этапом на пути развития человечества. «Только рабство сделало возможным в более крупном масштабе разделение труда между земледелием и промышленностью и таким путем создало условия для расцвета культуры древнего мира — для греческой культуры. Без рабства не было бы греческого государства, греческого искусства и науки; без рабства не было бы и римского государства. А без того фундамента, который был заложен Грецией и Римом, не было бы и современной Европы»[14].

На костях поколений рабов выросла культура, которая легла в основу дальнейшего развития человечества. Многие отрасли знания — математика, астрономия, механика, архитектура — достигли в древнем мире значительного развития. Предметы искусства, оставшиеся от древности, произведения художественной литературы, скульптуры, архитектуры навсегда вошли в сокровищницу человеческой культуры.

Но рабовладельческий строй таил в себе непреодолимые противоречия, которые привели его к гибели. Рабовладельческая форма эксплуатации разрушала основную производительную силу этого общества — рабов. Борьба рабов против жестоких форм эксплуатации выражалась всё чаще в вооружённых восстаниях. Условием существования рабовладельческого хозяйства был непрерывный приток рабов, их дешевизна. Рабов доставляла главным образом война. Основу военной мощи рабовладельческого общества составляла масса свободных мелких производителей — крестьян и ремесленников. Они служили в войсках и выносили на своих плечах главную тяжесть налогов, необходимых для ведения войн. Но в результате конкуренции крупного производства, основанного на дешёвом рабском труде, и под бременем непосильных тягот крестьяне и ремесленники разорялись. Непримиримое противоречие между крупными латифундиями и крестьянскими хозяйствами всё более углублялось.

Вытеснение свободного крестьянства подорвало не только экономическую, но также военную и политическую мощь рабовладельческих государств, в частности Рима. Победы сменились поражениями. Завоевательные войны сменились оборонительными. Источник беспрерывного пополнения дешёвых рабов иссяк. Всё сильнее проявлялись отрицательные стороны рабского труда. В последние два века существования Римской империи наступил общий упадок производства. Пришла в расстройство торговля, обеднели прежде богатые земли, население стало уменьшаться; гибли ремёсла, приходили в запустение города.

Крупное рабовладельческое производство стало экономически Невыгодным. Рабовладельцы начали отпускать на волю значительные группы рабов, труд которых уже не давал дохода. Крупные имения дробились на мелкие участки. Эти участки передавались на определённых условиях либо бывшим рабам, отпущенным на волю, либо ранее свободным гражданам, обязанным теперь нести ряд повинностей в пользу земельного собственника. Новые земледельцы были прикреплены к земельным участкам и могли быть проданы вместе с ними. Но они уже не были рабами.

Это был новый слой мелких производителей, занимавших промежуточное положение между свободными и рабами и имевших некоторую заинтересованность в труде. Они назывались колонами и являлись предшественниками средневековых крепостных.

Так в недрах рабовладельческого общества зарождались элементы нового, феодального способа производства.


Классовая борьба эксплуатируемых против эксплуататоров. Восстания рабов. Гибель рабовладельческого строя.


Производственные отношения, основанные на рабстве, превратились в оковы для выросших производительных сил общества. Труд рабов, совершенно не заинтересованных в результатах производства, изжил себя. Возникла историческая необходимость в смене рабовладельческих производственных отношений другими производственными отношениями, которые изменили бы положение в обществе главной производительной силы — трудящихся масс. Закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил требовал замены рабов работниками, в некоторой степени заинтересованными в результатах своего труда.

История рабовладельческих обществ в странах древнего Востока, Греции и Риме показывает, что с развитием рабовладельческого хозяйства обострялась классовая борьба порабощенных масс против своих угнетателей. Восстания рабов переплетались с борьбой эксплуатируемых .мелких крестьян против рабовладельческой верхушки, крупных землевладельцев.

Противоречие между мелкими производителями и крупными родовитыми землевладельцами породило демократическое движение среди свободных, ставившее себе целью уничтожение долговой кабалы, передел земель, ликвидацию преимущественных прав земельной аристократии, передачу власти демосу (то есть народу).


Из многочисленных восстаний рабов в Римской империи особенно значительным было восстание под руководством Спартака (74—71 гг. до нашего летосчисления). С его именем связана наиболее яркая страница истории борьбы рабов против рабовладельцев.

На протяжении многих веков восстания рабов вспыхивали неоднократно. К рабам присоединялись обедневшие крестьяне. Особой силы достигли эти восстания во II—I веках до нашей эры и в III—-V веках нашей эры. Рабовладельцы подавляли восстания самыми свирепыми мерами.



Восстания эксплуатируемых масс, прежде всего рабов, в корне подорвали былое могущество Рима. Удары изнутри стали всё более переплетаться с ударами извне. Обращённые в рабство жители соседних земель восставали на полях Италии, а в то же время их соплеменники, оставшиеся на свободе, штурмовали границы империи, вторгались в её пределы, разрушали римское владычество. Эти обстоятельства ускорили гибель рабовладельческого строя в Риме.

В Римской империи рабовладельческий способ производства достиг своего высшего развития. Гибель Римской империи явилась также гибелью рабовладельческого строя в целом.

Место рабовладельческого строя занял феодальный строй.


Экономические воззрения эпохи рабовладельчества


Экономические взгляды рабовладельческого периода нашли отражение по многих литературных памятниках, оставленных поэтами, философами, историками, государственными и общественными деятелями. По воззрениям этих деятелей, раб считался не человеком, а вещью в руках хозяина. Рабский труд презирался. А так как труд становился преимущественно уделом рабов, то отсюда вытекало презрение к труду вообще как к деятельности, недостойной свободного человека.

Об экономических воззрениях рабовладельческой Вавилонии свидетельствует кодекс законов вавилонского царя Хаммурапи (XVIII век до нашей эры). Кодекс защищает собственность и личные права богатых и знатных, рабовладельцев и землевладельцев. Согласно кодексу тот, кто укрывает беглого раба, карается смертью. Крестьянин, не уплативший долга заимодавцу или арендной платы землевладельцу, должен отдать жену, сына или дочь в кабальное рабство. В древнеиндийском сборнике «Законы Ману» излагались общественные, религиозные и моральные предписания, освящавшие рабство. Согласно этим законам раб не имеет никакой собственности. Раб, даже отпущенный хозяином, ие освобождается от рабского труда, который якобы предопределён для него богом и природой.

Воззрения господствующих классов находили своё выражение в религии. Так, в Индии начиная с VI века до нашей эры широкое распространение получил буддизм. Провозглашая примирение с действительностью, непротивление насилию и смирение перед господствующими классами, буддизм представлял собой религию, выгодную для рабовладельческой знати и используемую ею для укрепления своего господства.

Даже крупные умы древности не могли себе представить существование общества без рабства. Так, например, выдающийся греческий философ Платон (V—IV века до нашего летосчисления) написал первую в истории человечества книгу-утопию об идеальном общественном строе. Но и в своем идеальном государстве он сохранил рабов. Труд рабов, земледельцев и ремесленников должен был доставлять средства существования высшему классу правителей и воинов.

В глазах величайшего мыслителя древности Аристотеля (IV век до нашего летосчисления) рабство также являлось вечной и неизбежной необходимостью для общества. Аристотель оказал огромное влияние на развитие умственной культуры в древнем мире и в средневековье. Поднявшись высоко над уровнем современного ему общества в своих научных догадках и предвидениях, Аристотель в вопросе о рабстве остался в плену представлений своей эпохи. Его взгляды на рабство сводились к следующему: для кормчего руль — инструмент неодушевлённый, а раб — инструмент одушевлённый. Если бы орудия работали по приказанию сами, если бы, например, челноки сами ткала, тогда не было бы необходимости в рабах. Но так как в хозяйстве существует много занятий, требующих простого, грубого труда, то природа мудро распорядилась, создав рабов. По мнению Аристотеля, самой природой одни люди предназначены быть рабами, а другие — управлять ими. Рабский труд доставляет свободным досуг для совершенствования. Отсюда он делал вывод, что всё искусство хозяина заключается в умении пользоваться своими рабами.

Аристотель дал науке о хозяйстве название «ойкономия» (от «ойкос» — дом, домохозяйство и «номос»— закон). В период его жизни обмен, торговля и ростовщичество были довольно широко развиты, но хозяйство в основном сохраняло свой натуральный, потребительский характер. Аристотель считал естественным приобретение благ только путём земледелия и ремесла, он был сторонником натурального хозяйства. Но он понимал и природу обмена. Он находил вполне естественным обмен с целью потребления, «потому что некоторых предметов бывает у людей обыкновенно больше, а некоторых — меньше, чем необходимо для удовлетворения потребностей». Он понимал необходимость денег для обмена.

В то же время Аристотель считал предосудительными занятиями торговлю с целью барыша и ростовщичество. Эти занятия, указывал он, в отличие от земледелия и ремесла не знают никаких границ в приобретении богатства.

Древние греки имели уже известное представление о разделении труда и той роли, которую оно играет в жизни общества. Так, Платон предусматривал разделение труда в качестве основного принципа государственного строя в своей идеальной республике.

Экономические представления римлян также отражали отношения господствовавшего рабовладельческого способа производства.

Римские писатели и общественные деятели, выражавшие идеологию рабовладельцев, считали рабов простыми орудиями производства. Именно римскому писателю-энциклопедисту Варрону (I век до нашего летосчисления), составившему среди ряда других книг своего рода руководство для рабовладельцев по ведению сельского хозяйства, принадлежит известное разделение орудий на: 1) немые (повозки), 2) издающие нечленораздельные звуки (скот) и 3) одарённые голосом (рабы). Давая это определение, он выражал общераспространённые среди рабовладельцев взгляды.

Искусство управлять рабами занимало умы в Риме, как и в Греции. Историк римской эпохи Плутарх (I—II века нашего летосчисления) рассказывает об «образцовом» рабовладельце Катоне, что он покупал рабов малолетними, «то есть в том возрасте, когда они, подобно щенкам и жеребятам, легко могут поддаваться воспитанию и дрессировке». Далее говорится, что «в среде рабов он постоянно изобретал способы поддерживать ссоры и споры, ибо согласие в их среде считал опасным н боялся его».

В древнем Риме — особенно в более поздний период — не было недостатка в грозных признаках развала и разложения хозяйства, основанного на принудительном труде рабов. Римский писатель Колумелла (I век нашего летосчисления) жаловался: «Рабы приносят полям величайший вред. Они дают взаймы на сторону волов. Пасут их и остальной скот плохо. Дурно пашут землю». Ему вторил его современник писатель Плиний Старший, который утверждал, что «латифундии погубили Италию и её провинции».

Как и греки, римляне считали естественным натуральный уклад хозяйства, при котором хозяин обменивает лишь свои излишки. В литературе того времени иногда подвергались осуждению высокие торговые барыши и ростовщические проценты. В действительности же купцы и ростовщики накопляли огромные состояния.

В последний период жизни Рима раздавались уже голоса, осуждавшие рабство, провозглашавшие естественное равенство людей. Среди господствующего класса рабовладельцев эти взгляды, понятно, не встречали сочувствия. Что же касается рабов, то они были так задавлены своим подневольным положением, так забиты и темны, что ие могли выработать собственной, более передовой идеологии по сравнению с отжившими идеями рабовладельческого класса. В этом —одна из причин стихийности, неорганизованности восстаний рабов.

Одно из глубоких противоречий, присущих рабовладельческому строю, состояло в борьбе между крупным и мелким землевладением. Разоряемое крестьянство выступало с программой ограничения крупного рабовладельческого землевладения и передела земель. В этом заключалась суть аграрной реформы, за которую боролись братья Гракхи (II век до нашего летосчисления).

В эпоху разложения Римской империи, когда абсолютное большинство населения городов и деревень —как рабы, так и свободные — не видело выхода из создавшегося положения, наступил глубокий кризис идеологии рабовладельческого Рима.

На почве классовых противоречий гибнущей империи возникла новая религиозная идеология — христианство. Христианство той эпохи выражало протест рабов и других .низших классов и деклассированных элементов против рабства и угнетения. С другой стороны, в христианстве отразились настроения широких слоёв господствующих классов, ощущавших всю безысходность своего положения. Потому-то в христианстве заката Римской империи наряду с грозными предостережениями против богатых и власть имущих звучат призывы к смирению и к спасению в загробной жизни.

В последующие столетия христианство окончательно превратилось в религию господствующих классов, в духовное орудие защиты и оправдания эксплуатации и угнетения трудящихся масс.


Краткие выводы


1. Рабовладельческий способ производства возник благодаря росту производительных сил общества, появлению прибавочного продукта, зарождению частной собственности на средства производства, в том числе на землю, и присвоению прибавочного продукта собственниками средств производства.

Рабство есть первая и наиболее грубая форма эксплуатации человека человеком. Раб был полной и неограниченной собственностью своего господина. Рабовладелец по своему произволу распоряжался не только трудом раба, но и его жизнью.

2. При возникновении рабовладельческого строя впервые зародилось государство. Оно возникло в результате раскола общества на непримиримо враждебные классы как машина для подавления эксплуатируемого большинства общества эксплуатирующим меньшинством.

3. Рабовладельческое хозяйство носило в основном натуральный характер. Древний мир распадался на множество отдельных хозяйственных единиц, удовлетворявших свой потребности собственным производством. Торговали главным образом рабами, предметами роскоши. Развитие обмена породило металлические деньги.

4. Существенные черты основного экономического закона рабовладельческого способа производства состоят примерно в следующем: присвоение рабовладельцами для своего паразитического потребления прибавочного продукта путём хищнической эксплуатации массы рабов на основе полной собственности на средства производства и на рабов, путём разорения и обращения в рабство крестьян и ремесленников, а также путём завоевания и порабощения народов других стран.

5. На почве рабства возникла сравнительно высокая культура (искусство, философия, науки), достигшая своего наибольшего развития в греко-римском мире. Её плодами пользовалась немногочисленная верхушка рабовладельческого общества. Общественное сознание древнего мира соответствовало способу производства, основанному на рабстве. Господствующие классы и их идеологи не считали раба человеком. Физический труд, будучи уделом рабов, считался постыдным занятием, недостойным свободного человека.

6. Рабовладельческий способ производства вызвал рост производительных сил общества по сравнению с первобытнообщинным строем. Но в дальнейшем труд рабов, совершенно не заинтересованных в результатах производства изжил себя. Распространение рабского труда и бесправное положение рабов имели своим следствием разрушение основной производительной силы общества — рабочей силы — и разорение мелких свободных производителей — крестьян и ремесленников. Это предопределило неизбежность гибели рабовладельческого строя.

7. Восстания рабов расшатали рабовладельческий строй и ускорили его ликвидацию. На смену рабовладельческому способу производства пришёл феодальный способ производства, на месте рабовладельческой формы эксплуатации возникла феодальная форма эксплуатации, которая открывала некоторый простор для дальнейшего развития производительных сил общества.


ГЛАВА III ФЕОДАЛЬНЫЙ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА



Возникновение феодализма


Феодальный строй существовал, с теми или иными особенностями, почти во всех странах.


Эпоха феодализма охватывает длительный период. В Китае феодальный строй существовал свыше двух тысяч лет. В странах Западной Европы феодализм охватывает ряд веков —со времени падения Римской империи (V век) до буржуазных революций в Англии (XVII век) и во Франции (XVIII век), в России —с IX века до крестьянской реформы 1861 г., в Закавказье — с IV века до 70-х годов XIX века, у народов Средней Азии — с VII—VIII веков вплоть до победы пролетарской революции в России.

В Западной Европе феодализм возник на почве распада римского рабовладельческого общества, с одной стороны, и разложения родового строя у племён-завоевателей — с другой; он сложился в результате взаимодействия этих двух процессов.


Элементы феодализма, как уже было сказано, зародились ещё в недрах рабовладельческого общества в виде колоната. Колоны обязаны были обрабатывать землю своего господина — крупного землевладельца, уплачивать ему определённую денежную сумму или отдавать значительную долю урожая, выполнять различного рода повинности. И тем не менее колоны были более заинтересованы в труде, чем рабы, так как имели своё хозяйство.

Таким образом зарождались новые производственные отношения, получившие полное развитие в феодальную эпоху.

Римскую империю разгромили племена германцев, галлов, славян и других народов, живших в различных частях Европы. Власть рабовладельцев была свергнута, рабство отпало. Крупные латифундии и ремесленные мастерские, основанные на рабском труде, раздробились на мелкие. Население распавшейся Римской империи состояло из крупных землевладельцев (бывших рабовладельцев, перешедших на систему колоната), освобожденных рабов, колонов, мелких крестьян и ремесленников.

У племён-завоевателей ко времени покорения Рима был общинный строй, находившийся в стадии разложения. Большую роль в общественной жизни этих племён играла сельская община, которая у германцев называлась «маркой. Земля, за исключением крупных земельных владений родовой знати, находилась в общинной собственности. Леса, пустоши, пастбища, пруды использовались сообща. Поля и луга через несколько лет переделялись между членами общины. Но постепенно приусадебная земля, а затем и пахотные угодья стали переходить в наследственное пользование отдельных семей. Распределением земли, разбирательством дел, касающихся общины, улаживанием споров между её членами занимались общинное собрание, выбранные им старосты и судьи. Во главе племён-завоевателей стояли военачальники, владевшие вместе со своими дружинами большими землями.

Племена, покорившие Римскую империю, завладели большей частью её государственных земель и некоторой частью земель крупных частных землевладельцев. Леса, луга и выгоны остались в общем пользовании, а пахотная земля была разделена между отдельными хозяйствами. Разделённые земли в дальнейшем превратились в частную собственность крестьян. Так образовался обширный слой самостоятельного мелкого крестьянства.

Но крестьяне не могли надолго сохранить свою независимость. На основе частной собственности на землю и другие средства производства неизбежно усиливалось имущественное неравенство между отдельными членами сельской общины. Среди крестьян появились зажиточные и бедные семьи. Разбогатевшие члены общины с ростом имущественного неравенства стали приобретать власть над общиной. Земля сосредоточивалась в руках богатых семей и стала предметом захвата со стороны родовой знати и военачальников. Крестьяне попали в личную зависимость от крупных землевладельцев.

Для того чтобы удержать и укрепить власть над зависимыми крестьянами, крупным земельным собственникам надо было усилить органы государственной власти. Военные вожди, опираясь на родовую знать и дружинников, стали сосредоточивать власть в своих руках, превратились в королей — монархов.

На развалинах Римской империи образовался ряд новых государств, во главе которых стояли короли. Короли щедро раздавали захваченную ими землю в пожизненное, а затем и в наследственное владение своим приближённым, которые должны были нести за это военную службу. Много земель получила церковь, служившая важной опорой королевской власти. Земля обрабатывалась крестьянами, которые должны были теперь выполнять ряд повинностей в пользу новых господ. В руки королевских дружинников и слуг, церковных властей и монастырей перешли огромные земельные владения.

Земельные угодья, розданные на таких условиях, назывались феодами. Отсюда название нового общественного строя — феодализм.

Постепенное превращение крестьянской земли в собственность феодалов и закрепощение крестьянских масс (процесс феодализации) происходили в Европе в течение ряда столетий (с V—VI до IX—Х веков). Свободное крестьянство разорялось от непрерывной военной службы, грабежей и поборов. Обращаясь за помощью к крупному землевладельцу, крестьяне превращались в зависимых от него людей. Нередко крестьяне бывали вынуждены отдаться под «покровительство» феодала: иначе беззащитному человеку в условиях беспрерывных войн и разбойничьих набегов невозможно было существовать. В таких случаях право собственности на земельный участок переходило к феодалу, и крестьянин мог обрабатывать этот участок лишь при условии выполнения различных повинностей в пользу феодала. В других случаях королевские наместники и чиновники путём обмана и насилия прибирали к рукам земли свободных крестьян, заставляя их признать свою власть.

В различных странах процесс феодализации протекал по-разному, но суть дела везде была одинакова: ранее свободные крестьяне попадали в личную зависимость от феодалов, захвативших их землю. Эта зависимость была иногда слабее, иногда жёстче. Со временем различия в положении бывших рабов, колонов и свободных крестьян стёрлись, и все они превратились в единую массу крепостного крестьянства. Постепенно сложилось такое положение, которое характеризовалось средневековой поговоркой: «Нет земли без сеньёра» (то есть без господина-феодала). Верховными земельными собственниками были короли.

Феодализм явился необходимой ступенью в историческом развитии общества. Рабство изжило себя. В этих условиях дальнейшее развитие производительных сил было возможно лишь на основе труда массы зависимых крестьян, владеющих своим хозяйством, собственными орудиями производства и имеющих некоторую заинтересованность в труде, необходимую для того, чтобы обрабатывать землю и выплачивать феодалу дань натурой из своего урожая.

В России в условиях разложения общинного строя возникло патриархальное рабство. Но развитие общества пошло здесь в основном не по пути рабовладения, а по пути феодализации. Славянские племена ещё при господстве у них родового строя, начиная с III века новой эры, наступали на Римскую рабовладельческую империю, боролись за освобождение находившихся под её властью городов Северного Причерноморья и сыграли большую роль в крушении рабовладельческого строя. Переход от первобытно-общинного строя к феодализму в России происходил в те времена, когда рабовладельческий строй давно уже пал и феодальные отношения в европейских странах упрочились.

Как свидетельствует история человечества, не обязательно, чтобы каждый народ проходил все этапы общественного развития. Для многих народов складываются такие условия, при которых они получают возможность миновать те или другие стадии развития и перейти сразу на более высокую ступень.

Сельская община у восточных славян носила название «вервь», «мир». Община имела в общем пользовании луга, леса, водоёмы, а пахотная земля стала переходить во владение отдельных семей. Во главе общины стоял старейшина. Развитие частного землевладения привело к постепенному разложению общины. Землю захватывали старейшины и племенные князья. Крестьяне — смерды — были вначале свободными членами общины, а затем попали в зависимость от крупных землевладельцев — бояр.

Крупнейшим феодальным собственником стала церковь. Пожалования князей, вклады и духовные завещания сделали её обладательницей обширных земель и богатейших по тем временам хозяйств.

В период образования централизованного Русского государства (XV—XVI века) великие князья и цари стали, как говорилось тогда, «помещать» на землю своих приближённых и служилых людей, то есть давать им землю и крестьян под условием несения военной службы. Отсюда названия — поместье, помещики.

В то время крестьяне ещё не были окончательно прикреплены к землевладельцу и земле: они имели право переходить от одного помещика к другому. В конце XVI века помещики в целях увеличения производства зерна для продажи усилили эксплуатацию крестьян. В связи с этим в 1581 г. государство отняло у крестьян право перехода от одного помещика к другому. Крестьяне были полиостью прикреплены к земле, принадлежавшей помещикам, и тем самым превратились в крепостных.

В эпоху феодализма преобладающую роль играло сельское хозяйство, а из его отраслей — земледелие. Постепенно, в течение ряда веков, совершенствовались способы хлебопашества, развивались огородничество, садоводство, виноделие, маслоделие.

В ранний период феодализма преобладала переложная, а в лесных районах — подсечная система земледелия. Участок земли засевался несколько лет подряд какой-нибудь одной культурой, пока почва не истощалась. Тогда переходили на другой участок. В дальнейшем произошёл переход к трёхпольной системе, при которой пашня делится на три поля, причём поочерёдно одно поле используется под озимые культуры, другое — под яровые и третье — остаётся под паром. Трёхпольная система стала распространяться в Западной Европе и в России с XI—XII веков. Она оставалась господствующей на протяжении многих столетии, сохранившись до XIX века, а во многих странах — и до настоящего времени.

Сельскохозяйственный инвентарь в ранний период феодализма был скуден. Орудиями труда служили соха с железным лемехом, серп, коса, лопата. Позднее стали применяться железный плуг и борона. Помол зерна долгое время производился вручную, пока не получили распространения ветряная и водяная мельницы.


Производственные отношения феодального общества. Эксплуатация крестьян феодалами.


Основой производственных отношений феодального общества являлась собственность феодала на землю и неполная собственность на крепостного крестьянина. Крепостной крестьянин не был рабом. Он имел своё хозяйство. Феодал уже не мог убить его, но он мог его продать. Наряду с собственностью феодалов существовала единоличная собственность крестьян и ремесленников на орудия производства и на их частное хозяйство, основанная на личном труде.

Крупная феодальная земельная собственность являлась основой эксплуатации крестьян помещиками. Собственное хозяйство феодала занимало часть его земли. Другую часть земли феодал отдавал на кабальных условиях в пользование крестьянам. Крестьянин был вынужден работать на феодала в силу того, что важнейшее средство производства — земля была собственностью феодала. Феодал «наделял» крестьян землёй, отсюда название «надел». Крестьянский земельный надел был условием обеспечения помещика рабочей силой. Наследственно пользуясь своим наделом, крестьянин обязан был работать на помещика, обрабатывать помещичью землю с помощью своих орудий и рабочего скота, либо отдавать помещику свой прибавочный продукт в натуральной или денежной форме.

Такая система хозяйства неизбежно предполагала личную зависимость крестьянина от помещика — внеэкономическое принуждение. «Если бы помещик не имел прямой власти над личностью крестьянина, то он не мог бы заставить работать на себя человека, наделенного землей и ведущего свое хозяйство»[15].

Рабочее время крепостного крестьянина делилось на необходимое и прибавочное время. В течение необходимого времени крестьянин создавал продукт, необходимый для своего собственного существования и существования своей семьи. В течение прибавочного времени он создавал прибавочный продукт, который присваивался феодалом. Прибавочный труд крестьян, работающих в хозяйстве феодала, или прибавочный продукт, создаваемый крестьянином в его собственном хозяйстве и присваиваемый феодалом, образуют феодальную земельную ренту.

Феодальная рента часто поглощала не только прибавочный труд крестьянина, но и часть его необходимого труда. Основой этой ренты являлась феодальная собственность на землю, связанная с непосредственным господством феодала-помещика над зависимыми от него крестьянами.

При феодализме существовали три формы земельной ренты: отработочная рента, рента продуктами и денежная рента. При всех этих формах ренты эксплуатация крестьян помещиками выступала в неприкрытом виде.

Отработочная рента преобладала на ранних ступенях развития феодализма. Она выступала в виде барщины. При барщине крестьянин определённую часть недели — три дня или более — работал с помощью собственных орудий производства (соха, рабочий скот и т. д.) в господском имении, а в остальные дни недели работал в своём хозяйстве. Таким образом, при барщине необходимый труд и прибавочный труд крестьянина были чётко разграничены во времени и пространстве. Круг барщинных работ был весьма обширен. Крестьянин пахал, сеял и убирал урожай, пас скот, плотничал, рубил лес для помещика, перевозил на своей лошади сельскохозяйственные продукты, строительные материалы.

При барщине крепостной крестьянин был заинтересован в повышении производительности труда только во время работы в своём хозяйстве. Во время работы на помещичьей земле такой заинтересованности у крестьянина не было. Феодалы содержали надсмотрщиков, которые принуждали крестьян работать.

В ходе дальнейшего развития отработочная рента сменяется рентой продуктами. Рента продуктами выступала в вида натурального оброка. Крестьянин обязан был регулярно доставлять помещику определённое количество хлеба, скота, птицы и других сельскохозяйственных продуктов. Оброк чаще всего сочетался с теми или иными остатками барщинных повинностей, то есть с работами крестьянина на помещичьей усадьбе.

При ренте продуктами крестьянин весь свой труд — как необходимый, так и прибавочный — затрачивал по своему усмотрению. Необходимый труд и прибавочный труд уже не разделялись так осязательно, как при отработочной ренте. Крестьянин становился здесь относительно более самостоятельным. Это создавало некоторые стимулы к дальнейшему повышению производительности труда.

На более поздней ступени феодализма, когда получил сравнительно широкое развитие обмен, возникла денежная рента. Она выступала в виде денежного оброка. Денежная рента характерна для периода разложения феодализма и возникновения капиталистических отношений. Различные формы феодальной ренты часто существовали одновременно. «Во всех этих формах земельной ренты: отработочная рента, рента продуктами, денежная рента (как просто превращенная форма ренты продуктами), плательщик ренты всегда предполагается действительным возделывателем и владельцем земли, неоплаченный прибавочный труд которого непосредственно идет к собственнику земли»[16].

Стремясь увеличить свои доходы, феодалы облагали крестьян всякими поборами. Во многих случаях они имели в своём монопольном владении мельницы, кузницы и другие предприятия. Крестьянин вынужден был пользоваться ими за непомерно высокую плату натурой или деньгами. Помимо натурального или денежного оброка, вносимого феодалу, крестьянин должен был выплачивать всевозможные подати государству, местные сборы, а в некоторых странах — десятину, то есть десятую часть урожая, в пользу церкви.

Таким образом, основой существования феодального общества был труд крепостных крестьян. Крестьяне производили не только сельскохозяйственные продукты. Они работали в поместьях феодалов в качестве ремесленников, воздвигали замки и монастыри, прокладывали дороги. Руками крепостных крестьян строились города.

Хозяйство феодала, особенно на ранних ступенях его развития, было в своей основе натуральным хозяйством. Каждое феодальное владение, состоявшее из барской усадьбы и принадлежащих феодалу деревень, жило обособленной хозяйственной жизнью, редко прибегая к обмену с внешним миром. Потребности феодала и его семьи, нужды многочисленной челяди на первых порах удовлетворялись теми продуктами, которые производились в барском хозяйстве и доставлялись оброчными крестьянами. Более или менее крупные имения располагали достаточным количеством ремесленников, большей частью из числа дворовых крепостных. Эти ремесленники занимались изготовлением одежды и обуви, производством и починкой оружия, охотничьего снаряжения и сельскохозяйственного инвентаря, постройкой зданий.

Крестьянское хозяйство также было натуральным. Крестьяне занимались не только сельскохозяйственным трудом, но и домашним ремесленным трудом, главным образом переработкой сырья, производимого в их хозяйстве: прядением, ткачеством, изготовлением обуви, хозяйственного инвентаря.

В течение длительного времени для феодализма было характерно сочетание земледелия как основной отрасли хозяйства с домашним промыслом, имевшим подсобное значение. Те немногие привозные продукты, без которых нельзя было обойтись, как, например, соль, изделия из железа, доставлялись на первых порах странствующими купцами. В дальнейшем, в связи с ростом городов и ремесленного производства, разделение труда и развитие обмена между городом и деревней сделали большой шаг вперёд.

Эксплуатация зависимых крестьян феодалами составляла главную черту феодализма у всех народов. Однако в отдельных странах феодальный строй имел свои особенности. В странах Востока феодальные отношения в течение длительного времени сочетались с отношениями рабства. Так было в Китае, Индии, Японии и в ряде других стран. Большое значение на Востоке имела феодальная государственная собственность на землю. Например, в период Багдадского халифата при господстве арабов (особенно в VIII—IX веках нашей эры) большая часть крестьян-общинников жила на земле халифа и платила феодальную ренту непосредственно государству. Феодализм на Востоке характеризуется также живучестью патриархально-родовых отношений, которые использовались феодалами в целях усиления эксплуатации крестьян.

В земледельческих странах Востока, где орошаемое земледелие имеет решающее значение, крестьяне оказались в кабальной зависимости от феодалов, потому что не только земля, но и водные ресурсы и ирригационные сооружения составляли собственность феодального государства или отдельных феодалов. У кочевых народов земля использовалась как пастбище. Размеры феодального землевладения определялись количеством скота. Крупные скотовладельцы-феодалы были фактически крупными собственниками пастбищ. Они держали крестьянство в зависимости и эксплуатировали его.

Исходя из изложенного, можно было бы следующим образом сформулировать главные черты основного экономического закона феодализма: присвоение феодалами для своего паразитического потребления прибавочного продукта путём эксплуатации зависимых крестьян на основе собственности феодала на землю и неполной собственности его на работников производства — крепостных.


Средневековый город. Цехи ремесленников. Купеческие гильдии.


Города возникли ещё при рабовладельческом строе. Такие города, как Рим, Флоренция, Венеция, Генуя — в Италии; Париж, Лион, Марсель — во Франции; Лондон — в Англии; Самарканд — в Средней Азии, и многие другие были унаследованы средневековьем от эпохи рабства. Рабовладельческий строй пал, но города остались. Крупные рабовладельческие мастерские распались, но ремесло продолжало существовать.

В период раннего средневековья города и ремёсла развивались слабо. Городские ремесленники производили изделия для продажи, но большую часть нужных им предметов потребления они получали от своего хозяйства. Многие из них имели небольшие посевы, сады, продуктивный скот. Женщины занимались пряжей льна, шерсти для изготовления одежды. Это свидетельствовало об ограниченности рынков и обмена.

В деревне переработка сельскохозяйственного сырья являлась в первое время подсобным занятием земледельцев. Затем из среды крестьян стали выделяться ремесленники, обслуживавшие свою деревню. Производительность труда ремесленников росла. Возникла возможность производить больше изделий, чем было необходимо феодалу или крестьянам одной деревни. Ремесленники стали поселяться вокруг феодальных замков, у стен монастырей, в крупных сёлах и других торговых центрах. Так постепенно, обычно на водных путях, вырастали новые города (в России, например, Киев, Псков, Новгород, Владимир). Обособление города от деревни, возникшее ещё при рабстве, усиливалось.

С течением времени ремёсла становились всё более доходным делом. Искусство ремесленников совершенствовалось. Феодал- помещик переходил к покупке ремесленных изделий у горожан, его уже не удовлетворяли изделия собственных крепостных. Более развитое ремесло окончательно обособилось от земледелия.

Города, возникнув на землях светских и духовных феодалов, подчинялись их власти. Горожане несли в пользу феодала ряд повинностей, платили ему натуральный или денежный оброк, подчинялись его администрации и суду. Городское население рано начало борьбу за освобождение от феодальной зависимости. Частью силой, частью путём откупа города добывали для себя право самоуправления, суда, чеканки монеты, сбора налогов.

Городское население состояло главным образом из ремесленников и торговцев. Во многих городах находили пристанище крепостные, бежавшие от помещиков. Город выступал носителем товарного производства в отличие от деревни, где господствовало натуральное хозяйство. Рост конкуренции со стороны стекавшихся в города беглых крепостных, борьба против эксплуатации и притеснений со стороны феодалов заставляли ремесленников объединяться в цехи. Цеховой строй существовал в эпоху феодализма почти во всех странах.


Цехи возникли в Византии в IX веке, в Италии — в Х веке, а позднее— во всей Западной Европе и России. В странах Востока (Египет, Китай), в городах арабского халифата цехи возникли ещё раньше, чем в европейских странах. Цехи объединяли городских ремесленников одного определённого промысла или нескольких близких. Полноправными членами цехов были только ремесленники-мастера. Ремесленник-мастер имел небольшое число подмастерьев и учеников. Цехи тщательно охраняли исключительное право своих членов на занятие данным ремеслом и регламентировали процесс производства: они устанавливали продолжительность рабочего дня, число подмастерьев и учеников у каждого мастера, определяли качество сырья и готового продукта, а также его цены, нередко они сообща закупали сырьё. Приёмы работы, закреплённые долголетней традицией, были обязательны для всех. Строгая регламентация имела целью добиться, чтобы ни один мастер не возвышался над остальными. Кроме того, цехи служили организациями взаимопомощи.


Цехи являлись феодальной формой организации ремесла. На первых порах своего существования они играли известную положительную роль, способствуя укреплению и развитию городского ремесла. Однако по мере роста товарного производства и расширения рынка цехи всё более превращались в тормоз развития производительных сил.

Чрезмерная регламентация ремесленного производства со стороны цехов сковывала инициативу ремесленников и препятствовала развитию техники. Чтобы ограничить конкуренцию, цехи стали чинить всевозможные препятствия желающим получить права мастера. Перед учениками и подмастерьями, количество которых сильно выросло, практически закрывалась возможность стать самостоятельными -мастерами. Они были вынуждены всю жизнь оставаться на положении наемных работников. В этих условиях отношения между мастером и его подчинёнными теряли свой прежний, более или менее патриархальный, характер. Мастера усиливали эксплуатацию своих подчиненных, заставляя их работать по 14—16 часов в день за ничтожную плату. Подмастерья стали объединяться в тайные союзы — братства — для защиты своих интересов. Цехи и городские власти всячески преследовали братства подмастерьев.

Наиболее богатой частью городского населения были купцы. Торговая деятельность развёртывалась как в городах, унаследованных от эпохи рабства, так и в городах, возникших при феодализме. Цеховой организации в ремесле соответствовала организация гильдий в торговле. Купеческие гильдии в эпоху феодализма существовали почти повсеместно. На Востоке они известны с IX века, в Западной Европе — с IX—Х веков, в России — с XII века. Основной задачей гильдий была борьба с конкуренцией посторонних купцов, упорядочение мер и весов, охрана купеческих прав от посягательства феодалов.


В IX—Х веках уже существовала значительная торговля между странами Востока и Западной Европой. Киевская Русь принимала н этой торговле активное участие. Большую роль в расширении торговли играли крестовые походы (XI—XIII пока), открывшие для западноевропейских купцов ближневосточные рынки. В Европу хлынул поток золота и серебра с Востока. Деньги стали появляться в таких местах, где ими раньше не пользовались. Непосредственное участие в завоевании восточных рынков принимали итальянские города, особенно Генуя и Венеция, которые перевозили на Восток на своих торговых судах крестоносцев, снабжали их провиантом.

В течение длительного времени средиземноморские порты были основными центрами торговли, связывавшими Западную Европу с Востоком. Но вместе с тем торговля широко развернулась в северогерманских и нидерландских городах, расположенных у торговых путей Северного и Балтийского морей. В XIV веке здесь возник торговый союз городов —- немецкая Ганза, которая объединила в последующие два столетия около 80 городов различных стран Европы. Ганзейский союз вёл торговлю с Англией, Скандинавией, Польшей и Россией. В обмен на изделия западноевропейского ремесла — фландрские и английские сукна, полотна, немецкие металлические изделия, французские вина — из северо-восточных районов Европы вывозились: меха, кожи, сало, мёд, хлеб, лес, смола, льняные ткани и некоторые ремесленные изделия. Из стран Востока купцы привозили пряности — перец, гвоздику, мускатный орех, благовония, красильные вещества, бумажные и шёлковые ткани, ковры и другие товары.

В XIII—XIV веках русские города Новгород, Псков и Москва вели обширную торговлю с Азией и Западной Европой. Новгородские купцы торговали, с одной стороны, с народами Севера (побережье Ледовитого океана и Зауралье), а с другой стороны, вели регулярную торговлю со Скандинавией и Германией.


Рост городов и развитие торговли оказывали сильное влияние на феодальную деревню. Хозяйство феодалов втягивалось в рыночный оборот. Для покупки предметов роскоши и городских ремесленных изделий феодалам требовались деньги. В связи с этим феодалам было выгодно переводить крестьян с барщины и натурального оброка на денежный оброк. С переходом к денежному оброку феодальная эксплуатация ещё более усиливалась.


Классы и сословия феодального общества. Феодальная иерархия.


Феодальное общество распадалось на два основных класса— феодалов и крестьян. «Крепостническое общество представляло такое деление классов, когда громадное большинство — крепостное крестьянство — находилось в полной зависимости от ничтожного меньшинства — помещиков, которые владели землей»[17].

Класс феодалов не представлял собой однородного целого. Мелкие феодалы платили дань крупным феодалам, помогали им в войне, но зато пользовались их покровительством. Покровитель назывался сеньёром, покровительствуемый — вассалом. Сеньёры в свою очередь были вассалами других, более могущественных феодалов.

Как господствующий класс, феодалы-помещики стояли во главе государства. Они составляли одно сословие — дворянство. Дворяне занимали почётное положение первого сословия, пользуясь широкими политическими и экономическими привилегиями.

Духовенство (церковное и монастырское) было также крупнейшим земельным собственником. Оно владело обширными землями с многочисленным зависимым и крепостным населением и наряду с дворянами было господствующим сословием.

Широким основанием «феодальной лестницы» служило крестьянство. Крестьяне были подчинены помещику и находились под верховной властью самого крупного феодала — короля. Крестьянство было политически бесправным сословием. Помещики могли продавать своих крепостных и широко пользовались этим правом. Крепостники подвергали крестьян телесным наказаниям. Крепостную зависимость Ленин называл «крепостным рабством». Эксплуатация крепостных крестьян была почти такой же жестокой, как эксплуатация рабов в древнем мире. Но всё же крепостной мог часть времени работать на своём участке, мог до известной степени принадлежать себе.

Основным классовым противоречием феодального общества было противоречие между феодалами и крепостными крестьянами. Борьба эксплуатируемого крестьянства против феодалов- помещиков велась на протяжении всей эпохи феодализма и приобрела особую остроту на последней ступени его развития, когда до крайности усилилась крепостническая эксплуатация.

В городах, освободившихся от феодальной зависимости, власть находилась в руках богатых горожан — купцов, ростовщиков, владельцев городских земель и крупных домовладельцев. Цеховые ремесленники, составлявшие главную массу городского населения, часто выступали против городской знати, добиваясь своего участия в управлении городов наряду с городской аристократией. Мелкие ремесленники и подмастерья боролись против эксплуатирующих их цеховых мастеров и купцов.

К концу феодальной эпохи городское население было уже сильно расслоено. На одной стороне — богатые купцы и цеховые мастера, на другой — обширные слои ремесленных подмастерьев и учеников, городской бедноты. Городские низы вступали в борьбу против объединённых сил городской знати и феодалов. Борьба эта соединялась в один поток с борьбой крепостных крестьян против феодальной эксплуатации.

Носителями верховной власти считались короли (в России — великие князья, а затем цари). Но за пределами собственных владений королей значение королевской власти в период раннего феодализма было ничтожно. Часто эта власть оставалась номинальной. Вся Европа разделялась на множество крупных и мелких государств. Крупные феодалы были полными господами в своих владениях. Они издавали законы, следили за их исполнением, творили суд и расправу, содержали собственное войско, совершали набеги на соседей, не стеснялись и грабить на больших дорогах. Многие из них самостоятельно чеканили монету. Феодалы помельче также пользовались весьма широкими правами в отношении подвластных им людей; они старались равняться по крупным сеньёрам.

С течением времени феодальные отношения образовали до крайности запутанный клубок прав и обязанностей. Между феодалами возникали бесконечные споры и раздоры. Разрешались они обычно силой оружия, путём междоусобных войн.


Развитие производительных сил феодального общества.


В эпоху феодализма был достигнут более высокий уровень производительных сил по сравнению с эпохой рабства.

В области сельского хозяйства повысилась техника производства, появились и получили распространение железный плуг и другие железные орудия труда. Возникли новые отрасли полеводства, значительное развитие получили виноградарство, виноделие, огородничество. Росло животноводство и в особенности коневодство, которое было связано с военной службой феодалов, развивалось маслоделие. В ряде районов широкое распространение получило овцеводство. Расширялись и улучшались луга и пастбища.

Постепенно совершенствовались орудия труда ремесленников и способы обработки сырья. Прежние ремёсла стали специализироваться. Так, например, раньше кузнец производил из металла все изделия. С течением времени от кузнечного промысла обособились оружейный, гвоздарный, ножевой, слесарный, от кожевенного промысла отделились сапожный и шорный. В XVI—XVII веках в Европе получила распространение самопрялка. В 1600 г. был изобретён ленточный ткацкий станок.

Для совершенствования орудий труда решающее значение имело улучшение плавки и обработки железа. Вначале железо производилось весьма примитивным способом. В XIV веке начали применять водяное колесо, чтобы приводить в действие мехи для дутья и тяжёлые молоты для дробления руды. С усилением тяги в печах вместо ковкой массы стала получаться плавкая масса — чугун. С применением пороха в военном деле и появлением огнестрельной артиллерии (в XIV веке) потребовалось много металла для ядер; с начала XV века их стали отливать из чугуна. Всё более требовалось -металла для изготовления сельскохозяйственных и других орудий. В первой половине XV века появились первые доменные печи. Изобретение компаса способствовало дальнейшему развитию судоходства и мореплавания. Большое значение имело изобретение и распространение книгопечатания.


В Китае производительные силы и культура уже в VI—XI веках достигли значительного развития, превосходя во многих отношениях Европу того времени. Китайцы первые изобрели компас, порох, писчую бумагу и в простейшей форме книгопечатание.


Развитие производительных сил феодального общества всё более наталкивалось на узкие рамки феодальных производственных отношений. Крестьянство, находясь под ярмом феодальной эксплуатации, не было в состоянии далее увеличивать производство сельскохозяйственных продуктов. Производительность подневольного крестьянского труда была чрезвычайно низка. В городе рост производительности труда ремесленника наталкивался на препятствия, создаваемые цеховыми уставами и правилами. Феодальный строй характеризовался «медленными темпами развития производства, рутиной, властью традиций.

Выросшие в рамках феодального общества производительные силы требовали новых производственных отношений.


Зарождение капиталистического производства в недрах феодального строя. Роль торгового капитала.


В эпоху феодализма происходило постепенное развитие товарного производства, расширялось городское ремесло и всё более вовлекалось в обмен крестьянское хозяйство.

Производство мелких ремесленников и крестьян, основанное на частной собственности и на личном труде, создающее продукты, для обмена, называется простым товарным производством.

Как уже говорилось, продукт, изготовляемый для обмена, является товаром. Отдельные товаропроизводители затрачивают на производство одинаковых товаров неодинаковое количество труда. Это зависит от различных условий, в которых им приходится работать: товаропроизводители, располагающие более совершенными орудиями, затрачивают на производство одного и того же товара меньше труда по сравнению с другими товаропроизводителями. Наряду с различиями в орудиях труда имеют значение и различия в силе, ловкости, искусстве работника и т. д. Но рынку нет дела до того, в каких условиях и какими орудиями произведён тот или другой товар. За одинаковые товары на рынке платят одну и ту же денежную сумму, независимо от тех индивидуальных условий труда, в которых они произведены.

Поэтому товаропроизводители, у которых индивидуальные затраты труда вследствие худших условий производства выше средних, при продаже своих товаров покрывают лишь часть этих затрат и разоряются. Наоборот, товаропроизводители, у которых индивидуальные затраты труда благодаря лучшим условиям производства ниже средних, при продаже своих товаров оказываются в выгодном положении и богатеют. Это усиливает конкуренцию. Происходит расслоение мелких товаропроизводителей: большинство из них всё больше беднеет, а незначительная часть богатеет.

Большим препятствием на пути развития товарного производства служила государственная раздроблённость при феодализме. Феодалы по своему произволу устанавливали пошлины на привозимые товары, взимали дань за проезд через свои владения и создавали таким образом серьёзные препятствия для развития торговли. Потребности торговли и вообще экономического развития общества вызывали необходимость уничтожения феодальной раздроблённости. Рост ремесленного и сельскохозяйственного производства, развитие общественного разделения труда между городом и деревней привели к усилению экономических связей между различными районами внутри страны, к образованию национального рынка. Образование национального рынка создавало экономические предпосылки для централизации государственной власти. Зарождающаяся городская буржуазия была заинтересована в устранении феодальных перегородок и стояла за создание централизованного государства.

Опираясь на более широкую прослойку незнатных дворян- помещиков, на «вассалов своих вассалов», а также на подымающиеся города, короли нанесли феодальной знати решающие удары и укрепили своё положение. Они стали не только номинальными, но и фактическими властелинами в государстве. Образовались крупные национальные государства в форме абсолютистских монархий. Преодоление феодальной раздроблённости и создание централизованной государственной власти способствовало возникновению и развитию капиталистических отношений.

Большое значение для возникновения капиталистического уклада имело также образование мирового рынка.


Во второй половине XV века турки захватили Константинополь и всю восточную часть Средиземного моря. Важнейшая артерия, по которой проходили торговые пути между Западной Европой и Востоком, была перерезана. В поисках морского пути в Индию Колумб в 1492 г. открыл Америку, а в 1498 г. Васко да Гама, объехав вокруг Африки, открыл морской путь в Индию.

В результате этих открытий центр тяжести европейской торговли переместился со Средиземного моря на Атлантический океан, главная роль в торговле перешла к Нидерландам, Англии, Франции. Видную роль в европейской торговле играла Россия.


С возникновением мировой торговли и мирового рынка ремесло оказалось не в состоянии удовлетворить возросший спрос на товары. Это ускорило переход от мелкого ремесленного производства к крупному капиталистическому производству, основанному на эксплуатации наёмных рабочих.

Переход от феодального способа производства к капиталистическому совершался двояким образом: с одной стороны, расслоение мелких товаропроизводителей порождало капиталистических предпринимателей, с другой стороны, торговый капитал в лице купцов непосредственно подчинял себе производство.

Цехи могли ограничивать конкуренцию и расслоение ремесленников, пока товарное производство было слабо развито. С развитием обмена конкуренция становилась всё сильнее. Мастера, работавшие на более широкий рынок, частью добивались отмены цеховых ограничений, частью просто обходили их. Они удлиняли рабочий день подмастерьев и учеников, увеличивали их число, применяли более производительные методы труда. Наиболее богатые мастера постепенно превращались в капиталистов, а бедные мастера, ученики и подмастерья — в наёмных рабочих.

Торговый капитал, разлагая натуральное хозяйство, содействовал возникновению капиталистического производства. Торговый капитал выступал первоначально в качестве посредника при обмене товаров мелких производителей — ремесленников и крестьян — и при реализации феодалами части присваиваемого ими прибавочного продукта. В дальнейшем купец начал регулярно скупать у мелких производителей изготовленные ими товары и затем перепродавал их на более широком рынке. Купец тем самым становился скупщиком. С ростом конкуренции и появлением скупщика существенно менялось положение массы ремесленников. Обедневшие мастера вынуждены были обращаться за помощью к торговцу-скупщику, который ссужал их деньгами, сырьём и материалами при условии продажи ему готовых изделий по заранее установленной, низкой цене. Так мелкие производители попадали в экономическую зависимость от торгового капитала.

Постепенно в такой зависимости от богатого скупщика оказывалось много обедневших мастеров. Скупщик раздавал им сырьё, например пряжу, для переработки её в ткань за определённую плату и таким образом превращался в раздатчика.

Разорение ремесленника приводило к тому, что скупщик снабжал его уже не только сырьём, но и орудиями труда. Так ремесленник лишался последней видимости самостоятельного существования и окончательно превращался в наёмного рабочего, а скупщик становился промышленным капиталистом.

Вчерашние ремесленники, собранные в мастерской капиталиста, выполняли одинаковую работу. Вскоре, однако, обнаружилось, что некоторым из них лучше удаются одни операции, другим— другие операции. В силу этого было выгоднее поручить каждому именно ту часть работы, в которой он наиболее искусен. Таким образом, в мастерских с более или менее значительным числом работников постепенно вводилось разделение труда.

Капиталистические предприятия, применяющие наёмных рабочих, работающих вручную на основе разделения труда, называются мануфактурами.


Первые мануфактуры появились ещё в XIV—XV веках во Флоренции и некоторых средневековых городах-республиках Италии. Затем в XVI— XVIII веках мануфактуры различных отраслей производства — суконные, льняные, шёлковые, часовые, оружейные, стекольные — распространились во всех европейских странах.

В России мануфактуры стали возникать в XVII веке. В начале XVIII века, при Петре I, они стали развиваться более быстрыми темпами. Среди них были мануфактуры оружейные, суконные, шёлковые и другие. На Урале были созданы железоделательные заводы, рудники, солеварни.

В отличие от западноевропейских мануфактур, которые основывались на наёмном труде, на русских предприятиях в XVII—XVIII веках хотя и применялся вольнонаёмный труд, но преобладал труд крепостных крестьян и прикреплённых рабочих. С конца XVIII века стали широко распространяться мануфактуры, основанные на вольнонаёмном труде. Этот процесс особенно усилился в последние десятилетия перед отменой крепостного права.


Процесс разложения феодальных отношений совершался и в деревне. С развитием товарного производства возрастала власть денег. Феодалы-крепостники переводили оброк и другие повинности из натуральной формы в денежную. Крестьянам приходилось продавать продукты своего труда, а вырученные деньги уплачивать феодалам. У крестьян появилась постоянная нужда в деньгах. Этим пользовались скупщики и ростовщики для закабаления крестьян. Феодальный гнёт усиливался, положение крепостных ухудшалось.

Развитие денежных отношений дало сильный толчок дифференциации крестьянства, то есть расслоению его на различные социальные группы. Подавляющее большинство крестьянства нищало, задыхалось от непосильного труда и разорялось. Наряду с этим в деревне стали появляться кулаки-мироеды, эксплуатировавшие односельчан путём кабальных ссуд, скупки у них за бесценок сельскохозяйственных продуктов, скота, инвентаря.

Таким образом в недрах феодального строя зародилось капиталистическое производство.


Первоначальное накопление капитала. Насильственное обезземеливание крестьян. Накопление богатств.


Капиталистическое производство предполагает два основных условия: 1) наличие массы неимущих людей, лично свободных и в то же время лишённых средств производства и средств существования и в силу этого вынужденных наниматься работать на капиталистов, и 2) накопление денежных богатств, необходимых для создания крупных капиталистических предприятий.

Мы видели, что питательной средой для капитализма служило основанное на частной собственности мелкое товарное производство с его конкуренцией, несущей обогащение немногим и разорение большинству мелких производителей. Но медлительность этого процесса не соответствовала потребностям нового мирового рынка, созданного великими открытиями конца XV века. Возникновение капиталистического способа производства было ускорено применением самых грубых методов насилия со стороны крупных землевладельцев, буржуазии и государственной власти, находившейся в руках эксплуататорских классов. Насилие, по выражению Маркса, сыграло роль повивальной бабки, ускорившей рождение нового, капиталистического способа производства.

Буржуазные учёные идиллически изображают историю возникновения класса капиталистов и класса рабочих. В незапамятные времена, утверждают они, существовала кучка старательных и бережливых людей, которые своим трудом накопили богатства. С другой стороны, существовала масса лентяев, бездельников, которые прокучивали всё своё достояние и превращались в неимущих пролетариев.

Эти басни защитников капитализма не имеют ничего общего с действительностью. На самом деле образование массы неимущих людей — пролетариев — и накопление богатств в руках немногих произошли путём насильственного лишения мелких производителей средств производства. Процесс отделения производителей от средств производства (от земли, от орудий производства и т. п.) сопровождался бесконечным рядом грабежей и жестокостей. Этот процесс называется первоначальным накоплением капитала, так как он предшествовал созданию крупного капиталистического производства.

Капиталистическое производство достигло значительного развития раньше всего в Англии. В этой стране с конца XV века происходил «мучительный процесс насильственного обезземеливания крестьян. Непосредственным толчком к этому послужил возросший спрос на шерсть со стороны крупных суконных мануфактур, возникших сначала во Фландрии, а затем и в самой Англии. Помещики стали разводить большие стада овец. Для овцеводства понадобились пастбища. Феодалы- массами сгоняли крестьян с насиженных мест, захватывали земли, находившиеся в их постоянном пользовании, и превращали пашни в пастбища.

Изгнание крестьян с земли производилось разными способами и прежде всего путём открытого захвата общинных земель. Помещики огораживали эти земли, разрушали крестьянские дома, а крестьян насильственно выселяли. Если крестьяне пытались вернуть себе незаконно захваченную у них землю, на помощь феодалу приходила вооружённая сила государства. Государственная власть стала издавать в XVIII веке законы об «огораживании земель», освящая ограбление крестьян.

Разорённые и ограбленные крестьяне составляли бесчисленные толпы неимущих бедняков, которые заполняли города, сёла и дороги Англии. Не имея средств существования, они нищенствовали. Государственная власть издавала кровавые законы против экспроприированных. Законы эти отличались исключительной жестокостью. Так, в царствование английского короля Генриха VIII (XVI век) за «бродяжничество» было казнено 72 тысячи человек. В XVIII веке «бродяг» и бездомных вместо смертной казни заключали в «работные дома», заслужившие славу «домов ужаса». Так буржуазия старалась приучить деревенское население, лишённое земли и превращённое в бродяг, к дисциплине наемного труда.

В царской России, вступившей па путь капиталистического развития позже других европейских стран, отделение производителя от средств производства осуществлялось теми же способами, как и в других странах. В 1861 г. царское правительство под влиянием крестьянских восстаний вынуждено было отменить крепостное право.


Эта реформа была грандиозным ограблением крестьян. Помещики захватили две трети земли, оставив в пользовании крестьян только одну треть. Наиболее удобные земли, а также, в ряде случаев, выгоны, водопои, дороги к нолю и т. д., находившиеся в пользовании крестьян, были отрезаны помещиками. В руках помещиков «отрезки» стали средством закабаления крестьян, которые оказались вынужденными арендовать эти земли у помещиков на самых тяжёлых условиях. Закон, объявив личную свободу крестьян, сохранил временно барщину и оброк. За полученный урезанный надел земли крестьянин обязан был нести эти повинности в пользу помещика до тех пор, пока земля ге будет выкуплена. Размер выкупных платежей исчислялся по вздутым иенам на землю и составил около двух миллиардов рублей.


Характеризуя крестьянскую реформу 1861 г., Ленин писал: «Это — первое массовое насилие над крестьянством в интересах рождающегося капитализма в земледелии. Это — помещичья «чистка земель» для капитализма»[19].

Обезземеливанием крестьян был достигнут двойной результат. С одной стороны, земля попала в частную собственность сравнительно небольшой кучки землевладельцев. Сословная феодальная собственность на землю превращалась в буржуазную собственность. С другой стороны, был обеспечен обильный приток в промышленность свободных рабочих, готовых наняться к капиталистам.

Для возникновения капиталистического производства необходимо было, кроме наличия дешёвой рабочей силы, накопление в немногих руках крупных богатств в виде денежных сумм, которые можно превратить в любые средства производства и употребить на наём рабочих.

В средние века большие денежные богатства были накоплены торговцами и ростовщиками. Эти богатства послужили впоследствии основанием для организации многих капиталистических предприятий.

Покорение Америки, сопровождавшееся массовым ограблением и истреблением туземного населения, принесло завоевателям несметные богатства, которые стали расти ещё быстрее в результате эксплуатации богатейших рудников благородных металлов. Для рудников нужны были рабочие руки. Туземное население — индейцы — массами погибало, не выдерживая каторжных условий труда. Европейские купцы организовали в Африке охоту за неграми, которая велась по всем правилам охоты за дикими зверями. Торговля неграми, вывезенными из Африки и превращёнными в рабов, была исключительно выгодна. Барыши работорговцев достигали баснословных размеров. На хлопководческих плантациях Америки стал широко применяться рабский труд негров.

Одним из важнейших источников образования крупных состояний служила также колониальная торговля. Для торговли с Индией голландские, английские и французские купцы организовали ост-индские компании. Эти компании пользовались поддержкой своих правительств. Им была предоставлена монополия на торговлю колониальными товарами и право неограниченной эксплуатации колоний с применением любых мер насилия. Барыши ост-индских компаний исчислялись сотнями процентов в год. В России крупные барыши доставляла купцам хищническая торговля с населением Сибири и грабительская система винных откупов, состоявшая в том, что государство предоставляло частным предпринимателям за определённую плату право производства и продажи спиртных напитков.

В результате огромные денежные богатства сосредоточились в руках торгового и ростовщического капитала.

Так ценою грабежа и разорения массы мелких производителей были накоплены денежные богатства, необходимые для создания крупных капиталистических предприятий.

Характеризуя этот процесс, Маркс писал: «Новорожденный капитал источает кровь и грязь из всех своих пор, с головы до пят»[20].


Восстания крепостных крестьян. Буржуазные революции. Гибель феодального строя.


Борьба крестьянства против феодалов-помещиков происходила на протяжении всей эпохи феодализма, но особой остроты она достигла к концу этой эпохи.


Франция в XIV веке была охвачена крестьянской войной, которая вошла в историю под названием «Жакерия». Нарождающаяся буржуазия городов на первых порах поддержала это движение, но в решительный момент отошла от него.

В Англии в конце XIV века вспыхнуло крестьянское восстание, охватившее большую часть страны. Вооружённые крестьяне во главе с Уотом Тайлером прошли по стране, громя помещичьи усадьбы и монастыри, и захватили Лондон. Феодалы прибегли к насилию и обману, чтобы подавить восстание. Тайлер был предательски убит. Поверив посулам короля и феодалов, восставшие разошлись по своим домам. После этого по деревням прошли карательные» экспедиции, учинившие жестокие расправы над крестьянами.

Германия в начале XVI века была объята крестьянской войной, поддержанной городскими низами. Во главе восставших стоял Томас Мюнцер. Крестьяне требовали отмены дворянского произвола и насилия.

В России особенно крупными были крестьянские войны во главе со Степаном Разиным в XVII веке и Емельяном Пугачёвым в XVIII веке. Восставшие крестьяне добивались отмены крепостного права, передачи им помещичьих и казённых земель, ликвидации господства помещиков. Обострение кризиса феодально-крепостнической системы хозяйства в 50-х годах XIX века выразилось в широкой волне крестьянских восстаний накануне реформы 1861 г.

Огромные по своим масштабам крестьянские войны и восстания происходили на протяжении сотен лет в Китае. Восстание тайпинов в эпоху Цннской династии (середина XIX века) охватило многомиллионные массы крестьянства. Восставшие заняли древнюю столицу Китая — Нанкин. Аграрный закон тайпинов провозглашал равенство в пользовании землёй и другим имуществом. В государственной организации тайпинов своеобразно сочетались монархия с крестьянской демократией, что свойственно крестьянским движениям и других стран.


Революционное значение крестьянских восстаний заключалось в том, что они расшатали основы феодализма и привели в конечном счёте к отмене крепостного права.

Переход от феодализма к капитализму в странах Западной Европы совершился через буржуазные революции. Борьба крестьян против помещиков была использована подымающейся буржуазией, для того чтобы ускорить гибель феодального строя, заменить крепостническую эксплуатацию эксплуатацией капиталистической и захватить власть в свои руки. В буржуазных революциях крестьяне составляли основную массу бойцов против феодализма. Так было в первой буржуазной революции в Нидерландах (Голландия и Бельгия) в XVI веке. Так было в английской революции XVII века. Так было в буржуазной революции во Франции в конце XVIII века.

Плодами революционной борьбы крестьянства воспользовалась буржуазия, пробравшись на его плечах к власти. Крестьяне были сильны своей ненавистью к угнетателям. Но крестьянские восстания носили стихийный характер. Крестьянство как класс мелких частных собственников было раздроблено и не могло создать ясной программы и крепкой, сплочённой организации для борьбы. Крестьянские восстания могут приводить к успеху только в том случае, если они сочетаются с рабочим движением и если рабочие руководят крестьянскими восстаниями. Но в период буржуазных революций XVII и XVIII веков рабочий класс был ещё слаб, малочислен и неорганизован.

В недрах феодального общества созрели более или менее готовые формы капиталистического уклада, вырос новый эксплуататорский класс — класс капиталистов — и наряду с этим появились массы людей, лишённых средств производства, — пролетариев.

В эпоху буржуазных революций буржуазия использовала против феодализма экономический закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил, низвергла феодальные производственные отношения, создала новые, буржуазные производственные отношения и привела производственные отношения в соответствие с характером производительных сил, созревших в недрах феодализма.

Буржуазные революции покончили с феодальным строем и утвердили господство капитализма.


Экономические воззрения эпохи феодализма


В экономических взглядах феодальной эпохи нашёл своё отражение господствовавший в то время строй общественных отношений. В феодальном обществе вся умственная жизнь находилась под контролем духовенства и протекала в религиозно-схоластической форме. Поэтому рассуждения о хозяйственной жизни того времени составляли особые раздели в богословских трактатах.

Экономические и другие воззрения эпохи феодализма в Китае в течение многих исков находились под влиянием учения Конфуция. Конфуцианство как религиозная идеология возникло ещё в V веке до нашего летосчисления. Социально-экономические воззрения конфуцианства сводятся к освящению единого феодального государства под властью монарха, требуют строгого сохранения сословной феодальной иерархии как в государственном устройстве, так и в семейной жизни. По словам Конфуция, «тёмные люди должны повиноваться аристократам и мудрецам. Неповиновение простолюдина высшему есть начало беспорядка». Конфуций и его последователи, защищая интересы феодальных эксплуататоров, идеализировали наиболее отсталые, консервативные формы хозяйства. Они восхваляли «золотой век» патриархальной старины. Конфуцианство в своём развитии превратилось в официальную идеологию феодальной знати.

Один из идеологов феодализма в средневековой Европе — Фома Аквинский (XIII век) — пытался обосновать необходимость феодального общества божественным законом. Провозглашая феодальную собственность необходимой и разумной и объявляя крепостных крестьян рабами, Фома Аквинский в противоположность древним рабовладельцам утверждал, что «в своём духе раб свободен» и поэтому господин не имеет права убивать раба. Труд уже не считался недостойным свободного человека. Фома Аквинский рассматривал физический труд как труд чёрный, а умственный — как труд благородный. В таком разделении он видел основание для сословного деления общества. В его взглядах на богатство проявился тот же феодально-сословный подход. Каждый человек должен располагать богатством в соответствии с тем положением, которое он занимает на феодальной иерархической лестнице. С этой точки зрения характерно учение средневековых богословов о так называемой «справедливой» цене. «Справедливая» цена должна отражать количество труда, затраченного на производство товара, и сословное положение производителя.

Средневековые защитники «справедливой» цены нисколько не возражали против купеческой прибыли. Они лишь стремились ввести прибыль в такие рамки, при которых она не угрожала бы хозяйственному существованию других сословий. Они осуждали ростовщичество как занятие низкое и безнравственное. Однако с развитием товарного производства и обмена само духовенство стало принимать участие в ростовщических операциях; вместе с тем отношение церкви к ростовщичеству становилось всё более терпимым.

Классовая борьба угнетённых и эксплуатируемых масс против господствующих классов феодального общества в течение ряда веков развёртывалась в религиозной форме. Требования эксплуатируемых крестьян и подмастерьев часто обосновывались цитатами из библии. Большое распространение имели всевозможные секты. Католическая церковь, инквизиция жестоко преследовали «еретиков», сжигали их на кострах.

С развитием классовой борьбы религиозная форма движения угнетённых масс отступала на задний план и всё отчётливее выступал революционный характер этого движения. Крестьяне требовали ликвидации крепостного рабства, отмены феодальны* привилегий, установления равноправия, отмены сословий и т. п.

В ходе крестьянских войн в Англии, Чехии, Германии лозунги восставших принимали всё более радикальный характер. Стремление эксплуатируемых масс деревни и города к равенству выражалось в требовании общности имуществ. Это было стремление к равенству в области потребления. Хотя требование общности имуществ было неосуществимым, оно имело в ту историческую эпоху революционное значение, так как поднимало массы на борьбу против феодального гнёта.

К исходу феодальной эпохи выступили два выдающихся ранних социалиста-утописта — англичанин Томас Мор, написавший книгу «Утопия» (XVI век), и итальянец Томазо Кампанелла, книга которого называется «Город Солнца» (XVII век). Видя растущие неравенство и противоречия («временного им общества, эти мыслители в своеобразной форме изложили спои взгляды на причины общественных бедствий: они дали описание идеальных, по их мнению, общественных порядков, при которых эти бедствия будут устранены.

В книгах этих утопистов описывается общественный строй, свободный от частной собственности и всех сопутствующих ей пороков. Каждый в этом существе занимается как ремесленным, так и сельскохозяйственным трудом. Все жители работают по шесть или даже но четыре часа в день, и плодов их груда вполне достаточно для удовлетворения всех потребностей. Продукты распределяются по потребностям. Воспитание детей является общественным делом.

Произведения Мора и Кампанеллы сыграли прогрессивную роль в ходе развития общественной мысли. Они содержали идеи, значительно опередившие развитие общества того времени. Но Мор и Кампанелла не знали законов общественного развития, их идеи были неосуществимыми, утопическими» В то время нельзя было уничтожить общественное неравенство: уровень производительных сил требовал перехода от феодальной эксплуатации к капиталистической.

Возникновение капитализма относится к XVI веку. К этому же веку относятся первые попытки осмыслить и объяснить ряд явлений капитализма. Так зародилось и развилось в XVI—XVIII веках направление экономической мысли и политики, известное под названием меркантилизма.

Меркантилизм возник в Англии, затем он появился во Франции, Италии и в других странах. Меркантилисты ставили вопрос о богатстве страны, о формах богатства и о путях его роста.

Это было время, когда капитал — в форме торгового и ростовщического капитала — господствовал в сфере торговли и кредита. В области же производства он делал только первые шаги, основывая мануфактуры. После открытия и завоевания Америки в Европу хлынул поток благородных металлов. Золото и серебро затем беспрерывно перераспределялись между отдельными европейскими государствами как посредством войн, так и путём внешней торговли.

В своём понимании природы богатства меркантилисты исходили из поверхностных явлений обращения. Они сосредоточили внимание не на производстве, а на торговле и денежном обращении, в особенности на движении золота и серебра.

В глазах меркантилистов единственным истинным богатством были не общественное производство и его продукты, а деньги — золото и серебро. Меркантилисты требовали от государства активного вмешательства в хозяйственную жизнь, с тем чтобы возможно больше денег притекало в страну и возможно меньше уходило за её пределы. Ранние меркантилисты стремились добиться этого чисто административными мерами запрещения вывоза денег из страны. Более поздние меркантилисты считали необходимым в этих целях расширять внешнюю торговлю. Так, английский представитель меркантилизма Томас Мен (1571—1641)—крупный купец и директор Ост-Индской компании — писал: «Обыкновенное средство к увеличению нашего богатства и наших сокровищ есть иностранная торговля, в которой всегда мы должны держаться того правила, чтобы ежегодно продавать иностранцам своих товаров на большую сумму, чем мы потребляем их товаров».

Меркантилисты выражали интересы нарождающейся в недрах феодализма буржуазии, стремящейся накопить богатство в форме золота и серебра путём развития внешней торговли, колониальных грабежей и торговых войн, порабощения отсталых народов. В связи с развитием капитализма они стали требовать, чтобы государственная власть покровительствовала развитию промышленных предприятий — мануфактур. Были установлены вывозные премии, которые уплачивались купцам, продающим товары на внешнем рынке. Ещё большее значение вскоре приобрели ввозные пошлины. С развитием мануфактур, а затем фабрик обложение ввозимых товаров пошлинами становилось наиболее распространённой мерой защиты отечественной промышленности от иностранной конкуренции.

Такая покровительственная политика называется протекционизмом. Во многих странах она сохранялась долгое время после того, как были преодолены представления меркантилизма.

В Англии покровительственные пошлины имели большое значение в XVI и XVII веках, когда ей угрожала конкуренция со стороны более развитых мануфактур Нидерландов. С XVIII века Англия прочно завоёвывает промышленное первенство. Другие, менее развитые страны не могли с ней конкурировать. В связи с этим в Англии начинают пробивать себе дорогу идеи свободы торговли.

Иное положение создалось в странах, вступивших на капиталистический путь позже Англии. Так, во Франции в XVII веке министр Людовика XIV Кольбер, который фактически управлял страной, создал широко разветвлённую систему государственного покровительства мануфактурам. Его система включала высокие ввозные пошлины, запрет вывоза сырья, насаждение ряда новых отраслей, создание компаний для внешней торговли и т. п.

Меркантилизм сыграл прогрессивную для своего времени роль. Протекционистская политика, вдохновляемая идеями меркантилизма, немало способствовала распространению мануфактур. Но во взглядах меркантилистов на богатство отражалась тогдашняя неразвитость капиталистического производства. Дальнейшее развитие капитализма всё ярче обнаруживало несостоятельность представлений меркантильной системы.

В России в XVII—XVIII веках господствовала феодально-крепостническая система хозяйства. Хозяйство в основе своей было натуральным. В то же время значительное развитие получили торговля и ремесло, образовался национальный рынок, стали возникать мануфактуры. Эти экономические изменения в стране способствовали укреплению абсолютизма в России.

Отражая исторические и экономические особенности страны, представители русской экономической мысли развивали некоторые идеи меркантилизма. Однако в отличие от многих западноевропейских меркантилистов они придавали большое значение не только торговле, но и развитию промышленности и сельского хозяйства.

Экономические воззрения того времени нашли своё выражение в работах и мероприятиях государственного деятеля России XVII века А. Л. Ордын-Нащокина, в экономической политике Петра I, в работах крупнейшего русского экономиста начала XVIII века И. Т. Посошкова.

В своём труде «Книга о скудости и богатстве» (1724 г.) И. Т. Посошков изложил обширную программу экономического развития России и дал развёрнутое обоснование этой программы. Посошков доказывал необходимость проведения в России ряда экономических мероприятий, преследующих задачу покровительства развитию отечественной промышленности, торговли, сельского хозяйства, улучшения финансовой системы страны.

В последней трети XVIII века в России наметилась тенденция к разложению феодально-крепостнических отношений, резко усилившаяся в первой четверти XIX века, а позже переросшая в прямой кризис крепостничества.

Зачинатель революционно-демократического направления в общественной мысли России А. Н. Радищев (1749—1802) был выдающимся экономистом своего времени. Решительно выступая против крепостничества, в защиту угнетённого крестьянства, Радищев дал уничтожающую критику крепостнической системы, разоблачал эксплуататорский характер богатства помещиков- крепостников, владельцев мануфактур и торговцев и обосновывал право собственности на землю тех, кто её обрабатывает своим трудом. Радищев был твёрдо убеждён, что самодержавие и крепостничество могут быть ликвидированы только революционным путём. Он разработал прогрессивную дли своего времени систему экономических мероприятий, осуществление которых обеспечило бы переход России к буржуазно-демократическому строю.

Декабристы, выступившие в первой половине XIX века, были революционными деятелями того исторического периода в России, когда назревала необходимость смены феодализма капитализмом. Они направляли остриё своей критики против крепостничества. Выступая горячими поборниками развития производительных сил России, они считали важнейшим условием этого развитии отмену крепостного права, освобождение крестьян. Декабристы не только выдвинули лозунг борьбы с крепостным правом и самодержавием, но и организовали вооружённое восстание против абсолютистской монархии. П. И. Пестель (1793—1826) разработал оригинальный проект решения аграрного вопроса в России. В составленном Пестелем своего рода проекте конституции, названном им «Русской Правдой», предусматривалось безотлагательное и полное освобождение крестьян от крепостной зависимости, а также экономические мероприятия, направленные к защите интересов крестьян и в дальнейшем. В этих целях Пестель считал необходимым создать особый общественный земельный фонд, из которого каждый крестьянин мог бы получать бесплатно в своё пользование землю, необходимую для его существования. Этот фонд должен быть образован за счёт части земель помещиков и казны, причём у наиболее крупных помещиков часть их земли должна быть отчуждена безвозмездно. Декабристы, как революционеры, вышедшие из среды дворянства, были далеки от народа, но их идеи борьбы против крепостничества содействовали росту революционного движения в России.

В условиях разложения феодализма и зарождения капиталистического уклада складывалась идеология буржуазии, поднимавшейся к своему господству. Эта идеология была направлена против феодального строя и против религии как идеологического орудия феодалов. В силу этого мировоззрение боровшейся за власть буржуазии в ряде стран носило прогрессивный характер. Её наиболее видные представители — экономисты «и философы — подвергли решительной критике все устои феодального общества: экономические, политические, религиозные, философские и моральные. Они сыграли крупную роль в идеологическом подготовлении буржуазной революции, оказав прогрессивное влияние на развитие науки и искусства.


Краткие выводы

1. Феодализм возник на почве распада рабовладельческого общества и разложения сельской общины племён, завоевавших рабовладельческие государства. В тех странах, где рабовладельческого строя не было, феодализм возник на почве разложения первобытно-общинного строя. Родовая знать и военачальники племён захватили в свои руки большое количество земель и раздавали их своим приближённым. Произошло постепенное закрепощение крестьян.

2. Основой производственных отношений феодального общества являлась собственность феодала на землю и неполная собственность на работника производства — крепостного крестьянина. Наряду с феодальной собственностью существовала единоличная собственность крестьянина и ремесленника, основанная на личном труде. Труд крепостных крестьян был основой существования феодального общества. Крепостническая эксплуатация выражалась в том, что крестьяне вынуждены были отбывать в пользу феодала барщину или платить ему натуральный и денежный оброк. Крепостная зависимость по своей тяжести для крестьянина часто немногим отличалась от рабства. Однако крепостной строй открывал некоторые возможности развития производительных сил, так как крестьянин известную часть времени мог работать в собственном хозяйстве и имел некоторую заинтересованность в труде.

3. Главные черты основного экономического закона феодализма состоят примерно в следующем: присвоение феодалами для своего паразитического потребления прибавочного продукта путём эксплуатации зависимых крестьян на основе собственности феодала на землю и неполной собственности его на работников производства — крепостных.

4. Феодальное общество, особенно в период раннего средневековья, было раздроблено на мелкие княжества и государства. Господствующими сословиями феодального общества были дворянство и духовенство. Крестьянское сословие не имело политических прав. На протяжении всей истории феодального общества происходила классовая борьба между крестьянами и феодалами. Феодальное государство, выражая интересы дворянства и духовенства, являлось активной силой, помогавшей им укреплять за собой право феодальной собственности на землю и усиливать эксплуатацию бесправных и угнетённых крестьян.

5. В эпоху феодализма преобладающую роль играло земледелие, причём хозяйство носило в основном натуральный характер. С развитием общественного разделения труда и обмена оживлялись старые города, сохранившиеся после падения рабовладельческого строя, и возникали новые го- рода. Города были центрами ремесла и торговли. Ремесло было организовано в цехи, которые стремились не допускать конкуренции. Торговцы объединились в купеческие гильдии.

6. Развитие товарного производства, разлагая натуральное хозяйство, приводило к дифференциации крестьян и ремесленников. Торговый капитал ускорял разложение ремесла и содействовал возникновению капиталистических предприятий — мануфактур. Феодальные ограничения и раздроблённость тормозили рост товарного производства. В ходе дальнейшего развития образовался национальный рынок. Возникло централизованное феодальное государство в виде абсолютистских монархий.

7. Первоначальное накопление капитала подготовило условия для возникновения капитализма. Огромные массы мелких производителей — крестьян и ремесленников — лишались средств производства. Большие денежные богатства, сосредоточенные в руках крупных земельных собственников, купцов, ростовщиков, были созданы путём насильственного обезземеливания крестьянства, колониальной торговли, налогов, торговли рабами. Так ускорялось образование основных классов капиталистического общества: наёмных рабочих и капиталистов. В недрах феодального общества выросли и созрели более или менее готовые формы капиталистического уклада.

8. Производственные отношения феодализма, низкая производительность подневольного труда крепостных крестьян, цеховые ограничения препятствовали дальнейшему развитию производительных сил. Восстания крепостных крестьян расшатали феодальный строй и привели к ликвидации крепостного права. Во главе борьбы за свержение феодализма встала буржуазия. Она использовала революционную борьбу крестьян против феодалов, чтобы захватить власть в свои руки. Буржуазные революции покончили с феодальным строем и утвердили господство капитализма, открыли простор для развития производительных сил.


РАЗДЕЛ ВТОРОЙ КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА

А. Домонополистический капитализм

ГЛАВА IV ТОВАРНОЕ ПРОИЗВОДСТВО. ТОВАР И ДЕНЬГИ


Товарное производство — исходный пункт возникновения и общая черта капитализма.


Капиталистический способ производства, пришедший на смену феодальному способу производства, основан на эксплуатации класса наёмных рабочих классом капиталистов. Чтобы понять сущность капиталистического способа производства, необходимо прежде всего иметь в виду, что капиталистический строй зиждется на товарном производстве: здесь всё принимает вид товара, везде господствует принцип купли- продажи.

Товарное производство старше капиталистического производства. Оно существовало при рабовладельческом строе и при феодализме. В период разложения феодализма простое товарное производство послужило основой для возникновения капиталистического производства.

Простое товарное производство предполагает, во-первых, общественное разделение труда, при котором отдельные производители создают разнородные продукты, и, во-вторых, наличие частной собственности на средства производства и на продукты труда.

Простое товарное производство ремесленников и крестьян отличается от капиталистического тем, что оно базируется на личном труде товаропроизводителя. Вместе с тем оно в своей основе однотипно с капиталистическим производством, поскольку опирается на частную собственность на средства производства. Частная собственность неизбежно порождает конкуренцию между, товаропроизводителями, которая ведёт к обогащению меньшинства и к разорению большинства. Ввиду этого мелкое товарное производство служит исходным пунктом возникновения и развития капиталистических отношений.

При капитализме товарное производство принимает господствующий, всеобщий характер. Обмен товаров, писал Ленин, представляет собой «самое простое, обычное, основное, самое массовидное, самое обыденное, миллиарды раз встречающееся, отношение буржуазного (товарного) общества»[21].


Товар и его свойства. Двойственный характер труда, воплощённого в товаре.


Товар есть вещь, которая, во-первых, удовлетворяет какую-либо потребность человека и, во-вторых, производится не для собственного потребления, а для обмена.

Полезность вещи, её свойства, благодаря которым она может удовлетворять ту или иную потребность людей, делают вещь потребительной стоимостью. Потребительная стоимость может или непосредственно удовлетворять личную потребность человека или служить средством производства материальных благ. Например, хлеб удовлетворяет потребность в пище, ткань — потребность в одежде; потребительная стоимость ткацкого станка состоит в том, что с его помощью производятся ткани. В ходе исторического развития человек открывает всё новые полезные свойства вещей и способы их использования.

Потребительную стоимость имеют многие вещи, вовсе не созданные человеческим трудом, как, например, вода в источнике, плоды дикорастущих деревьев. Но не всякая вещь, имеющая потребительную стоимость, является товаром. Чтобы вещь могла стать товаром, она должна быть продуктом труда, произведённым для продажи.

Потребительная стоимость образует вещественное содержание богатства, какова бы ни была его общественная форма. В товарном хозяйстве потребительная стоимость является носителем меновой стоимости товара. Меновая стоимость представляется прежде всего как количественное отношение, в котором потребительные стоимости одного рода обмениваются на потребительные стоимости другого рода. Например, один топор обменивается на 20 килограммов зерна. В этом количественном отношении обмениваемых товаров и выражена их меновая стоимость. Товары в определённых количествах приравниваются друг к другу, следовательно, они имеют общую основу. Этой основой не может быть ни одно из физических свойств товаров — их вес, объем, форма и т. п. Физические свойства товаров определяют их полезность, потребительную стоимость, а потребительные стоимости различных товаров несравнимы и количественно несоизмеримы.

У различных товаров есть только одно общее свойство, делающее их сравнимыми между собой при обмене, а именно то, что они — продукты труда. В основе равенства двух обмениваемых товаров лежит общественный труд, затраченный на их производство. Когда товаропроизводитель выносит топор на рынок для обмена, то он обнаруживает, что за его топор дают 20 килограммов зерна. Это означает, что топор стоит столько же общественного труда, сколько стоят 20 килограммов зерна. Следовательно, меновая стоимость товара является формой проявления его стоимости. Стоимость есть воплощённый в товаре общественный труд товаропроизводителей.

То, что стоимость товаров определяется трудом, затраченным на их производство, подтверждается общеизвестными фактами. Материальные блага, сами по себе полезные, но не требующие затрат труда, не имеют и стоимости, как, например, воздух. Материальные блага, требующие большого количества труда, имеют высокую стоимость, как, например, золото, алмазы. Многие товары, прежде дорогие, значительно подешевели после того, как развитие техники уменьшило количество труда, необходимого для их производства.

За обменом товаров скрывается общественное разделение труда между людьми, являющимися собственниками этих товаров. Товаропроизводители, приравнивая различные товары один к другому, тем самым приравнивают свои различные виды труда. Таким образом, в стоимости выражены производственные отношения между товаропроизводителями. Эти отношения проявляются в обмене товаров.

Товар имеет двойственный характер: с одной стороны, он является потребительной стоимостью, а с другой — стоимостью. Двойственный характер товара обусловлен двойственным характером труда, воплощённого в товаре. Виды труда столь же разнообразны, как и производимые потребительные стоимости. Труд столяра качественно отличен от труда портного, сапожника и т. п. Различные виды труда отличаются друг от друга своей целью, приёмами, орудиями и, наконец, результатами. Столяр работает при помощи топора, пилы, рубанка и производит изделия из дерева: столы, стулья, шкафы; портной производит одежду при помощи швейной машины, ножниц, иглы. Таким образом, в каждой потребительной стоимости воплощён определённый вид труда: в столе — труд столяра, в костюме — труд портного, в обуви — труд сапожника и т. д. Труд, затрачиваемый в определённой форме, есть конкретный труд. Конкретный труд создает потребительную стоимость товара.

При обмене самые разнообразные товары, созданные различными видами конкретного труда, сравниваются между собой и приравниваются друг к другу. Следовательно, за различными конкретными видами труда скрывается нечто общее, присущее всякому труду. Как труд столяра, так и труд портного, несмотря на качественное различие между этими видами труда, представляет собой производительную затрату человеческого мозга, нервов, мускулов и т. д. и в этом смысле является одинаковым человеческим трудом, трудом вообще. Труд товаропроизводителей, выступающий как затрата человеческой рабочей силы вообще, независимо от её конкретной формы, есть абстрактный труд. Абстрактный труд образует стоимость товара.

Абстрактный и конкретный труд — это две стороны труда, воплощённого в товаре. «Всякий труд есть, с одной стороны, расходование человеческой рабочей силы в физиологическом смысле слова,— и в этом своем качестве одинакового, или абстрактно человеческого, труд образует стоимость товаров. Всякий труд есть, с другой стороны, расходование человеческой рабочей силы в особой целесообразной форме, и в этом своем качестве конкретного полезного труда он создает потребительные стоимости»[22].

В обществе, где господствует частная собственность па средства производства, двойственный характер труда, воплощённого в товаре, отражает противоречие между частным и общественным трудом товаропроизводителей. Частная собственность на средства производства разъединяет людей, делает труд отдельного товаропроизводителя его частным делом. Каждый товаропроизводитель ведёт своё хозяйство обособленно от других. Труд отдельных работников не согласован и не увязан в масштабе всего общества. Но, с другой стороны, общественное разделение труда означает наличие всесторонней связи между производителями, которые работают друг на друга. Чем больше разделён труд в обществе, тем больше разнообразие продуктов, изготовляемых отдельными производителями, тем шире их взаимная зависимость друг от друга. Следовательно, труд отдельного товаропроизводителя по существу является общественным трудом, составляет частицу труда общества в целом.

Противоречие товарного производства состоит, стало быть, в том, что труд товаропроизводителей, являясь непосредственно их частным делом, в то же время носит общественный характер. По этот общественный характер труда в процессе производства остаётся скрытым до тех пор, пока товар не поступит на рынок и не будет обменён на другой товар. Только в процессе обмена обнаруживается, является ли труд того или иного товаропроизводителя необходимым для общества и получит ли он общественное признание.


Абстрактный труд, образующий стоимость товара, представляет собой историческую категорию, присущую только товарному хозяйству. В натуральном хозяйстве люди производят продукты не для обмена, а для собственного потребления, вследствие чего и общественный характер их труда выступает непосредственно в его конкретной форме. Например, труд крепостного крестьянина интересует феодала главным образом как конкретный труд, создающий определённые продукты, присваиваемые им в форме барщины или оброка. Наоборот, в товарном производстве продукты производятся не для собственного потребления, а для продажи. Общественный характер труда обнаруживается только на рынке путём приравнивания одного товара к другому, а это приравнивание происходит посредством сведения конкретных видов труда к абстрактному труду, образующему стоимость товара. Этот процесс совершается стихийно, как бы за спиной товаропроизводителей.


Простой и сложный труд. Общественно необходимое рабочее время.


В производстве товаров участвуют работники различной квалификации. Труд работника, не обладающего никакой специальной подготовкой, является простым трудом. Труд, требующий специальной подготовки, является сложным, или квалифицированным, трудом.

Сложный труд создаёт в единицу времени стоимость большей величины по сравнению с простым трудом. В стоимость товара, созданного сложным трудом, входит и часть труда, затраченного на обучение работника. Сведение всех видов сложного труда к простому труду совершается стихийным путём. Сложный труд приобретает значение умноженного простого труда; час сложного труда равняется нескольким часам простого труда.

Величина стоимости товара определяется рабочим временем. Чем больше времени необходимо для производства данного товара, тем выше его стоимость. Известно, что отдельные товаропроизводители работают в разных условиях и затрачивают на производство одинаковых товаров различное количество рабочего времени. Значит ли это, что чем ленивее работник, чем в менее благоприятных условиях он работает, тем выше будет стоимость товара? Нет, не значит. Величина стоимости товара определяется не индивидуальным рабочим временем, затрачиваемым на производство товара отдельным товаропроизводителем, а общественно необходимым рабочим временем.

Общественно необходимое рабочее время есть то время, которое требуется для изготовления какого-либо товара при средних общественных условиях производства, то есть при среднем уровне техники, средней умелости и интенсивности труда. Общественно необходимое рабочее время изменяется в результате роста производительности труда.


Производительность труда определяется количеством продукции, создаваемой в единицу рабочего времени. Производительность труда растёт в результате усовершенствования или более полного использования орудий производства, развития науки, повышения искусства работника, рационализации труда и других улучшений в процессе производства. Чем выше производительность труда, тем меньше время, необходимое для производства единицы данного товара, тем ниже стоимость этого товара.

Интенсивность труда определяется затратами труда в единицу времени. Чем больше затрачивается труда в единицу времени, тем больше величина созданной стоимости, которая воплощается в большем количестве произведённых товаров.


Развитие форм стоимости. Сущность денег.


Стоимость товара создаётся трудом в процессе производства, но она может проявиться лишь через приравнивание одного товара к другому в процессе обмена, то есть через меновую стоимость.

Простейшей формой стоимости является выражение стоимости одного товара в другом товаре: например, один топор = 20 килограммам зерна. Рассмотрим эту форму.

Здесь стоимость топора выражена в зерне. Зерно служит средством выражения стоимости топора. Выражение стоимости топора в. потребительной стоимости зерна возможно только потому, что на производство зерна, так же как и на производство топора, затрачен труд. Товар, который выражает свою стоимость в другом товаре (в нашем примере топор), находится в относительной форме стоимости. Товар, потребительная стоимость которого служит средством выражения стоимости другого товара (и нашем примере зерно), находится в эквивалентной форме. Зерно является эквивалентом (равноценностью) другого товара — топора. Потребительная стоимость одного товара — зерна — становится, таким образом, формой выражения стоимости другого товара — топора.

Первоначально обмен, зародившийся ещё в первобытном обществе, носил случайный характер и совершался в форме непосредственного обмена одного продукта на другой. Этой стадии в развитии обмена соответствует простая, или случайная, форма стоимости:

1 топор = 20 килограммам зерна.

При простой форме стоимости стоимость топора может быть выражена лишь в потребительной стоимости одного товара, в данном примере — зерна.

С ростом общественного разделения труда обмен становится более регулярным. Отдельные племена, например скотоводческие, начинают производить излишек продуктов скотоводства, на которые они выменивают недостающие им продукты земледелия или ремесла. Этой ступени в развитии обмена соответствует полная, или развёрнутая, форма стоимости. В обмене участвуют уже не два, а целый ряд товаров:

Политическая экономия Развитие форм стоимости. Сущность денег.

Здесь стоимость товара получает своё выражение в потребительной стоимости не одного, а многих товаров, играющих роль эквивалента. Вместе с тем количественные соотношения, в которых обмениваются товары, приобретают более постоянный характер. Однако на этой ступени сохраняется ещё непосредственный обмен одного товара на другой.

С дальнейшим развитием общественного разделения труда и товарного производства форма непосредственного обмена одного товара на другой становится недостаточной. В процессе обмена возникают трудности, порождаемые ростом противоречий товарного производства. Всё чаще возникает положение, когда, например, владельцу сапог требуется топор, между тем как владельцу топора нужны не сапоги, а зерно: сделка между этими двумя товаровладельцами состояться не может. Тогда владелец сапог обменивает сапоги на такой товар, который чаще других вступает в обмен и который все охотно берут, допустим, на овцу, и затем выменивает на эту овцу нужный ему топор. Владелец же топора, получив в обмен на топор овцу, обменивает её на зерно. Непосредственный обмен одного товара на другой постепенно исчезает. Из среды товаров выделяется один, например, скот, на который начинают обмениваться все товары. Этой ступени в развитии обмена соответствует всеобщая форма стоимости:

Политическая экономия Развитие форм стоимости. Сущность денег.

Всеобщая форма стоимости характеризуется тем, что все товары начинают обмениваться на товар, играющий роль всеобщего эквивалента. Однако на этой ступени роль всеобщего эквивалента ещё не была закреплена за одним каким-либо товаром. В разных местностях роль всеобщего эквивалента выполняли различные товары. В одних местах — скот, в других — меха, в третьих — соль и т. д.

Дальнейший рост производительных сил привёл к развитию товарного производства и расширению рынка. Обилие различных товаров, играющих роль всеобщего эквивалента, вступило в противоречие с потребностями растущего рынка, который требовал перехода к единому эквиваленту. Эта роль постепенно закреплялась за благородными металлами — серебром и золотом.

Когда роль всеобщего эквивалента закрепилась за одним товаром, например, золотом, то возникла денежная форма стоимости:

Политическая экономия Развитие форм стоимости. Сущность денег.

Теперь стоимость всех товаров выражается в потребительной стоимости золота, ставшего всеобщим эквивалентом.

Деньги представляют собой товар, являющийся всеобщим эквивалентом для всех товаров; они воплощают в себе общественный труд и выражают производственные отношения между товаропроизводителями. С возникновением денег происходит разделение мира товаров на два полюса: на одном полюсе остаются все рядовые товары, на другом полюсе оказывается товар, играющий роль денег.


Функции денег.


По мере роста товарного производства развиваются функции, выполняемые деньгами. В развитом товарном производстве деньги служат: 1) мерой стоимости, 2) средством обращения, 3) средством накопления, 4) средством платежа и 5) мировыми деньгами.

Основная функция денег состоит в том, что они служат мерой стоимости товаров. При помощи денег осуществляется стихийный учёт и измерение стоимости всех товаров. Стоимость товара не может быть выражена непосредственно в рабочем времени, так как в условиях обособленности и раздроблённости частных товаропроизводителей невозможно определить количество труда, которое не отдельный товаропроизводитель, а общество в целом затрачивает на производство того или иного товара. В силу этого стоимость товара «может быть выражена лишь косвенно, путем приравнивания товара к деньгам в процессе обмена.

Чтобы выполнять функцию меры стоимости, деньги сами должны быть товаром, обладать стоимостью. Подобно тому как вес какого-либо тела можно измерить лишь при помощи гири, обладающей весом, так и стоимость товара можно измерить только при помощи товара, обладающего стоимостью.

Измерение стоимости товаров посредством золота происходит ещё до того, как совершается обмен данного товара на деньги. Чтобы выразить в деньгах стоимость товаров, нет необходимости иметь на руках наличные деньги. Устанавливая определённую цену на товар, владелец мысленно, или, как говорит Маркс, идеально, выражает стоимость товара в золоте. Это возможно благодаря тому, что в реальной действительности существует определённое соотношение «между стоимостью золота и стоимостью данного товара; в основе этого соотношения лежит общественно необходимый труд, затраченный на их производство.

Стоимость товара, выраженная в деньгах, называется его ценой. Цена есть денежное выражение стоимости товара.

Товары выражают свои стоимости в определённых количествах серебра или золота. Эти количества денежного товара должны быть в свою очередь измерены. Отсюда вытекает необходимость в единице измерения денег. Такой единицей является определённое весовое количество денежного металла.

В Англии, например, денежная единица называется фунтом стерлингов; когда-то она соответствовала фунту серебра. Впоследствии денежные единицы отделились от весовых единиц. Это произошло в результате заимствования иностранных монет, перехода от серебра к золоту, главным же образом вследствие порчи монет правительствами, постепенно уменьшавшими их вес. Для удобства измерения денежные единицы делятся на более мелкие части: рубль — на 100 копеек, доллар — на 100 центов, франк — на 100 сантимов и т. д.

Денежная единица с её делениями служит масштабом цен. В качестве масштаба цен деньги играют совершенно иную роль, чем в качестве меры стоимости. Как мера стоимости деньги измеряют стоимость других товаров, в качестве масштаба цен они измеряют количество самого денежного металла. Стоимость денежного товара изменяется вместе с изменением количества труда, общественно необходимого для его производства. Изменение стоимости золота не отражается на его функции масштаба цен. Как бы ни изменялась стоимость золота, доллар всегда в сто раз больше цента.

Государство может изменять золотое содержание денежной единицы, однако оно не в состоянии изменить стоимостное соотношение между золотом и другими товарами. Если государство уменьшит количество золота, содержащееся в денежной единице, то есть понизит её золотое содержание, то рынок на это будет реагировать повышением цен, и стоимость товара будет по-прежнему выражаться в таком количестве золота, которое соответствует труду, затраченному на этот товар. Только теперь для выражения того же количества золота требуется больше денежных единиц, чем раньше.


Цены товаров могут повышаться или понижаться под влиянием изменения как стоимости товаров, так и стоимости золота. Стоимость золота, как и всех других товаров, зависит от производительности труда. Так, открытие Америки с её богатыми золотыми россыпями и в частности открытие бразильских приисков в XVII веке привело к революции цен. Золото в Америке добывалось с меньшим трудом, чем в Европе. Наплыв в Европу более дешёвого американского золота вызвал всеобщее повышение цен.


Деньги выполняют функцию средства обращения. Обмен товаров, совершаемый при помощи денег, называется обращением товаров. Обращение товаров неразрывно связано с обращением самих денег: когда товар переходит из рук продавца в руки покупателя, деньги переходят из рук покупателя в руки продавца. Функция денег как средства обращения состоит в том, что они выступают в качестве посредника в процессе обращения товаров. Для выполнения этой функции деньги должны быть налицо.

Первоначально при обмене товаров деньги выступали непосредственно в форме слитков серебра или золота. Это создавало трудности при обмене: необходимость взвешивания денежного металла, дробления его на мелкие части, установления пробы. Постепенно слитки денежного металла заменялись монетами. Монета есть слиток металла определённой формы, веса и достоинства, который служит узаконенным средством обращения. Чеканка монет сосредоточилась в руках государства.

В процессе обращения монеты от употребления стираются и теряют часть своей стоимости. Практика денежного обращения показала, что стёршиеся монеты могут выполнять функцию средства обращения наравне с полноценными монетами. Это объясняется тем, что деньги в функции средства обращения играют мимолётную роль. Как правило, продавец товара берёт в обмен на пего деньги, чтобы на эти деньги купить другой товар. Следовательно, деньги в качестве средства обращения не должны обязательно обладать собственной стоимостью.

Учитывая практику обращения стёршихся монет, правительства стали сознательно портить монету, уменьшать её вес, снижать пробу денежного металла, не изменяя номинальной стоимости монеты, то есть количества обозначенных на ней денежных единиц. Монеты всё более превращались в знак стоимости, в знак денег. Действительная их стоимость гораздо ниже той, какую они представляют номинально.


Раздвоение товара на товар и деньги знаменует развитие противоречий товарного производства. При непосредственном обмене одного товара на другой каждая сделка носит изолированный характер, продажа неотделима от покупки. Иное дело — обмен при посредстве денег, то есть товарное обращение. Здесь обмен предполагает всестороннюю связь товаропроизводителей и беспрестанное переплетение их сделок. Он открывает возможность отделении продажи от покупки. Товаропроизводитель может продать свой товар и вырученные за него деньги до поры до времени задержать. Когда многие товаропроизводители продают, не покупая, то может возникнуть задержка и сбыте товаров. Таким образом, уже в простом товарном обращении заложена возможность кризисов. Однако для превращения этой возможности кризисов в их неизбежность необходим ряд условий, которые возникают лишь с переходом к капиталистическому способу производства.


Деньги выполняют функцию средства накопления, или средства образования сокровищ. Поскольку деньги являются всеобщим представителем богатства, их можно всегда превратить в любой товар. Деньги превращаются в сокровище в тех случаях, когда они изымаются из обращения. Их можно хранить в любом количестве. Товаропроизводители накопляют деньги, например, для покупки средств производства или в качестве сбережений. Функцию сокровища могут выполнять только полноценные деньги: золотые и серебряные монеты, золотые и серебряные слитки, а также изделия из золота и серебра.

Деньги выполняют функцию средства платежа. В качестве средства платежа деньги выступают в тех случаях, когда покупка-продажа товара совершается в кредит, то есть с отсрочкой платежа. При покупке в кредит передача товара из рук продавца в руки покупателя совершается без немедленной оплаты купленного товара. Когда наступает срок уплаты за купленный товар, деньги уплачиваются покупателем продавцу без передачи товара, которая совершилась ранее. Средством платежа деньги являются также при уплате налогов, земельной ренты и т. п.


Функция денег как средства платежа отражает дальнейшее развитие противоречий товарного производства. Связи между отдельными товаропроизводителями становятся шире, растёт их зависимость друг от друга. Теперь покупатель становится должником, продавец превращается в кредитора. Когда многие товаровладельцы покупают товары в кредит, то неуплата в срок денег по векселю одним или несколькими должниками может сказаться на всей цепи платёжных обязательств и вызвать банкротство ряда товаровладельцев, связанных друг с другом кредитными отношениями. Таким образом возможность кризисов, заложенная уже в функции денег как средства обращения, усиливается.


Рассмотрение функций денег как средства обращения и как средства платежа позволяет выяснить закон, определяющий количество денег, необходимых для обращения товаров.

Товары продаются и покупаются во многих местах одновременно. Количество денег, необходимое для обращения в данный момент, зависит прежде всего от суммы цен обращающихся товаров, которая в свою очередь зависит от количества товаров и от цены каждого отдельного товара. Кроме того, необходимо учесть быстроту, с которой обращаются деньги. Чем быстрее обращаются деньги, тем меньше их нужно для обращения, и наоборот. Если, например, в течение данного периода, допустим, года, продаётся товаров на 1 миллиард долларов, а каждый доллар в среднем совершает 5 оборотов, то для обращения всей массы товаров потребуется 200 миллионов долларов.

Благодаря кредиту, который оказывают товаропроизводители друг другу, потребность в деньгах сокращается на сумму цен товаров, проданных в кредит, и на сумму взаимно погашающихся платежей. Наличные деньги требуются только для расплаты по тем долговым обязательствам, по которым наступил срок уплаты.

Таким образом, закон денежного обращения состоит в том, что количество денег, необходимое для обращения товаров, должно равняться сумме цен всех товаров, делённой на среднее число оборотов одноимённых единиц денег. При этом из суммы цен всех товаров необходимо вычесть сумму цен товаров, проданных в кредит, и сумму взаимно погашающихся платежей и добавить сумму платежей, по которым наступил срок уплаты.

Этот закон имеет всеобщее значение для всех общественных формаций с товарным производством и обращением.

Наконец, деньги играют роль мировых денег в обороте между странами. Роль мировых денег не могут выполнять неполноценные монеты или бумажные деньги. На мировом рынке деньги сбрасывают с себя форму монеты и выступают в своём первоначальном виде — слитков благородных металлов. На мировом рынке в обороте между странами золото является всеобщим покупательным средством, всеобщим платёжным средством и всеобщим воплощением общественного богатства.

Развитие функций денег выражает рост товарного производства и его противоречий. Деньги в условиях товарного производства, основанного на частной собственности на средства производства, становятся средством эксплуатации человека человеком.


Золото и бумажные деньги.


Когда деньгами служат золотые монеты, их количество стихийно приспособляется к потребностям товарооборота. При уменьшении производства товаров и сокращении товарооборота часть золотых монет уходит из обращения и превращается в сокровище. Когда же производство расширяется и товарооборот растёт, эти монеты вновь вступают в обращение.

При развитом товарном производстве для покупок и платежей часто вместо золотых монет употребляются заменяющие их бумажные деньги. Выпуск бумажных денег был порождён практикой обращения стёршихся и обесцененных монет, которые превращались в знаки золота, в знаки денег.

Бумажные деньги представляют собой выпускаемые государством, обязательные к приёму денежные знаки, заменяющие золото в его функции средства обращения. Бумажные деньги не имеют собственной стоимости. Поэтому они не могут выполнять функцию меры стоимости товаров. Сколько бы ни было выпущено бумажных денег, они представляют лишь стоимость того количества золота, которое необходимо для обслуживания товарооборота. Бумажные деньги не размениваются на золото.

Если бумажные деньги выпускаются в соответствии с тем количеством золота, которое требуется для обращения, то покупательная сила бумажных денег, то есть количество товаров, которое можно на них купить, совпадает с покупательной силой золотых денег. Но обычно государство выпускает бумажные деньги для покрытия своих расходов, в особенности во время войн, кризисов и других потрясений, не считаясь с потребностями товарооборота. При сжатии производства и товарного обращения или при выпуске чрезмерного количества бумажных денег их оказывается больше того количества золота, которое требуется для обращения. Допустим, денег выпущено вдвое больше, чем необходимо. В этом случае каждая бумажноденежная единица (доллар, марка, франк и т. д.) будет представлять вдвое меньшее количество золота, то есть бумажные деньги обесценятся вдвое.


Первые попытки выпуска бумажных денег относятся ещё к концу XVII — началу XVIII века: в США — в 1692 г. (в связи с войной против Канады), во Франции — в 1716 г.; Англия вступила на путь выпуска бумажных денег во время наполеоновских войн. В России бумажные деньги впервые были выпущены при Екатерине II.


Чрезмерный выпуск бумажных денег, вызывающий их обесценение и используемый господствующими классами для переложения государственных расходов на плечи трудящихся масс и усиления их эксплуатации, называется инфляцией. Инфляция, вызывая рост цен на продукты, сильнее всего бьёт по трудящимся, так как заработная плата рабочих и служащих отстаёт от роста цен. От инфляции выигрывают капиталисты и помещики.

Закон стоимости — экономический закон товарного производства. В товарном хозяйстве, основанном на частной собственности, производство товаров осуществляют обособленные частные товаропроизводители. Между товаропроизводителями происходит конкурентная борьба. Каждый стремится оттеснить другого, удержать и расширить свои позиции на рынке. Производство ведётся без какого-либо общего плана. Каждый производит сам по себе, независимо от других, никто не знает, какова потребность в товаре, который он производит, и сколько других товаропроизводителей занято производством того же товара, сумеет ли он продать товар на рынке и будет ли возмещён затраченный им труд. С развитием товарного производства власть рынка над товаропроизводителями всё более усиливается.

Это значит, что в товарном производстве, основанном на частной собственности на средства производства, действует экономический закон конкуренции и анархии производства. Этот закон выражает стихийный характер производства и обмена, борьбу между частными товаропроизводителями за более выгодные условия производства и продажи товаров.

В условиях анархии производства, царящей в товарном хозяйстве, основанном на частной собственности, в качестве стихийного регулятора производства выступает закон стоимости, действующий через рыночную конкуренцию.

Закон стоимости есть экономический закон товарного производства, по которому обмен товаров совершается в соответствии с количеством общественно необходимого труда, затраченного на их производство.

Закон стоимости стихийно регулирует распределение общественного труда и средств производства между различными отраслями товарного хозяйства через механизм цен. Под влиянием колебаний в соотношении спроса и предложения цены товаров постоянно отклоняются вверх или вниз от их стоимости. Отклонения цен от стоимости — не результат какого-то недочёта в действии закона стоимости, а, наоборот, единственно возможный способ его осуществления. В обществе, где производство находится в руках частных собственников, работающих вслепую, только стихийные колебания цен на рынке дают знать товаропроизводителям, какие продукты произведены в излишнем или недостаточном количестве по сравнению с платёжеспособным спросом населения. Лишь стихийные колебания цен вокруг стоимости заставляют товаропроизводителей расширять или сокращать производство тех или иных товаров. Под влиянием колебания цен товаропроизводители устремляются в те отрасли, которые представляются более выгодными в данный момент.

На основе закона стоимости происходит развитие производительных сил товарного хозяйства. Как известно, величина стоимости товара определяется общественно необходимым трудом. Товаропроизводители, впервые применяющие более высокую технику, производят свои товары с меньшими затратами по сравнению с общественно необходимыми затратами, а продают они эти товары по ценам, соответствующим общественно необходимому труду. При продаже товаров они получают излишек денег и богатеют. Это побуждает остальных товаропроизводителей вводить на своих предприятиях технические усовершенствования. Таким образом, в результате разрозненных действий отдельных товаропроизводителей, стремящихся к личной выгоде, совершается прогресс техники, развиваются производительные силы общества.

В результате конкуренции и анархии производства распределение труда и средств производства между отраслями и развитие производительных сил в товарном хозяйстве достигаются ценой больших потерь общественного труда и ведут ко всё большему обострению противоречий этого хозяйства.

В условиях товарного производства, основанного на частной собственности, действие закона стоимости приводит к возникновению и развитию капиталистических отношений. Стихийные колебания рыночных цен вокруг стоимости, отклонения индивидуальных затрат труда от общественно необходимого труда, определяющего величину стоимости товара, усиливают экономическое неравенство и борьбу между товаропроизводителями. Конкурентная борьба ведёт к тому, что одни товаропроизводители разоряются и гибнут, другие обогащаются. Действие закона стоимости вызывает, таким образом, расслоение среди товаропроизводителей. «Мелкое производство рождает капитализм и буржуазию постоянно, ежедневно, ежечасно, стихийно и в массовом масштабе»[23].


Товарный фетишизм.


В условиях товарного производства, основанного на частной собственности на средства производства, общественная связь между людьми, существующая в процессе производства, проявляется лишь через посредство обмена вещами- товарами. Судьба товаропроизводителей оказывается тесно связанной с судьбой созданных ими вещей-товаров. Цены на товары непрерывно меняются независимо от воли и сознания людей, а между тем уровень цен является нередко вопросом жизни и смерти для товаропроизводителей.

Отношения вещей маскируют общественные отношения людей. Так, стоимость товара выражает общественное отношение между товаропроизводителями, а представляется она таким же естественным свойством товара, как, скажем, его цвет или вес.

Таким образом, в товарном хозяйстве, основанном на частной собственности, производственные отношения людей неизбежно выступают как отношения между вещами-товарами. В этом овеществлении производственных отношений и заключается свойственный товарному производству товарный фетишизм.

Особенно ярко товарный фетишизм обнаруживается в деньгах. В товарном хозяйстве деньги являются огромной силой, дающей власть над людьми. На деньги всё можно купить. Создаётся видимость, будто эта способность всё покупать есть природное свойство золота, а между тем в действительности она является результатом определённых общественных отношений.

Товарный фетишизм имеет глубокие корни в товарном производстве, где труд товаропроизводителя непосредственно выступает как труд частный и его общественный характер проявляется лишь в обмене товарами. Только с уничтожением частной собственности на средства производства исчезает и товарный фетишизм.


Краткие выводы


1. Исходным пунктом возникновения капитализма явилось простое товарное производство ремесленников и крестьян. Простое товарное производство отличается от капиталистического тем, что базируется на личном труде товаропроизводителя. Вместе с тем оно однотипно в своей основе с капиталистическим производством, поскольку опирается на частную собственность на средства производства. При капитализме, когда не только продукты труда, но и рабочая сила становится товаром, товарное производство принимает господствующий, всеобщий характер.

2. Товар есть продукт, произведённый для обмена. Он представляет собой, с одной стороны, потребительную стоимость, с другой — стоимость. Труд, создающий товар, обладает двойственным характером. Конкретный труд есть труд, затрачиваемый в определённой форме; он создаёт потребительную стоимость товара. Абстрактный труд есть затрата человеческой рабочей силы вообще; он создаёт стоимость товара.

3. Противоречие простого товарного производства заключается в том, что труд товаропроизводителей, являясь непосредственно их частным делом, в то же время носит общественный характер. Стоимость есть овеществлённый в товаре общественный труд товаропроизводителей. Стоимость является исторической категорией, присущей только товарному хозяйству. Величина стоимости товара определяется трудом, общественно необходимым для его производства.

4. Развитие противоречий товарного производства при- водит к тому, что из среды товаров стихийно выделяется один товар, который становится деньгами. Деньги представляют собой товар, играющий роль всеобщего эквивалента. Деньги выполняют следующие функции: 1) меры стоимости, 2) средства обращения, 3) средства накопления, 4) средства платежа и 5) мировых денег.

5. С ростом денежного обращения возникают бумажные деньги. Бумажные деньги, не имея собственной стоимости, являются знаками металлических денег и заменяют их в качестве средства обращения. Чрезмерный выпуск бумажных денег, вызывающий их обесценение (инфляция), ведёт к снижению жизненного уровня трудящихся.

6. В товарном хозяйстве, основанном на частной собственности на средства производства, стихийным регулятором является закон стоимости. Закон стоимости регулирует распределение общественного труда и обмен товаров посредством постоянных колебаний цен. Действие закона стоимости обусловливает расслоение мелких товаропроизводителей и развитие капиталистических отношений.


ГЛАВА V КАПИТАЛИСТИЧЕСКАЯ ПРОСТАЯ КООПЕРАЦИЯ И МАНУФАКТУРА


Капиталистическая простая кооперация.


Капитализм сначала подчиняет себе производство таким, каким он его застаёт, то есть отсталой техникой ремесленного и мелкокрестьянского хозяйства, и лишь впоследствии, на более высокой ступени своего развития, преобразует его на новых экономических и технических основах.

Для развития капиталистического производства в промышленности характерны следующие три главные стадии: 1) капиталистическая простая кооперация, 2) мануфактурный период, 3) машинный период.

Капиталистическое производство начинается там, где средства производства сосредоточены в частных руках, а рабочие, лишённые средств производства, вынуждены продавать свою рабочую силу как товар. В ремесленном производстве и в крестьянских промыслах образуются сравнительно крупные мастерские, принадлежащие капиталистам. Капиталисты расширяют размеры производства, не изменяя на первых порах ни орудий, ни методов труда мелких производителей. Эта первоначальная ступень в развитии капиталистического производства называется капиталистической простой кооперацией.

Капиталистическая простая кооперация есть такая форма обобществления труда, при которой капиталист эксплуатирует более или менее значительное число одновременно занятых наёмных рабочих, выполняющих однородную работу. Капиталистическая простая кооперация возникает на основе разложения мелкого товарного производства. Первые капиталистические предприятия основывались торговцами-скупщиками, ростовщиками, разбогатевшими мастерами, ремесленниками и кустарями. Работали на этих предприятиях разорившиеся ремесленники, подмастерья, потерявшие возможность стать самостоятельными «мастерами, деревенская беднота.

Капиталистическая простая кооперация имеет преимущества перед мелким товарным производством.

Объединение многих работников в одном предприятии даёт экономию в средствах производства. Построить, отапливать и освещать одну мастерскую на 20 человек обходится дешевле, чем построить и содержать 10 мастерских на 2 рабочих каждая. Сокращаются также расходы на инструменты, складские помещения, на перевозку сырья и готового продукта.

Результаты труда отдельного ремесленника полностью зависят от его индивидуальных особенностей — силы, ловкости, искусства и пр. В условиях примитивной техники эти различия между работниками очень велики. Уже по одной этой причине положение мелкого производителя является крайне шатким. Товаропроизводители, которые затрачивают на производство одного и того же вида товара больше труда, чем требуется при средних условиях производства, неизбежно разоряются. При наличии в «мастерской многих рабочих индивидуальные различия между ними сглаживаются. Труд отдельных рабочих отклоняется в ту или иную сторону от среднего общественного труда, но совокупный труд многих одновременно занятых рабочих более или менее соответствует среднему общественно необходимому труду. В силу этого производство и сбыт товаров капиталистической мастерской приобретают большую регулярность и прочность.

При простой кооперации достигается экономия труда, растёт его производительность.

Возьмём такой пример, как передача кирпича вручную по цепочке работников. Каждый отдельный работник здесь совершает одни и те же движения, но его действия составляют часть одной общей операции. В результате дело идёт гораздо быстрее, чем в том случае, когда каждый в отдельности переносит кирпич. Десять человек, работающих сообща, производят в течение рабочего дня больше, чем те же десять человек, работающие отдельно друг от друга, или чем один человек в течение десяти рабочих дней такой же продолжительности.

Кооперация позволяет проводить одновременно работы на большом пространстве, например при осушении болот, постройке плотин, каналов, железных дорог, а также даёт возможность на небольшом пространстве затрачивать значительную массу труда, например при строительстве зданий или при возделывании трудоёмких сельскохозяйственных культур.

Кооперация имеет большое значение в тех отраслях производства, где определённые работы должны быть проведены в короткие сроки, например уборка урожая, стрижка овец и т. д. Одновременное применение большого количества рабочих позволяет провести такие работы в сжатые сроки и тем самым предотвратить крупные потери.

Таким образом, кооперация порождала новую общественную производительную силу труда. Уже простое объединение усилий отдельных работников вело к повышению производительности труда. Это давало владельцам первых капиталистических мастерских возможность дешевле производить товары и успешно конкурировать с мелкими производителями. Результаты новой общественной производительной силы труда присваивались капиталистом безвозмездно и служили целям его обогащения.


Мануфактурный период капитализма.


Развитие простой капиталистической кооперации привело к возникновению мануфактур. Мануфактура есть капиталистическая кооперация, основанная на разделении труда и ремесленной технике. Мануфактура как форма капиталистического процесса производства господствовала в Западной Европе приблизительно с половины XVI столетия до последней трети XVIII столетия. Она является второй, более высокой, стадией развития капиталистического производства.

Мануфактура возникла двояким путём.

Первый путь — это объединение капиталистом в одной мастерской ремесленников разных специальностей. Так возникла, например, каретная мануфактура, объединившая в своих стенах прежде независимых ремесленников: каретников, шорников, портных, слесарей, медников, токарей, позументщиков, стекольщиков, маляров, лакировщиков и т. д. В мануфактуре производство карсты разделяется на большое число различных дополняющих одна другую операций, каждая из которых выполняется отдельным рабочим. Вследствие этого изменяется прежний характер ремесленного труда. Например, рабочий-слесарь в течение длительного времени занимается теперь лишь определённой операцией в производстве карет и постепенно перестаёт быть тем слесарем, который ранее самостоятельно изготовлял готовый товар.

Второй путь — это объединение капиталистом в одной мастерской ремесленников одной специальности. Прежде каждый из ремесленников самостоятельно производил все операции по производству данного товара. Капиталист расчленяет процесс производства в мастерской на ряд отдельных операций, каждая из которых поручается рабочему-специалисту. Так возникла, например, игольная мануфактура. В игольной мануфактуре проволока проходила через руки 72 и более рабочих: один тянул, другой выпрямлял проволоку, третий разрезал её, четвёртый заострял концы и т. д.

Мануфактурное разделение труда представляет собой разделение труда внутри предприятия при производстве одного и того же товара в отличие от разделения труда в обществе между отдельными предприятиями при производстве различных товаров.

Разделение труда внутри мануфактуры предполагает концентрацию средств производства в руках капиталиста, который является вместе с тем собственником производимых товаров. Наёмный рабочий в отличие от мелкого товаропроизводителя самостоятельно не производит товара; в товар превращается лишь общий продукт труда многих рабочих. Разделение труда внутри общества предполагает раздробление средств производства между отдельными, независимыми друг от друга товаропроизводителями. Продукты их труда, например столяра, кожевника, сапожника, земледельца, выступают как товары, и связь между самостоятельными товаропроизводителями устанавливается посредством рынка.

Рабочий, выполняющий в мануфактуре отдельную операцию по производству товара, является частичным рабочим. Постоянно повторяя одну и ту же простую операцию, он затрачивает на неё меньше времени и сил, чем ремесленник, совершающий попеременно целый ряд различных операций. Вместе с тем при наличии специализации труд становится более интенсивным. Раньше работник тратил известное количество времени на переходы от одной операции к другой, на перемену инструмента. В мануфактуре эти потери рабочего времени сокращались. Постепенно специализация распространялась не только на рабочего, но и на орудия производства; они совершенствовались, всё более приспособлялись к той частичной операции, для которой были предназначены.

Всё это вело к дальнейшему повышению производительности труда.


Ярким примером может служить производство иголок. В XVIII веке небольшая мануфактура с 10 работниками при разделении труда производила в день 48 тысяч иголок, следовательно, на одного работника приходилось 4,8 тысячи иголок. Между тем без разделения труда один работник не мог бы выработать и 20 иголок в день.


Специализация труда в мануфактуре, связанная с постоянным повторением одних и тех же несложных движений, уродовала рабочего физически и духовно. Появились рабочие с искривлённым позвоночником, со сдавленной грудной клеткой и т. д. Таким образом, рост производительности труда в мануфактуре достигался за счёт калечения рабочего. «Мануфактура превращает рабочего в урода, искусственно культивируя в нем одну только одностороннюю сноровку и подавляя весь «мир его производственных наклонностей и дарований»[25].


Рабочие мануфактуры подвергались жестокой эксплуатации. Рабочий день доходил до 18 часов и более; заработная плата была крайне низкой — подавляющая масса мануфактурных рабочих жила впроголодь; новая, капиталистическая дисциплина труда внедрялась самыми беспощадными мерами принуждении и насилия.


Мануфактурное разделение труда, писал Маркс, «создает новые условия господства капитала над трудом. Поэтому, если, с одной стороны, оно является историческим прогрессом и необходимым моментом в экономическом развитии общества, то, с другой стороны, оно есть орудие цивилизованной и утонченной эксплуатации»[26].

В рабовладельческом и феодальном обществах существовали два вида капитала — торговый и ростовщический. Возникновение капиталистического производства означало появление промышленного капитала. Промышленный капитал есть капитал, занятый в производстве товаров. Одной из характерных особенностей мануфактурного периода капитализма является тесная и неразрывная связь между торговым и промышленным капиталом. Владелец мануфактуры почти всегда выступал и скупщиком. Он перепродавал сырье мелким товаропроизводителям, раздавал материал по домам на выделку, либо скупал у мелких товаропроизводителей отдельные детали изделий, покупал у них изделия для последующей перепродажи. Продажа сырья и покупка продукта переплетались с ростовщической кабалой. Это в громадной степени ухудшало положение мелкого производителя, вело к удлинению его рабочего дня, к понижению заработка.


Капиталистическая работа на дому.


В мануфактурный период капитализма весьма широкое развитие получила раздача работы на дом.

Капиталистическая работа на дому есть домашняя переработка за сдельную плату материала, полученного от предпринимателя Эта форма эксплуатации встречалась изредка уже при простой кооперации. Она имеет место и в период крупной машинной индустрии, но характерна именно для мануфактуры. Капиталистическая работа на дому выступает здесь как придаток мануфактуры.

Мануфактурное разделение труда расчленяло производство каждого товара на ряд отдельных операций. Часто скупщику- мануфактуристу оказывалось выгодным создать сравнительно небольшую мастерскую, где производилась лишь сборка или окончательная отделка товара. Все подготовительные операции выполнялись ремесленниками и кустарями, которые работали у себя на дому, но находились в полной зависимости от капиталиста. Нередко кустари, рассеянные по разным деревням, имели дело не с владельцем сборочной мастерской, а с посредниками- мастерами, которые дополнительно эксплуатировали кустарей.

Кустари и ремесленники, работавшие на дому, получали от капиталиста плату, которая была значительно ниже оплаты рабочего, занятого в мастерской капиталиста. В промысел вовлекались массы крестьян, которых нужда в деньгах заставляла искать побочный заработок. Чтобы заработать небольшую сумму денег, крестьянин выбивался из сил и заставлял трудиться всех членов своей семьи. Непомерно длинный рабочий день, антисанитарные условия труда, самая беспощадная эксплуатация — таковы отличительные черты капиталистической работы на дому.


Этими чертами характеризуются многочисленные кустарные промыслы в царской России. Скупщики, став фактическими хозяевами кустарного промысла в каком-нибудь селе или районе, широко применяли разделение труда среди кустарей. Например, в заведении Завьяловых в Павлове (в сборочной мастерской которого в 60-х годах прошлого века было занято свыше 100 рабочих) обыкновенный перочинный нож проходил через руки 8—9 кустарей. Над ним работали коваль, лезевщик, черенщик, закальщик, глянщица, отделывальщик, направляльщик, клеймёнщик. При этом значительное число частичных рабочих было занято не в мастерской капиталиста, а у себя на дому. Подобным же образом были устроены экипажный промысел, валяльный, ряд промыслов по обработке дерева, сапожный, пуговичный и пр.

Многочисленные примеры жестокой эксплуатации кустарей приведены В. И. Лениным в его труде «Развитие капитализма в России». Так, в Московской губернии в начале 80-х годов прошлого века размоткой бумажной пряжи, вязальным промыслом и другими женскими промыслами было занято 37,5 тысячи работниц. Дети начинали работать с 5—6 лет. Средний дневной заработок составлял 13 копеек; рабочий день доходил до 18 часов.


Историческая роль мануфактуры.


Мануфактура была переходной формой от мелкого производства ремесленников и кустарей к крупной капиталистической машинной индустрии. С ремеслом мануфактуру сближало то, что её основой оставалась ручная техника, а с капиталистической фабрикой то, что она представляла собой крупное производство, основанное на эксплуатации наёмных рабочих.

Мануфактурное разделение труда было значительным шагом вперёд в развитии производительных сил общества. Но мануфактура, основанная на ручном труде, не была в состоянии вытеснить мелкое производство. Типичным для капиталистической мануфактуры является небольшое число сравнительно крупных заведений наряду со значительным числом мелких. Известная часть товаров производилась мануфактурами, а подавляющая масса поставлялась попрежнему ремесленниками и кустарями, которые находились в различной степени зависимости от капиталистов-скупщиков, раздатчиков, мануфактуристов. Таким образом, мануфактура не могла охватить общественное производство во всём его объёме. Она была как бы надстройкой; основой попрежнему оставалось мелкое производство с его примитивной техникой.

Историческая роль мануфактуры состояла в том, что она подготовила необходимые условия для перехода к машинному производству. В этом отношении особенно важны три обстоятельства Во-первых, мануфактура, доведя до высокой степени разделенности труда, упростила многие трудовые операции. Они свелись к таким простым движениям, что стала возможной замена рук работника машиной. Во-вторых, развитие мануфактуры привело к специализации орудий труда, к их значительному совершенствованию, вследствие чего оказался возможным переход от ручных орудий к машинам. В-третьих, мануфактура подготовила кадры искусных рабочих для крупной машинной индустрии благодаря их длительной специализации на выполнении отдельных операций.


Мелкое товарное производство, капиталистическая простая кооперация и мануфактура с её придатком — капиталистической работой на дому в настоящее время широко распространены в экономически отсталых, слабо развитых странах — Индии, Турции, Иране и др.


Разложение крестьянства. Переход от барщинного хозяйства к капиталистическому.


В мануфактурный период развития капитализма промышленность всё более обособлялась от земледелия.

Рост общественного разделения труда приводил к тому, что не только продукты промышленности, но и продукты сельского хозяйства превращались в товары. В земледелии происходила специализация районов по культурам и отраслям. Возникали районы торгового земледелия: льноводства, свеклосахарного производства, хлопководства, табаководства, молочного хозяйства, сыроварения и т. д. На этой основе развивался обмен не только между промышленностью и земледелием, но и между различными отраслями сельского хозяйства.

Чем дальше шло проникновение товарного производства в сельское хозяйство, тем сильнее становилась конкуренция между земледельцами. Крестьянин всё более попадал в зависимость от рынка. Стихийные колебания цен на рынке усиливали и обостряли имущественное неравенство среди крестьян. В руках зажиточной верхушки деревни накоплялись свободные деньги. Эти деньги служили для закабаления, эксплуатации неимущих крестьян, превращались в капитал. Одним из средств такого закабаления являлась скупка за бесценок продуктов труда крестьян. Постепенно разорение крестьян достигало такой степени, что многие из них вынуждены были совсем бросать хозяйство и продавать свою рабочую силу.

Таким образом, с развитием общественного разделения труда, с ростом товарного производства происходил процесс разложения крестьянства; в деревне складывались капиталистические отношения, возникали новые социальные типы сельского населения, составлявшие классы капиталистического общества,— сельская буржуазия и сельскохозяйственный пролетариат.

Сельская буржуазия, или кулачество, ведёт товарное хозяйство на основе применения наёмного труда, эксплуатации постоянных сельских батраков, а ещё более подёнщиков и других временных рабочих, нанимаемых для сезонных полевых работ. Кулаки сосредоточивают в своих руках значительную долю земли (в том числе арендуемую), рабочего скота, земледельческих продуктов. В руках кулачества находятся также предприятия по переработке сырья, мельницы, «молотилки, племенные производители и т. д. Кулаки обычно выступают и в качестве деревенских ростовщиков и лавочников. Всё это служит средством эксплуатации бедноты и значительной части среднего крестьянства.

Сельскохозяйственный пролетариат представляет собой массу батраков, лишённых средств производства и эксплуатируемых помещиками и сельской буржуазией. Основным источником существования сельскохозяйственного пролетария является продажа своей рабочей силы. Типичным представителем сельского пролетариата является наёмный рабочий с наделом. Ничтожный размер хозяйства на клочке земли, отсутствие рабочего скота и инвентаря неизбежно заставляют такого крестьянина продавать свою рабочую силу.

К сельскохозяйственному пролетариату примыкает деревенская беднота. Крестьянин-бедняк имеет небольшой участок земли и небольшое количество скота. Своего хлеба такому крестьянину не хватает. Деньги, необходимые на пищу, одежду, на хозяйство и подати, он вынужден зарабатывать в значительной степени работой по найму. Такой крестьянин наполовину уже перестал быть хозяином и является сельским полупролетарием. Жизненный уровень бедняка, как и сельского пролетария, весьма низок и уступает даже жизненному уровню промышленного рабочего. Развитие капитализма в сельском хозяйстве приводит ко всё большему росту рядов сельского пролетариата и бедноты.

Промежуточным звеном между сельской буржуазией и беднотой является среднее крестьянство.

Среднее крестьянство ведёт хозяйство на основе собственных средств производства и личного труда. Труд среднего крестьянина в своём хозяйстве только при благоприятных условиях обеспечивает содержание семьи. Отсюда неустойчивость положения среднего крестьянина. «По своим общественным отношениям эта группа колеблется между высшей, к которой она тяготеет и в которую удается попасть лишь небольшому меньшинству счастливцев, и между низшей, в которую ее сталкивает весь ход общественной эволюции»[27]. Происходит разорение, «вымывание» среднего крестьянства.

Капиталистические отношения в сельском хозяйстве буржуазных стран переплетаются с пережитками крепостничества. Буржуазия, придя к власти, в большинстве стран не уничтожила крупного феодального землевладения. Помещичье хозяйство постепенно приспосабливалось к капитализму. Крестьянство, освобождённое от крепостной зависимости, но лишённое значительной части земель, задыхалось от малоземелья. Оно вынуждено было арендовать землю у помещиков на кабальных условиях.

В России, например, после реформы 1861 г. наиболее распространённой формой эксплуатации крестьян помещиками были отработки, при которые крестьянин за аренду земли или в уплату кабального займа вынужден был работать в помещичьем хозяйстве, применяя собственные средства производства — тягловую силу и примитивный инвентарь.


Разложение крестьянства подрывало устои помещичьего хозяйства, которое велось путём отработок, эксплуатации экономически зависимого крестьянина и базировалось на отсталой технике. Зажиточный крестьянин имел возможность арендовать землю за деньги и потому не нуждался в кабальной аренде за отработки. Бедняк также не годился для отработочной системы, по уже по другой причине: не имея средств производства, он превращался в наёмного рабочего. Помещик «мог использовав для отработок главным образом среднее крестьянство. Но развитие товарного хозяйства и торгового земледелия, разоряя среднее крестьянство, подрывало отработочную систему хозяйства. Помещики расширяли применение наёмного труда, который является более производительным по сравнению с трудом зависимого крестьянина; значение капиталистической системы хозяйства возрастало, а отработочной — падало. Однако отработки, как прямой пережиток барщины, сохраняются ещё долгое время наряду с капиталистической системой хозяйства.


Образование внутреннего рынка для капиталистической промышленности.


С развитием капитализма в промышленности и земледелии происходил процесс образования внутреннего рынка.

Уже в мануфактурный период возникал ряд новых отраслей промышленного производства. От земледелия отделялись один за другим различные виды промышленной обработки сельскохозяйственного сырья. С ростом промышленности всё более усиливался спрос на сельскохозяйственные продукты. В связи с этим происходило расширение рынка. Районы, специализировавшиеся на производстве, например, хлопка, льна, сахарной свёклы, а также на разведении продуктивного скота, предъявляли спрос на хлеб. Сельское хозяйство повышало спрос на разнообразные изделия промышленности.

Внутренний рынок для капиталистической промышленности создаётся самим развитием капитализма, разложением мелких товаропроизводителей. «Отделение непосредственного производителя от средств производства, т. е. экспроприация его, знаменуя переход от простого товарного производства к капиталистическому (и составляя необходимое условие этого перехода), создает внутренний рынок». Процесс создания внутреннего рынка носил двусторонний характер. С одной стороны, городская и сельская буржуазия предъявляла спрос на средства производства: усовершенствованные орудия труда, машины, сырьё и т. д., необходимые для расширения существующих и строительства новых капиталистических предприятий. Возрастал спрос буржуазии на предметы потребления. С другой стороны, увеличение численности промышленного и сельскохозяйственной пролетариата, неразрывно связанное с разложением крестьянства, сопровождалось повышением спроса на товары, являющиеся средствами существования рабочего.

Мануфактуры, основанные на примитивной технике и ручном труде, не в состоянии были удовлетворять возрастающий спрос на промышленные товары. Возникла экономическая необходимость перехода к крупному машинному производству.


Краткие выводы


1. Первой стадией развития капиталистического производства в промышленности является капиталистическая простая кооперация, которая возникает из мелкого товарного производства. Капиталистическая простая кооперация есть форма производства, основанная на эксплуатации отдельным капиталистом более или менее значительного количества одновременно занятых наёмных рабочих, выполняющих однородную работу. Капиталистическая простая кооперация обеспечивала экономию в средствах производства, создавала новую общественную производительную силу труда, понижала затраты труда на единицу производимой продукции. Результаты роста производительной силы общественного труда безвозмездно присваивались капиталистами.

2. Второй стадией развития капиталистического производства в промышленности является мануфактура. Мануфактура есть крупное капиталистическое производство, основанное на ручной технике и разделении труда между наёмными рабочими. Мануфактурное разделение труда значительно повышало производительность труда, и в то же время оно уродовало наёмного рабочего, обрекая его на крайне одностороннее развитие. Мануфактура создала необходимые предпосылки для перехода к крупной машинной индустрии.

3. Развитие товарного производства приводит к разложению крестьянства. Немногочисленная верхушка деревни переходит в ряды буржуазии; значительные массы крестьянства переходят в ряды пролетариата — городского и сельского; растёт масса бедноты; обширный промежуточный слой среднего крестьянства разоряется. Разложение крестьянства подрывает основы отработочной системы. Поме- щит всё больше переходят от барщинного хозяйства к капиталистическому.

4. Внутренний рынок создаётся развитием самого капитализма. Расширение внутреннего рынка означало увеличение спроса на средства производства и средства существования. Мануфактура, основанная на отсталой технике и ручном труде, не в состоянии была удовлетворить возросший спрос на товары промышленного производства. Возникла необходимость перехода к машинной индустрии.


ГЛАВА VI МАШИННЫЙ ПЕРИОД КАПИТАЛИЗМА



Переход от мануфактуры к машинной индустрии.


До тех пор, пока производство базировалось на ручном труде, как это было в мануфактурный период, капитализм не мог осуществить коренного преобразования всей экономической жизни общества. Такое преобразование произошло с переходом от мануфактуры к машинной индустрии, которая стала зарождаться в последней трети XVIII столетия и получила распространение в важнейших капиталистических странах Европы и в США в течение XIX столетия. Крупная машинная индустрия представляет собою третью, наиболее высокую, ступень развития капиталистического производства.

Переход от мануфактуры к машинной индустрии означал полный технический переворот в производстве. Материально-технической основой этого переворота явилась машина.

Всякая развитая машина состоит из трёх частей: 1) машины- двигателя, 2) передаточного механизма, 3) рабочей машины.


Машина-двигатель действует как движущая сила всего механизма. Она либо сама порождает двигательную силу (например, паровая машина), либо получает её извне, от какой-нибудь готовой силы природы (например, водяное колесо, приводимое в движение силой падающей воды).

Передаточный механизм состоит из всякого рода приспособлений (трансмиссий, зубчатых колёс, ремней, электроприводов и др.), которые регулируют движение, изменяют в случае необходимости его форму (например, превращают из прямолинейного в круговое), распределяют его и переносят на рабочую машину. Как машина-двигатель, так и передаточный механизм служат для того, чтобы приводить в движение рабочую машину.

Рабочая машина непосредственно воздействует на предмет труда и производит в нём необходимые изменения в соответствии с поставленной целью. Если присмотреться ближе к рабочей машине, то в ней можно найти, хотя часто в очень изменённой форме, в общем те же орудия, которые употребляются и при ручном труде. Но во всех случаях это уже не орудия ручного труда, а орудия-механизмы, механические орудия. Рабочая машина явилась исходным пунктом переворота, который привёл к замене мануфактуры машинным производством. После того как были изобретены механические орудия, произошли коренные изменения в устройстве двигательных и передаточных механизмов.


В своей ненасытной погоне за наживой капитал обрёл в машине могучее средство повышения производительности труда. Во-первых, применение машин, действующих одновременно множеством орудий, освободило производственный процесс от узких рамок, обусловленных ограниченностью органов человека. Во-вторых, применение машин впервые дало возможность использовать в процессе производства огромные новые источники энергии — двигательную силу пара, газа и электричества. В-третьих, применение машин позволило капиталу поставить на службу производству науку, расширяющую власть человека над природой и открывающую всё новые возможности повышения производительности труда. На основе крупной машинной индустрии утвердилось господство капиталистического способа производства.


Промышленный переворот.


Начало крупной машинной индустрии было положено в Англии. В этой стране сложились благоприятные исторические условия для быстрого развития капиталистического способа производства: ранняя отмена крепостного права и ликвидация феодальной раздроблённости, победа буржуазной революции в XVII веке, насильственное обезземеливание крестьянства, а также накопление капиталов путём широко развитой торговли и ограбления колоний.

В середине XVIII века Англия являлась страной с большим количеством мануфактур. Важнейшей отраслью промышленности было текстильное производство. Именно с этой отрасли началась промышленная революция, происшедшая в Англии в течение последней трети XVIII века и первой четверти XIX века.

Расширение рынка и погоня капиталистов за прибылью обусловили необходимость совершенствования техники производства. В хлопчатобумажной промышленности, развивавшейся быстрее других отраслей производства, господствовал ручной труд. Главными операциями в хлопчатобумажной промышленности являются пряденье и ткачество. Продукт труда прядильщиков служит предметом труда ткача. Рост спроса на хлопчатобумажные ткани сказался прежде всего на технике ткачества: в 1733 г. был изобретён самолётный челнок, повысивший вдвое производительность труда ткача. Это вызвало отставание прядения от ткачества. На мануфактурах ткацкие станки часто простаивали из-за недостатка пряжи. Возникла насущная потребность в улучшении прядильной техники.

Эта задача была разрешена путём изобретения (в 1765— 1767 гг.) прядильных машин, каждая из которых имела полтора- два десятка веретён. Двигательной силой первых машин был сам человек или рабочий скот, затем появились машины, которые приводились в движение силой воды. Дальнейшие технические усовершенствования позволили не только увеличить выработку пряжи, но и улучшить её качество. В конце XVIII века уже существовали прядильные машины, имевшие до 400 веретён. В результате этих изобретений производительность труда в прядении сильно возросла.

В хлопчатобумажной промышленности возникло теперь новое несоответствие: пряденье обогнало ткачество. Это несоответствие было устранено изобретением в 1785 г. механического ткацкого станка. После ряда усовершенствований механический ткацкий станок получил в Англии широкое распространение и к 40-м годам XIX века полностью вытеснил ручное ткачество. Коренным изменениям подверглись и процессы обработки тканей — отбелка, крашение, печатание. Применение химии сократило длительность этих процессов и улучшило качество продукции.

Первые текстильные фабрики строились по руслам рек, и машины приводились в действие при помощи водяных колёс. Это сильно ограничивало возможности применения машинной техники. Необходим был новый вид двигателя, не зависящего от местности и времени года. Таким двигателем явилась паровая машина (изобретённая в России в 1763 г., но не получившая тогда распространения; в Англии паровая машина была изобретена в 1784 г.).

Применение паровой машины имело огромное значение. Паровая машина представляет собой двигатель универсального значения, свободный от многочисленных недостатков, свойственных водяному двигателю. Потребляя уголь и воду, паровая машина производит двигательную силу, которая находится всецело под контролем человека. Эта «машина подвижна; она освобождает промышленность от привязанности к природным источникам энергии и даёт возможность концентрировать производство в любом месте.

Паровая машина стала быстро распространяться не только в Англии, но и за её пределами, создавая предпосылки для появления крупных фабрик с множеством машин и большим количеством рабочих.

Машины революционизировали производство во всех отраслях промышленности. Они охватили не только хлопчатобумажное производство, но получили применение и в шерстяной, льняной, шёлковой промышленности. Вскоре были найдены способы использования паровой машины па транспорте: в 1807 г. в США был создан первый пароход, а в 1825 г. в Англии была построена первая железная дорога.

Первоначально машины изготовлялись на мануфактурах при помощи ручного труда. Они обходились дорого, были недостаточно мощны и совершенны. Мануфактуры не могли изготовлять такое количество «машин, какое требовалось для быстро растущей промышленности. Задача была разрешена переходом к машинному производству машин. Возникла новая, быстро развивавшаяся отрасль промышленности — машиностроение. Первые «машины изготовлялись преимущественно из дерева. Затем деревянные части машин стали вытесняться металлическими. Замена дерева 'металлом, повысив долговечность и прочность машин, открыла возможность работать с такой скоростью и с таким напряжением, какие раньше были немыслимы. В начале XIX века были изобретены механические (молоты, прессы, металлообрабатывающие станки: токарный, затем фрезерный и сверлильный.

Для производства машин, паровозов, рельсов, пароходов понадобилось огромное количество железа и стали. Стала быстро развиваться металлургия. В развитии металлургии большое значение имело открытие способа плавки железных руд на минеральном топливе вместо древесного. Всё более совершенствовались доменные печи. С 30-х годов XIX столетия холодное дутьё стало заменяться горячим, что ускоряло доменный процесс и давало большую экономию топлива. Были открыты новые, более совершенные способы выплавки стали. Распространение паровой машины, рост металлургии вызвали потребность в огромных количествах каменного угля, что привело к быстрому росту каменноугольной промышленности.

В результате промышленного переворота Англия превратилась в промышленную мастерскую мира. Вслед за Англией машинное производство стало распространяться в других странах Европы и в Америке.


Промышленный перепорот во Франции происходил в течение нескольких десятилетий после буржуазной революции 1789—1794 гг. Господствующее положение в промышленности Франции капиталистическая фабрика заняла только во второй половине XIX столетия.

В Германии вследствие её феодальной раздроблённости и длительного сохранения крепостнических отношений промышленный переворот совершился позже, чем в Англии и Франции. Крупная индустрия стала развиваться в Германии только с 40-х годов XIX столетия и особенно быстро — после объединения Германии в единое государство в 1871 г.

В Соединённых Штатах Америки крупная промышленность возникла в начале XIX столетия. Американская машинная индустрия стала быстро развиваться после гражданской войны 1861—1865 гг. При этом широко использовались технические достижения английской промышленности, а также приток свободных капиталов и кадров квалифицированных рабочих из Европы.

В России переход от мануфактуры к машинной стадии производства начался ранее отмены крепостного права, но во всей широте развернулся в первые десятилетия после крестьянской реформы 1861 г. Однако и после падения крепостного права многочисленные остатки феодально-крепостнического строя в стране тормозили переход промышленности от ручного производства к машинному. Особенно ярко это сказалось на горной промышленности Урала.


Капиталистическая индустриализация.


Промышленный переворот положил начало капиталистической индустриализации. Основой индустриализации является тяжёлая промышленность, производство средств производства.

Капиталистическая индустриализация осуществляется стихийно, в погоне капиталистов за прибылью. Она начинается обычно с развития лёгкой промышленности, то есть отраслей, производящих предметы личного потребления. В этих отраслях требуется меньше вложений средств, капитал оборачивается здесь быстрее и получение прибыли является более лёгким делом, чем в тяжёлой промышленности, то есть в отраслях, производящих орудия труда и другие средства производства — машины, металл, топливо. Тяжёлая промышленность начинает развиваться лишь по истечении длительного срока, в продолжение которого лёгкая промышленность накопляет прибыли. Эти прибыли постепенно перекачиваются в тяжёлую промышленность. Таким образом, капиталистическая индустриализация представляет собой процесс, продолжающийся многие десятилетия.


В Англии, например, долгое время быстрее других росла текстильная промышленность. На протяжении первой половины XIX века она оставалась главной, наиболее развитой отраслью английской промышленности. Во второй половине XIX века преобладающую роль стала играть тяжёлая промышленность. Такая же последовательность в развитии отраслей промышленности имела место и в других капиталистических странах.

Во второй половине XIX века продолжала развиваться металлургия; улучшалась техника плавки металла, возрастал размер доменных печей. Быстро росло производство чугуна. В Англии производство чугуна со 103 тысяч тонн в 1800 г. поднялось до 2 285 тысяч тонн в 1850 г., 6 059 тысяч тонн в 1870 г. и 7 873 тысяч тонн в 1880 г.; в США — с 41 тысячи тонн в 1800 г. до 573 тысяч тонн в 1850 г., 1 692 тысяч тонн в 1870 г. и 3 897 тысяч тонн в 1880 г.


До последней трети XIX века паровая машина оставалась единственным видом двигателя, применявшимся в крупной промышленности и па транспорте. Пар сыграл огромную роль в развитии машинной индустрии. На протяжении всего XIX века продолжалось дальнейшее совершенствование парового двигателя — возрастала мощность паровых машин, степень использования тепловой энергии. В 80-х годах XIX века была создана паровая турбина. Благодаря своим преимуществам она стала вытеснять в ряде отраслей паровую машину.

Однако чем больше росла крупная промышленность, тем быстрее обнаруживалась недостаточность пара как двигательной силы. Был изобретён новый тип двигателя — двигатель внутреннего сгорания, сначала газовый (1877 г.), а затем двигатель, работающий на жидком топливе, дизель (1893 г.). В последней трети XIX века на арену хозяйственной жизни выступила новая могучая сила, ещё более революционизирующая производство, — электричество.

В XIX веке машинная техника охватывает одну отрасль промышленности за другой. Развивается горная промышленность - добыча руды, каменного угля. В связи с изобретением двигателя внутреннего сгорания увеличивается добыча нефти. Широкое развитие получает химическая промышленность. Быстрый рост крупной машинной индустрии сопровождался усиленным строительством железных дорог.

Капиталистическая индустриализация осуществляется как за счёт эксплуатации наёмных рабочих и разорения крестьянства своей страны, так и за счёт ограбления трудящихся других стран, в особенности колоний. Она неизбежно ведёт к обострению противоречий капитализма, к обнищанию миллионных масс рабочих, крестьян и ремесленников.

История знает различные пути капиталистической индустриализации. Первый путь капиталистической индустриализации — это путь захвата и ограбления колоний. Так развивалась промышленность Англии. Захватив колонии во всех частях света, Англия в продолжение двух веков выкачивала оттуда огромные барыши и вкладывала их в свою промышленность.

Второй путь — это путь войны и контрибуций, взимаемых странами-победителями с побеждённых стран. Так, Германия, разгромив Францию во франко-прусской войне, принудила её уплатить 5 -миллиардов франков контрибуции и вложила их в свою промышленность.

Третий путь — это путь кабальных концессий и займов, которые приводят к экономической и политической зависимости отсталых стран от стран, капиталистически развитых. Царская Россия, например, сдавала концессии и получала займы у западных держав на кабальных условиях, стараясь таким образом выбраться постепенно на путь индустриализации. Это привело к превращению царской России в полуколонию.

В истории отдельных стран эти различные пути капиталистической индустриализации нередко переплетались и дополняли друг друга. Примером этого является история экономического развития Соединённых Штатов Америки. Крупная промышленность США была создана за счёт внешних займов и долгосрочных кредитов, а также путём безудержного ограбления коренного населения Америки.

Несмотря на развитие машинной индустрии в буржуазных странах, огромная часть населения капиталистического мира продолжает жить и трудиться в условиях господства примитивной ручной техники.


Рост городов и индустриальных центров. Формирование класса пролетариев.


Капиталистическая индустриализация обусловила быстрый рост городов и промышленных центров. Количество крупных городов в Европе (с населением свыше 100 тысяч) в течение XIX столетия увеличилось в 7 раз. Удельный вес городского населения непрерывно возрастал за счёт сельского населения. В Англии уже в середине XIX века, а в Германии к началу XX века более половины всего населения было сосредоточено в городах.

В мануфактурный период капитализма массы наёмных рабочих ещё не представляли собой сложившегося класса пролетариев. Рабочие «мануфактур были сравнительно немногочисленны, в значительной степени связаны с сельским хозяйством, распылены по множеству мелких мастерских и разъединены всякого рода узкими цеховыми интересами.

В результате промышленного переворота и дальнейшего развития машинной индустрии в капиталистических странах сформировался промышленный пролетариат. Быстро возрастала численность рабочего класса, ряды которого непрерывно пополнялись за счёт разоряющегося крестьянства и ремесленников.

С ростом крупной машинной индустрии постепенно изживались местные, цеховые, сословные интересы и предрассудки первых поколений рабочих, их утопические чаяния вернуть утерянное положение средневекового кустаря. Массы рабочих сплачивались в единый класс — пролетариат. Характеризуя формирование пролетариата как класса, Энгельс писал: «Только развитие капиталистического производства, современной промышленности и сельского хозяйства в крупных размерах придало характер постоянства его существованию, увеличило его численно и оформило как особый класс, с особыми интересами и с особой исторической миссией»[29].


В Англии число рабочих в промышленности и на транспорте во втором десятилетии XIX века составляло около 2 миллионов человек; за последующие сто лет оно возросло более чем в три раза.

Во Франции рабочих в промышленности и на транспорте в шестидесятых годах XIX века было около 2 миллионов человек, а к началу XX века их численность составила около 3,8 миллиона человек.

В Соединённых Штатах Америки число рабочих в промышленности и па транспорте составляло в 1859 г. 1,8 миллиона человек, а в 1899 г.—6,8 миллиона человек.

В Германии число рабочих в промышленности и на транспорте увеличилось с 700 тысяч человек в 1848 г. до 5 миллионов человек в 1895 г.

В России после отмены крепостного права быстро шёл процесс формирования рабочего класса. В 1865 г. на крупных фабриках и заводах, в горной промышленности и на железных дорогах было занято 706 тысяч рабочих, а в 1890 г.— 1 433 тысячи. Таким образом, число рабочих на крупных капиталистических предприятиях за 25 лет более чем удвоилось. К концу 90-х годов и 50 губерниях Европейской России число рабочих на крупных фабриках и заводах, в горной промышленности и на железных дорогах возросло до 2 207 тысяч, а по всей России — до 2 792 тысяч.


Капиталистическая фабрика. Машина как средство эксплуатации наёмного труда капиталом.


Капиталистическая фабрика есть крупное промышленное предприятие, основанное на эксплуатации наёмных рабочих и применяющее систему машин для производства товаров.

Система машин есть совокупность рабочих машин, одновременно выполняющих одинаковые производственные операции (например, однородные ткацкие станки), или совокупность разнородных, но взаимно дополняющих друг друга рабочих машин. Система разнородных машин представляет собой комбинацию частичных рабочих машин, основанную на разделении производственных операций между ними. Каждая частичная машина даёт работу другой машине. Так как все эти машины действуют одновременно, то продукт непрерывно находится на различных ступенях производственного процесса, переходя из одной фазы производства в другую.

Посредством машин осуществляется механизация труда. Применение машин обеспечивает огромный рост производительности труда и понижение стоимости товара. Машина даёт возможность производить то же количество товаров с гораздо меньшей затратой труда или производить с той же затратой труда значительно больше товаров.


В XIX веке для переработки одинакового количества хлопка в пряжу с помощью машины требовалось рабочего времени в 180 раз меньше, чем при ручной прялке. С помощью машины один взрослый рабочий или подросток печатал в час столько же четырёхцветного ситца, сколько раньше, при ручном труде, 200 взрослых рабочих. В XVIII веке при мануфактурном разделении труда рабочий приготовлял в день 4 800 иголок; в XIX веке один рабочий, работая одновременно на 4 машинах, выпускал до 600 000 иголок в день.


При капиталистическом способе производства все выгоды от применения машин присваиваются собственниками этих машин — капиталистами, прибыли которых растут.

Фабрика представляет собой высшую форму капиталистической кооперации. Капиталистическая кооперация, как совместный труд, совершаемый в сравнительно крупном масштабе, вызывает необходимость в особой функции управления, надзора, согласования отдельных работ. На капиталистическом предприятии функция управления осуществляется капиталистом и имеет специфические черты, выступая одновременно как функция эксплуатации наёмных рабочих капиталом. Капиталист не потому является капиталистом, что он управляет промышленным предприятием, наоборот, он становится руководителем предприятия потому, что он капиталист.

Уже при капиталистической простой кооперации капиталист освобождает себя от физического труда. С увеличением масштабов кооперации труда он освобождает себя и от функции непосредственного и постоянного надзора за рабочими. Эти функции передаются особой категории наёмных работников — управляющим, мастерам, которые командуют на предприятии от имени капиталиста. По своему характеру капиталистическое управление является деспотическим.

С переходом к фабрике завершается создание капиталом особой, капиталистической дисциплины труда. Капиталистическая дисциплина труда есть дисциплина голода. Рабочий находится здесь постоянно под угрозой увольнения с фабрики, под страхом очутиться в рядах безработных. Капиталистической фабрике свойственна казарменная дисциплина. Рабочих наказывают денежными штрафами и вычетами из заработной платы.

Машина сама по себе является могучим средством облегчения труда и повышения его производительности. Но при капитализме машина служит средством усиления эксплуатации наёмного труда.

С самого начала своего применения машина становится конкурентом рабочего. Капиталистическое применение машин прежде всего лишает средств существования десятки и сотни тысяч работников ручного труда, которые становятся излишними. Так, с широким внедрением паровых ткацких станков 800 тысяч английских ткачей были выброшены на улицу. Миллионы ткачей Индии были обречены на голод и смерть, так как индийские ткани ручного производства не выдерживали конкуренции английских тканей машинного производства. В результате роста применения машин и их совершенствования всё больше наёмных рабочих вытесняется машинами, выбрасывается с капиталистической фабрики на улицу, пополняя растущую армию безработных.

Машина упрощает процесс производства, делает излишним применение большой мускульной силы работника. Поэтому с переходом к «машинной технике капитал широко вовлекает в производство женщин и детей. Капиталист заставляет их работать в тяжёлых условиях, за нищенскую плату. Это влечёт за собой высокую детскую смертность в рабочих семьях, физическое и моральное калечение женщин и детей.

Машина открывает широкие возможности уменьшения рабочего времени, необходимого для производства товара, и тем самым создаёт условия для сокращения рабочего дня. Между тем капиталистическое применение машин ведёт к удлинению рабочего дня. В погоне за наживой капиталист стремится наиболее полно использовать машину. Во-первых, чем продолжительнее полезное действие машины в течение рабочего дня, тем скорее она окупает себя. Во-вторых, чем длиннее рабочий день и полнее использование машины, тем меньше опасности, что она технически устареет и что другие капиталисты успеют ввести у себя лучшие или менее дорогие машины, в силу чего окажутся в более выгодных условиях производства. Поэтому капиталист стремится максимально удлинить рабочий день.

В руках капиталиста машина используется для того, чтобы выжать из рабочего больше труда в течение данного времени. Чрезмерная интенсивность труда, теснота фабричных помещений, недостаток воздуха и света, отсутствие необходимых мер по охране труда ведут к массовым профессиональным заболеваниям рабочих, к подрыву их здоровья и сокращению жизни.

Машинная техника открывает широкое поле для использования науки в процессе производства, для придания труду более осмысленного, творческого характера. Но капиталистическое применение машин ведёт к тому, что рабочий превращается в придаток к машине. На долю рабочих остаётся лишь однообразный, изнуряющий физический труд. Умственный труд становится привилегией специальных работников: инженеров, техников, учёных. Наука отделяется от труда и служит капиталу. При капитализме всё более углубляется противоположность между физическим и умственным трудом.

Машина знаменует собой усиление власти человека над сипами природы. Повышая производительность труда, машина увеличивает богатство общества. Но это богатство достаётся капиталистам, а положение рабочего класса — главной производительной силы общества — всё более ухудшается.

Маркс в «Капитале» доказал, что не машины сами по себе являются врагом рабочего класса, а капиталистический строй, при котором они применяются. Он писал, что «машина сама по себе сокращает рабочее время, между тем как ее капиталистическое применение удлиняет рабочий день... сама по себе она облегчает труд, капиталистическое же ее применение повышает его интенсивность... сама по себе она знаменует победу человека над силами природы, капиталистическое же ее применение порабощает человека силами природы... сама по себе она увеличивает богатство производителя, в капиталистическом же применении превращает его в паупера»[30].

С самого возникновения капиталистических отношений начинается классовая борьба между наёмными рабочими и капиталистами. Она ведётся в течение всего мануфактурного периода, а с переходом к машинному производству приобретает широкий размах и небывалую остроту.


Первым выражением протеста незрелого рабочего движения против пагубных последствий капиталистического применения машинной техники были попытки уничтожить машины. Изобретённая в 1758 г. первая стригальная машина была сожжена рабочими, которые с введением этой машины остались без работы. В начале XIX века в промышленных округах Англии развернулось широкое движение «разрушителей машин», направленное прежде всего против парового ткацкого станка. Рабочему классу понадобились известное время и опыт для осознания того, что его угнетение и нищета происходят не от самих машин, а от их капиталистического применения.


Капиталисты широко использовали машину как мощное орудие для подавления периодических возмущений рабочих, стачек и т. д., направленных против самодержавия капитала. После 1830 г. значительное количество изобретений в Англии было вызвано к жизни непосредственно интересами классовой борьбы капиталистов против рабочих, стремлением капиталистов путём сокращения числа занятых рабочих и применения менее квалифицированного труда сломить сопротивление рабочих гнёту капитала.

Так капиталистическое применение машин вызывает ухудшение положения рабочих, обострение классовых противоречий между трудом и капиталом.


Крупная промышленность и земледелие.


Развитие крупной промышленности вело к применению машин и в сельском хозяйстве. Возможность применения машин является одним из важнейших преимуществ крупного производства. Машины в громадной степени повышают производительность труда в земледелии. Но мелкому крестьянскому хозяйству они недоступны, так как для покупки машин требуются значительные средства. Машина может быть эффективно использована в крупном хозяйстве, при наличии больших посевных площадей, при внедрении в производство технических культур и т. д. В крупном хозяйстве, основанном на машинной технике, затраты труда на единицу продукции значительно ниже, чем в мелком крестьянском хозяйстве, основанном на отсталой технике и ручном труде. Вследствие этого мелкое крестьянское хозяйство не выдерживает конкуренции со стороны крупного капиталистического хозяйства.

Распространение сельскохозяйственных машин в условиях капитализма ускоряет процесс расслоения крестьянства. «Систематическое употребление машин в сельском хозяйстве с такой же неумолимостью вытесняет патриархального «среднего» крестьянина, с какой паровой ткацкий станок вытесняет ручного ткача- кустаря»[31]. Капитализм повышает технику земледелия, двигает её вперёд, но он не может делать этого иначе, как разоряя массу мелких производителей. Вместе с тем наёмная рабочая сила в сельском хозяйстве является настолько дешёвой, что многие крупные хозяйства не пользуются машинами, а предпочитают применять ручной труд. Это тормозит развитие машинной техники в сельскохозяйственном производстве.

Капиталистическое применение машин в земледелии неизбежно сопровождается усилением эксплуатации сельскохозяйственного пролетариата путём повышения интенсивности труда. Например, широко распространённый в своё время вид жатвенных машин получил название «лобогреек», так как работа на них требовала большого физического напряжения.

В машинный период капитализма завершается отделение промышленности от земледелия, углубляется и обостряется противоположность между городом и деревней. При капитализме сельское хозяйство чрезмерно отстаёт в своём развитии от промышленности. Ленин указывал, что земледелие капиталистических стан в начале XX века по своему технико-экономическому уровню стояло ближе к мануфактурной стадии.


Внедрение машинной техники в сельскохозяйственное производство при капитализме происходит значительно медленнее, чем в промышленности. Если паровой двигатель дал возможность произвести коренные технические преобразования в промышленности, то в сельском хозяйстве он нашел применение только в виде паровой молотилки. На сложной механической молотилке впоследствии были объединены молотьба, очистка и сортировка зерна. Лишь в последней четверти XIX столетия получают распространение хлебоуборочные машины на конной тяге — жнейки-сноповязалки. Гусеничный трактор был изобретён ещё в 80-х годах прошлого века, а колёсный — в начале XX века, но более или менее широкое применение трактора в крупных капиталистических хозяйствах началось только с 20-х годов настоящего столетия, главным образом в США.

Однако в сельском хозяйстве большинства стран капиталистического мира до настоящего времени основной двигательной силой является рабочий скот, а орудиями обработки почвы — конный плуг, борона, культиватор.


Капиталистическое обобществление труда и производства. Границы применения машин при капитализме.


На основе машинной техники при капитализме был достигнут большой прогресс в развитии производительных сил общества по сравнению с феодальным способом производства. Крупная машинная индустрия произвела глубочайший переворот во всём строе экономической жизни. Машина явилась революционизирующей силой, которая преобразовала общество.

«Переход от мануфактуры к фабрике знаменует полный технический переворот, ниспровергающий веками нажитое ручное искусство мастера, а за этим техническим переворотом неизбежно идет самая крутая ломка общественных отношений производства, окончательный раскол между различными группами участвующих в производстве лиц, полный разрыв с традицией, обострение и расширение всех мрачных сторон капитализма, а вместе с тем и массовое обобществление труда капитализмом. Крупная машинная индустрия является таким образом последним словом капитализма, последним словом его отрицательных и «положительных моментов»»[32].

На основе крупной машинной индустрии совершается стихийный процесс широкого обобществления труда капиталом.

Во-первых, в результате применения машин промышленное производство всё более сосредоточивается на крупных предприятиях. Машина сама по себе требует совместного труда многих работников.

Во-вторых, при капитализме происходит дальнейшее развитие общественного разделения труда. Увеличивается число отраслей промышленности и сельского хозяйства. Вместе с тем отдельные отрасли и предприятия становятся всё более зависимыми друг от друга. При широкой специализации отраслей фабрикант, производящий, например, ткани, становится непосредственно зависимым от фабриканта, производящего пряжу, этот последний — от капиталиста, производящего хлопок, от владельца машиностроительного завода, каменноугольных копей и т. д.

В-третьих, свойственная натуральному хозяйству раздроблённость мелких хозяйственных единиц исчезает, и местные мелкие рынки сливаются в громадный национальный и мировой рынок.

В-четвёртых, капитализм с его машинной техникой вытесняет различные формы личной зависимости работника. Основой производства становится вольнонаёмный труд. Создаётся большая подвижность населения, что обеспечивает непрерывный приток рабочей силы в растущие отрасли промышленности.

В-пятых, с распространением машинного производства возникает множество индустриальных центров, крупных городов. Общество всё более раскалывается на два основных антагонистических класса — класс капиталистов и класс наёмных рабочих.

Обобществление труда и производства, достигнутое на основе машинной техники, явилось значительным шагом вперёд в прогрессивном развитии общества. Но своекорыстные интересы капиталистов, стремящихся к наживе, ставят определённые границы развитию производительных сил.

С общественной точки зрения применение машины является выгодным, если труд, которого стоит производство машины, меньше того труда, который сберегается её применением, а также если машина облегчает труд. Но для капиталиста имеет значение не экономия общественного труда и не облегчение труда работника, а экономия на оплате труда. Граница применения машин для капиталиста поэтому более узка. Она определяется разностью между ценой машины и заработной платой вытесняемых ею рабочих. Чем ниже заработная плата рабочих, тем слабее стремление капиталиста вводить машины. Поэтому ручной труд до сих пор ещё широко применяется в промышленности даже наиболее развитых капиталистических стран.

Крупная машинная индустрия обострила конкурентную борьбу между капиталистами, усилила стихийность, анархию всего общественного производства. Капиталистическое применение машин принесло с собой не только быстрое развитие производительных сил общества, но и небывалый рост угнетения труда капиталом, обострение всех противоречий капиталистического способа производства.


Краткие выводы


1. Переход от мануфактуры к крупной машинной индустрии означал промышленную революцию. Громадное значение для перехода к машинной индустрии имели: изобретение паровой машины, улучшение способа плавки металла и создание машин, производящих машины. Машина завоёвывала одну область производства товаров за другой.

2. С ростом капитализма происходит процесс капиталистической индустриализации важнейших стран Европы и Америки. Капиталистическая индустриализация начинается обычно с развития лёгкой промышленности. В индустриализации капиталистических стран большую роль играют ограбление колоний и побеждённых стран, а также получение кабальных займов. Капиталистическая индустриализация базируется на эксплуатации наёмного труда и усиливает разорение широких масс крестьянства и ремесленников. Она ведёт к дальнейшему росту общественного разделения труда, завершает отделение промышленности от земледелия, обостряет противоположность между городом и деревней.

3. Капиталистическая фабрика есть крупное предприятие, основанное на эксплуатации наёмных рабочих и применяющее систему машин для производства товаров. Управление на капиталистической фабрике имеет деспотический характер. В капиталистическом обществе применение машин сопровождается возрастанием тяжести труда наёмного рабочего, усилением его эксплуатации, вовлечением в производство женщин и детей, получающих нищенскую заработную плату. Капиталистическое машинное производство завершает процесс отделения умственного труда от физического и обостряет противоположность между ними.

4. Развитие крупной машинной индустрии ведёт к росту городов, увеличению городского населения за счёт сельского, к формированию класса наёмных рабочих — пролетариата, к росту его численности. При капитализме сельское хозяйство чрезмерно отстаёт от промышленности. Рост применения машин в сельском хозяйстве ускоряет процесс разложения крестьянства.

5. Крупная машинная индустрия играет исторически прогрессивную роль, ведёт к росту производительности труда и к обобществлению труда капиталом. Границы капиталистического применения машин определяются тем, что капиталисты вводят машину лишь в тех случаях, когда её цена меньше заработной платы вытесняемых машиной рабочих.


ГЛАВА VII КАПИТАЛ И ПРИБАВОЧНАЯ СТОИМОСТЬ. ОСНОВНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ЗАКОН КАПИТАЛИЗМА


Основа производственных отношений капиталистического строя.


С переходом от мануфактуры к крупной машинной индустрии капиталистический способ производства стал господствующим. В промышленности вместо ремесленных мастерских и мануфактур, основанных на ручном труде, появились фабрики и заводы, на которых труд вооружён сложными машинами. В сельском хозяйстве стали возникать крупные капиталистические экономии, применяющие агротехнику и сельскохозяйственные машины. Выросла новая техника, сложились новые производительные силы, заняли господствующее положение новые, капиталистические производственные отношения. Исследование производственных отношений капиталистического общества в их возникновении, развитии и упадке составляет главное содержание «Капитала» Маркса.

Основой производственных отношений буржуазного общества является капиталистическая собственность на средства производства. Капиталистическая собственность на средства производства есть нетрудовая частная собственность капиталистов, используемая для эксплуатации наёмных рабочих. По классической характеристике Маркса, «капиталистический способ производства покоится на том, что вещественные условия производства в форме собственности на капитал и собственности на землю находятся в руках нерабочих, в то время как масса обладает только личным условием производства — рабочей силой»[33].

Капиталистическое производство основано на наёмном труде. Наёмные рабочие свободны от крепостных уз. Но они лишены средств производства и под угрозой голодной смерти вынуждены продавать свою рабочую силу капиталистам. Эксплуатация пролетариата буржуазией составляет главный признак капитализма, а отношение между буржуазией и пролетариатом представляет собой основное классовое отношение капиталистического строя.

В странах, где господствует капиталистический способ производства, наряду с капиталистическими отношениями сохраняются более или менее значительные остатки докапиталистических форм хозяйства. «Чистого капитализма» нет ни в одной стране. Кроме капиталистической собственности в буржуазных странах существует крупная земельная собственность помещиков, а также мелкая частная собственность простых товаропроизводителей — крестьян и ремесленников, живущих собственным трудом. Мелкое производство играет при капитализме подчинённую роль. Масса мелких товаропроизводителей города и деревни эксплуатируется капиталистами и помещиками — владельцами фабрик и заводов, банков, торговых предприятий, земли.

Капиталистический способ производства проходит в своём развитии две стадии: домонополистическую и монополистическую. Общие экономические законы капитализма действуют на обеих стадиях его развития. Наряду с этим монополистический капитализм отличается ценим рядом существенных особенностей, о которых речь будет идти в дальнейшем.

Перейдём к рассмотрению сущности капиталистической эксплуатации.


Превращение денег в капитал. Рабочая сила как товар.


Каждый капитал начинает свой путь в виде определённой суммы денег. Деньги сами по себе не являются капиталом. Когда, например, самостоятельные мелкие товаропроизводители обмениваются товарами, деньги выступают в качестве средства обращения, но они не служат капиталом. Формула товарного обращения такова: Т (товар) — Д (деньги) — Т (товар), то есть продажа одного товара для покупки другого. Деньги становятся капиталом, когда они применяются в целях эксплуатации чужого труда. Общей формулой капитала является Д — Т — Д, то есть покупка для продажи с целью обогащения.


Формула Т — Д — Т означает, что одна потребительная стоимость обменивается на другую: товаропроизводитель отдаёт товар, который ему не нужен, и получает в обмен другой товар, который ему нужен для потребления. Наоборот, при формуле Д — Т — Д исходный и конечный пункты движения совпадают; в начале пути у капиталиста были деньги, и в конце пути у него оказываются деньги. Движение капитала было бы бесцельным, если бы в конце операции у капиталиста оказалась такая же сумма денег, какая была вначале. Весь смысл деятельности капиталиста заключается в том, что в результате операции у него оказывается больше денег, чем было вначале. Следовательно, общая формула капитала в её полном виде такова: Д — Т — Д', где Д' обозначает возросшую сумму денег.


Капитал, авансированный капиталистом, то есть пущенный им в оборот, возвращается к своему владельцу с известным приростом. Это возрастание капитала и является целью его владельца.

Откуда происходит прирост капитала? Буржуазные экономисты, стремясь скрыть действительный источник обогащения капиталистов, нередко утверждают, будто этот прирост возникает из товарного обращения. Такое утверждение несостоятельно. В самом деле. Если обмениваются товары и деньги равной стоимости, то есть эквиваленты, никто из товаровладельцев не может извлечь из обращения большей стоимости, чем та, которая воплощена в его товаре. Если же продавцам удаётся продавать свои товары выше их стоимости, допустим, на 10%, то, становясь покупателями, они должны переплатить продавцам те же 10%. Таким образом, то, что выигрывают товаровладельцы как продавцы, они теряют как покупатели. Между тем в действительности прирост капитала происходит у всего класса капиталистов. Очевидно, владелец денег, ставший капиталистом, должен найти на рынке такой товар, который при его потреблении создаёт стоимость, и притом большую, чем та, которой он сам обладает. Иными словами, владелец денег должен найти на рынке такой товар, сама потребительная стоимость которого обладала бы свойством быть источником стоимости. Таким товаром является рабочая сила. Рабочая сила есть совокупность физических и духовных способностей, которыми располагает человек и которые он пускает в ход, когда производит материальные блага. При любой форме общества рабочая сила является необходимым элементом производства. Но только при капитализме рабочая сила становится товаром.

Капитализм есть товарное производство на высшей ступени его развития, когда и рабочая сила становится товаром. С превращением рабочей силы в товар товарное производство принимает всеобщий характер. Капиталистическое производство основано на наёмном труде, а наём рабочего капиталистом есть не что иное, как покупка-продажа товара рабочая сила: рабочий продаёт свою рабочую силу, капиталист её покупает.

Наняв рабочего, капиталист получает его рабочую силу в своё полное распоряжение. Капиталист применяет эту рабочую силу в процессе капиталистического производства, в котором и происходит возрастание капитала.


Стоимость и потребительная стоимость товара рабочая сила. Закон прибавочной стоимости — основной экономический закон капитализма.


Как и всякий другой товар, рабочая сила продаётся по определённой цене, в основе которой лежит стоимость этого товара. Какова эта стоимость?

Чтобы рабочий сохранял способность к труду, он должен удовлетворять свои потребности в пище, одежде, обуви, жилище. Удовлетворение необходимых жизненных потребностей есть восстановление израсходованной жизненной энергии рабочего — мускульной, нервной, мозговой, восстановление его работоспособности. Далее, капитал нуждается в беспрерывном притоке рабочей силы; вследствие этого рабочий должен иметь возможность содержать не только самого себя, но и свою семью. Этим обеспечивается воспроизводство, то есть постоянное возобновление, рабочей силы. Наконец, капитал нуждается не только в необученных, но и в квалифицированных рабочих, умеющих обращаться со сложными -машинами, а получение квалификации связано с определёнными затратами труда на обучение. Поэтому издержки производства и воспроизводства рабочей силы включают также известный минимум затрат на обучение подрастающих поколений рабочего класса.

Из всего этого вытекает, что стоимость товара рабочая сила равна стоимости средств существования, необходимых для содержания рабочего и его семьи. «Стоимость рабочей силы, как и всякого другого товара, определяется рабочим временем, необходимым для производства, а следовательно, и воспроизводства этого специфического предмета торговли»[34].

С ходом исторического развития общества изменяются как уровень обычных потребностей рабочего, так и средства удовлетворения этих потребностей. В различных странах уровень обычных потребностей рабочего неодинаков. Особенности исторического пути, пройденного данной страной, и условий, в которых формировался класс наёмных рабочих, во многом определяют характер его потребностей. Климатические и другие природные условия также оказывают известное влияние на потребности рабочего в пище, одежде, жилище. В стоимость рабочей силы входит не только стоимость предметов потребления, необходимых для восстановления физических сил человека, но и расходы на удовлетворение культурных потребностей рабочего и его семьи (обучение детей, покупка газет, книг, посещение кино, театра и т. п.). Капиталисты всегда и везде стремятся свести материальные и культурные условия жизни рабочего класса к самому низкому уровню.

Приступая к делу, капиталист закупает всё необходимое для производства: здания, машины, оборудование, сырьё, топливо. Затем он нанимает рабочих, и на предприятии начинается процесс производства. Когда товар готов, капиталист продаёт его. Стоимость готового товара включает в себя: во-первых, стоимость израсходованных средств производства — переработанного сырья, израсходованного топлива, определённую часть стоимости зданий, машин и инструментов; во-вторых, новую стоимость, созданную трудом рабочих на данном предприятии.

Что представляет собой эта новая стоимость?

Допустим, что час простого среднего труда создаёт стоимость, равную 1 доллару, а дневная стоимость рабочей силы равна 6 долларам. В таком случае для возмещения дневной стоимости своей рабочей силы рабочий должен трудиться в течение 6 часов. Но капиталист купил рабочую силу на весь день, и он заставляет пролетария работать не 6 часов, а в течение целого рабочего дня, который продолжается, положим, 12 часов. В течение этих 12 часов рабочий создаёт стоимость, равную 12 долларам, между тем как стоимость его рабочей силы равна 6 долларам.

Теперь мы видим, в чём заключается специфическая потребительная стоимость товара рабочая сила для покупателя этого товара — капиталиста. Потребительная стоимость товара рабочая сила есть его свойство быть источником стоимости, и притом большей стоимости, чем он сам имеет.

Стоимость рабочей силы и стоимость, создаваемая в процессе её потребления, суть две различные величины. Различие этих двух величии является необходимой предпосылкой капиталистической эксплуатации. Капиталистический способ производства предполагает сравнительно высокий уровень производительности труда, при котором рабочему для создания стоимости, равной стоимости его рабочей силы, нужна только часть рабочего дня.

В нашем примере капиталист, затратив 6 долларов на наём рабочего, получает созданную трудом рабочего стоимость, равную 12 долларам. Капиталист возвращает себе первоначально авансированный капитал с приращением, или избытком, равным 6 долларам. Это приращение и составляет прибавочную стоимость.

Прибавочная стоимость есть стоимость, создаваемая трудом наёмного рабочего сверх стоимости его рабочей силы и безвозмездно присваиваемая капиталистом. Таким образом, прибавочная стоимость является результатом неоплаченного труда рабочего.

Рабочий день на капиталистическом предприятии делится на две части: необходимое рабочее время и прибавочное рабочее время, а труд наёмного рабочего — на необходимый и прибавочный труд. В течение необходимого рабочего времени рабочий воспроизводит стоимость своей рабочей силы, а в течение прибавочного рабочего времени создаёт прибавочную стоимость.

Труд рабочего при капитализме представляет собой процесс потребления капиталистом товара рабочая сила, или процесс выжимания капиталистом из рабочего прибавочной стоимости. Процесс труда в условиях капитализма характеризуется двумя коренными особенностями. Во-первых, рабочий работает под контролем капиталиста, которому принадлежит труд рабочего. Во-вторых, капиталисту принадлежит не только труд рабочего, но и продукт этого труда. Эти особенности процесса труда превращают труд наёмного рабочего в тяжёлое и постылое бремя.

Непосредственной целью капиталистического производства является производство прибавочной стоимости. В соответствии с этим производительным трудом при капитализме является только такой труд, который создаёт прибавочную стоимость. Если же рабочий не создаёт прибавочной стоимости, его труд является непроизводительным трудом, ненужным для капитала.

В отличие от прежних форм эксплуатации — рабовладельческой и феодальной — капиталистическая эксплуатация носит замаскированный характер. Когда наёмный рабочий продаёт свою рабочую силу капиталисту, эта сделка на первый взгляд представляется обычной сделкой между товаровладельцами, обычным обменом товара на деньги, совершаемым в полном соответствии с законом стоимости. Однако сделка купли-продажи рабочей силы является лишь внешней формой, за которой скрывается эксплуатация рабочего капиталистом, присвоение предпринимателем без всякого эквивалента неоплаченного труда рабочего.

При выяснении сущности капиталистической эксплуатации мы предполагаем, что капиталист, нанимая рабочего, уплачивает ему полную стоимость его рабочей силы — в строгом соответствии с законом стоимости. В дальнейшем, при рассмотрении заработной платы, будет показано, что в отличие от цен других товаров цена рабочей силы, как правило, отклоняется вниз от её стоимости. Это ещё более увеличивает эксплуатацию рабочего класса классом капиталистов.

Капитализм даёт возможность наёмному рабочему трудиться и, следовательно, жить, лишь поскольку он известное количество времени работает даром на капиталиста. Уйдя с одного капиталистического предприятия, рабочий в наиболее благоприятном для него случае попадает на другое капиталистическое предприятие, где его подвергают такой же эксплуатации. Разоблачая систему наёмного труда как систему наёмного рабства, Маркс указывал, что римский раб был прикован цепями, а наёмный рабочий привязан невидимыми нитями к своему собственнику. Этот собственник — класс капиталистов в целом.

Основным экономическим законом капитализма является закон прибавочной стоимости. Характеризуя капитализм, Маркс писал: «Производство прибавочной стоимости или нажива — таков абсолютный закон этого способа производства»[35]. Этот закон определяет существо капиталистического производства.

Прибавочная стоимость, создаваемая неоплаченным трудом наёмных рабочих, представляет собой общий источник нетрудовых доходов всего класса буржуазии. На почве распределения прибавочной стоимости складываются определённые отношения между различными группами буржуазии: промышленниками, торговцами, банкирами, а также между классом капиталистов и классом землевладельцев.

Погоня за прибавочной стоимостью играет главную роль в развитии производительных сил при капитализме. Ни одна из прежних форм эксплуататорского строя — ни рабство, ни феодализм — не обладала подобной силой, подгоняющей рост техники. При общественных порядках, предшествовавших капитализму, техника развивалась крайне медленно. Капитал в погоне за прибавочной стоимостью произвёл коренной переворот в прежних методах производства — промышленную революцию, породившую крупную машинную промышленность.

Учение о прибавочной стоимости Ленин называл краеугольным камнем экономической теории Маркса. Выяснив источник эксплуатации рабочего класса, прибавочную стоимость, Маркс дал рабочему классу духовное оружие для свержения капитализма. Раскрыв в своём учении о прибавочной стоимости сущность капиталистической эксплуатации, Маркс нанёс смертельный удар буржуазной политической экономии и её утверждениям о гармонии классовых интересов при капитализме.



Капитал как общественное отношение производства. Постоянный и переменный капитал.


Буржуазные экономисты объявляют капиталом всякое орудие труда, всякое средство производства, начиная от камня и палки первобытного человека. Такое определение капитала имеет целью затушевать сущность эксплуатации рабочего капиталистом, представить капитал в виде вечного и неизменного условия существования всякого человеческого общества.

На самом деле камень и палка первобытного человека служили ему орудиями труда, но не были капиталом. Не являются капиталом также инструменты и сырьё ремесленника, инвентарь, семена и рабочий скот крестьянина, ведущего хозяйство, основанное на личном труде. Средства производства становятся капиталом лишь на определённой ступени исторического развития, когда они являются частной собственностью капиталиста и служат средством эксплуатации наёмного труда.

Капитал есть стоимость, которая — путём эксплуатации наёмных рабочих — приносит прибавочную стоимость. По выражению Маркса, капитал представляет собой «мертвый труд, который, как вампир, оживает лишь тогда, когда всасывает живой труд и живет тем полнее, чем больше живого труда он поглощает»[36]. В капитале воплощено производственное отношение между классом капиталистов и рабочим классом, заключающееся в том, что капиталисты как собственники средств и условий производства эксплуатируют наёмных рабочих, создающих для них прибавочную стоимость. Это производственное отношение, как и все другие производственные отношения капиталистического общества, принимает форму отношения вещей и представляется как свойство самих вещей — средств производства — приносить доход капиталисту.


В этом заключается фетишизм капитала: при капиталистическом способе производства создаётся обманчивая видимость, будто средства производства (или определённая сумма денег, на которую можно купить средства производства) сами по себе обладают чудодейственной способностью доставлять своему владельцу регулярный нетрудовой доход.


Различные части капитала играют неодинаковую роль в процессе производства прибавочной стоимости.

Определённую часть капитала предприниматель расходует на постройку фабричного здания, на приобретение оборудования и машин, на закупку сырья, топлива, вспомогательных материалов. Стоимость этой части капитала переносится на вновь произведённый товар по мере того, как средства производства потребляются или изнашиваются в процессе труда. Часть капитала, которая существует в виде стоимости средств производства, в процессе производства не изменяет своей величины и потому называется постоянным капиталом.

Другую часть капитала предприниматель расходует на покупку рабочей силы — на наём рабочих. Взамен этой части затраченного капитала предприниматель по окончании процесса производства получает новую стоимость, которая произведена рабочими на его предприятии. Эта новая стоимость, как мы видели, больше стоимости рабочей силы, купленной капиталистом. Таким образом, часть капитала, расходуемая на заработную плату рабочих, в процессе производства изменяет свою величину: она возрастает в результате создания рабочими прибавочной стоимости, присваиваемой капиталистом. Часть капитала, которая расходуется на покупку рабочей силы (то есть на заработную плату рабочих) и возрастает в процессе производства, называется переменным капиталом.

Маркс обозначает постоянный капитал латинской буквой с, а переменный капитал — буквой v. Деление капитала на постоянную и переменную части было впервые установлено Марксом. Путём этого деления была вскрыта особая роль переменного капитала, идущего на покупку рабочей силы. Эксплуатация наёмных рабочих капиталистами является действительным источником прибавочной стоимости.


Открытие двойственного характера труда, воплощенного в товаре, послужило Марксу ключом к установлению различия между постоянным и переменным капиталом, к раскрытию сущности капиталистической эксплуатации. Маркс показал, что рабочий своим трудом одновременно создаёт новую стоимость и переносит стоимость средств производства на изготовляемый товар. В качестве определённого конкретного труда труд рабочего переносит на продукт стоимость израсходованных средств производства, а в качестве абстрактного труда, как затраты рабочей силы вообще, труд того же рабочего создаёт новую стоимость. Эти две стороны процесса труда различаются весьма осязательно. Например, при повышении производительности труда в данной отрасли вдвое прядильщик в течение рабочего дня перенесет на продукт вдвое больше стоимости средств производства (так как переработает двойную массу хлопка), новой же стоимости он создаст столько же, сколько и раньше.


Норма прибавочной стоимости.


Капитал не изобрёл прибавочного труда. Везде, где общество состоит из эксплуататоров и эксплуатируемых, господствующий класс высасывает прибавочный труд из эксплуатируемых классов. Но в отличие от рабовладельца и феодала, которые в условиях господства натурального хозяйства подавляющую часть продукта прибавочного труда рабов и крепостных крестьян обращали на непосредственное удовлетворение своих потребностей и прихотей, капиталист превращает весь продукт прибавочного труда наёмных рабочих в деньги. Часть этих денег капиталист расходует на покупку предметов потребления и предметов роскоши, другую же часть денег он вновь пускает в дело в качестве дополнительного капитала, приносящего новую прибавочную стоимость. Поэтому капитал обнаруживает, по выражению Маркса, поистине волчью жадность к прибавочному труду. Степень эксплуатации рабочего капиталистом находит своё выражение в норме прибавочной стоимости.

Нормой прибавочной стоимости называется отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу, выраженное в процентах. Норма прибавочной стоимости показывает, в какой пропорции затраченный рабочими труд делится на необходимый и прибавочный труд, иными словами, какую часть рабочего дня пролетарий затрачивает на возмещение стоимости своей рабочей силы и какую часть рабочего дня он трудится даром на капиталиста. Маркс обозначает прибавочную стоимость латинской буквой м, а норму прибавочной стоимости — т'. В приведённом выше случае норма прибавочной стоимости, выраженная в процентах, такова:

Политическая экономия Норма прибавочной стоимости.

Норма прибавочной стоимости здесь равна 100%. Это значит, что в данном случае труд рабочего делится на необходимый и прибавочный труд поровну. С развитием капитализма происходит рост нормы прибавочной стоимости, выражающий повышение степени эксплуатации пролетариата буржуазией Ещё быстрее растёт масса прибавочной стоимости, так как увеличивается число эксплуатируемых капиталом наёмных рабочих.


В статье «Заработки рабочих и прибыль капиталистов в России», написаний в 1912 г., Ленин привёл следующий расчёт, показывающий степень эксплуатации пролетариата в дореволюционной России. По итогам официального обследования фабрик и заводов, произведённого в 1908 г. и давшего, несомненно, преувеличенные цифры о размерах заработков рабочих и преуменьшенные о размерах прибылей капиталистов, заработная плата рабочих равнялась 555,7 миллиона рублей, а прибыль капиталистов составляла 568,7 миллиона рублей. Общее число рабочих обследованных предприятий крупной фабрично-заводской промышленности составляло 2 254 тысячи человек. Таким образом, средняя заработная плата рабочего равнялась 246 рублям в год, причём каждый рабочий приносил в среднем капиталисту 252 рубля прибыли в год.

Таким образом, в царской России рабочий меньшую половину дня работал на себя, а большую половину дня — на капиталиста.


Два способа повышения степени эксплуатации. Абсолютная и относительная прибавочная стоимость.


Каждый капиталист всемерно стремится повысить долю прибавочного труда, выжимаемого из рабочего. Увеличение прибавочной стоимости достигается двумя основными способами.

Возьмём для примера рабочий день продолжительностью в 12 часов, из которых 6 часов составляют необходимый и 6 часов — прибавочный труд. Изобразим этот рабочий день в виде линии, на которой каждое деление равно одному часу.

Политическая экономия Два способа повышения степени эксплуатации. Абсолютная и относительная прибавочная стоимость.

Первый способ повышения степени эксплуатации рабочего заключается в том, что капиталист увеличивает получаемую им прибавочную стоимость путём удлинения всего рабочего дня, допустим, на 2 часа. В таком случае рабочий - день будет выглядеть следующим образом:

Политическая экономия Два способа повышения степени эксплуатации. Абсолютная и относительная прибавочная стоимость.

Величина прибавочного рабочего времени возросла вследствие абсолютного удлинения рабочего дня в целом, причём необходимое рабочее время осталось неизменным. Прибавочная стоимость, производимая путём удлинения рабочего дня, называется абсолютной прибавочной стоимостью.

Второй способ повышения степени эксплуатации рабочего заключается в том, что при неизменной общей продолжительности рабочего дня прибавочная стоимость, получаемая капиталистом, возрастает вследствие сокращения необходимого рабочего времени. Рост производительности труда в отраслях, изготовляющих предметы потребления рабочих, а также доставляющих орудия и материалы для производства этих предметов потребления, ведёт к сокращению рабочего времени, необходимого для их производства. Вследствие этого стоимость средств существования рабочих уменьшается и соответственно снижается стоимость рабочей силы. Если раньше на производство средств существования рабочего затрачивалось 6 часов, то теперь, допустим, затрачивается только 4 часа. В таком случае рабочий день будет выглядеть следующим образом:

Политическая экономия Два способа повышения степени эксплуатации. Абсолютная и относительная прибавочная стоимость.

Длина рабочего дня осталась неизменной, но величина прибавочного рабочего времени возросла вследствие того, что изменилось отношение между необходимым и прибавочным рабочим временем. Прибавочная стоимость, возникающая вследствие уменьшения необходимого рабочего времени и соответствующего увеличения прибавочного рабочего времени, называется относительной прибавочной стоимостью.

Два способа увеличения прибавочной стоимости играют различную роль на разных ступенях исторического развития капитализма. В мануфактурный период, когда техника была низка и сравнительно медленно двигалась вперёд, преимущественное значение имело увеличение абсолютной прибавочной стоимости. С дальнейшим развитием капитализма, в -машинный период, когда высокоразвитая техника позволяет быстро повышать производительность труда, капиталисты добиваются огромного усиления степени эксплуатации рабочих прежде всего за счёт роста относительной прибавочной стоимости. В то же время они по- прежнему всемерно добиваются удлинения рабочего дня и в особенности повышения интенсивности труда. Интенсификация труда рабочих имеет для капиталиста такое же значение, как и удлинение рабочего дня: удлинение рабочего дня с 10 до 11 часов или повышение интенсивности труда на одну десятую дают ему одинаковый результат.


Рабочий день и его границы. Борьба за сокращение рабочего дня.


В погоне за повышением нормы прибавочной стоимости капиталисты стремятся удлинить рабочий день до крайних пределов. Рабочим днём называется то время суток, в течение которого рабочий находится на предприятии в распоряжении капиталиста. Будь это возможно, предприниматель заставлял бы своих рабочих трудиться по 24 часа в сутки. Однако в течение известной части суток человек должен восстанавливать свои силы, отдыхать, спать, питаться. Этим даны чисто физические границы рабочего дня. Помимо того, рабочий день имеет и моральные границы, так как рабочему необходимо время для удовлетворения своих культурных и общественных потребностей.

Капитал, проявляя ненасытную жадность к прибавочному труду, не хочет считаться не только с моральными, но и с чисто физическими границами рабочего дня. По выражению Маркса, капитал беспощаден по отношению к жизни и здоровью рабочего. Хищническая эксплуатация рабочей силы сокращает продолжительность жизни пролетария, ведёт к чрезвычайному повышению смертности среди рабочего населения.

В период возникновения капитализма государственная власть издавала в интересах буржуазии специальные законы, чтобы заставить наёмных рабочих трудиться возможно большее количество часов. Тогда техника оставалась на низком уровне, массы крестьян и ремесленников могли работать самостоятельно, и вследствие этого капитал не имел в своём распоряжении избытка рабочих. Положение изменилось с распространением машинного производства и ростом пролетаризации населения. В распоряжении капитала оказалось достаточно рабочих, которые под угрозой голодной смерти вынуждены были идти в кабалу к капиталистам. Надобность в государственных законах, удлиняющих рабочий день, отпала. Капитал получил возможность путём экономического принуждения удлинять рабочее время до крайних пределов. В этих условиях рабочий класс начал упорную борьбу за сокращение рабочего дня. Эта борьба раньше всего развернулась в Англии.


В результате длительной борьбы английские рабочие добились издания в 1833 г. фабричного закона, который ограничил труд детей до 13 лет 8 часами и труд подростков от 13 до 18 лет — 12 часами. В 1844 г. был издан первый закон об ограничении женского труда 12 часами. В большинстве случаев детский и женский труд применялся наряду с трудом мужчин. Поэтому на предприятиях, охваченных фабричным законодательством, стал распространяться 12-часовой рабочий день для всех рабочих. Законом 1847 г. труд подростков и женщин был ограничен 10 часами. Ограничения эти коснулись, однако, далеко не всех отраслей наёмного труда. Законом 1901 г. рабочий день взрослых рабочих был ограничен 12 часами.


По мере того как росло сопротивление рабочих, законы об ограничении рабочего дня стали появляться и в других капиталистических странах. После издания каждого такого закона рабочим приходилось вести неослабную борьбу за проведение его в жизнь.

Особенно упорная борьба за законодательное ограничение рабочего времени развернулась после того, как рабочий класс выдвинул в качестве своего боевого призыва требование восьмичасового рабочего дня. Это требование было провозглашено в 1866 г. Рабочим конгрессом в Америке и конгрессом I Интернационала по предложению Маркса. Борьба за восьмичасовой рабочий день стала неотъемлемой частью не только экономической, но и политической борьбы пролетариата.

В царской России первые фабричные законы появились в конце XIX века. После известных стачек петербургского пролетариата закон 1897 г. ограничил рабочий день 11Политическая экономия Рабочий день и его границы. Борьба за сокращение рабочего дня.часами. Этот закон был, по словам Ленина, вынужденной уступкой, отвоёванной русскими рабочими у царского правительства.

Накануне первой мировой войны в большинстве капиталистически развитых стран преобладал 10—12-часовой рабочий день. В 1919 г. под влиянием страха буржуазии перед ростом революционного движения представители ряда капиталистических стран заключили в Вашингтоне соглашение о введении 8-часового рабочего дня в международном масштабе, но затем все крупные капиталистические государства отказались утвердить это соглашение. В капиталистических странах наряду с изнуряющей интенсивностью труда существует длинный рабочий день, особенно в промышленности, производящей вооружение. В Японии накануне второй мировой войны закон установил для рабочих старше 16 лет 12-часовой рабочий день, а фактически в ряде производств рабочий день достигал 15—16 часов. Непомерно длинный рабочий день является уделом пролетариата в колониальных и зависимых странах.


Избыточная прибавочная стоимость.


Разновидностью относительной прибавочной стоимости является избыточная прибавочная стоимость. Она получается в тех случаях, когда отдельные капиталисты вводят у себя машины и методы производства, более совершенные по сравнению с теми, которые применяются на большинстве предприятий той же отрасли. Таким путём отдельный капиталист добивается на своём предприятии более высокой производительности труда по сравнению со средним уровнем, существующим в данной отрасли производства. Вследствие этого индивидуальная стоимость товара, производимого на предприятии данного капиталиста, оказывается ниже общественной стоимости этого товара. Поскольку же цена товара определяется его общественной стоимостью, капиталист получает более высокую норму прибавочной стоимости по сравнению с обычной нормой.


Возьмём следующий пример. Предположим, что на табачной фабрике рабочий производит тысячу папирос в час и работает 12 часов, из которых в течение 6 часов он создаёт стоимость, равную стоимости своей рабочей силы. Если на фабрике вводится машина, повышающая производительность труда вдвое, то рабочий, трудясь попрежнему 12 часов, вырабатывает уже не 12 тысяч, а 24 тысячи папирос. Заработную плату рабочего возмещает часть вновь созданной стоимости, воплощённая (за вычетом стоимости перенесённой части постоянного капитала) в 6 тысячах папирос, то есть в продукте 3 часов. На долю фабриканта остаётся другая часть вновь созданной стоимости, воплощённая (за вычетом стоимости перенесённой части постоянного капитала) в 18 тысячах папирос, то есть в продукте 9 часов.

Таким образом, происходит сокращение необходимого рабочего времени и соответствующее удлинение прибавочного рабочего времени. Рабочий возмещает стоимость своей рабочей силы уже не в течение 6 часов, а в течение 3 часов; его прибавочный труд возрос с 6 часов до 9 часов. Норма прибавочной стоимости возросла в 3 раза.


Избыточная прибавочная стоимость есть излишек прибавочной стоимости сверх обычной нормы, получаемый отдельными капиталистами, которые с помощью более совершенных машин или методов производства добиваются на своих предприятиях более высокой производительности труда по сравнению с производительностью труда на большинстве предприятий той же отрасли.

Получение избыточной прибавочной стоимости представляет собой на каждом отдельном предприятии лишь временное явление. Раньше или позже большинство предпринимателей той же отрасли вводит у себя новые машины, а кто не обладает достаточным для этого капиталом, тот разоряется в ходе конкуренции. В результате этого время, общественно необходимое для производства данного товара, уменьшается, стоимость товара понижается, и капиталист, который раньше других применил технические усовершенствования, перестаёт получать избыточную прибавочную стоимость. Однако, исчезая на одном предприятии, избыточная прибавочная стоимость появляется на другом, где вводятся новые, ещё более совершенные машины.

Каждый капиталист стремится лишь к собственному обогащению. Но конечным результатом разрозненных действий отдельных предпринимателей является рост техники, развитие производительных сил капиталистического общества. В то же время погоня за прибавочной стоимостью побуждает каждого капиталиста охранять свои технические достижения от конкурентов, порождает коммерческую тайну и технологические секреты. Так обнаруживается, что капитализм ставит развитию производительных сил определённые рамки.

Развитие производительных сил при капитализме происходит в противоречивой форме. Капиталисты применяют новые машины лишь тогда, когда это приводит к увеличению прибавочной стоимости. Введение новых машин служит основой для всемерного повышения степени эксплуатации пролетариата, удлинения рабочего дня и роста интенсивности труда; прогресс техники осуществляется ценой неисчислимых жертв и лишений многих поколений рабочего класса. Таким образом, капитализм самым хищническим образом обращается с главной производительной силой общества — с рабочим классом, трудящимися массами.

Классовая структура капиталистического общества. Буржуазное государство. Для докапиталистических способов производства было характерно расчленение общества на различные классы и сословия, создававшее сложную иерархическую структуру общества. Буржуазная эпоха упростила классовые противоречия и заменила разнообразные формы наследственных привилегий и личной зависимости безличной властью денег, неограниченным деспотизмом капитала. При капиталистическом способе производства общество всё более раскалывается на два больших враждебных лагеря, на два противоположных класса — буржуазию и пролетариат.

Буржуазия есть класс, который владеет средствами производства и использует их для эксплуатации наёмного труда.

Пролетариат есть класс наёмных рабочих, лишённых средств производства и вследствие этого вынужденных продавать свою рабочую силу капиталистам. На основе машинного производства капитал полностью подчинил себе наёмный труд. Для класса наёмных рабочих пролетарское состояние стало пожизненным уделом. В силу своего экономического положения пролетариат является наиболее революционным классом.

Буржуазия и пролетариат являются основными классами капиталистического общества. Пока существует капиталистический способ производства, эти два класса неразрывно связаны между собой: буржуазия не может существовать и обогащаться, не эксплуатируя наёмных рабочих; пролетарии не могут жить, не нанимаясь к капиталистам. В то же время буржуазия и пролетариат — антагонистические классы, интересы которых противоположны и непримиримо враждебны. Господствующим классом капиталистического общества является буржуазия. Развитие капитализма ведёт к углублению пропасти между эксплуататорским меньшинством и эксплуатируемыми массами. Классовая борьба между пролетариатом и буржуазией представляет собой движущую силу капиталистического общества.

Во всех буржуазных странах значительную часть населения составляет крестьянство.

Крестьянство есть класс мелких производителей, которые ведут своё хозяйство на базе частной собственности на средства производства с помощью отсталой техники и ручного труда. Основная масса крестьянства нещадно эксплуатируется помещиками, кулаками, купцами и ростовщиками и разоряется. В процессе расслоения крестьянство непрерывно выделяет из себя, с одной стороны, массы пролетариев и, с другой — кулаков, капиталистов.

Капиталистическое государство, пришедшее на смену государству феодально-крепостнической эпохи в результате буржуазной революции, по своей классовой сути является в руках капиталистов орудием подчинения и угнетения рабочего класса и крестьянства. Буржуазное государство охраняет капиталистическую частную собственность на средства производства, обеспечивает эксплуатацию трудящихся и подавляет их борьбу против капиталистического строя.

Поскольку интересы класса капиталистов резко противоположны интересам подавляющего большинства населения, буржуазия вынуждена всячески скрывать классовый характер своего государства. Буржуазия пытается представить это государство в виде якобы надклассового, общенародного, в виде государства «чистой демократии». Но на деле буржуазная «свобода» является свободой капитала эксплуатировать чужой труд; буржуазное «равенство» представляет собой обман, прикрывающий фактическое неравенство между эксплуататором и эксплуатируемым, между сытым и голодным, между собственниками средств производства и массой пролетариев, владеющих только своей рабочей силой.

Буржуазное государство подавляет народные массы при помощи своего административного аппарата, полиции, армии, судов, тюрем, концентрационных лагерей и других средств насилия. Необходимым дополнением к этим средствам насилия являются средства идеологического воздействия, с помощью которых буржуазия сохраняет своё господство. Сюда относятся буржуазная пресса, радио, кино, буржуазная наука и искусство, церковь.

Буржуазное государство есть исполнительный комитет класса капиталистов. Буржуазные конституции имеют целью закрепить общественные порядки, угодные и выгодные имущим классам. Основу капиталистического строя — частную собственность на средства производства — буржуазное государство объявляет священной и неприкосновенной.

Формы буржуазных государств весьма разнообразны, но суть их одна: все эти государства являются диктатурой буржуазии, стремящейся всеми средствами сохранить и укрепить строй эксплуатации наёмного труда капиталом.

По мере роста крупного капиталистического производства увеличивается численность пролетариата, который всё более осознаёт свои классовые интересы, развивается политически и организуется для борьбы против буржуазии.

Пролетариат является таким трудящимся классом, который связан с передовой формой хозяйства — с крупным производством. «Только пролетариат,— в силу экономической роли его в крупном производстве,— способен быть вождем всех трудящихся и эксплуатируемых масс»[37]. Промышленный пролетариат, являющийся самым революционным, самым передовым классом капиталистического общества, способен собрать вокруг себя трудящиеся массы крестьянства, все эксплуатируемые слои населения и повести их на штурм капитализма.


Краткие выводы


1. При капиталистическом строе основой производственных отношений является капиталистическая собственность на средства производства, используемая для эксплуатации наёмных рабочих. Капитализм есть товарное производство на высшей ступени его развития, когда и рабочая сила становится товаром. Будучи товаром, рабочая сила при капитализме имеет стоимость и потребительную стоимость. Стоимость товара рабочая сила определяется стоимостью средств существования, необходимых для содержания рабочего и его семьи. Потребительная стоимость товара рабочая сила заключается в его свойстве быть источником стоимости и прибавочной стоимости.

2. Прибавочная стоимость есть стоимость, создаваемая трудом рабочего сверх стоимости его рабочей силы и безвозмездно присваиваемая капиталистом. Закон прибавочной стоимости является основным экономическим законом капитализма.

3. Капитал есть стоимость, приносящая — путём эксплуатации наёмных рабочих — прибавочную стоимость. Капитал воплощает в себе общественное отношение между классом капиталистов и рабочим классом. В процессе производства прибавочной стоимости различные части капитала играют неодинаковую роль. Постоянный капитал представляет собой ту часть капитала, которая расходуется на средства производства; эта часть капитала не создаёт новой стоимости, не изменяет своей величины. Переменный капитал представляет собой ту часть капитала, которая расходуется на покупку рабочей силы; эта часть капитала возрастает в результате присвоения капиталистом прибавочной стоимости, созданной трудом рабочего.

4. Норма прибавочной стоимости есть отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу. Она выражает степень эксплуатации рабочего капиталистом. Капиталисты повышают норму прибавочной стоимости двумя способами— посредством производства абсолютной прибавочной стоимости и посредством производства относительной прибавочной стоимости. Абсолютная прибавочная стоимость есть прибавочная стоимость, создаваемая путём удлинения рабочего дня или повышения интенсивности труда. Относительная прибавочная стоимость есть прибавочная стоимость, создаваемая путём сокращения необходимого рабочего времени и соответствующего увеличения прибавочного рабочего времени.

5. Классовые интересы буржуазии и пролетариата непримиримы. Противоречие между буржуазией и пролетариатом составляет главное классовое противоречие капиталистического общества. Органом охраны капиталистического строя и подавления трудящегося и эксплуатируемого большинства общества является буржуазное государство, представляющее собой диктатуру буржуазии.


ГЛАВА VIII ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА


Цена рабочей силы. Сущность заработной платы.


При капиталистическом способе производства рабочая сила, подобно всякому другому товару, имеет стоимость. Стоимость рабочей силы, выраженная в деньгах, есть цена рабочей силы.

Цена рабочей силы отличается от цены других товаров. Когда товаропроизводитель продаёт на рынке, допустим, холст, полученная за него сумма денег представляется не чем иным, как ценой проданного товара. Когда пролетарий продаёт капиталисту свою рабочую силу и получает определённую сумму денег в виде заработной платы, то эта сумма денег представляется не ценой товара рабочая сила, а ценой труда.

Происходит это в силу следующих причин. Во-первых, капиталист уплачивает рабочему его заработную плату уже после того, как рабочий затратил свой труд. Во-вторых, заработная плата устанавливается либо в соответствии с количеством проработанного времени (часов, дней, недель), либо в соответствии с количеством произведённого продукта. Возьмём прежний пример. Положим, рабочий трудится 12 часов в день. В течение 6 часов он производит стоимость в 6 долларов, равную стоимости его рабочей силы. В остальные 6 часов он производит стоимость в 6 долларов, которая в качестве прибавочной стоимости присваивается капиталистом. Так как предприниматель нанял пролетария на полный рабочий день, он за все 12 часов труда уплачивает ему 6 долларов. Так порождается обманчивая видимость, будто заработная плата есть цена труда, будто 6 долларов есть полная оплата всего 12-часового рабочего дня. На деле же 6 долларов представляют собой лишь дневную стоимость рабочей силы, между тем как трудом пролетария создана стоимость, равная 12 долларам. Если же на предприятии установлена оплата по количеству произведённого продукта, то возникает видимость, будто рабочему оплачивается труд, затраченный на каждую единицу изготовленного им товара, то есть опять-таки, будто весь затраченный рабочим труд оплачен полностью.

Эта обманчивая видимость не является случайным заблуждением людей. Она порождается самими условиями капиталистического производства, при которых эксплуатация скрыта, затушёвана, а отношения предпринимателя и наёмного рабочего представляются в искажённом виде, как отношения равных товаровладельцев.

В действительности заработная плата наёмного рабочего не является стоимостью или ценой его труда. Если допустить, что труд представляет собой товар и имеет стоимость, то величина этой стоимости должна чем-то измеряться. Очевидно, величина «стоимости труда», как и всякого товара, должна измеряться количеством заключающегося в ней труда. При таком допущении получается порочный круг: труд измеряется трудом.

Далее, если бы капиталист оплачивал рабочему «стоимость труда», то есть оплачивал труд полностью, тогда не было бы источника обогащения капиталиста, иначе говоря, не мог бы существовать капиталистический способ производства.

Труд является создателем стоимости товаров, но сам труд не является товаром и не имеет стоимости. То, что в обыденной жизни именуется «стоимостью труда», есть в действительности стоимость рабочей силы.

Капиталист покупает на рынке не труд, а особый товар — рабочую силу. Потребление рабочей силы, то есть расходование мускульной, нервной, мозговой энергии рабочего, есть процесс труда. Заработная плата является оплатой лишь части рабочего дня. Стоимость рабочей силы всегда меньше, чем вновь созданная .трудом рабочего стоимость. Но поскольку заработная плата по форме выступает как оплата труда, создаётся представление, будто весь рабочий день оплачен полностью. Поэтому Маркс называет заработную плату в буржуазном обществе превращённой формой стоимости или цены рабочей силы. «Заработная плата является ие тем, чем она кажется, не стоимостью — или ценой — труда, а лишь замаскированной формой стоимости — или цены — рабочей силы».

Заработная плата есть денежное выражение стоимости рабочей силы, её цена, выступающая как цена труда.


При рабстве между рабовладельцем и рабом не совершается сделки купли-продажи рабочей силы. Раб есть собственность рабовладельца. Поэтому кажется, что весь труд раба отдаётся даром, что даже та часть труда, которая возмещает расходы по содержанию раба, является трудом неоплаченным, трудом на рабовладельца. В феодальном обществе необходимый труд крестьянина в своём хозяйстве и прибавочный труд в хозяйстве помещика отчётливо разграничены во времени и пространстве. При капиталистическом строе даже неоплаченный труд наёмного рабочего представляется оплаченным трудом.


Заработная плата скрывает всякие следы разделения рабочего дня на необходимое и прибавочное рабочее время, на оплаченный и неоплаченный труд и таким образом маскирует отношение капиталистической эксплуатации.

Основные формы заработной платы. Основными формами заработной платы являются: 1) повременная и 2) поштучная (сдельная).

Повременная заработная плата есть такая форма заработной платы, при которой величина заработка рабочего находится в зависимости от проработанного им времени — часов, дней, недель, месяцев. В соответствии с этим различаются: почасовая оплата, подённая, понедельная, помесячная.

При одной и той же величине повременной заработной платы фактическая оплата рабочего может быть различной, в зависимости от продолжительности рабочего дня. Мерой оплаты рабочего за затраченный им труд в единицу времени служит цена одного рабочего часа. Хотя, как указывалось, сам труд не имеет стоимости, а следовательно, и цены, для определения величины оплаты рабочего принимается условное название «цена труда». Единицей меры «цены труда» служит оплата труда за один рабочий час, или цена рабочего часа. Так, если средний рабочий день длится 12 часов, а средняя дневная стоимость рабочей силы равняется 6 долларам, то средняя цена рабочего часа (600 центов: 12) будет равна 50 центам.

Повременная оплата даёт возможность капиталисту усиливать эксплуатацию рабочего путём удлинения рабочего дня, понижать цену рабочего часа, оставляя заработную плату за день, неделю, месяц неизменной. Предположим, что дневная оплата остаётся прежней — 6 долларов, но рабочий день будет увеличен с 12 до 13 часов; в таком случае цена одного рабочего часа (600 центов : 13) понизится с 50 до 46 центов. Под давлением требований рабочих капиталист иногда бывает вынужден повысить дневную (и соответственно недельную, месячную) заработную плату, но цена одного рабочего часа при этом может остаться неизменной или даже упасть. Так, если дневная заработная плата будет повышена с 6 долларов до 6 долларов 20 центов, а рабочий день увеличится с 12 до 14 часов, то цена рабочего часа в этом случае понизится (620 центов: 14) до 44 центов.

Рост интенсификации труда фактически также означает падение цены рабочего часа, так как при большей затрате энергии, что равносильно удлинению рабочего дня, оплата остаётся прежней. В результате падения цены рабочего часа пролетарий, чтобы существовать, вынужден трудиться всё более напряжённо либо соглашаться на дальнейшее удлинение рабочего дня. Безмерная интенсификация труда, как и удлинение рабочего дня ведут к повышенному расходованию рабочей силы, к её подрыву. Чем ниже оплачивается каждый рабочий час, тем большее количество труда или тем более длинный рабочий день требуются для того, чтобы рабочему была обеспечена хотя бы самая жалкая плата. С другой стороны, удлинение рабочего времени вызывает в свою очередь понижение оплаты рабочего часа.

То обстоятельство, что с удлинением рабочего дня или с повышением интенсивности труда оплата одного часа труда снижается, капиталист использует в своих интересах. При благоприятных для сбыта товаров условиях он удлиняет рабочий день, вводит сверхурочную работу, то есть работу сверх установленной продолжительности рабочего дня. Если же условия рынка неблагоприятны и капиталист вынужден временно уменьшить объём производства, он сокращает рабочий день и вводит почасовую оплату труда. Почасовая оплата при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе резко снижает заработную плату. Если в нашем примере рабочий день будет сокращён с 12 до 6 часов с сохранением прежней оплаты труда в 50 центов за час, то дневной заработок рабочего составит всего 3 доллара, то есть будет в 2 раза меньше дневной стоимости рабочей силы. Следовательно, рабочий теряет в оплате не только при чрезмерном удлинении рабочего дня, но и тогда, когда он вынужден работать неполное время.

«Капиталист может теперь выколотить из рабочего определенное количество прибавочного труда, не доводя рабочего времени до уровня, необходимого для поддержания существования рабочего. Он может уничтожить всякую регулярность труда и, руководствуясь исключительно своим удобством, прихотью и минутным интересом, сменять периоды чудовищного чрезмерного труда периодами относительной или даже полной безработицы»[39].

При повременной заработной плате величина заработка рабочего не находится в прямой зависимости от степени интенсивности его труда: с повышением интенсивности труда повременная заработная плата не повышается, а цена рабочего часа фактически надает. В целях усиления эксплуатации капиталист содержит специальных надсмотрщиков, которые обеспечивают соблюдение рабочими капиталистической дисциплины труда и дальнейшую его интенсификацию.


Повременная заработная плата была распространена на ранних ступенях развития капитализма, когда предприниматель, не встречая ещё сколько-нибудь организованного сопротивления рабочих, мог доживаться увеличения прибавочной стоимости путём удлинения рабочего дня. Однако повременная заработная плата сохраняется и на высшей стадии капитализма. В ряде случаев она представляет для капиталиста немалые удобства: путём ускорения движения машин капиталист заставляет рабочих трудиться всё Солее интенсивно без повышения заработной платы.


Поштучная (сдельная) заработная плата есть такая форма заработной платы, при которой величина заработка рабочего находится в зависимости от количества выработанных им в единицу времени изделий, отдельных деталей, или от количества выполненных операций. При повременной оплате затраченный рабочим труд измеряется своей продолжительностью, при поштучной оплате — количеством произведённых изделий (или выполненных операций), каждое из которых оплачивается по определённым расценкам.

Устанавливая расценки, капиталист принимает в расчёт, во- первых, дневную повременную заработную плату рабочего и, во-вторых, количество изделий или деталей, которое вырабатывает рабочий в течение дня, причём обычно за норму берётся наивысшая выработка рабочего. Если средняя дневная заработная плата в данной отрасли производства при повременной оплате составляет 6 долларов, а количество изделий определённого рода, вырабатываемых рабочим, — 60 штук, то поштучная расценка за изделие или деталь составит 10 центов. Поштучная расцепка устанавливается капиталистом с таким расчётом, чтобы часовой (дневной, недельный) заработок рабочего был не выше, чем при повременной заработной плате. Таким образом, сдельная оплата в своей основе является видоизменённой формой повременной оплаты.

Сдельная оплата ещё в большей мере, чем повременная, порождает обманчивую видимость, будто рабочий продаёт капиталисту не рабочую силу, а труд и получает полную оплату труда в соответствии с количеством выработанной продукции.

Капиталистическая сдельщина ведёт к постоянному усилению интенсивности труда. Вместе с тем она облегчает предпринимателю надзор за рабочими. Степень напряжённости труда контролируется здесь количеством и качеством продукта, который работник должен изготовить, чтобы приобрести необходимые средства существования. Рабочий вынужден увеличивать поштучную выработку, трудиться всё интенсивнее. Но как только более или менее значительная часть рабочих достигает нового, повышенного уровня интенсивности труда, капиталист снижает поштучные расценки. Если в нашем примере поштучная расценка снижается, скажем, в 2 раза, рабочий дли сохранения прежнего заработка вынужден трудиться за двоих, то есть вынужден увеличить рабочее время либо ещё более повысить напряжённость труда, чтобы в течение дня произвести не 60, а 120 деталей. «Рабочий пытается отстоять общую сумму своей заработной платы тем, что больше трудится: работает большее число часов или изготовляет больше в течение одного часа... Результат таков: чем больше он работает, тем меньшую плату он получает». В этом состоит важнейшая особенность сдельной заработной платы при капитализме.

Повременная и поштучная формы заработной платы нередко применяются одновременно на одних и тех же предприятиях. При капитализме обе эти формы заработной платы являются лишь различными способами усиления эксплуатации рабочего класса.

Капиталистическая сдельщина лежит в основе потогонных систем заработной платы, применяемых в буржуазных странах.


Потогонные системы заработной платы.


Важнейшей чертом капиталистической сдельшины является безмерная интенсификация труда, выматывающая все силы работника. При этом заработная плата не возмещает повышенного расходования рабочей силы. За пределами определённой продолжительности труда и его интенсивности никакое дополнительное возмещение не может предотвратить прямое разрушение рабочей силы.

В результате применения на капиталистических предприятиях изнуряющих методов организации труда обычно к концу рабочего дня сказывается перенапряжение мускульных и нервных сил рабочего, что ведёт к падению производительности труда. В погоне за увеличением прибавочной стоимости капиталист прибегает к различным потогонным системам заработной платы, чтобы добиться высокой интенсивности труда в течение всего рабочего дня. Этим же целям при капитализме служит так называемая «научная организация труда». Распространёнными формами такой организации труда с применением предельно изнуряющих работника систем заработной платы являются тейлоризм и фордизм, в основу которых положен принцип максимального повышения интенсивности труда.


Сущность тейлоризма (система, получившая наименование по имени её автора — американского инженера Ф. Тэйлора) состоит в следующем. На предприятии отбираются наиболее сильные и ловкие рабочие. Их заставляют работать с максимальным напряжением. Выполнение каждой отдельной операции фиксируется в секундах и долях секунды. На основе данных хронометража устанавливаются производственный режим и нормы времени для всей массы рабочих. При перевыполнении нормы — «урока» — рабочий получает небольшую надбавку к дневной заработной плате — премию; если норма не выполнена, рабочий оплачивается по сильно сниженным расценкам. Капиталистическая организация труда по системе Тэйлора выматывает все силы рабочего, превращает его в автомат, механически выполняющий одни и те же движения.

В. И. Ленин приводит конкретный пример (работа по нагрузке чугуна на тележку), когда с введением системы Тэйлора только на выполнении одной операции капиталист смог сократить количество рабочих с 500 до 140 человек, то есть в 3,6 раза; за счёт чудовищного усиления интенсивности труда дневная норма рабочего по нагрузке увеличилась с 16 до 59 тонн, то есть в 3,7 раза; при выполнении рабочим в течение 1 дня работы, которую он раньше выполнял в 3—4 дня, его дневной заработок номинально увеличился (и то лишь на первое время) всего на 63%. Иными словами, с введением такой системы оплаты дневной заработок рабочего фактически, в сравнении с затратами труда, уменьшился в 2,3 раза. «В результате,— писал Ленин,— за те же (9-10 часов работы выжимают из рабочего втрое больше труда, выматывают безжалостно все его силы, высасывают с утроенной скоростью каждую каплю нервной и мускульной энергии наемного раба. Умрет раньше? — Много других за воротами!..»[41].

Такую организацию труда и оплаты работника Ленин называл «научной» системой выжимания пота».

Система организации труда и заработной платы, введённая американским «автомобильным королём» Г. Фордом и многими другими капиталистами (система фордизма), преследует ту же цель — выжать из работника наибольшее количество прибавочной стоимости на основе максимального повышения интенсивности труда. Достигается это путём всё большего ускорения темпов работы конвейеров и внедрения потогонных систем заработной платы. Односложность трудовых операций работника на фордовских конвейерах позволяет широко применять труд неквалифицированных рабочих и устанавливать им низкие ставки. Огромная интенсификация труда не сопровождается увеличением заработной платы или сокращением рабочего дня. В результате рабочий быстро изнашивается, превращается в инвалида, его увольняют с предприятия за негодностью, и он попадает в ряды безработных.

Усиление эксплуатации рабочих достигается также другими системами организации труда и заработной платы, являющимися разновидностями тэйлоризма и фордизма. К их числу относится, например, система Ганта (США). В отличие от сдельной системы Тэйлора система Ганта является повременно-премиальной Рабочему задаётся определённый «урок» и устанавливается очень низкая гарантированная оплата за единицу проработанного времени независимо от выработки нормы. При выполнении «урока» рабочему выплачивается небольшая надбавка к гарантированному минимуму — «премия». В основу системы Хелси (США) положен принцип премиальной оплаты за «сбережённое» время в дополнение к «средней плате» за час труда. По этой системе, например, при удвоении интенсивности труда за каждый час «сбережённого» времени выплачивается «премия» в размере примерно ⅓ почасовой оплаты. В силу этого, чем интенсивнее труд, тем в большей степени понижается заработная плата рабочего по сравнению с затраченным им трудом. На тех же принципах основана система Роуэна (Англия).

Одним из способов увеличения прибавочной стоимости, построенным на обмане рабочих, является так называемое «участие рабочих в прибылях». Под предлогом заинтересованности рабочего в увеличении прибыльности 'предприятия капиталист снижает основной заработок работников и за этот счёт образует фонд «распределения прибылей между рабочими». Затем в конце года под видом «прибыли» рабочему выдаётся фактически часть заработной платы, предварительно удержанная из его заработка. В конечном итоге рабочий, «участвующий в прибылях», получает на деле меньше обычной заработной платы. В тех же целях практикуется размещение среди рабочих акций данного предприятия.


Ухищрения капиталистов при всех системах оплаты направлены к тому, чтобы выжать из рабочего возможно больше прибавочной стоимости. Предприниматели используют всякие средства, чтобы отравить сознание рабочих мнимой их заинтересованностью в усилении интенсивности труда, в уменьшении расходов по заработной плате на единицу продукции, в повышении прибыльности предприятия. Таким путём капиталисты стремятся ослабить сопротивление пролетариата наступлению капитала, добиться отказа рабочих от вступления в профсоюзы, от участия в стачках, добиться раскола рабочего движения.

При всём многообразии форм капиталистической сдельщины сущность её остаётся неизменной: с повышением интенсивности труда, его производительности заработная плата рабочего фактически снижается, доходы капиталиста возрастают.


Номинальная и реальная заработная плата.


На первых ступенях развития капитализма широкое распространение имела оплата работников наёмного труда натурой: рабочий получал кров, скудное питание и немного денег.


Оплата натурой в известной мере сохраняется и в машинный период капитализма. Она практиковалась, например, в добывающей и текстильной промышленности дореволюционной России. Оплата натурой имеет распространение в капиталистическом сельском хозяйстве при использовании труда батраков, в некоторых отраслях промышленности капиталистических стран, в колониальных и зависимых странах. Формы оплаты работника натурой различны.

Капиталисты ставят рабочих в такое положение, когда они вынуждены брать в долг продукты в фабричной лавке, пользоваться жильём при руднике или на плантации на тяжёлых для рабочих условиях, установленных предпринимателем, и т. д. При оплате натурой капиталист эксплуатирует наёмного рабочего не только как продавца рабочей силы, но и как потребителя.


Для развитого капиталистического способа производства характерна денежная заработная плата.

Следует различать номинальную и реальную заработную плату.

Номинальная заработная плата есть заработная плата, выраженная в деньгах; это сумма денег, которую получает рабочий за проданную капиталисту рабочую силу.

Номинальная заработная плата сама по себе не даёт представления о фактическом уровне оплаты рабочего. Например, номинальная заработная плата может остаться без изменения, но если в то же время цены на предметы потребления и налоги возрастут, фактическая заработная плата рабочего понизится. Номинальная заработная плата может даже возрасти, но если дороговизна жизни за тот же период времени повысится в большей степени, чем возросла номинальная заработная плата, то фактическая заработная плата снизится.

Реальная заработная плата есть заработная плата, выраженная в средствах существования рабочего; она показывает, сколько и каких предметов потребления и услуг может купить рабочий на свою денежную заработную плату. Чтобы определить реальную заработную плату рабочего, необходимо учитывать величину поминальной заработной платы, уровень цен на предметы потребления, высоту квартирной платы, тяжесть налогов, уплачиваемых рабочим, продолжительность рабочего дня, степень интенсивности труда, наличие неоплачиваемых дней при сокращённой рабочей неделе, количество безработных и полубезработных, которые содержатся за счёт рабочего класса.

Заработная плата при капитализме ввиду её низкого уровня, систематического удорожания стоимости жизни и роста безработицы не обеспечивает большинству рабочих даже прожиточного минимума.

Удорожание стоимости жизни и связанное с этим падение уровня реальной заработной платы обусловливаются прежде всего систематическим ростом цен на предметы массового потребления. Так, во Франции вследствие инфляции розничные цены на продовольственные товары в 1938 г. более чем в 7 раз превышали уровень цен 1914 г.

Значительную часть заработной платы рабочего поглощает квартирная плата. В Германии с 1900 по 1930 г. квартирная плата возросла в среднем на 69%. По данным Международного бюро статистики труда, в 30-х годах XX века рабочие расходовали на квартирную плату, отопление и освещение в Соединённых Штатах Америки 25%, в Англии — 20, в Канаде — 27% бюджета семьи. В царской России расходы на жилище у рабочих доходили до одной трети заработка.

Крупным вычетом из заработной платы являются налоги на трудящихся. В главных капиталистических странах в послевоенные годы прямые и косвенные налоги поглощают не менее ⅓ заработной платы рабочей семьи.

В капиталистическом обществе заработная плата не является устойчивым и надёжным источником существования рабочего и его семьи. Цена рабочей силы, как и всякого другого товара, подвержена постоянным колебаниям стихии рынка. Периоды занятости рабочего в производстве сменяются периодами его полной или частичной безработицы, когда рабочий либо вовсе лишается заработной платы, либо уровень её резко снижается.


При определении среднего уровня заработной платы буржуазная статистика сознательно искажает действительность: она относит к заработной плате доходы руководящей верхушки промышленной и финансовой бюрократии (управляющих предприятиями, директоров банков и т. д.), включает в подсчёты заработную плату лишь квалифицированных рабочих и исключает из подсчётов заработную плату многочисленного слоя низкооплачиваемых неквалифицированных рабочих, сельскохозяйственного пролетариата, игнорирует наличие огромной армии безработных и полубезработных, рост цен на предметы широкого потребления и рост налогов, прибегает к другим методам фальсификации, чтобы приукрасить фактическое положение рабочего класса при капитализме.

В 1938 г. буржуазные экономисты США, применяя крайне скудные нормы, исчислили для США прожиточный минимум рабочей семьи, состоящей из 4 человек, в размере 2 177 долларов в год. Между тем в 1938 г. средняя годовая заработная плата на одного промышленного рабочего в США составляла 1 176 долларов, то есть немногим более половины этого заниженного прожиточного минимума, а с учётом наличия безработных — 740 долларов, то есть лишь одну треть этого прожиточного минимума. В 1937 г. весьма ограниченный прожиточный минимум средней рабочей семьи в Англии был определён буржуазными экономистами в размере 55 шиллингов в неделю. По официальным данным, 80°/о рабочих угольной промышленности, 75% рабочих добывающей промышленности (без угольной промышленности), 57% рабочих коммунальных предприятий Англии зарабатывали меньше этого прожиточного минимума.


Падение реальной заработной платы при капитализме.


На основе анализа капиталистического способа производства Маркс установил следующую основную закономерность в отношении заработной платы. «Общая тенденция капиталистического производства ведет не к повышению среднего уровня заработной платы, а к понижению его».

Как уже говорилось, реальная заработная плата рабочей семьи, а следовательно всей массы рабочих, снижается в результате роста дороговизны на предметы потребления, усиления налогового бремени, повышения квартирной платы. Вместе с тем общий уровень реальной заработной платы рабочего класса в целом снижается под воздействием капиталистического рынка труда.

Заработная плата как цена рабочей силы, подобно цене всякого товара, определяется законом стоимости. Цены товаров в капиталистическом хозяйстве колеблются вокруг стоимости вверх и вниз под влиянием спроса и предложения. Но в отличие от цен других товаров цена рабочей силы, как правило, отклоняется вниз от её стоимости. Такое отклонение заработной платы вниз от её стоимости и связанное с этим падение реальной заработной платы обусловливается прежде всего наличием безработицы. Капиталист стремится купить рабочую силу как можно дешевле. При безработице предложение рабочей силы превышает спрос на неё. Товар рабочая сила отличается от других товаров тем, что пролетарий не может отложить его продажу. Чтобы не умереть с голоду, он вынужден продавать свою рабочую силу на тех условиях, которые предлагает ему капиталист. Наличие безработицы усиливает конкуренцию между рабочими. Пользуясь этим, капиталист платит рабочему заработную плату ниже стоимости рабочей силы. Таким образом, нищенское положение безработных, которые входят в состав рабочего класса, влияет на материальное положение рабочих, занятых в производстве, снижает уровень их заработной платы.

Далее, применение машинной техники открывает капиталистам широкие возможности замены в производстве мужского труда женским и детским трудом. Стоимость рабочей силы определяется стоимостью средств существования, необходимых для рабочего и его семьи. Поэтому, когда в производство вовлекаются жена и дети рабочего, заработная плата снижается, теперь вся семья получает примерно столько же, сколько раньше получал только глава семьи. Тем самым ещё больше усиливается эксплуатация рабочего класса в целом. В капиталистических странах женщины-работницы при выполнении одинаковой с мужчинами работы получают значительно более низкую заработную плату.

Капитал выжимает прибавочную стоимость путём безудержной эксплуатации детского труда. Заработная плата детей и подростков во всех капиталистических и колониальных странах в несколько раз ниже заработной платы взрослых рабочих.


Средняя заработная плата женщины-работницы в США, Англии, Италии на 50%, во Франции — на 40—50, в Японии, Индии, Индо-Китае — на 50—75% ниже, чем средняя заработная плата рабочего-мужчины.

В Соединённых Штатах Америки среди лиц наёмного труда, по преуменьшенным данным, свыше 3,3 миллиона человек составляют дети и подростки. Специальным обследованием Федерального департамента труда условий детского труда по 28 штатам было установлено, что 36% обследованных детей и подростков имеют возраст до 13 лет и 64% —возраст 14—15 лет. На крахмальных предприятиях, на консервных и мясных заводах, в прачечных и на предприятиях по чистке платья дети работают по 12—13 часов в день.

В Японии распространена продажа детей для работы на фабриках. Детский труд широко применялся в царской России. Немалую часть рабочих на текстильных и некоторых других предприятиях России составляли дети в возрасте 8—10 лет. В хлопчатобумажной промышленности Индии дети составляют 20—25% всех рабочих.

Эксплуатация капиталом детского труда принимает особенно жестокие формы в колониальных и зависимых странах. На текстильных, табачных фабриках Турции дети от 7 до 14 лег работают наравне со взрослыми полный рабочий день.

Низкая заработная плата женщин-работниц и эксплуатация детского труда влекут за собой огромный рост заболеваний, детской смертности, пагубно отражаются на воспитании и образовании подрастающего поколения.


Падение реальной заработной платы рабочих обусловлено также тем, что с развитием капитализма ухудшается положение значительной части квалифицированных рабочих. Как уже говорилось, в стоимость рабочей силы входят затраты на обучение работника. Квалифицированный работник в единицу времени создаёт больше стоимости, в том числе прибавочной стоимости, чем необученный работник. Капиталист вынужден оплачивать квалифицированный труд выше, чем труд чернорабочих. Но с развитием капитализма, с ростом индустриальной техники, с одной стороны, предъявляется спрос на высококвалифицированных рабочих, способных управлять сложными механизмами, а с другой стороны, многие трудовые операции упрощаются, труд значительной части квалифицированных рабочих становится излишним. Значительные слои обученных рабочих теряют свою квалификацию, выталкиваются из производства и оказываются вынужденными взяться за неквалифицированный труд, который оплачивается гораздо ниже.

Вместе с тем за счёт снижения заработной платы основной массы рабочих и грабежа колоний буржуазия создаёт привилегированные условия для сравнительно небольшой прослойки рабочей аристократии. Это всякого рода мастера, надсмотрщики, представители профсоюзной и кооперативной бюрократии. Буржуазия использует высокооплачиваемую рабочую аристократию для того, чтобы раскалывать рабочее движение и отравлять сознание основной массы пролетариев проповедями классового мира, единства интересов эксплуататоров и эксплуатируемых.

Падение реальной заработной платы рабочих обусловливается также чрезвычайно низкой оплатой сельскохозяйственного пролетариата. Большая армия избыточной рабочей силы в деревне оказывает постоянное давление на уровень оплаты занятых рабочих в сторону его снижения.


Так. например, на протяжении 1910—1930 гг среднемесячная заработная плата сельскохозяйственного рабочего США колебалась в пределах 28—47% к заработной плате промышленного рабочего Исключительно тяжёлым было положение сельскохозяйственных рабочих в царской России При 16—17-часовом рабочем дне средняя подённая заработная плата сезонного сельскохозяйственного рабочего в России за 1901 — 1910 гг. составляла 69 копеек, причём на скудный заработок, полученный в период полевых работ, нужно было перебиться в остальные месяцы полной или частичной безработицы.


Распространённым способом снижения заработной платы является система штрафов. На капиталистическом предприятии рабочего штрафуют по всякому поводу: за «неисправную работу», за «нарушение порядка», за разговоры, за участие в демонстрации и т. д. В царской России до издания закона о штрафах (1886 г.), несколько ограничившего произвол фабрикантов, вычеты из заработной платы в виде штрафов доходили в отдельных случаях до половины месячного заработка. Штрафы служат не только средством укрепления капиталистической дисциплины труда, но и одним из источников обогащения капиталиста.

Таким образом, с развитием капиталистического способа производства происходит падение реальной заработной платы рабочего класса.


В 1924 г. реальная заработная плата германских рабочих по сравнению с уровнем 1900 г. составила 75%, а в 1935 г.— 66%. В Соединённых Штатах Америки с 1900 по 1938 г. средняя номинальная заработная плата рабочих (с учётом безработных) увеличилась на 68%; за тот же период стоимость жизни (дороговизна) возросла в 2,3 раза, в результате этого реальная заработная плата рабочих упала в 1938 г. по отношению к уровню 1900 г. до 74%. Во Франции, Италии, Японии, не говоря уже о колониальных и зависимых странах, падение реальной заработной платы в XIX—XX веках было значительно большим, чем в Соединённых Штатах Америки. В царской России в 1913 г. реальная заработная плата промышленных рабочих упала до 90°/о от уровня 1900 г.


В различных странах стоимость рабочей силы неодинакова. Условия, определяющие стоимость рабочей силы в каждой стране, меняются. Отсюда вытекают национальные различия в заработной плате. Маркс писал, что при сравнении заработных плат в различных странах необходимо принимать во внимание все моменты, определяющие изменения в величине стоимости рабочей силы: исторические условия формирования рабочего класса и сложившийся уровень его потребностей, издержки подготовки рабочего, роль женского и детского труда, производительность труда, интенсивность труда, цены па предметы потребления и т. д.

Особенно низкий уровень заработной платы наблюдается в колониальных и зависимых странах. В своей политике закабаления и систематического ограбления колониальных и зависимых стран капитал пользуется большим излишком рабочих рук в этих странах и оплачивает рабочую силу гораздо ниже её стоимости. При этом учитывается национальность рабочего. Так, например, белые и негры, выполняющие одинаковую работу, оплачиваются различно. В Южной Африке средняя заработная плата рабочего-негра в 10 раз ниже средней заработной платы рабочего-англичанина. В Соединённых Штатах Америки труд негров оплачивается в городах в 2,5 раза, а в сельском хозяйстве — почти в 3 раза ниже, чем такой же труд белых.


Борьба рабочего класса за повышение заработной платы.


В каждой стране тот или иной уровень заработной платы устанавливается на основе закона стоимости, в результате ожесточенной классовой борьбы между пролетариатом и буржуазией.

Отклонения заработной платы от стоимости рабочей силы имеют свои границы.

Минимальная граница заработной платы при капитализме определяется чисто физическими условиями: рабочий должен иметь такое количество средств существования, которое абсолютно необходимо для его жизни и воспроизводства рабочей силы. «Если цена рабочей силы падает до этого минимума, то она падает ниже стоимости, так как при таких условиях рабочая сила может поддерживаться и проявляться лишь в хиреющем виде»[43]. При падении заработной платы ниже этой границы происходит ускоренный процесс прямого физического разрушения рабочей силы, вымирания рабочего населения. Это находит своё выражение в сокращении среднего срока продолжительности жизни, снижении рождаемости, повышении смертности среди рабочего населения как в капиталистически развитых, так и особенно в колониальных странах.

Максимальной границей заработной платы при капитализме является стоимость рабочей силы. Степень приближения среднего уровня заработной платы к этой границе определяется соотношением классовых сил пролетариата и буржуазии.

В погоне за увеличением прибыли буржуазия стремится снизить заработную плату ниже границы физического минимума. Рабочий класс борется против урезок заработной платы, за её увеличение, за установление гарантированного «минимума заработной платы, введение социального страхования, за сокращение рабочего дня. В этой борьбе рабочему классу противостоят класс капиталистов в целом и буржуазное государство.

Упорная борьба рабочего класса за повышение заработной платы началась вместе с возникновением промышленного капитализма. Раньше всего она развернулась в Англии, а затем и в других капиталистических и колониальных странах.

По мере формирования пролетариата как класса рабочие для успешного ведения экономической борьбы объединяются в профессиональные союзы. В результате этого предпринимателю противостоит уже не отдельный пролетарий, а целая организация. С развитием классовой борьбы наряду с местными и национальными профессиональными организациями создаются международные объединения профсоюзов. Профсоюзы служат школой классовой борьбы для широких масс рабочих.

Капиталисты со своей стороны объединяются в союзы предпринимателей. Они подкупают продажных вожаков реакционных профсоюзов, организуют штрейкбрехерство, раскалывают рабочие организации, используют для подавления рабочего движения полицию, войска, суды и тюрьмы.

Одним из действенных средств борьбы рабочих за повышение заработной платы, сокращение рабочего дня и улучшение условий труда при капитализме является стачка (забастовка). По мере обострения классовых противоречий и усиления организованности пролетарского движения в капиталистических и колониальных странах в стачечную борьбу втягиваются многие миллионы рабочих. Когда рабочие в борьбе против капитала проявляют решительность и упорство, экономические стачки вынуждают капиталистов к принятию условий бастующих.

Только в результате неослабной борьбы рабочего класса за свои жизненные интересы буржуазные государства бывают вынуждены издавать законы о минимуме заработной платы, о сокращении рабочего дня, об ограничении детского труда.

Экономическая борьба пролетариата имеет большое значение: при правильном, классово выдержанном руководстве профессиональные союзы оказывают успешное Сопротивление предпринимателям. Но экономическая борьба рабочего класса не может уничтожить законов капитализма и избавить рабочих от эксплуатации и лишений.

Признавая важное значение экономической борьбы рабочего класса против буржуазии, марксизм-ленинизм учит, что эта борьба направляется лишь против последствий капитализма, а не против коренной причины угнетённого положения и нищеты пролетариата. Этой коренной причиной является сам капиталистический способ производства.

Только путём революционной политической борьбы рабочий класс может уничтожить систему наёмного рабства — источник его экономического и политического угнетения.


Краткие выводы


1. В капиталистическом обществе заработная плата есть денежное выражение стоимости рабочей силы, её цена, выступающая как цена труда. Заработная плата маскирует отношение капиталистической эксплуатации, порождая о6манчивую видимость, будто оплачивается весь труд рабочего, между тем как в действительности заработная плата представляет собой лишь цену его рабочей силы.

2. Основными формами заработной платы являются повременная и поштучная (сдельная). При повременной заработной плате величина заработка рабочего находится в зависимости от проработанного им времени. При сдельной заработной плате величина заработка рабочего определяется количеством выработанных им изделий. В целях увеличения прибавочной стоимости капиталисты применяют различные потогонные системы заработной платы, ведущие к огромному повышению интенсивности труда и к ускоренному изнашиванию рабочей силы.

3. В отличие от цен других товаров цена рабочей силы, как правило, отклоняется вниз от её стоимости. Широким применением женского и детского труда, крайне низкой оплатой сельскохозяйственных рабочих, а также рабочих колониальных и зависимых стран капитал усиливает эксплуатацию рабочего класса.

4. Номинальная заработная плата есть сумма денег, получаемая рабочим за проданную капиталисту рабочую силу. Реальная заработная плата есть заработная плата, выраженная в средствах существования рабочего; она показывает, какое количество средств существования и услуг может купить рабочий на свою денежную заработную плату. С развитием капитализма реальная заработная плата понижается.

5. Рабочий класс, объединяясь в профессиональные союзы, ведёт борьбу за сокращение рабочего дня и повышение заработной платы. Экономическая борьба пролетариата против капитала сама по себе не может освободить его от эксплуатации. Только с уничтожением капиталистического способа производства путём революционной политической борьбы ликвидируются условия экономического и политического угнетения рабочего класса.


ГЛАВА IX НАКОПЛЕНИЕ КАПИТАЛА И ОБНИЩАНИЕ ПРОЛЕТАРИАТА


Производство и воспроизводство.


Чтобы жить и развиваться, общество должно производить материальные блага. Оно не может перестать производить, как не может перестать потреблять.

Изо дня в день, из года в год люди потребляют хлеб, мясо и другие предметы питания, изнашивают одежду и обувь, но одновременно новые массы хлеба, мяса, одежды, обуви и других продуктов производятся человеческим трудом. Уголь сжигается в печах и топках, но в то же время всё новые массы угля извлекаются из недр земли. Станки постепенно изнашиваются, паровозы раньше или позже приходят в ветхость, но на предприятиях строятся новые станки, изготовляются новые паровозы. При всяком строе общественных отношений процесс производства должен постоянно возобновляться.

Это постоянное возобновление, непрерывное повторение процесса производства есть воспроизводство. «Всякий процесс общественного производства, рассматриваемый в постоянной связи и в непрерывном потоке своего возобновления, является в то же время процессом воспроизводства»[44]. Каковы условия производства, таковы и условия воспроизводства. Если производство имеет капиталистическую форму, то и воспроизводство имеет такую же форму.

Процесс воспроизводства заключается не только в том, что люди изготовляют всё новые массы продуктов взамен и сверх потреблённых, но и в том, что в обществе постоянно возобновляются соответствующие производственные отношения.

Необходимо различать два типа воспроизводства: простое и расширенное.

Простое воспроизводство есть повторение процесса производства в прежнем размере, когда вновь произведённые продукты лишь возмещают израсходованные средства производства и предметы личного потребления.

Расширенное воспроизводство есть повторение процесса производства в увеличенном размере, когда общество не только возмещает потреблённые материальные блага, но и производит сверх того дополнительные средства производства и предметы личного потребления.


До возникновения капитализма производительные силы развивались очень медленно. Объём общественного производства мало изменялся из года в год, из десятилетия в десятилетие. При капитализме былое малоподвижное, застойное состояние общественного производства уступило место гораздо более быстрому развитию производительных сил. Для капиталистического способа производства характерно расширенное воспроизводство, прерываемое периодами кризисов, когда производство падает.


Капиталистическое простое воспроизводство. При капиталистическом простом воспроизводстве процесс производства возобновляется в неизменном объёме, а прибавочная стоимость целиком расходуется на личное потребление капиталиста.

Уже рассмотрение простого воспроизводства позволяет глубже вскрыть некоторые существенные черты капитализма.

В процессе капиталистического воспроизводства непрерывно возобновляются не только продукты труда, но и отношения капиталистической эксплуатации. С одной стороны, в ходе воспроизводства постоянно создаётся богатство, которое принадлежит капиталисту и которое он использует для присвоения прибавочной стоимости. По истечении каждого производственного процесса предприниматель снова и снова оказывается владельцем капитала, дающего ему возможность обогащаться путём эксплуатации рабочих. С другой стороны, рабочий постоянно выходит из процесса производства неимущим пролетарием и в силу этого вынужден, чтобы не умереть с голоду, вновь и вновь продавать свою рабочую силу капиталисту. Воспроизводство наёмной рабочей силы всегда остаётся необходимым условием воспроизводства капитала.

«Капиталистический процесс производства самым своим ходом воспроизводит отделение рабочей силы от условий труда. Тем самым он воспроизводит и увековечивает условия эксплуатации рабочего. Он постоянно принуждает рабочего продавать свою рабочую силу, чтобы жить, и постоянно дает капиталисту возможность покупать ее, чтобы обогащаться»[45].

Таким образом, в процессе производства постоянно возобновляется основное капиталистическое отношение: капиталист — на одной стороне, наёмный рабочий — на другой. Рабочий, ещё раньше чем он продаёт свою рабочую силу тому или иному предпринимателю, уже принадлежит совокупному капиталисту, то есть классу капиталистов в целом. Когда пролетарий меняет место работы, он меняет лишь одного эксплуататора на другого. Рабочий на всю жизнь прикован к колеснице капитала.

Если рассматривать единичный процесс производства, то на первый взгляд кажется, что, покупая рабочую силу, капиталист из собственного фонда ссужает рабочего деньгами, так как ко времени выдачи заработной платы капиталист может не успеть продать товар, произведённый рабочим за данный период (например, за месяц). Но если взять куплю-продажу рабочей силы не изолированно, а как момент воспроизводства, как постоянно повторяющееся отношение, тогда вскрывается подлинный характер этой сделки.

Во-первых, в то время как трудом рабочего в данный период создаётся новая стоимость, содержащая в себе прибавочную стоимость, продукт, произведённый рабочим в предыдущий период, реализуется на рынке, превращается в деньги. Отсюда ясно, что капиталист уплачивает пролетарию заработную плату не из собственного фонда, а из стоимости, созданной трудом рабочих в предшествующий период производства (например, в течение предыдущего месяца). По выражению Маркса, класс капиталистов действует по старому рецепту завоевателя: он покупает товар побеждённых на их же собственные, у них же награбленные деньги.

Во-вторых, в отличие от других товаров рабочая сила оплачивается капиталистом лишь после того, как рабочий проделает определённую работу. Таким образом, оказывается, что не капиталист ссужает пролетария, а, наоборот, пролетарий ссужает капиталиста. Поэтому предприниматели стремятся выплачивать заработную плату в возможно более редкие сроки (например, раз в месяц), удлиняя время, на которое они получают безвозмездно кредит у рабочих.

В форме заработной платы класс капиталистов постоянно выдаёт рабочим деньги для покупки средств существования, то есть известной части продукта, созданного трудом рабочих и присвоенного эксплуататорами. Эти деньги рабочие столь же регулярно отдают назад капиталистам, приобретая на них средства существования, произведённые самим рабочим классом.

Рассмотрение капиталистических отношений в ходе воспроизводства раскрывает не только действительный источник заработной платы, но и действительный источник всякого капитала.

Допустим, что авансированный предпринимателем капитал в 100 тысяч фунтов стерлингов приносит ежегодно прибавочную стоимость в размере 10 тысяч фунтов стерлингов и что вся эта сумма целиком расходуется капиталистом на личное потребление. Если бы предприниматель не присваивал неоплаченный труд рабочего, его капитал по прошествии 10 лет оказался бы полностью съеденным. Этого не происходит потому, что израсходованная капиталистом на личное потребление сумма в 100 тысяч фунтов стерлингов в течение указанного срока полностью возобновляется за счёт прибавочной стоимости, создаваемой неоплаченным трудом рабочих.

Следовательно, каков бы ни был первоначальный источник капитала, уже в ходе простого воспроизводства этот капитал через определённый период времени становится стоимостью, созданной трудом рабочих и безвозмездно присвоенной капиталистом. Гак разоблачается вздорность утверждений буржуазных экономистов, будто капитал есть богатство, заработанное собственным трудом предпринимателя.

Простое воспроизводство является составной частью, или «моментом, расширенного воспроизводства. Отношения эксплуатации, присущие простому воспроизводству, ещё более углубляются в условиях капиталистического расширенного воспроизводства.


Капиталистическое расширенное воспроизводство. Накопление капитала.


При расширенном воспроизводстве часть прибавочной стоимости обращается капиталистом на увеличение размеров производства: на покупку добавочных средств производства и наём добавочных рабочих. Следовательно, часть прибавочной стоимости присоединяется к прежнему капиталу, то есть накопляется.

Накоплением капитала называется присоединение части прибавочной стоимости к капиталу, или превращение части прибавочной стоимости в капитал. Таким образом, источником накопления служит прибавочная стоимость. За счёт эксплуатации рабочего класса увеличивается капитал, а вместе с тем на расширенной основе воспроизводятся капиталистические производственные отношения.

Движущим мотивом накопления для капиталистического предпринимателя является прежде всего погоня за увеличением прибавочной стоимости. При капиталистическом способе производства жажда обогащения не знает границ. Именно в погоне за прибавочной стоимостью капиталист расширяет производство, что позволяет ему эксплуатировать большее число рабочих. С расширением производства возрастает масса присваиваемой капиталистом прибавочной стоимости, а следовательно, возрастает та её часть, которая идёт на удовлетворение личных потребностей и прихотей капиталистов, то есть растрачивается непроизводительно.

Другим движущим мотивом накопления капитала является ожесточённая конкурентная борьба, в ходе которой крупные капиталисты оказываются в лучшем положении и побивают мелких. Конкуренция вынуждает каждого капиталиста под угрозой гибели улучшать технику, расширять производство. Приостановить рост техники, расширение производства — значит отстать, а отсталых побеждают конкуренты. Таким образом, конкурентная борьба заставляет каждого капиталиста увеличивать свой капитал, а увеличивать капитал он может лишь посредством постоянного накопления части прибавочной стоимости.

Накопление капитала является источником расширенного воспроизводства.


Органическое строение капитала. Концентрация и централизация капитала.


В ходе капиталистического накопления общая масса капитала возрастает, причём различные его части изменяются неодинаково.

Накопляя прибавочную стоимость и расширяя своё предприятие, капиталист обычно вводит технические усовершенствования, ибо они сулят ему возможность усиления эксплуатации рабочих и, стало быть, увеличение прибыли. Развитие техники означает более быстрый рост той части капитала, которая существует в виде машин, зданий, сырья, то есть постоянного капитала. Наоборот, гораздо медленнее растёт та часть капитала, которая затрачивается на покупку рабочей силы, то есть переменный капитал.

Отношение между постоянным и переменным капиталом, поскольку оно определяется отношением между массой средств производства и живой рабочей силой, называется органическим строением капитала. Возьмём, к примеру, капитал в 100 тысяч фунтов стерлингов. Пусть из этой суммы 80 тысяч затрачено на здание, машины, сырьё и т. д., а на заработную плату расходуется 20 тысяч. Тогда органическое строение капитала равно 80 с : 20 v, или 4 : 1.

В различных отраслях промышленности и в различных предприятиях одной и той же отрасли органическое строение капитала неодинаково: оно выше там, где на каждого рабочего приходится больше сложных и дорогостоящих «машин, больше переработанного сырья; оно ниже там, где преобладает живой труд, а машин и сырья на каждого рабочего приходится меньше и стоят они сравнительно недорого.

С накоплением капитала органическое строение капитала возрастает: уменьшается доля переменного капитала, растёт доля постоянного капитала. Так, в промышленности Соединённых Штатов Америки органическое строение капитала в 1889 г. равнялось 4,4 : 1, в 1904 г.— 5,7 : 1, в 1929 г.— 6,1 : 1.

В ходе капиталистического воспроизводства возрастают размеры отдельных капиталов. Происходит это путём концентрации и централизации капитала.

Концентрацией капитала называется рост размеров капитала в результате накопления прибавочной стоимости, полученной на данном предприятии. Капиталист, вкладывая в предприятие часть присвоенной им прибавочной стоимости, становится обладателем всё большего капитала.

Централизацией капитала называется рост размеров капитала в результате объединения нескольких капиталов в один, более крупный капитал. В конкурентной борьбе крупный капитал разоряет и поглощает мелкие, менее крупные капиталистические предприятия, не выдерживающие соперничества. Скупив за бесценок предприятия разорённого конкурента или присоединив их к своему предприятию каким-нибудь иным путём (например, за долги), крупный фабрикант увеличивает размеры капитала, который находится в его руках. Объединение многих капиталов в один происходит также при организации паевых товариществ, акционерных обществ и т. д.

Концентрация и централизация капитала означают сосредоточение гигантских богатств в руках немногих лиц. Укрупнение капиталов открывает широкие возможности для концентрации производства, то есть для сосредоточения производства на крупных предприятиях.

Крупное производство имеет решающие преимущества перед мелким. Крупные предприятия могут вводить машины и технические усовершенствования, применять широкое разделение и специализацию труда, что недоступно для мелких предприятий. Вследствие этого производство продукта обходится крупным предприятиям дешевле, чем мелким. Конкурентная борьба связана с большими издержками и потерями. Крупное предприятие может перенести эти потери и затем возместить их с лихвой, между тем как мелкие, а часто и средние предприятия разоряются. Крупные капиталисты несравненно легче и на более льготных условиях получают денежную ссуду, а кредит служит одним из важнейших видов оружия в конкурентной борьбе. В силу всех этих преимуществ в капиталистических странах на первое место выдвигаются всё более крупные предприятия, оснащённые мощной техникой, а множество мелких и средних предприятий разоряется и гибнет. В результате концентрации и централизации капитала немногие капиталисты, владельцы огромных состояний, становятся вершителями судеб десятков и сотен тысяч рабочих.

В сельском хозяйстве капиталистическая концентрация ведёт к тому, что земля и другие средства производства всё больше сосредоточиваются в руках крупных собственников, а широкие слои мелких и средних крестьян, лишаясь земли, тягла и инвентаря, попадают в кабальную зависимость от капитала. Массы крестьян и ремесленников разоряются и превращаются в пролетариев.

Концентрация и централизация капитала ведут, таким образом, к обострению классовых противоречий, к углублению пропасти между буржуазным, эксплуататорским меньшинством и неимущим, эксплуатируемым большинством общества. Вместе с тем концентрация производства способствует тому, что всё большие массы пролетариата сосредоточиваются на крупных капиталистических предприятиях, в промышленных центрах. Это облегчает сплочение и организацию рабочих для борьбы с капиталом.


Промышленная резервная армия.


Рост производства при капитализме, как уже говорилось, сопровождается повышением органического строения капитала. Спрос на рабочую силу определяется размером не всего капитала, а только его переменной части. Но переменная часть капитала по мере технического прогресса относительно, по сравнению с постоянным капиталом, уменьшается. Поэтому с накоплением капитала, с ростом его органического строения спрос на рабочие руки относительно сокращается, хотя общая численность пролетариата с развитием капитализма растёт.

В результате значительная масса рабочих не может найти применения своему труду. Часть рабочего населения оказывается «излишней», образуется так называемое относительное перенаселение. Это перенаселение является относительным, потому что часть рабочей силы оказывается излишней лишь по сравнению с потребностями накопления капитала. Таким образом, в буржуазном обществе по мере роста общественного богатства одна часть рабочего класса обрекается на всё более тяжёлый, чрезмерный труд, а другая его часть — на вынужденную безработицу.


Необходимо различать следующие основные формы относительного перенаселения:

Текучее перенаселение образуют рабочие, теряющие работу на известный срок вследствие сокращения производства, введения новых машин, закрытия предприятия. При расширении производства часть таких безработных получает работу, так же как и часть новых рабочих из подрастающего поколения. Общее число занятых рабочих увеличивается, но в постоянно убывающей пропорции по сравнению с масштабом производства.

Скрытое перенаселение образуют разоряемые мелкие производители, прежде всего крестьяне-бедняки и батраки, которые лишь небольшую часть года заняты в сельском хозяйстве, не находят применения своему труду в промышленности и влачат жалкое существование, перебиваясь кое-как в деревне.

В отличие от промышленности в сельском хозяйстве в связи с ростом техника спрос на рабочих уменьшается абсолютно.

Застойное перенаселение образуют те многочисленные группы людей, которые потеряли постоянную работу, имеют крайне нерегулярные занятия и оплачиваются значительно ниже обычного уровня заработной платы. Это - обширные слои трудящихся, занятых в сфере капиталистической работы на дому, а также живущих случайной подённой работой.

Наконец, низший слой относительного перенаселения образуют люди, которые уже давно вытолкнуты из производственной жизни без всякой надежды на возвращение и живут случайными заработками. Часть этих людей занимается нищенством.


Вытесненные из производства рабочие составляют промышленную резервную армию — армию безработных. Эта армия является необходимой принадлежностью капиталистического хозяйства, без которой оно не может ни существовать, ни развиваться. В периоды промышленного подъёма, когда требуется быстрое расширение производства, к услугам предпринимателей оказывается достаточное количество безработных. В результате расширения производства безработица временно сокращается. Но затем наступает кризис перепроизводства, снова значительные массы рабочих выбрасываются на улицу и пополняют резервную армию безработных.

Существование промышленной резервной армии даёт возможность капиталистам усиливать эксплуатацию рабочих. Безработным приходится соглашаться на самые тяжёлые условия труда. Наличие безработицы создаёт неустойчивое положение для рабочих, занятых па производстве, и резко снижает уровень жизни рабочего класса в целом. Вот почему капиталисты не заинтересованы в уничтожении промышленной резервной армии, которая оказывает давление на рынок труда и обеспечивает капиталисту дёшево оплачиваемую рабочую силу.

С развитием капиталистического способа производства армия безработных, уменьшаясь в периоды подъёма производства и увеличиваясь в периоды кризисов, в целом неуклонно возрастает.


В Англии среди членов тред-юнионов безработные составляли: в 1853 г.— 1,7%, в 1880 г. — 5,5, в 1908 г. — 7,8, в 1921 г. — 16,6%. В Соединённых Штатах Америки, по официальным данным, число безработных в общей численности рабочего класса составляло: в 1890 г. — 5,1%. в 1900 г. — 10, в 1915 г. — 15,5, в 1921 г.— 23,1%. В Германии число безработных среди членов профсоюзов равнялось: в 1887 г. — 0,2%, в 1900 г. — 2, в 1926 г. — 18%. Огромны размеры относительного перенаселения в странах колониального и полуколониального Востока.


С развитием капитализма всё более широкие размеры принимает частичная безработица, при которой рабочий занят в производстве неполный день или неполную рабочую неделю.

Безработица является подлинным бичом рабочего класса. Рабочим нечем жить, кроме как продажей своей рабочей силы. Выброшенные с предприятия рабочие оказываются перед угрозой голодной смерти. Нередко они вынуждены раскапывать мусорные ящики, чтобы найти гнилые остатки пищи. Безработные остаются без крова, так как они не в состоянии оплатить ночлег даже в трущобах больших городов. Таким образом, буржуазия оказывается неспособной обеспечить наёмным рабам капитала даже рабский уровень существования.


Буржуазные экономисты пытаются оправдать наличие безработицы при капитализме ссылками на вечные законы природы. Этой цели служат лженаучные измышления английского реакционного экономиста конца XVIII — начала XIX века Мальтуса. Согласно выдуманному Мальтусом «закону народонаселения», со времени происхождения человеческого общества население будто бы размножается в геометрической прогрессии (как 1, 2, 4, 8 и т. д.), а средства существования в силу ограниченности природных богатств растут в арифметической прогрессии (как 1, 2, 3, 4 и т. д.). В этом и заключается, по Мальтусу, основная причина наличия избыточного населения, голодания и нищеты народных масс. Пролетариат, но мнению Мальтуса, может освободиться от нищеты и голода не путём уничтожения капиталистического строя, а путём воздержания от браков и искусственного сокращения деторождения. Мальтус считал благодетельными войны и эпидемии, которые сокращают трудящееся население. Теория Мальтуса глубоко реакционна. Она является для буржуазии средством оправдания неизлечимых пороков капитализма. Измышления Мальтуса не имеют ничего общего с действительностью. Могучая техника, которой располагает человечество, в состоянии увеличивать количество средств к жизни такими темпами, за которыми не угонится никакой, даже самый быстрый рост населения. Но этому препятствует капиталистический способ производства, являющийся действительной причиной нищеты масс.


Маркс открыл капиталистический закон народонаселения, заключающийся в том, что в буржуазном обществе параллельно с накоплением капитала, с ростом общественного богатства часть рабочего населения неизбежно оказывается избыточной, выталкивается из производства и обрекается на муки нищеты и голода. Капиталистический закон народонаселения порождён производственными отношениями буржуазного общества.


Аграрное перенаселение.


Капиталистическая резервная армия труда пополняется не только за счёт рабочих, выталкиваемых из промышленного производства, но и за счёт миллионных масс сельскохозяйственного пролетариата и беднейшего крестьянства.

С развитием капитализма усиливается дифференциация крестьянства. Образуется многочисленная армия сельскохозяйственных рабочих. Крупные капиталистические экономии создают спрос на наёмных рабочих. Но по мере того, как капиталистическое производство охватывает одну отрасль земледелия за другой и применение машин получает значительное распространение, число наёмных сельскохозяйственных рабочих сокращается. Разорившиеся слои сельского населения постоянно превращаются в промышленный пролетариат и пополняют армию безработных в городах. Значительная же часть сельского населения составляет так называемое аграрное перенаселение, или скрытое перенаселение. Аграрное перенаселение есть избыточное население в сельском хозяйстве капиталистических стран, которое образуется в результате разорения основных масс крестьянства, может быть лишь частично занято в сельскохозяйственном производстве и не находит себе применения в промышленности.


Скрытый характер аграрного перенаселения заключается в том, что избыточная рабочая сила в деревне всегда в той или иной степени связана с мелким и мельчайшим крестьянским хозяйством. Сельскохозяйственный наёмный рабочий обычно пользуется небольшим клочком земли, который служит средством пополнения его заработка на стороне или средством нищенского существования в такое время, когда нет работы. Такие хозяйства нужны капитализму, чтобы иметь в своём распоряжении дешёвые рабочие руки.

Аграрное перенаселение при капитализме достигает огромных размеров. В царской России в конце XIX века скрытая безработица в деревне исчислялась в 13 миллионов человек. В Германии в 1907 г. из 5 миллионов крестьянских хозяйств 3 миллиона мелких хозяйств представляли резервную армию труда. В Соединённых Штатах Америки в 30-х годах нынешнего века насчитывалось, по официальным, явно преуменьшенным данным, 2 миллиона «лишних» фермеров. Ежегодно в летние месяцы от 1 до 2 миллионов американских сельскохозяйственных рабочих вместе со своими семьями и домашним скарбом кочуют по стране в поисках заработка.

Особенно велики размеры аграрного перенаселения в экономически отсталых странах. Так, в Индии, где в сельском хозяйстве занято 3/4 всего населения страны, аграрное перенаселение составляет многомиллионную армию. Значительная часть сельского населения — это люди, находящиеся в состоянии хронического голодания.



Всеобщий закон капиталистического накопления. Относительное и абсолютное обнищание пролетариата.


Развитие капитализма ведёт к тому, что с накоплением капитала на одном полюсе буржуазного общества сосредоточиваются огромные богатства, возрастают роскошь и паразитизм, расточительство и праздность эксплуататорских классов; на другом полюсе общества всё более усиливается эксплуатация пролетариата, растут безработица и нищета тех, кто своим трудом создаёт все богатства.

«Чем больше общественное богатство, функционирующий капитал, размеры и энергия его возрастания, а следовательно, чем больше абсолютная величина пролетариата и производительная сила его труда, тем больше промышленная резервная армия... Относительная величина промышленной резервной армии возрастает вместе с возрастанием сил богатства. Но чем больше эта резервная армия по сравнению с активной рабочей армией, тем обширнее постоянное перенаселение, нищета которого обратно пропорциональна мукам его труда... Это — абсолютный, всеобщий закон капиталистического накопления».

Всеобщий закон капиталистического накопления является конкретным выражением действия основного экономического закона капитализма — закона прибавочной стоимости. Погоня за увеличением прибавочной стоимости ведёт к накоплению богатств на стороне эксплуататорских классов и к росту безработицы, нищеты в угнетения на стороне неимущих классов.

С развитием капитализма совершается процесс относительного и абсолютного обнищания пролетариата.

Относительное обнищание пролетариата состоит в том, что в буржуазном обществе доля рабочего класса в общей сумме национального дохода неуклонно понижается, в то же время постоянно возрастает доля эксплуататорских классов.


По данным американских буржуазных экономистов, в Соединённых Штатах Америки в 20-х годах XX века 1% собственников владел 59% всех богатств, а на долю беднейших слоёв, составлявших 87% населения, приходилось всего 8% национального богатства. Несмотря на абсолютный рост общественного богатства, удельный вес доходов рабочего класса резко сокращается. Заработная плата рабочих в процентах к прибыли капиталистов составляла: в 1889 г. — 70%, в 1919 г. — 61, в 1929 г. — 47, в 1939 г. — 45%.

В 1920—1921 гг. крупнейшие собственники Англии, составлявшие менее 2% всего числа собственников, сосредоточивали в своих руках 64% всего национального богатства страны, а 76% населения владели всего 7,6% национального богатства. В царской России с 1900 по 1913 г. фонд номинальной заработной платы вследствие увеличения числа промышленных рабочих увеличился почти на 80% при падении реальной заработной платы, а прибыль промышленников выросла более чем в 3 раза.


Абсолютное обнищание пролетариата состоит в прямом снижении его жизненного уровня.

«Рабочий нищает абсолютно, т. е. становится прямо-таки беднее прежнего, вынужден жить хуже, питаться скуднее, больше недоедать, ютиться по подвалам и чердакам...

Богатство растет в капиталистическом обществе с невероятной быстротой — наряду с обнищанием рабочих масс»[47].

В целях приукрашивания капиталистической действительности буржуазная политическая экономия пытается отрицать абсолютное обнищание пролетариата. Однако факты свидетельствуют о том, что при капитализме жизненный уровень рабочего класса всё более и более снижается. Это проявляется во многих формах.

Абсолютное обнищание пролетариата проявляется в падении реальной заработной платы. Как уже говорилось, в результате систематического повышения цен на предметы массового потребления, увеличения квартирной платы, роста налогов реальная заработная плата рабочих неуклонно падает. В XX веке реальная заработная плата рабочих в Англии, США, во Франции, в Италии и других капиталистических странах находится на более низком уровне, чем в середине XIX века.

Абсолютное обнищание пролетариата проявляется в увеличении масштабов безработицы и её длительности.

Абсолютное обнищание пролетариата проявляется в беспредельном росте интенсивности и ухудшении условий труда, приводящих к тому, что рабочий быстро старится, теряет работоспособность, становится инвалидом. В связи с ростом интенсивности труда и отсутствием необходимых мер по охране труда происходит огромное увеличение несчастных случаев и увечий на производстве.


Например, в угольной промышленности США с 1878 по 1914 г. на каждую тысячу занятых рабочих число несчастных случаев на производстве со смертельным исходом возросло на 71,5%. Только в течение одного 1939 г. на производстве в США свыше полутора миллионов человек было убито или получило увечья. Возрастает также число несчастных случаев в угольной промышленности Англии: в предвоенные годы каждый шестой горняк ежегодно был жертвой несчастного случая, а в 1949—1952 гг. уже каждый третий горняк являлся жертвой того или иного несчастного случая.


Абсолютное обнищание пролетариата проявляется в резком ухудшении питания и жилищных условий трудящихся, в результате чего подрывается здоровье, повышается смертность, сокращается продолжительность жизни рабочего населения. По официальным данным жилищных переписей, около 40% всех жилых помещений в США не удовлетворяет минимальным требованиям санитарии и безопасности. Уровень смертности среди рабочего населения намного выше уровня смертности среди господствующих классов. Детская смертность в трущобах города Детройта в 6 раз выше, чем в среднем по США. В связи с усилением обнищания трудящихся с 70-х годов XIX века по 30-е годы XX века рождаемость на каждые 1 000 человек населения снизилась: в Англии — с 36 до 15, в Германии — с 39 до 19, во Франции — с 26 до 15 человек.

Абсолютное обнищание пролетариата принимает особенно острые формы в колониальных странах, где крайняя нищета и чрезвычайно высокая смертность рабочих в результате непосильного труда и хронических голодовок носят массовый характер.

Жизненный уровень беднейшего крестьянства при капитализме не выше, а часто даже ниже, чем наёмных рабочих. В капиталистическом обществе происходит не только абсолютное и относительное обнищание пролетариата, но и разорение и обнищание основных масс крестьянства. В царской России насчитывалось несколько десятков миллионов голодающей деревенской бедноты. По данным американских переписей, за последние десятилетия около двух третей фермерского населения США, как правило, не имеет прожиточного минимума, живёт в жестокой нужде. Поэтому самые жизненные интересы толкают крестьян на союз с рабочим классом, призванным ниспровергнуть капиталистический строй.

Путь развития капитализма есть путь обнищания и полуголодного существования громадного большинства трудящихся. При буржуазном строе рост производительных сил несёт трудящимся массам не облегчение, а умножение их нищеты и лишений.


Основное противоречие капиталистического способа производства.


По мере своего развития капитализм всё в большей степени связывает воедино труд множества людей. Растёт общественное разделение труда. Происходит превращение отдельных, прежде более или менее самостоятельных отраслей промышленности в целый ряд взаимно связанных и зависимых друг от друга производств. В огромной степени возрастают экономические связи между отдельными предприятиями, районами, целыми странами.

Капитализм создаёт крупное производство как в промышленности, так и в земледелии. Развитие производительных сил порождает такие орудия и методы производства, которые требуют объединения труда многих сотен и тысяч рабочих. Растёт концентрация производства. Таким образом, происходит капиталистическое обобществление труда, обобществление производства.

Но растущее обобществление производства происходит в интересах немногих частных предпринимателей, стремящихся к увеличению своих барышей. Продукт общественного труда миллионов людей поступает в частную собственность капиталистов.

Следовательно, капиталистическому строю присуще глубокое противоречие: производство носит общественный характер, между чем как собственность на средства производства остаётся частнокапиталистической, несовместимой с общественным характером процесса производства. Противоречие между общественным характером процесса производства и частнокапиталистической формой присвоения является основным противоречием капиталистического способа производства, которое всё более обостряется с развитием капитализма. Это противоречие проявляется в усилении анархии капиталистического производства, в росте классовых антагонизмов между пролетариатом и всеми трудящимися массами, с одной стороны, и буржуазией — с другой.


Краткие выводы


1. Воспроизводство есть постоянное возобновление, непрерывное повторение процесса производства. Простое воспроизводство означает возобновление производства в неизменном объёме. Расширенное воспроизводство означает возобновление производства в увеличенном объёме. Для капитализма характерно расширенное воспроизводство, прерываемое периодами кризисов, когда производство падает. Капиталистическое расширенное воспроизводство представляет собой постоянное возобновление и углубление отношений эксплуатации.

2. Расширенное воспроизводство при капитализме предполагает накопление капитала. Накопление капитала есть присоединение части прибавочной стоимости к капиталу, или превращение прибавочной стоимости в капитал. Капиталистическое накопление ведёт к повышению органического строения капитала, то есть к более быстрому росту постоянного капитала по сравнению с переменным капиталом. В ходе капиталистического воспроизводства происходит концентрация и централизация капитала. Крупное производство имеет решающие преимущества перед мелким, в силу чего крупные и крупнейшие предприятия вытесняют и подчиняют себе не только мелких производителей, но и менее крупные капиталистические предприятия.

3. С накоплением капитала, с ростом его органического строения спрос на рабочие руки относительно сокращается. Образуется промышленная резервная армия безработных. Избыток рабочей силы в капиталистическом сельском хозяйстве, порождаемый разорением основных масс крестьянства, ведёт к созданию аграрного перенаселения. Всеобщий закон капиталистического накопления означает сосредоточение богатств в руках эксплуататорского меньшинства и рост нищеты трудящихся, то есть подавляющего большинства общества. Расширенное воспроизводство при капитализме неизбежно ведёт к относительному и абсолютному обнищанию рабочего класса. Относительное обнищание есть падение доли рабочего класса в национальном доходе капиталистических стран. Абсолютное обнищание есть прямое снижение жизненного уровня рабочего класса.

4. Основным противоречием капитализма является противоречие между общественным характером процесса производства и частнокапиталистической формой присвоения. С развитием капитализма это противоречие всё более обостряется, углубляются классовые антагонизмы между буржуазией и пролетариатом.


ГЛАВА Х КРУГООБОРОТ И ОБОРОТ КАПИТАЛА


Кругооборот капитала. Три формы промышленного капитала.


Условием существования капиталистического способа производства является развитое товарное обращение, то есть обмен товаров при посредстве денег. Капиталистическое производство неразрывно связано с обращением.

Каждый отдельный капитал начинает свой жизненный путь в виде определённой суммы денег, он выступает как денежный капитал. На деньги капиталист покупает товары определённого рода: 1) средства производства и 2) рабочую силу. Этот акт обращения можно изобразить таким образом:

Политическая экономия Кругооборот капитала. Три формы промышленного капитала.

Здесь Д означает деньги, Т — товар, Р — рабочую силу и Сn— средства производства. В результате этого изменения формы капитала его владелец получает в своё распоряжение всё, что необходимо для производства. Раньше он обладал капиталом в денежной форме, теперь он обладает капиталом той же величины, но уже в форме производительного капитала.

Стало быть, первая стадия в движении капитала заключается в превращении денежного капитала в производительный.

После этого начинается процесс производства, в котором происходит производственное потребление товаров, купленных капиталистом. Оно выражается в том, что рабочие затрачивают свой труд, сырьё перерабатывается, топливо сжигается, машины изнашиваются. Капитал вновь изменяет свою форму: в результате процесса производства авансированный капитал оказывается воплощённым в определённой массе товаров, он принимает форму товарного капитала. Однако, во-первых, это уже не те товары, которые капиталист купил, приступая к делу; во-вторых, стоимость этой товарной массы выше первоначальной стоимости капитала, ибо в ней содержится произведённая рабочими прибавочная стоимость.

Эта стадия в движении капитала может быть изображена таким образом:

Политическая экономия Кругооборот капитала. Три формы промышленного капитала.

Здесь буква П означает производство, точки перед этой буквой и после неё показывают, что процесс обращения прерван и происходит процесс производства, а Т' означает капитал в товарной форме, стоимость которого возросла в результате присвоения капиталистом прибавочной стоимости.

Стало быть, вторая стадия в движении капитала заключается в превращении производительного капитала в товарный.

На этом движение капитала не останавливается. Произведённые товары должны быть реализованы. В обмен за проданные товары капиталист получает определённую сумму денег.

Этот акт обращения можно изобразить таким образом:

Политическая экономия Кругооборот капитала. Три формы промышленного капитала.

Капитал третий раз изменяет свою форму: он вновь принимает форму денежного капитала. После этого у его владельца оказывается большая сумма денег, чем была вначале. Цель капиталистического производства, состоящая в извлечении прибавочной стоимости, достигнута.

Стало быть, третья стадия в движении капитала заключается в превращении товарного капитала в денежный.

Выручив за проданный товар деньги, капиталист употребляет их вновь на покупку средств производства и рабочей силы, необходимых для дальнейшего производства, и весь процесс возобновляется снова.

Таковы три стадии, которые капитал последовательно проходит в своём движении. В каждой из этих стадий капитал выполняет соответствующую функцию. Превращение денежного капитала в элементы производительного капитала обеспечивает соединение средств производства, принадлежащих капиталистам, с рабочей силой наёмных рабочих; без такого соединения процесс производства не может происходить. Функция производительного капитала состоит в создании трудом наёмных рабочих товарной массы, новой стоимости, а следовательно, и прибавочной стоимости. Функция товарного капитала состоит в том, чтобы путём продажи произведённой массы товаров, во-первых, возвратить капиталисту в денежной форме капитал, авансированный им на производство, и, во-вторых, реализовать в денежной форме созданную в процессе производства прибавочную стоимость.

Эти три стадии проходит в своём движении промышленный капитал. Под промышленным капиталом в данном случае понимается всякий капитал, применяемый для производства товаров, независимо от того, идёт ли речь о промышленности или о сельском хозяйстве. «Промышленный капитал есть единственная форма существования капитала, при которой функцией капитала является не только присвоение прибавочной стоимости или прибавочного продукта, но и их создание. Поэтому именно промышленным капиталом обусловливается капиталистический характер производства; существование промышленного капитала включает в себя классовое противоречие между капиталистами и наемными рабочими»[48].

Следовательно, каждый промышленный капитал совершает движение в виде кругооборота.

Кругооборотом капитала называется последовательное превращение капитала из одной формы в другую, его движение, охватывающее три стадии. Из этих стадий первая и третья протекают в сфере обращения, а вторая — в сфере производства. Без обращения, то есть без превращения товаров в деньги и обратного превращения денег в товары, немыслимо капиталистическое воспроизводство, то есть постоянное возобновление процесса производства.

Кругооборот капитала в целом можно изобразить следующим образом:

Политическая экономия Кругооборот капитала. Три формы промышленного капитала.

Все три стадии кругооборота капитала теснейшим образом связаны между собой и зависят одна от другой. Кругооборот капитала совершается нормально лишь при том условии, если его различные фазы без задержек переходят одна в другую.

Если капитал задерживается на первой стадии, то это означает бесцельное существование денежного капитала. Если задержка происходит на второй стадии, то это означает, что втуне лежат средства производства и остаётся без применения рабочая сила. Если капитал встречает задержку на третьей стадии, то нераспроданные товары накопляются на складах и переполняют каналы обращения.

Решающее значение в кругообороте промышленного капитала имеет вторая стадия, когда он находится в форме производительного капитала; на этой стадии происходит производство товаров, стоимости и прибавочной стоимости. На других же двух стадиях стоимость и прибавочная стоимость не создаются; здесь происходит лишь смена форм капитала.

Трём стадиям кругооборота капитала соответствуют три формы промышленного капитала: 1) денежный капитал, 2) производительный капитал и 3) товарный капитал.

Каждый капитал существует одновременно во всех трёх формах: в то время как одна из его частей представляет собой денежный капитал, превращающийся в производительный, другая часть представляет собой производительный капитал, превращающийся в товарный, а третья часть представляет товарный капитал, превращающийся в денежный. Каждая из этих частей поочерёдно принимает и сбрасывает одну за другой все эти три формы. Так обстоит дело не только со всяким капиталом в отдельности, но и со всеми капиталами, взятыми вместе, или, иначе говоря, с совокупным общественным капиталом. Поэтому, указывает Маркс, капитал можно понять лишь как движение, а не как вещь, пребывающую в покое.


В этом уже заложена возможность обособленного существования трёх форм капитала. Далее будет показано, как от капитала, занятого в производстве, отделяются торговый капитал и ссудный капитал. На этом отделении основано существование различных групп буржуазии — промышленников, купцов, банкиров, — между которыми происходит распределение прибавочной стоимости.


Оборот капитала. Время производства и время обращения.


Каждый капитал совершает кругооборот беспрерывно, постоянно его повторяя. Тем самым капитал совершает свой оборот.

Оборотом капитала называется его кругооборот, взятый не как однократный акт, а как периодически возобновляющийся и повторяющийся процесс. Время оборота капитала представляет собой сумму времени производства и времени обращения. Иными словами, время оборота есть промежуток времени от момента авансирования капитала в определённой форме до момента, когда капитал возвращается к капиталисту в той же форме, но возросшим на величину прибавочной стоимости.

Время производства есть то время, в течение которого капитал находится в сфере производства. Важнейшую часть времени производства составляет рабочий период, в течение которого обрабатываемый предмет подвергается непосредственному воздействию труда. Рабочий период зависит от характера данной отрасли производства, уровня техники на том или ином предприятии и от других условий. Например, на прядильной фабрике требуется всего несколько дней, чтобы превратить определённое количество хлопка в пряжу, готовую к продаже, а на паровозостроительном заводе выпуск каждого паровоза требует затраты многих десятков дней труда большого числа рабочих.


Время производства обычно длиннее, чем рабочий период. Оно включает также перерывы в обработке, в течение которых предмет труда подвергается воздействию определённых естественных процессов, как, например, брожение вина, дубление кожи, рост пшеницы и т. п. С развитием техники сроки многих подобных процессов сокращаются.


Время обращения есть то время, в течение которого капитал превращается из денежной формы в производительную и из товарной — в денежную. Продолжительность времени обращения зависит от условий покупки средств производства и продажи готовых товаров, от близости рынка, от степени развития средств транспорта и связи.


Основной и оборотный капитал.


Различные части производительного капитала оборачиваются не одинаково. Различие оборота отдельных частей производительного капитала вытекает из различий того способа, каким каждая из них переносит свою стоимость на продукт. В зависимости от этого капитал делится на основной и оборотный.

Основным капиталом называется та часть производительного капитала, которая, полностью принимая участие в производстве, переносит свою стоимость на продукт не сразу, а по частям, в течение ряда периодов производства. Это есть часть капитала, затраченная на постройку зданий и сооружений, на покупку машин и оборудования.

Основной капитал авансируется капиталистом сразу на весь срок его действия, но его стоимость возвращается к капиталисту в денежной форме по частям. Элементы основного капитала служат целям производства обычно в течение многих лет; они ежегодно в определённой мере изнашиваются и в конце концов оказываются непригодными для дальнейшего использования. В этом заключается физический износ машин, оборудования.

Наряду с физическим износом орудия производства подвержены также моральному износу. Машина, прослужившая 5-10 лет, может быть ещё достаточно прочной, но если к этому времени создана другая, более усовершенствованная, более производительная или более дешёвая машина того же рода, то это ведёт к обесценению старой машины. Поэтому капиталист заинтересован в том, чтобы полностью использовать оборудование в возможно более короткие сроки. Отсюда стремление капиталистов к удлинению рабочего дня, к интенсификации труда, к работе предприятий в несколько смен без перерывов.

Оборотным капиталом называется та часть производительного капитала, стоимость которой полностью переносится на товар в течение одного периода производства и целиком возвращается к капиталисту в виде денег (с добавлением прибавочной стоимости) при реализации товара. Это есть часть капитала, затраченная на покупку рабочей силы, сырья, топлива и вспомогательных материалов, то есть тех средств производства, которые не входят в состав основного капитала, причём, как было сказано, затраты на покупку рабочей силы капиталист возвращает себе с избытком.

В течение того времени, когда основной капитал сделает лишь один оборот, оборотный капитал успевает сделать много оборотов.

Продав товар, капиталист выручает определенную денежную сумму, в которой содержатся: 1) стоимость той части основного капитала, которая перенесена в процессе производства на товар, 2) стоимость оборотного капитала, 3) прибавочная стоимость. Чтобы продолжать производство, капиталист вновь употребляет вырученную сумму, соответствующую оборотному капиталу, на наем рабочих, на закупку сырья, топлива, вспомогательных материалов. Капиталист использует сумму, соответствующую перенесённой на товар части стоимости основного капитала, для возмещения износа машин, станков, зданий, то есть на цели амортизации.

Амортизация есть постепенное возмещение в денежной форме стоимости основного капитала путём периодических отчислений, соответствующих его изнашиванию. Часть амортизационных отчислений затрачивается на капитальный ремонт, то есть на частичное возмещение изношенного оборудования, инструмента, производственных зданий и т. п. Основную же часть амортизационных отчислений капиталисты сохраняют в денежной форме (обычно в банках) для того, чтобы, когда это потребуется, купить новые машины вместо старых или построить новые здания вместо пришедших в негодность.


Марксистская политическая экономия отличает деление капитала на основной и оборотный от деления капитала на постоянный и переменный. Постоянный и переменный капитал различаются между собой по той роли, которую они играют в процессе эксплуатации рабочих капиталистами, между тем как основной и оборотный капитал различаются по характеру оборота.

Эти два способа деления капитала можно изобразить следующим образом:

Политическая экономия Основной и оборотный капитал.



Буржуазная политическая экономия признаёт только деление капитала на основной и оборотный, так как это деление капитала само по себе не показывает роли рабочей силы в создании прибавочной стоимости, а, наоборот» затушёвывает коренное отличие затрат капиталиста на наём рабочей силы от затрат на сырьё, топливо и т. д.


Годовая норма прибавочной стоимости. Способы ускорения оборота капитала.


При данной величине переменного капитала скорость оборота капитала оказывает влияние на размеры выжимаемой за год капиталистом из рабочих прибавочной стоимости.

Возьмём два капитала, у каждого из которых переменная часть равна 25 тысячам долларов, а норма прибавочной стоимости составляет 100%. Положим, что один из них оборачивается один раз в год, а другой — два раза в год. Это значит, что владелец второго капитала, имея ту же сумму денег, может нанимать и эксплуатировать в течение года вдвое больше рабочих, чем владелец первого. Поэтому к концу года результаты у обоих капиталистов окажутся различными. Первый из них получит за год 25 тысяч долларов прибавочной стоимости, а второй — 50 тысяч долларов.

Годовой нормой прибавочной стоимости называется отношение произведённой за год массы прибавочной стоимости к авансированному переменному капиталу. В нашем примере годовая норма прибавочной стоимости, выраженная в процентах, у первого капиталиста составляет.

Политическая экономия Годовая норма прибавочной стоимости. Способы ускорения оборота капитала.

Отсюда ясно, что капиталисты заинтересованы в ускорении оборота капитала, так как это ускорение даёт им возможность получить ту же сумму прибавочной стоимости с меньшим капиталом или с тем же капиталом получить большую сумму прибавочной стоимости. Скорость оборота капитала влияет также и на величину той части оборотного капитала, которая авансируется на покупку сырья, топлива, вспомогательных материалов.


Маркс показал, что само по себе ускорение обращения капитала не создаёт ни атома новой стоимости. Более быстрый оборот капитала и более быстрая реализация в денежной форме созданной в данном году прибавочной стоимости даёт лишь возможность капиталистам при одной и той же величине капитала нанять большее количество рабочих, труд которых создаёт за год большую массу прибавочной стоимости.


Как мы видели, время оборота капитала состоит из времени производства и времени обращения. Капиталист стремится сократить продолжительность того и другого.

Рабочий период, необходимый для производства товаров, сокращается с развитием производительных сил, с ростом техники. Например, современные способы выплавки чугуна и стали во много раз ускоряют процессы по сравнению с теми способами, которые применялись 100—150 лет назад. Значительный результат даёт также прогресс в организации производства, например переход к серийному или массовому производству.

Перерывы в обработке, составляющие часть времени производства сверх рабочего периода, с развитием техники во многих случаях также сокращаются. Так, процесс дубления кожи раньше продолжался неделями, а в настоящее время благодаря применению новейших химических методов он требует лишь нескольких часов. В ряде производств широкое применение получили катализаторы — вещества, ускоряющие течение химических процессов.

В целях ускорения оборота капитала предприниматель прибегает также к удлинению рабочего дня и к интенсификации труда. Если при 10-часовом рабочем дне рабочий период составляет 24 дня, то удлинение рабочего дня до 12 часов сокращает рабочий период до 20 дней и соответственным образом ускоряет оборот капитала. Такой же результат даёт интенсификация труда, при которой рабочий затрачивает в течение 60 минут столько же энергии, сколько он раньше затрачивал, скажем, в течение 72 минут.

Далее, капиталисты добиваются ускорения оборота капитала путём сокращения времени обращения капитала. Возможность такого сокращения создаётся развитием транспорта, почты, телеграфа, лучшей организацией торговли. Но сокращению времени обращения противодействуют, во-первых, крайне нерациональное размещение производства в капиталистическом мире, вызывающее перевозку товаров на огромные расстояния, и, во-вторых, обострение капиталистической конкуренции и рост трудностей сбыта.

Вместе с оборотным капиталом через обращение проходит созданная в течение данного периода прибавочная стоимость. Чем короче время оборота капитала, тем быстрее реализуется в денежной форме созданная рабочими прибавочная стоимость и тем скорее она может пойти на расширение производства.


Краткие выводы


1. Каждый индивидуальный промышленный капитал совершает непрерывное движение в виде кругооборота, состоящего из трёх стадий. Этим трём стадиям соответствуют три формы промышленного капитала — денежная, производительная и товарная, различающиеся по своим функциям.

2. Кругооборот капитала, взятый не как отдельный акт, а как периодически возобновляющийся процесс, называется оборотом капитала. Время оборота капитала представляет собой сумму времени производства и времени обращения. Важнейшей частью времени производства является рабочий период.

3. Каждый производительный капитал делится на две части, различающиеся по характеру оборота: основной капитал и оборотный капитал. Основной капитал есть часть производительного капитала, стоимость которой переносится на товар не сразу, а по частям в течение ряда периодов производства. Оборотный капитал есть часть производительного капитала, стоимость которой полностью переносится на товар в течение одного периода производства и целиком возвращается к капиталисту при продаже данного товара.

4. Ускорение оборота капитала даёт возможность капиталистам с одним и тем же капиталом совершить в течение года большее число оборотов и, следовательно, нанять большее число рабочих, которые произведут большую массу прибавочной стоимости. Капиталисты стремятся ускорять оборот капитала как путём улучшения техники, так и, в особенности, путём усиления эксплуатации рабочих — удлинения рабочего дня и интенсификации труда.


ГЛАВА XI СРЕДНЯЯ ПРИБЫЛЬ И ЦЕНА ПРОИЗВОДСТВА


Капиталистические издержки производства и прибыль. Норма прибыли.


Прибавочная стоимость, создаваемая трудом наёмных рабочих в процессе производства, является источником доходов всех эксплуататорских классов капиталистического общества. Рассмотрим сначала те законы, в силу которых прибавочная стоимость принимает форму прибыли капиталистов, вкладывающих свои капиталы в производство товаров.

Стоимость товара, произведённого на капиталистическом предприятии, состоит из трёх частей: 1) стоимости постоянного капитала (часть стоимости машин, зданий, стоимость сырья, топлива и т. п.), 2) стоимости переменного капитала и 3) прибавочной стоимости. Величина стоимости товара определяется количеством общественно необходимого труда, которое требуется для его производства. Но капиталист не затрачивает собственного труда на производство товара, он расходует для этой цели свой капитал.

Капиталистические издержки производства товара состоят из затрат постоянного и переменного капитала, то есть из расходов на средства производства и на заработную плату рабочим. То, чего стоит товар капиталистам, измеряется затратой капитала, то, чего товар стоит обществу, затратой труда. Поэтому капиталистические издержки производства товара меньше его стоимости, или действительных издержек производства. Разница между стоимостью, или действительными издержками производства, и капиталистическими издержками производства равна прибавочной стоимости, которую капиталист присваивает безвозмездно.

Когда капиталист продаёт произведённый на его предприятии товар, прибавочная стоимость выступает как известный излишек сверх капиталистических издержек производства. Этот излишек капиталист при определении доходности предприятия сопоставляет с авансированным капиталом, то есть со всем капиталом, вложенным в производство. Прибавочная стоимость, отнесённая ко всему капиталу, выступает в виде прибыли. Прибыль есть прибавочная стоимость, взятая в её отношении ко всему вложенному в производство капиталу и внешне выступающая как порождение этого капитала. При этом различие между постоянным капиталом, затрачиваемым на покупку средств производства, и переменным капиталом, затрачиваемым на наём рабочей силы, затушёвывается. В результате возникает обманчивая видимость, будто прибыль есть порождение капитала. На самом деле источником прибыли является прибавочная стоимость, создаваемая только трудом рабочих, только рабочей силой, стоимость которой воплощена в переменном капитале. Маркс называет прибыль превращенной формой прибавочной стоимости.


Подобно тому как форма заработной платы скрывает эксплуатацию наёмного рабочего, создавая неправильное представление, будто оплачивается весь труд, точно так же форма прибыли в свою очередь затушёвывает отношение эксплуатации, создавая обманчивую видимость, будто прибыль порождается самим капиталом. Так формы капиталистических производственных отношений затемняют и маскируют их действительную сущность.


Степень выгодности капиталистического предприятия для его владельца определяется нормой прибыли. Норма прибыли есть отношение прибавочной стоимости ко всему авансированному капиталу, выраженное в процентах. Например, если весь авансированный капитал равен 200 тысячам долларов, а прибыль за год составляет 40 тысяч долларов, то норма прибыли = Политическая экономия Капиталистические издержки производства и прибыль. Норма прибыли., или 20%.

Поскольку весь авансированный капитал больше переменного капитала, норма прибыли всегда меньше, чем норма прибавочной стоимости. Если в нашем примере капитал в 200 тысяч долларов состоит из 160 тысяч долларов постоянного капитала и 40 тысяч долларов переменного капитала, а норма прибавочной стоимости составляет Политическая экономия Капиталистические издержки производства и прибыль. Норма прибыли., то норма прибыли равна 20%, пли в пять раз меньше нормы прибавочной стоимости.

Норма прибыли зависит прежде всего от нормы прибавочной стоимости. Чем выше норма прибавочной стоимости, тем выше, при прочих равных условиях, норма прибыли. Все факторы, увеличивающие норму прибавочной стоимости, то есть повышающие степень эксплуатации труда капиталом (удлинение рабочего дня, повышение интенсивности и производительности труда и т. д.), повышают и норму прибыли.

Далее, норма прибыли зависит от органического строения ка- питала. Как известно, органическое строение капитала есть отношение между постоянным и переменным капиталом. Чем ниже органическое строение капитала, то есть чем больше в капитале удельный вес его переменной части (стоимости рабочей силы), тем больше, при одинаковой норме прибавочной стоимости, норма прибыли. И, наоборот, чем выше органическое строение капитала, тем ниже норма прибыли.

Наконец, на норму прибыли влияет быстрота оборота капитала. Чем быстрее оборот капитала, тем выше годовая норма прибыли, представляющая собой отношение произведённой за год прибавочной стоимости ко всему авансированному капиталу. И, наоборот, замедление оборота капитала ведёт к понижению годовой нормы прибыли.


Образование средней нормы прибыли и превращение стоимости товаров в цену производства.


При капитализме распределение капиталов между различными отраслями производства, развитие техники совершаются в ожесточённой конкурентной борьбе.

Необходимо различать конкуренцию внутриотраслевую и межотраслевую.

Внутриотраслевая конкуренция есть конкуренция между предприятиями одной и той же отрасли, производящими однородные товары, из-за более выгодного сбыта этих товаров и получения добавочной прибыли. Отдельные предприятия работают в неодинаковых условиях и отличаются друг от друга размерами, уровнем технического оснащения и организации производства. Вследствие этого индивидуальная стоимость товаров, производимых различными предприятиями, не одинакова. Но конкуренция между предприятиями одной и той же отрасли приводит к тому, что цены товаров определяются не их индивидуальными стоимостями, а общественной стоимостью этих товаров. Величина же общественной стоимости товаров, как было сказано, зависит от средних условий производства в данной отрасли.

В результате того, что цена товаров определяется их общественной стоимостью, выигрывают те предприятия, на которых техника производства и производительность труда выше среднего уровня данной отрасли и вследствие этого индивидуальная стоимость товаров ниже общественной. Эти предприятия получают добавочную прибыль, или сверхприбыль, которая представляет собой форму рассмотренной нами выше (в главе VII) избыточной прибавочной стоимости. Таким образом, в результате внутриотраслевой конкуренции на отдельных предприятиях данной отрасли образуются различные нормы прибыли. Конкуренция между отдельными предприятиями одной и той же отрасли приводит к вытеснению крупными предприятиями мелких и средних. Чтобы устоять в конкурентной борьбе, капиталисты — собственники отсталых предприятий стараются ввести у себя технические усовершенствования, применяемые их конкурентами — собственна ками технически более развитых предприятий. В результате происходит повышение органического строения капитала по отрасли в целом, сверхприбыль, которую получали капиталисты, владевшие технически более развитыми предприятиями, исчезает и происходит общее снижение нормы прибыли. Это заставляет капиталистов снова вводить технические усовершенствования. Так в процессе внутриотраслевой конкуренции происходит развитие техники, рост производительных сил.

Межотраслевая конкуренция есть конкуренция между капиталистами разных отраслей производства из-за более прибыльного приложения капитала. Капиталы, применяемые в различных отраслях производства, имеют неодинаковое органическое строение. Так как прибавочная стоимость создаётся лишь трудом наёмных рабочих, то на предприятиях тех отраслей, где преобладает низкое органическое строение капитала, на равновеликий капитал производится относительно большая масса прибавочной стоимости. На предприятиях же с более высоким органическим строением капитала производится относительно меньшая масса прибавочной стоимости. Однако конкурентная борьба между капиталистами разных отраслей ведёт к тому, что размер прибыли на равные капиталы уравнивается.

Предположим, что в обществе имеются три отрасли — кожевенная, текстильная и машиностроительная — с капиталом одинаковой величины, но различного органического строения. Величина авансированного капитала в каждой из этих отраслей равна 100 единицам (скажем, миллионам фунтов стерлингов). Капитал кожевенной отрасли состоит из 70 единиц постоянного капитала и 30 единиц переменного, капитал текстильной отрасли — из 80 единиц постоянного и 20 единиц переменного и капитал машиностроительной отрасли — из 90 единиц постоянного и 10 единиц переменного. Пусть норма прибавочной стоимости во всех трёх отраслях одинакова и составляет 100%. Стало быть, в кожевенной отрасли будет произведено 30 единиц прибавочной стоимости, в текстильной — 20 и в машиностроительной — 10. Стоимость товаров в первой отрасли будет равна 130, во второй — 120, в третьей — 110, а во всех трёх отраслях — 360 единицам.

Если товары будут продаваться по их стоимости, то в кожевенной отрасли норма прибыли составит 30%, в текстильной — 20 и в машиностроительной — 10%. Такое распределение прибыли (кажется весьма выгодным для капиталистов кожевенной отрасли производства, но невыгодным для капиталистов машиностроительной отрасли. При этих условиях предприниматели машиностроительной отрасли будут искать более выгодного применения для своих капиталов. Такое применение капиталов они найдут в кожевенной отрасли. Произойдёт перелив капиталов из машиностроительной отрасли в кожевенную. В результате количество товаров, производимых в кожевенной отрасли, возрастёт, конкуренция неизбежно обострится и заставит предпринимателей этой отрасли снизить цены своих товаров. Наоборот, в машиностроительной отрасли количество производимых товаров уменьшится, и изменившееся соотношение между спросом и предложением даст возможность предпринимателям повысить цены своих товаров.

Падение цен в кожевенной отрасли и рост цен в машиностроительной будут продолжаться до тех пор, пока норма прибыли во всех трёх отраслях не станет примерно одинаковой. Это произойдёт тогда, когда товары всех трёх отраслей будут продаваться по 120 единиц (130+120+l10=360 : 3). Средняя прибыль каждой отрасли при таких условиях будет равна 20 единицам. Средняя прибыль есть равная прибыль на одинаковые по величине капиталы, вложенные в различные отрасли производства.

Итак, межотраслевая конкуренция приводит к тому, что различные нормы прибыли, существующие в различных отраслях капиталистического производства, выравниваются в общую (или среднюю) норму прибыли. Это выравнивание осуществляется путём перелива капитала (а следовательно, и труда) из одних отраслей в другие.

С образованием средней нормы прибыли капиталисты одних отраслей (в нашем примере кожевенной) лишаются части прибавочной стоимости, созданной их рабочими. Зато капиталисты других отраслей (в нашем примере машиностроительной) реализуют излишек прибавочной стоимости. Это означает, что первые продают свои товары по ценам ниже их стоимости, а вторые — по ценам, превышающим их стоимость. Цена товара каждой отрасли образуется теперь из издержек производства (100 единиц) и средней прибыли (20 единиц).

Цена, равная издержкам производства товара плюс средняя прибыль, есть цена производства. На отдельных предприятиях данной отрасли вследствие различий в условиях производства существуют различные, индивидуальные цены производства, которые определяются индивидуальными издержками производства плюс средняя прибыль. Но товары реализуются в среднем по общей, одинаковой цене производства.

Процесс образования средней нормы прибыли и цены производства можно наглядно изобразить в виде следующей таблицы:

Политическая экономия Образование средней нормы прибыли и превращение стоимости товаров в цену производства.

Товары, произведённые в каждой из трёх отраслей, продаются по 120 единиц (скажем, «миллионов фунтов стерлингов). Между тем стоимость товара в кожевенной отрасли равна 130 единицам, в текстильной — 120 и в машиностроительной — 110 единицам. В отличие от простого товарного производства при капитализме товары продаются уже не по ценам, соответствующим их стоимостям, а по ценам, которые соответствуют ценам производства.


Превращение стоимости в цену производства есть результат исторического развития капиталистического производства. В условиях простого товарного производства рыночные цены товаров в общем соответствовали их стоимости. На первых ступенях развития капитализма сохранялись ещё значительные различия в нормах прибыли в разных отраслях производства, так как отдельные отрасли были ещё недостаточно связаны друг с другом, существовали цеховые и другие ограничения, мешавшие свободному переливу капиталов из одних отраслей в другие. Процесс образования средней нормы прибыли и превращения стоимости в цену производства завершается лишь с победой капиталистической машинной индустрии.


Буржуазные экономисты пытаются опровергнуть трудовую теорию стоимости Маркса при помощи ссылки на факт несовпадения и отдельных отраслях цеи производства со стоимостью товаров. Однако в действительности закон стоимости полностью сохраняет свою силу в капиталистических условиях, ибо цена производства представляет собой лишь видоизменённую форму стоимости.

Об этом свидетельствуют следующие обстоятельства.

Во-первых, одни предприниматели продают свои товары выше их стоимости, другие — ниже, но все капиталисты, вместе взятые, реализуют всю массу стоимости своих товаров. В масштабе всего общества сумма цен производства равна сумме стоимостей всех товаров.

Во-вторых, сумма прибыли всего класса капиталистов равна сумме прибавочной стоимости, произведённой всем неоплаченным трудом пролетариата. Величина средней нормы прибыли зависит от величины прибавочной стоимости, произведённой в обществе.

В-третьих, снижение стоимости товаров приводит к снижению их цен производства, рост стоимости товаров приводит к повышению их цен производства.

Таким образом, в капиталистическом обществе действует закон средней нормы прибыли, заключающийся в том, что различные нормы прибыли, зависящие от различий в органическом строении капитала в разных отраслях производства, в результате конкуренции выравниваются в общую (среднюю) норму прибыли. Закон средней нормы прибыли, как и все законы капиталистического способа производства, осуществляется стихийно, среди бесчисленных отклонений и колебаний. В борьбе за наиболее прибыльное применение капитала разыгрывается ожесточённая конкурентная борьба между капиталистами. Капиталисты стремятся вкладывать свои капиталы в те отрасли производства, которые сулят им получение большей прибыли. В погоне за высокой прибылью происходит перелив капиталов из одной отрасли в другую, в результате чего и устанавливается средняя норма прибыли.

Так на основе закона средней нормы прибыли осуществляется распределение труда и средств производства между разными отраслями капиталистического производства. Следовательно, в развитом капитализме закон стоимости действует как стихийный регулятор производства через цену производства.

Цена производства является той средней величиной, вокруг которой в конечном счёте колеблются рыночные цены товаров, то есть цены, по которым товары фактически продаются и покупаются на рынке.

Уравнение нормы прибыли и превращение стоимости в цену производства ещё более маскируют отношение эксплуатации, ещё более скрывают подлинный источник обогащения капиталистов. «Действительная разница в величине между прибылью и прибавочной стоимостью... в отдельных сферах производства совершенно скрывает теперь истинную природу и происхождение прибыли, и не только для капиталиста, который в данном случае имеет особый интерес обманываться, но и для рабочих. С превращением стоимости в цену производства скрывается от глаз самая основа определения стоимости»[49].

В действительности образование средней нормы прибыли означает перераспределение прибавочной стоимости между капиталистами различных отраслей производства. Часть прибавочной стоимости, созданной в отраслях с низким органическим строением капитала, присваивается капиталистами в отраслях с высоким органическим строением капитала. Стало быть, рабочие эксплуатируются не только теми капиталистами, у которых они работают, но и всем классом капиталистов в целом. Весь класс капиталистов заинтересован в повышении степени эксплуатации рабочих, так как это ведёт к увеличению средней нормы прибыли. Как указывал Маркс, средняя норма прибыли зависит от степени эксплуатации всего труда всем капиталом.

Закон средней нормы прибыли выражает, с одной стороны, противоречия и конкурентную борьбу между промышленными капиталистами за делёж прибавочной стоимости, а с другой стороны, — глубокий антагонизм двух враждебных друг другу классов — буржуазии и пролетариата. Он свидетельствует о том, что в капиталистическом обществе буржуазия как класс противостоит пролетариату в целом, что борьба за частичные интересы рабочих или отдельных групп рабочих, борьба с отдельными капиталистами не может привести к коренному изменению положения рабочего класса. Рабочий класс сможет сбросить с себя иго капитала, лишь низвергнув буржуазию как класс, лишь уничтожив самую систему капиталистической эксплуатации.


Тенденция нормы прибыли к понижению.


По мере развития капитализма органическое строение капитала непрерывно повышается. Каждый отдельный предприниматель, всё более заменяя рабочих машинами, удешевляет производство, расширяет сбыт своих товаров и добивается для себя сверхприбыли. Но, когда технические достижения отдельных предприятий получают широкое распространение, происходит повышение органического строения капитала на большинстве предприятий, что ведёт к снижению обшей нормы прибыли.

В том же направлении действует более быстрый рост основного капитала по сравнению с оборотным, приводящий к замедлению оборота всего капитала.

Капиталисты, повышая технику, стремятся получить возможно больше прибыли, а в результате их усилий получается то, чего никто из них не хотел, — снижение нормы прибыли.


Возьмём прежний пример. Сумма всех капиталов, равная 300 единицам, состоит из 240 единиц постоянного капитала и 60 единиц переменного капитала. При норме прибавочной стоимости в 100% производится 60 единиц прибавочной стоимости, норма прибыли равна 20%. Предположим, что через 20 лет общая сумма капитала выросла с 300 до 500 единиц. Вместе с тем вследствие прогресса техники повысилось органическое строение капитала. В результате 500 единиц делятся на 425 единиц постоянного и 75 единиц переменного капитала. В таком случае при прежней норме прибавочной стоимости будет создано 75 единиц прибавочной стоимости. Теперь норма прибыли будетПолитическая экономия Тенденция нормы прибыли к понижению.. Масса прибыли увеличилась с 60 до 75 единиц, а норма прибыли снизилась с 20 до 15%.


Итак, повышение органического строения капитала ведёт к понижению средней нормы прибыли. Вместе с тем ряд факторов противодействует понижению нормы прибыли.

Во-первых, растёт эксплуатация рабочего класса. Развитие производительных сил капитализма, находящее своё выражение н повышении органического строения капитала, приводит вместе с тем к росту нормы прибавочной стоимости. Ввиду этого понижение нормы прибыли происходит медленнее, чем оно происходило бы при неизменной норме прибавочной стоимости.

Во-вторых, технический прогресс, повышая органическое строение капитала, порождает безработицу, которая давит на рынок труда. Это даёт возможность предпринимателям уменьшать заработную плату, устанавливать её значительно ниже стоимости рабочей силы.

В-третьих, по мере роста производительности труда падает стоимость средств производства: машин, оборудования, сырья и т. д. Это замедляет рост органического строения капитала и, следовательно, противодействует понижению нормы прибыли.


Предположим, что предприниматель заставил рабочего, работавшего ранее на 5 ткацких станках, работать на 20 станках. Но вследствие роста производительности труда в станкостроении стоимость станков понизилась вдвое. В результате 20 станков стоят уже не в 4 раза дороже прежних 5 станков, а лишь в 2 раза. Поэтому доля постоянного капитала, приходящаяся на одного рабочего, возрастёт не в 4 раза, а в 2 раза.


В-четвёртых, понижению средней нормы прибыли противодействует экономия на постоянном капитале, осуществляемая капиталистами за счёт здоровья и жизни рабочих. В целях увеличения прибыли предприниматели заставляют рабочих трудиться в тесных помещениях, без достаточной вентиляции, экономят на приспособлениях, требуемых техникой безопасности. Результатом этой скаредности капиталистов является подрыв здоровья рабочих, огромное количество несчастных случаев и рост смертности среди рабочего населения.

В-пятых, падение нормы прибыли задерживается вследствие неэквивалентности обмена во внешней торговле, когда предприниматели развитых капиталистических стран, вывозя свои товары в колониальные страны, получают сверхприбыль.

Все эти противодействующие факторы не уничтожают, а лишь ослабляют понижение нормы прибыли, придают ему характер тенденции. Таким образом, повышение органического строения капитала имеет своим неизбежным следствием закон тенденции общей (или средней) нормы прибыли к понижению.

Падение нормы прибыли не означает уменьшения массы прибыли, то есть всего объёма производимой рабочим классом прибавочной стоимости. Наоборот, масса прибыли растёт как в связи с повышением нормы прибавочной стоимости, так и вследствие увеличения общего числа рабочих, эксплуатируемых капиталом. Например, в США сумма промышленной прибыли, исчисленная по официальным данным промышленных переписей, составляла в 1859 г. 316 миллионов долларов, в 1869 г.— 516 миллионов, в 1879 г.— 660 миллионов, в 1889 г. — 1513 миллионов, в 1899 г. — 2 245 миллионов.

Капиталисты стремятся путём усиления эксплуатации рабочих в максимальной мере ослабить тенденцию нормы прибыли к понижению. Это ведёт к обострению противоречий между пролетариатом и буржуазией.

Закон тенденции нормы прибыли к понижению усиливает борьбу внутри самой буржуазии за распределение общей массы прибыли.

В погоне за более высокой прибылью капиталисты устремляются со своими капиталами в отсталые страны, где рабочие руки дешевле и органическое строение капитала ниже, чем в странах с высокоразвитой промышленностью, и начинают усиленно эксплуатировать народы этих стран. Это ведёт к обострению противоречий между развитыми капиталистическими странами и отсталыми, между метрополиями и колониями.

Далее, для поддержания цен на высоком уровне предприниматели объединяются в разного рода союзы. Таким путём они добиваются получения высоких прибылей.

Наконец, стремясь возместить падение нормы прибыли увеличением её массы, капиталисты расширяют объём производства далеко за пределы платёжеспособного спроса. В связи с этим противоречия, обусловленные тенденцией нормы прибыли к понижению, особенно остро проявляются во время кризисов.

Закон тенденции нормы прибыли к понижению является одним из ярких показателей исторической ограниченности капиталистического способа производства. Обостряя капиталистические противоречия, этот закон наглядно показывает, что на известной ступени буржуазный строй становится преградой для дальнейшего развития производительных сил.


Краткие выводы


1. Прибыль есть прибавочная стоимость, взятая в её отношении к вложенному в производство капиталу и внешне выступающая как порождение всего капитала. Норма прибыли представляет собой отношение массы произведённой прибавочной стоимости ко всему капиталу, выраженное в процентах.

2. Внутриотраслевая конкуренция приводит к тому, что цены на однородные товары определяются не индивидуальной, а общественной стоимостью этих товаров. Межотраслевая конкуренция ведёт к переливу капиталов из одной отрасли в другую, к образованию средней нормы прибыли в рамках всего капиталистического производства.

На основе закона средней нормы прибыли осуществляется распределение труда и средств производства между разными отраслями капиталистического хозяйства.

3. В результате уравнения нормы прибыли товары продаются не по стоимости, а по ценам производства. Цена производства есть цена, равная издержкам производства товара плюс средняя прибыль. Цена производства представляет собой видоизменённую форму стоимости. Сумма цен производства равна сумме стоимостей всех товаров; с изменением стоимости товаров изменяется и цена производства.

4. С развитием капитализма по мере роста органического строения капитала средняя норма прибыли обнаруживает тенденцию к понижению. Одновременно неуклонно растёт масса прибыли. Закон тенденции средней нормы прибыли к понижению ведёт к обострению противоречий капитализма.


ГЛАВА XII ТОРГОВЛЯ, КРЕДИТ И ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ


Торговая прибыль и её источник.


Торговый и ростовщический капитал исторически предшествовали промышленному капиталу. При капиталистическом способе производства эти формы капитала теряют свою прежнюю самостоятельную роль; их функции сводятся к обслуживанию промышленного капитала. Вследствие этого при капитализме торговый капитал и капитал, приносящий проценты, существенно отличаются от их докапиталистических форм.

Промышленный капитал, как уже говорилось, в ходе своего кругооборота последовательно принимает три формы: денежную, производительную и товарную, которые различаются по своим функциям. Эти функциональные формы промышленного капитала на известной ступени его развития обособляются друг от друга. От промышленного капитала, занятого в производстве, отделяются торговый капитал в виде капитала торговца и ссудный капитал в виде капитала банкира. Внутри класса капиталистов образуются три группы, участвующие в присвоении прибавочной стоимости: промышленники, торговцы и банкиры.

Торговый капитал применяется в сфере обращения, в которой не создаётся прибавочной стоимости. Откуда же возникает прибыль торговца? Если бы капиталист-промышленник сам занимался реализацией товара, он должен был бы затратить часть своего капитала па оборудование торговых помещений, наём приказчиков и другие расходы, связанные с торговлей. Для этого ему пришлось бы увеличить размеры авансированного капитала или при том же самом авансированном капитале уменьшить объём производства. И в том и в другом случае произошло бы снижение его прибыли. Промышленник предпочитает продать свой товар посреднику — торговому капиталисту, который осуществляет дальнейшее продвижение товара к потребителям. Благодаря передаче операций по реализации товаров торговцу промышленный капиталист ускоряет оборот своего капитала, а ускорение оборота ведёт к повышению прибыли. Это позволяет промышленнику с выгодой для себя уступить торговцу некоторую долю своей прибыли. Промышленник продаёт торговцу товар по цене, которая ниже цены производства. Торговый капиталист, продавая товар потребителям по цене производства, получает прибыль. Торговая прибыль есть часть прибавочной стоимости, которую промышленник уступает торговцу за реализацию своих- товаров.

Труд наёмных работников, занятых реализацией товаров, то есть превращением товаров в деньги и денег в товары, не создаёт ни стоимости, ни прибавочной стоимости, но он даёт торговому капиталисту возможность присваивать часть прибавочной стоимости, созданной в производстве. «Подобно тому, как неоплаченный труд рабочего непосредственно создает для производительного капитала прибавочную стоимость, неоплаченный труд торговых наемных рабочих создает для торгового капитала участие в этой прибавочной стоимости»[50]. Торговые работники подвергаются эксплуатации со стороны торговых капиталистов, так же как рабочие, производящие товары, подвергаются эксплуатации со стороны промышленников.

Для реализации определённой массы товаров торговец должен авансировать на известный срок капитал соответственной величины. На этот капитал он стремится получить как можно Польше прибыли. Если норма торговой прибыли окажется меньше средней нормы прибыли, занятие торговлей становится невыгодным, и торговцы переводят свои капиталы в промышленность, сельское хозяйство или в какую-либо другую отрасль. Наоборот, высокая норма торговой прибыли привлекает промышленный капитал в торговлю. Конкуренция «между капиталистами приводит к тому, что уровень торговой прибыли определяется средней нормой прибыли, причём средняя прибыль берётся в отношении ко всему капиталу, включая капитал, функционирующий в сфере обращения.


В форме торговой прибыли действительный источник возрастания капитала ещё более скрыт, чем в форме промышленной прибыли. Капитал торговца не участвует в производстве. Формула движения торгового капитала: Д — Т — Д'. Здесь стадия производительного капитала выпадает, связь с производством внешне порвана. Создаётся обманчивая видимость, будто прибыль возникает из самой торговли путём надбавки к цене, путём продажи товаров выше цены производства. На деле происходит обратное: промышленник продаёт товар торговцу ниже цены производства, уступая ему часть своей прибыли, которую торговец и реализует путём продажи товаров потребителю по цене производства.


Торговый капитал не только участвует в реализации прибавочной стоимости, созданной в производстве, но и дополнительно эксплуатирует трудящихся как потребителей. Маркс называл капиталистическую торговлю узаконенным обманом. Стремясь получить дополнительную прибыль, торговые капиталисты всеми способами вздувают цены, широко применяют обвешивание и обмеривание покупателей, продажу недоброкачественных, фальсифицированных товаров.

Одним из источников торговой прибыли является эксплуатация торговым капиталом мелких товаропроизводителей. Торговый капитал вынуждает крестьян и ремесленников продавать ему продукты своего труда по низким ценам и в то же время покупать у него инвентарь, инструменты, сырьё, материалы по высоким ценам.


Доля торговых посредников в розничной цене сельскохозяйственных продуктов в США с 1913 по 1934 г. повысилась с 54 до 63%.


Всё это ведёт к усилению обнищания трудящихся и ещё больше обостряет противоречия капитализма.


Издержки обращения.


Процесс капиталистического обращения товаров требует определённых затрат. Эти затраты, связанные с обслуживанием сферы обращения, представляют собой издержки обращения.

Следует различать два рода капиталистических издержек в области торговли: во-первых, чистые издержки обращения, которые непосредственно связаны с процессами купли-продажи товаров и особенностями капиталистического строя; во-вторых, издержки, обусловленные продолжением процесса производства в сфере обращения.

Подавляющую и всё возрастающую часть издержек обращения капиталистической торговли составляют чистые издержки. К чистым издержкам обращения относятся затраты, связанные с превращением товаров в деньги и денег в товары. Сюда входят расходы, вызываемые конкуренцией и спекуляцией, на рекламу, большая часть расходов на оплату труда торговых работников, на ведение счётных книг, переписку, содержание торговых контор и т. д. Чистые издержки обращения, как указывал Маркс, ие прибавляют к товару никакой стоимости. Они представляют собой прямой вычет из всей суммы стоимости, производимой в обществе, и покрываются капиталистами из общей массы прибавочной стоимости, произведённой трудом рабочего класса. Увеличение чистых издержек обращения свидетельствует о росте расточительства при капитализме. В подавляющем большинстве случаев капиталистическая реклама в той или иной степени связана с обманом покупателей.


В США только учтенные расходы на рекламу составили в 1931 г. 1,6 миллиарда долларов, в 1940 г.— 2,1 миллиарда долларов. За десять лет, с 1940 по 1950 г., расходы на рекламу возросли в США ещё в 2,7 раза.


С развитием капитализма и обострением трудностей реализации товаров создаётся колоссальный торговый аппарат с множеством звеньев. Прежде чем попасть к потребителю, товары проходят через руки целой армии торговцев, спекулянтов, перекупщиков, комиссионеров.

К издержкам, связанным с продолжением процесса производства в сфере обращения, относятся необходимые для общества и не зависящие от особенностей капиталистического хозяйства расходы по доработке, перевозке, упаковке товаров. Каждый продукт только тогда готов к потреблению, когда он доставлен потребителю. Издержки по доработке, перевозке, упаковке товаров соответствующим образом повышают стоимость производства товаров. Затраченный при этом труд рабочих переносит на товар стоимость израсходованных средств производства и присоединяет к стоимости товара новую стоимость.

Анархия капиталистического производства и кризисы, конкурентная борьба и спекуляция обусловливают скопление гигантских, чрезмерных запасов товаров, удлиняют и искривляют пути их движения, что приводит к огромным непроизводительным расходам. Капиталистическая реклама вызывает излишнюю, дорогостоящую упаковку товаров. Это значит, что всё большая часть расходов на перевозку, хранение и упаковку товаров превращается в чистые издержки, вытекающие из особенностей капиталистического строя. Непрерывный рост издержек обращения является одним из показателей усиления паразитизма в буржуазном обществе. Издержки капиталистической торговли ложатся тяжёлым бременем на трудящихся как покупателей.


В США издержки обращения составляли в 1929 г. 31°/о и в 1935 г.—32,8%, а в настоящее время они ещё выше. В капиталистических странах Европы издержки обращения составляют примерно треть суммы розничного товарооборота.


Формы капиталистической торговли. Товарные биржи.


С развитием капиталистического производства и обращения развиваются и формы торговли — оптовой и розничной. Оптовая торговля есть торговля между промышленными и торговыми предприятиями, а розничная торговля есть продажа товаров непосредственно населению.

В торговле, как и в промышленности, происходит концентрация и централизация капитала. Вытеснение мелких и средних капиталистов крупными имеет место как в оптовой, так и в розничной торговле. В розничной торговле концентрация капиталов осуществляется главным образом в форме создания крупных универсальных и специализированных магазинов. Универсальные магазины ведут торговлю всевозможными товарами, специализированные магазины торгуют только одним видом товара, например обувью или одеждой.

Производство однородных товаров позволяет торговцам вести оптовую торговлю по образцам. Массовые однородные товары (хлопок, льноволокно, чёрные и цветные металлы, каучук, зерно, сахар, кофе и т. д.) продаются и покупаются по установленным стандартам и образцам на товарных биржах.

Товарная биржа есть особый вид рынка, где происходит торговля «массовыми однородными товарами и где сосредоточиваются спрос и предложение этих товаров в масштабе целых стран, а нередко и в масштабе мирового капиталистического рынка.


Товары, являющиеся предметами биржевых сделок между капиталистами, непосредственно не переходят из рук в руки. Сделки обычно совершаются на срок: продавец обязуется доставить покупателю определённое количество товара к установленному времени. Например, весной заключаются сделки на поставку хлопка будущего урожая, в то время как хлопок ещё не посеян. При заключении биржевых сделок продавец рассчитывает, что цена на данный товар к установленному сроку упадёт и ему достанется разница в цепах, покупатель же рассчитывает на рост цен. Часто продавцы на бирже вовсе ге имеют продаваемых ими товаров, а покупателям не нужны покупаемые ими товары. Таким образом, товарные биржи являются местом спекулятивной торговли. Спекулянты продают и покупают право собственности на товары, к которым они не имеют никакого отношения. Спекуляция неразрывно связана со всем укладом капиталистической торговли, поскольку эта торговля имеет целью не удовлетворение потребностей общества, а извлечение прибыли. На спекулятивной торговле наживаются главным образом крупные капиталисты. Она ведёт к разорению значительной части мелких и средних предпринимателей.


В буржуазных странах нередко применяется торговля в кредит или в рассрочку. Этот вид торговли часто приводит к тому, что массовый потребитель вынужден расплачиваться своим имуществом, не будучи в состоянии во-время погасить задолженность. Торговля в кредит нередко используется капиталистами для реализации неполноценных, залежалых товаров.


Внешняя торговля.


Как уже говорилось, переход к капитализму был связан с созданием мирового рынка. Ленин указывал, что капитализм является результатом «широко развитого товарного обращения, которое выходит за пределы государства. Поэтому нельзя себе представить капиталистической нации без внешней торговли, да и нет такой нации»[51]. В ходе развития товарного обращения, выходящего за пределы национальных рынков, расширяется капиталистическая внешняя торговля. Расширение «мировой торговли само по себе выражает развитие международного разделения труда, связанного с ростом производительных сил. Но для капиталистов внешняя торговля служит средством повышения прибылей. В погоне за прибылью капиталисты ищут всё новые рынки сбыта товаров и источники сырья. Ограниченность внутреннего рынка вследствие обнищания масс и захват внутренних источников сырья крупными капиталистами усиливают их стремление к установлению господства на внешних рынках и повышают значение внешней торговли.


Внешняя торговля достигла широкого развития лишь в эпоху капитализма. За сто лет, с 1800 по 1900 г., оборот мировой торговли возрос более чем в 121/2 раз: с 1,5 миллиарда долларов до 18,9 миллиарда долларов. За следующие три десятилетия он увеличился более чем в 31/2 раза и достиг в 1929 г. 68,6 миллиарда долларов.


Внешняя торговля является источником дополнительной прибыли для капиталистов более развитых буржуазных стран, так как промышленные изделия сбываются в отсталые страны по относительно более высоким ценам, а сырьё покупается в этих странах по более низким ценам. Внешняя торговля служит одним из средств экономического закабаления отсталых стран развитыми буржуазными странами и расширения сфер влияния капиталистических держав.


Так, например, английская Ост-Индская компания в течение более 250 лет (1600—1858 гг.) грабила Индию. В результате хищнической эксплуатации местного населения Ост-Индской компанией многие провинции Индии были превращены в пустыни: поля не обрабатывались, земли заросли кустарником, население вымирало.


Внешняя торговли состоит из экспорта, то есть вывоза товаров, и импорта, то есть ввоза товаров. Соотношение между суммой цен товаров, вывезенных данной страной, и суммой цен товаров, ввезённых ею в течение определённого срока, например за год, составляет её торговый баланс. Если вывоз превышает ввоз, торговый баланс является активным, если же ввоз превышает вывоз, торговый баланс является пассивным.


Страна, имеющая пассивный торговый баланс, должна покрывать дефицит за счёт таких источников, как запасы золота, доходы от перевозок товаров чужих стран, доходы от капиталовложений в других государствах и, наконец, за счёт заграничных займов.

Торговый баланс не раскрывает всех форм экономических взаимоотношений между странами. Более полное выражение эти взаимоотношения находят в платёжном балансе. Платежный баланс есть соотношение между суммой всех платежей, причитающихся какой-либо стране с других стран, и суммой всех платежей, которые эта страна должна произвести другим странам.


Характер экономических связей между странами определяет и внешнеторговую политику капиталистических государств В эпоху домонополистического капитализма сложилось два основных типа торговой политики: политика свободной торговли (фритредерство) и политика покровительства отечественной промышленности (протекционизм), главным образом путём введения высоких таможенных пошлин на иностранные товары.


Ссудный капитал.


Подобно тому как товарный капитал обособляется в виде торгового капитала, денежный капитал обособляется в виде ссудного капитала.

В процессе оборота капитала у промышленного капиталиста в определённые моменты образуется свободный денежный капитал, не находящий себе применения на его предприятии. Например, когда капиталист накапливает амортизационный фонд, пред назначенный на восстановление выбывающих частей основного капитала, у него образуются временно свободные суммы денег Эти суммы будут израсходованы на приобретение нового оборудования, машин лишь через несколько лет. Если промышленник продаёт готовый товар ежемесячно, а закупает сырьё раз в полгода, то он в течение пяти месяцев имеет на руках свободные деньги. Это — бездействующий капитал, то есть капитал, не приносящий прибыли.

В другие же моменты у капиталиста возникает потребность в деньгах, например, когда он ещё не успел продать готовый то вар, а ему необходимо закупить сырьё. В то время, как у одного предпринимателя оказывается временный излишек денежного капитала, другой предъявляет на него спрос. В погоне за прибылью капиталист стремится к тому, чтобы каждая частица его капитала приносила доход. Капиталист отдаёт свободные деньги в ссуду, то есть во временное пользование другим капиталистам.

Ссудный капитал есть денежный капитал, который его собственник предоставляет на время другому капиталисту за известное вознаграждение. Отличительная черта ссудного капитала состоит в том, что он применяется в производстве не тем капиталистом, чью собственность он составляет. Имея возможность получить деньги в ссуду, промышленный капиталист избавляется от необходимости держать значительные денежные резервы в бездеятельном состоянии. Денежная ссуда даёт промышленнику возможность расширить производство, увеличить число рабочих и, следовательно, повысить размеры получаемой прибавочной стоимости.

В виде вознаграждения за предоставленный в его распоряжение денежный капитал промышленник уплачивает владельцу этого капитала определённую сумму, называемую процентом. Процент есть часть прибыли, отдаваемая промышленным капиталистом ссудному капиталисту за предоставленную ему последним ссуду. Источником процента является прибавочная стоимость. Ссудный капитал есть капитал, приносящий проценты.


Движение ссудного капитала целиком основано на движении промышленного капитала. Отданный в ссуду капитал используется в производстве с целью извлечения прибавочной стоимости. Поэтому ссудный капитал, как и всякий капитал вообще, выражает прежде всего производственные отношений между капиталистами и эксплуатируемыми ими рабочими. Вместе с тем непосредственно ссудный капитал выражает отношения между двумя группами капиталистов: с одной стороны, денежными капиталистами, а с другой стороны, функционирующими капиталистами (промышленниками и торговцами).

Формула движения ссудного капитала: Д — Д'. Здесь выпадает не только стадия производительного капитала, но и стадия товарного капитала. Создаётся видимость, что источником дохода является не прибавочная стоимость, произведённая путём эксплуатации рабочих в сфере производства, а деньги сами по себе. То, что ссудный капитал приносит доход в виде процента, представляется столь же естественным свойством денег, как то, что плодовое дерево приносит плоды. Здесь фетишизм, характерный для капиталистических отношений, достигает высшего предела.


Собственник денежного капитала предоставляет свой капитал на время в распоряжение промышленному капиталисту, который использует его в производстве с целью присвоения прибавочной стоимости. Таким образом происходит отделение собственности на капитал от приложения капитала к производству, отделение капитала как собственности от капитала как функции.


Процент и предпринимательский доход. Норма процента и тенденция её к понижению.


Промышленник отдаёт денежному капиталисту часть своей прибыли в виде процента. Таким образом, средняя прибыль распадается на две части. Та часть средней прибыли, которая остаётся у промышленного капиталиста, называется предпринимательским доходом.


Если форма процента создаёт обманчивую видимость, будто процент является естественным порождением капитала-собственности, то форма предпринимательского дохода порождает иллюзию, будто этот доход представляет собой оплату «труда» функционирующего капиталиста по руководству и надзору за работой наёмных рабочих на его предприятии. На деле же предпринимательский доход, как и процент, не имеет никакого отношения к труду по руководству производством; он представляет собой часть безвозмездно присваиваемой капиталистами прибавочной стоимости.


Пропорция, в которой средняя прибыль разделяется на предпринимательский доход и процент, зависит от соотношения спроса и предложения ссудного капитала, от состояния рынка денежных капиталов. Чем выше спрос на денежный капитал, тем, при прочих равных условиях, выше норма процента. Нормой процента называется отношение суммы процента к ссужаемому денежному капиталу. В обычных условиях верхней границей нормы процента является средняя норма прибыли, поскольку процент есть часть прибыли. Как правило, норма процента значительно ниже средней нормы прибыли.

С развитием капитализма норма процента обнаруживает тенденцию к понижению. Эта тенденция является следствием двух причин: во-первых, действия закона тенденции средней нормы прибыли к понижению, поскольку средняя норма прибыли образует верхнюю границу колебаний нормы процента; во-вторых, с развитием капитализма общая масса ссудного капитала растёт быстрее, чем спрос на него. Одной из причин роста ссудного капитала является увеличение среди буржуазии группы рантье, то есть капиталистов — собственников денежного капитала, не занимающихся предпринимательской деятельностью. В этом также проявляется усиление паразитизма в буржуазном обществе. Росту ссудного капитала способствует централизация свободных денежных средств в банках и сберегательных кассах.


Процент по краткосрочным ссудам на денежном рынке США составлял и 1866—1880 гг. от 3,6 (низшая ставка) до 17 (высшая ставка), в 1881 — 1000 гг. соответственно — от 2,63 до 9,76, в 1901—1920 гг.—от 2,98 до 8,0, в 1921—1935 гг. — от 0,75 до 7,81.


Формы кредита. Банки и их операции.


Капиталистический кредит является формой движения ссудного капитала. При посредстве кредита временно свободный денежный капитал превращается в ссудный капитал. При капитализме существуют две формы кредита: коммерческий и банкирский.

Коммерческим кредитом называется кредит, оказываемый друг другу функционирующими капиталистами (то есть промышленниками и торговцами) при реализации товаров. Промышленник, стремясь ускорить оборот своего капитала, находящегося в товарной форме, отпускает товар в кредит другому промышленнику или оптовому торговцу, а оптовый торговец в свою очередь продаёт товар в кредит розничному торговцу. Коммерческий кредит используется капиталистами при купле-продаже сырья, топлива, оборудования машин; а также предметов потребления. Обычно коммерческий кредит является краткосрочным: он предоставляется на срок не более нескольких месяцев. Орудием коммерческого кредита служит вексель. Вексель есть долговое обязательство, по которому должник обязуется уплатить к определённому сроку деньги за купленный товар. С наступлением срока платежа покупатель, выдавший вексель, должен оплатить его наличными деньгами. Коммерческий кредит, таким образом, связан с товарной сделкой. Вследствие этого он является основой капиталистической кредитной системы.

Банкирским кредитом называется кредит, оказываемый денежными капиталистами (банкирами) функционирующим капиталистам. Банкирский кредит в отличие от коммерческого оказывается не за счёт капитала, занятого в производстве или обращении, а за счёт праздного, а также временно свободного денежного капитала, ищущего применения. Банкирский кредит осуществляется банками. Банк представляет собой капиталистическое предприятие, торгующее денежным капиталом и выступающее посредником между кредиторами и заёмщиками. Банк, с одной стороны, собирает свободные, бездействующие капиталы и доходы, а с другой стороны, предоставляет денежный капитал в распоряжение функционирующих капиталистов: промышленников и торговцев.


Подавляющая доля находящихся в распоряжении банка капиталов является чужой собственностью и подлежит возврату. Но в каждый данный момент лишь сравнительно незначительная часть вкладчиков обращается с требованием о возврате вкладов. В большинстве случаев изъятие денег уравновешивается и перекрывается притоком новых вкладов. Положение и корне меняется в обстановке каких-либо потрясений — кризиса или войны. Тогда вкладчики одновременно требуют обратной выдачи вкладов. В обычных же условиях банк может держать в своих кассах лишь сравнительно небольшие суммы денег для выплаты тем, кто требует обратно своп вклады. Преобладающую же массу вкладов банк отдаёт в ссуду.


Операции банков делятся на пассивные и активные.

Пассивными называются операции, посредством которых банк привлекает средства в свою кассу. Главной среди этих операций является приём вкладов. Вклады (депозиты) вносятся на разных условиях: одни — на определённый срок, другие — без указания срока. Бессрочные вклады банк обязан выплатить по первому требованию, между тем как срочные вклады подлежат возврату только в условленный срок. Таким образом, срочные вклады выгоднее для банка.

Активными называются операции, посредством которых банк предоставляет денежные средства в ссуду. Одной из этих операций является учёт векселей. Промышленник, продавший свой, товар в кредит, передаёт полученный от покупателя вексель в банк, а банк немедленно уплачивает промышленнику сумму векселя за вычетом определённого процента. По прошествии срока векселедатель расплачивается уже не с промышленником, а с банком. Посредством этой операции коммерческий кредит переплетается с банкирским. Далее, к числу активных операций банка относится выдача ссуд под различного рода обеспечение: под залог товаров, ценных бумаг, товарных документов. Наконец, банк производит прямые вложения (инвестиции) капитала в те или иные предприятия в порядке долгосрочного кредита.

Таким образом, банкир является торговцем денежным капиталом. По пассивным операциям банк уплачивает проценты, по активным операциям он получает проценты. Банк берёт денежные средства взаймы по более низким процентам, а отдаёт в ссуду по более высоким процентам. Источником прибыли банка является разница между процентом, взимаемым банком за ссуды, и процентом, уплачиваемым им по вкладам. За счёт этой разницы банк покрывает расходы, связанные с выполнением своих операций; эти расходы являются чистыми издержками обращения. Остающаяся сумма составляет прибыль банка. Механизм капиталистической конкуренции стихийно сводит уровень этой прибыли к средней норме прибыли на собственный капитал. Труд наёмных работников, запятых в банке, не создаёт стоимости и прибавочной стоимости, но даёт возможность банкиру присваивать часть прибавочной стоимости, созданной в производстве. Работники банков, таким образом, подвергаются эксплуатации со стороны банкиров.

Банки играют роль расчётных центров. Каждое предприятие, внёсшее вклад или получившее ссуду, имеет в банке текущий счёт. Деньги с текущего счёта банк выдаёт по особому требованию, которое называется чеком. Стало быть, банк выполняет функции кассира для множества предприятий. Это обстоятельство открывает возможность широкого развития безналичных расчётов. Капиталист А, продав товар капиталисту Б, получает от него чек на банк, где у обоих имеются текущие счета. Банк производит расчёт, переписав сумму чека с текущего счёта Б на текущий счёт А. Предприятия имеют текущие счета в различных банках. В крупнейших центрах банки создают специальные расчётные палаты, где поступающие от многих банков чеки в значительной мере взаимно погашаются. Обращение чеков и векселей сокращает потребность в наличных деньгах.


При капитализме имеются три основных вида банков: коммерческие, ипотечные и эмиссионные. Коммерческие банки кредитуют промышленников и торговцев преимущественно путём выдачи краткосрочных ссуд. Большую роль при этом играет учёт векселей. Этот кредит оказывается главным образом за счёт вкладов.

Ипотечные банки занимаются выдачей долгосрочных ссуд под залог недвижимого имущества (земельных участков, домов, строений). Возникновение и деятельность ипотечных банков тесно связаны с развитием капитализма в сельском хозяйстве, с эксплуатацией крестьян банкирами. К этому типу банков примыкают и сельскохозяйственные банки, предоставляющие долгосрочные ссуды на производственные цели.

Эмиссионные банки имеют право выпуска (эмиссии) кредитных денег — банкнот. Особую роль играют центральные эмиссионные - банки. В этих банках концентрируются золотые запасы страны. Они имеют монопольное права выпуска банкнот. Центральные банки обычно не ведут операций с отдельными промышленниками, торговцами, а дают ссуды коммерческим банкам, которые в свою очередь имеют дело с предпринимателями, Таким образом, центральные эмиссионные банки являются банками банков.


Концентрируя ссудные операции и платежи, банки содействуют ускорению оборота капиталов и понижению издержек денежного обращения. В то же время деятельность банков способствует централизации капитала, вытеснению мелких и средних капиталистов, усилению эксплуатации рабочих, ограблению кустарей и ремесленников. Ипотечные ссуды разоряют крестьян, так как уплата процентов по этим ссудам, поглощая большую часть их доходов, ведёт к упадку хозяйства. Погашение долга нередко производится путём распродажи имущества и земли крестьян, попавших в зависимость от банков.

Сосредоточивая все денежные капиталы общества, выступая как посредники по кредиту, банки являются своеобразным аппаратом стихийного распределения ресурсов между отраслями хозяйства. Распределение это происходит не в интересах общества и не в соответствии с его потребностями, а в интересах капиталистов. Кредит содействует расширению производства, но это расширение вновь и вновь наталкивается на узкие рамки платёжеспособного спроса. Кредит и банки приводят к дальнейшему росту обобществления труда, но общественный характер производства приходит во всё более острый конфликт с частнокапиталистической формой присвоения. Таким образом, развитие кредита обостряет противоречия капиталистического способа производства, усиливает его анархию.


Акционерные общества. Фиктивный капитал.


В современных капиталистических странах подавляющее большинство крупных предприятий имеет форму акционерных обществ. Акционерные общества возникли ещё в начале XVII века, но широкое распространение они получили лишь со второй половины XIX века.

Акционерное общество есть форма предприятия, капитал которого составлен из взносов его участников, владеющих определённым числом акций, соразмерно сумме средств, вложенных каждым из них. Акция представляет собой ценную бумагу, дающую право на участие в распределении дохода от предприятия в соответствии с обозначенной на ней суммой.

Доход, получаемый владельцем акций, называется дивидендом, Акции продаются и покупаются по определённой цене, которая называется их курсом.


Капиталист, покупающий акции, мог бы вложить свой капитал в банк и получить, допустим, 5%. Однако его не удовлетворяет такой доход, он предпочитает купить акции. Хотя это связано с некоторым риском, но зато сулит ему более высокий доход. Предположим, что акционерный капитал, равный 10 миллионам долларов, разделён на 20 тысяч акций ценой по 500 долларов каждая и что предприятие принесло 1 миллион долларов прибыли. Акционерное общество решает из этой суммы оставить 250 тысяч долларов в виде резервного (то есть запасного) капитала, а остальную сумму в 750 тысяч долларов распределить как дивиденд между акционерами. В таком случае каждая акция принесёт её владельцу доход в виде дивиденда (750 тысяч долларов: 20 тысяч акций) в 37,5 доллара, что составляет 7,5%.

Акционеры стремятся продать акции за такую сумму, которая, будучи положена в банк, приносила бы в виде ссудного процента такой же доход, какой они получают в виде дивиденда. Если акция в 500 долларов принесла 37,5 доллара дивиденда, то акционеры будут стремиться продать её за 750 долларов, так как, положив эту сумму в банк, который платит по вкладам 5°/о, её владелец может получить те же 37,5 доллара в виде процента. Курс акций зависит от размера дивиденда и уровня ссудного процента. Курс акций повышается при повышении дивиденда или при падении нормы процента; наоборот, он понижается при уменьшения дивиденда или при повышении нормы процента.


Разница между суммой цен акций, выпущенных при основании акционерного предприятия, и величиной капитала, действительно вложенного в это предприятие, составляет учредительскую прибыль. Учредительская прибыль является одним из важных источников обогащения крупных капиталистов.


Если капитал, ранее вложенный в предприятие, равен 10 миллионам долларов, а сумма цен выпущенных акций составила 15 миллионов долларов, то учредительская прибыль в данном случае составит 5 миллионов долларов.

В результате преобразования индивидуального предприятия в акционерную компанию капитал получает как бы двойное существование. Действительный капитал, вложенный в предприятие в сумме 10 миллионов долларов, существует в виде фабричных зданий, машин, сырья, складов, готовой продукции, наконец, в виде известных сумм денег, хранящихся в кассе предприятия или на текущем счету в банке. Но рядом с этим реальным капиталом при организации акционерного общества появляются ценные бумаги — акции на сумму в 15 миллионов долларов. Акция является лишь отражением действительно существующего капитала предприятия. Но вместе с тем акции существуют уже отдельно от предприятия; их покупают и продают, под акции банки выдают ссуды и т. п.


Формально высшим органом акционерного общества является общее собрание акционеров, которое избирает правление, назначает должностных лиц, заслушивает и утверждает отчёт о работе предприятия, решает основные вопросы деятельности акционерного общества. Но количество голосов на общем собрании определяется в соответствии с суммой акций, представленных их владельцами. Поэтому фактически акционерное общество находится целиком в руках небольшой кучки крупнейших акционеров. Так как известная часть акций расходится среди мелких и средних владельцев, лишённых возможности оказывать какое- либо влияние на ход дел, то на практике крупнейшим капиталистам не требуется иметь даже половины акций, чтобы господствовать в акционерном обществе. Количество акций, дающее возможность полностью хозяйничать в акционерном обществе, носит название контрольного пакета акций.

Таким образом, акционерное общество является формой, в которой крупный капитал подчиняет себе и использует в своих целях средства мелких и средних капиталистов. Распространение акционерных обществ сильно способствует централизации капитала и укрупнению производства.

Капитал, существующий в виде ценных бумаг, приносящих доход их владельцам, называется фиктивным капиталом. К фиктивному капиталу относятся акции и облигации. Облигация представляет собой долговое свидетельство, выдаваемое предприятиями или государством и приносящее её держателю ежегодно твёрдый процент.

Ценные бумаги (акции, облигации и т. д.) покупаются и продаются на фондовых биржах. Фондовая биржа есть рынок ценных бумаг. В каждый данный момент на бирже регистрируются курсы, по которым продаются и покупаются ценные бумаги; по этим курсам совершаются сделки с ценными бумагами и вне биржи (например, в банках). Курс ценных бумаг зависит от уровня ссудного процента и высоты предполагаемого дохода от этих бумаг. На фондовой бирже происходит спекуляция ценными бумагами. Поскольку все преимущества в спекулятивной игре имеют крупные и крупнейшие капиталисты, биржевая спекуляция содействует централизации капитала, обогащению капиталистической верхушки и разорению средних и мелких собственников.

Распространение кредита и в особенности акционерных обществ всё более превращает капиталиста в получателя процентов и дивидендов, в то время как управление производством ведётся наёмными лицами: управляющими, директорами. Таким образом всё более усиливается паразитический характер капиталистической собственности.



Денежное обращение капиталистических стран.


Ещё до появления капитализма возникли металлические денежные системы, при которых в роли денежного товара выступает металл. Металлические денежные системы подразделяются на биметаллические, когда мерой стоимости и основой денежного обращения служат два металла — серебро и золото, и монометаллические, когда такую роль выполняет один из двух указанных металлов. На ранних ступенях развития капитализма (XVI—XVIII века) денежные системы многих стран были биметаллическими. К концу XIX века почти все капиталистические страны перешли к монометаллической — золотой системе денежного обращения. В начале XX века в Китае и Мексике ещё сохранялся серебряный монометаллизм, но затем и эти страны перешли к золотой валюте.

Основными чертами системы золотого монометаллизма являются: свободная чеканка золотых монет, свободный размен других денежных знаков на золотые монеты и свободное движение золота между странами. Свободная чеканка золотых монет означает право частных лиц обменивать на монетном дворе имеющееся у них золото на монеты. Одновременно владельцы монет имеют возможность превращать монеты в слитки золота. Так устанавливается непосредственная, теснейшая связь между золотом как товаром и золотыми монетами. При такой системе количество денег, находящихся в обращении, стихийно приводится в соответствие с потребностями обращения товаров. Если образуется излишек денег, часть их уходит из сферы обращения и превращается в сокровище. Если возникает недостаток денег, происходит прилив их в сферу обращения; деньги из сокровища превращаются в средство обращения и средство платежа. Для обслуживания мелкого оборота при золотом монометаллизме в обращение выпускаются неполноценные монеты из более дешёвого металла: серебра, меди и т. д.

Орудием международных расчётов по торговым и финансово- кредитным операциям служат мировые деньги — золото. Обмен валюты одной страны на валюту других стран производится по валютному курсу. Валютным курсом называется цена денежной единицы одной страны, выраженная в денежных единицах других стран. Например, 1 фунт стерлингов равен такому-то количеству долларов.

Расчёты по внешнеторговым операциям могут производиться и без применения золота или иностранной валюты. В одном случае это может быть клиринговый расчёт, то есть взаимный зачёт требований и обязательств по товарным поставкам при двусторонней торговле. В другом случае расчёты между странами могут совершаться путём перевода векселей из страны в страну без пересылки золота.

С ростом кредитных отношений и развитием функции денег как средства платежа появились и получили широкое развитие кредитные деньги. Векселя, банкноты, чеки стали функционировать главным образом в качестве платёжного средства. Хотя вексель не является деньгами, однако он может служить средством платежа путём передачи векселя одним капиталистом другому.

Основным видом кредитных денег являются банкноты. Банкноты, или банковые билеты, выпускаются банками взамен векселей. Это значит, что в основе банкноты в конечном счёте лежит товарная сделка.

Выпуск банкнот даёт возможность обслуживать возросшее товарное обращение средствами обращения и платежа без увеличения количества металлических денег. При золотой системе денежного обращения банкноты в любое время могут быть обменены банками на золото или другие металлические деньги. В этих условиях банкноты обращаются наравне с золотыми монетами и не могут обесцениваться, так как помимо кредитного обеспечения они имеют и металлическое. С развитием капитализма происходит относительное сокращение количества золота, находящегося в обращении. Золото всё больше накапливается в форме запасного фонда в центральных эмиссионных банках. Капиталистические государства встали на путь создания запасов золота для усиления своих позиций во внешней торговле, для захвата новых рынков и для целей подготовки и ведения войн. Золото в обращении стало заменяться банкнотами, а затем и бумажными деньгами. Если вначале банкноты были, как правило, разменными на золото, то в дальнейшем стали выпускаться неразменные банкноты. Это в значительной степени сблизило банкноты с бумажными деньгами.

Как уже говорилось, бумажные деньги возникли на основе развития функции денег как средства обращения. Выпускаемые государством бумажные деньги с принудительным курсом неразменны на золото и являются представителем полноценных металлических денег в их функции средства обращения.

С начала первой мировой империалистической войны (1914— 1918 гг.) большинство капиталистических стран перешло на систему бумажноденежного обращения. В настоящее время ни в одной стране золотых денег в обращении нет. Правящие классы капиталистических государств используют эмиссию (выпуск) неразменных банкнот, бумажных денег и обесценение валют как средство дополнительной эксплуатации и ограбления трудящихся.

Особенно ярко проявляется это в инфляции. Инфляция характеризуется наличием в каналах обращения избыточной массы бумажных денег, их обесценением, повышением цен на товары, падением реальной заработной платы рабочих и служащих и усилением разорения крестьян, увеличением прибылей капиталистов и доходов помещиков. Буржуазные государства используют инфляцию как орудие экономической войны против других стран и захвата новых рынков. Инфляция нередко даёт дополнительные прибыли экспортёрам, скупающим товары в своей стране на обесцененные деньги с низким курсом и сбывающим эти товары за границей за твёрдую валюту. Вместе с тем рост инфляции вносит расстройство в хозяйственную жизнь и вызывает возмущение масс. Это вынуждает буржуазные государства проводить денежные реформы в целях укрепления денежной системы и стабилизации валюты.


Наиболее распространённым видом денежной реформы является девальвация. Девальвация есть официальное снижение курса бумажных денег по отношению к металлической денежной единице, сопровождаемое обменом старых, обесценившихся бумажных денег на меньшее количество новых денег. Так, в Германии в 1924 г. старые, обесцененные деньги были обменены на новые, выраженные в золотых марках, по курсу: 1 триллион марок за 1 марку.


Денежные реформы в капиталистических странах осуществляются за счёт трудящихся путём увеличения налогов и снижения заработной платы.


Краткие выводы


1. Торговый капитал обслуживает обращение промышленного капитала. Торговая прибыль есть часть прибавочной стоимости, которую промышленник уступает торговцу. Эксплуатация торговым капиталом своих наёмных работников даёт ему возможность присваивать часть прибавочной стоимости, созданной в производстве. Торговый капитал эксплуатирует рабочих и другие слои трудящихся как покупателей предметов потребления. С развитием капиталистической торговли растут непроизводительные расходы в сфере обращения. Внешняя торговля при капитализме служит одним из способов экономического закабаления менее развитых в промышленном отношении стран более развитыми, индустриальными капиталистическими державами.

2. Ссудный капитал есть денежный капитал, который его собственник предоставляет на время капиталисту за вознаграждение в виде ссудного процента. Ссудный процент есть часть прибыли промышленного капиталиста, отдаваемая им собственнику ссудного капитала.

3. Капиталистический кредит представляет собой форму движения ссудного капитала. Основными видами кредита являются коммерческий и банкирский. Банки концентрируют в своих руках денежные средства общества и предоставляют их в виде денежного капитала функционирующим капиталистам — промышленникам и торговцам. Развитие кредита ведёт к росту капиталистических противоречий. Отделение собственности на капитал от приложения капитала к производству наглядно обнаруживает паразитический характер капиталистической собственности.

4. Акционерное общество есть форма предприятия, капитал которого составлен из взносов его участников, владеющих определённым числом акций, соразмерно сумме средств, вложенных каждым из них. В акционерных обществах крупный капитал подчиняет себе и использует в своих интересах средства мелких и средних капиталистов. Акционерные компании усиливают централизацию капитала.

5. С развитием кредита широкое распространение получают кредитные деньги, или банкноты, выпускаемые банками взамен векселей. Господствующие классы капиталистического общества используют выпуск бумажных денег для усиления эксплуатации трудящихся. Посредством инфляции государственные расходы перелагаются на плечи народных масс. Денежные реформы проводятся капиталистическими государствами за счёт интересов трудящихся.


ГЛАВА XIII ЗЕМЕЛЬНАЯ РЕНТА. АГРАРНЫЕ ОТНОШЕНИЯ ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ


Капиталистический строй земледелия и частная собственность на землю.


В буржуазных странах капитализм господствует не только в промышленности, но и в сельском хозяйстве. Большая часть земли сосредоточена в руках класса крупных землевладельцев. Главная масса товарной сельскохозяйственной продукции производится капиталистическими предприятиями на основе применения наёмного труда. Однако во всех буржуазных странах численно преобладающей формой хозяйства в земледелии остаётся мелкотоварное крестьянское хозяйство (за исключением Англии, где оно было экспроприировано ещё в XVIII веке).

Наиболее типичными являются два основных пути развития капитализма в земледелии.

Первый путь состоит в том, что старое помещичье хозяйство в основном сохраняется и посредством проведения аграрных реформ постепенно превращается в капиталистическое. Переходя к капиталистическим формам хозяйствования, помещики наряду с применением вольнонаёмного труда используют и крепостнические методы эксплуатации. В сельском хозяйстве сохраняются кабальные формы зависимости крестьян от помещиков в виде отработок, издольщины и т. п. Такой путь капиталистической эволюции земледелия характерен для Германии, царской России, Италии, Японии и ряда других стран.

Второй путь состоит в том, что старое помещичье хозяйство ломается буржуазной революцией, сельское хозяйство освобождается от крепостнических пут, вследствие чего развитие производительных сил происходит быстрее. Так, во Франции буржуазная революция 1789—1794 гг. ликвидировала феодальное землевладение. Конфискованные земли дворянства и духовенства были распроданы. В стране стало преобладать мелкое, парцеллярное крестьянское хозяйство, однако значительная часть земли попала в руки буржуазии. В Соединённых Штатах Америки в результате гражданской войны 1861—1865 гг. рабовладельческие латифундии южных штатов были ликвидированы, масса незанятых земель была роздана за небольшую плату, и сельское хозяйство стало развиваться по пути капиталистического фермерства. Но и в этих странах с развитием капитализма крупная земельная собственность возрождалась на новой, капиталистической основе.

В результате преобразования докапиталистических форм землевладения крупная феодальная и мелкокрестьянская собственность на землю всё более уступает место буржуазной земельной собственности. Всё возрастающая часть помещичьих и крестьянских земель переходит в руки банков, промышленников, купцов и ростовщиков.


О концентрации земельной собственности свидетельствуют следующие данные. В Соединённых Штатах Америки в 1940 г. 79,7% фермерских хозяйств имели только 29,8°/о всей земельной площади, а у 20,3°/о фермерских хозяйств было сосредоточено 70,2% земли. При этом крупнейшие латифундии, имевшие свыше 1 тысячи акров земли на хозяйство и составлявшие 1,6% всех хозяйств, владели 34,3% земли.

В Англии и Уэльсе 2 250 лендлордов владеют 1/2 обрабатываемой земли; в Шотландии 4/5 территории принадлежит 600 лендлордам. Владения отдельных лордов достигают колоссальных размеров. Например, герцог Сатерлендский владеет 400 тысячами гектаров земли, герцогу Девонширскому только в графстве Дербишир принадлежат 80 тысяч гектаров. Земля Лондона принадлежит 11 лордам. Много пригодной для сельского хозяйства земли используется лендлордами для непроизводительных целей: под парки, угодья для охоты и т. д.

Во Франции в 1929 г. 57,3% земли находилось в руках 12,5% хозяйств, а мелкие и мельчайшие крестьянские хозяйства, составлявшие 54,5% хозяйств, имели лишь 9,8% земельной площади.

В дореволюционной России огромным количеством земли владели помещики. царская семья, монастыри и кулаки. Крупнейших помещиков, имевших более 500 десятин земли каждый, в Европейской России к концу XIX века было примерно 30 тысяч. В их руках находилось 70 миллионов десятин земли. В то же время 10,5 миллиона разорённых крестьянских хозяйств, придавленных крепостнической эксплуатацией, имели 75 миллионов десятин.


При капитализме существует монополия частной собственности на землю класса крупных землевладельцев. Крупный земельный собственник обычно значительную часть земли сдаёт в аренду капиталистам-арендаторам и мелким крестьянам. Земельная собственность обособляется от сельскохозяйственного производства.

Капиталисты-арендаторы в определённые сроки, например ежегодно, уплачивают земельному собственнику установленную арендным договором арендную плату, то есть сумму денег за разрешение применять свой капитал на данном участке земли. Основную часть арендной платы составляет земельная рента. Арендная плата включает в себя помимо земельной ренты и другие элементы. Так, если в арендуемый земельный участок ранее был вложен капитал, например в хозяйственные постройки, ирригационные сооружения, то арендатор кроме земельной ренты должен выплачивать землевладельцу ежегодный процент на этот капитал. На практике капиталисты-арендаторы нередко покрывают часть арендной платы за счёт понижения заработной платы рабочих.

Капиталистическая земельная рента выражает отношения трёх классов буржуазного общества: наёмных рабочих, капиталистов и земельных собственников. Прибавочная стоимость, созданная трудом наёмных рабочих, попадает прежде всего в руки капиталиста-арендатора. Часть прибавочной стоимости в виде средней прибыли на капитал остаётся у арендатора. Другую часть прибавочной стоимости, представляющую собой излишек сверх средней прибыли, арендатор вынужден отдавать землевладельцу в виде земельной ренты. Капиталистическая земельная рента есть та часть прибавочной стоимости, которая остаётся за вычетом средней прибыли на вложенный в хозяйство капитал и уплачивается земельному собственнику. Нередко землевладелец не сдаёт землю в аренду, а сам нанимает рабочих и ведёт хозяйство. В таком случае рента и прибыль достаются ему одному.

Следует различать ренту дифференциальную (разностную) и абсолютную.


Дифференциальная рента.


В сельском хозяйстве, как и в промышленности, предприниматель вкладывает свой капитал в производство лишь в том случае, если ему обеспечено получение средней прибыли. Предприниматели, применяющие капитал при более благоприятных условиях производства, например на более плодородных участках земли, получают кроме средней прибыли на капитал ещё добавочную прибыль.

В промышленности добавочная прибыль не может быть постоянным явлением. Как только то или другое техническое усовершенствование, введённое на отдельном предприятии, получает широкое распространение, это предприятие лишается добавочной прибыли. В сельском же хозяйстве добавочная прибыль закрепляется на более или менее продолжительный период. Объясняется это тем, что в промышленности можно построить любое количество предприятий с самыми совершенными машинами. В сельском хозяйстве нельзя создать любое число участков земли, не говоря уже о лучших участках, так как количество земли ограниченно и вся пригодная для обработки земля занята частными хозяйствами. Ограниченность земли и её занятость отдельными хозяйствами обусловливают монополию капиталистического хозяйства на земле, или монополию па землю как объект хозяйства.

Далее, в промышленности цена производства товаров определяется средними условиями производства. Иначе образуется цена производства земледельческих товаров. Монополия капиталистического хозяйства на земле ведёт к тому, что общая, регулирующая цена производства (то есть издержки производства плюс средняя прибыль) сельскохозяйственных продуктов определяется условиями производства не на средних, а на худших из возделываемых земель, так как продукции лучших и средних земель недостаточно для покрытия общественного спроса. Если бы капиталист-арендатор, применяющий капитал на худшем участке земли, не получал средней прибыли, он перевёл бы этот капитал в другую отрасль.

Капиталисты, ведущие хозяйство на средних и лучших участках земли, производят сельскохозяйственные товары дешевле, иначе говоря, индивидуальная цена производства у них ниже общей цены производства. Пользуясь монополией на землю как на объект хозяйства, эти капиталисты продают свои товары по общей цене производства и получают, таким образом, добавочную прибыль, которая и образует дифференциальную ренту. Дифференциальная рента возникает независимо от частной собственности на землю; она образуется вследствие того, что сельскохозяйственные продукты, произведённые при различных условиях производительности труда, продаются по одинаковой рыночной цене, определяемой условиями производства на худших землях. Капиталисты-арендаторы вынуждены отдавать дифференциальную ренту землевладельцам, оставляя себе среднюю прибыль.

Дифференциальная рента есть избыток прибыли сверх средней прибыли, получаемый в хозяйствах, ведущихся при более благоприятных условиях производства; она представляет собой разницу между индивидуальной ценой производства на лучших и средних участках земли и общей ценой производства, определяемой условиями производства на худших участках земли.


Эта добавочная прибыль, как и вся прибавочная стоимость в сельском хозяйстве, создаётся трудом сельскохозяйственных рабочих. Различия в плодородии участков являются лишь условием более высокой производительности труда на лучших землях. Но при капитализме создаётся обманчивая видимость, будто рента, присваиваемая собственниками земли, есть продукт земли, а не труда. На самом же деле единственным источником земельной ренты является прибавочный труд, прибавочная стоимость. «При верном понимании ренты естественным является прежде всего признание, что она получается не из почвы, а из продукта земледелия, следовательно из труда, из цены продукта труда, например пшеницы: из стоимости земледельческого продукта, из труда, вложенного в землю, а не из земли»[52].

Существуют две формы дифференциальной ренты.

Дифференциальная рента I связана с разницей в плодородии почвы и в местоположении земельных участков по отношению к рынкам сбыта.

На более плодородном участке при тех же затратах капитала получается более высокий урожай. Возьмём в качестве примера три участка, одинаковых по размерам, но различных по плодородию.

Политическая экономия Дифференциальная рента.

Арендатор каждого из этих участков затрачивает на наём рабочих, закупку семян, машин, инвентаря, на содержание скота и другие расходы по 100 долларов. Средняя прибыль равна 20%.


Труд, вложенный в участки различного плодородия, даёт урожай на одном участке в 4 центнера, на другом — в 5, на третьем — в 6 центнеров.

Индивидуальная цена производства всей массы произведённой продукции на каждом участке одинакова. Она равна 120 долларам (издержки производства плюс средняя прибыль). Индивидуальная цена производства единицы продукции на каждом участке различна. Центнер сельскохозяйственной продукции с первого участка должен был бы продаваться по 30 долларов, со второго — по 24, с третьего — по 20 долларов. Но так как общая цена производства сельскохозяйственных товаров является одинаковой и определяется условиями производства на худшем участке земли, то каждый центнер продукции на всех участках будет продаваться по 30 долларов. Арендатор первого (худшего) участка выручит за свой урожай в 4 центнера 120 долларов, то есть сумму, равную его издержкам производства (100 долларов), плюс средняя прибыль (20 долларов). Арендатор второго участка выручит за свои 5 центнеров 150 долларов. Сверх издержек производства и средней прибыли он получит 30 долларов добавочной прибыли, которая и составит дифференциальную ренту. Наконец, арендатор третьего участка выручит за 6 центнеров 180 долларов. Дифференциальная рента здесь составит 60 долларов.

Дифференциальная рента I связана также с различием в местоположении земельных участков. Хозяйства, которые расположены ближе к пунктам сбыта (городам, железнодорожным станциям, (морским портам, элеваторам и т. д.), сберегают значительную часть труда и средств производства на перевозке продуктов по сравнению с хозяйствами, более отдалёнными от этих пунктов. Продавая свои продукты по одинаковым ценам, хозяйства, близко расположенные к рынкам сбыта, получают добавочную прибыль, образующую дифференциальную ренту.

Дифференциальная рента II возникает в результате добавочных вложений средств производства и труда на одну и ту же земельную площадь, то есть при интенсификации земледелия. В отличие от экстенсивного хозяйства, которое растёт за счёт увеличения посевных площадей или пастбищ, интенсивное хозяйство развивается за счёт применения усовершенствованных машин, искусственных удобрений, проведения мелиоративных работ, разведения более продуктивных пород скота и т. д. Вследствие этого получаются добавочные прибыли, образующие дифференциальную ренту.

Вернёмся к нашему примеру. На третьем участке, лучшем по плодородию, первоначально было затрачено 100 долларов, произведено 6 центнеров продукции, средняя прибыль составила 20 долларов, дифференциальная рента — 60 долларов. Положим, что при прежних ценах на этом участке проводится вторая, дополнительная, более производительная затрата капитала в 100 долларов, связанная с развитием техники, применением большого количества удобрений и т. д. В результате этого получен добавочный урожай в 7 центнеров, средняя прибыль на дополнительный капитал составила 20 долларов, а излишек сверх средней прибыли — 90 долларов. Этот излишек в 90 долларов и представляет собой дифференциальную ренту II. Пока действует прежний арендный договор, арендатор платит с этого участка дифференциальную ренту в размере 60 долларов, а излишек сверх средней прибыли, полученный от второй, дополнительной, затраты капитала, кладёт себе в карман. Но земля сдаётся в аренду на определённый срок. При последующей сдаче земли в аренду землевладелец учтёт те выгоды, которые дают дополнительные затраты капитала, и повысит размер земельной ренты за этот участок на 90 долларов. В этих целях землевладельцы стремятся заключать, арендные договоры на короткие сроки. Отсюда следует, что капиталисты-арендаторы не заинтересованы в крупных затратах, дающих эффект через длительный промежуток времени, так как выигрыш от этих затрат в конце концов присваивается землевладельцами.

Капиталистическая интенсификация сельского хозяйства осуществляется с целью получения наибольшей прибыли. В погоне за высокой прибылью капиталисты хищнически используют землю, развивая узкоспециализированные хозяйства с посевами какой-либо одной культуры. Так, в последней четверти XIX века в США земли северных штатов были распаханы под посевы главным образом зерновых культур. Это повлекло за собой разрушение структуры почвы, её распыление, появление пыльных «чёрных бурь».

Производство тех или иных сельскохозяйственных культур находится в зависимости от колебаний рыночных цен. Вследствие этого при капитализме невозможно повсеместное введение правильных севооборотов, являющихся основой высокой культуры земледелия. Частная собственность на землю препятствует проведению крупных мелиоративных и других работ, которые окупаются лишь через ряд лет. Капитализм, таким образом, несовместим с рациональной системой земледелия. «Всякий прогресс капиталистического земледелия есть не только прогресс в искусстве грабить рабочего, но и в искусстве грабить почву, всякий прогресс в повышении ее плодородия на данный срок есть в то же время прогресс в разрушении постоянных источников этого плодородия»[53].


Защитники капитализма, пытаясь затушевать противоречия капиталистического земледелия и оправдать нищету масс, утверждают, что сельское хозяйство якобы подвержено действию вечного, естественного «закона убывающего плодородия почвы»: всякий добавочный труд, прилагаемый к земле, даёт будто бы меньший результат, чем предыдущий.

Это измышление буржуазной политической экономии исходит из ложного предположения, что техника в сельском хозяйстве остаётся неизменной, а прогресс техники является исключением. В действительности же добавочные вложения средств производства и труда в один и тот же участок земли, как правило, связаны с развитием техники, с введением новых, улучшенных методов сельскохозяйственного производства, что ведёт к повышению производительности сельскохозяйственного труда. Истинной причиной истощения естественного плодородия, деградации капиталистического земледелия является не «закон убывающего плодородия почвы», выдуманный буржуазными экономистами, а капиталистические отношения, прежде всего частная собственность на землю, тормозящие развитие производительных сил сельского хозяйства. На самом деле при капитализме увеличивается не трудность производства сельскохозяйственных продуктов, а трудность получения этих продуктов рабочими вследствие их растущего обнищания.


Абсолютная рента. Цена земли.


Кроме дифференциальной ренты собственник земли получает абсолютную ренту. Её существование связано с наличием монополии частной собственности на землю.

При рассмотрении дифференциальной ренты предполагалось, что арендатор худшего участка земли, продавая сельскохозяйственные товары, выручает только издержки производства плюс среднюю прибыль, то есть не платит земельной ренты. Но в действительности владелец даже худшего участка не предоставит его в обработку безвозмездно. Стало быть, арендатор худшего участка должен иметь излишек над средней прибылью для уплаты земельной ренты. А это значит, что рыночная цена сельскохозяйственных товаров должна стоять выше цены производства на худшем участке.

Откуда берётся этот излишек? При капитализме сельское хозяйство сильно отстаёт от промышленности в технико-экономическом отношении. Органическое строение капитала в сельском хозяйстве ниже, чем в промышленности. Допустим, что органическое строение капитала в промышленности в среднем составляет 80 с + 20 v. При норме прибавочной стоимости в 100% на каждые 100 долларов капитала производится 20 долларов прибавочной стоимости, а цепа производства равна 120 долларам. Органическое строение капитала в земледелии составляет, к примеру, 60 с + 40 v. На каждые 100 долларов здесь производится 40 долларов прибавочной стоимости, а стоимость сельскохозяйственных товаров равна 140 долларам. Капиталист-арендатор, как и промышленный капиталист, получает среднюю прибыль на свой капитал, равную 20 долларам. Соответственно этому цена производства сельскохозяйственных товаров равна 120 долларам. При этих условиях абсолютная рента будет равна (140—120) 20 долларам. Из всего этого следует, что стоимость сельскохозяйственных товаров выше общей цены производства, а величина прибавочной стоимости в сельском хозяйстве больше средней прибыли. Этот излишек прибавочной стоимости над средней прибылью и является источником абсолютной ренты.

Если бы не было частной собственности на землю, этот излишек поступил бы в общее перераспределение между капиталистами, земледельческие продукты продавались бы тогда по ценам производства. Но частная собственность на землю препятствует свободной конкуренции, переливу капиталов из промышленности в сельское хозяйство и образованию средней прибыли, общей для земледельческих и промышленных предприятий. Поэтому земледельческие продукты продаются по цене, соответствующей их стоимости, то есть выше общей цены производства. В какой мере эта разница может быть реализована и превращена в абсолютную ренту, зависит от уровня рыночных цен, который устанавливается в результате конкуренции.

Монополия частной собственности на землю является, таким образом, причиной существования абсолютной ренты, уплачиваемой с каждого участка земли независимо от его плодородия и местоположения. Абсолютная рента есть излишек прибавочной стоимости над средней прибылью, создаваемый в земледелии вследствие более низкого по сравнению с промышленностью органического строения капитала и присваиваемый землевладельцами в силу частной собственности на землю.

Кроме дифференциальной и абсолютной ренты при капитализме существует монопольная рента. Монопольная рента есть добавочный доход, получаемый в силу превышения цены над стоимостью товара, произведённого в особо благоприятных естественных условиях. Такова, например, рента за земли, на которых возможно производство редких сельскохозяйственных культур в ограниченном количестве (например, особо ценные сорта винограда, цитрусовые и т. п.), рента за пользование водой в районах орошаемого земледелия. Товары, произведённые при этих условиях, продаются, как правило, по ценам, превышающим их стоимость, то есть по монопольным ценам. Монопольная рента в сельском хозяйстве выплачивается за счёт потребителя.

Паразитический класс крупных землевладельцев, не имеющих никакого отношения к материальному производству, в силу монополии частной собственности на землю использует достижения технического прогресса в земледелии в интересах своего обогащения. Земельная рента является данью, которую общество при капитализме вынуждено платить крупным земельным собственникам. Наличие абсолютной и монопольной ренты удорожает земледельческие продукты — предметы питания для рабочих, сырьё для промышленности. Существование дифференциальной ренты лишает общество всех выгод, связанных с более высокой производительностью труда на плодородных землях, и передаёт эти выгоды в руки класса земельных собственников и капиталистов- фермеров. Насколько обременительна земельная рента для общества, показывает тот факт, что в США, по данным 1935—1937 гг., она составляла в цене кукурузы 26—29%, в цене пшеницы — 26-36%.

Огромные средства отвлекаются от производительного применения их в земледелии при покупке земли. Если не считать искусственных сооружений и улучшений (построек, орошения земель, осушения болот, внесённых удобрений), то земля сама по себе стоимости не имеет, так как она не представляет собой продукта человеческого труда. Однако земля, не имея стоимости, является при капитализме предметом купли-продажи и имеет цену. Это объясняется тем, что земля захвачена землевладельцами в частную собственность.

Цена земельного участка определяется в зависимости от при- носимой им ежегодной ренты и от уровня процента, который платит банк по вкладам. Цена земли равна сумме денег, которая, будучи положена в банк, даст в виде процента доход такой же величины, как и рента, получаемая с данного участка. Допустим, что земельный участок приносит в год 300 долларов ренты и что банк платит по вкладам 4%. В таком случае цена участка будет составлятьПолитическая экономия Абсолютная рента. Цена земли.долларов. Таким образом, цена земли есть капитализированная рента. Цена земли тем выше, чем выше величина ренты и чем ниже уровень процента.

С развитием капитализма размеры ренты возрастают. Это ведёт к систематическому повышению цен на землю. Цены на землю растут также вследствие тенденции к понижению нормы процента.


О росте цен на землю дают представление следующие цифры. Стоимость ферм в США возросла за 10 лет (с 1900 по 1910 г.) более чем на 20 миллиардов долларов. Из этой суммы увеличение стоимости инвентаря, строений и т. д. составляло лишь 5 миллиардов долларов, а остальные 15 миллиардов долларов приходились на повышение цены земли. В течение следующего десятилетия общая цена ферм увеличилась на 37 миллиардов долларов. Из этой суммы более 26 миллиардов приходилось на рост иены земли.


Рента в добывающей промышленности. Рента за строительные участки.


Земельная рента существует не только в сельском хозяйстве. Её получают собственники участков земли, из недр которой добываются полезные ископаемые (руда, уголь, нефть и т. д.), а также собственники строительных участков в городах и индустриальных центрах, когда на этих участках возводятся жилые дома, промышленные и торговые предприятия, общественные здания и т. д.

Рента в добывающей промышленности образуется совершенно так же, как и земледельческая рента. Рудники, шахты, месторождения нефти различаются по богатству запасов, глубине залегания, по расстоянию от пунктов сбыта; в них вкладываются неодинаковые капиталы. Поэтому индивидуальная цена производства каждой тонны руды, угля, нефти отличается от общей цены производства. Но на рынке каждый из этих товаров продаётся по общей цене производства, определяемой худшими условиями производства. Добавочная прибыль, получаемая вследствие этого на лучших и средних рудниках, шахтах, нефтепромыслах, образует дифференциальную ренту, улавливаемую землевладельцем.

Кроме того, землевладельцы взимают с каждого участка земли, независимо от богатства содержащихся в её недрах полезных ископаемых, абсолютную ренту. Она составляет излишек стоимости над общей ценой производства. Существование этого излишка объясняется тем, что в добывающей промышленности органический состав капитала, вследствие сравнительно низкого уровня механизации и отсутствия затрат на покупаемое сырьё, ниже, чем в среднем по промышленности. Абсолютная рента повышает цены на руду, уголь, нефть и т. д.

Наконец, в добывающей промышленности существует монопольная рента с тех участков земли, где добываются исключительно редкие ископаемые, которые продаются по ценам, превышающим стоимость их добычи.

Земельная рента, взимаемая крупными землевладельцами с рудников, шахт, нефтяных промыслов, препятствует рациональному использованию недр земли. Частная собственность на землю обусловливает раздроблённость предприятий добывающей промышленности, что крайне ухудшает возможности механизации, затрудняет транспортные перевозки, сортировку ископаемых и т. д. Всё это ведёт к удорожанию производства.

Рента за строительные участки уплачивается землевладельцу за аренду земли для постройки жилых домов, промышленных, торговых и других предприятий. Главную массу земельной ренты в городах составляет рента с земель под жилыми домами. Огромное влияние на величину дифференциальной ренты за строительные участки оказывает их местоположение. За участки, расположенные ближе к центру города и к промышленным предприятиям, взимается наиболее высокая рента. Такова одна из причин того, что в больших городах капиталистических стран нагромождаются одни возле другого «небоскрёбы», существуют скученность жилищ, узкие улицы и т. п.

Кроме дифференциальной и абсолютной ренты собственники городских земель ввиду крайней ограниченности земельных участков во многих городах и промышленных центрах взимают с общества дань в виде монопольной ренты, которая в громадной степени повышает квартирную плату. В связи с ростом городского населения собственники городских земель вздувают ренту за строительные участки, что тормозит жилищное строительство. Рабочие вынуждены ютиться в трущобах. Растущая квартирная плата понижает реальную заработную плату рабочих.

Монополия частной собственности на землю тормозит развитие промышленности. Для того чтобы построить промышленное предприятие, капиталист должен непроизводительно затратить средства на покупку земли или на уплату земельной ренты за арендованный участок земли. Земельная рента составляет крупную статью расходов в обрабатывающей промышленности.


Насколько велики размеры земельной ренты за строительные участки, свидетельствует тот факт, что из общей суммы ренты в 155 миллионов фунтов стерлингов, ежегодно получаемой английскими лендлордами в 30-х годах XX века, 100 миллионов фунтов стерлингов приходилось на городскую земельную ренту. Цены на землю в больших городах быстро растут.


Крупное и мелкое производство в земледелии.


Экономические законы развития капитализма едины для промышленности и сельского хозяйства. Концентрация производства в сельском хозяйстве, как и в промышленности, ведёт к вытеснению мелких хозяйств крупными капиталистическими хозяйствами, что неизбежно обостряет классовые противоречия. Защитники капитализма заинтересованы в том, чтобы затушевать и скрыть этот процесс. Фальсифицируя действительность, они создали лживую теорию «устойчивости мелкокрестьянского хозяйства». Согласно этой теории, мелкокрестьянское хозяйство якобы сохраняет устойчивость в борьбе с крупным хозяйством.

В действительности же крупное производство в сельском хозяйстве обладает рядом решающих преимуществ по сравнению с мелким производством. Преимущества крупного производства состоят прежде всего в том, что оно имеет возможность применять дорогостоящие машины (тракторы, комбайны и т. п.), во много раз повышающие производительность труда. В условиях капиталистического способа производства машинная техника концентрируется в руках капиталистической фермерской верхушки и недоступна трудящимся слоям деревни. В Соединённых Штатах Америки в 1940 г. только 23,1% общего числа фермеров имели тракторы. Мелкие и средние фермеры продолжали работать по-старому, пользуясь лошадью или мулом, а на многих фермах Юга не было ни лошади, ни мула.

Крупное производство получает все выгоды от капиталистической кооперации и разделения труда. Важным преимуществом крупного производства является его высокая товарность. Крупные и крупнейшие сельскохозяйственные предприятия в США дают подавляющую часть всей товарной продукции сельского хозяйства. В то же время основная масса фермеров ведёт по существу потребительское хозяйство, у них не хватает своей продукции даже для удовлетворения насущных потребностей своих семей. «Мелкая земельная собственность, по самой своей природе, исключает развитие общественных производительных сил труда, общественные формы труда, общественную концентрацию капиталов, скотоводство в крупных размерах, прогрессивное применение науки»[54].

Однако характерный для капитализма процесс роста крупного производства и вытеснения мелкого в земледелии имеет свои особенности. Крупные капиталистические сельскохозяйственные предприятия развиваются главным образом по пути интенсификации хозяйства. Часто мелкое по площади земли хозяйство является крупным капиталистическим предприятием по размерам производимой валовой и товарной продукции. Концентрация сельскохозяйственного производства в крупных капиталистических экономиях нередко сопровождается увеличением числа мельчайших крестьянских хозяйств. Наличие значительного числа таких мельчайших хозяйств в высокоразвитых капиталистических странах объясняется тем, что капиталисты заинтересованы в сохранении батраков с небольшим земельным наделом, для того чтобы их эксплуатировать.

Развитие крупного капиталистического сельскохозяйственного производства идёт на основе усиления дифференциации крестьянства, роста кабалы, обнищания и разорения миллионов мелких и средних крестьянских хозяйств.


В царской России перед Октябрьской революцией среди крестьянских хозяйств насчитывалось 65% хозяйств бедняков, 20% — середняков и 15% — кулаков. Во Франции количество земельных собственников сократилось с 7—7,5 миллиона в 1850 г. до 2,7 миллиона в 1929 г. за счёт экспроприации мелких, парцеллярных крестьянских хозяйств, а численность сельскохозяйственного пролетариата и полупролетариата достигла в 1929 г. около 4 миллионов человек.


Мелкое хозяйство в земледелии держится ценой невероятных лишений, расхищения труда земледельца и всей его семьи. Несмотря на то, что крестьянин выбивается из сил, чтобы спасти свою кажущуюся самостоятельность, он теряет свою землю, разоряется.

Большую роль в обезземеливании крестьянства играет ипотечный кредит. Ипотечный кредит есть ссуда под залог земли и недвижимого имущества. Когда земледелец, ведущий хозяйство на собственной земле, испытывает нужду в деньгах для неотложных платежей (например, для уплаты налогов), он обращается в банк за ссудой. Нередко ссуда берётся для покупки участка земли Банк выдаёт определённую сумму денег под залог земельного участка. Если деньги не возвращаются в срок, земля переходит во владение банка. На деле банк становится подлинным собственником земли ещё раньше, ибо должник-земледелец вынужден отдавать ему в виде процентов большую часть своего дохода с земли. В форме процентов крестьянин фактически выплачивает банку земельную ренту за свой же собственный участок земли.


Ипотечная задолженность американских фермеров в 1910 г. составляла миллиарда долларов, а в 1940 г. — 6,6 миллиарда долларов. По данным 1936 г., проценты по кредиту и налоги равнялись примерно 45% чистого дохода фермеров.

Задолженность банкам является подлинным бичом мелкого производства в сельском хозяйстве. Число заложенных ферм в США составляло в 1890 г. 28,2%, а в 1940 г. — 43,8% к общему числу ферм.


Ежегодно масса заложенных ферм продаётся с молотка. Разорившихся фермеров сгоняют с земли. Рост фермерской задолженности выражает процесс отделения земельной собственности от сельскохозяйственного производства, концентрацию её в руках крупных землевладельцев и превращение самостоятельного производителя в арендатора или наёмного рабочего.

Огромное число мелких крестьян снимает в аренду у крупных земельных собственников небольшие участки земли на кабальных условиях. Сельская буржуазия арендует землю для того, чтобы производить продукцию на рынок и получать прибыль. Это — предпринимательская аренда. Мелкий арендатор-крестьянин вынужден арендовать клочок земли для того, чтобы прокормиться. Это — так называемая продовольственная, или голодная, аренда. Арендная плата с каждого гектара за небольшие участки земли, как правило, значительно выше, чем за крупные. Мелкокрестьянская аренда поглощает зачастую не только весь прибавочный труд крестьянина, но и часть его необходимого труда. Арендные отношения здесь переплетаются с пережитками крепостничества. Наиболее распространённым пережитком феодализма в условиях капитализма является издольщина, при которой крестьянин-арендатор платит за арендованный участок натурой до половины и более собранного урожая.


В Соединённых Штатах Америки число арендаторов увеличилось по отношению к общему числу фермеров с 25,6% в 1880 г. до 38,7% в 1940 г. Кроме того, 10,1% всех фермеров являлись «частичными собственниками», то есть тоже были вынуждены арендовать определённую часть обрабатываемой ими земли. Среди арендаторов 76,1% составляли издольщики. Хотя рабовладение в США официально было отменено в прошлом столетии, но фактически экономические пережитки рабства, особенно в отношении негров-издольников, существуют и поныне.

Во Франции имеется значительное количество арендаторов-издольников. Кроме натуральной арендной платы, составляющей половину урожая, а в отдельных случаях и более, они нередко обязаны снабжать землевладельцев продуктами своего хозяйства — сыром, маслом, яйцами, курами и т. п., так же как это было при феодализме.


Углубление противоположности между городом и деревней.


Характерной чертой капиталистического способа производства является резкое отставание сельского хозяйства от промышленности, углубление и обострение противоположности между городом и деревней.

«Земледелие отстает в своем развитии от промышленности — явление, свойственное всем капиталистическим странам и составляющее одну из наиболее глубоких причин нарушения пропорциональности между разными отраслями народного хозяйства, кризисов и дороговизны»[55].

Сельское хозяйство при капитализме отстаёт от промышленности прежде всего по уровню производительных сил. Развитие техники происходит в сельском хозяйстве гораздо медленнее, чем в промышленности. Машины применяются только в крупных хозяйствах, а мелкотоварные крестьянские хозяйства не в состоянии их применять. В то же время капиталистическое применение машин ведёт к усилению эксплуатации и разорению мелкого производителя. Широкое применение машин в сельском хозяйстве задерживается вследствие дешевизны рабочей силы, причиной которой является аграрное перенаселение. В сельском хозяйстве при капитализме преобладает ручной труд.

Капитализм резко усилил отставание деревни от города в области культуры. Города являются центрами науки и искусства; В городах сосредоточены высшие учебные заведения, музеи, театры, кино. Всем богатством этой культуры пользуются эксплуататорские классы. Пролетарские массы в очень незначительной степени могут приобщаться к достижениям городской культуры. Основные же массы крестьянского населения капиталистических стран оторваны от культурных центров, обречены на нищету и прозябают в невежестве.

Экономической основой противоположности между городом и деревней при капитализме является эксплуатация деревни городом, экспроприация крестьянства и разорение большинства деревенского населения всем ходом развития капиталистической промышленности, торговли, кредитной системы. Городская буржуазия вместе с капиталистическими фермерами и помещиками эксплуатируют многомиллионные массы крестьянства. Формы этой эксплуатации многообразны: промышленная буржуазия и торговцы эксплуатируют деревню посредством высоких цен на промышленные товары и относительно низких цен на сельскохозяйственные товары, банки и ростовщики — посредством кабального кредита, буржуазное государство — посредством всевозможных налогов. Миллионы и миллиарды, присваиваемые крупными земельными собственниками путём взимания ренты и продажи земли, проценты, получаемые банками по ипотечному кредиту, и т. д. отвлекаются из деревни в город на цели паразитического потребления эксплуататорских классов.

Таким образом, причины отставания сельского хозяйства от промышленности, углубление и обострение противоположности между городом и деревней коренятся в самой системе капитализма.


Частная собственность на землю и национализация земли.


С развитием капитализма частная собственность на землю приобретает всё более паразитический характер. Класс крупных земельных собственников захватывает в виде земельной ренты огромную часть доходов, получаемых от сельского хозяйства. Значительная часть доходов отвлекается от сельского хозяйства и попадает в руки крупных землевладельцев через цену земли. Всё это тормозит развитие производительных сил и удорожает сельскохозяйственные продукты, что тяжёлым бременем ложится на плечи трудящихся. Отсюда следует, что «национализация земли стала общественной необходимостью»[56]. Национализация земли есть превращение частной собственности на землю в государственную собственность.

При обосновании национализации земли Ленин исходил из наличия двух видов монополий — монополии частной собственности на землю и монополии на землю как объект хозяйства. Национализация земли означает уничтожение монополии частной собственности на землю и связанной с ней абсолютной ренты. Уничтожение абсолютной ренты привело бы к понижению цен на сельскохозяйственные продукты. Но дифференциальная рента продолжала бы существовать, так как она связана с монополией на землю как объект хозяйства. В условиях капитализма дифференциальная рента при национализации земли поступала бы в распоряжение буржуазного государства. Национализация земли устранила бы ряд препятствий на пути развития капитализма, созданных частной собственностью на землю, и освободила бы крестьянство от феодально-крепостнических пережитков.

Требование национализации земли было выдвинуто Коммунистической партиен ещё в период первой русской революции 1905— 1907 гг. Национализация земли предполагала безвозмездное отобрание (конфискацию) всей помещичьей земли в пользу крестьян.

Ленин считал возможной национализацию земли в условиях буржуазно-демократической революции только при установлении революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства. Национализация земли как требование буржуазно- демократической революции сама по себе не содержит ничего социалистического. Но уничтожение помещичьего землевладения укрепляет союз пролетариата с основными массами крестьянства, расчищает поле классовой борьбы (между пролетариатом и буржуазией. Национализация земли в этом случае облегчает пролетариату в союзе с деревенской беднотой борьбу за перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую.

Развивая марксистскую теорию ренты, Ленин показал, что национализация земли в рамках буржуазного общества осуществима лишь в период буржуазных революций и «немыслима при сильном обострении классовой борьбы пролетариата и буржуазии»[57]. В эпоху развитого капитализма, когда на очередь дня поставлена задача социалистической революции, национализация земли не может быть осуществлена в рамках буржуазного общества в силу следующих причин. Во-первых, буржуазия не решается ликвидировать частную собственность на землю, боясь, что в связи с ростом революционного движения пролетариата это может потрясти основы частной собственности вообще. Во-вторых, капиталисты сами обзавелись земельной собственностью. Интересы класса буржуазии и класса землевладельцев-помещиков всё более переплетаются. В борьбе против пролетариата и крестьянства они всегда выступают совместно.

Весь ход исторического развития капитализма подтверждает, что в буржуазном обществе основные массы крестьянства, нещадно эксплуатируемые капиталистами, помещиками, ростовщиками и торговцами, неизбежно обречены на разорение и нищету. При капитализме мелкие крестьяне не могут рассчитывать на улучшение своего положения. Поэтому коренные интересы основных масс крестьянства совпадают с интересами пролетариата. В этом состоит экономическая основа союза пролетариата с трудящимся крестьянством в их общей борьбе против капиталистического строя.


Краткие выводы


1. Капиталистический строй земледелия характеризуется тем, что, во-первых, подавляющая часть земли сосредоточена в руках крупных землевладельцев, сдающих землю в аренду; во-вторых, капиталисты-арендаторы ведут хозяйство на основе эксплуатации наёмных рабочих; в-третьих, существует частная собственность на средства производства, в том числе на землю, многочисленного класса мелких и средних крестьян. Сельское хозяйство буржуазных стран, несмотря на рост капитализма, ещё в значительной степени раздроблено между мелкими и средними собственниками - крестьянами, которые эксплуатируются капиталистами и помещиками.

2. Капиталистическая земельная рента есть та часть создаваемой наёмными рабочими в сельском хозяйстве прибавочной стоимости, которая представляет избыток над средней прибылью и уплачивается капиталистом-арендатором земельному собственнику за право пользования землёй. Существование капиталистической земельной ренты связано с наличием двоякого рода монополии. Монополия капиталистического хозяйства на земле вытекает из ограниченности земли, занятости её отдельными хозяйствами и ведёт к тому, что цена производства сельскохозяйственного товара определяется худшими условиями производства. Добавочная прибыль, получаемая на лучших землях или при более производительной затрате капитала, образует дифференциальную ренту. Монополия частной собственности на землю, при низком органическом строении капитала в земледелии по сравнению со строением капитала в промышленности, порождает абсолютную ренту. С развитием капитализма увеличиваются размеры всех видов ренты, растёт цена земли, представляющая собой капитализированную ренту.

3. В земледелии, как и в промышленности, крупное производство вытесняет мелкое. Однако крупное машинное производство даже в наиболее развитых капиталистических странах распространяется в сельском хозяйстве несравненно медленнее, чем в промышленности. Ценой чрезмерного, изнурительного труда, резкого снижения уровня жизни мелкого крестьянина и его семьи в капиталистических странах сохраняется масса мелких крестьянских хозяйств, отличающихся крайней неустойчивостью.

4. Капитализм неизбежно порождает возрастающее отставание сельского хозяйства от промышленности, углубляет и обостряет противоположность между городом и деревней. Монополия частной собственности на землю отвлекает от сельского хозяйства в виде земельной ренты и непроизводительных затрат на покупку земли огромные средства, которые идут на паразитическое потребление класса землевладельцев, и тормозит развитие производительных сил сельского хозяйства.

5. Основные массы крестьянства при капитализме обречены на разорение и обнищание. Коренные интересы пролетариата и эксплуатируемых масс крестьянства совпадают. Только в союзе с пролетариатом и под его руководством путём революции, уничтожающей капиталистический строй, трудящееся крестьянство может освободиться от эксплуатации и нищеты.


ГЛАВА XIV НАЦИОНАЛЬНЫЙ ДОХОД


Совокупный общественный продукт и национальный доход.


Вся масса материальных благ, произведённых в обществе за определённый период, например за год, составляет совокупный общественный продукт (или валовой продукт).

Часть совокупного общественного продукта, равная стоимости потреблённого постоянного капитала, в процессе воспроизводства идёт на возмещение израсходованных средств производства. Переработанный на фабрике хлопок возмещается соответствующими партиями хлопка из урожая текущего года. Взамен сожжённого топлива доставляются новые массы угля и нефти. Пришедшие в ветхость машины заменяются другими. Оставшаяся часть совокупного общественного продукта воплощает в себе новую стоимость, созданную рабочим классом в процессе производства.

Та часть совокупного общественного продукта, в которой воплощена вновь созданная стоимость, является национальным (или народным) доходом. Национальный доход в капиталистическом обществе равен, следовательно, стоимости всего совокупного общественного продукта минус стоимость израсходованных за год средств производства, или, иными словами, он равен сумме переменного капитала и прибавочной стоимости. По своей натуральной форме национальный доход есть вся масса произведённых предметов личного потребления и та часть произведённых средств производства, которая идёт на расширение производства. Таким образом, национальный доход представляет собой, с одной стороны, сумму вновь созданной за год стоимости, а с другой стороны, массу различного рода материальных благ, часть совокупного общественного продукта, в которой воплощена вновь созданная стоимость.

Если, например, в какой-либо стране в течение года изготовлено товаров на 90 миллиардов долларов или марок, из которых 60 миллиардов пойдут на возмещение израсходованных за год средств производства, то созданный за год национальный доход будет равен 30 миллиардам.

При капитализме существует масса мелких товаропроизводителей — крестьян и ремесленников, труд которых также создаёт определённую часть совокупного общественного продукта. Поэтому в национальный доход страны входит и стоимость, вновь созданная за данный период крестьянами и ремесленниками.

Совокупный общественный продукт, а следовательно, и национальный доход создаются работниками, занятыми в отраслях материального производства. Сюда относятся все отрасти, в которых создаются материальные блага: промышленность, сельское хозяйство, строительство, транспорт и т. д.

В непроизводственных отраслях, к которым относятся государственный аппарат, кредит, торговля (за исключением тех её операций, которые являются продолжением процесса производства в сфере обращения) и т. д., национальный доход не создаётся.

В капиталистических странах весьма значительная часть трудоспособного населения не только не производит общественного продукта и национального дохода, но и вообще не участвует в общественно полезном труде. Сюда относятся прежде всего эксплуататорские классы и их (многочисленная паразитическая челядь, гигантский полицейско-бюрократический, милитаристский и иной аппарат, охраняющий систему капиталистического наёмного рабства. Большое количество рабочей силы расходуется без всякой пользы для общества. Так, огромные непроизводительные затраты труда связаны с конкуренцией, безудержной спекуляцией, неимоверно раздутой рекламой.

Анархия капиталистического производства, опустошительные экономические кризисы, значительная недогрузка предприятий резко сокращают использование рабочей силы. Огромные массы трудящихся при капитализме лишены возможности работать.

В буржуазных странах число зарегистрированных в городах полностью безработных в период с 1930 по 1938 г. ни разу не было ниже 14 миллионов.

По мере развития капитализма раздувается государственный аппарат, возрастает число лиц, обслуживающих буржуазию, сокращается доля населения, занятого в сфере материального производства, и резко увеличивается удельный вес лиц, занятых в сфере обращения. Растёт армия безработных, усиливается аграрное перенаселение. Всё это крайне ограничивает рост совокупного общественного продукта и национального дохода в буржуазном обществе.


В США из всего трудоспособного населения было занято в отраслях материального производства в 1910 г. 43,9%, в 1920 г. — 41,5, в 1930 г. — 35,5, в 1940 г. — 31,4%.

В США среднегодовой темп роста национального дохода за последние 30 лет XIX столетия составлял 4,7%, в период с 1900 по 1919 г. — 2,8, с 1920 по 1938 г. — 1%, а в годы после второй мировой войны (с 1945 по 1952 г.) — 0,8%.


Распределение национального дохода.


Каждому способу производства соответствуют исторически определённые формы распределения. Распределение национального дохода при капитализме определяется тем, что собственность на средства производства сосредоточена в руках капиталистов и помещиков, эксплуатирующих пролетариат и крестьянство. Вследствие этого распределение национального дохода происходит не в интересах трудящихся, а в интересах эксплуататорских классов.

При капитализме национальный доход, созданный трудом рабочих, поступает прежде всего в распоряжение промышленных капиталистов (включая капиталистических предпринимателей в сельском хозяйстве). Промышленные капиталисты, реализуя произведённые товары, получают всю сумму их стоимости, в том числе сумму переменного капитала и прибавочной стоимости. Переменный капитал превращается в заработную плату, которую промышленные капиталисты выплачивают занятым в производстве рабочим. Прибавочная стоимость остаётся в руках промышленных капиталистов; из неё образуются доходы всех групп эксплуататорских классов. Часть прибавочной стоимости превращается в прибыль промышленных капиталистов. Некоторую долю прибавочной стоимости промышленные капиталисты уступают торговым капиталистам в виде торговой прибыли и банкирам — в виде процента. Часть прибавочной стоимости промышленные капиталисты отдают землевладельцам в виде земельной ренты.

Это распределение национального дохода между различными классами капиталистического общества можно схематически изобразить в миллиардах долларов или марок следующим, образом:

Политическая экономия Распределение национального дохода.

В распределение поступает и та доля национального дохода, которая создана в данный период трудом крестьян и ремесленников: одну её часть получают сами крестьяне и ремесленники, другая достаётся капиталистам (кулакам, скупщикам, торговцам, банкирам и т. д.), а третья — землевладельцам.

Доходы трудящихся основаны на их личном труде и представляют собой трудовые доходы. Источником доходов эксплуататорских классов является труд рабочих, а также крестьян и ремесленников. Доходы капиталистов и помещиков основаны на эксплуатации чужого труда и являются нетрудовыми доходами.

В процессе дальнейшего распределения национального дохода происходит увеличение нетрудовых доходов эксплуататорских классов. Часть доходов населения — в первую очередь трудящихся классов — перераспределяется через государственный бюджет и используется в интересах эксплуататорских классов. Так, часть доходов рабочих и крестьян, поступая в виде налогов в государственный бюджет, превращается затем в дополнительные доходы капиталистов и в доход чиновников. Налоговое бремя, возлагаемое эксплуататорскими классами на трудящихся, быстро возрастает.


В Англии в конце XIX пека налоги составляли 6—7% национального дохода, в 1913 г.— 11°/о, в 1921 г.—23, в 1950 г.— 38°/о; по Франции и конце XIX века —10%, в 1913 г.— 13, в 1924 г.—21, в 1950 г.—29% национальною дохода.


Далее, часть национального дохода передаётся путём оплаты так называемых услуг в непроизводственные отрасли (например, за пользование коммунальными услугами, медицинской помощью, зрелищными предприятиями и т. д.). Как уже указывалось, в этих отраслях не создаётся общественный продукт, а следовательно, и национальный доход; но капиталисты, эксплуатируя занятых здесь наёмных рабочих, получают часть национального дохода, созданного в отраслях материального производства. Из этого дохода капиталисты — собственники предприятий непроизводственных отраслей выдают заработную плату наёмным работникам, покрывают соответствующие материальные затраты (на помещение, оборудование, отопление и т. д.) и получают прибыль.

Таким образом, оплата услуг должна возместить издержки этих предприятий и обеспечить среднюю норму прибыли, так как иначе капиталисты не будут применять свой капитал в этих отраслях. В погоне за высокой прибылью капиталисты стремятся взвинчивать плату за услуги, что ведёт к дальнейшему падению реальной заработной платы рабочих и реальных доходов крестьян.

Перераспределение национального дохода через бюджет, а также и посредством высокой оплаты услуг усиливает обнищание трудящихся.

В итоге всего процесса распределения национального дохода последний распадается на две части: 1) доход эксплуататорских классов и 2) доход трудящихся, занятых как в отраслях материального производства, так и в непроизводственных отраслях.

Доля рабочих и прочих трудящихся города и деревни, не эксплуатирующих чужого труда, в национальном доходе равнялась в Соединённых Штатах Америки (в 1923 г.) 54%, а доля капиталистов— 46%; в Англии (в 1924 г.) доля трудящихся составляла 45%, доля капиталистов — 55%; в Германии (в 1929 г.)( доли трудящихся была равна 55%, доля капиталистов — 45%. В настоящее время в капиталистических странах трудящимся, составляющим %о населения, достаётся значительно менее половины национального дохода, а эксплуататорским классам — значительно более половины.

Доля трудящихся классов в национальном доходе неуклонно падает, а доля эксплуататорских классов возрастает. В США, например, доля трудящихся в национальном доходе составляла в 1870 г. 58%, в 1890 г.—56, в 1923 г.—54, в 1951 г.— примерно 40%.

Национальный доход используется в конечном счёте для потребления и накопления. Использование национального дохода в буржуазных странах определяется классовой природой капитализма и отражает всё усиливающийся паразитизм эксплуататорских классов.

Доля национального дохода, идущая на личное потребление трудящихся, являющихся главной производительной силой общества, настолько низка, что она не обеспечивает, как правило, даже прожиточного минимума. Огромная масса рабочих и трудящихся крестьян вынуждена отказывать себе и своим семьям в самом необходимом, ютиться в лачугах, лишать детей образования.

Весьма значительная часть национального дохода идёт на паразитическое потребление капиталистов и землевладельцев. Колоссальные суммы расходуются капиталистами и землевладельцами на покупку предметов роскоши, а также на содержание многочисленной челяди.

При капитализме доля национального дохода, идущая на расширение производства, весьма невелика по сравнению с возможностями и потребностями общества. Так, в США доля национального дохода, идущая на накопление, составляла за период с 1919 по 1928 г. примерно 10%, а за десятилетие с 1929 по 1938 г. накопление составило в среднем лишь 2% национального дохода США, причём в годы кризиса сумма накопления была ниже суммы амортизации, то есть имело место проедание основного капитала.

Относительно небольшой объём накопления при капитализме обусловлен тем, что значительная часть национального дохода идёт на паразитическое потребление капиталистов, на непроизводительные расходы. Так, огромных размеров достигают чистые издержки обращения, идущие на содержание торгового и кредитного аппарата, на хранение излишних запасов, на расходы по рекламе, биржевой спекуляции и т. д. В США в период между первой и второй мировыми войнами чистые издержки обращения поглощали 17—19% национального дохода.

Всё возрастающая часть национального дохода при капитализме идёт на военные расходы, гонку вооружений, на содержание государственного аппарата.


На поверхности явлений капиталистического общества доходы и их источники выступают в искажённой, фетишистской форме. Возникает обманчивая видимость, будто сам капитал порождает прибыль, земля — ренту, а рабочие создают лишь стоимость, равную их заработной плате.

Эти фетишистские представления лежат в основе буржуазных теорий национального дохода. С помощью такого рода теорий буржуазные экономисты стремятся запутать вопрос о национальном доходе в пользу буржуазии. Они стараются доказать, что наряду с рабочими и крестьянами национальный доход создают капиталисты и землевладельцы, а также такие лица, как чиновники, полицейские, биржевики, духовенство и т. д.

Далее, буржуазные экономисты изображают в ложном свете распределение национального дохода. Они преуменьшают долю дохода, получаемого капиталистами и землевладельцами. Так, например, доходы эксплуататорских классов определяются на основе резко преуменьшенных сведений самих плательщиков налогов; не учитываются огромные оклады капиталистов, получаемые многими из них в качестве руководителей акционерных компаний; не учитываются доходы сельской буржуазии и т. д. В то же время доходы трудящихся искусственно преувеличиваются тем, что к рабочим причисляются высокооплачиваемые крупные чиновники, директора предприятий, банкой, торговых фирм и т. д.

Наконец, буржуазные экономисты искажают действительную картину распределения национального дохода тем, что они не выделяют расходов на потребление эксплуататорских классов, на чистые издержки обращения, преуменьшают долю военных расходов, всячески маскируют непроизводительную растрату огромной части национального дохода.


Государственный бюджет.


Буржуазное государство является органом эксплуататорских классов, имеющим целью держать в подчинении эксплуатируемое большинство общества и обеспечивать интересы эксплуататорского меньшинства во всей внутренней и внешней политике.

Для выполнения своих задач буржуазное государство имеет разветвлённый аппарат: армию, полицию, карательные и судебные органы, разведку, различные органы административного управления и идеологического воздействия на массы. Этот аппарат содержится за счёт государственного бюджета. Источником средств для государственного бюджета служат налоги и займы.

Государственный бюджет является орудием перераспределения части национального дохода в интересах эксплуататорских классов. Он составляется в виде ежегодной сметы государственных доходов и расходов. Маркс писал, что бюджет капиталистического государства «представляет собою не что иное, как классовый бюджет, бюджет для буржуазии»[58].

Расходы капиталистического государства в подавляющей части являются непроизводительными.

Огромная доля средств государственного бюджета при капитализме идёт на подготовку и ведение войн. Сюда относятся также расходы на научные изыскания в области производства и усовершенствования новых орудий массового уничтожения людей, на подрывную деятельность за границей.

Другая крупная доля расходов капиталистического государства связана с содержанием аппарата угнетения трудящихся. «Современный милитаризм есть результат капитализма. В обеих своих формах он — «жизненное проявление» капитализма: как военная сила, употребляемая капиталистическими государствами при их внешних столкновениях... и как оружие, служащее в руках господствующих классов для подавления всякого рода (экономических и политических) движений пролетариата»[59].

Весьма значительные суммы государство тратит, особенно во время кризисов и войн, на прямую поддержку капиталистических предприятий и на обеспечение им высоких прибылей. Часто субсидии, выдаваемые банкам и промышленникам, имеют целью спасти их от банкротства во время кризисов. Посредством государственных заказов, осуществляемых за счёт бюджета, миллиардные дополнительные прибыли перекачиваются в карманы крупных капиталистов.

Расходы па культуру и науку, на просвещение и здравоохранение составляют ничтожную долю в государственных бюджетах капиталистических стран. В США, например, в федеральных бюджетах последних лет На военные цели было отпущено более 70% всей суммы средств, а на здравоохранение, народное образование и жилищное строительство — менее 4%, в том числе на народное образование — менее 1%.

Основную массу доходов капиталистическое государство получает путём налогов. В Англии, например, налоги в общей сумме доходов государственного бюджета составляли в 1938 г. 89%.

Налоги в условиях капитализма служат формой дополнительной эксплуатации трудящихся путём перераспределения через бюджет части их доходов в пользу буржуазии. Налоги называются прямыми, если ими облагаются доходы отдельных лиц, и косвенными,— если ими облагаются продаваемые товары (главным образом предметы широкого потребления) или услуги (например, билеты в кино и театр, проездные билеты на городском транспорте и т. д.). Косвенные налоги повышают цену товаров и оплату услуг. Фактически косвенные налоги уплачивают покупатели. Капиталисты перелагают на покупателей и часть своих прямых налогов, если им удаётся повысить цену на товары или услуги.

Политика буржуазного государства направлена к тому, чтобы всячески уменьшить налоговое обложение эксплуататорских классов. Капиталисты уклоняются от уплаты налогов, скрывая действительные размеры своих доходов. Особенно выгодна для имущих классов политика косвенных налогов. «Косвенное обложение, падая на предметы потребления масс, отличается величайшей несправедливостью. Всей своей тяжестью ложится оно на бедноту, создавая привилегию для богатых. Чем беднее человек, тем большую долю своего дохода отдает он государству в виде косвенных налогов. Малоимущая и неимущая масса составляет 9/10 всего народонаселения, потребляет 9/10 всех обложенных продуктов и платит 9/10 всей суммы косвенных налогов»[60].

Следовательно, главная тяжесть налогов падает на трудящиеся массы: рабочих, крестьян, служащих. Как уже указывалось, в настоящее время в буржуазных странах в государственный бюджет изымается через налоги около трети заработной платы рабочих и служащих. Высокие налоги взимаются с крестьян и усиливают их разорение.

Помимо налогов важной доходной статьёй капиталистического государства являются займы. Наиболее часто буржуазное государство прибегает к займам для покрытия чрезвычайных, в первую очередь военных, расходов. Значительная часть средств, собранных путём займов, идёт на оплату государством поставок, приносящих огромные прибыли промышленникам. В конечном счёте займы приводят к дальнейшему повышению налогов на трудящихся для оплаты процентов по займам и для погашения самих займов. Сумма государственного долга в буржуазных странах быстро растёт.


Общая сумма государственного долга во всём мире возросла с 38 миллиардов франков в 1825 г. до 250 миллиардов франков в 1900 г., то есть в 6,6 раза. Ещё быстрее возрастал государственный долг в XX веке. В США в 1914 г. сумма государственного долга составляла 1,2 миллиарда долларов, а в 1938 г.— 37,2 миллиарда, то есть увеличилась в 31 раз. В Англии в 1890 г. было выплачено в виде процентов по займам 24,1 миллиона фунтов стерлингов, в 1951/52 г.—513,6 миллиона; в США в 1940 г. был выплачен в виде процентов по займам 1 миллиард долларов, а в 1951/52 г.— 5,9 миллиарда долларов.


Одним из источников доходов государственного бюджета при капитализме служит эмиссия бумажных денег. Вызывая инфляцию и рост цен, эмиссия бумажных денег передаёт буржуазному государству часть национального дохода за счёт снижения уровня жизни народных масс.

Таким образом, государственный бюджет при капитализме служит в руках буржуазного государства орудием дополнительного ограбления трудящихся и обогащения класса капиталистов, усиливает непроизводительный и паразитический характер использования национального дохода.


Краткие выводы


1. Национальный доход в капиталистическом обществе есть та часть совокупного общественного продукта, в которой воплощена вновь созданная стоимость. Национальный доход создаётся в отраслях материального производства трудом рабочего класса, а также трудом крестьян и ремесленников. По натуральной форме национальный доход представляет собой всю массу произведённых предметов потребления и ту часть средств производства, которая предназначена для расширения производства. При капитализме значительная часть трудоспособного населения не только не создаёт национального дохода, но и не участвует в общественно полезном труде.

2. Распределение национального дохода при капитализме происходит в интересах обогащения эксплуататорских классов. Доля трудящихся классов в национальном доходе падает, а доля эксплуататорских классов увеличивается.

3. При капитализме национальный доход, создаваемый рабочим классом, распределяется в виде заработной платы рабочих, прибыли капиталистов (промышленников, торговцев и владельцев ссудного капитала) и земельной ренты. получаемой землевладельцами. Значительная часть результатов труда крестьян и ремесленников также присваивается капиталистами и землевладельцами. Через государственный бюджет и путём высокой оплаты услуг происходит перераспределение национального дохода, которое ещё больше усиливает обнищание трудящихся.

4. Огромная и всё увеличивающаяся часть национального дохода при капитализме используется непроизводительно: расходуется на паразитическое потребление буржуазии, на покрытие непомерно раздутых издержек обращения, на содержание государственного аппарата угнетения масс, на подготовку и проведение захватнических войн.


ГЛАВА XV ВОСПРОИЗВОДСТВО ОБЩЕСТВЕННОГО КАПИТАЛА


Общественный капитал. Состав совокупного общественного продукта.


Капиталистическое воспроизводство включает в себя как непосредственный процесс производства, так и процесс обращения.

Чтобы осуществлялось воспроизводство, капитал должен иметь возможность беспрепятственно совершать свой кругооборот, то есть переходить из денежной формы в производительную, из производительной — в товарную, из товарной — в денежную и т. д. Это относится не только к каждому отдельному капиталу, ко и ко всем капиталам, существующим в обществе. «Кругообороты индивидуальных капиталов переплетаются, однако, друг с другом, предполагают и обусловливают друг друга и как раз благодаря этому-то сплетению образуют движение всего общественного капитала»[61].

Общественный капитал есть вся масса индивидуальных капиталов в их совокупности и взаимосвязи. Между отдельными капиталистическими предприятиями существует многосторонняя связь: одни предприятия доставляют другим машины, сырьё и прочие средства производства, а другие производят средства существования, покупаемые рабочими, и предметы потребления и роскоши, покупаемые капиталистами. Каждый из индивидуальных капиталов самостоятелен по отношению к другим, и в то же время все они связаны -между собой. Это противоречие обнаруживается в ходе воспроизводства и обращения всего общественного капитала. Многосторонние связи, существующие между отдельными капиталистами, проявляются стихийно вследствие присущей капитализму анархии производства.

При рассмотрении процесса воспроизводства и обращения всего общественного капитала, чтобы не усложнять вопрос, мы предполагаем, что всё хозяйство страны ведётся на капиталистических началах (то есть общество состоит только из капиталистов и рабочих) и что весь постоянный капитал потребляется в течение года и его стоимость целиком переносится на годовой продукт.

Совокупный общественный продукт представляет собой не что иное, как общественный капитал (с приращением в виде прибавочной стоимости), вышедший из процесса производства в товарной форме.

Чтобы производство могло продолжаться, общественный продукт должен быть реализован, то есть продан. Реализация общественного продукта есть смена его товарной формы на денежную.

Как выше было показано, по стоимости весь общественный продукт распадается на три части: первая возмещает постоянный капитал, вторая возмещает переменный капитал, третья представляет собой прибавочную стоимость. Таким образом, стоимость общественного продукта равна с + v + м. При реализации произведённых товаров капиталисты должны выручить их стоимость, так как только при этом условии они могут возобновить производство. Деление общественного продукта по стоимости означает, что разные его части играют различную роль в ходе воспроизводства. Постоянный капитал должен дальше служить в процессе производства. Переменный капитал превращается в заработную плату, которую рабочие расходуют на цели потребления. Прибавочная стоимость при простом воспроизводстве целиком потребляется капиталистами, а при расширенном — частично потребляется капиталистами и частично идёт на покупку добавочных средств производства и на наём добавочной рабочей силы.

По натуральной форме весь общественный продукт состоит из средств производства и предметов потребления. При рассмотрении кругооборота и оборота индивидуального капитала не имеет значения, какие именно товары в их натуральной форме (потребительные стоимости) производятся на данном предприятии. При рассмотрении воспроизводства и обращения всего общественного капитала натуральная форма произведённых в обществе товаров приобретает существенное значение: для беспрерывного возобновления процесса производства необходимо, чтобы имелись в наличии как соответствующие средства производства, так и предметы потребления. Всё общественное производство делится на два больших подразделения: первое подразделение (I) — производство средств производства и второе подразделение (II) — производство предметов потребления. Предметы потребления в свою очередь делятся па необходимые средства существования, идущие на удовлетворение потребностей рабочего класса, трудящихся масс, и предметы роскоши, которые доступны только эксплуататорским классам. Неуклонно снижая жизненный уровень рабочего класса, капиталисты заставляют трудящихся всё больше заменять полноценные предметы потребления низкосортными товарами и суррогатами. В то же время растут роскошь и расточительство паразитических классов.

Деление общественного продукта по натуральной форме в свою очередь предопределяет разным его частям различную роль в ходе воспроизводства. Так, например, ткацкие машины должны быть употреблены для производства тканей и не могут служить пи для каких других целей; с другой стороны, готовая одежда должна поступить в личное потребление.

Возникает вопрос, каким образом в условиях анархии капиталистического производства происходит реализация общественного продукта? Ленин указывал, что «вопрос о реализации в том и состоит, чтобы анализировать возмещение всех частей общественного продукта по стоимости и по материальной форме»[62]. Стало быть, речь идёт о том, каким образом для каждой части общественного продукта по стоимости (постоянный капитал, переменный капитал и прибавочная стоимость) и по его натуральной форме (средства производства, предметы потребления) найти замещающую её на рынке другую часть продукта.

При рассмотрении расширенного воспроизводства сюда присоединяется ещё вопрос о том, каким образом происходит превращение прибавочной стоимости в капитал, то есть откуда берутся добавочные средства производства и предметы потребления для добавочных рабочих, необходимых при расширении производства.


Условия реализации при капиталистическом простом воспроизводстве.


Рассмотрим прежде всего условия, необходимые для реализации общественного продукта при капиталистическом простом воспроизводстве, когда вся прибавочная стоимость идёт па личное потребление капиталистов. Эти условия могут быть проиллюстрированы на следующем примере.

Пусть в первом подразделении, то есть в производстве средств производства, стоимость постоянного капитала, выраженная, например, в миллионах фунтов стерлингов, равна 4 000, переменного капитала — 1 000, прибавочная стоимость — 1 000. Пусть во втором подразделении, то есть в производстве предметов потребления, стоимость постоянного капитала равна 2 000, переменного капитала — 500, прибавочная стоимость — 500. При таком предположении годовой общественный продукт будет состоять из следующих частей:

I.  4 000 с + 1 000 v + 1 000 м = 6 000.

II. 2 000 с +    500 v +   500 м = 3 000.

Стоимость всего продукта, произведённого в первом подразделении и существующего в виде машин, сырья, материалов и т. п., составляет, следовательно, 6 000. Чтобы процесс производства мог возобновиться, часть этого продукта, равная 4 000, должна быть продана предприятиям первого же подразделения для возобновления постоянного капитала этого подразделения. Остальная часть продукта первого подразделения, представляющая воспроизведённую стоимость переменного капитала (1 000) и вновь произведённую прибавочную стоимость (1 000) несуществующая в виде средств производства, продаётся предприятиям второго подразделения в обмен на предметы потребления, поступающие в личное потребление рабочих и капиталистов первого подразделения. В свою очередь капиталисты второго подразделения нуждаются в средствах производства на сумму в 2 000 для возобновления своего постоянного капитала.

Стоимость всего продукта, произведённого во втором подразделении и существующего в виде предметов потребления (хлеба, мяса, одежды, обуви и т. д., а также предметов роскоши), составляет 3 000. Часть предметов потребления, произведённых во втором подразделении на сумму 2 000, обменивается на заработную плату и прибавочную стоимость первого подразделения; так происходит возмещение постоянного капитала второго подразделения. Остальная часть продукта второго подразделения, представляющая воспроизведённую стоимость переменного капитала (500) и вновь произведённую прибавочную стоимость (500), реализуется внутри второго же подразделения и поступает в личное потребление рабочих и капиталистов этого подразделения.

Следовательно, в условиях простого воспроизводства в обмен между двумя подразделениями поступают: 1) переменный капитал и прибавочная стоимость первого подразделения, которые должны быть обменены на предметы потребления, произведённые во втором подразделении, и 2) постоянный капитал второго подразделения, который должен быть обменён на средства производства, произведённые в первом подразделении. Условием реализации при капиталистическом простом воспроизводстве является следующее равенство: переменный капитал плюс прибавочная стоимость первого подразделения должны быть равны постоянному капиталу второго подразделения: I (v + м) = II с.


Это условие простого воспроизводства можно выразить cute следующим образом. Вся масса товаров, произведённая в течение года в первом подразделении,— предприятиями, изготовляющими средства производства,— должна быть по стоимости равна той массе средств производства, которая за год потребляется в предприятиях обоих подразделений. Вся масса товаров, произведённая в течение года во втором подразделении,— предприятиями, изготовляющими предметы потребления, — должна быть по стоимости равна сумме доходов рабочих и капиталистов обоих подразделений.


Условия реализации при капиталистическом расширенном воспроизводстве.


Капиталистическое расширенное воспроизводство предполагает накопление капитала. Так как капитал каждого подразделения состоит из двух частей — постоянного и переменного капитала, то и накопляемая часть прибавочной стоимости распадается на эти две части: одна часть идёт на покупку добавочных средств производства, другая — на наём добавочной рабочей силы. Отсюда следует, что годовой продукт первого подразделения должен содержать некоторый излишек сверх того количества средств производства, которое необходимо для простого воспроизводства. Иными словами, сумма переменного капитала и прибавочной стоимости первого подразделения должна быть больше, чем постоянный капитал второго подразделения: I (v + м) должно быть больше II с. Таково основное условие реализации при капиталистическом расширенном воспроизводстве.


Рассмотрим несколько подробнее условия реализации при капиталистическом расширенном воспроизводстве.

Пусть в первом подразделении стоимость постоянного капитала равна 4 000, стоимость переменного капитала — 1 000, прибавочная стоимость— 1 000; пусть во втором подразделении стоимость постоянного капитала равна 1 500, переменного капитала — 750, прибавочная стоимость — 750. При таком предположении годовой общественный продукт будет состоять из следующих частей:

I.  4 000 с + 1 000 v + 1 000 м = 6 000.

II. 1 500 с +   750 v +    750 м = 3 000.

Допустим, что в первом подразделении из прибавочной стоимости, равной 1 000, накопляется 500. В соответствии с органическим строением капитала в первом подразделении (4:1) накопляемая часть прибавочной стоимости распадается следующим образом: 400 идёт на увеличение постоянного капитала и 100 — на увеличение переменного капитала. Добавочный постоянный капитал (400) имеется в самом продукте первого подразделения в виде средств производства; добавочный же переменный капитал (100) должен быть получен в обмен от второго подразделения, которое, следовательно, тоже должно накоплять. Капиталисты второго подразделения обменивают часть своей прибавочной стоимости, равную 100, на средства производства и обращают эти средства производства в добавочный постоянный капитал. Тогда в соответствии с органическим строением капитала во втором подразделении (2:1) переменный капитал в этом подразделении должен возрасти на 50. Следовательно, во втором подразделении из прибавочной стоимости, равной 750, накоплению подлежит 150.

Как и при простом воспроизводстве, второе подразделение должно обменять с первым свой постоянный капитал, равный 1 500. Со своей стороны первое подразделение должно обменять со вторым подразделением свой переменный капитал, равный 1 000, и потребляемую часть прибавочной стоимости, равную 500.

Политическая экономия Условия реализации при капиталистическом расширенном воспроизводстве.

Обмен между обоими подразделениями может состояться лишь в случае равенства этих величин. Таковы условия реализации при капиталистическом расширенном воспроизводстве.


При расширенном воспроизводстве сумма переменного капитала и прибавочной стоимости первого подразделения должна расти быстрее постоянного капитала второго подразделения, а постоянный капитал первого подразделения должен ещё более обгонять рост постоянного капитала второго подразделения.

При любом строе общества развитие производительных сил выражается в том, что возрастает доля общественного труда, идущая на производство средств производства, по сравнению с долей, идущей на производство предметов потребления. При капитализме более быстрый рост производства средств производства по сравнению с производством предметов потребления выступает в форме.

более быстрого роста постоянного капитала по сравнению с переменным, то есть в форме повышения органического строения капитала. Повышение органического строения капитала неизбежно приводит к росту безработицы и понижению жизненного уровни рабочего класса.


Проблема рынка. Противоречия капиталистического воспроизводства.


Как видно из предыдущего изложения, для реализации общественного продукта необходимы определённые соотношения между отдельными его частями и, следовательно, между отраслями и элементами производства. При капитализме, когда производство ведётся обособленными производителями, которые руководствуются погоней за прибылью и работают на не известный им рынок, эти соотношения не могут не подвергаться постоянным нарушениям. Исследуя условия нормального хода капиталистического простого и расширенного воспроизводства, Маркс указывает, что они «превращаются в столь же многочисленные условия ненормального хода воспроизводства, в столь же многочисленные возможности кризисов, так как равновесие — при стихийном характере этого производства — само является случайностью»[63]. В условиях анархии капиталистического производства реализация общественного продукта происходит лишь среди затруднений и постоянных колебаний, которые становятся всё сильнее по мере роста капитализма.

Особое значение имеет при этом то обстоятельство, что расширение капиталистического производства и, следовательно, образование внутреннего рынка происходят не столько за счёт предметов потребления, сколько за счёт средств производства. Рост производства средств производства далеко обгоняет рост производства предметов личного потребления. В общей массе продукции капиталистического производства предметы потребления занимают относительно всё меньшее место. Однако производство средств производства не может развиваться совершенно независимо от производства предметов потребления и вне всякой связи с ним. Предприятия, применяющие средства производства, выбрасывают на рынок всё возрастающие массы товаров, которые сложат для потребления. Таким образом, в конечном счёте производственное потребление (потребление средств производства) всегда связано с личным потреблением, всегда зависит от него. Но объём личного потребления основных масс населения в капиталистическом обществе ограничен крайне узкими рамками вследствие законов капиталистической эксплуатации, обусловливающих обнищание рабочего класса и крестьянства.

Цель капиталистического производства — извлечение прибылей. Средством к достижению этой цели служит расширение производства. В этом смысле Маркс писал о характерном для капитализма «производстве ради производства», «накоплении ради накопления». Но товары производятся в конечном счёте не для производства, а для удовлетворения потребностей людей. Средство — расширение производства — неизбежно приходит в столкновение с целью капиталистов — извлечением прибылей. Следовательно, капитализму присуще глубокое антагонистическое противоречие между производством и потреблением.

Противоречие между производством и потреблением, присущее капитализму, состоит в том, что национальное богатство растёт рядом с ростом народной нищеты, производительные силы общества растут без соответствующего роста народного потребления. Это противоречие представляет собой одну из форм проявления основного противоречия капитализма — противоречия между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения.

Разоблачая прислужников буржуазии, замазывавших глубокие противоречия капиталистической реализации, Ленин подчёркивал, что «даже при идеально гладком и пропорциональном воспроизводстве и обращении всего общественного капитала неизбежно противоречие между ростом производства и ограниченными пределами потребления. В действительности же кроме того процесс реализации идет не с идеально гладкой пропорциональностью, а лишь среди «затруднений», «колебаний», «кризисов» и пр.»[64].

Следует различать внутренний рынок (сбыт товаров внутри данной страны) и внешний рынок (сбыт товаров за границу).

Внутренний рынок появляется и расширяется вместе с появлением и ростом товарного производства, в особенности же с развитием капитализма, который углубляет общественное разделение труда и разлагает непосредственных производителей на капиталистов и рабочих. В результате общественного разделения труда растёт число особых отраслей производства. Развитие одних отраслей расширяет рынок для товаров, произведённых другими отраслями, прежде всего для сырья, машин и других средств производства. Далее, классовое расслоение мелких товаропроизводителей, рост числа рабочих, увеличение прибылей капиталистов ведут к повышению сбыта покупаемых ими предметов потребления. Степень развития внутреннего рынка есть степень развития капитализма в стране.

Обобществление труда капитализмом проявляется прежде всего в том, что разрушается прежняя, свойственная натуральному хозяйству, раздроблённость мелких хозяйственных единиц и происходит объединение мелких местных рынков в огромный национальный, а затем и мировой рынок.

При рассмотрении процесса воспроизводства и обращения всего общественного капитала роль внешнего рынка оставляется в стороне, так как включение внешнего рынка не меняет существа вопроса. Привлечение внешней торговли лишь передвигает вопрос с одной страны на несколько стран, но от этого сущность процесса реализации нисколько не изменяется. Это, однако, не означает, что внешний рынок не имеет существенного значения для капиталистических стран. В погоне за прибылью капиталисты расширяют производство далеко за пределы ёмкости внутреннего рынка и ищут более выгодных внешних рынков.

Противоречия капиталистической реализации проявляются со всей силой в периодических экономических кризисах перепроизводства.


Краткие выводы


1. Кругообороты индивидуальных капиталов в их совокупности образуют движение общественного капитала. Общественный капитал есть вся масса индивидуальных капиталов в их взаимосвязи.

2. Совокупный продукт капиталистического общества делится по стоимости на постоянный капитал, переменный капитал и прибавочную стоимость, а по натуральной форме — на средства производства и предметы потребления. Всё общественное производство делится на два подразделения: первое подразделение — производство средств производства и второе подразделение — производство предметов потребления. Проблема реализации состоит в том, каким образом для каждой части общественного продукта по стоимости и по его материальной форме найти замещающую её на рынке другую часть продукта.

3. При капиталистическом простом воспроизводстве условие реализации заключается в том, что переменный капитал плюс прибавочная стоимость первого подразделения должны быть равны постоянному капиталу второго подразделения. При капиталистическом расширенном воспроизводстве условие реализации заключается в том, что сумма переменного капитала и прибавочной стоимости первого подразделения должна быть больше постоянного капитала второго подразделения. При расширенном воспроизводстве рост производства средств производства обгоняет рост производства предметов потребления.

4. В ходе своего развития капитализм создаёт и развивает внутренний рынок. Рост производства и внутреннего рынка при капитализме происходит в большей мере за счёт средств производства, чем за счёт предметов потребления. В процессе капиталистического воспроизводства обнаруживаются неизбежные при капитализме диспропорциональность производства и противоречие между производством и потреблением, вытекающие из основного противоречия капитализма — противоречия между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения. Противоречия капиталистического воспроизводства наиболее ярко проявляются в периодических экономических кризисах перепроизводства.


ГЛАВА XVI ЭКОНОМИЧЕСКИЕ КРИЗИСЫ


Основа капиталистических кризисов перепроизводства.


С начала XIX века, с того времени как возникла крупная машинная индустрия, ход капиталистического расширенного воспроизводства периодически прерывается экономическими кризисами.

Капиталистические кризисы являются кризисами перепроизводства. Кризис выражается прежде всего в том, что товары не находят сбыта, так как их произведено больше, чем могут купить основные потребители — народные массы, покупательная способность которых при господстве капиталистических производственных отношений ограничена крайне узкими рамками. «Излишки» товаров загромождают склады. Капиталисты сокращают производство и увольняют рабочих. Сотни и тысячи предприятий закрываются. Резко возрастает безработица. Множество мелких производителей в городе и в деревне разоряется. Отсутствие сбыта произведённых товаров ведёт к расстройству торговли. Кредитные связи нарушаются. Капиталисты испытывают острую нехватку наличных денег для платежей. На биржах разражается крах — курсы акций, облигаций и других ценных бумаг стремительно падают. Прокатывается волна банкротств промышленных предприятий, торговых и банковских фирм.

Перепроизводство товаров во время кризисов является не абсолютным, а относительным. Это значит, что избыток товаров существует лишь по сравнению с платёжеспособным спросом, а отнюдь не по сравнению с действительными потребностями общества. Во время кризиса трудящиеся массы испытывают крайнюю нужду в самом насущном, их потребности удовлетворяются хуже, чем когда-либо в другое время. Миллионные массы голодают, потому что произведено «слишком много» хлеба, люди страдают от холода, потому что добыто «слишком много» угля. Трудящиеся лишаются всяких средств к жизни именно потому, что они произвели эти средства в слишком большом количестве. В этом заключается вопиющее противоречие капиталистического способа производства, когда, по словам французского социалиста-утописта Фурье, «избыток становится источником нужды и лишений».


Потрясения хозяйственной жизни нередко происходили и при докапиталистических способах производства. Но они вызывались какими-нибудь чрезвычайными стихийными или общественными бедствиями: наводнение, засуха, кровопролитная война или эпидемия опустошали иногда целые страны, обрекали население на голод и вымирание. Однако коренное отличие этих хозяйственных потрясений от капиталистических кризисов заключается в том, что голод и нищета, вызывавшиеся этими потрясениями, были следствием неразвитости производства, крайнего недостатка в продуктах. Между тем при капитализме кризисы порождаются ростом производства при нищенском уровне жизни народных масс, относительным «избытком» произведённых товаров.


Как было показано выше (в главе IV), уже простое товарное производство и обращение заключают в себе возможность кризисов. Однако неизбежными кризисы становятся лишь при капитализме, когда производство приобретает общественный характер, а продукт обобществлённого труда многих тысяч и миллионов рабочих поступает в частное присвоение капиталистов. Противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения результатов производства является основным противоречием капитализма. Это противоречие составляет основу экономических кризисов перепроизводства. Таким образом, неизбежность кризисов коренится в самой системе капиталистического хозяйства.

Основное противоречие капитализма проявляется как противоположность между организацией производства в рамках отдельных предприятий и анархией производства во всём обществе. На каждой отдельной фабрике труд рабочих организован и подчинён единой воле предпринимателя. Но в обществе в целом вследствие господства частной собственности на средства производства царит анархия производства, исключающая планомерное развитие хозяйства. Расширение производства происходит неравномерно, ввиду чего старые пропорции между отраслями постоянно нарушаются, а новые пропорции устанавливаются стихийно, путём переливов капиталов из одних отраслей в другие. Поэтому пропорциональность между отдельными отраслями является случайностью, а постоянные нарушения пропорциональности — общим правилом капиталистического воспроизводства.

В погоне за наибольшей прибылью капиталисты расширяют производство, совершенствуют технику, вводят новые машины и выбрасывают огромные массы товаров на рынок. В этом же направлении действует постоянная тенденция нормы прибыли к понижению, обусловленная ростом органического строения капитала. Предприниматели стремятся возместить падение нормы прибыли увеличением массы прибыли путём расширения размеров производства, увеличения количества изготовляемых товаров. Таким образом, капитализму свойственна тенденция к расширению производства, к огромному росту производственных возможностей. Но в результате падения реальной заработной платы, роста безработицы, разорения крестьянства платёжеспособный спрос трудящихся относительна сокращается. Вследствие этого расширение капиталистического производства неизбежно наталкивается на узкие рамки потребления основных масс населения.

«Основа кризиса лежит в противоречии между общественным характером производства и капиталистической формой присвоения результатов производства. Выражением этого основного противоречия капитализма является противоречие между колоссальным ростом производственных возможностей капитализма, рассчитанным на получение максимума капиталистической прибыли, и относительным сокращением платёжеспособного спроса со стороны миллионных масс трудящихся, жизненный уровень которых капиталисты всё время стараются держать в пределах крайнего минимума».

Основное противоречие капитализма выступает наружу в классовом антагонизме между пролетариатом и буржуазией. Для капитализма характерен разрыв между двумя важнейшими условиями производства: между средствами производства, сосредоточенными в руках капиталистов, и непосредственными производителями, лишёнными всего, кроме своей рабочей силы. Этот разрыв ярко обнаруживается в кризисах перепроизводства, когда создаётся порочный круг: на одной стороне — излишек средств производства и продуктов, на другой — излишек рабочей силы, массы безработных, лишённых средств существования.

Кризисы являются неизбежным спутником капиталистического способа производства. Чтобы уничтожить кризисы, надо уничтожить капитализм.


Буржуазные экономисты отрицают неизбежность кризисов при капитализме. Они объявляют кризисы результатом случайных причин, которые якобы могут быть устранены при сохранении капиталистической системы хозяйства. Конечной причиной кризисов провозглашается либо случайное нарушение пропорциональности между отраслями производства, либо «недопотребление», для устранения которого рекомендуются такие средства, как гонка вооружений и война. На самом деле как непропорциональность производства, так и «недопотребление» являются при капитализме не случайностями, а неизбежными формами проявления основного противоречия капитализма, которое неустранимо, пока существует буржуазный строй.


Циклический характер капиталистического воспроизводства.


Капиталистические кризисы перепроизводства повторяются через определённые промежутки времени, каждые 8—12 лет. Частичные кризисы перепроизводства, поражавшие отдельные отрасли промышленности, происходили в Англии ещё в конце XVIII и начале XIX века. Первый промышленный кризис, охвативший хозяйство страны в целом, разразился в Англии в 1825 г. В 1836 г. кризис начался в Англии, а затем распространился и на США. Кризис 1847—1848 гг., охвативший США и ряд стран на европейском континенте, был первым мировым кризисом. Кризис 1857 г. поразил главные страны Европы и Америки. За ним последовали кризисы 1866, 1873, 1882 и 1890 гг. Наиболее глубоким из них был кризис 1873 г., который ознаменовал собой начало перехода от домонополистического капитализма к монополистическому. В XX веке кризисы происходили в 1900—1903 гг. (этот кризис начался в России, где его действие было значительно сильнее, чем в какой-либо другой стране), в 1907 г., 1920—1921 гг., 1929— 1933 гг., в 1937—1938 гг., в 1948—1949 гг.

Период от начала одного кризиса до начала другого кризиса называется циклом. Цикл состоит из четырёх фаз: кризис, депрессия, оживление и подъём. Основной фазой цикла является кризис, который служит исходным пунктом нового цикла.

Кризис есть фаза цикла, в которой противоречие между ростом производственных возможностей и относительным сокращением платёжеспособного спроса проявляется в бурной и разрушительной форме. Эта фаза цикла характеризуется перепроизводством товаров, не находящих сбыта, резким падением цен, острой нехваткой платёжных средств и биржевым крахом, вызывающим массовые банкротства, резким сокращением производства, ростом безработицы, падением заработной платы. Обесценение товаров, безработица, прямое уничтожение машин, оборудования и целых предприятий — всё это означает огромное разрушение производительных сил общества. Путём разорения и гибели множества предприятий, путём разрушения части производительных сил кризис насильственно приспособляет, притом на самое короткое время, размеры производства к размерам платёжеспособного спроса. «Кризисы всегда представляют собою только временное насильственное разрешение существующих противоречий, насильственные взрывы, которые на мгновение восставляют нарушенное равновесие»[66].

Депрессия есть фаза цикла, наступающая непосредственно вслед за кризисом. Эта фаза цикла характеризуется тем, что промышленное производство находится в состоянии застоя, цены товаров низки, торговля идёт вяло, имеется обилие свободного денежного капитала. В период депрессии создаются предпосылки для последующего оживления и подъёма. Накопленные запасы товаров частично уничтожаются, частично распродаются по пониженным ценам. Капиталисты стремятся найти выход из застойного состояния производства путём снижения издержек производства. Этой цели они добиваются, во-первых, путём всемерного усиления эксплуатации рабочих, дальнейшего снижения заработной платы и повышения интенсивности труда; во-вторых, путём переоборудования предприятий, обновления основного капитала, введения технических усовершенствований, имеющих целью сделать производство прибыльным при тех низких ценах, которые установились в результате кризиса. Обновление основного капитала даёт толчок росту производства в ряде отраслей. Предприятия, изготовляющие оборудование, получают заказы и в свою очередь предъявляют спрос на всякого рода сырьё и материалы. Постепенно совершается переход от депрессии к оживлению.

Оживление есть фаза цикла, в течение которой предприятия, сохранившиеся после кризиса, оправляются от потрясений и приступают к расширению производства. Постепенно уровень производства достигает прежних размеров, цены повышаются, прибыли растут. Оживление переходит в подъём.

Подъём есть фаза цикла, в течение которой производство обгоняет высшую точку, достигнутую в предыдущем цикле, накануне кризиса. Во время подъёма строятся новые промышленные предприятия, железные дороги и т. д. Цены растут, торговцы стремятся покупать как можно больше товаров в расчёте на дальнейшее повышение цен и тем самым толкают промышленников на ещё большее расширение производства. Банки охотно предоставляют промышленникам и торговцам ссуды. Всё это даёт возможность расширить размеры производства и торговли далеко за рамки платёжеспособного спроса. Так создаются условия для очередного кризиса перепроизводства.

Перед наступлением кризиса производство достигает наиболее высокого уровня, но возможности сбыта кажутся ещё большими. Перепроизводство уже существует, но в скрытом виде. Спекуляция взвинчивает цены и непомерно раздувает спрос на товары. Излишки товаров накопляются. Кредит в ещё большей степени скрывает перепроизводство: банки продолжают кредитовать промышленность и торговлю, искусственно поддерживая расширение производства. Когда перепроизводство достигает наивысшей степени, разражается кризис. Затем весь цикл повторяется.

Кризис образует исходный пункт для новых крупных вложений капитала. Стремясь восстановить прибыльность своих предприятий при резком снижении цен, капиталисты наряду с усилением эксплуатации рабочих вынуждены вводить новые машины и станки, новые методы производства. Происходит массовое обновление основного капитала. В решающих отраслях крупной промышленности продолжительность жизни основных средств производства, принимая в расчёт не только физический, но и моральный износ, составляет в срэднем около десяти лет. Этим дана материальная основа периодичности кризисов, регулярно повторяющихся на протяжении истории капитализма.

Каждый кризис подготовляет почву для новых, ещё более глубоких кризисов, вследствие чего с развитием капитализма возрастает их разрушительная сила и острота.


Аграрные кризисы.


Капиталистические кризисы перепроизводства, вызывая безработицу, падение заработной платы, сокращение платёжеспособного спроса на сельскохозяйственные продукты, неизбежно порождают частичное или всеобщее перепроизводство в области сельского хозяйства. Кризисы перепроизводства в сельском хозяйстве называются аграрными кризисами. Неизбежность аграрных кризисов обусловлена тем же основным противоречием капитализма, которое составляет основу промышленных кризисов.

Вместе с тем аграрные кризисы имеют некоторые особенности: они обычно носят более длительный, затяжной характер по сравнению с промышленными кризисами.


Аграрный кризис последней четверти XIX столетия, охвативший западноевропейские страны, Россию, а затем и США, начался в первой половине 70-х годов и продолжался в той или иной форме до середины 90-х годов XIX столетия. Он был вызван тем, что в связи с развитием морского транспорта и расширением сети железных дорог на европейские рынки стал поступать в большом количестве более дешёвый хлеб из Америки, России и Индии. В Америке производство хлеба стоило дешевле вследствие распашки новых плодородных земель и наличия свободных земель, за которые не взималась абсолютная рента. Россия и Индия могли экспортировать в Западную Европу хлеб по низким ценам, так как русские и индийские крестьяне, подавленные непосильными налогами, вынуждены были продавать хлеб за бесценок. Европейские капиталисты-арендаторы и крестьяне не могли при высокой ренте. вздутой крупными землевладельцами, выдержать этой конкуренции. После первой мировой войны, при огромном сокращении платёжеспособности населения, весной 1920 г. разразился острый аграрный кризис, который с особой силой поразил внеевропейские страны (США, Канаду, Аргентину. Австралию). Сельское хозяйство ещё не оправилось от этого кризиса, как в конце 1928 г. обнаружились явные признаки начавшегося в Канаде, США, Бразилии и Австралии нового аграрного кризиса. Этот кризис охватил основные страны капиталистического мира, экспортирующие сырьё и продовольствие. Кризис охватил все отрасли сельского хозяйства, переплёлся с промышленным кризисом 1929—1933 гг. и продолжался до начала второй мировой войны.


Затяжной характер аграрных кризисов объясняется следующими главными причинами.

Во-первых, монополия частной собственности на землю вынуждает арендаторов и во время аграрных кризисов выплачивать закреплённую договором арендную плату в прежних размерах. При падении цен сельскохозяйственных товаров земельная рента выплачивается за счёт дальнейшего понижения заработной платы сельскохозяйственных рабочих, а также за счёт прибыли, иногда даже за счёт авансированного капитала арендаторов. Вследствие этого крайне затруднён выход из кризиса путём внедрения усовершенствованной техники и снижения издержек производства.

Во-вторых, сельское хозяйство при капитализме является отсталой отраслью по сравнению с промышленностью. Частная собственность на землю, пережитки феодальных отношений, необходимость уплаты землевладельцам абсолютной и дифференциальной ренты — всё это препятствует свободному притоку капиталов в сельское хозяйство, тормозит развитие производительных сил. Техника в этой отрасли остаётся крайне отсталой. Органическое строение капитала в сельском хозяйстве ниже, чем в промышленности; основной капитал, массовое обновление которого является материальной основой периодичности промышленных кризисов, играет в сельском хозяйстве гораздо меньшую роль, чем в промышленности.

В-третьих, мелкие товаропроизводители — крестьяне во время кризисов стремятся сохранить прежний объём производства, чтобы любой ценой удержаться на своих или арендованных клочках земли — за счёт чрезмерного труда, недоедания, хищнического использования почвы и скота. Это ещё более увеличивает перепроизводство сельскохозяйственных продуктов.

Таким образом, общей основой затяжного характера аграрных кризисов является монополия частной собственности на землю, связанные с ней феодальные пережитки и крайняя отсталость сельского хозяйства капиталистических стран.

Главная тяжесть аграрных кризисов падает на основные массы крестьянства. Аграрный кризис, как и всякий кризис, разоряет массы мелких товаропроизводителей; производя ломку установившихся отношений собственности, он ускоряет разложение крестьянства, развитие капиталистических отношений в сельском хозяйстве. В то же время аграрные кризисы доводят сельское хозяйство капиталистических стран до прямой деградации, вызывая возврат от машин к ручному труду, резкое уменьшение применения искусственных удобрений, сокращение посевных площадей, падение уровня агротехники, понижение урожайности сельскохозяйственных культур и продуктивности животноводства.


Кризисы и обострение противоречий капитализма.


Экономические кризисы, являясь насильственным взрывом всех противоречий капиталистического способа производства, неминуемо ведут к дальнейшему углублению и обострению этих противоречий.

Как правило, капиталистические кризисы перепроизводства имеют всеобщий характер. Начинаясь в какой-либо отрасли производства, они быстро охватывают всё народное хозяйство. Зарождаясь в одной или в нескольких странах, они распространяются на весь капиталистический мир.

Каждый кризис приводит к резкому сокращению производства, падению оптовых цен на товары и биржевых курсов акций, уменьшению объёма внутренней и внешней торговли.

При каждом кризисе объём производства падает до уровня, существовавшего ряд лет назад. В XIX веке во время кризисов уровень хозяйственной жизни капиталистических стран отбрасывался на 3—5 лет, а в XX веке — на десятки лет назад.


Добыча угля в США упала во время кризиса 1873 г. на 9,1%), 1882 г.— на 7,5, 1893 г.— на 6,4, 1907 г.— на 13,4, 1920—1921 гг. — на 27,5, 1929— 1933 гг — на 40,9%. Продукция чугуна в США упала во время кризиса 1873 г. на 27%, 1882 г. — на 12,5, 1893 г. — на 27,3, 1907 г. — на 38,2, 1920—1921 гг.— на 54,8 и 1929—1933 гг.— на 79,4%.

В Германии общий объем промышленного производства упал во время кризиса 1873 г. на 6,1%, 1890 г.—на 3,4, 1907 г.—на 6,5 и 1929—1933 гг.— на 40,6%.

Кризисом 1857 г. США были отброшены назад по добыче угля па два года, по продукции чугуна — на четыре года, по экспорту — на два года и по импорту—на три года. Кризисом 1929 г. США были отброшены назад по добыче угля на 28 лет, по продукции чугуна — на 36 лет, по продукции стали — на 31 год, по экспорту — на 35 лет, по импорту — на 31 год.

Англия кризисом 1929 г. была отброшена назад по добыче угля на 35 лет, по продукции чугуна — на 76 лет, по продукции стали — на 23 года, по внешней торговле — на 36 лет.


Экономические кризисы ярко демонстрируют хищнический характер капитализма. При каждом кризисе в условиях крайней нужды миллионов людей, обречённых на нищету и голод, уничтожаются огромные массы товаров, не находящих сбыта, — пшеницы, картофеля, молока, скота, хлопка. Консервируются или идут на слом целые заводы, верфи, домны, уничтожаются посевы зерновых и технических культур, вырубаются плантации плодовых деревьев.


За три года кризиса 1929—1933 гг. в США было снесено 92 домны, в Англии —72, в Германии —28, во Франции — 10 домен. Тоннаж уничтоженных за эти годы морских судов составил более 6,5 миллиона регистровых тонн.

Разрушительное действие аграрного кризиса видно из следующих данных. В США с 1926 по 1937 г. более 2 миллионов ферм были принудительно проданы за долги. Доход от сельского хозяйства сократился с 6,8 миллиарда долларов в 1929 г. до 2,4 миллиарда в 1932 г. За это же время сбыт сельскохозяйственных машин и оборудования уменьшился с 458 миллионов долларов до 65 миллионов в год, или в 7 раз, потребление искусственных удобрений сократилось почти наполовину. Правительство США принимало все меры к сокращению сельскохозяйственного производства. В 1933 г. было уничтожено путём перепашки 10,4 миллиона акров хлопковых посевов, закуплено и уничтожено 6,4 миллиона свиней, пшеница сжигалась в топках паровозов. В Бразилии было уничтожено около 22 миллионов мешков кофе, в Дании — 117 тысяч голов скота.


Кризисы приносят неисчислимые бедствия рабочему классу, основным массам крестьянства, всем трудящимся. Они вызывают массовую безработицу, которая обрекает на вынужденное безделие, нищету и голод сотни тысяч и миллионы людей. Капиталисты используют безработицу для всемерного повышения эксплуатации рабочего класса, для резкого снижения жизненного уровня трудящихся.


Число рабочих, занятых в обрабатывающей промышленности США, во время кризиса 1907 г. сократилось на 11,8%. Во время кризиса 1929—1933 гг. число рабочих американской обрабатывающей промышленности сократилось на 38,8%, сумма выплаченной заработной платы упала на 57,7%. По данным американских статистиков, в период с 1929 по 1938 г. в результате безработицы было потеряно 43 миллиона человеко-лет.


Кризисы в огромной степени усиливают необеспеченность существования трудящихся, их страх перед завтрашним днём. Годами не находя работы, пролетарии теряют свою квалификацию; после окончания кризиса многие из них уже не могут вернуться на производство. Ухудшаются до крайности жилищные условия трудящихся, возрастает число бездомных людей, скитающихся по стране в поисках заработка. В годы кризисов резко увеличивается число самоубийств доведённых до отчаяния людей, растут нищенство и преступность.

Кризисы ведут к обострению классовых противоречий между пролетариатом и буржуазией, между основными массами крестьянства и эксплуатирующими их помещиками, ростовщиками, кулаками. В условиях кризиса рабочий класс лишается многих завоеваний, добытых им в длительной и тяжёлой борьбе против эксплуататоров и буржуазного государства. Это показывает рабочим, что единственным путём спасения от нищеты и голода является свержение власти буржуазии, уничтожение капиталистического наёмного рабства. Самые широкие массы пролетариата, обрекаемые кризисами на огромные лишения, проникаются классовым самосознанием и революционной решимостью. Неспособность буржуазии управлять производительными силами общества подрывает у мелкобуржуазных слоёв населения веру в незыблемость капиталистических порядков. Всё это ведёт к обострению классовой борьбы в капиталистическом обществе.

Буржуазное государство во время кризисов приходит на помощь капиталистам денежными субсидиями, за что расплачиваются в конечном счёте трудящиеся массы. Используя аппарат насилия и принуждения, государство помогает капиталистам вести наступление на жизненный уровень рабочего класса и крестьянства. Всё это усиливает обнищание трудящихся масс. В то же время кризисы обнаруживают полную неспособность буржуазного государства в какой-либо мере обуздать стихийные законы капитализма. В капиталистических странах не государство управляет хозяйством, а, наоборот, само государство находится во власти капиталистического хозяйства, в подчинении у крупного капитала.

Кризисы являются наиболее наглядным показателем того, что производительные силы, созданные капитализмом, переросли рамки буржуазных производственных отношений, вследствие чего эти последние стали тормозом для дальнейшего роста производительных сил.

«Кризис показывает, что современное общество могло бы производить несравненно больше продуктов, идущих на улучшение жизни всего трудящегося народа, если бы земля, фабрики, машины и проч. не были захвачены кучкой частных собственников, извлекающих миллионы из народной нищеты»[67]. Каждый кризис приближает крушение капиталистического способа производства.


Историческая тенденция развития капитализма. Пролетариат как могильщик капитализма.


После того как капитализм стал господствующим строем, концентрация собственности в немногих руках пошла гигантскими шагами. Развитие капитализма ведёт к разорению мелких производителей, которые попадают в ряды армии наёмных рабочих. Всё больше обостряется конкурентная борьба среди капиталистов, в результате которой один капиталист побивает многих. Концентрация капитала означает сосредоточение огромных богатств в руках всё более узкого круга лиц.

Развивая производительные силы и обобществляя производство, капитализм создаёт тем самым материальные предпосылки социализма. Вместе с тем капитализм порождает своего могильщика в лице рабочего класса, выступающего в роли руководителя и вождя всех трудящихся и эксплуатируемых масс. Развитие промышленности сопровождается увеличением численности пролетариата, ростом его сплочённости, сознательности и организованности. Пролетариат всё решительнее поднимается на борьбу против капитала. Развитие капиталистического общества, сопровождающееся обострением присущих ему антагонистических противоречий и усилением классовой борьбы, подготовляет необходимые предпосылки для победы пролетариата над буржуазией.

Теоретическим выражением коренных интересов рабочего класса является марксизм — научный социализм, представляющий собой цельное и стройное мировоззрение. Научный социализм учит пролетариат объединяться для классовой борьбы против буржуазии. Классовые интересы пролетариата совпадают с интересами прогрессивного развития человеческого общества, они сливаются с интересами подавляющего большинства общества, ибо революция пролетариата означает уничтожение не той или иной формы эксплуатации, а уничтожение всякой эксплуатации вообще.

Если на заре капитализма немногие узурпаторы в лице капиталистов и помещиков экспроприировали народные массы, то развитие капитализма приводит к неизбежности экспроприации немногих узурпаторов народными массами. Эту задачу выполняет социалистическая революция, которая обобществляет средства производства, ликвидирует капитализм с его кризисами, безработицей и нищетой масс.

«Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют»[68].

Такова историческая тенденция развития капиталистического способа производства.


Краткие выводы


1. Экономические кризисы являются кризисами перепроизводства. Основа кризисов — противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения продуктов труда. Формами выражения этого противоречия являются, во-первых, противоположность между организацией производства внутри отдельных капиталистических предприятий и анархией производства во всём обществе и, во-вторых, противоречие между огромным ростом производственных возможностей капитализма и относительным сокращением платёжеспособного спроса со стороны трудящихся масс. Основное противоречие капитализма проявляется в классовом антагонизме между пролетариатом и буржуазией.

2. Период от начала одного кризиса до начала другого кризиса называется циклом. Цикл состоит из следующих фаз: кризис, депрессия, оживление, подъём. Материальной основой периодичности капиталистических кризисов является периодическое обновление основного капитала. С промышленными кризисами переплетаются аграрные кризисы, отличающиеся затяжным характером вследствие монополии частной собственности на землю и крайней отсталости сельского хозяйства при капитализме.

3. Капиталистические кризисы означают гигантское уничтожение производительных сил. Они несут неисчислимые бедствия трудящимся массам. В кризисах наиболее ярко обнаруживается исторически ограниченный характер буржуазного строя, неспособность капитализма к дальнейшему управлению выросшими в его недрах производительными силами. Чтобы уничтожить кризисы, надо уничтожить капитализм.

4. Историческая тенденция развития капитализма состоит в том, что он, с одной стороны, развивает производительные силы и обобществляет производство, создавая тем самым материальные предпосылки для социализма, а с другой стороны, порождает своего могильщика в лице пролетариата, который организует и возглавляет революционную борьбу всех трудящихся за освобождение от ига капитала.


Б. Монополистический капитализм — империализм


ГЛАВА XVII ИМПЕРИАЛИЗМ - ВЫСШАЯ СТАДИЯ КАПИТАЛИЗМА. ОСНОВНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ЗАКОН МОНОПОЛИСТИЧЕСКОГО КАПИТАЛИЗМА


Переход к империализму.


Своей высшей точки развития домонополистический капитализм с господством свободной конкуренции достиг к 60—70-м годам прошлого века. В течение последней трети XIX века совершился переход от домонополистического капитализма к монополистическому капитализму. В конце XIX — начале XX века монополистический капитализм окончательно сложился.

Монополистический капитализм, или империализм, есть высшая и последняя стадия капитализма, основной отличительной чертой которой является смена свободной конкуренции господством монополий.

Переход от домонополистического капитализма к монополистическому капитализму — империализму — был подготовлен всем процессом развития производительных сил и производственных отношений буржуазного общества.

Последняя треть XIX века ознаменовалась крупными техническими сдвигами, ростом промышленности и её концентрацией. В металлургии получили широкое применение новые способы выплавки стали (бессемеровский, томасовский, мартеновский). Быстрое распространение новых типов двигателей — динамомашины, двигателя внутреннего сгорания, паровой турбины, электромотора — ускорило развитие промышленности и транспорта. Успехи науки и техники открыли возможность производства электрической энергии в массовом масштабе на тепловых, а затем на крупных гидроэлектростанциях. Использование электрической энергии привело к созданию ряда новых отраслей химической промышленности, металлургии цветных и лёгких металлов. Расширилось применение химических методов во многих производствах. Совершенствование двигателей внутреннего сгорания способствовало появлению автомобильного транспорта, а затем и авиации.

Ещё в середине XIX века преобладающее место в промышленности капиталистических стран занимала лёгкая индустрия. Многочисленные предприятия сравнительно небольших размеров принадлежали отдельным владельцам, удельный вес акционерных компаний был сравнительно невелик. Экономический кризис 1873 г. привёл множество таких предприятий к гибели и дал сильный толчок концентрации и централизации капитала. Преобладающую роль в промышленности главных капиталистических стран стала играть тяжёлая индустрия — прежде всего металлургия и машиностроение, а также горнодобывающая промышленность, для развития которых требовались громадные капиталы. Широкое распространение акционерных обществ ещё более усилило централизацию капитала.


Объём мировой промышленной продукции увеличился с 1870 по 1900 г. Ь три раза. Мировая выплавка стали возросла с 0,5 миллиона тонн в 1870 г. до 28 миллионов тонн в 1900 г., а мировая выплавка чугуна —с 12,2 миллиона тонн до 40,7 миллиона тонн. Развитие энергетики, металлургии и химии обусловило рост мировой добычи угля (с 218 миллионов тонн в 1870 г. до 769 миллионов тонн в 1900 г.) и нефти (с 0,8 миллиона тонн до 20 миллионов тонн). Рост промышленного производства был тесно связан с развитием железнодорожного транспорта. В 1835 г., через 10 лет после сооружения первой железной дороги, во всём мире было 2,4 тысячи километров железнодорожных путей, в 1870 г. — свыше 200 тысяч, а в 1900 г.—790 тысяч километров. Морские пути стали обслуживаться крупными судами, приводимыми в движение паровыми машинами и двигателями внутреннего сгорания.


В течение XIX века капиталистический способ производства быстро распространялся по всему земному шару. Ещё в начале 70-х годов прошлого века старейшая буржуазная страна — Англия — производила больше тканей, выплавляла больше чугуна, добывала больше угля, чем Соединённые Штаты Америки, Германия, Франция, Италия, Россия и Япония, вместе взятые. Англии принадлежало первенство в мировом промышленном производстве и безраздельная монополия на мировом рынке. К концу XIX века положение резко изменилось. В молодых капиталистических странах выросла собственная крупная индустрия. По объёму промышленного производства Соединённые Штаты Америки заняли первое место в мире, а Германия — первое место в Европе. Несмотря на препятствия, созданные насквозь прогнившим царским режимом, Россия быстро шла по пути промышленного развития. В результате индустриального роста молодых капиталистических стран Англия потеряла промышленное первенство и монопольное положение на мировом рынке.

По мере перехода к империализму противоречия между производительными силами и производственными отношениями капитализма стали принимать всё более острые формы. Подчинение производства хищническим целям погони капиталистов за наивысшей прибылью создало многочисленные преграды на пути развития производительных сил, технического прогресса. Экономические кризисы перепроизводства стали повторяться чаще, увеличивалась их разрушительная сила, росла армия безработных. Наряду с ростом нищеты и обездоленности трудящихся масс города и деревни происходило невиданное ранее увеличение богатства, сосредоточенного в руках кучки эксплуататоров. Обострение непримиримых классовых противоречий между буржуазией и пролетариатом привело к усилению экономической и политической борьбы рабочего класса.

В период перехода к империализму крупнейшие капиталистические державы Европы и Америки насилием и обманом захватили огромные колониальные владения. Небольшая горстка капиталистически развитых стран превратила большинство населения земного шара в колониальных рабов, ненавидящих своих угнетателей и выступающих на борьбу с ними. Колониальные захваты в громадной мере расширили поле капиталистической эксплуатации; степень эксплуатации трудящихся масс неуклонно возрастала. Крайнее обострение противоречий капитализма нашло своё выражение в опустошительных империалистических войнах, уносящих множество человеческих жизней и уничтожающих огромные материальные ценности.

Историческая заслуга марксистского исследования империализма как высшей и в то же время последней стадии в развитии капитализма, как кануна социалистической революции пролетариата принадлежит В. И. Левину. В своём классическом труде «Империализм, как высшая стадия капитализма» и в ряде других работ, написанных главным образом в годы первой мировой войны, Ленин подытожил развитие мирового капитализма за полвека, прошедшие после выхода «Капитала» Маркса. Опираясь на открытые Марксом и Энгельсом законы возникновения, развития и упадка капитализма, Ленин дал исчерпывающий научный анализ экономической и политической сущности империализма, его закономерностей и неразрешимых противоречий.

По классическому определению Ленина, основные экономические признаки империализма таковы: «1) концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала (монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни; 2) слияние банкового капитала с промышленным и создание, на базе этого «финансового капитала», финансовой олигархии; 3) вывоз капитала, в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение; 4) образуются международные монополистические союзы капиталистов, делящие мир, и 5) закончен территориальный раздел земли крупнейшими капиталистическими державами»[69].


Концентрация производства и монополии. Монополии и конкуренция.


В домонополистический период, при господстве свободной конкуренции, действие закона концентрации и централизации капитала с неизбежностью привело к победе крупных и крупнейших предприятий, по сравнению с которыми мелкие и средние предприятия играют всё более подчинённую роль. В свою очередь концентрация производства подготовила переход от господства свободной конкуренции к господству монополий.


В Германии на предприятиях с числом работающих более 50 было сосредоточено в 1882 г. 22®/о всех рабочих и служащих, в 1895 г.—30, в 1907 г.—37, в 1925 г.—47,2, в 1939 г.—49,9%. Доля крупнейших предприятий (с числом занятых более тысячи) во всей промышленности выросла с 1907 по 1925 г.: по количеству занятых —с 9,6 до 13,3%, по мощности двигателей—с 32 до 41,1%.

В Соединённых Штатах Америки в 1904 г. крупнейшие предприятия с производством продукции на миллион долларов и более составляли к общему числу предприятий 0,9%; на этих предприятиях было занято 25,6% общего числа рабочих, и они давали 38% всей валовой продукции промышленности. В 1909 г. крупнейшие предприятия, составляя 1,1% общего числа предприятий, имели 30,5% всех занятых рабочих и давали 43,8% всей валовой продукции промышленности. В 1939 г. крупнейшие предприятия, составляя 5,2% общего числа предприятий, сосредоточили у себя 55% всех занятых рабочих и 67,5% всей валовой продукции промышленности.

Высокой степенью концентрации отличалась промышленность России. В России в 1879 г. крупные предприятия (с числом рабочих более 100) составляли 4,4% всех предприятий и сосредоточивали 54,8% всей суммы производства. В 1903 г. на крупных предприятиях было сконцентрировано уже 76,6% всех промышленных рабочих, и они давали подавляющую часть промышленной продукции.

Концентрация производства происходит быстрее всего в тяжёлой индустрии и в новых отраслях промышленности (химическая, электротехническая, автомобильная и т. п.), отставая в лёгкой промышленности, в которой во всех капиталистических странах имеется много мелких и средних предприятий.


Одной из форм концентрации производства является комбинирование, то есть соединение в одном предприятии разных видов производства, представляющих собой либо последовательные стадии обработки сырья (например, металлургические комбинаты, соединяющие добычу руды, выплавку чугуна и стали, производство прокатных изделий), либо играющих вспомогательную роль один по отношению к другому (например, использование отходов производства). Комбинирование даёт крупным предприятиям еще больший перевес в конкурентной борьбе.

На известной ступени своего развития концентрация производства вплотную подводит к монополии. Крупные предприятия требуют огромных масс прибыли для того, чтобы устоять в жестокой конкурентной борьбе с такими же гигантами и иметь возможность дальнейшего расширения производства, а высокую прибыль обеспечивает лишь монопольное господство на рынке. С другой стороны, нескольким десяткам гигантских предприятий легче придти к соглашению между собой, чем сотням и тысячам небольших предприятий. Так, свободная конкуренция сменяется монополией. В этом состоит экономическая сущность империализма.

Монополия представляет собой соглашение, союз или объединение капиталистов, сосредоточивших в своих руках производство и сбыт значительной части продукции одной или нескольких отраслей в целях установления высоких цен на товары и получения монопольно высокой прибыли.


Простейшие формы монополии представляют собой кратковременные соглашения о продажных ценах. Они носят различные названия: конвенции, корнеры, ринги и т. д. Более развитыми формами монополии являются картели, синдикаты, тресты и концерны. Картель есть монополистический союз, участники которого договариваются об условиях продажи, сроках платежа,

Делят между собой рынки сбыта, определяют количество производимых товаров, устанавливают цены. Количество товаров, которое вправе произвести и продать каждый из участников картеля, называется квотой; за нарушение квоты уплачивается штраф в кассу картеля. Синдикат есть монополистическая организация, в которой сбыт товаров, а иногда и закупка сырья производятся общей конторой. Трест представляет собой монополию, в которой собственность на все предприятия объединена, а их владельцы стали пайщиками, получающими прибыль по числу принадлежащих им паёв или акций. Во главе треста стоит правление, которое руководит всем производством, сбытом изделий и финансами прежде самостоятельных предприятий. Тресты нередко входят в более обширные союзы — концерны. Концерн есть объединение ряда предприятий различных отраслей промышленности, торговых фирм, банков, транспортных и страховых компаний на основе общей финансовой зависимости от определённой группы крупнейших капиталистов.


Монополии занимают командные высоты в экономике капиталистических стран. Они охватили тяжёлую индустрию, а также многие отрасли лёгкой промышленности, железнодорожный и водный транспорт, банки, внутреннюю и внешнюю торговлю, установили свой гнёт над сельским хозяйством.


В чёрной металлургии Соединённых Штатов Америки господствуют восемь монополий, под контролем которых в 1952 г. находилось 84% всей производственной мощности страны по стали; из них две крупнейшие — американский Стальной трест и «Вифлеемская стальная корпорация» — располагали 51% всей производственной мощности. Старейшей монополией Соединённых Штатов является нефтяной трест «Стандарт ойл». В автомобильной промышленности решающее значение имеют три фирмы: «Дженерал моторе», «Форд» и «Крайслер». В электротехнической промышленности господствующее положение занимают две фирмы: «Дженерал электрик» и «Вестингауз». Химическая промышленность контролируется концерном «Дюпон де Немур», алюминиевая — концерном Меллона.

В Англии роль монополистических объединений особенно возросла после первой мировой войны, когда возникли картельные объединения в текстильной и угольной промышленности, в чёрной металлургии и в ряде новых отраслей промышленности. Английский Химический трест контролирует около девяти десятых всей продукции основной химии, около двух пятых всей продукции красителей и почти всё производство азота в стране. Он тесно связан с важнейшими отраслями английской промышленности и в особенности с военными концернами.

В Германии картели получили широкое распространение с конца прошлого века. В период между двумя мировыми войнами в экономике страны господствовали Стальной трест («Ферейнигте штальверке»), имевший около 200 тысяч рабочих и служащих, Химический трест («Интерессен-гемейншафт Фарбениндустри») со 100 тысячами рабочих и служащих, монополии угольной промышленности, пушечный концерн Круппа, электротехнические концерны «Всеобщая компания электричества» и «Сименс».

Во Франции, в Японии и даже в таких небольших странах, как Бельгия, Швеция, Швейцария, монополистические организации занимают командные высоты в промышленности.

В России крупные монополии охватили прежде всего главные отрасли тяжёлой индустрии. Возникший в 1902 г. синдикат «Продамет» (объединение по продаже продукции металлургических предприятий) распоряжался сбытом более четырёх пятых чёрного металла. В 1904 г. был организован синдикат «Продвагон», почти полностью монополизировавший производство и сбыт вагонов. Такой же синдикат объединял паровозостроительные заводы. Синдикат «Продуголь» был создан в 1904 г. крупнейшими угольными предприятиями Донбасса, принадлежавшими франко-бельгийскому капиталу; он охватил три четверти всей добычи угля в Донбассе.


Буржуазные экономисты, стараясь приукрасить современный капитализм, утверждают, будто бы распространение монополий ведёт к излечению буржуазного строя от таких зол, как конкуренция, анархия производства, кризисы. На самом деле империализм не только не может устранить конкуренции, анархии производства, кризисов, но ещё более обостряет все противоречия капитализма.

Ленин указывал, что империализм не может перестроить капитализм снизу доверху. При господствующей роли монополий во всех капиталистических странах сохраняются многочисленные средние и мелкие предприятия и массы мелких производителей — крестьян и ремесленников.

Монополия, создающаяся в некоторых отраслях промышленности, усиливает хаотичность, свойственную всему капиталистическому производству в целом. Конкуренция не только но уничтожается, но принимает ещё более острые формы.

Во-первых, конкуренция не прекращается внутри монополий. Участники синдикатов и картелей борются между собой за наиболее выгодные рынки, за большую долю (квоту) производства и сбыта. В трестах и концернах идёт борьба за руководящие посты, за контрольные пакеты акций, за распределение прибылей.

Во-вторых, конкуренция ведётся между монополиями: как (между монополиями одной и той же отрасли, так и между монополиями различных отраслей, поставляющих одна другой товары (например, стальной и автомобильный тресты) или производящих товары, которые могут заменить друг друга (уголь, нефть, электроэнергия). В условиях ограниченной ёмкости внутреннего рынка монополии, производящие предметы потребления, ведут ожесточённую борьбу за сбыт своих товаров.

В-третьих, конкуренция происходит между монополиями и немонополизированными предприятиями. Монополизированные отрасли оказываются в привилегированном положении по отношению к другим отраслям. Монополии принимают все меры для удушения «посторонних», «диких» предприятий, которые не входят в монополистические объединения.

«Монополии, вырастая из свободной конкуренции, не устраняют ее, а существуют над ней и рядом с ней, порождая этим ряд особенно острых и крутых противоречий, трений, конфликтов»[70]. Господство монополий придаёт конкурентной борьбе особенно разрушительный и хищнический характер. Монополии пускают в ход все возможные приёмы прямого насилия, подкупа и шантажа, прибегают к сложным финансовым махинациям.

Господство монополий означает дальнейшее углубление основного противоречия капитализма — противоречия между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения, вследствие чего кризисы становятся ещё более опустошительными.


Концентрация и монополии в банковском деле. Новая роль банков.


Представление о действительной силе и значении современных монополий не может быть достаточно полным, если не принять во внимание роли банков. В банковском деле, как и в промышленности, совершается концентрация капитала и переход от свободной конкуренции к монополии. Первоначально банки служили главным образом посредниками в платежах. С развитием капитализма расширялась деятельность банков как торговцев капиталом. Накопление капитала и концентрация производства в промышленности привели к сосредоточению в банках огромных свободных денежных средств, ищущих прибыльного применения. Неуклонно росла доля крупных банков в общей массе банковских оборотов.


В течение 33 лет до первой мировой войны (1880—1913 гг.) один лишь прирост суммы вкладов в банковских системах четырёх крупнейших капиталистических государств — Соединённых Штатов Америки, Германии, Англии и Франции — составил 127 миллиардов марок. С тех пор рост вкладов шёл ещё быстрее; за срок, вдвое более короткий,— с 1913 по 1928 г.— вклады в этих странах возросли на 183 миллиарда марок.

В Соединённых Штатах Америки на долю 20 крупнейших банков приходилось в 1900 г. 15%, в 1929 г.— 19, в 1939 г.— 27 и в 1952 г.— 29% обшей суммы вкладов во все банки США. В Англии сумма балансов пяти крупнейших банков составляла в 1900 г. 28%, в 1916 г.—37, в 1929 г.—73 и в 1952 г.—79% общей суммы балансов всех английских депозитных банков. Во Франции на долю шести депозитных банков в 1952 г. приходилось 66% общей суммы вкладов во всех французских банках. В Германии накануне первой мировой войны в крупных берлинских банках было сосредоточено около половины суммы вкладов, имеющихся во всех германских банках, а в 1929—1932 гг. — две трети.


Концентрация в банковском деле, как и в промышленности, ведёт к монополии. Крупнейшие банки посредством скупки акций, предоставления кредита и т. п. подчиняют себе мелкие. Захватив монопольное положение, крупные банки заключают между собой соглашения о разделе сфер влияния. Образуются монопольные союзы банков. Каждый такой союз командует десятками, а иногда и сотнями более мелких банков, которые фактически становятся филиалами крупных. Через развитую сеть отделений крупные банки собирают в свои кассы средства множества предприятий. Почти весь денежный капитал класса капиталистов и сбережения других слоёв населения попадают в распоряжение небольших групп банковских воротил.

Концентрация промышленности и образование банковских монополий приводят к существенному изменению взаимоотношений между банками и промышленностью. С увеличением размеров предприятий всё большее значение приобретают крупные кредиты на длительные сроки, предоставляемые банками промышленным капиталистам. Рост массы вкладов, находящихся в распоряжении банков, открывает широкие возможности такого долгосрочного вложения банковских средств в промышленность. Наиболее распространённой формой помещения денежных средств банков в промышленность служит покупка акций тех или иных предприятий. Банки способствуют образованию акционерных предприятий, беря на себя реорганизацию предприятий отдельных капиталистов в акционерные компании и создание новых акционерных обществ (учредительство). Продажа и покупка акций всё в большей степени производятся при посредстве банков.

Из скромных посредников банки превращаются во всесильных монополистов денежного рынка. Интересы банков и промышленных предприятий сплетаются всё теснее. Когда банк финансирует несколько крупных предприятий определённой отрасли, он заинтересован в монополистическом соглашении между ними и содействует такому соглашению. Таким путём банки во много раз усиливают и ускоряют процесс концентрации капитала и образования монополий.


Финансовый капитал и финансовая олигархия.


В результате того, что банки становятся совладельцами промышленных, торговых, транспортных предприятий, приобретая их акции и облигации, а промышленные монополии в свою очередь владеют акциями связанных с ними банков, происходит переплетение монополистического банковского и промышленного капиталов, возникает новый вид капитала — финансовый капитал. Финансовый капитал есть сросшийся капитал банковских и промышленных монополий. Эпоха империализма является эпохой финансового капитала.

Определяя финансовый капитал, Ленин подчёркивал три важнейших момента: «Концентрация производства; монополии, вырастающие из нее; слияние или сращивание банков с промышленностью — вот история возникновения финансового капитала и содержание этого понятия»[71].

Сращивание банковского капитала с промышленным ярко проявляется в личной унии руководителей банковских и промышленных монополий. Одни и те же лица возглавляют крупнейшие монополистические объединения в банковском деле, промышленности, торговле и в других отраслях капиталистического хозяйства.


В Германии перед первой мировой войной шесть крупнейших берлинских банков имели своих ставленников на постах директоров в 344 промышленных предприятиях и на постах членов правлений — ещё в 407, а всего — в 751 обществе. С другой стороны, в руководящие органы этих шести банков входил 51 крупнейший промышленник. В дальнейшем эта личная уния получила ещё большее развитие. В 1932 г. в руководящие органы трёх основных берлинских банков входило 70 крупнейших представителей промышленности. В Соединённых Штатах Америки в 1950 г. узкая группа, насчитывающая 400 промышленников и банкиров, занимала одну треть из 3 705 директорских постов в 250 крупнейших корпорациях (акционерных обществах), владевших 42°/о всех капиталов страны.


В каждой капиталистической стране небольшие кучки крупнейших банкиров и промышленников-монополистов держат в своих руках все жизненно важные отрасли хозяйства, распоряжаясь подавляющей массой общественного богатства. Хозяйничание капиталистических монополий неизбежно становится господством финансовой олигархии (греческое слово «олигархия» буквально означает «господство немногих»). Империализм характеризуется всесилием монополистических трестов и синдикатов, банков и финансовой олигархии в промышленных странах.

Господство финансовой олигархии в экономической области осуществляется прежде всего посредством так называемой «системы участия». Она заключается в том, что крупный финансовый делец или группа дельцов держит в своих руках основное акционерное общество («общество-мать»), возглавляющее концерн; это общество в свою очередь, владея контрольными пакетами акций, господствует над зависимыми от него «дочерними обществами»; те аналогичным способом распоряжаются в «обществах-внуках» и т. д. Посредством этой системы финансовые воротилы получают возможность распоряжаться огромными суммами чужого капитала.


С помощью широко разветвлённой системы участия восемь крупнейших финансовых групп США — Моргана, Рокфеллера, Кун-Леба, Меллона, Дюпона, Чикагская, Кливлендская и Бостонская — занимают господствующее положение во всей экономике страны. Сфера влияния Моргана к 1948 г. охватывала банки и корпорации с общим капиталом в 55 миллиардов долларов, Рокфеллера — 26,7 миллиарда, Дюпонов — 6,5 миллиарда, Меллонов — 6 миллиардов долларов.


Финансовая олигархия, пользующаяся фактической монополией, получает огромные и всё растущие массы прибыли от учредительства (то есть создания акционерных обществ), от выпуска акций и облигаций, от размещении государственных займов, от выгодных государственных заказов. Финансовый капитал, сконцентрированный в немногих руках, собирает всё возрастающую дань с общества.


Вывоз капитала.


Для домонополистического капитализма, с господством свободной конкуренции, типичен был вывоз товаров. Для империалистического капитализма, с господством монополий, типичным стал вывоз капитала.

На пороге XX века в богатейших странах, где накопление капитала достигло огромных размеров, возник громадный «избыток капитала».

Капитал оказывается «избыточным» главным образом по двум причинам. Во-первых, нищенский уровень жизни масс ставит преграды дальнейшему росту производства. Во-вторых, всё более усиливается отставание сельского хозяйства от промышленности и вообще неравномерность развития различных отраслей экономики. Если бы капитализм мог поднять земледелие, повысить жизненный уровень трудящихся масс, то ни о каком «избытке капитала» не могло бы быть и речи. Но тогда капитализм не был бы капитализмом, ибо и неравномерность развития и полуголодный уровень жизни масс населения являются коренными условиями и предпосылками этого способа производства. Избыток капитала в капиталистически развитых странах носит, таким образом, относительный характер. «Необходимость вывоза капитала создается тем, что в немногих странах капитализм «перезрел», и капиталу недостает (при условии неразвитости земледелия и нищеты масс) поприщ «прибыльного» помещения»[72].

В погоне за максимальной прибылью «избыточный» капитал устремляется за границу. Капитал вывозится преимущественно в отсталые страны, в которых капиталов мало, заработная плата низка, сырьё дёшево, цена земли сравнительно невысока. В этих странах монополистический капитал имеет возможность получать и действительно получает огромные прибыли.

Наряду с отсталыми странами капитал вывозится и в промышленно развитые страны. Это происходит в период особенно быстрого развития таких стран, вызывающего потребность в притоке капиталов извне (например, Соединённые Штаты до первой мировой войны), или же в обстановке их ослабления, вызванного войной (Германия после первой мировой войны, западноевропейские капиталистические страны после второй мировой войны).

Вывоз капитала происходит в двух основных формах: в форме ссудного и в форме производительного капитала. Вывоз ссудного капитала имеет место при предоставлении займов правительствам, городам, банкам других стран. Вывоз производительного капитала осуществляется путём создания за границей промышленных предприятий, концессий, постройки железных дорог, а также скупки за бесценок уже существующих предприятий в ослабевших (например, в результате войны) странах.

Буржуазные экономисты и политики изображают вывоз капитала как «помощь» и «благодеяние», якобы оказываемые развитыми капиталистическими странами отсталым народам. На самом деле вывоз капитала, ускоряя развитие капиталистических отношений в отсталых странах, в то же время приводит к всестороннему закабалению и разграблению этих стран чужеземными монополиями. Вывоз капитала тесно связан с ростом вывоза товаров. Иностранные монополии захватывают в свои руки рынки сбыта и источники сырья в странах-должниках. Таким образом, вывоз капитала служит одной из основ системы империалистического гнёта, при которой немногие богатые страны-ростовщики эксплуатируют большую часть мира. Мир разделился на горстку государств-ростовщиков и гигантское большинство государств-должников.

Вывоз капитала имеет серьёзные последствия для стран, вывозящих капитал- Эти страны, с одной стороны, умножают своё богатство и укрепляют свои позиции на мировом рынке. Они получают извне постоянный приток прибавочной стоимости в виде процентов по займам или прибыли от зарубежных предприятий. С другой стороны, нередко возникает застой в собственном промышленном развитии страны, вывозящей капитал. Одним из важных результатов вывоза капитала является рост соперничества (между державами, борьба за наиболее выгодные сферы приложения капитала.


До первой мировой войны главными странами, вывозившими капитал, были Англия, Франция и Германия. Их капиталовложения за границей составляли 175—200 миллиардов франков: Англии — 75—100 миллиардов, Франции—60 миллиардов, Германии — 44 миллиарда франков. Вывоз капитала из Соединённых штатов ещё не играл большой роли, составляя менее 10 миллиардов франков.

После войны 1914—1918 гг. произошли крупные изменения в мировом экспорте капитала. Германия потеряла свои капиталы за рубежом. Значительно сократились заграничные капиталовложения Англии и Франции, л вывоз капитала из Соединённых Штатов сильно увеличился. В 1929 г. США почти сравнялись с Англией по размерам своих заграничных капиталовложений. После второй мировой войны вывоз капитала из Соединённых Штатов ещё более вырос.


Экономический раздел мира между союзами капиталистов. Международные монополии.


По мере роста вывоза капитала, по мере расширения заграничных связей и «сфер влияния» крупнейших монополий создаются условия для раздела мирового рынка между ними. Образуются международные монополии.

Международные монополии представляют, собой соглашения между крупнейшими монополиями различных стран о разделе рынков, политике цен, размерах производства. Образование международных монополий означает новую ступень концентрации производства и капитала, несравненно более высокую, чем предыдущие.

Защитники международных монополий пытаются представить их как орудие мира, уверяя, будто международные соглашения монополистов могут мирным путём улаживать противоречия, возникающие между империалистическими группами и странами. Подобные утверждения не имеют ничего общего с действительностью. На самом деле экономический раздел мира международными монополиями происходит в зависимости от мощи сторон, сила же отдельных монополистических групп меняется. Каждая из них непрестанно ведёт борьбу за повышение своей доли, за расширение сферы монопольной эксплуатации. Изменения в соотношении сил неминуемо влекут за собой усиление борьбы за передел рынков, обострение противоречий между различными группами и поддерживающими их государствами. Международные соглашения монополистов отличаются непрочностью и таят в себе источник неизбежных столкновений.


Международные монополия стали возникать в 60—80-х годах XIX века. К концу прошлого века их общее количество не превышало 40. Накануне первой мировой войны во всём мире насчитывалось около 100 международных картелей, а перед второй мировой войной число их превысило 300.

Ещё до первой мировой войны нефтяной рынок был фактически поделён между американским трестом «Стандарт ойл», находящимся в руках Рокфеллера, и концерном «Ройял-Детч-Шелл», с преобладающим влиянием английского капитала. Рынок электротехнических изделий был поделён между двумя монополистическими фирмами: германской «Всеобщей компанией электричества» и американской «Всеобщей электрической корпорацией», контролируемой группой Моргана.

Международные монополистические соглашения охватили даже такие области, как производство оружия. Крупнейшие фирмы, изготовляющие предметы вооружения,— «Армстронг — Виккерс» в Англии, «Шнейдер-Крезо» во Фрапции, «Крупп» в Германии, «Бофорс» в Швеции — связаны между собой множеством нитей в течение длительного времени.

Международные монополии сыграли большую роль в подготовке второй мировой войны. Крупнейшие монополии Соединённых Штатов, Англии и Франции, связанные картельными соглашениями с германскими трестами» вдохновляли и направляли политику правящих кругов этих стран — политику поощрения и подстрекательства гитлеровской агрессин, приведшую к войне.


Завершение территориального раздела мира между великими державами и борьба за его передел.


Наряду с экономическим разделом мира между союзами капиталистов и в связи с ним происходит территориальный раздел мира между буржуазными государствами, борьба за колонии, борьба за захват чужих земель.

Колониями называются страны, лишённые государственной самостоятельности и составляющие владения империалистических государств-метрополий. В эпоху империализма существуют кроме того разнообразные типы зависимых стран — полуколоний. Полуколониями называются страны, формально самостоятельные, а на деле находящиеся в политической и экономической зависимости от империалистических государств.

Защитники буржуазии изображают империалистическое господство над колониями в виде «цивилизаторской миссии», имеющей якобы целью вывести отсталые народы на путь прогрессу и самостоятельного развития. На самом же деле империализм: обрекает колониальные и зависимые страны на экономическую отсталость, а сотни миллионов населения этих стран — на невиданный гнёт и кабалу, бесправие и нищету, голод и невежество. Захват колоний империалистическими державами ведёт к небывалому усилению национального угнетения и расовой дискриминации. По характеристике Ленина, капитализм из освободителя наций, каким он был в период борьбы с феодализмом, на стадии империализма превратился в чудовищного угнетателя наций.

Империализм есть всемирная система финансового порабощения и колониального угнетения горстью капиталистически развитых стран гигантского большинства населения земли.


Ещё в середине XVIII века Англия поработила Индию — страну с богатейшими природными ресурсами и с населением, которое по численности во много раз превышает население метрополии. В середине XIX века Соединённые Штаты Америки захватили обширные территории у соседней Мексики, а в следующие десятилетия установили своё господство над рядом стран Латинской Америки.

В 60—70-х годах прошлого века колониальные владения европейских стран занимали ещё сравнительно небольшую часть заокеанских земель. В 1876 г. колониями европейских стран была занята лишь одна десятая часть территории Африки. Около половины азиатского материка и островов Тихого океана (Полинезия) ещё не было захвачено капиталистическими государствами.

В последнюю четверть XIX века карта мира претерпела коренные изменения. Вслед за старейшей колониальной державой — Англией — на путь территориальных захватов вступили все развитые капиталистические страны. Франция к концу XIX века стала крупной колониальной державой с владениями в 3,7 миллиона квадратных миль. Германия захватила миллион квадратных миль территории с 14,7 миллиона населения, Бельгия — 900 тысяч квадратных миль с 30 миллионами населения, США захватили важнейший опорный пункт на Тихом океане — Филиппинские острова, а также Кубу, Пуэрто-Рико, Гуам, Гавайские острова, остров Самоа, установили своё фактическое господство над рядом стран Центральной и Южной Америки.

С 1876 по 1914 г. так называемые «великие державы» захватили около миллионов квадратных километров территории, что в полтора раза больше площади метрополий. Ряд стран был поставлен в условия полуколониальной зависимости от империалистических государств: Китай с населением, составляющим почти одну четвёртую часть всего человечества, а также Турция и Персия (Иран). К началу первой мировой войны больше половины человечества находилось под властью колониальных держав.

Империалисты устанавливают и поддерживают свою власть над колониями с помощью методов обмана и насилия, используя превосходство своей военной техники. История колониальной политики представляет собой непрерывную цепь захватнических войн и карательных экспедиций против порабощённых народов, а также кровавых конфликтов между странами — обладателями колоний. Войну Соединённых Штатов против Испании в 1898 г. Ленин называл первой войной империалистического типа, положившей начало эпохе империалистических войн. Восстание филиппинского народа против захватчиков было жестоко подавлено американскими войсками.

Англия, создавшая наибольшую колониальную империю, на протяжении более двух веков вела беспрерывные истребительные войны против населения захваченных стран Азии и Африки. Полна жестокостей история колониальных захватов со стороны Германии, Франции, Японии, Италии и других стран.


К началу XX века раздел мира был завершён. Колониальная политика капиталистических стран привела к захвату всех не занятых империалистами земель. «Свободных» земель больше не осталось, создалось положение, при котором каждый новый захват предполагает отнятие территории у её владельца. Завершение раздела мира поставило на очередь борьбу за его передел. Борьба за передел уже поделённого мира является одной из основных отличительных черт монополистического капитализма. Эта борьба выливается в конечном счёте в борьбу за мировое господство и неизбежно ведёт к империалистическим войнам мирового масштаба.

Империалистические войны и гонка вооружений приносят народам всех капиталистических стран огромные лишения и стоят миллионов человеческих жизней. Вместе с тем войны и милитаризация экономики являются для монополий доходной статьёй, дающей им особенно высокие прибыли.


Основной экономический закон монополистического капитализма.


Как уже говорилось, экономическая сущность империализма заключается в смене свободной конкуренции господством монополий. Монополии, устанавливая монопольные цены, ставят своей целью, по определению Ленина, получение монопольно высокой прибыли, которая значительно превышает среднюю прибыль. Получение монопольно высокой прибыли монополиями вытекает из самой сущности империализма и обеспечивается небывалым усилением эксплуатации монополиями рабочего класса, ограблением крестьянства и других мелких товаропроизводителей, вывозом капитала в отсталые страны и высасыванием всех жизненных соков из этих стран, колониальными захватами, империалистическими войнами, являющимися золотым дном для монополий. В трудах Ленина, посвящённых раскрытию экономической и политической сущности империализма, даны исходные положения основного экономического закона современного капитализма. Опираясь на эти исходные положения Ленина, Сталин сформулировал основной экономический закон современного капитализма.

Главные черты и требования основного экономического закона монополистического капитализма заключаются в следующем: «обеспечение максимальной капиталистической прибыли путём эксплуатации, разорения и обнищания большинства населения данной страны, путём закабаления и систематического ограбления народов других стран, особенно отсталых стран, наконец, путём войн и милитаризации народного хозяйства, используемых для обеспечения наивысших прибылей»[73].

Таким образом, основной экономический закон капитализма — закон прибавочной стоимости — в период империализма получает своё дальнейшее развитие и конкретизацию. Если при домонополистическом капитализме господство свободной конкуренции приводило к уравнению нормы прибыли отдельных капиталистов, то в условиях империализма монополии обеспечивают себе монопольно высокую, максимальную прибыль. Именно максимальная прибыль является двигателем монополистического капитализма.

Объективные условия для получения максимальных прибылей создаются установлением господства монополий в тех или иных отраслях производства. На стадии империализма концентрация и централизация капитала достигают наивысшей степени. В силу этого расширение производства требует огромных капитальных вложений. С другой стороны, в период монополистического капитализма развёртывается ожесточённая конкурентная борьба между гигантскими предприятиями. В этой борьбе побеждают сильнейшие монополии, располагающие крупнейшими капиталами и получающие максимальные прибыли.

За счёт максимальных прибылей монополии имеют возможность осуществлять расширенное воспроизводство и обеспечивать своё господство в капиталистическом мире. Погоня монополий за максимальной прибылью ведёт к крайнему обострению всех противоречий капитализма.

Общую основу максимальной прибыли капиталистических монополий, как и всякой капиталистической прибыли, составляет прибавочная стоимость, выжимаемая из рабочих путём эксплуатации их в процессе производства. Эксплуатация рабочего класса повышается монополиями до крайней степени. Путём применения всевозможных потогонных систем организации и оплаты труда достигается беспрерывная изнуряющая интенсификация труда, означающая прежде всего огромный рост нормы и «массы прибавочной стоимости, выжимаемой из рабочих. Далее, интенсификация труда ведёт к тому, что множество рабочих оказываются излишними и попадают в ряды армии безработных, лишённых какой-либо надежды на возвращение в процесс производства. С предприятий выбрасываются также все рабочие, для которых непосильно чрезмерное ускорение производственных процессов.


В США норма прибавочной стоимости в горной и обрабатывающей промышленности, исчисленная на основании официальных данных, составляла в 1889 г. 145%, в 1919 г.— 165, в 1929 г.— 210, в 1939 г.— 220%. Таким образом, за 50 лет нор норма прибавочной стоимости возросла в 1 1/2 раза.


В то же время реальная заработная плата неуклонно снижается в результате увеличения дороговизны жизни. Повышение цен на средства существования, усиливающаяся тяжесть налогового бремени и инфляция ещё больше уменьшают реальный заработок рабочего. В эпоху империализма в огромной степени возрастает разрыв между заработком рабочего и стоимостью его рабочей силы. Это означает ещё более резкое действие всеобщего закона капиталистического накопления, обусловливающего относительное и абсолютное обнищание пролетариата. Рост эксплуатации рабочего класса в процессе производства дополняется ограблением трудящихся как потребителей; рабочим приходится переплачивать крупные суммы монополиям, устанавливающим высокие монопольные цены на производимые и продаваемые ими товары.

В условиях монополистического капитализма товары, производимые монополиями, продаются уже не по ценам производства, а по значительно более высоким — монопольным — ценам.

Монопольная цена равна издержкам производства плюс максимальная прибыль, значительно превышающая среднюю норму прибыли; монопольная цена выше цены производства и, как правило, превышает стоимость товаров. В то же время монопольная цена, как указывал ещё Маркс, не может уничтожить границы, определяемые стоимостью товаров. Высокий уровень монопольных цен не изменяет общей суммы производимой в мировом капиталистическом хозяйстве стоимости и прибавочной стоимости: что выигрывают монополии, то теряют рабочие, мелкие производители, население зависимых стран. Одним из источников максимальной прибыли, которую получают монополии, является перераспределение прибавочной стоимости, в результате которого немонополизированные предприятия часто не выручают и средней прибыли. Поддерживая цены на высоком уровне, превышающем стоимость товаров, монополии присваивают себе результаты роста производительности труда и снижения издержек производства. Таким образом, они облагают население всё возрастающей данью.


Важным орудием монополистического вздувания цен служит таможенная политика буржуазных государств. В эпоху свободной конкуренции к высоким таможенным пошлинам прибегали преимущественно более слабые страны, промышленность которых нуждалась в защите от иностранной конкуренции. В эпоху империализма, наоборот, высокие пошлины служат монополиям средством наступления, борьбы за захват новых рынков. Высокие пошлины помогают поддерживать монопольные цены внутри страны.

В целях завоевания новых внешних рынков монополии широко применяют демпинг — продажу товаров за границей по бросовым ценам, значительно ниже цен внутреннего рынка, а часто даже ниже издержек производства. Расширение сбыта за границей в порядке демпинга позволяет поддерживать высокие цены внутри страны, не сокращая производства, причём потери, обусловленные бросовым экспортом, покрываются за счёт повышения цен на внутреннем рынке. После того как данный внешний рынок завоёван и закреплён за монополиями, они переходят к продаже товаров по высоким монопольным ценам.


Эксплуатация основных масс крестьянства монополиями выражается прежде всего в том, что господство монополий порождает растущее расхождение между уровнем цен на продукты сельского хозяйства и на промышленные товары (так называемые «ножницы» цен): сбывая товары по искусственно вздутым ценам, монополии в то же время скупают у крестьян продукты их хозяйства по чрезвычайно низким ценам. Являясь орудием выкачивания средств из сельского хозяйства, монопольные цены задерживают его развитие. Одним из сильнейших рычагов разорения крестьянских хозяйств является развитие ипотечного кредита. Монополии опутывают крестьян долгами и затем за бесценок присваивают себе их землю и имущество.

Скупка монополиями продуктов крестьянского хозяйства по крайне низким ценам вовсе не значит, что городской потребитель пользуется дешёвыми продовольственными продуктами. Между крестьянином и городским потребителем стоят посредники — торговцы, объединённые в монополистических организациях, которые разоряют крестьян и обирают городских потребителей.

«Капитализму, — писал М. Торез в работе «Политика Коммунистической партии в деревне»,— удалось превратить мелкую крестьянскую собственность — парцеллы, на которых крестьяне работают иногда 14—16 часов в день, — не в средство существования и процветания трудящихся крестьян, а в орудие их эксплуатации и закабаления. Путём ипотек, путём махинаций финансовых пиратов, путём высоких налогов и поборов, высокой арендной платы и в особенности путём конкуренции со стороны крупных землевладельцев — капиталистов, буржуазия разоряет средних и мелких крестьян».

Далее, источником максимальных прибылей монополий является закабаление и ограбление экономически отсталых и зависимых стран буржуазией империалистических государств. Систематическое ограбление колоний и других отсталых стран, превращение ряда независимых стран в зависимые страны составляют неотъемлемую черту монополистического капитализма. Империализм не может жить и развиваться без непрерывного притока дани из ограбляемых им чужих стран.

Монополии получают огромные доходы прежде всего от своих капиталовложений в колониальных и зависимых странах. Эти доходы являются результатом самой жестокой и бесчеловечной эксплуатации трудящихся масс колониального мира. Монополии наживаются посредством неэквивалентного обмена, то есть путём продажи в колониальных и зависимых странах своих товаров по ценам, значительно превышающим их стоимость, и скупки производимых в этих странах товаров по непомерно низким ценам, не покрывающим их стоимости. Наряду с этим монополии получают из колоний высокие прибыли по транспортным, страховым, банковским операциям.

Наконец, источником наживы для монополий являются войны и милитаризация экономики. Войны гигантски обогащают магнатов финансового капитала, а в промежутках между войнами монополии стремятся сохранить высокий уровень своих прибылей путём безудержной гонки вооружений. Войны и милитаризация хозяйства приносят монополистам богатые военные заказы, оплачиваемые казной по вздутым ценам, обильный поток ссуд и субсидий из средств государственного бюджета. Предприятия, работающие на войну, ставятся в исключительно выгодные условия в отношении снабжения сырьём, материалами производства и обеспечения рабочей силой. Всякие законы о труде отменяются, рабочие объявляются мобилизованными, стачки запрещаются. Всё это даёт возможность капиталистам до крайности повысить степень эксплуатации путём доведения интенсивности труда до высших пределов. В то же время жизненный уровень трудящихся масс неуклонно снижается вследствие роста налогов, дороговизны жизни, карточной системы распределения продуктов питания и других предметов первой необходимости.

Таким образом, милитаризация капиталистической экономики как в условиях войны, так и в мирное время означает резкое усиление эксплуатации трудящихся масс в интересах роста максимальных прибылей монополий.

Основной экономический закон современного капитализма, определяя весь ход развития капитализма на его империалистической стадии, даёт возможность понять и объяснить неизбежность роста и обострения присущих ему неразрешимых противоречий.


Краткие выводы


1. Империализм, или монополистический капитализм, есть высшая и последняя стадия развития капиталистического способа производства. Переход от домонополистического капитализма к монополистическому капитализму совершился в течение последней трети XIX века. Империализм окончательно сложился к началу XX века.

2. Основные экономические признаки империализма таковы: 1) концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни; 2) слияние банковского капитала с промышленным и образование на этой базе финансового капитала, финансовой олигархии; 3) вывоз капитала, в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение; 4) образуются международные монополистические союзы капиталистов, делящие между собой мир; 5) закончен территориальный раздел земли крупнейшими империалистическими державами. Завершение территориального раздела мира ведёт к борьбе за его передел, неизбежно порождающей империалистические войны мирового масштаба.

3. Основной экономический закон монополистического капитализма заключается в обеспечении максимальной капиталистической прибыли путём эксплуатации, разорения и обнищания большинства населения данной страны, путём закабаления и систематического ограбления народов других стран, особенно отсталых стран, наконец, путём войн и милитаризации народного хозяйства.


ГЛАВА XVIII КОЛОНИАЛЬНАЯ СИСТЕМА ИМПЕРИАЛИЗМА


Роль колоний в период империализма.


Колониальные захваты, стремление к образованию крупных империй путём покорения более слабых стран и народов существовали и до эпохи империализма и даже до возникновения капитализма. Но, как показал Ленин, в период империализма роль и значение колоний существенно изменяются не только по сравнению с докапиталистическими эпохами, но и по сравнению с периодом домонополистического капитализма. К «старым» методам колониальной политики прибавляется борьба монополистов за источники сырья, за вывоз капитала, за сферы влияния, за хозяйственные и военно-стратегические территории.

Как было показано, закабаление и систематическое ограбление народов других стран, особенно отсталых стран, превращение ряда независимых стран в зависимые страны составляет одну из главных черт основного экономического закона современного капитализма. Капитализм в ходе своего распространения по всему миру породил тенденцию к хозяйственному сближению отдельных стран, к уничтожению национальной замкнутости и постепенному объединению громадных территорий в одно связное целое. Единственным способом, посредством которого монополистический капитализм осуществляет постепенное экономическое объединение громадных территорий, является закабаление колоний и зависимых стран империалистическими державами. Это объединение происходит путём создания колониальных империй, основанных на беспощадном угнетении и эксплуатации колониальных и зависимых стран метрополиями.

В период империализма завершается образование капиталистической системы мирового хозяйства, которая строится на отношениях зависимости, на отношениях господства и подчинения. Империалистические страны путём усиленного вывоза капитала, расширения «сфер влияния», колониальных захватов подчинили своему господству народы колоний и зависимых стран. «Капитализм перерос во всемирную систему колониального угнетения и финансового удушения горстью «передовых» стран гигантского большинства населения земли»[74]. Таким образом, отдельные национальные хозяйства превратились в звенья единой цепи, называемой мировым хозяйством. Вместе с тем население земного шара раскололось на два лагеря — небольшую группу империалистических стран, эксплуатирующих и угнетающих колониальные и зависимые страны, и на громадное большинство колониальных и зависимых стран, народы которых ведут борьбу за освобождение от ига империализма.

На монополистической стадии капитализма сложилась колониальная система империализма. Колониальная система империализма представляет собой всю совокупность колоний и зависимых стран, угнетаемых и порабощаемых империалистическими государствами.

Колониальные грабежи и захваты, империалистический произвол и насилие, колониальное рабство, национальный гнёт и бесправие, наконец, борьба империалистических держав между собой за господство над народами колониальных стран — таковы формы, в которых протекал процесс создания колониальной системы империализма.

Империалистические государства путём захвата и ограбления колоний стремятся преодолеть растущие противоречия внутри своих стран. Высокие прибыли, выкачиваемые из колоний, дают возможность буржуазии подкупать верхушку квалифицированных рабочих, которая в интересах буржуазии старается вносить разложение в рабочее движение. В то же время эксплуатация колоний ведёт к обострению противоречий капиталистической системы в целом.


Колонии как аграрно-сырьевые придатки метрополий.


В эпоху империализма колонии представляют собой прежде всего наиболее надёжное и выгодное поле приложения капитала. В колониях финансовая олигархия империалистических стран располагает безраздельной монополией приложения капитала, получая особенно высокие прибыли.

Проникая в отсталые страны, финансовый капитал разлагает докапиталистические формы хозяйства — мелкое ремесло, полунатуральное мелкокрестьянское хозяйство — и вызывает развитие капиталистических отношений. В целях эксплуатации колониальных и зависимых стран империалисты строят на их территории железные дороги, создают промышленные предприятия по добыче сырья. Но в то же время империалистическое хозяйничание в колониях задерживает рост производительных сил и лишает эти страны условий, необходимых для их самостоятельного экономического развития. Империалисты заинтересованы в хозяйственной отсталости колоний, так как эта отсталость облегчает им сохранение власти над зависимыми странами и усиление эксплуатации этих стран.

Даже там, где промышленность относительно более развита,— например в некоторых странах Латинской Америки — развивается лишь горнодобывающая промышленность и некоторые отрасли лёгкой: хлопчатобумажная, кожевенная, пищевая. Тяжёлая индустрия, являющаяся базой экономической самостоятельности страны, крайне слаба; машиностроение почти отсутствует. Господствующие монополии принимают специальные меры, чтобы помешать созданию производства орудий производства: отказывают колониям и зависимым странам в кредитах на эти цели, не продают необходимого оборудования и патентов. Колониальная зависимость отсталых стран препятствует их индустриализации.


В 1920 г. доля Китая в мировой добыче угля равнялась 1,7%, в выплавке чугуна —0,8, в производстве меди — 0,03%. В Индии производство стали в расчёте на душу населения накануне второй мировой войны (1938 г.) составляло 2,7 килограмма в год против 222 килограммов в Великобритании. Вся Африка в 1946 г. располагала лишь 1,5% топлива и электроэнергии, производимых в капиталистическом мире. Даже текстильная промышленность в колониальных и зависимых странах является слаборазвитой и отсталой. В Индии в 1947 г. было около 10 миллионов веретён против 34,5 миллиона веретён в Англии, население которой в 8 раз меньше населения Индии; в Латинской Америке в 1945 г. было 4,4 миллиона веретён против 23,1 миллиона веретён в США.


Лишённые условий для самостоятельного индустриального развития, колонии и полуколонии остаются аграрными странами. Источниками существования преобладающей массы населения этих стран является сельское хозяйство, скованное полуфеодальными отношениями. Застой и деградация сельского хозяйства задерживают рост внутреннего рынка.

Господствующие в колониях монополии допускают там развитие лишь таких отраслей производства, которые обеспечивают поставки сырья и продовольствия для метрополий. Это — добыча полезных ископаемых, возделывание товарных сельскохозяйственных культур и их первичная обработка. Вследствие этого экономика колоний и полуколоний приобретает чрезвычайно однобокий характер. Империализм превращает порабощенные страны в аграрно-сырьевые придатки к метрополиям.


Экономика многих колониальных и зависимых стран специализирована на производстве одного-двух продуктов, идущих целиком на вывоз. Так, в период после второй мировой войны нефть составляет 97% вывоза Венесуэлы, оловянная руда —70% вывоза Боливии, кофе —около 58% вывоза Бразилии, сахар — свыше 80% вывоза Кубы, каучук и олово — свыше 70% вывоза Малайи, каучук и чай — 80% вывоза Цейлона, хлопок — около 80% вывоза Египта, кофе и хлопок — 60% вывоза Кении и Уганды, медь —около 85% вывоза Северной Родезии, какао — около 50% вывоза Золотого Берега (Африка). Однобокое развитие сельского хозяйства (так называемая монокультура) отдаёт целые страны на полный произвол монополистам — скупщикам сырья.


В связи с превращением колоний в аграрно-сырьевые придатки к метрополиям в огромной мере возрастает роль колоний как источников дешёвого сырья для империалистических государств. Чем выше развит капитализм, чем сильнее чувствуется недостаток сырья, тем острее конкуренция и погоня за источниками сырья во всём мире, тем отчаяннее борьба за приобретение колоний. В условиях монополистического капитализма, когда промышленность потребляет огромные массы угля, нефти, хлопка, железной руды, цветных металлов, каучука и т. п., никакая монополия не может считать себя обеспеченной, если в её руках нет постоянных источников сырья. Из колоний и зависимых стран монополии получают необходимые им огромные массы сырья по низким ценам. Монопольное обладание источниками сырья даёт решающие преимущества в конкурентной борьбе. Захват источников дешёвого сырья позволяет промышленным монополиям диктовать монопольные цены на мировом рынке, продавать свои изделия по вздутым ценам.


Ряд важнейших видов сырья империалистические державы получают исключительно или большей частью из колоний и полуколоний. Так, в период после второй мировой войны колониальные и зависимые страны доставляют почти весь потребляемый в капиталистическом мире натуральный каучук, почти всё олово, 100% джута, 50% нефти, ряд важных пищевых продуктов — тростниковый сахар, какао, кофе, чай.

Предметом ожесточённой борьбы являются источники различных видов стратегического сырья, необходимого для ведения войны: угля, нефти, железных руд, цветных и редких металлов, каучука, хлопка и т. д. На протяжении ряда десятилетий империалистические державы — прежде всего США и Англия — борются за монопольное владение богатыми источниками нефти. Распределение мировых запасов нефти затрагивает не только экономические, но и политические интересы и взаимоотношения империалистических держав.


В эпоху империализма возрастает значение колоний как рынков сбыта для метрополий. При помощи соответствующей таможенной политики империалисты ограждают колониальные рынки сбыта от посторонней конкуренции. Таким путём монополии получают возможность сбывать в колониях по непомерно взвинченным ценам свою продукцию, в том числе и худшие товары, которые не находят сбыта на других рынках. Неэквивалентность обмена между империалистическими державами и зависимыми странами неуклонно растёт. Монополии, занимающиеся торговлей с колониями (скупкой сырья и сбытом промышленных товаров), получают сотни процентов прибыли. Они являются подлинными властелинами целых стран, распоряжающимися жизнью и достоянием десятков миллионов людей.

Колонии служат источником крайне дешёвой, зачастую почти даровой рабочей силы. Чудовищная эксплуатация рабочих масс обеспечивает особенно высокие доходы от капиталов, вложенных в колониях и зависимых странах. Помимо того, метрополии ввозят из этих стран сотни тысяч рабочих, выполняющих особенно тяжёлые работы за нищенскую оплату. Так, монополии в Соединённых Штатах, особенно на юге страны, подвергают бесчеловечной эксплуатации рабочих из Мексики и Пуэрто-Рико, монополии Франции — индо-китайских рабочих и т. п.


Представление о размерах дани, взимаемой монополиями в колониях и полуколониях, дают следующие подсчёты, сделанные на основании официальных данных. Ежегодная дань, получаемая английским империализмом из Индии, накануне второй мировой войны составляла 150—180 миллионов фунтов стерлингов, в том числе: проценты по английским капиталовложениям — 40—45 миллионов, государственные расходы Англии, отнесённые за счёт Индии,— 25—30 миллионов, доходы и жалованье английских чиновников, военных специалистов в Индии —25—30 миллионов, комиссионные доходы английских банков—15—20 миллионов, доходы от торговли — 25—30 миллионов, доходы от судоходства — 20—25 миллионов. Американские монополии получили в 1948 г. от зависимых стран доходов: от капиталовложений — 1,9 миллиарда долларов, от перевозок, страхования и других операций — 1,9 миллиарда, от продажи товаров по вздутым ценам — 2,5 миллиарда, от покупки товаров по заниженным ценам — 1,2 миллиарда, а всего в виде монополистической дани — 7,5 миллиарда долларов. Из этой дани не менее 2,5 миллиарда долларов доставляют страны Латинской Америки.


В обстановке, когда мир уже поделён и идёт подготовка к вооружённой борьбе за его передел, империалистические державы из стратегических соображений стремятся овладеть любыми землями, независимо от их хозяйственного значения. Империалисты захватывают всякие территории, имеющие или могущие иметь какую-либо ценность в качестве опорных пунктов, военно-морских или военно-воздушных баз.

Колонии являются поставщиками пушечного мяса для метрополий. В первой мировой войне на стороне Франции сражалось до полутора миллионов солдат — негров из африканских колоний. Во время войны метрополии перекладывают на колонии значительную часть своих финансовых тягот. В колониях реализуется значительная часть военных займов; Англия широко использовала валютные запасы своих колоний во время первой и второй мировых войн.

Хищническая эксплуатация империализмом колониальных и зависимых стран обостряет непримиримое противоречие между насущными нуждами экономики этих стран и своекорыстными интересами метрополий.


Методы колониальной эксплуатации трудящихся масс.


Характерной чертой колониальных методов эксплуатации, обеспечивающих монопольно-высокие прибыли финансовому капиталу метрополий, является сочетание империалистического грабежа с феодально-крепостническими формами эксплуатации трудящихся. Развитие товарного производства и распространение денежных отношений, экспроприация земли у огромных масс коренного населения, разрушение мелкого ремесленного производства происходят наряду с искусственным сохранением феодальных пережитков и насаждением методов принудительного труда. С развитием капиталистических отношений натуральная аренда заменяется денежной, натуральные налоги — денежными, что ещё более ускоряет разорение крестьянских масс.

Господствующими классами в колониях и полуколониях являются феодалы-помещики и капиталисты — городские и сельские (кулаки). Класс капиталистов делится на компрадорскую буржуазию и национальную буржуазию. Компрадорами называются туземные посредники между иностранными монополиями и колониальным рынком сбыта и сырья. Феодалы-помещики и компрадорская буржуазия представляют собой вассалов иностранного финансового капитала, прямую продажную агентуру международного империализма, закабаляющего колонии и полуколонии. С развитием собственной промышленности в колониях растёт национальная буржуазия, оказывающаяся в двойственном положении: с одной стороны, гнёт чужеземного империализма и феодальных пережитков преграждает ей путь к экономическому и политическому господству, а с другой стороны, она совместно с иностранными монополиями участвует в эксплуатации рабочего класса и крестьянства. В наиболее крупных колониальных и полуколониальных странах существуют монополистические объединения местной буржуазии, находящиеся в зависимости от иностранных монополий. Поскольку национально-освободительная борьба направлена на свержение господства империализма, завоевание национальной самостоятельности страны и ликвидацию феодальных пережитков, тормозящих развитие капитализма, национальная буржуазия на известном этапе участвует в этой борьбе и играет прогрессивную роль.

Рабочий класс растёт в колониях и зависимых странах по мере развития промышленности и распространения капиталистических отношений. Его передовой частью является промышленный пролетариат. Многочисленный слой пролетариата составляют сельскохозяйственные рабочие — батраки, рабочие капиталистических мануфактур и мелких предприятий, а также городские чернорабочие, занятые всякими видами ручного труда.

Основную по численности массу населения колоний и полуколоний составляет крестьянство, причём в большинстве этих стран население деревни в своей подавляющей части состоит из безземельных и малоземельных крестьян — бедняков и середняков. Многочисленную городскую мелкую буржуазию представляют мелкие торговцы и ремесленники.

Концентрация земельной собственности в руках помещиков к ростовщиков дополняется захватом обширных земельных владений колонизаторами. В ряде колоний империализм создал плантационное хозяйство. Плантации представляют собой крупные сельскохозяйственные предприятия по производству определённых видов растительного сырья (хлопок, каучук, джут, кофе и т. д.), принадлежащие преимущественно колонизаторам и основанные на низкой технике, рабском или полурабском труде бесправного населения. В наиболее густонаселённых колониальных и зависимых странах преобладает мелкое крестьянское хозяйство, опутанное пережитками феодализма и отношениями ростовщической кабалы. В этих странах концентрация земельной собственности в руках помещиков сочетается с мелким землепользованием.

Крупные землевладельцы сдают землю в аренду небольшими участками на кабальных условиях. Широко распространена многостепенная паразитическая субаренда, при которой между земельным собственником и крестьянином, обрабатывающим землю, вклинивается несколько посредников, отнимающих у земледельца значительную долю урожая. Преобладает издольная аренда, причём крестьянин оказывается целиком во власти помещика, у которого он находится в неоплатном долгу. В ряде стран существуют прямые формы барщины и отработков: безземельные крестьяне за аренду или за долги обязаны несколько дней в неделю работать на помещика. Крайняя нужда заставляет крестьянина залезать в долги, идти в кабалу, а иногда и в рабство ростовщику; нередко крестьянин продаёт в рабство членов своей семьи.


До британского владычества в Индии государство получало часть производимых крестьянами продуктов в виде налога. После захвата Индии британские власти превратили прежних сборщиков государственных податей в крупных земельных собственников, владеющих поместьями в сотни тысяч гектаров. Около 3/4 сельского населения Индии фактически оказалось без земли. В виде аренды крестьянин был вынужден выплачивать от 1/2 до 2/з урожая помещику, а из оставшейся части урожая — проценты по долгам ростовщику. В Пакистане, по данным за послевоенные годы, 70% всей обрабатываемой площади принадлежит 50 тысячам крупных помещиков.

В странах Ближнего Востока в настоящее время 75—80% населения занято в сельском хозяйстве. При этом в Египте 770 крупных помещиков имеют больше земли, чем два миллиона бедняцких хозяйств, составляющих около 75% всех хозяйств; из 14,5 миллиона лиц, живущих сельским хозяйством, 12 миллионов составляют мелкие арендаторы и батраки; арендная плата поглощает до 4/5 урожая. В Иране около 2/з земли принадлежит помещикам, 1/6 — государству и мусульманской церкви; арендатор получает одну-две пятых урожая. В Турции более 2/з крестьян фактически лишены земли.

В странах Латинской Америки земля сосредоточена в руках крупных помещиков и иностранных монополий. Так, например, в Бразилии, по данным переписи 1940 г., 51% хозяйств имели только 3,8% земельной площади. В странах Латинской Америки обнищавший крестьянин вынужден брать у помещика ссуды, которые подлежат возвращению отработками; при этой системе (так называемый «пеонаж») обязательства переходят из поколения в поколение и вся семья крестьянина фактически становится собственностью помещика. Маркс называл пеонаж рабством в скрытой форме.

Большая часть скудного продукта непосильного труда крестьянина и его семьи присваивается эксплуататорами: помещиком, ростовщиком, скупщиком, сборщиком налогов и т. д. Они изымают продукт не только прибавочного, но и значительной части необходимого труда земледельца. Доход, остающийся у крестьянина, во многих случаях недостаточен даже для голодного существования. Множество крестьянских хозяйств разоряется, их прежние владельцы пополняют армию батраков. Огромных размеров достигает аграрное перенаселение.

Задавленное помещичье-ростовщической кабалой, крестьянское хозяйство в состоянии применять лишь самую примитивную технику, остающуюся без существенных изменений в течение сотен, а кое-где и тысяч лет. Примитивная техника обработки земли приводит к крайнему истощению почвы. Поэтому многие колонии, оставаясь аграрными странами, не в состоянии прокормить своё население и вынуждены ввозить продовольствие. Сельское хозяйство порабощённых империализмом стран обречено на упадок и деградацию.


В этих странах, при огромном аграрном перенаселении и земельном голоде, производительно используется лишь часть всей пригодной для обработки площади. На землях, которые некогда считались наиболее плодородными в мире, урожайность исключительно низка и непрерывно падает. Частые неурожаи вызывают голодную смерть миллионов людей.

В странах Ближнего Востока оросительные системы запущены или разрушены; обрабатывается в среднем не более 9—10% земельной площади.


Колониальный гнёт обрекает рабочий класс на политическое бесправие и зверскую эксплуатацию. Дешевизна рабочей силы обусловливает крайне низкий технический уровень промышленных предприятий и плантаций. При низкой технике производства огромные прибыли монополий обеспечиваются путём непомерно высокой нормы прибавочной стоимости.

Рабочий день в колониях достигает 14—16 и больше часов. Как правило, на промышленных предприятиях и на транспорте отсутствует какая-либо охрана труда. Крайняя изношенность оборудования, нежелание предпринимателей тратить средства на ремонт и на технику безопасности приводят к частым авариям, от которых погибают или превращаются в калек сотни тысяч людей. Отсутствие какого-либо социального законодательства обрекает рабочего на голодную смерть при безработице, при увечье на производстве, при профессиональном заболевании.

Заработная плата колониальных рабочих крайне низка, она недостаточна даже для удовлетворения насущнейших потребностей. Рабочим приходится выплачивать определённую долю своего нищенского заработка всякого рода посредникам — подрядчикам, мастерам, надсмотрщикам, ведающим наймом рабочей силы. Широко распространён труд женщин, а также труд детей с 6—7-летнего возраста, оплачиваемый ещё более нищенски, чем труд рабочих-мужчин. Большинство рабочих опутано сетями долговой кабалы. Во многих случаях рабочие живут в специальных бараках или лагерях на положении заключённых, лишённых права свободного передвижения. В больших масштабах применяется принудительный труд как в сельском хозяйстве, так и в промышленности.

Крайняя экономическая отсталость в сочетании с высокой степенью эксплуатации обрекает колониальные народы на голод, нищету и вымирание. Огромную долю создаваемых в колониях материальных благ безвозмездно забирают крупнейшие 'монополии империалистических государств. В результате эксплуатации колоний и задержки развития их производительных сил национальный доход в расчёте на душу населения в колониях в 10—15 раз меньше, чем в метрополиях. Уровень жизни подавляющей массы населения крайне низок. Смертность чрезвычайно велика: голод и эпидемии ведут к вымиранию населения целых районов.


В африканских колониях рабство существует официально; власти устраивают облавы на негров, полиция оцепляет деревни и направляет захваченных людей на строительство дорог, на хлопковые и другие плантации и т. д. Распространена также продажа детей в рабство. В колониальных странах долговое рабство представляет собой обычное явление; оно существовало и в дореволюционном Китае.

В колониях царит расовая дискриминация в оплате труда. Во Французской Западной Африке квалифицированные рабочие из коренного населения до сих пор получают в 4—6 раз меньше, чем рабочие-европейцы той же специальности. В Бельгийском Конго на рудниках рабочие-африканцы получают в 5—10 раз меньше рабочих-европейцев. В Южно-Африканском Союзе 65% детей коренного населения умирает, не достигнув двухлетнего возраста.

В США рабочие и служащие негры получают меньше половины заработной платы, выплачиваемой белым рабочим и служащим той же квалификации, а доход негров-фермеров в среднем вдвое меньше дохода белых фермеров в тех же районах. Сверхэксплуатация негритянского населения США даёт американским монополиям в годы после второй мировой войны ежегодно 4 миллиарда долларов добавочной прибыли.


Национально-освободительная борьба колониальных народов.


До эпохи империализма борьба народов за национальное освобождение охватывала немногие, главным образом европейские страны (Ирландия, Венгрия, Польша, Финляндия, Сербия и другие) и не выходила из рамок отдельных многонациональных государств. В эпоху империализма, когда финансовый капитал метрополий поработил народы колониальных и зависимых стран, рамки национального вопроса расширились, и он самым ходом вещей слился с общим вопросом о колониях. «Тем самым национальный вопрос был превращён из вопроса частного и внутригосударственного в вопрос общий и международный, в мировой вопрос об освобождении угнетённых народов зависимых стран и колоний от ига империализма»[75].

Единственным путём освобождения этих народов от гнёта эксплуатации является их революционная борьба против империализма. На всём протяжении капиталистической эпохи народы колониальных стран вели борьбу против чужеземных поработителей, нередко поднимая восстания, которые жестоко усмирялись колонизаторами. В период империализма освободительная борьба народов колониальных и зависимых стран приобретает небывалый ранее размах.

Уже в начале XX века, в особенности после первой русской революции 1905 г., трудящиеся массы колониальных и зависимых стран были пробуждены к политической жизни. Революционное движение поднялось в Китае, Корее, Персии, Турции.

Страны колониального мира различаются между собой по уровню экономического развития и по степени формирования в них пролетариата. Следует различать по крайней мере три категории колониальных и зависимых стран: 1) страны, в промышленном отношении совершенно неразвитые, не имеющие или почти не имеющие своего пролетариата; 2) страны, в промышленном отношении мало развитые и имеющие сравнительно малочисленный пролетариат, и 3) страны, капиталистически более или менее развитые и имеющие более или менее многочисленный пролетариат. Это определяет особенности национально-освободительного движения в колониальных и зависимых странах.

Поскольку в составе населения колониальных и зависимых стран преобладает крестьянство, национально-колониальный вопрос есть по сути дела крестьянский вопрос. Общей целью национально-освободительного движения в колониях и зависимых странах является освобождение от господства империализма и уничтожение всех феодальных пережитков. В силу этого всякое национально-освободительное движение в колониях и зависимых странах, направленное против империализма и феодального гнёта, если даже в этих странах сравнительно слабо развит пролетариат, имеет прогрессивный характер.

Национально-освободительное движение в колониях и зависимых странах, во главе которого стоит пролетариат, как признанный руководитель широких масс крестьянства и всех трудящихся, втягивает в борьбу против империализма гигантское большинство населения земли, угнетаемое финансовой олигархией нескольких крупнейших капиталистических держав. Интересы пролетарского движения в капиталистически развитых странах и национально-освободительного движения в колониях требуют соединения этих двух видов революционного движения в общий фронт борьбы против общего врага, против империализма. Пролетарский интернационализм исходит из того, что не может быть свободен народ, угнетающий другие народы. При этом, как учит ленинизм, действенная поддержка пролетариатом господствующих наций освободительного движения угнетённых народов означает отстаивание, защиту, проведение в жизнь лозунга о праве наций на отделение и на самостоятельное государственное существование.

Рост национально-освободительной борьбы угнетённых народов колоний и зависимых стран подтачивает устои империализма и подготовляет его крушение. Колониальные и зависимые страны из резерва империалистической буржуазии превращаются в резерв революционного пролетариата, в его союзника.


Краткие выводы


1. Безудержная эксплуатация колоний и полуколоний является одним из важнейших условий существования современного капитализма. Максимальные прибыли монополий неразрывно связаны с эксплуатацией колоний и полуколоний в качестве рынков сбыта, источников сырья, сфер приложения капиталов, резервуаров дешёвой рабочей силы. Разрушая докапиталистические формы производства и вызывая ускоренный рост капиталистических отношений, империализм допускает лишь такое развитие хозяйства колоний и зависимых стран, при котором они лишены возможности добиться экономической самостоятельности и независимости. Колонии служат аграрно-сырьевыми придатками метрополий.

2. Для колониальной системы империализма характерно переплетение капиталистической эксплуатации и грабежа с различными пережитками феодального, даже рабского гнёта. Финансовый капитал искусственно сохраняет в колониях и зависимых странах пережитки феодализма, насаждает принудительный труд, рабство. Каторжные условия труда при крайне низком уровне техники, полное бесправие, разорение и обнищание, голод и массовое вымирание являются уделом рабочего класса и крестьянства колониальных и полуколониальных стран.

3. Усиление колониальной эксплуатации и гнёта неизбежно вызывает сопротивление самых широких масс населения колониальных и зависимых стран. Национально-освободительное движение порабощённых народов втягивает в борьбу против империализма гигантское большинство населения земли, подтачивает устои империализма и подготовляет его крушение.


ГЛАВА XIX ИСТОРИЧЕСКОЕ МЕСТО ИМПЕРИАЛИЗМА


Империализм — последняя стадия капитализма.


Определяя историческое место империализма по отношению к капитализму вообще, Ленин писал: «Империализм есть особая историческая стадия капитализма. Особенность эта троякая: империализм есть (1) — монополистический капитализм; (2) —паразитический или загнивающий капитализм; (3) —умирающий капитализм»[76].

Монополистический капитализм не устраняет и не может устранить основ старого капитализма. Он является в известном смысле надстройкой над старым, домонополистическим капитализмом, который везде сочетается с докапиталистическими формами хозяйства. Подобно тому, как нет и не может быть «чистого капитализма», немыслимо существование «чистого империализма». Даже в наиболее развитых странах наряду с монополиями существует множество мелких и средних предприятий, особенно в лёгкой промышленности, в сельском хозяйстве, в торговле и других отраслях хозяйства. Почти во всех капиталистических странах значительную часть населения составляет крестьянство, которое в своей массе ведёт простое товарное хозяйство. Громадное большинство человечества живёт в колониальных и полуколониальных странах, где империалистический гнёт переплетается с докапиталистическими, в особенности с феодальными, формами эксплуатации.

Существенной особенностью империализма является то, что монополии существуют рядом с обменом, рынком, конкуренцией, кризисами. Из этого вытекает, что на монополистической стадии капитализма полностью сохраняют силу экономические законы капитализма вообще, но их действия определяются основным экономическим законом современного капитализма — законом обеспечения максимальной капиталистической прибыли. Поэтому они действуют с возросшей разрушительной силой. Так обстоит дело с законами стоимости и прибавочной стоимости, с законом конкуренции и анархии производства, со всеобщим законом капиталистического накопления, обусловливающим относительное и абсолютное обнищание рабочего класса и обрекающим основные массы трудящегося крестьянства на обнищание и разорение, о противоречиями капиталистического воспроизводства, экономическими кризисами.

Монополии доводят обобществление производства до предела, возможного при капитализме. Крупные и крупнейшие предприятия, иа каждом из которых работают тысячи людей, производят значительную долю всей продукции в важнейших отраслях промышленности. Монополии связывают гигантские предприятия воедино, берут на учёт рынки сбыта, источники сырья, захватывают в свои руки научные кадры, изобретения и усовершенствования. Крупные банки держат под своим контролем почти все денежные средства страны. Связи между различными отраслями хозяйства и их взаимозависимость в огромной степени возрастают. Промышленность, обладая гигантскими производственными мощностями, способна быстро увеличивать массу производимых товаров.

В то же время средства производства остаются частной собственностью капиталистов. Решающая часть средств производства находится в распоряжении монополий. В погоне за максимальной прибылью монополии всемерно повышают степень эксплуатации рабочего класса, что ведёт к резкому усилению обнищания трудящихся масс и снижению их покупательной способности.

Таким образом, господство монополий в сильнейшей степени обостряет основное противоречие капитализма — противоречив между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения результате в производства. Всё более обнаруживается, что общественный характер процесса производства требует общественной собственности на средства производства.

В эпоху империализма производительные силы общества достигли такого уровня развития, что они не умещаются в узких рамках капиталистических производственных отношений. Капитализм, выступивший на смену феодализму как более прогрессивный способ производства, превратился на империалистической стадии в реакционную силу, задерживающую развитие человеческого общества. Экономический закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил требует замены капиталистических производственных отношений новыми, социалистическими. Этот закон встречает сильнейшее сопротивление со стороны господствующих классов и прежде всего со стороны монополистической буржуазии и крупных земельных собственников, стремящихся помешать рабочему классу создать союз с крестьянством и ниспровергнуть буржуазный строй.

Высокий уровень развития производительных сил и обобществления производства, крайнее обострение всех противоречий буржуазного общества свидетельствуют о том, что капитализм, вступив в последнюю стадию своего развития, вполне созрел для смены его высшим общественным строем —социализмом.


Империализм — паразитический или загнивающий капитализм.


Империализм есть паразитический или загнивающий капитализм. Тенденция к застою и загниванию неизбежно порождается господством монополий, стремящихся к получению максимальных прибылей. Монополии, поскольку они в состоянии диктовать цены на рынке и искусственно поддерживать их на высоком уровне, далеко не всегда заинтересованы в применении технических новшеств. Монополии сплошь и рядом тормозят технический прогресс; они годами держат под спудом крупнейшие научные открытия и технические изобретения.

Таким образом, монополиям свойственна тенденция к застою и загниванию, и в известных условиях эта тенденция берёт верх. Это обстоятельство, однако, вовсе не исключало относительно быстрого роста капитализма до второй мировой войны. Но рост этот происходил крайне неравномерно, всё более отставая от огромных возможностей, открываемых современной наукой и техникой.


Современная высокоразвитая техника выдвигает грандиозные задачи, выполнение которых оказывается не по плечу загнивающему капитализму. Ни одна капиталистическая страна не может, например, широко использовать свои гидроэнергетические ресурсы из-за препятствий, которые ставятся частной собственностью на землю и господством монополий. Капиталистические страны не в состоянии использовать возможности современной науки и техники для осуществления широких работ по повышению плодородия почвы. Интересы капиталистических монополий препятствуют использованию атомной энергии а мирных целях.


«Куда ни кинь,—писал В. И. Ленин ещё в 1913 г.,— на каждом шагу встречаешь задачи, которые человечество вполне в состоянии разрешить немедленно. Мешает капитализм. Он накопил груды богатства — и сделал людей рабами этого богатства. Он разрешил сложнейшие вопросы техники — и застопорил проведение в жизнь технических улучшений из-за нищеты и темноты миллионов населения, из-за тупой скаредности горстки миллионеров»[77].

Загнивание капитализма выражается в росте паразитизма. Класс капиталистов теряет всякую связь с процессом производства. Управление предприятиями сосредоточивается в руках наёмного технического персонала. Подавляющее большинство буржуазии и помещиков превращается в рантье — людей, владеющих ценными бумагами и живущих на доходы от этих бумаг (стрижкой купонов). Растёт паразитическое потребление эксплуататорских классов.

Полнейшая оторванность слоя рантье от производства ещё более усиливается вывозом капитала, доходами от заграничных капиталовложений. Вывоз капитала налагает отпечаток паразитизма на всю страну, живущую эксплуатацией народов других стран и колоний. Капитал, вывезенный за границу, составляет всё растущую долю национального богатства империалистических стран, а доходы от этих капиталов — всё увеличивающуюся часть доходов класса капиталистов. Ленин называл вывоз капитала паразитизмом в квадрате.


Капитал, помещённый за границей, составлял в 1929 г. по отношению к национальному богатству: в Англии — 18%, во Франции—16, в Голландии—около 20, в Бельгии и Швейцарии — по 12%. В 1929 г. доход от капиталов, вложенные за границей, превысил доход от внешней торговли: в Англии — в 7 с лишним раз, в Соединённых Штатах — в 5 раз.

В Соединённых Штатах Америки доходы рантье от ценных бумаг составляли в 1913 г. 1,8 миллиарда долларов, а в 1931 г.—8,1 миллиарда долларов, что в 1,4 раза превышало весь валовой денежный доход 30 миллионов фермерского населения в том же году. США —страна, где паразитические черты современного капитализма, равно как и хищническая природа империализма, проявляются особенно ярко.


Паразитический характер капитализма ярко проявляется в том, что ряд буржуазных стран превращается в государства-рантье. Посредством кабальных займов крупнейшие империалистические страны извлекают огромные доходы из стран-должников, подчиняют их себе в экономическом и политическом отношении, Государство-рантье есть государство паразитического, загнивающего капитализма. Эксплуатация колоний и зависимых стран, являющаяся одним из основных источников максимальных прибылей монополий, превращает горстку богатейших капиталистических стран в паразитов на теле остального человечества.

Паразитический характер капитализма находит своё выражение в росте милитаризма. Всё возрастающая доля национального дохода, и главным образом доходов трудящихся, забирается в государственный бюджет и расходуется на содержание огромных армий, на подготовку и ведение империалистических войн. Являясь одним из важнейших методов обеспечения максимальных прибылей монополий, милитаризация экономики и империалистические войны означают вместе с тем хищническое уничтожение множества человеческих жизней, огромных материальных ценностей.

Усиление паразитизма неразрывно связано с тем, что гигантские массы людей отрываются от общественно-полезного труда. Растёт армия безработных, увеличивается численность населения, занятого обслуживанием эксплуататорских классов, в государственном аппарате, а также в неимоверно раздутой сфере обращения.

Загнивание капитализма проявляется далее в том, что империалистическая буржуазия за счёт своих прибылей от эксплуатации колоний и зависимых стран систематически подкупает путём более высокой заработной платы и других подачек немногочисленную верхушку квалифицированных рабочих — так называемую рабочую аристократию. При поддержке буржуазии рабочая аристократия захватывает командные посты в профсоюзах; она наряду с мелкобуржуазными элементами составляет активное ядро правосоциалистических партий и представляет серьёзную опасность для рабочего движения. Этот слой обуржуазившихся рабочих является социальной основой оппортунизма.

Оппортунизм в рабочем движении представляет собой приспособление рабочего движения к интересам буржуазии путём подрыва революционной борьбы пролетариата за освобождение от капиталистического рабства. Оппортунисты отравляют сознание рабочих проповедью реформистского пути «улучшения» капитализма, они требуют от рабочих поддержки буржуазных правительств во всей их внутренней и внешней империалистической политике.

Оппортунисты являются буржуазной агентурой в рабочем движении. Раскалывая ряды рабочего класса, оппортунисты мешают рабочим объединить силы для низвержения капитализма. В этом заключается одна из важнейших причин того, что во многих странах буржуазия ещё продолжает держаться у власти.

Домонополистическому капитализму с его свободной конкуренцией соответствовала ограниченная буржуазная демократия. Империализм с его господством монополий характеризуется поворотом от демократии к политической реакции во внутренней и внешней политике буржуазных государств. Политическая реакция по всей линии — свойство империализма. Руководители монополий или их ставленники занимают важнейшие посты в правительствах и во всём государственном аппарате. В условиях империализма правительства ставятся не народом, а магнатами финансового капитала. Реакционные монополистические клики для закрепления своей власти стремятся свести на нет завоёванные упорной борьбой многих поколений демократические права трудящихся. Это вызывает необходимость всемерного усиления борьбы масс за демократию, против империализма и реакции. «Капитализм вообще и империализм в особенности превращаем демократию в иллюзию — и в то же время капитализм порождает демократические стремления в массах, создает демократические учреждения, обостряет антагонизм между отрицающим демократию империализмом и стремящимися к демократии массами»[78].

В эпоху империализма борьба самых широких народных масс, руководимых рабочим классом, против реакции, порождаемой монополиями, имеет огромное историческое значение. Именно от активности, организованности, решимости народных масс зависит срыв человеконенавистнических замыслов агрессивных сил империализма, беспрерывно готовящих народам новые тяжёлые испытания и военные катастрофы.


Империализм — канун социалистической революции.


Империализм есть умирающий капитализм. Действие основного экономического закона современного капитализма обостряет все противоречия капитализма, доводит их до последней черты, до крайних пределов, за которыми начинается революция. Наиболее важными из этих противоречий являются следующие три противоречия.

Во-первых, противоречие между трудом и капиталом. Господство монополий и финансовой олигархии в капиталистических странах ведёт к усилению эксплуатации трудящихся классов. Резкое ухудшение материального положения и усиление политического угнетения рабочего класса вызывают рост его возмущения и приводят к обострению классовой борьбы между пролетариатом и буржуазией. В этих условиях прежние методы экономической и парламентской борьбы рабочего класса оказываются совершенно недостаточными. Империализм подводит рабочий класс к социалистической революции, как к единственному спасению.

Во-вторых, противоречие между империалистическими державами. В борьбе за максимальные прибыли сталкиваются монополии различных стран, причём каждая из групп капиталистов стремится обеспечить себе преобладание путём захвата рынков сбыта, источников сырья, сфер приложения капитала. Ожесточённая борьба между империалистическими странами за сферы влияния неизбежно приводит к империалистическим войнам, которые ослабляют позиции капитализма вообще и приближают социалистическую революцию.

В-третьих, противоречие между угнетёнными народами колоний и зависимых стран и эксплуатирующими их империалистическими державами. В результате развития капитализма в колониях и полуколониях усиливается национально-освободительное движение против империализма. Колонии и зависимые страны превращаются из резервов империализма в резервы пролетарской революции.

Эти главные противоречия характеризуют империализм как умирающий капитализм. Это не значит, что капитализм может отмереть сам по себе, в порядке «автоматического краха», без самой решительной борьбы народных масс, возглавляемых рабочим классом, за ликвидацию господства буржуазии. Это значит лишь, что империализм есть та стадия развития капитализма, на которой пролетарская революция стала практической неизбежностью и созрели благоприятные условия для прямого штурма твердынь капитализма. Поэтому Ленин характеризовал империализм как канун социалистической революции.


Государственно-монополистический капитализм.


В эпоху империализма буржуазное государство, представляя собой диктатуру финансовой олигархии, осуществляет всю свою деятельность в интересах господствующих монополий.

По мере обострения противоречий империализма господствующие монополии усиливают своё непосредственное руководство государственным аппаратом. Всё чаще крупнейшие магнаты капитала лично выступают в роли руководителей государственного аппарата. Происходит процесс превращения монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм. Уже первая мировая война чрезвычайно ускорила и обострила этот процесс.

Государственно-монополистический капитализм заключается в подчинении государственного аппарата капиталистическим монополиям и использовании его для вмешательства в экономику страны (особенно в связи с её милитаризацией) в целях обеспечения максимальных прибылей монополиям и укрепления всевластия финансового капитала. При этом происходит передача в руки государства отдельных предприятий, отраслей и хозяйственных функций (обеспечение рабочей силой, снабжение дефицитным сырьём, карточная система распределения продуктов, строительство военных предприятий, финансирование милитаризации экономики и т. п.) при сохранении в стране господства частной собственности на средства производства.

Монополии используют государственную власть для активного содействия концентрации и централизации капитала, усиления мощи и влияния крупнейших монополий: государство специальными мерами вынуждает самостоятельных предпринимателей подчиняться монополистическим объединениям, а во время войны проводит принудительную концентрацию производства, закрывая множество мелких и средних предприятий. В интересах монополий государство, с одной стороны, устанавливает высокие таможенные пошлины на ввозимые товары, а с другой стороны, поощряет вывоз товаров, выплачивая монополиям вывозные пошлины и облегчая им завоевание новых рынков посредством демпинга.

Монополии используют государственный бюджет для ограбления населения своей страны путём налогов и получения от государства заказов, приносящих огромные прибыли. Буржуазное государство под предлогом «поощрения хозяйственной инициативы» выплачивает крупнейшим предпринимателям громадные суммы в виде субсидий. В случае угрозы банкротства монополий они получают от государства средства для покрытия убытков, а их задолженность государству по налогам списывается.

Развитие государственно-монополистического капитализма особенно усиливается в период подготовки и ведения империалистических войн. Государственно-монополистический капитализм Ленин называл каторгой для рабочих, раем для капиталистов. Правительства империалистических стран дают огромные заказы монополиям на поставку вооружения, снаряжения и продовольствия, строят военные заводы за счёт казны и отдают их в распоряжение монополий, выпускают военные займы. В то же время буржуазные государства перекладывают все военные тяготы на трудящихся. Всё это обеспечивает монополиям колоссальные прибыли.

Развитие государственно-монополистического капитализма приводит, во-первых, к дальнейшему ускорению капиталистического обобществления производства, создающего материальные предпосылки для замены капитализма социализмом. Ленин указывал, что государственно-монополистический капитализм есть полнейшая материальная подготовка социализма.

Развитие государственно-монополистического капитализма приводит, во-вторых, к усилению относительного и абсолютного обнищания пролетариата. С помощью государственной власти монополии всемерно повышают степень эксплуатации рабочего класса, крестьянства и широких слоёв интеллигенции, что неизбежно вызывает резкое обострение противоречий между эксплуатируемыми и эксплуататорами, усиление борьбы пролетариата и других слоёв трудящихся за уничтожение капитализма.

Защитники капитализма, скрывая подчинение буржуазного государства капиталистическим монополиям, утверждают, будто бы государство стало решающей силой в хозяйстве капиталистических стран и способно обеспечить плановое руководство народным хозяйством. На самом же деле буржуазное государство не может в плановом порядке руководить хозяйством, так как хозяйство находится не в его распоряжении, а в руках монополий. Всякие попытки государственного «регулирования» хозяйства при капитализме бессильны перед стихийными законами экономической жизни.


Закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран в период империализма и возможность победы социализма в одной стране.


При капитализме отдельные предприятия, отрасли хозяйства страны не могут развиваться равномерно. В условиях конкуренции и анархии производства неизбежно неравномерное развитие капиталистической экономики. Но в домонополистическую эпоху капитализм в целом шёл ещё в гору. Производство было раздроблено между большим количеством предприятий, царила свободная конкуренция, не было монополий. Капитализм ещё мог развиваться сравнительно плавно. Одни страны опережали другие на протяжении долгого периода времени. На земном шаре тогда существовали обширные, никем не занятые территории. Дело обходилось без военных столкновений мирового масштаба.

Положение коренным образом изменилось с переходом к монополистическому капитализму. Высокий уровень развития техники открыл перед молодыми странами возможность быстро, скачками перегонять и опережать более старых соперников. Страны, позднее других вступившие на путь капиталистического развития, используют готовые результаты технического прогресса — машины, методы производства и т. д. С другой стороны, в старых странах раньше, чем в молодых, сложилось господство монополий; которым свойственна тенденция к паразитизму, загниванию» застою техники. Отсюда — быстрое, скачкообразное развитие одних стран, задержка роста других. Эта скачкообразность развития чрезвычайно усиливается также вывозом капитала. Создаётся возможность для одних стран перегнать другие страны, вытеснить их с рынков, вооружённой рукой добиваться передела уже поделённого мира. В период империализма неравномерность развития капиталистических стран превратилась в решающую силу империалистического развития.

Соотношение экономических сил империалистических держав изменяется с небывалой быстротой. Рост военных сил империалистических государств также происходит неравномерно. Изменившееся соотношение экономических и военных сил неизбежно приходит в столкновение со старым распределением колоний и сфер влияния. Завязывается борьба за передел уже поделённого мира. Проверка действительного могущества тех или иных империалистических групп происходит путём кровопролитных и опустошительных войн.


В 1860 г. первое место в мировом промышленном производстве занимала Англия; Франция шла за ней следом. Германия и Соединённые Штаты Америки тогда ещё только выходили на мировую арену. Прошёл десяток лет, и быстро растущая страна молодого капитализма — Соединённые Штаты Америки — обогнала Францию и поменялась с ней местами. Ещё через десятилетие Соединённые Штаты Америки обогнали Англию и прочно заняли первое место в мировом промышленном производстве, а Германия обогнала Францию и заняла третье место после США и Англии. К началу XX века Германия оттеснила Англию, заняв второе место после США. В результате изменений в соотношении сил капиталистических стран происходит раскол капиталистического мира на два враждующих империалистических лагеря и возникают мировые войны.


В силу неравномерности развития капиталистических стран в период империализма мировой капитализм не может развиваться иначе, как через кризисы и военные катастрофы. Обострение противоречий в лагере империализма и неизбежность военных столкновений ведут к взаимному ослаблению империалистов. Мировой фронт империализма становится легко уязвимым для пролетарской революции. На этой основе может произойти прорыв фронта в том звене, где цепь империалистического фронта всего слабее, в том пункте, где складываются наиболее благоприятные условия для победы пролетариата.

Неравномерность экономического развития в эпоху империализма определяет собой и неравномерность политического развития, означающую разновременность вызревания политических предпосылок победы пролетарской революции в разных странах. К числу этих предпосылок относятся прежде всего острота классовых противоречий и степень развития классовой борьбы, уровень классовой сознательности, политической организованности и революционной решимости пролетариата, его способность повести за собой основные массы крестьянства.

Закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран в период империализма составляет исходный пункт ленинского учения о возможности победы социализма первоначально в нескольких странах или даже в одной, отдельно взятой, стране.

Маркс и Энгельс в середине XIX века, изучая домонополистический капитализм, пришли к выводу, что социалистическая революция может победить лишь одновременно во всех или в большинстве цивилизованных стран. Однако в начале XX века, особенно в период первой мировой войны, положение коренным образом изменилось. Капитализм домонополистический перерос в капитализм монополистический. Капитализм восходящий превратился в капитализм нисходящий, умирающий. Война вскрыла неизлечимые слабости мирового империалистического фронта. В то же время закон неравномерности развития предопределил разновременность созревания пролетарской революции в разных странах. Исходя из закона неравномерности развития капитализма в эпоху империализма, Ленин пришёл к выводу, что старая формула Маркса и Энгельса уже не соответствует новым историческим условиям, что в новых условиях социалистическая революция вполне может победить в одной, отдельно взятой, стране, что одновременная победа социалистической революции во всех странах или в большинстве цивилизованных стран невозможна ввиду неравномерности вызревания революции в этих странах.

«Неравномерность экономического и политического развития,— писал Ленин, — есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране»[79].

Это была новая, законченная теория социалистической революции, созданная Лениным. Она обогатила марксизм и двинула его вперёд, раскрыла революционную перспективу пролетариям отдельных стран, развязала инициативу в деле натиска на свою буржуазию, укрепила их веру в победу пролетарской революции.

В период империализма завершается образование капиталистической системы мирового хозяйства, в связи с чем отдельные страны превратились в звенья единой цепи. Ленинизм учит, что в условиях империализма социалистическая революция сначала побеждает не обязательно в тех странах, где капитализм более всего развит и пролетариат составляет большинство населения, а прежде всего в тех странах, которые являются слабым звеном в цепи мирового империализма. Объективные условия социалистической революции созрели во всей системе мирового капиталистического хозяйства. При таких условиях наличие в составе этой системы стран, недостаточно развитых в промышленном отношении, не может служить препятствием к революции. Для победы социалистической революции необходимы наличие революционного пролетариата и пролетарского авангарда, объединённого в политическую партию, наличие в данной стране серьёзного союзника пролетариата в лице крестьянства, способного пойти за пролетариатом в решительной борьбе против империализма.

В эпоху империализма, когда революционное движение растёт во всём мире, империалистическая буржуазия вступает в союз со всеми без исключения реакционными силами и всемерно использует пережитки крепостничества для увеличения прибылей. В силу этого ликвидация феодально-крепостнических порядков невозможна без решительной борьбы с империализмом. В этих условиях пролетариат становится гегемоном буржуазно-демократической революции, сплачивая вокруг себя массы крестьянства для борьбы против крепостничества и империалистического колониального гнёта. По мере решения антифеодальных и национально-освободительных задач буржуазно-демократическая революция перерастает в революцию социалистическую.

В период империализма в капиталистических странах растёт возмущение пролетариата, накапливаются элементы революционного взрыва, а в колониальных и зависимых странах развивается освободительная война против империализма. Империалистические войны за передел мира ослабляют систему империализма и усиливают тенденции к объединению пролетарских революций в капиталистических странах с национально-освободительным движением в колониях.

Пролетарская революция, победившая в одной стране, является вместе с тем началом мировой социалистической революции и могучей базой её дальнейшего развёртывания. Ленин научно предвидел, что мировая революция будет развиваться путём революционного отпадения ряда новых стран от системы империализма при поддержке, оказываемой пролетариям этих стран со стороны пролетариата империалистических государств. Самый же процесс отпадения от империализма ряда новых стран будет происходить тем скорее и основательнее, чем основательнее будет укрепляться социализм в первой стране победившей пролетарской революции.

«Исход борьбы, — писал Ленин в 1923 г., — зависит, в конечном счете, от того, что Россия, Индия, Китай и т. п. составляют гигантское большинство населения. А именно это большинство населения и втягивается с необычайной быстротой в последние годы в борьбу за свое освобождение, так что в этом смысле не может быть ни тени сомнения в том, каково будет окончательное решение мировой борьбы. В этом смысле окончательная победа социализма вполне и безусловно обеспечена»[80].


Краткие выводы


1. Империализм есть особая и последняя стадия капитализма. Империализм есть: 1) монополистический капитализм, 2) загнивающий или паразитический капитализм, 3) умирающий капитализм, канун социалистической революции.

2. Загнивание и паразитизм капитализма выражаются в задержке монополиями технического прогресса и роста производительных сил, в превращении ряда буржуазных стран в государства-рантье, живущие за счёт эксплуатации народов колоний и зависимых стран, в разгуле милитаризма, в росте паразитического потребления буржуазии, в реакционной внутренней и внешней политике империалистических государств, в подкупе буржуазией империалистических стран немногочисленной верхушки рабочего класса. Загнивание капитализма резко усиливает обнищание рабочего класса и трудящихся масс крестьянства.

3. В результате действия основного экономического закона современного капитализма резко обостряются три главных противоречия империализма: 1) противоречие между трудом и капиталом, 2) противоречие между империалистическими державами, борющимися за преобладание, в конечном счете, за мировое господство, и 3) противоречие между метрополиями и колониями. Империализм вплотную подводит пролетариат к социалистической революции.

4. Государственно-монополистический капитализм есть подчинение государственного аппарата капиталистическим монополиям в целях обеспечения максимальных прибылей и укрепления господства финансовой олигархии. Означая высшую ступень капиталистического обобществления производства, государственно-монополистический капитализм несёт с собой дальнейшее усиление эксплуатации рабочего класса, обнищания и разорения широких трудящихся масс.

5. Действие закона неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран в период империализма ведёт к ослаблению единого фронта мирового империализма. Неравномерность вызревания революции исключает возможность одновременной победы социализма во всех странах или в большинстве стран. Создаётся возможность прорыва империалистической цепи в её слабом звене, возможность победы социалистической революции первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, стране.


ГЛАВА XX ОБЩИЙ КРИЗИС КАПИТАЛИЗМА


Сущность общего кризиса капитализма.


Вместе с ростом противоречий империализма накапливались предпосылки общего кризиса капитализма. Крайнее обострение противоречий в лагере империализма, столкновения империалистических держав, выливающиеся в мировые войны, соединение классовой борьбы пролетариата в метрополиях и национально-освободительной борьбы народов в колониях — всё это приводит к резкому ослаблению мировой капиталистической системы, к прорывам цепи империализма и революционному отпадению отдельных стран от капиталистической системы. Основы учения об общем кризисе капитализма разработаны В. И. Лениным.

Общий кризис капитализма есть всесторонний кризис мировой капиталистической системы в целом, характеризующийся войнами и революциями, борьбой между умирающим капитализмом и растущим социализмом. Общий кризис капитализма охватывает все стороны капитализма, как экономику, так и политику. В его основе лежит всё более усиливающееся разложение мировой экономической системы капитализма, с одной стороны, и растущая экономическая мощь отпавших от капитализма стран, с другой стороны.

Коренными чертами общего кризиса капитализма являются: раскол мира на две системы — капиталистическую и социалистическую — и борьба между ними, кризис колониальной системы империализма, обострение проблемы рынков и возникновение в связи с этим хронической недогрузки предприятий и хронической массовой безработицы.

Неравномерность развития капиталистических стран в эпоху империализма с течением времени порождает несоответствие существующего раздела рынков сбыта, сфер влияния и колоний изменившемуся соотношению сил главных капиталистических государств. На этой основе возникает резкое нарушение равновесия внутри мировой системы капитализма, приводящее к расколу капиталистического мира на враждующие группировки, к войне между ними. Мировые войны ослабляют силы империализма и облегчают прорыв фронта империализма и отпадение отдельных стран от капиталистической системы.

Общий кризис капитализма охватывает целый исторический период, являющийся составной частью эпохи империализма. Как уже указывалось, закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран в эпоху империализма предопределяет разновременность созревания социалистической революции в разных странах. Ленин указывал, что общий кризис капитализма — это не одновременный акт, а длительный период бурных экономических и политических потрясений, обострённой классовой борьбы, период «краха капитализма во всем его масштабе и рождения социалистического общества»[81]. Это определяет историческую неизбежность длительного сосуществования двух систем — социалистической и капиталистической.

Общий кризис капитализма начался в период первой мировой войны и развернулся особенно в результате отпадения Советского Союза от капиталистической системы. Это был первый этап общего кризиса капитализма. В период второй мировой войны развернулся второй этап общего кризиса капитализма, особенно после отпадения от капиталистической системы народно-демократических стран в Европе и Азии.


Первая мировая война и начало общего кризиса капитализма.


Первая мировая война явилась результатом обострения противоречий между империалистическими державами на почве борьбы за передел мира и сфер влияния. Рядом со старыми империалистическими державами выросли новые хищники, опоздавшие к разделу мира. На сцену выдвинулся германский империализм. Германия позже ряда других стран вступила на путь капиталистического развития и пришла к дележу рынков и сфер влияния, когда мир был поделён между старыми империалистическими державами. Однако уже к началу XX века Германия, перегнав Англию по уровню промышленного развития, заняла второе место в мире и первое в Европе. Германия стала теснить на мировых рынках Англию и Францию. Изменение в соотношении экономических и военных сил главных капиталистических государств выдвигало вопрос о переделе мира. В борьбе за передел мира Германия, выступившая в союзе с Австро-Венгрией и Италией, столкнулась с Англией, Францией и зависимой от них царской Россией.


Германия стремилась отнять часть колоний у Англии и Франции, вытеснить Англию с Ближнего Востока и положить конец её морскому господству, отнять у России Украину, Польшу, Прибалтику, подчинить себе всю Центральную и Юго-Восточную Европу. В свою очередь Англия стремилась покончить с германской конкуренцией на мировом рынке и полностью закрепить за собой господство на Ближнем Востоке и африканском континенте. Франция ставила задачу — вернуть завоёванные Германией в 1870—1871 гг. Эльзас и Лотарингию и захватить у Германии Саарский бассейн. Захватнические цели преследовали также царская Россия и другие буржуазные государства, участвовавшие в войне.


Борьба двух империалистических блоков — англо-французского и германского — за передел мира затрагивала интересы всех империалистических стран и потому привела к мировой войне, в которой в дальнейшем приняли участие Япония, США и ряд других стран. Первая мировая война имела с обеих сторон империалистический характер.

Война потрясла капиталистический мир до самых глубоких его основ. По своим масштабам она оставила далеко позади все предыдущие войны в истории человечества.

Война явилась источником огромного обогащения монополий. Особенно нажились капиталисты США. Прибыли всех американских монополий в 1917 г. превышали уровень прибылей 1914 г. в три-четыре раза. За пять лет войны (с 1914 по 1918 г.) американские монополии получили свыше 35 миллиардов долларов прибыли (до уплаты налогов). Наиболее крупные монополии увеличили свои прибыли в десятки раз.


Население стран, активно участвовавших в войне, составляло около 800 миллионов человек. Около 70 миллионов человек было призвано в армии. Воина поглотила столько же человеческих жизней, сколько погибло во всех войнах в Европе за тысячу лет. Число убитых достигло 10 миллионов, число раненых и изувеченных превзошло 20 миллионов. Миллионы людей погибли от голода и эпидемий. Война принесла колоссальный ущерб народному хозяйству воюющих стран. Прямые военные расходы воюющих держав составили за всё время войны (1914—1918 гг.) 208 миллиардов долларов (в ценах соответствующих лет).

Во время войны выросло значение монополий, усилилось подчинение ими государственного аппарата. Государственный аппарат был использован крупнейшими монополиями для обеспечения максимальных прибылей. Военное урегулирование» хозяйства проводилось в целях обогащения крупнейших монополий. Для этого в ряде стран был удлинён рабочий день, запрещены стачки, введены казарменные порядки и принудительный труд на предприятиях. Основным источником невиданного роста прибылей служили государственные военные заказы за счёт бюджета. Военные расходы поглощали во время войны огромную часть национального дохода и покрывались прежде всего путём увеличения налогов на трудящихся. Основная часть военных ассигнований доставалась монополистам в виде оплаты военных заказов, безвозвратных ссуд и субсидий. Цены по военным заказам обеспечивали монополиям огромные прибыли. Ленин называл военные поставки узаконенным казнокрадством. Монополии наживались за счёт снижения реальной заработной платы рабочих при помощи инфляции, а также за счёт прямого грабежа оккупированных территорий. Во время войны в европейских странах была введена карточная система распределения продуктов, ограничивавшая потребление трудящихся голодным пайком.


Война довела до крайности нищету и страдания масс, она обострила классовые противоречия и вызвала подъём революционной борьбы рабочего класса и трудящихся крестьян в капиталистических странах. Вместе с тем война, превратившаяся из европейской во всемирную, вовлекла в свою орбиту и тылы империализма — колонии и зависимые страны, что облегчило соединение революционного движения в Европе с национально-освободительным движением народов Востока.

Война ослабила мировой капитализм. «Европейская война,— писал тогда Ленин,— означает величайший исторический кризис, начало новой эпохи. Как всякий кризис, война обострила глубоко таившиеся противоречия и вывела их наружу»[82]. Она вызвала могучий подъём антиимпериалистического, революционного движения.


Победа Великой Октябрьской социалистической революции и раскол мира на две системы: капиталистическую и социалистическую.


Пролетарская революция прорвала фронт империализма раньше всего в России, которая оказалась наиболее слабым звеном в цепи империализма. Россия была узловым пунктом всех противоречий империализма. В России всесилие капитала переплеталось с царским деспотизмом, с пережитками крепостничества и колониальным гнётом в отношении нерусских народов. Ленин называл царизм «военно-феодальным империализмом».

Царская Россия была резервом западного империализма как сфера приложения иностранного капитала, державшего в своих руках решающие отрасли промышленности — топливо и металлургию, и как опора западного империализма на Востоке, соединявшая финансовый капитал Запада с колониями Востока. Интересы царизма и западного империализма слились в единый клубок интересов империализма.

Высокая концентрация русской промышленности и наличие такой революционной партии, как Коммунистическая партия, превратили рабочий класс России в величайшую силу политической жизни страны. Русский пролетариат имел такого серьёзного союзника, как крестьянская беднота, составлявшая громадное большинство крестьянского населения. При этих условиях буржуазно- демократическая революция в России неизбежно должна была перерасти в социалистическую революцию, принять международный характер и потрясти самые основы мирового империализма.

Международное значение Великой Октябрьской социалистической революции состоит в том, что она, во-первых, прорвала фронт империализма, низложила империалистическую буржуазию п одной из самых больших капиталистических стран и впервые в истории поставила у власти пролетариат; во-вторых, она не только расшатала империализм в метрополиях, но и ударила по тылам империализма, подорвав его господство в колониях и зависимых странах; в-третьих, ослабив мощь империализма в метрополиях и расшатав его господство в колониях, она тем самым поставила под вопрос самое существование мирового империализма в целом.

Великая Октябрьская социалистическая революция означала коренной поворот во всемирной истории человечества; она открыла новую эпоху — эпоху пролетарских революций в странах империализма и национально-освободительного движения в колониях. Октябрьская революция вырвала из-под власти капитала трудящихся одной шестой части земли, что означало раскол мира на две системы: капиталистическую и социалистическую. Раскол мира на две системы явился наиболее ярким выражением общего кризиса капитализма. В результате раскола мира на две системы возникло принципиально новое противоречие всемирно-исторического значения — противоречие между умирающим капитализмом и растущим социализмом. Борьба двух систем — капитализма и социализма — приобрела решающее значение в современную эпоху.

Характеризуя общий кризис капитализма, И. В. Сталин говорил: «Это означает, прежде всего, что империалистическая война и её последствия усилили загнивание капитализма и подорвали его равновесие, что мы живём теперь в эпоху войн и революций, что капитализм уже не представляет единственной и всеохватывающей системы мирового хозяйства, что наряду с капиталистической системой хозяйства существует социалистическая система, которая растёт, которая преуспевает, которая противостоит капиталистической системе и которая самым фактом своего существования демонстрирует гнилость капитализма, расшатывает его основы»[83].

Первые годы после войны 1914—1918 гг. были периодом острейшей разрухи в экономике капиталистических стран, периодом ожесточённой борьбы между пролетариатом и буржуазией.

В результате потрясения мирового капитализма и под непосредственным влиянием Великой Октябрьской социалистической революции произошёл ряд революций и революционных выступлений как на континенте Европы, так и в колониальных и полуколониальных странах. Это мощное революционное движение, сочувствие и поддержка, которую оказывали Советской России трудящиеся массы всего мира, предопределили крах всех попыток мирового империализма задушить первую в «мире социалистическую республику. В 1920—1921 гг. главные капиталистические страны охватил глубокий экономический кризис.

Выбравшись из послевоенного экономического хаоса, капиталистический мир вступил с 1924 г. в период относительной стабилизации. Революционный подъём сменился временным отливом революции в ряде европейских стран. Это была временная, частичная стабилизация капитализма, достигнутая за счёт усиления эксплуатации трудящихся. Под флагом капиталистической «рационализации» была проведена жестокая интенсификация труда. Капиталистическая стабилизация неминуемо вела к обострению противоречий между рабочими и капиталистами, между империализмом и колониальными народами, между империалистами разных стран. Начавшийся в 1929 г. мировой экономический кризис положил конец капиталистической стабилизации.

В то же время народное хозяйство СССР развивалось неуклонно по восходящей линии, без кризисов и катастроф. Советский Союз являлся тогда единственной страной, не знавшей кризисов и других противоречий капитализма. Промышленность Советского Союза шла всё время вверх невиданными в истории темпами. В 1938 г. промышленная продукция СССР составляла 908,8% по сравнению с продукцией 1913 г., между тем как промышленная продукция США составляла лишь 120%, Англии — 113,3, Франции — 93,2%. Сопоставление хозяйственного развития СССР и капиталистических стран наглядно обнаруживает решающие преимущества социалистической системы хозяйства и обречённость капиталистической системы.

Опыт СССР показал, что трудящиеся могут с успехом управлять страной, строить и руководить хозяйством без буржуазии и против буржуазии. Каждый год мирного соревнования социализма с капитализмом подтачивает и ослабляет капитализм и усиливает социализм.

Возникновение первого в мире социалистического государства внесло новый момент в развитие революционной борьбы трудящихся. СССР представляет собой мощный центр притяжения, вокруг которого сплачивается единый фронт революционной и национально-освободительной борьбы народов против империализма. Международный империализм стремится задушить или, по крайней мере, ослабить социалистическое государство. Свои внутренние трудности и противоречия лагерь империализма пытается разрешить путём разжигания войны против СССР. В борьбе против происков империализма Советский Союз опирается на свою хозяйственную и военную мощь, на поддержку международного пролетариата.

Исторический опыт доказал, что в борьбе двух систем социалистической системе хозяйства обеспечена победа над капитализмом на почве мирного соревнования. Советское государство в своей внешней политике исходит из возможности мирного сосуществования двух систем — капитализма и социализма — и твёрдо придерживается политики мира между народами.

Кризис колониальной системы империализма. Составной частью общего кризиса капитализма является кризис колониальной системы империализма. Возникнув в период первой мировой войны, этот кризис расширяется и углубляется. Кризис колониальной системы империализма состоит в резком обострении противоречий между империалистическими державами, с одной стороны, колониями и зависимыми странами — с другой, в развитии национально-освободительной борьбы угнетённых народов этих стран, во главе которой становится промышленный пролетариат.

В период общего кризиса капитализма роль колоний как источника максимальных прибылей для монополий возрастает. Обострение борьбы между империалистами за рынки сбыта и сферы влияния, обострение внутренних трудностей и противоречий в странах капитализма ведут к усилению нажима империалистов на колонии, к росту эксплуатации народов колониальных и зависимых стран.

Первая мировая война, во время которой резко уменьшился вывоз промышленных товаров из метрополий, дала значительный толчок промышленному развитию колоний. В период между двумя войнами вследствие усиленного вывоза капитала в отсталые страны капитализм в колониях продолжал развиваться. В связи с этим в колониальных странах рос пролетариат.


Общее количество промышленных предприятий выросло в Индии с 2 874 в 1914 г. до 10 466 в 1939 г. В связи с этим увеличилась численность фабрично-заводских рабочих. Число рабочих индийской обрабатывающей промышленности составляло в 1914 г. 951 тысячу человек, а в 1939 г.— 1 751,1 тысячи человек. Общее же число рабочих в Индии, включая шахтёров, рабочих железнодорожного и водного транспорта, а также рабочих плантаций, составляло в 1939 г. около 5 миллионов человек. В Китае (без Маньчжурии) численность промышленных предприятий (имеющих не менее 30 рабочих) выросла с 200 в 1910 г. до 2 500 в 1937 г., а число занятых в них рабочих — со 150 тысяч человек в 1910 г. до 2 750 тысяч человек в 1937 г. С учётом более развитой в промышленном отношении Маньчжурии число рабочих в промышленности и на транспорте (не считая мелких предприятии) составляло в Китае накануне второй мировой войны около 4 миллионов человек. Значительно вырос промышленный пролетариат в Индонезии, Малайе, африканских и других колониях.

В период общего кризиса капитализма усиливается эксплуатация рабочего класса колоний. Комиссия, обследовавшая положение индийских рабочих в 1929—1931 гг., установила, что семья рядового рабочего имеет заработок, составляющий в расчёте на одного члена семьи лишь около половины стоимости содержания заключённого в бомбейских тюрьмах. Основная масса рабочих попадает в кабальную долговую зависимость к ростовщикам. Широкое распространение в колониях приобрёл принудительный труд, особенно в добывающей промышленности и сельском хозяйстве (на плантациях).


Рост в колониальных странах рабочего класса и усиление национально-освободительной борьбы народов этих стран в корне подрывают позиции империализма и означают новый этап в развитии национально-освободительного движения в колониях. Ленин учил, что после победы Великой Октябрьской социалистической революции, прорвавшей фронт мирового империализма, открылась новая эпоха колониальных революций. Если раньше национально-освободительная борьба завершалась утверждением власти буржуазии и тем самым расчищала путь для более свободного развития капитализма, то теперь, в эпоху общего кризиса капитализма, национально-колониальные революции, осуществляемые под руководством пролетариата, приводят к установлению народной власти, обеспечивающей развитие страны по пути к социализму, «минуя капиталистическую стадию развития.

Как указывалось, несмотря на некоторое развитие промышленности, империализм тормозит хозяйственное развитие колоний. В этих странах попрежнему не получает развития тяжёлая индустрия, и они остаются аграрно-сырьевыми придатками к метрополиям. Империализм консервирует имеющиеся в колониях остатки феодальных отношений, используя их для усиления эксплуатации угнетённых народов. Причём известное развитие капиталистических отношений в деревне, разрушающее натуральные формы хозяйства, лишь усиливает степень эксплуатации и пауперизацию крестьянства. Борьба против пережитков феодализма является основой буржуазно-демократической революции в колониальных странах. Буржуазно-демократическая революция в колониях направлена не только против феодального гнёта, но вместе с тем и против империализма. Нельзя ликвидировать феодальные пережитки в колониях без революционного свержения империалистического гнёта. Колониальная революция есть соединение двух потоков революционного движения — движения против феодальных пережитков и движения против империализма. В связи с этим крупнейшей силой колониальных революций является крестьянство, составляющее основную массу населения колоний.

Гегемоном (вождём) революции в колониях становится рабочий класс, являющийся последовательным борцом против империализма, способным сплотить многомиллионные массы крестьянства и довести до конца революцию. Союз рабочего класса и крестьянства под руководством рабочего класса является решающим условием успеха национально-освободительной борьбы угнетённых народов колониальных стран.

Некоторая часть местной буржуазии, так называемая компрадорская буржуазия, выполняющая роль посредника между иностранным капиталом и местным рынком, является прямой.

агентурой иностранного империализма. Что же касается национальной буржуазии в колониях, интересы которой ущемляются иностранным капиталом, то она на известной стадии революции может поддерживать борьбу против империализма. Однако национальная буржуазия в колониях слаба и непоследовательна в борьбе с империализмом.

Великая Октябрьская социалистическая революция развязала целый ряд мощных национально-освободительных движений — в Китае, Индонезии, Индии и других странах. Она открыла новую эпоху — эпоху колониальных революций, в которых руководство принадлежит пролетариату.


Обострение проблемы рынков, хроническая недогрузка предприятий и хроническая массовая безработица.


Неотъемлемой чертой общего кризиса капитализма является прогрессирующее обострение проблемы рынков и вытекающие отсюда хроническая недогрузка предприятий и хроническая массовая безработица.

Обострение проблемы рынков в период общего кризиса капитализма вызвано прежде всего выпадением отдельных стран из мировой системы империализма. Отпадение от капиталистической системы России с её огромными рынками сбыта и источниками сырья не могло не повлиять на экономическое положение капиталистического мира. Действие основного экономического закона современного капитализма неизбежно сопровождается растущим обнищанием трудящихся, жизненный уровень которых капиталисты держат в пределах крайнего минимума, что ведёт к обострению проблемы рынков. Обострение проблемы рынков вызывается также развитием в колониях и зависимых странах собственного капитализма, который с успехом конкурирует на рынках со старыми капиталистическими странами. Развитие национально- освободительной борьбы народов колониальных стран также осложняет положение империалистических государств на внешних рынках.

В итоге вместо растущего рынка, как это было ранее, в период между двумя мировыми войнами создалась относительная стабильность рынков при росте производственных возможностей капитализма. Это не могло не обострить до крайности все капиталистические противоречия. «Это противоречие между ростом производственных возможностей и относительной стабильностью рынков легло в основу того факта, что проблема рынков является теперь основной проблемой капитализма. Обострение проблемы рынков сбыта вообще, обострение проблемы внешних рынков в особенности, обострение проблемы рынков для вывоза капитала в частности — таково нынешнее состояние капитализма.

Этим, собственно, и объясняется, что недогрузка заводов и фабрик становится обычным явлением»[84].

Ранее массовая недогрузка фабрик и заводов имела место лишь во время экономических кризисов. Для периода общего кризиса капитализма характерна хроническая недогрузка предприятий.


Так, в период подъёма 1925—1929 гг. производственная мощность обрабатывающей промышленности США использовалась лишь на 80%. В 1930— 1934 гг. использование производственной мощности обрабатывающей промышленности снизилось до 60%. При этом необходимо учесть, что буржуазная статистика США при исчислении производственной мощности обрабатывающей промышленности не учитывала длительно бездействующих предприятий и принимала в качестве условия работу предприятий в одну смену.


В тесной связи с хронической недогрузкой предприятий находится хроническая массовая безработица. До первой мировой войны резервная армия труда росла в годы кризисов, а в периоды подъёма сокращалась до сравнительно небольших размеров. В период общего кризиса капитализма безработица приобретает огромные размеры и сохраняется на высоком уровне и в годы оживления и подъёма. Резервная армия труда превратилась в постоянную многомиллионную армию безработных.


В момент наивысшего подъёма промышленности между двумя мировыми войнами —в 1929 г. — численность полностью безработных составляла в США около 2 миллионов человек, а в последующие годы вплоть до второй мировой войны не опускалась ниже 8 миллионов человек. В Англии число полностью безработных среди застрахованных не опускалось за период с 1922 по 1938 г. ниже 1,2 миллиона человек в год. Миллионы рабочих пробавлялись случайной работой, страдали от частичной безработицы.


Хроническая массовая безработица резко ухудшает положение рабочего класса. Основной формой безработицы становится застойная безработица. Наличие хронической массовой безработицы даёт возможность капиталистам в огромной степени усиливать интенсивность труда на предприятиях, выбрасывать за ворота уже истощённых чрезмерным трудом рабочих и набирать новых, более сильных и здоровых. В связи с этим сильно сокращаются «рабочий возраст» трудящегося и длительность его работы на предприятии. Возрастает неуверенность занятых рабочих в завтрашнем дне. Капиталисты используют хроническую массовую безработицу для резкого снижения заработной платы занятых рабочих. Доходы рабочей семьи снижаются также в связи с уменьшением числа работающих членов семьи.


В США, по данным буржуазной статистики, рост безработицы с 1920 по 1933 г. сопровождался падением среднегодовой заработной платы рабочих, занятых в промышленности, строительстве и железнодорожном транспорте, с 1 483 долларов в 1920 г. до 915 долларов в 1933 г., то есть на 38,3%. Безработные члены семьи вынуждены поддерживать своё существование за счёт скудной заработной платы работающих членов семьи. Если весь фонд заработной платы отнести не только к занятым, но ко всем рабочим, как работающим, так и безработным, то окажется, что заработок, приходящийся на одного рабочего (включая и безработных), понизился в связи с ростом безработицы с 1 332 долларов в 1920 г. до 497 долларов в 1933 г., то есть на 62,7%.


Хроническая массовая безработица оказывает серьёзное влияние и на положение крестьянства. Во-первых, она сужает внутренний рынок и уменьшает спрос городского населения на продукцию сельского хозяйства. Это приводит к углублению аграрных кризисов. Во-вторых, она ухудшает положение на рынке труда и затрудняет вовлечение в промышленное производство разоряющихся и бегущих в города в поисках работы крестьян. В результате этого возрастает аграрное перенаселение и пауперизация крестьянства. Хроническая массовая безработица, как и хроническая недогрузка предприятий, есть свидетельство прогрессирующего загнивания капитализма, его неспособности использовать производительные силы общества.

Усиление эксплуатации рабочего класса и резкое снижение его жизненного уровня в период общего кризиса капитализма ведут к дальнейшему обострению противоречий между трудом и капиталом.


Углубление кризисов перепроизводства и изменения в капиталистическом цикле.


Сужение рынков сбыта и развитие массовой хронической безработицы, происходящие одновременно с ростом производственных возможностей, чрезвычайно обостряют противоречия капитализма и приводят к углублению кризисов перепроизводства, к существенным изменениям в капиталистическом цикле.

Эти изменения сводятся к следующему: сокращается длительность цикла, в результате чего кризисы учащаются; возрастает глубина и острота кризисов, что находит своё выражение в усилении падения производства, в росте безработицы и т. д.; затрудняется выход из кризиса, в связи с чем увеличивается продолжительность фазы кризиса, удлиняется фаза депрессии, а подъём становится всё менее устойчивым и всё менее продолжительным.

До первой мировой войны экономические кризисы происходили обычно через каждые 10—12 и лишь иногда через 8 лет. В период (между двумя мировыми войнами — с 1920 по 1938 г., то есть за 18 лет, было три экономических кризиса: в 1920 —1921 гг., в 1929—1933 гг., в 1937—1938 гг.

Глубина падения производства увеличивается от кризиса к кризису. Продукция обрабатывающей промышленности США упала во время кризиса 1907—1908 гг. (от высшей точки перед кризисом к низшей точке кризиса) на 16,4%, во время кризиса 1920—1921 гг.—на 23, а во время кризиса 1929—1933 гг. — на 47,1%.

Экономический кризис 1929—1933 гг. был самым глубоким кризисом перепроизводства. В этом сказалось влияние общего кризиса капитализма. «Нынешний кризис, — говорил Э. Тельман,— имеет характер циклического кризиса в рамках всеобщего кризиса капиталистической системы в эпоху монополистического капитализма. Здесь мы должны понять диалектическое взаимодействие между всеобщим кризисом и периодическим кризисом.

С одной стороны, периодический кризис приобретает резкие небывалые формы, так как он протекает на почве всеобщего кризиса капитализма и определяется условиями монополистического капитализма. С другой стороны, разрушения, вызываемые периодическим кризисом, опять-таки углубляют, ускоряют всеобщий кризис капиталистической системы»[85].

Экономический кризис 1929—1933 гг. охватил все без исключения страны капиталистического мира. Вследствие этого оказалось невозможным маневрирование одних стран за счёт других. С наибольшей силой кризис поразил крупнейшую страну современного капитализма — Соединённые Штаты Америки. Промышленный кризис в главных капиталистических странах переплёлся с сельскохозяйственным кризисом в аграрных странах, что привело к углублению экономического кризиса в делом. Кризис 1929— 1933 гг. оказался самым глубоким и острым из всех экономических кризисов в истории капитализма. Промышленное производство во всём капиталистическом мире упало на 36%, а в отдельных странах — ещё более. Оборот мировой торговли сократился до одной трети. Финансы капиталистических стран пришли в полное расстройство.

В условиях хронической массовой безработицы экономические кризисы приводят к огромному возрастанию численности безработных.


Процент полностью безработных в момент наибольшего падения производства, по официальным данным, составлял в 1932 г. в США 32%, в Англии— 22%. В Германии процент полностью безработных среди членов профсоюзов в 1932 г. достиг 43,8% и частично безработных — 22,6%. В абсолютных цифрах число полностью безработных в 1932 г. составляло: в США, по официальным данным,— 13,2 миллиона человек, в Германии — 5,5 миллиона человек, в Англии — 2,8 миллиона человек. Во всём капиталистическом мире в 1933 г. насчитывалось 30 миллионов человек полностью безработных. Огромных размеров достигло число полубезработных. Так, в США число полубезработных составило в феврале 1932 г. 11 миллионов человек.


Хроническая недогрузка фабрик и заводов и крайнее обнищание масс затрудняют выход из кризиса. Хроническая недогрузка предприятий ограничивает рамки обновления и расширения основного капитала и препятствует переходу от депрессии к оживлению и подъёму. В том же направлении действуют хроническая массовая безработица и политика высоких монопольных цен, ограничивающие расширение сбыта предметов потребления. В связи с этим удлиняется фаза кризиса. Если раньше кризисы изживались в один-два года, то кризис 1929—1933 гг. продолжался свыше четырёх лет.

Оживление и подъём, наступившие после кризиса 1920— 1921 гг., происходили весьма неравномерно и не раз прерывались частичными кризисами. В США частичные кризисы перепроизводства имели место в 1924 и 1927 гг. В Англии и Германии значительное падение производства произошло в 1926 г. После же кризиса 1929—1933 гг. наступила не обычная депрессия, а депрессия особого рода, которая не вела к новому подъёму и расцвету промышленности, хотя и не возвращала её к точке наибольшего упадка. После депрессии особого рода наступило некоторое оживление, которое не привело, однако, к расцвету на новой, более высокой основе. Мировая капиталистическая промышленность поднялась к середине 1937 г. лишь до 95—96% от уровня 1929 г., после чего начался новый экономический кризис, который возник в США, а затем распространился на Англию, Францию и ряд других стран.


Объём промышленной продукции в 1938 г. по сравнению с уровнем 1929 г. снизился в США до 72%, во Франции — до 70%. Общий объём промышленного производства в капиталистическом мире в 1938 г. был на 10,3% ниже, чем в 1937 г.


Кризис 1937—1938 гг. отличался от кризиса 1929—1933 гг. прежде всего тем, что он возник не после фазы процветания промышленности, как это имело место в 1929 г., а после депрессии особого рода и некоторого оживления. Далее, этот кризис начался в период, когда Япония развязала войну в Китае, а Германия и Италия перевели своё хозяйство на рельсы военной экономики, когда все остальные капиталистические страны стали перестраиваться на военный лад. Это означало, что у капитализма было гораздо меньше ресурсов для нормального выхода из этого кризиса, чем в период кризиса 1929—1933 гг.

В условиях общего кризиса капитализма учащаются и углубляются аграрные кризисы. Вслед за аграрным кризисом первой половины 20-х годов в 1928 г. начался новый глубокий аграрный кризис, длившийся вплоть до второй мировой войны. Относительное перепроизводство сельскохозяйственных продуктов вызвало сильное падение цен, что ухудшило положение крестьянства.

В США в 1921 г. индекс иен, получаемых фермерами, снизился до 58,5% от уровня 1920 г., а в 1932 г. — до 43,6% от уровня 1928 г. В связи с этим резко снизился уровень сельскохозяйственного производства и упали доходы крестьян. Продукция полеводства в США снизилась в 1934 г. до 67,9% от уровня 1928 г. и до 70,6% от уровня 1920 г.

Разорение и пауперизация основных масс крестьянства вызывают рост революционных настроений среди них и толкают крестьянство на путь борьбы против капитализма под руководством рабочего класса.

Большое влияние на ход капиталистического воспроизводства и капиталистический цикл в условиях общего кризиса капитализма оказывают гонка вооружений и мировые войны, используемые монополиями для обеспечения максимальных прибылей. На первых порах военно-инфляционные факторы могут привести к временному оживлению конъюнктуры. Подготовка к войне может замедлить вступление капиталистической страны в экономический кризис. Но войны и милитаризация хозяйства не могут спасти капиталистическую экономику от кризисов. Более того, они являются важнейшим фактором, углубляющим и обостряющим экономические кризисы. Мировые войны приводят к огромному разрушению производительных сил и общественного богатства: фабрик и заводов, запасов материальных ценностей, человеческих жизней. Войны, усиливая обнищание трудящихся, неравномерность и диспропорциональность развития капиталистической экономики, подготовляют условия для новых, более глубоких кризисов перепроизводства.

Точно так же гонка вооружений и подготовка к войне, временно оттягивая наступление кризиса, создают условия для наступления кризиса в ещё более острой форме. Милитаризация хозяйства означает расширение производства вооружения и снаряжения для армии за счёт сужения производства средств производства и предметов потребления, непомерное увеличение налогов и рост дороговизны, что неизбежно приводит к резкому сокращению потребления населения и подготовляет наступление нового экономического кризиса.

Усиление загнивания в период общего кризиса капитализма сказывается в общем снижении темпов производства. Среднегодовые темпы роста промышленного производства капиталистического мира составили: за период с 1890 по 1913 г.— 3,7%, за период с 1913 по 1929 г. — 2,4%, а за период с 1929 по 1938 г. производство не выросло, а снизилось.

В период общего кризиса капитализма монополистическая буржуазия, стремясь задержать крах капиталистической системы и сохранить своё господство, ведёт бешеное наступление на жизненный уровень трудящихся, насаждает полицейские методы управления. Во всех главных капиталистических странах усиливается развитие государственно-монополистического капитализма.

Будучи уже не в силах властвовать старыми методами парламентаризма и буржуазной демократии, буржуазия в ряде стран — Италии, Германии, Японии и некоторых других — установила фашистские режимы. Фашизм есть открытая террористическая диктатура наиболее реакционных и агрессивных групп финансового капитала. Фашизм ставит целью внутри страны разгромить организации рабочего класса и подавить все прогрессивные силы, а вовне — подготовить и развернуть захватническую войну за мировое господство. Этих целей фашизм добивается методами террора и социальной демагогии.

Таким образом, мировой экономический кризис 1929—1933 гг. и кризис 1937—1938 гг. привели к особо резкому обострению противоречий как внутри капиталистических стран, так и между ними. Выход из этих противоречий империалистические государства искали на пути подготовки войны за новый передел мира.


Краткие выводы


1. Общий кризис капитализма есть всесторонний кризис мировой капиталистической системы в целом. Он охватывает как экономику, так и политику. В его основе лежит всё более усиливающееся разложение мировой экономической системы капитализма, с одной стороны, и растущая экономическая мощь отпавших от капитализма стран, с другой стороны.

2. Общий кризис капитализма охватывает целый исторический период, содержанием которого является крушение капитализма и победа социализма во всемирном масштабе. Общий кризис капитализма начался в период первой мировой войны и особенно в результате отпадения Советского Союза от капиталистической системы.

3. Великая Октябрьская социалистическая революция означала коренной поворот во всемирной истории человечества от старого, капиталистического, к новому, социалистическому, миру. Раскол мира на две системы — систему капитализма и систему социализма — и борьба между ними есть основной признак общего кризиса капитализма. С расколом мира на две системы определились две линии экономического развития: в то время как капиталистическая система всё более запутывается в неразрешимых противоречиях, социалистическая система развивается неуклонно по восходящей линии, без кризисов и катастроф.

4. Составной частью общего кризиса капитализма является кризис колониальной системы империализма. Этот кризис заключается в развитии национально-освободительной борьбы, расшатывающей устои империализма в колониях. Во главе национально-освободительной борьбы угнетённых народов встаёт рабочий класс. Великая Октябрьская социалистическая революция развязала революционную активность угнетённых народов и открыла эпоху колониальных революций, возглавляемых пролетариатом.

5. В условиях общего кризиса капитализма в результате отпадения от системы империализма отдельных стран, усиления обнищания трудящихся, а также вследствие развития капитализма в колониях происходит обострение проблемы рынка. Характерной чертой общего кризиса капитализма является хроническая недогрузка предприятий и хроническая массовая безработица. Под влиянием обострения проблемы рынка, хронической недогрузки предприятий и хронической массовой безработицы происходят углубление экономических кризисов и существенные вменения в капиталистическом цикле.


ГЛАВА XXI УГЛУБЛЕНИЕ ОБЩЕГО КРИЗИСА КАПИТАЛИЗМА ПОСЛЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ


Вторая мировая война и второй этап общего кризиса капитализма.


Ленин научно предвидел, что за первой мировой войной последуют другие войны, вызванные империалистическими противоречиями. «Все видят,— говорил он после окончания войны 1914—1918 гг.,— что новая такая же война неизбежна, если у власти останутся империалисты и буржуазия»[86].

Распределение сфер влияния «между империалистическими странами, сложившееся в итоге первой мировой войны, оказалось ещё более непрочным, чем то, которое существовало до этой войны. Роль Англии и Франции в мировом промышленном производстве значительно снизилась, их позиции на мировом капиталистическом рынке ухудшились. Американские монополии, сильно разбогатевшие во время войны, расширили свои производственные мощности и вышли на первое место в капиталистическом мире по вывозу капитала. Германия, потерпевшая поражение в первой мировой войне, быстро восстановила свою тяжёлую индустрию с помощью американских, а также английских займов и стала требовать передела сфер влияния. Япония вступила на путь агрессии против Китая. Италия заявила претензию на ряд чужих колониальных владений.

Таким образом, действие закона неравномерности развития капиталистических стран в период после первой мировой войны привело к новому резкому нарушению равновесия внутри мировой системы капитализма. Вновь произошёл раскол капиталистического мира на два враждебных лагеря, приведший ко второй мировой войне.

Вторая мировая война, подготовленная силами международной империалистической реакции, была развязана блоком фашистских государств — Германией, Японией и Италией. Правящие круги США, Англии и Франции, стремясь направить агрессию германского фашизма и японского империализма против Советского Союза, всячески потворствовали агрессорам и всемерно поощряли их к развязыванию войны. Эта война была захватнической и грабительской войной со стороны Германии и её союзников по разбою. Она была справедливой, освободительной войной со стороны Советского Союза и других народов, оказавшихся жертвами фашистского нападения.


По размаху военных действий, численности вооружённых сил и объёму применения военной техники, по количеству человеческих жертв и масштабам уничтожения материальных ценностей вторая мировая война далеко превзошла первую. Многие страны Европы и Азии понесли гигантские людские потери и небывалый материальный ущерб.

Прямые военные расходы государств, участвовавших в войне, достигли примерно тысячи миллиардов долларов, причём сюда не входит ущерб от разрушений, причинённых военными действиями. Экономике и культуре многих народов Европы и Азии был нанесён огромный урон разбойничьим хозяйничанием немецко-фашистских и японских оккупантов.

Война привела к дальнейшему развитию государственно-монополистического капитализма. Вызванные войной мероприятия буржуазных государств, всецело подчинённых монополиям, были направлены на обеспечение монопольно высоких, максимальных прибылей магнатам финансового капитала. Этой цели служили такие меры, как предоставление крупнейшим монополиям миллиардных военных заказов на чрезвычайно выгодных условиях, передача монополиям за бесценок государственных предприятий, распределение дефицитного сырья и рабочей силы в интересах ведущих компаний, принудительное закрытие сотен и тысяч мелких и средних предприятий или подчинение их немногим военно-промышленным фирмам.

Военные расходы воюющих капиталистических держав покрывались па счёт налогов, займов и выпуска бумажных денег. В 1943—1944 гг. в главнейших капиталистических странах (США, Англия, Германия) налоги поглощали примерно 35% национального дохода. Инфляция вызвала огромный рост цен. Удлинение рабочего дня, милитаризация труда, увеличение налогового бремени и дороговизны жизни, резкое падение уровня потребления —- всё это означало ещё большее усиление эксплуатации рабочего класса и основных масс крестьянства.

Монополии наживали во время войны баснословные прибыли. Даже по преуменьшенным официальным данным, прибыли американских монополий выросли с 3,3 миллиарда долларов в 1938 г. до 17,2 миллиарда в 1941 г., 21,1 миллиарда в 1942 г., 25,1 миллиарда в 1943 г. и 24,3 миллиарда долларов в 1944 г. Огромные прибыли получили в годы войны монополии Англии, Франции, фашистской Германии, Италии, Японии.

Во время войны и в послевоенный период ещё больше возросло экономическое и политическое всевластие монополий, их гнёт в капиталистических странах. Особенно расширились масштабы операций американских монополий — таких, как Стальной трест, химический концерн Дюпонов, автомобильные фирмы «Дженерал моторе» и «Крайслер», электротехническая монополия «Дженерал электрик» и другие. Концерн «Дженерал моторс», например, имеет в настоящее время 102 завода в США и 33 завода в 20 других странах; на этих предприятиях занято около полумиллиона рабочих.


Вторая мировая война закончилась полным разгромом фашистских государств вооружёнными силами стран антигитлеровской коалиции. Решающую роль в этом разгроме сыграл Советский Союз, который спас от фашистских поработителей цивилизацию, свободу, независимость и самое существование народов Европы. Великая Отечественная война Советского Союза показала силу и мощь первой в мире социалистической державы, огромные преимущества социалистического общественного и государственного строя.

Война привела к дальнейшему ослаблению мировой капиталистической системы. Каждая из двух капиталистических коалиций, схватившихся друг с другом во время войны, надеялась разбить противника и добиться мирового господства. В этом они искали выход из общего кризиса. Обе капиталистические группировки рассчитывали на гибель или значительное ослабление Советского Союза в ходе войны, на удушение рабочего движения в метрополиях и национально-освободительного движения в колониях. Соединённые Штаты стремились вывести из строя своих наиболее опасных конкурентов — Германию и Японию, захватить мировые рынки сбыта и источники сырья и завоевать мировое господство.

Благодаря героической борьбе советского народа, экономической и военной мощи СССР, благодаря подъёму антиимпериалистического национально-освободительного движения в Европе и Азии расчёты империалистов провалились. Вместо уничтожения или ослабления Советского Союза война привела к его усилению и росту его международного авторитета. Вместо ослабления и разгрома революционного движения война привела к отпадению новых стран от капиталистической системы. Поражение фашистских агрессоров развязало силы народно-освободительного движения в Европе и Азии. «В создавшихся новых условиях, особенно ввиду решающей роли в этой войне Советского Союза, стал возможен происшедший в послевоенный период поворот целого ряда стран с капиталистического пути развития на новый путь, на путь создания и развития народно-демократических государств. Тем самым было положено начало новому этапу в развитии международного социализма»[87].

Народы ряда стран Центральной и Юго-Восточной Европы — Польши, Чехословакии, Румынии, Венгрии, Болгарии, Албании — сбросили ярмо реакционных режимов, создали народно-демократические республики, осуществили коренные социально-экономические преобразования и вступили на путь строительства социализма. Серьёзным поражением мирового империализма и выдающимся успехом лагеря мира и демократии явилось образование Германской Демократической Республики, представляющей собой оплот демократических сил немецкого народа в борьбе за создание единой, демократической и миролюбивой Германии.

Вместо дальнейшего закабаления народов колоний и зависимых стран произошёл новый мощный подъём национально-освободительной борьбы в этих странах. Историческая победа великого китайского народа вырвала из-под власти империализма огромную страну с населением в 600 миллионов человек. В результате отпадения от капитализма ряда стран Европы и Азии теперь уже более трети человечества освобождено от капиталистического ига.

Всё это привело к дальнейшему изменению соотношения сил между социализмом и капитализмом — в пользу социализма, в ущерб капитализму. Теперь дело социального прогресса, мира и демократии вместе с Советским Союзом отстаивают европейские страны народной демократии, Китайская Народная Республика,

Германская Демократическая Республика. Кроме того, активную борьбу против империализма, за социальное и национальное освобождение ведут многие миллионы людей в странах капитализма и в колониальных странах, ещё подвластных капиталу.

В период второй мировой войны, особенно после отпадения от капиталистической системы народно-демократических стран в Европе и в Азии, развернулся второй этап общего кризиса капитализма, характеризующийся дальнейшим углублением и обострением этого кризиса.


Образование двух лагерей на международной арене и распад единого мирового рынка.


Страны Европы и Азии, отпавшие от капиталистической системы после второй мировой войны, образовали вместе с Советским Союзом единый и мощный социалистический лагерь, противостоящий лагерю капитализма. Два лагеря — социалистический во главе с СССР и капиталистический во главе с США — воплощают в себе две линии экономического развития. Одна линия — это линия роста экономической мощи, непрерывного подъёма мирной экономики и неуклонного повышения благосостояния трудящихся масс Советского Союза и стран народной демократии. Другая линия — это линия экономики капитализма, производительные силы которого топчутся на месте, это линия милитаризации хозяйства, снижения жизненного уровня трудящихся в условиях всё углубляющегося общего кризиса мировой капиталистической системы.

Два лагеря — социалистический и капиталистический — воплощают два противоположных курса международной политики. Правящие круги США и других империалистических государств идут по пути подготовки повой мировой войны и фашизации внутренней жизни своих стран. Социалистический лагерь ведёт борьбу против угрозы новых войн и империалистической экспансии, за искоренение фашизма, за укрепление мира и демократии.

Вторая мировая война и образование двух лагерей на международной арене имели своим наиболее важным экономическим последствием распад единого всеохватывающего мирового рынка. «Экономическим результатом существования двух противоположных лагерей явилось то, что единый всеохватывающий мировой рынок распался, в результате чего мы имеем теперь два параллельных мировых рынка, тоже противостоящих друг другу»[88]. Это определило дальнейшее углубление общего кризиса капитализма.

За послевоенный период страны социалистического лагеря экономически сомкнулись и наладили тесное хозяйственное сотрудничество и взаимопомощь. Хозяйственное сотрудничество стран социалистического лагеря основано на искреннем желании помочь друг другу и добиться общего экономического подъёма. Главные капиталистические страны — США, Англия и Франция — пытались подвергнуть экономической блокаде Советский.

Союз, Китай и европейские страны народной демократии в расчёте на удушение этих стран. Но этим они содействовали, помимо своей воли, образованию и укреплению нового, параллельного (мирового рынка. Благодаря бескризисному развитию экономики стран социалистического лагеря новый мировой рынок не знает трудностей сбыта, его ёмкость непрерывно растёт.

В результате распада единого мирового рынка пришёл конец относительной стабильности рынков, существовавшей на первом этапе общего кризиса капитализма. Для второго этапа общего кризиса капитализма характерно сокращение ёмкости мирового капиталистического рынка. Это означает, что сфера приложения сил главных капиталистических стран (США, Англия, Франция) к мировым ресурсам неизбежно сокращается и условия мирового рынка сбыта для этих стран ухудшаются. Хроническая недогрузка предприятий в капиталистических странах в послевоенное время возросла. Это в особенности относится к США, несмотря на то, что после окончания второй мировой войны огромные производственные мощности в различных отраслях промышленности США были частично законсервированы и частично уничтожены.

Сужение сферы приложения сил главных капиталистических стран к мировым ресурсам вызывает усиление борьбы между странами империалистического лагеря за рынки сбыта, за источники сырья, за сферы приложения капитала. Трудности, возникшие вследствие потери огромных рынков, империалисты, и прежде всего американские, пытаются перекрыть усиленной экспансией за счёт своих конкурентов, актами агрессии, гонкой вооружений, милитаризацией экономики. Но все эти меры ведут к ещё большему углублению противоречий капитализма.


Обострение кризиса колониальной системы империализма.


Второй этап общего кризиса капитализма характеризуется резким обострением кризиса колониальной системы. Империалистические державы стремятся переложить на народы зависимых стран тяготы, вызванные войной и её последствиями. Жизненный уровень трудящегося населения колониального мира катастрофически снижается. Всё это усиливает противоречия между колониями и метрополиями. В колонии и сферы влияния западноевропейских стран под флагом «помощи» слабо развитым странам систематически проникают и внедряются американские монополии, что приводит к ещё большему ограблению порабощённых народов и к углублению противоречий между империалистическими державами. Вместе с тем вызванное войной развитие промышленности в ряде колониальных и полуколониальных стран способствовало росту пролетариата, который всё активнее выступает против империализма.

Под влиянием этих условий усилилась национально-освободительная борьба народов колониального мира. Разгром вооружённых сил германского и японского империализма создал новую, благоприятную обстановку для успеха этой борьбы.

В результате второй мировой войны и нового подъёма национально-освободительной борьбы в колониальных и зависимых странах фактически происходит распад колониальной системы империализма. Этот распад характеризуется прежде всего прорывом фронта империализма в ряде колониальных стран и отпадением этих стран от мировой системы империализма. Сфера колониальной эксплуатации всё более суживается.

Крупнейшие исторические изменения произошли в Азии и в бассейне Тихого океана — районе земного шара, где живёт свыше миллиарда человек. Среди этих изменений первое место занимает победа великого китайского народа, возглавляемого Китайской коммунистической партией, над объединёнными силами американского, японского империализма и внутренней феодальной реакцией. Победа народной революции в Китае ликвидировала господство феодальных эксплуататоров и иностранных империалистов в самой крупной полуколониальной стране мира. Образование Китайской Народной Республики явилось сильнейшим ударом по всей системе империализма после Великой Октябрьской социалистической революции в России и победы Советского Союза во второй мировой войне. Народные республики возникли в Корее и Индо-Китае.

Борьба империалистических держав за господство в Китае создавала особую напряжённость международных отношений в Азии и в бассейне Тихого океана. Ныне Китай стал самостоятельной великой державой, обладающей полным национальным суверенитетом и проводящей независимую политику на международной арене. Китайская Народная Республика, связанная тесными узами дружбы и сотрудничества с Советским Союзом и всеми другими странами социалистического лагеря, выступает как могучий фактор мира и демократии на Дальнем Востоке и во всём мире.

Существенные изменения произошли и в других странах Азии и бассейна Тихого океана. Под напором национально-освободительного движения в Индии, население которой превышает 440 миллионов человек, английский империализм вынужден был убрать из этой страны свою колониальную администрацию. Индия была разделена на два доминиона — Индию и Пакистан, причём власть перешла в руки местных господствующих классов; британская колония Цейлон была также переведена на положение доминиона. В аналогичных условиях Голландии пришлось признать самостоятельность её бывшей колонии Индонезии, а Англии — Бирмы. Таким образом, Индия, Индонезия и некоторые другие страны встали на путь самостоятельного суверенного развития. Английский империализм стремится сохранить своё экономическое господство над Индией, Пакистаном, Цейлоном, Бирмой. Вместе с тем в эти страны стараются внедриться американские монополии. Однако политика империалистических держав встречает растущее сопротивление со стороны народов этих стран, ведущих борьбу за национальную свободу и независимость. В ряде порабощённых стран развитие народно-освободительного движения привело к длительной вооружённой борьбе народных масс против колонизаторов (Малайя, Филиппины).

К национально-освободительной борьбе приобщились народы Африки (Мадагаскар, Золотой Берег, Кения, Южно-Африканский Союз), наиболее задавленные империалистическим гнётом. Растёт сопротивление империалистам в странах Ближнего и Среднего Востока (Иран, Египет) и Северной Африки (Тунис, Марокко). В странах Латинской Америки неуклонно возрастает сопротивление экономическому хозяйничанию и политическому гнёту финансовой олигархии Соединённых Штатов.

В своём стремлении задержать рост национально-освободительного движения империалистические державы дополняют методы насилия методами обмана, провозглашая фиктивную «независимость» некоторых колоний, при сохранении своего полного фактического господства в этих странах. Опорой империалистов при проведении этих манёвров служат силы феодальной реакции (крупные помещики и другие феодалы) и антинациональные слои крупной буржуазии колониальных стран, сросшиеся с иностранным капиталом.

Будучи оплотом реакции и агрессии во всём мире, американский империализм возглавляет империалистические державы в их попытках разгрома национально-освободительных движений угнетённых народов как методами обмана, так и силой оружия.

Реакционные попытки империалистов сорвать великий процесс национального и социального возрождения народов Азии на антиимпериалистических и антифеодальных началах неизменно терпят крах. Провал американской вооружённой интервенции в Корее, крушение замыслов французского и американского империализма в Индо-Китае наглядно показали, что безвозвратно прошли те времена, когда империалисты могли силой оружия навязывать свою волю народам Азии и подавлять всякое их стремление к свободе и независимости.

Национально-освободительное движение угнетённых народов приобрело ряд новых отличительных черт. В большинстве колониальных стран возросла и укрепилась руководящая роль пролетариата и коммунистических партий. Это является решающим условием успеха борьбы порабощённых народов, направленной на изгнание империалистов и на проведение демократических преобразований. Под руководством рабочего класса создаётся единый национальный демократический фронт, крепнет союз рабочего класса с крестьянством в антиимпериалистической и антифеодальной борьбе.

Начавшийся распад колониальной системы империализма ещё более усиливает экономические и политические трудности капиталистических стран, расшатывает основы капитализма в целом.


Усиление неравномерности развития капитализма. Экспансия американского империализма.


Будучи порождением неравномерности развития капиталистических стран, вторая мировая война привела к дальнейшему обострению этой неравномерности. Три империалистические державы — Германия, Япония и Италия — потерпели военный разгром. Большой ущерб понесла Франция, весьма серьёзно была ослаблена Англия. В то же время монополии США, нажившись на войне, укрепили свои позиции в капиталистическом мире. После разгрома фашистских агрессоров во второй мировой войне центр мировой реакции и агрессии переместился в Соединённые Штаты Америки.

Используя ослабление своих конкурентов, американские монополии в погоне за максимальными прибылями в послевоенный период захватили значительную долю мирового капиталистического рынка.


Уже к концу 1949 г. американские капиталовложения за границей превысили сумму зарубежных капиталовложений всех остальных капиталистических государств, вместе взятых. Общая сумма американских капиталов, вложенных за границей, возросла с 11,4 миллиарда долларов в конце 1939 г. до 39,5 миллиарда долларов в конце 1953 г. Общая сумма английских капиталов, вложенных за границей, уменьшилась с 3,5 миллиарда фунтов стерлингов в 1938 г. до 2 миллиардов фунтов стерлингов в 1951 г. США сосредоточили у себя подавляющую часть золотых запасов капиталистических стран и стали главным кредитором этих стран.

Американская экспансия выступала на первых порах под флагом «помощи послевоенному восстановлению Европы». «План Маршалла», действовавший в 1948—1952 гг., имел целью закабалить западноевропейские страны и удушить их промышленность, превратить эти страны в рынки сбыта залежалых американских товаров, ликвидировать национальный суверенитет этих стран, вовлечь их в орбиту агрессивной американской политики, форсировать милитаризацию их экономики. «План Маршалла» послужил основой для Североатлантического пакта — агрессивного союза, созданного в 1949 г. американским империализмом при активной поддержке правящих кругов Англии с целью установления своего мирового господства. После окончания срока действия «плана Маршалла» он был заменён программой «обеспечения взаимной безопасности», по которой американская «помощь» даётся только для гонки вооружений, для подготовки новой войны. Тем самым американский империализм окончательно сбросил с себя маску «восстановителя» экономики капиталистических стран.


Расчёты американской финансовой олигархии на установление своего господства на мировом капиталистическом рынке потерпели провал. Соединённым Штатам пришлось столкнуться на сузившемся мировом капиталистическом рынке с возросшей конкуренцией со стороны западноевропейских стран, в первую очередь Англии. Борьба за рынки сбыта ещё более обострилась вследствие того, что спустя 5—6 лет после окончания войны в эту борьбу вновь включились монополии Западной Германии и Японии. Свои потери от сужения мирового капиталистического рынка империалисты США стремятся возместить безудержной экономической и политической экспансией, полным или частичным подчинением себе других капиталистических стран, фактическим уничтожением их национальной независимости.


За время войны американский экспорт сильно вырос за счёт резкого падения экспорта европейских стран и прежде всего Англии. В 1945 г. удельный вес экспорта США в общем экспорте капиталистических стран составлял 40,1% против 12,6% в 1937 г., в то время как удельный вес Англии понизился с 9,9% в 1937 г. до 7,4% в 1945 г. Однако после окончания войны в результате обострения борьбы на мировом рынке и роста экспорта европейских стран удельный вес США в экспорте капиталистических стран упал и составил в 1953 г. 21,1%, а удельный вес Англии составил в том же году 10,1%.


Американские монополии стремятся всемерно увеличивать вывоз товаров в другие страны капиталистического лагеря, используя для этой цели как кабальные условия займов, предоставляемых этим странам, так и неприкрытый демпинг. В то же время США всячески ограждают свой внутренний рынок от ввоза иностранных товаров, устанавливая чрезвычайно высокие таможенные пошлины на эти товары. Такой односторонний характер американской внешней торговли порождает в других капиталистических странах хронический долларовый дефицит, то есть нехватку долларов для оплаты товаров, ввозимых из Соединённых Штатов.

Экономическая экспансия Соединённых Штатов ведёт к разрыву исторически сложившихся многосторонних экономических связей «между странами. Американский империализм лишает Западную Европу возможности получать продовольствие и сырьё из стран Восточной Европы, поставлявших эти товары в обмен на западноевропейскую промышленную продукцию. Одним из факторов обострения послевоенных трудностей капиталистической экономики является то обстоятельство, что империалисты сами закрыли себе доступ на мировой рынок демократического лагеря, сведя почти на нет торговлю с Советским Союзом, Китайской Народной Республикой, европейскими странами народной демократии.


В годы после второй мировой войны (1946—1953) вывоз США составлял в среднем 13,3 миллиарда долларов в год, а ввоз — лишь 8,2 миллиарда; США ввозили из стран Западной Европы в среднем на 1,3 миллиарда долларов товаров в год, а вывозили в эти страны товаров на сумму около 4 миллиардов. За восемь лет разрыв между вывозом США в страны Западной Европы и ввозом из этих стран в США составил 21,6 миллиарда долларов.

Товарооборот США со странами, ныне входящими в демократический лагерь, сократился в 1951 г. по сравнению с 1937 г. в 10 раз, товарооборот Англии с этими странами - в б раз, Франции — более чем в 4 раза.


Американский империализм выступает как международный эксплуататор и поработитель народов, как сила, дезорганизующая экономику остальных капиталистических стран. Экспансия американских монополий наносит чувствительные удары интересам монополий Англии и Франции. Американские монополии под видом «помощи», путём предоставления кредитов внедряются в экономику этих стран, стремясь превратить её в придаток экономики США, захватывают важные позиции в английских и французских колониях. Англия и Франция, являющиеся империалистическими странами, для которых дешёвое сырьё и обеспеченные рынки сбыта имеют первостепенное значение, не могут без конца терпеть такое положение. Побеждённые страны — Западная Германия, Япония, Италия, — оказавшиеся под американским ярмом, также не могут примириться с той жалкой участью, на которую они осуждены американскими претендентами на мировое господство.

Ещё в 1920 «г. Ленин, вскрывая основы противоречий между Соединёнными Штатами и другими капиталистическими державами, говорил: «Америка сильна, ей теперь все должны, от нее все зависит, ее все больше ненавидят, она грабит всех... Америка помириться с другими странами не может, потому что между ними глубочайшая экономическая рознь, потому что Америка богаче других»[89].

После второй мировой войны неравномерность развития внутри сузившегося лагеря империализма ещё больше выросла, что неизбежно ведёт к дальнейшему росту противоречий между капиталистическими странами. Главными из них являются противоречия между США и Англией. Эти противоречия проявляются в открытой борьбе между американскими и английскими монополиями за рынки сбыта товаров, за источники сырья (прежде всего нефти, каучука, цветных и редких металлов), за сферы влияния вообще (в Западной Европе, на Ближнем и Дальнем Востоке, в Латинской Америке), Сколачиваемые Соединёнными Штатами агрессивные блоки империалистических государств, направленные против стран социалистического лагеря, не могут устранить антагонизмов и конфликтов между участниками этих блоков на почве борьбы за «монопольно высокие прибыли при сократившемся объёме территории, подвластной капиталу. Отсюда следует, что в нынешний период остаётся в силе ленинское положение о неизбежности войн между капиталистическими странами, обусловленной законом неравномерности развития капиталистических стран в эпоху империализма.

Агрессивные правящие круги империалистических держав — прежде всего США — сразу же после окончания второй мировой войны стали проводить политику подготовки третьей мировой войны. Прислужники монополий стремятся обмануть народы, утверждая, будто неизбежность войны обусловлена существованием в современном мире двух противоположных систем — капитализма и социализма. Факты, истории опровергают это измышление. Первая мировая война была вызвана обострением империалистических противоречий в мире, в котором ещё безраздельно господствовала капиталистическая система. Вторая мировая война началась с войны между двумя коалициями капиталистических стран. В период после второй мировой войны страны социалистического лагеря во главе с Советским Союзом твёрдо и последовательно отстаивают дело сохранения и укрепления мира между народами, исходя из той позиции, что капиталистическая и социалистическая системы вполне могут мирно сосуществовать, экономически соревнуясь между собой. Политика Советского Союза и стран народной демократии, направленная на развитие мирного сотрудничества государств, независимо от их общественного устройства, пользуется поддержкой трудящихся масс и всех поборников мира на всём земном шаре.

Движение сторонников мира объединяет сотни миллионов людей во всех странах, в том числе и многие миллионы людей в странах капитала. На базе защиты мира и безопасности народов сплачиваются представители разных социальных групп, различных политических и религиозных взглядов. Подготавливаемая ныне империалистами новая мировая война может быть предотвращена, если народы возьмут дело сохранения мира в свои руки и будут отстаивать его до конца. «Демократические силы мира обладают достаточной мощью, чтобы воспрепятствовать войне, если только они будут действовать согласованно и сумеют связать руки искателям военной наживы и претендентам на мировое господство»[90].


Милитаризация экономики капиталистических стран.


Углубление общего кризиса мировой капиталистической системы после второй мировой войны находит своё выражение в дальнейшем изменении капиталистического цикла, вытекающем из распада мирового рынка.

В условиях распада мирового рынка и сужения сферы приложения сил главных капиталистических стран к мировым ресурсам господствующие монополии всё более прибегают к милитаризации экономики как средству добиться некоторого роста производства и обеспечить наивысшие прибыли. Однако милитаризация экономики неизбежно ведёт к ещё большему обострению неразрешимых противоречий капиталистической экономики.

Экономическая сущность милитаризации хозяйства заключается в том, что, во-первых, всё большая часть готовой продукции и сырья поглощается непроизводительным военным потреблением или омертвляется в виде огромных стратегических запасов; во-вторых, расширение военного производства совершается за счёт дальнейшего снижения заработной платы рабочих, разорения крестьянства, усиления налогового бремени, ограбления народов колониальных и зависимых стран. Всё это значительно уменьшает покупательную способность населения, снижает спрос на продукцию промышленности и сельского хозяйства, приводит к резкому сокращению гражданского производства. Таким образом, милитаризация экономики капиталистических стран, углубляя диспропорцию между производственными возможностями и сокращающимся платёжеспособным спросом населения, неизбежно ведёт к новому экономическому кризису.

После окончания второй мировой войны промышленность Соединённых Штатов, не пройдя фазы общего подъёма, вслед за непродолжительным и слабым оживлением уже в конце 1948 г. подверглась ударам экономического кризиса, который углублялся на протяжении всего 1949 г. Признаки кризиса наблюдались в 1949 г. также в капиталистических странах Западной Европы.

Расширение объёма военного производства в США и других странах Атлантического блока, особенно усилившееся с середины 1950 г., после начала агрессивной войны американского империализма против корейского народа, дало возможность капиталистическим странам на некоторое время повысить уровень промышленного производства. Но это было достигнуто ценой однобокого развития народного хозяйства капиталистических стран в результате его милитаризации. Со второй половины 1953 г. в США стал нарастать новый экономический кризис, который привёл к сокращению объёма промышленного производства, к значительному увеличению запасов на складах, к сокращению заказов, к росту числа полностью и частично безработных.

Милитаризация экономики капиталистических стран, безудержная гонка вооружений в период после второй мировой войны, является одним из наиболее ярких проявлений усиления паразитизма и загнивания капитализма. Она ведёт к огромному росту прибылей монополий. В государственных бюджетах непрерывно повышается удельный вес прямых и косвенных расходов на гонку вооружений. Рост государственных бюджетов, охватывающих всё более значительную долю национального дохода, сопровождается увеличением их дефицитности, возрастанием государственного долга, расстройством всей бюджетно-финансовой и валютной системы капиталистических стран, переполнением каналов денежного обращения бумажными деньгами, покупательная способность которых систематически падает.


По официальным, явно преуменьшенным данным, прибыли американских монополий выросли с 3,3 миллиарда долларов в 1938 г. до 41,9 миллиарда долларов в 1953 г., то есть в 13 раз. За восемь послевоенных лет прибыли американских монополий составили более 280 миллиардов долларов. В Англии прибыли акционерных компаний в 1951 г. составили 2 953 миллиона фунтов стерлингов против 828 миллионов в 1938 г.

За послевоенные годы (1946—1953) общая сумма военных расходов США, включая расходы на вооружение стран — участниц Северо-атлантического союза — и на производство атомных бомб, составила почти 250 миллиардов долларов. Прямые военные расходы в США в среднем за последние три года (1952—1954) превышают 50 миллиардов долларов в год, или 72% всего бюджета, против 953 миллионов долларов, или 12% всего бюджета в трёхлетие перед второй мировой войной. В Англии военные расходы возросли соответственно со 173 миллионов до 1 503 миллионов фунтов стерлингов, составляя 36% всего бюджета против 18% в довоенный период. Во Франции военные расходы в среднем за последние 5 лет превысили одну треть всего бюджета.

Покупательная способность доллара США составляла в 1953 г. по сравнению с 1939 г. лишь 34,7%, покупательная способность английского фунта стерлингов— 31,3, французского франка — 2,8, итальянской лиры — 1,8%.


Ещё во время первой мировой войны Ленин, отмечая быстрое экономическое развитие США, подчёркивал, что «как раз благодаря этому паразитические черты новейшего американского капитализма выступили особенно ярко»[91]. В период после второй мировой войны этот паразитический характер американского капитализма неразрывно связан с тем, что в экономике США всё ярче выступают тенденции государства-ростовщика. Усиление паразитизма наглядно проявляется в росте непроизводительных расходов государства, вызываемых гонкой вооружений и всесторонней милитаризацией народного хозяйства. Усиление паразитизма находит своё выражение во всё большем отставании сельского хозяйства от промышленности; в гигантском росте нетрудовых доходов и небывалом даже для американских масштабов расточительстве буржуазии; в подкупе буржуазией разложившейся профсоюзной бюрократии, являющейся преданной опорой американских монополий в области внутренней и внешней политики.


Усиление обнищания рабочего класса капиталистических стран.


Углубление общего кризиса капитализма после второй мировой войны привело к дальнейшему обнищанию пролетариата. Добиваясь максимальных прибылей в условиях сужения мирового капиталистического рынка, монополии в огромной степени повышают эксплуатацию трудящихся. Монополистический капитал перекладывает па плечи трудящихся все разрушительные последствия войны и милитаризации экономики.

Период после второй мировой войны характеризуется ещё большим углублением пропасти между социальными полюсами капиталистического общества. Усиление эксплуатации пролетариата выражается прежде всего в падении реальной заработной платы рабочих. Крупнейшим фактором снижения реальной заработной платы рабочего класса является наличие постоянной массовой безработицы. Наряду с этим условия труда занятых рабочих систематически ухудшаются в результате широкого распространения различных потогонных систем заработной платы, обеспечивающих безудержное повышение интенсивности труда.

Монополии при поддержке правых социалистов и реакционных профсоюзных чиновников добиваются снижения реальной заработной платы рабочих путём «замораживания» номинальной заработной платы, то есть запрещения её повышения, в условиях инфляции и роста налогового бремени. Инфляция вызывает рост дороговизны жизни и быстрое повышение цен на предметы потребления, увеличение разрыва между номинальной и реальной заработной платой. Внешняя экспансия и милитаризация экономики капиталистических стран осуществляются за счёт огромного роста налогового бремени, возлагаемого на трудящихся. Одним из факторов снижения жизненного уровня рабочего класса является быстрый рост квартирной платы и ухудшение жилищных условий. Падение реальной заработной платы ведёт к систематическому ухудшению питания рабочего населения.

Резко ухудшается положение трудовой интеллигенции в капиталистических странах: растёт массовая хроническая безработица в её рядах, понижаются её доходы вследствие роста дороговизны, налогов и инфляции.


Во Франции и Италии реальная заработная плата рабочих в 1952 г. составляла менее половины довоенной, в Англии она была на 20% ниже довоенной.

Общее число полностью и частично безработных в капиталистических странах достигло в 1950 г. 45 миллионов, что вместе с семьями составляло более 150 миллионов человек. В 1952 г., несмотря на рост военного производства, в США насчитывалось не менее 3 миллионов полностью безработных и 10 миллионов частично безработных, в Англии — свыше полумиллиона полностью безработных, в Западной Германии — почти 3 миллиона полностью и частично безработных. В Италии насчитывалось свыше 2 миллионов полностью безработных и ещё больше частично безработных. В Японии имелось около 10 миллионов полностью и частично безработных. С того времени безработица в капиталистических странах ещё больше возросла. В США в начале 1954 г. число полностью безработных достигло 3,7 миллиона, а частично безработных —13,4 миллиона человек.

В США прямые налоги с населения в 1952/53 бюджетном году возросли по сравнению с 1937/38 бюджетным годом, даже с учётом обесценения валюты, более чем в 12 раз. В западноевропейских странах, где и до второй мировой войны налоговое бремя было очень тяжёлым, налоги за этот же период возросли: в Англии — в 2 раза, во Франции — в 2,6 раза, в Италии — в полтора раза.

Во всех странах капиталистического лагеря резко снизилось потребление продуктов питания основными массами населения. Ещё сильнее понизился уровень народного потребления в колониальных и зависимых странах, где систематическое недоедание и голод являются уделом десятков и сотен миллионов людей.

Размер квартирной платы рабочей семьи в США в 1952 г. составлял более 190% к уровню 1939 г.

По исчислениям Бюро переписей, в 1949 г. в США 72,2% всех американских семей имели доход ниже крайне скудного официального прожиточного минимума, причём 34,3% всех семей имели доход менее половины этого минимума, 18,5% —менее четверти и 9,4% —менее восьмой части этого минимума. Свыше 5,5 миллиона американцев существуют за счёт случайных заработков.


Ухудшение материального положения широких слоёв населения капиталистических стран ведёт к нарастанию возмущения в народных массах, к усилению борьбы против монополистического капитала. Это находит своё выражение в подъёме забастовочного движения в капиталистических странах, в укреплении прогрессивных профсоюзов, объединяемых созданной в 1945 г. Всемирной федерацией профсоюзов, в росте коммунистических партий и расширении их влияния на массы, в развёртывании политической борьбы рабочего класса. Коммунистические партии и прогрессивные профсоюзы, решительно борясь с правыми социалистами и реакционными профсоюзными лидерами, воспитывают рабочий класс в духе пролетарской солидарности, в духе борьбы за освобождение от империалистического гнёта.

Деградация сельского хозяйства капиталистических стран и разорение крестьянства. Углубление общего кризиса капитализма после второй мировой войны характеризуется усилением господства монополий и финансового капитала в сельском хозяйстве, дальнейшей деградацией сельскохозяйственного производства, ростом дифференциации и разорения основных масс крестьянства.

Финансовый капитал всё шире и глубже овладевает сельским хозяйством. Ипотечные банки, предоставляя кредит под залог земли, становятся фактическими собственниками земельных участков разорившихся крестьян, их инвентаря и прочего имущества. Банки краткосрочного кредита и страховые компании опутывают крестьян сетью задолженности.

Монополии наживаются на всех стадиях прохождения сельскохозяйственных товаров от производителя к потребителю. Устанавливая низкие цены на продукты, покупаемые у мелких крестьян, и взвинчивая розничные цены, монополии присваивают значительную часть доходов крестьянства. Огромные прибыли получают за счёт основных масс крестьян монополии, занятые переработкой сельскохозяйственных продуктов (в мукомольной, мясной, консервной, сахарной промышленности). Мероприятия государственной власти — налоговая политика, закупочные операции и различные виды так называемой «помощи» сельскому хозяйству — приводят к ещё большему обогащению монополий и обнищанию основных масс крестьянства. Эксплуатация крестьян монополиями сочетается с многочисленными пережитками крепостнической эксплуатации и прежде всего с издольщиной, при которой арендатор вынужден отдавать землевладельцам значительную часть урожая за аренду земли и инвентаря.


В США доля крупных и крупнейших хозяйств с площадью более 500 акров, составлявших в 1950 г. менее 6% всех хозяйств, в общей земельной площади возросла с 44,9% в 1940 г. до 53.5% в 1950 г., причём доля латифундий с площадью свыше 1 тысячи акров повысилась с 34,3% до 42,6%. По данным переписи 1950 г., 44% всех хозяйств производили лишь 5% всей товарной продукции, то есть вели примитивное, малопроизводительное, потребительское хозяйство, в то время как 103 тысячи крупных ферм, составлявших лишь 2% всех хозяйств, давали 26% всей товарной продукции. Во Франции в 1946 г. мелким хозяйствам с площадью до 10 гектаров, составлявшим 58,2% всех хозяйств, принадлежало только 16,4% всей сельскохозяйственной земли, в то время как 4,3% крупных хозяйств владели 30% земли. В Западной Германии мелкие хозяйства с площадью до 5 гектаров, составлявшие в 1949 г. 55,8% всех хозяйств, имели лишь 11% всей земли, в то время как 0,7% крупных хозяйств владели 27,7% земли. В Италии имеется 2,5 миллиона безземельных крестьян и 1,7 миллиона малоземельных. За десятилетие с 1940 по 1950 г. в США разорилось свыше 700 тысяч фермерских хозяйств.

Общая сумма земельной ренты в США возросла с 760 миллионов долларов в 1937 г. до 2,1 миллиарда долларов в 1952 г. В Италии несколько сот помещиков получают ежегодно 450 миллиардов лир земельной ренты, между тем как заработная плата 2,5 миллиона сельскохозяйственных батраков составляет около 250 миллиардов лир. Общая задолженность американских фермеров банкам и другим кредитным учреждениям выросла почти вдвое за 1946—1952 гг., достигнув к 1 января 1953 г. 14,6 миллиарда долларов. Поимущественный налог с фермерского населения в 1952 г. был в 2,3 раза выше, чем в 1942 г.


После второй мировой войны небывалый рост обнищания рабочего класса и крестьянства капиталистических стран, огромные расходы, которые несут эти страны на вооружение, привели к падению платёжеспособного спроса и к сужению рынков сбыта сельскохозяйственной продукции. В связи с этим в капиталистических странах нарастает новый аграрный кризис. Быстро увеличиваются запасы и «излишки» сельскохозяйственных товаров, не находящих сбыта, сокращаются посевы, резко падает выручка основной массы крестьянства от продажи своей продукции, происходит массовое разорение мелких производителей, уничтожается огромное количество продовольствия при одновременном сокращении потребления продуктов питания и прямом недоедании трудящихся масс.


Переходящие запасы пшеницы в США в 1953 г. превысили максимальный уровень запасов во время кризиса 1929—1933 гг. и в 4,4 раза превышали среднегодовые запасы за 1946—1948 гг. С целью сохранения вздутых цен на продовольствие государственные органы в США скупают и подвергают уничтожению огромные количества картофеля, овощей, фруктов, скота, птицы.

В 1953 г. чистый доход фермеров США по сравнению со среднегодовым доходом за 1946—1918 гг. сократился на 4,5 миллиарда долларов, или на 35%. За это же время издержки производства и другие расходы фермеров вследствие роста цен и обесценения доллара значительно возросли.


* * *


Дальнейшее углубление общего кризиса капитализма после второй мировой войны характеризуется неуклонным обострением всех противоречий капиталистического общества. Дошедшее до крайних пределов противоречие между производительными силами общества и капиталистическими производственными отношениями наглядно показывает историческую обречённость отжившего буржуазного строя.

Второй этап общего кризиса капитализма принёс обострение кризиса буржуазной демократии. Буржуазия выбросила за борт знамя буржуазно-демократических свобод, знамя национальной независимости и национального суверенитета. Прикрываясь лозунгом космополитизма, буржуазия растоптала принцип равноправия людей и наций. Этот принцип заменён ныне в капиталистических странах принципом полноправия эксплуататорского меньшинства и бесправия эксплуатируемого большинства членов общества. Таким образом, антинародный и антинациональный характер буржуазного господства выступает теперь всё более открыто. Буржуазия ищет выхода из общего кризиса капитализма на путях войны и фашизации политической жизни.

Народные массы капиталистических стран, идущие под знаменем пролетарского интернационализма, ищут выхода на путях активной и решительной борьбы против всей системы империалистического рабства, за национальное и социальное освобождение.

«Пролетарский, социалистический интернационализм является основой солидарности трудящихся и сотрудничества между народами в деле защиты своей независимости от происков империализма, в деле защиты мира. Он учит рабочих объединяться в каждой стране для борьбы против власти капитала, для обеспечения перехода к социалистической экономике. Он учит рабочий класс и народы развивать связи международной солидарности в целях лучшего ведения борьбы за мир, изолировать и обезвреживать провокаторов новой войны»[92].

В результате первой мировой войны от капиталистической системы отпала Россия, в результате второй мировой войны — целый ряд стран Европы и Азии, а третья мировая война, если бы империалистам удалось сё разжечь, неизбежно привела бы к краху всей мировой капиталистической системы. В этой войне империалистические агрессоры столкнулись бы не только с несокрушимой -мощью государств социалистического лагеря — они оказались бы перед фактом взрыва всех присущих современному капитализму острейших противоречий: между трудом и капиталом, между империалистическими державами, между метрополиями и колониями. В силу непреложных законов исторического развития, законов классовой борьбы, тылы империалистического фронта в случае новой мировой войны неизбежно превратились бы в арену ожесточённых битв рабочего класса и всех трудящихся с их угнетателями, в арену непримиримой борьбы порабощённых народов колоний и зависимых стран за свою свободу и независимость. Это привело бы к крушению империалистической системы в целом.

Прогрессивные, демократические силы народов, возглавляемые рабочим классом и его авангардом — коммунистическими партиями, сплачиваются в активном противодействии империалистической реакции, фашистской опасности, планам новых войн. Лагерь мира, демократии и социализма, возглавляемый Советским Союзом, в наше время объединяет 900 миллионов населения стран, отпавших от капиталистической системы, со многими сотнями миллионов людей в странах, ещё подвластных капиталу. Этот лагерь представляет собой могучую силу, оказывающую решающее воздействие на весь ход современной истории.


Краткие выводы


1. В период второй мировой войны, особенно после отпадения от капиталистической системы народно-демократических государств в Европе и в Азии, развернулся второй этап общего кризиса капитализма. В результате образования двух противоположных лагерей на международной арене произошёл распад единого всеохватывающего мирового рынка и образование двух параллельных рынков: рынка стран социалистического лагеря и рынка стран капиталистического лагеря. Резко сократилась сфера приложения сил главных капиталистических стран — США, Англии, Франции — к мировым ресурсам. В капиталистических странах растут трудности сбыта и хроническая недогрузка предприятий.

2. Одним из важнейших результатов второй мировой войны явилось резкое обострение кризиса колониальной системы империализма. Новый подъём национально-освободительной борьбы в колониальных и зависимых странах привёл к начавшемуся распаду колониальной системы, к отпадению Китая и некоторых других стран от мировой системы империализма.

3. Дальнейшее усиление неравномерности развития капиталистических стран вызывает неизбежное обострение внутренних противоречий в лагере империализма. Американский империализм, став на путь безудержной экспансии, стремится подчинить себе экономику других капиталистических стран, Милитаризация экономики обусловливает усиление разрыва между производственными возможностями промышленности капиталистических стран и возможностями сбыта её продукции и тем самым подготовляет новые экономические кризисы и катастрофы.

4. Второй этап общего кризиса капитализма характеризуется дальнейшим резким ухудшением материального положения широких масс трудящихся. Это находит своё выражение в падении реальной заработной платы рабочего класса, увеличении постоянных армий безработных, широком применении потогонных систем организации труда, в инфляции и росте дороговизны, в увеличении налогового бремени, в обнищании и разорении основных масс крестьянства капиталистических стран и усилении колониальной эксплуатации. Укрепление лагеря мира, демократии и социализма, ослабление империалистического лагеря реакции и войны, подъём освободительной борьбы рабочего класса, крестьянства, колониальных народов показывают, что современная эпоха является эпохой крушения капитализма, эпохой победы коммунизма.


Экономические учения эпохи капитализма


С развитием капитализма и ростом его противоречий складывались и развивались различные направления экономической мысли, выражавшие интересы определённых классов.

Буржуазная классическая политическая экономия. В борьбе против феодализма, за утверждение капиталистических порядков буржуазия создала свою политическую экономию, которая развенчала экономические воззрение идеологов феодализма и в течение известного времени играла прогрессивную роль.

Капиталистический способ производства утвердился прежде всего в Англии. Здесь зародилась и буржуазная классическая политическая экономия. Вильям Петти (1623—1687), деятельность которого относится к периоду разложения меркантилизма, стремясь обнаружить внутреннюю связь экономических явлений буржуазного общества, сделал важное открытие, что товары обмениваются в соответствии с количеством труда, которое требуется для их производства.

В создании буржуазной политической экономии большую роль сыграли физиократы. Во главе этого направления стоял Франсуа Кенэ (1694—1774). Физиократы выступили во Франции во второй половине XVIII века, в период идейной подготовки буржуазной революции. Как и представители французской просветительной философии того времени, физиократы полагали, что существуют естественные, данные природой законы человеческого общества. Франция была в то время земледельческой страной. В противовес меркантилистам, видевшим богатство только в деньгах, физиократы объявили единственным источником богатства природу и, стало быть, сельское хозяйство, которое доставляет человеку плоды природы. Отсюда и название школы — «физиократы», составленное из двух греческих слов, означающих: природа и власть.

Центральное место в теории физиократов занимало учение о «чистом продукте». Так физиократы называли весь излишек продукта сверх затрат, вложенных в производство, — ту часть продукта, в которой при капитализме воплощена прибавочная стоимость. Физиократы понимали богатство как определённую массу продуктов в их вещественной, натуральной форме, как определённую массу потребительных стоимостей. Они утверждали, что «чисты 1\ продукт» возникает исключительно в земледелии и скотоводстве, то есть в тех отраслях, где происходят естественные процессы роста растений и животные, во всех же других отраслях лишь изменяется форма продуктов, доставляемых сельским хозяйством.

Самым значительным произведением физиократической школы была «экономическая таблица» Кенэ. Заслуга Кенэ состояла в том, что он сделал замечательную попытку представить процесс капиталистического воспроизводства в целом, хотя и не смог дать научную теорию воспроизводства.

Исходя из того, что «чистый продукт» создаётся только в сельском хозяйстве, физиократы требовали, чтобы все налоги были возложены на землевладельцев, а промышленники были освобождены от налоговых тягот. В этом требовании ясно выступала классовая природа физиократов как идеологов буржуазии. Физиократы были сторонниками неограниченного господства частной собственности. Утверждая, что только свободная конкуренция соответствует естественным законам хозяйства и природе человека, они противопоставили политике протекционизма политику свободы торговли, решительно боролись против цеховых ограничений и против вмешательства государства в хозяйственную жизнь страны.

Буржуазная классическая политическая экономия достигла своего высшего развитая в трудах А. Смита и Д. Рикардо.

Адам Смит (1723—1790) сделал по сравнению с физиократами значительный шаг вперёд в научном анализе капиталистического способа производства. Его основным .произведением является «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776т.). Богатство страны заключается, по мнению Смита во всей массе производимых в ней товаров. Он отверг одностороннее и потому неправильное представление физиократов, будто «чистый продукт» создаётся только сельскохозяйственным трудом, и впервые провозгласил источником стоимости всякий труд, в какой бы отрасли производства он ни был затрачен. Смит был экономистом мануфактурного периода развития капитализма, поэтому он видел основу повышения производительности труда в разделении труда.

Для Смита было характерно переплетение двух различных подходов к экономическим явлениям. С одной стороны, Смит исследует внутреннюю связь явлений, пытаясь проникнуть своим анализом в скрытое строение, или, по выражению Маркса, в физиологию буржуазной экономической системы. С другой стороны, Смит даёт описание явлений в том виде, как они выступают на поверхности капиталистического общества и, стало быть, как они представляются капиталисту-практику. Первый из этих способов понимания является научным, второй — ненаучным.

Исследуя внутреннюю связь явлений капитализма, Смит определял стоимость товара тем количеством труда, которое затрачено на его производство; при этом он рассматривал заработную плату наёмного рабочего как часть продукта его труда, определяемую стоимостью средств существования, а прибыль и ренту — как вычет из продукта, созданного трудом рабочего. Однако Смит не проводил последовательно этой точки зрения. Определение стоимости товаров заключённым в них трудом Смит постоянно смешивал с определением стоимости товаров «стоимостью труда». Он утверждал, что определение стоимости трудом относится только к «первобытному состоянию общества», под которым он подразумевал простое товарное хозяйство мелких производителей. В условиях же капитализма стоимость товара слагается из доходов: заработном платы, прибыли и ренты. Такое утверждение отражало обманчивую видимость явлений капиталистической экономики. Смит считал, что и стоимость всего общественного продукта состоит только из доходов — заработной платы, прибыли и ренты, то есть ошибочно опускал стоимость постоянного капитала, потреблённого при производстве товара. Эта «догма Смита» исключала всякую возможность понять процесс общественного воспроизводства.

Смит впервые обрисовал классовую структуру капиталистического общества, указав, что оно распадается на три класса: 1) рабочих, 2) капиталистов и 3) землевладельцев. Но Смит был ограничен буржуазным мировоззрением и отражал в своих взглядах неразвитость классовой борьбы тогдашней эпохи; он утверждал, будто бы в капиталистическом обществе господствует общность интересов, поскольку каждый стремится к собственной выгоде, а из столкновения отдельных стремлений возникает общая польза. Решительно выступая против теоретических взглядов и политики меркантилистов, Смит горячо защищал свободную конкуренцию.

В трудах Давида Рикардо (1772—1823) буржуазная классическая политическая экономия получила своё завершение. Рикардо жил в период промышленного перепорота в Англии. Его главное произведение «Начала политической экономии и податного обложения» вышло в 1817 г.

Рикардо разработал трудовую теорию стоимости с наибольшей последовательностью, возможной в рамках буржуазного кругозора. Отвергнув положение Смита, будто стоимость определяется трудом только в «первобытном состоянии общества», он показал, что стоимость, созданная трудом рабочего, является источником, из которого возникают как заработная плата, так и прибыль и рента.

Исходя из того, что стоимость определяется трудом, Рикардо показал противоположность классовых интересов буржуазного общества, как она проявляется в сфере распределения. Рикардо считал существование классов вечным явлением в жизни общества. По словам Маркса, Рикардо «сознательно берет исходным пунктом своего исследования противоположность классовых интересов, заработной платы и прибыли, прибыли и земельной ренты, наивно рассматривая эту противоположность как естественный закон общественной жизни»[93]. Рикардо сформулировал важный экономический закон: чем выше заработная плата рабочего, тем ниже прибыль капиталиста, и наоборот.

Рикардо показал также противоположность прибыли и ренты; но он ошибался, признавая существование лишь дифференциальной ренты, которую связывал с мнимым «законом убывающего плодородия почвы».

Рикардо сыграл большую роль в развитии политической экономии. Его учение о том, что стоимость определяется только трудом, имело выдающееся историческое значение. Наблюдая рост капиталистических противоречий, некоторые его последователи стали делать вывод: если стоимость создаётся только трудом, то необходимо и справедливо, чтобы рабочий, создатель всех богатств, был также и хозяином всех богатств, всех продуктов труда. Такого рода требование выставляли в Англии первой половины XIX века ранние социалисты — последователи Рикардо.

Вместе с тем учение Рикардо носило на себе черты буржуазной ограниченности. Капиталистический строй с его противоположностью классовых интересов представлялся Рикардо, как и Смиту, естественным и вечным строем. Рикардо даже не ставил вопроса об историческом происхождении таких экономических категорий, как товар, деньги, капитал, прибыль и т. д. Он понимал капитал неисторически, отождествляя его со средствами производства.


Возникновение вульгарной политической экономии.


С развитием капитализма и обострением классовой борьбы классическая буржуазная политическая экономия уступает место вульгарной политической экономии. Маркс назвал её вульгарной потому, что её представители заменили научное познание экономических явлений описанием их внешней видимости, ставя своей целью прикрашивание капитализма, замазывание его противоречий. Вульгарные экономисты отбросили всё, что являлось научным, и подхватили всё ненаучное во взглядах предшествовавших экономистов (особенно А. Смита) — всё то, что было обусловлено классовой ограниченностью их кругозора.

«Отныне дело шло уже не о том, правильна или неправильна та или другая теорема, а о том, полезна она для капитала или вредна, удобна или неудобна, согласуется с полицейскими соображениями или нет. Бескорыстное исследование уступает место сражениям наемных писак, беспристрастные научные изыскания заменяются предвзятой, угодливой апологетикой»[94].

В области теории стоимости вульгарная экономия в противовес определению стоимости рабочим временем выдвинула ряд положений, опровергнутых ещё буржуазной классической школой. Сюда относятся: теория спроса и предложения, которая игнорирует стоимость, лежащую в основе цен, и объяснение самой основы цен товаров подменяет описанием колебаний этих цен; теории издержек производства, которая объясняет цены одних товаров при помощи цен других товаров, то есть фактически вращается в порочном кругу; теория полезности, которая, пытаясь объяснить стоимость товаров их потребительной стоимостью, игнорирует тот факт, что потребительные стоимости разнородных товаров качественно различны, а потому количественно несравнимы.

Английский вульгарный экономист Г. Р. Мальтус (1766—1834) выступил с измышлением, будто свойственная капитализму нищета широких масс трудящихся обусловлена тем, что люди размножаются быстрее, чем может увеличиваться количество средств к жизни, доставляемых природой. По утверждению Мальтуса, необходимое соответствие между численностью населения и количеством средств к жизни, доставляемых природой, устанавливается голодом, нищетой, эпидемиями, войнами. Человеконенавистническая «теория» Мальтуса была создана с целью оправдания общественных порядков, при которых паразитизм и роскошь эксплуататорских классов уживаются с непосильным трудом и растущей нуждой широких масс трудящихся.

Французский вульгарный экономист Ж.-Б. Сэй (1767—1832) объявил источником стоимости «три фактора производства» — труд, капитал и землю, сделав отсюда вывод, что владельцы каждого из трёх факторов производства получают «причитающиеся» им доходы: рабочий — заработную плату, капиталист— прибыль (или процент), землевладелец — ренту. Утверждая, что при капитализме будто бы нет противоречия между производством и потреблением. Сэй отрицал возможность всеобщих кризисов перепроизводства. Теория Сэя представляла собой грубое искажение действительности в угоду эксплуататорским классам. Измышления относительно гармонии классовых интересов при капитализме усердно распространялись французским экономистом Ф. Бастиа (1801—1850) и американцем Ч. Кэри (1793—1879). Под предлогом защиты буржуазной «свободы труда» вульгарная политическая экономия повела ожесточённую борьбу против профессиональных союзов, коллективных договоров, забастовок рабочих. Со второй четверти XIX века вульгарная политическая экономия получает безраздельное господство в буржуазной науке.

Мелкобуржуазная политическая экономия. В начале XIX века возникает мелкобуржуазное направление в политической экономии, отражающее противоречивое положение мелкой буржуазии как промежуточного класса капиталистического общества. Мелкобуржуазная политическая экономия ведёт начало от швейцарского экономиста С. Сисмонди (1773—1842). В отличие от Смита и Рикардо, считавших капиталистический строб естественным состоянием общества, Сисмонди выступил с критикой капитализма, осуждая его с позиций мелкой буржуазии. Сисмонди идеализировал мелкое товарное производство крестьян и ремесленников и выступал с утопическими проектами увековечения мелкой собственности, не видя неизбежности роста капиталистических отношений, заложенной в мелком товарном производстве. Из того факта, что доходы рабочих и мелких производителей уменьшаются, Сисмонди делал ошибочный вывод о неизбежности сокращения рынка по мере развития капитализма. Он неправильно утверждал, что накопление капитала возможно лишь при наличии мелких производителей и внешнего рынка.

Воззрения мелкобуржуазной политической экономии развивал во Франции П.-Ж. Прудон (1809—1865). Он защищал реакционную идею излечения всех социальных зол капитализма путём устройства особого банка, который осуществлял бы безденежный обмен продуктов мелких производителей и предоставлял бы даровой кредит рабочим. Прудон сеял реформистские иллюзии в рабочих массах, отвлекая их от классовой борьбы.

В России в конце XIX века реакционно-утопические идеи мелкобуржуазной политической экономии проповедовались либеральными народниками.


Социалисты-утописты.


С появлением и развитием крупной машинной индустрии в конце XVIII и начале XIX века стали всё отчётливее обнаруживаться противоречия капитализма и бедствия, которые он несёт трудящимся массам. Но рабочий класс ещё не сознавал своей исторической роли могильщика капитализма. В этот период выступили великие социалисты-утописты: Анри Сен-Симон (1760—1825) и Шарль Фурье (1772—1837) во Франции, Роберт Оуэн (1771—1858) в Англии, сыгравшие крупную роль в истории развития социалистических идей.

В объяснении экономических явлений социалисты-утописты оставались на той же почве просветительной философии XVIII века, на которой стояли представители буржуазной классической политической экономии. Но в то время как последние считали капиталистический строй соответствующим природе человека, социалисты-утописты рассматривали этот строй как противоречащий природе человека.

Историческое значение социалистов-утопистов заключалось в том, что они подвергли решительной критике буржуазное общество, беспощадно бичуя такие его язвы, как нищета и лишения народных масс, обречённых на тяжёлый, изнурительный труд, продажность и разложение богатой верхушки общества, огромное расточение производительных сил в результате конкуренции, кризисов и т. д. Капиталистическому строю, основанному на частной собственности на средства производства и эксплуатации одних классов общества другими, социалисты-утописты противопоставляли грядущий социалистический строй, основанный на общественной собственности на средства производства и свободный от эксплуатации человека человеком. Но социалисты-утописты были далеки от понимания действительных путей осуществления социализма. Не зная законов общественного развития, законов классовой борьбы, они считали, что сами имущие классы осуществят социализм, когда удастся убедить их в разумности, справедливости и целесообразности этого нового строя. Социалистам-утопистам было совершенно чуждо понимание исторической роли пролетариата. Утопический социализм «не умел ни разъяснить сущность наемного рабства при капитализме, ни открыть законы его развития, ни найти ту общественную силу, которая способна стать творцом нового общества»[95].

Революционные демократы в России. В середине XIX века в России, переживавшей кризис крепостничества, выдвинулась блестящая плеяда мыслителей, внёсших большой вклад в развитие экономической науки.

А. И. Герцен (1812—1370) бичевал царизм и крепостничество в России, призывая народ на революционную борьбу с ними. Он резко критиковал и строй капиталистической эксплуатации, утвердившийся на Западе. Герцен положил начало утопическому «крестьянскому социализму». Он видел «социализм» в освобождении крестьян с землёй, в общинном землевладении и в крестьянской идее «права на землю». В этих воззрениях Герцена не было ничего действительно социалистического, но они выражали революционные стремления крестьянства России, боровшегося за свержение помещичьей власти и за уничтожение помещичьего землевладения.

Громадные заслуги в развитии экономической науки имеет великий русский революционер и учёный Н. Г. Чернышевский (1828—1889). Чернышевский возглавил решительную борьбу революционных демократов против крепостничества и царского самодержавия в России. Он дал блестящую критику не только крепостничества, но и капиталистического строя, упрочившегося к тому времени в Западной Европе и Северной Америке. Чернышевский глубоко вскрыл классовый характер и ограниченность буржуазной классической политической экономии и подверг уничтожающей критике вульгарных экономистов — Джона Стюарта Милля, Сэя, Мальтуса и других. По оценке Маркса, Н. Г. Чернышевский мастерски выяснил банкротство буржуазной политической экономии.

Буржуазной политической экономии, служащей корыстным интересам капиталистов, Чернышевский противопоставил «политическую экономию трудящихся», в которой центральное место должны занять труд и интересы трудящихся. Являясь представителем утопического «крестьянского социализма», Чернышевский ввиду неразвитости капиталистических отношений в современной ему России не видел, что развитие капитализма и пролетариата создаёт материальные условия и общественную силу для осуществления социализма. Но Чернышевский в понимании природы капиталистического общества и его классовой структуры, характера его экономического развития ушёл далеко вперёд по сравнению с западноевропейскими социалистами-утопистами и сделал крупный шаг по пути к научному социализму. В отличие от социалистов-утопистов Запада Чернышевский придавал решающее значение революционной активности трудящихся масс, их борьбе за своё освобождение и призывал к народной революции против эксплуататоров. Чернышевский был последовательным, боевым революционным демократом. Ленин писал, что от его сочинений веет духом классовой борьбы.

Экономическое учение Чернышевского представляет собой вершину развития всей политической экономии до Маркса. В своих философских воззрениях Чернышевский был воинствующим материалистом. Как и Герцен, он вплотную подошёл к диалектическому материализму.

Революционные демократы — Герцен, Чернышевский и их единомышленники явились предшественниками русской социал-демократии.


Революционный переворот в политической экономии, совершённый К. Марксом и Ф. Энгельсом.


К середине XIX века капиталистическая систем л хозяйства стала господствующей в главнейших странах Западной Европы п в Соединённых Штатах Америки. Сложился пролетариат, который стал подниматься на борьбу против буржуазии. Возникли условия для создания передового пролетарского мировоззрения — научного социализма.

Карл Маркс (1818—1883) и Фридрих Энгельс (1820—1895) превратили социализм из утопии в науку. Выработанное Марксом и Энгельсом учение выражает коренные интересы рабочего класса и является знаменем борьбы пролетарских масс за революционное свержение капитализма, за победу социализма.

Учение Маркса «возникло как прямее и непосредственное продолжение учения величайших представителей философии, политической экономии и социализма»[96]. Гениальность Маркса, как указывал Ленин, состоит именно в том, что он дал ответы на вопросы, которые передовая мысль человечества уже поставила. Его учение есть законный преемник лучшего, что было создано человеческой мыслью в области науки о человеческом обществе. Вместе с тем возникновение марксизма было коренным революционным переворотом в философии, в политической экономии, во всех общественных науках. Маркс и Энгельс вооружили рабочий класс цельным и стройным мировоззрением — диалектическим материализмом, являющимся теоретическим фундаментом научного коммунизма. Распространив диалектический материализм га область общественных явлений, они создали исторический материализм, представляющий собой величайшее завоевание научной мысли. Неисторическому подходу к человеческому обществу они противопоставили исторический подход, основанный на глубоком изучении действительного хода развития. Господствовавшее прежде представление о неизменности, о неподвижности общества они заменили стройным учением, раскрывающим объективные законы общественного развития — законы смены одних форм общества другими.

Маркс и Энгельс явились основоположниками подлинно научной политической экономии. Применив метод диалектического материализма к исследованию экономических отношений, Маркс произвёл глубочайший революционный переворот в политической экономии. Подойдя к политической экономии как идеолог рабочего класса, Маркс раскрыл до конца противоречия капитализма и создал пролетарскую политическую экономию. Своё экономическое учение Маркс создавал в непримиримой борьбе против буржуазной апологетики капитализма и мелкобуржуазной критики его. Используя и развивая ряд положений классиков буржуазной политической экономии — Смита и Рикардо, Маркс решительно преодолел антинаучные взгляды и противоречия, содержащиеся в их учении. В своём экономическом учении Маркс подытожил и обобщил гигантский материал по истории человеческого общества и в особенности по истории возникновения и развития капитализма. Марксу принадлежит открытие исторически преходящего характера капиталистического способа производства и исследование законов возникновения, развития и гибели капитализма. На основе глубокого экономического анализа капиталистического строя Маркс обосновал историческую миссию пролетариата как могильщика капитализма и созидателя нового, социалистического общества.

Основы марксистского мировоззрения были провозглашены уже в первом программном документе научного коммунизма — в «Манифесте Коммунистической партии», написанном Марксом и Энгельсом в 1848 г. Результаты своих дальнейших экономических исследований Маркс опубликовал в работе «К критике политической экономии» (1859 г.), посвященной анализу товара и денег; в предисловии к этой работе дано классическое изложение основ исторического материализма. Главным трудом Маркса, который он с полным основанием называл делом своей жизни, является «Капитал». Первый том «Капитала» («Процесс производства капитала») был выпущен Марксом в 1867 г.; второй том («Процесс обращения капитала») был издан Энгельсом уже после смерти Маркса, в 1885 г., и третий том («Процесс капиталистического производства, взятый в целом») — в 1894 г. Работая над «Капиталом», Маркс предполагал написать четвёртый том, посвящённый критическому разбору истории политической экономии. Оставленные им подготовительные рукописи были изданы уже после смерти Маркса и Энгельса под названием «Теории прибавочной стоимости» (в трёх томах).

Разработке теории научного коммунизма посвящён также ряд классических произведений Энгельса. К ним относятся: «Положение рабочего класса в Англии» (1845г.), «Анти-Дюринг» (1878 г.), где разобраны важнейшие вопросы из области философии, естествознания и общественных наук, «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884 г.) и другие.

Создавая пролетарскую политическую экономию, Маркс прежде всего всесторонне обосновал и последовательно развил трудовую теорию стоимости. Исследуя товар, противоречие между его потребительной стоимостью и стоимостью, Маркс открыл, что труд, заключённый в товаре, имеет двойственный характер. Это, с одной стороны, конкретный труд, создающий потребительную стоимость товара, и, с другой стороны, абстрактный труд, создающий его стоимость. Раскрытие двойственного характера труда послужило Марксу ключом к научному объяснению всех явлений капиталистического способа производства на основе трудовой теории стоимости. Показав, что стоимость — не вещь, а производственное отношение людей, прикрытое вещной оболочкой, Маркс раскрыл тайну товарного фетишизма. Он подверг анализу форму стоимости, исследовал её историческое развитие от первых зачатков обмена до полного господства товарного производства, что дало ему возможность раскрыть действительную природу денег.

Трудовая теория стоимости послужила Марксу основой для его учения о прибавочной стоимости. Маркс впервые показал, что при капитализме товаром является не труд, а рабочая сила. Он исследовал стоимость и потребительную стоимость этого специфического товара и разъяснил характер капиталистической эксплуатации. Марксова теория прибавочной стоимости до конца вскрывает сущность основного производственного отношения капитализма — отношения между капиталистом и рабочим, обнажает самые глубокие основы классовой противоположности и классовой борьбы между пролетариатом и буржуазией.

Маркс не только раскрыл происхождение и источник прибавочной стоимости, но и разъяснил, как маскируется и затушёвывается капиталистическая эксплуатация. Он исследовал сущность заработной платы как цены рабочей силы, выступающей в превращенной форме цены труда.

Маркс дал глубокий научный анализ различных форм, которые принимает прибавочная стоимость. Он показал, как прибавочная стоимость выступает в превращённой форме — в форме прибыли, как она, далее, принимает форму земельной ренты и процента. Причём создаётся обманчивая видимость, будто заработная плата есть цена труда, будто прибыль порождается самим капиталом, рента — землёй и процент — деньгами.

В своём учении о цене производства и средней прибыли Маркс разрешил противоречие, заключающееся в том, что при капитализме рыночные цены отклоняются от стоимости. Вместе с тем он вскрыл объективную основу солидарности класса капиталистов в отношения эксплуатации рабочих, поскольку средняя прибыль, получаемая каждым капиталистом, определяется степенью эксплуатации не в отдельном предприятии, а во всём капиталистическом обществе.

Маркс разработал теорию дифференциальной ренты и впервые дал научное обоснование теории абсолютной ренты. Он разъяснил реакционную, паразитическую роль крупного землевладения, сущность и формы эксплуатации крестьян помещиками и буржуазией.

Маркс впервые раскрыл законы капиталистического накопления, установив, что развитие капитализма, концентрация и централизация капитала неизбежно ведёт к углублению и обострению свойственных этому строю противоречий, в основе которых лежит противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения. Маркс открыл всеобщий закон капиталистического накопления, обусловливающий рост богатства и роскоши на одном полюсе общества и рост нищеты, угнетения, муки труда на другом полюсе. Он показал, что с развитием капитализма происходит относительное и абсолютное обнищание пролетариата, которое ведёт к углублению пропасти между пролетариатом и буржуазией, к обострению классовой борьбы между ними.

Важнейшее значение имеет анализ воспроизводства всего общественного капитала, данный Марксом. Устранив ошибку Смита, заключавшуюся в игнорировании постоянного капитала, потреблённого при производстве товара, установив деление общественного продукта по стоимости на три части (с + v + м), а по натуральной форме — на средства производства и предметы потребления, Маркс подверг анализу условия простого и расширенного капиталистического воспроизводства, глубокие противоречия капиталистической реализации, неизбежно ведущие к кризисам перепроизводства. Он исследовал природу экономических кризисов и научно доказал их неизбежность при капитализме.

Экономическое учение Маркса и Энгельса является глубоким и всесторонним обоснованием неизбежности крушения капитализма и победы пролетарской революции, устанавливающей диктатуру рабочего класса и открывающей новую эру — эру строительства социалистического общества.

Уже в 70-х и 80-х годах XIX века марксизм стал получать всё более широкое признание среди рабочего класса и передовой интеллигенции капиталистических стран. Большую роль в распространении идей марксизма в те годы сыграли Поль Лафарг (1842—1911) во Франции, Вильгельм Либкнехт (1826—1900) и Август Бебель (1840—1913) в Германии, Г. В. Плеханов (1856— 1918) в России, Дмитрий Благоев (1855—1924) в Болгарии и другие выдающиеся деятели рабочего движения различных стран.

В России марксистская рабочая партия и её мировоззрение складывались в непримиримой борьбе против злейшего врага марксизма — народничества. Народники отрицали передовую роль пролетариата в революционном движении: они утверждали, что в России якобы невозможно развитие капитализма. Против народников выступил Плеханов и организованная им группа «Освобождение труда». Плеханов первым дал марксистскую критику ошибочных взглядов народников и одновременно развернул блестящую защиту марксистских взглядов. Деятельность Плеханова в 80-х и 90-х годах имела большое значение для идейной подготовки в России пролетарских революционеров. В ряде трудов Плеханов успешно популяризировал отдельные стороны экономического учения Маркса, защищая это учение от буржуазной критики и реформистских извращений. Литературные работы Плеханова основательно подорвали позиции народников. Но идейный разгром народничества не был завершён. У Плеханова уже в ранний период его деятельности было ошибочное понимание ряда вопросов, явившееся зародышем его будущих меньшевистских взглядов: он не учитывал, что в ходе революции пролетариат должен повести за собой крестьянство, рассматривал либеральную буржуазию как силу, которая может оказать поддержку революции, и т. д. Задача добить народничество как врага марксизма и соединить марксизм с рабочим движением в России была решена Лениным.

Дальнейшее разложение буржуазной экономической науки. Современная буржуазная политическая экономия. С того времени, как на историческую арену выступил марксизм, основной и решающей задачей буржуазных экономистов становится «опровержение» марксизма.

В Германии в середине XIX века возникла так называемая историческая школа политической экономии (В. Рошер, Б. Гильдебранд и другие). Представители этой школы открыто отрицали существование экономических законов развития общества и подменяли научное исследование описанием разрозненных исторических фактов. Отрицание экономических законов служило у этих экономистов оправданием всякого реакционного произвола, пресмыкательства перед военно-бюрократическим государством, которое всемерно возвеличивалось ими.

Более поздние представители исторической школы во главе с Г. Шмол- лером образовали так называемое историко-этическое или историко-правовое направление. Характерной чертой этого направления, называемого также катедер-социализмом (дословно «социализм кафедры»), является подмена экономического исследования реакционно-идеалистической болтовнёй о нравственных целях, правовых нормах и т. д. Продолжая традиции своих предшественников, катедер-социалисты выступали прислужниками милитаристского германского государства, каждое мероприятие которого они объявляли «куском социализма». Катедер-социалисты прославляли реакционную политику Бисмарка и помогали ему в деле обмана рабочего класса.

В последние десятилетия XIX века по мере распространения идей марксизма для борьбы с ними буржуазии потребовались новые идеологические средства. Тогда на сцене появилась так называемая австрийская школа. Название этой школы связано с тем, что её главные представители — К. Менгер, Ф. Визер и Е. Бём-Баверк — были профессорами австрийских университетов. В отличие от исторического направления представители австрийской школы формально признавали необходимость исследования экономических законов, но в целях прикрашивания и защиты капиталистических порядков они перенесли поиски этих законов из сферы общественных отношений в область субъективно психологическую, то есть пошли по пути идеализма.

В области теории стоимости австрийская школа выдвинула так называемый принцип «предельной полезности». Согласно этому принципу стоимость товара определяется не просто его полезностью, как утверждали и раньше некоторые вульгарные экономисты, а предельной полезностью товара, то есть субъективной оценкой полезности единицы товара, удовлетворяющей наименее насущную из потребностей индивида. На деле эта теория ничего не объясняет. Совершенно очевидно, например, что субъективная оценка килограмма хлеба в корне различна у пресыщенного буржуа и у голодного безработного, а между тем оба они платят за хлеб одинаковую цену. Марксовой теории прибавочной стоимости экономисты австрийской школы противопоставили антинаучную «теорию вменения», представлявшую собой лишь обновлённую форму вульгарной теории «трёх факторов производства».

Переход к империализму и связанное с этим крайнее обострение общественных противоречий и классовой борьбы вызвали дальнейшую деградацию буржуазной политической экономии. После победы социалистической революции в СССР, практически опровергшей утверждения идеологов буржуазии о вечности капиталистического строя, буржуазные экономисты стали видеть одну из своих главных задач в том, чтобы при помощи клеветы на Советский Союз скрыть от трудящихся капиталистических стран правду о всемирно- исторических достижениях страны социализма. Современная буржуазная политическая экономия представляет собой идеологическое оружие финансовой олигархии, является служанкой империалистической реакции и агрессии.

В объяснении таких категорий капитализма, как стоимость, цена, заработная плата, прибыль, рента, современные буржуазные экономисты стоит обычно на позиции субъективно-психологического направления, одной из разновидностей которого является рассмотренная выше австрийская школа, и перепевают на разные лады старую вульгарную теорию трёх факторов производства. Английский экономист Альфред Маршалл (1842—1924) пытался эклектически примирить три различные вульгарные теории стоимости: спроса и предложения, предельной полезности и издержек производства. Американский экономист Джон Бейтс Кларк (1847—1938), проповедуя лживую идею «гармонии интересов» различных классов буржуазного общества, выдвинул теорию «предельной производительности», на деле представляющую собой лишь своеобразную попытку соединения старой вульгарной теории «производительности капитала» с вульгарной теорией «предельной полезности» австрийской школы. Прибыль, по Кларку, является будто бы вознаграждением за работу предпринимателя, а трудящиеся классы создают лишь небольшую долю богатства и получают её полностью.

В отличие от буржуазных экономистов эпохи домонополистического капитализма, воспевавших свободу конкуренции как основное условие развития общества, современные буржуазные экономисты обычно подчёркивают необходимость всемерного вмешательства государства в хозяйственную жизнь. Они превозносят империалистическое государство как силу, якобы стоящую над классами и способную подчинить хозяйство капиталистических стран плановому началу. Между тем на деле вмешательство буржуазного государства в экономическую жизнь ничего общего не имеет с планированием народного хозяйства и ещё более усиливает анархию производства. Апологеты монополий лицемерно выдают за «организованный капитализм» подчинение империалистического государства финансовой олигархии, широкое использование ею государственного аппарата в своих корыстных интересах для увеличения прибылей монополий.

В первые десятилетия XX века в Германии получило распространение так называемое социальное направление, или социально-органическая школа политической экономии (А. Аммон, Р. Штольцман, О. Шпанн и другие). В отличие от австрийской школы с её субъективно-психологическим подходом к экономическим явлениям представители социального направления толковали о социальных отношениях людей, но они рассматривали эти отношения идеалистически, как правовые формы, лишённые всякого материального содержания. Экономисты социального направления утверждали, что общественная жизнь якобы управляется правовыми и этическими нормами. Своё ревностное служение капиталистическим монополиям они прикрывали демагогическими рассуждениями об «общем благе» и необходимости подчинения «части», то есть трудящихся масс, «целому», то есть империалистическому государству. Они превозносили деятельность капиталистов, объявляя её служением обществу. Реакционные измышления этой школы послужили идеологическим оружием для фашизма в Германии и в других буржуазных странах.

Германский фашизм использовал самые реакционные элементы немецкой вульгарной политической экономии, её крайний шовинизм, преклонение перед буржуазным государством, проповедь завоевания чужих земель и «классового мира» внутри Германии. Будучи злейшими врагами социализма и всего прогрессивного человечества, немецкие фашисты прибегали к антикапиталистической демагогии и лицемерно называли себя национал-социалистами. Итальянские и немецкие фашисты проповедовали реакционную теорию «корпоративного государства», согласно которой в фашистских странах якобы ликвидированы капитализм, классы и классовые противоречия. Разбойничью практику захвата чужих земель гитлеровской Германией фашистские экономисты оправдывали при помощи так называемой «расовой теории» и «теории жизненного пространства». Согласно этим «теориям», немцы являются будто бы «высшей расой», а все остальные нации «неполноценны», причём «раса господ» имеет якобы право силой захватить земли других, «неполноценных» народов и распространить своё господство на весь мир. Исторический опыт наглядно показал всю вздорность и неосуществимость бредовых гитлеровских планов завоевания мирового господства.

В период общего кризиса капитализма, когда невиданную остроту приобрела проблема рынка, участились и углубились экономические кризисы, возникла постоянная массовая безработица, появляются различные теории, внушающие иллюзию о возможности обеспечения «полной занятости», устранения анархии производства и кризисов при сохранении капиталистического строя. Широкое распространение среди буржуазных экономистов получила теория английского экономиста Дж. М. Кейнса (1883—1946), изложенная им в книге «Общая теория занятости, процента и денег» (1936 г.).

Затушёвывая действительные причины постоянной массовой безработицы и кризисов при капитализме, Кейнс стремится доказать, что причина этих «изъянов» буржуазного общества кроется не в природе капитализма, а в психологии людей. По утверждению Кейнса, безработица является результатом недостаточности спроса на предметы личного и производственного потребления. Недостаток потребительского спроса вызывается будто бы присущей людям склонностью к сбережению части своего дохода, а недостаток спроса на предметы производственного потребления — ослаблением у капиталистов заинтересованности в применении своих капиталов в различных отраслях хозяйства вследствие общего снижения «рентабельности капитала». Чтобы повысить занятость населения, утверждает Кейнс, необходимо расширять капиталовложения, для чего государство должно, с одной стороны, обеспечить рост рентабельности капитала путём снижения реальной заработной платы рабочих, посредством инфляции и понижения нормы ссудного процента и, с другой стороны, производить крупные капиталовложения за счёт бюджета. Для расширения потребительского спроса Кейнс рекомендует дальнейший рост паразитического потребления и расточительства господствующих классов, увеличе- ште расходов на военные пели и на другие непроизводительные затраты государства.

Теория Кейнса является совершенно несостоятельной и по своему существу глубоко реакционной. Недостаток потребительского спроса вызывается ие мифической «склонностью людей к сбережению», а обнищанием трудящихся. Мероприятия, предлагаемые Кейнсом якобы в интересах обеспечения полной занятости населения,— инфляция, рост непроизводительных расходов на подготовку и проведение войн — на самом деле ведут к дальнейшему снижению жизненного уровня трудящихся, к сужению рынка и росту безработицы. Вульгарная теория Кейнса широко использ\ется ныне буржуазными экономистами, а также правыми социалистами США, Англии и других капиталистических стран.

Для современной вульгарной политической экономии США характерна теория, пропагандирующая рост государственного бюджета и государственного долга в качестве средства преодоления пороков капитализма. Американский экономист А. Хансен, считая, что возможности дальнейшего развития капитализма путём действия одних лишь стихийных экономических сил значительно сужены, доказывает необходимость «регулирования» капиталистического хозяйства государством путём форсирования капиталовложений за счёт усиленных государственных заказов. Он проповедует организацию за счёт государственного бюджета, то есть за счёт налогов и займов, общественных работ, которые якобы должны обеспечить «всеобщую занятость» и оздоровить современный капитализм. На лею же, в условиях подготовки империалистическими державами новой мировой войны, такого рода «общественные работы» означают не что иное, как строительство стратегических автострад, железных дорог, аэродромов, морских баз и т. д., то есть дальнейшую милитаризацию экономики и связаннее с этим обострение противоречии империализма.

Некоторые буржуазные экономисты США и Англии выступают за «свободную игру экономических сил», иод которой на деле понимают неограниченную свободу монополий эксплуатировать рабочих и обирать потребителей. Эти экономисты лицемерно объявляют деятельность профсоюзов в защиту рабочих нарушением «экономической свободы» и восхваляют реакционнее антирабочее законодательство империалистических государств. Как глашатаи «регулирования» экономики буржуазным государством, так и защитники «свободной игры экономических сил» выражают интересы финансовой олигархии, стремящейся обеспечить себе максимальную прибыль путём дальнейшего усиления эксплуатации трудящихся масс внутри страны и империалистической агрессин на международной арене.

Буржуазные экономисты пытаются оправдать разбойничью политику захвата империалистическими державами чужих земель, порабощения и ограбления других народов антинаучными измышлениями о «неравноценности» различных рас и наций, о цивилизаторской миссии «высших» рас и наций по отношению к «низшим» и т. д. Особенно усердствуют в этом отношении реакционные американские экономисты, которые, идя по стопам германских фашистов. распространяют человеконенавистническую идейку о «превосходстве» наций, говорящих на английском языке, над всеми другими народами и стремятся всячески оправдать бредовые планы установления мирового господства США.

Оборотной стороной расовой теории является буржуазный космополитизм, отрицающий принцип равноправия наций и требующий уничтожения государственных границ. Национальный суверенитет, самостоятельность народов буржуазные космополиты объявляют устаревшим понятием, а существование национальных государств провозглашают основной причиной всех социальных бедствий современного буржуазного общества — милитаризма, войн, безработицы, бедности людей и т. д. Принципу национального суверенитета народов они противопоставляют космополитическую идею «мирового государства», руководящую роль в котором они неизменно отводят США. Ту же цель ликвидации национального суверенитета европейских народов и полное подчинение их господству империалистов США преследует усиленная пропаганда идеи «объединённой Европы», «Соединённых Штатов Европы».

Проповедь космополитизма ставит задачей идейно разоружить народы, сломить их волю к сопротивлению посягательствам американского империализма.

Многие буржуазные экономисты США выступают с прямой пропагандой новой мировой войны. Они объявляют войну естественным и вечным явлением общественной жизни, утверждают, будто бы мирное сосуществование стран капиталистического лагеря и стран социалистического лагеря невозможно.

В целях оправдания империалистической агрессии и подготовки новой мировой войны в буржуазной литературе широко пропагандируется давно разоблачённая теория Мальтуса. Для современного мальтузианства характерно сочетание реакционных идей Мальтуса с расовой теорией. Мальтузианцы США к других буржуазных стран утверждают, будто бы земной шар перенаселён в результате «чрезмерного размножения» людей, в чём и кроется коренная причина голода и всех иных бедствий трудящихся масс. Они требуют резкого сокращения численности населения, особенно колониальных и зависимых стран, народы которых ведут освободительную борьбу против империализма. Современные мальтузианцы призывают вести опустошительные войны с применением атомных бомб и других средств массового истребления людей.

Все эти утверждения апологетов капитализма служат ярким свидетельством полного банкротства современной буржуазной политической экономии.


Экономические теории оппортунистов II Интернационала и современных правых социалистов.


Бесчисленные попытки буржуазной науки «уничтожить» марксизм нисколько не поколебали его позиций. Тогда борьба против марксизма стала вестись двурушническим путём, облекаясь в форму «улучшений» и «толкований» теории Маркса. «Диалектика истории такова, что теоретическая победа марксизма заставляет врагов его переодеваться марксистами»[97].

В 90-х годах XIX века на сцену выступил ревизионизм, главным представителем которого был немецкий социал-демократ Э. Бернштейн. Ревизионисты ополчились против учения Маркса и Энгельса о неизбежности революционного крушения капитализма и установления диктатуры пролетариата. Они подвергли полной ревизии (пересмотру) все части революционного экономического учения Маркса. Трудовую теорию стоимости Маркса ревизионисты предлагали сочетать с теорией предельной полезности, а по существу — заменить последней. Марксистское учение о прибавочной стоимости они толковали в смысле «нравственного осуждения» капиталистической эксплуатации. Прикрываясь якобы «новыми данными» о развитии капитализма, ревизионисты объявили «устаревшим» марксово учение о победе крупного производства над мелким, об обнищании пролетариата в капиталистическом обществе, о непримиримости и обострении классовых противоречий, о неизбежности экономических кризисов перепроизводства при капитализме. Они призывали рабочих отказаться от революционной борьбы за уничтожение капиталистического строя и ограничиться борьбой за текущие экономические интересы. В России взгляды ревизионизма были подхвачены так называемыми «легальными марксистами», являвшимися на деле буржуазными идеологами (П. Струве, М. Туган-Барановский и другие), представителями оппортунистической группы «экономистов» и меньшевиками.

Более тонкую форму извращения марксизма применяли оппортунисты II Интернационала К. Каутский (1854—1938), Р. Гильфердинг (1877—1941) и другие. В начале своей деятельности они были марксистами, содействовали распространению марксистского учения. В дальнейшем они фактически перешли на позицию противников революционного марксизма, продолжая до поры до времени выступать под маской «ортодоксов», то есть якобы правоверных учеников Маркса и Энгельса. Возражая на словах — и то весьма непоследовательно — против некоторых утверждений ревизионистов, эти оппортунисты выхолащивали революционную суть марксизма и старались превратить марксизм в мёртвую догму. Они отбросили учение о диктатуре пролетариата, являющееся душою марксизма, отрицали абсолютное обнищание рабочего класса, утверждали, будто кризисы при капитализме становятся реже и слабее. Ревизионисты стремились приспособить пролетарскую политическую экономию к интересам буржуазии.

В целях замазывания глубоких противоречий монополистического капитализма К. Каутский трактовал империализм лишь как особый вид политики, а именно как стремление высокоразвитых промышленных стран подчинить себе аграрные области. Эта теория сеяла иллюзии о возможности иной, незахватнической политики в условиях монополистического капитализма. В годы гервой мировой войны Каутский выступил с антимарксистской теорией ультра- империализма (сверхимпериализма), утверждая, будто бы при империализме можно путём сговора между капиталистами разных стран устранить войны и создать организованное мировое хозяйство. Для этой реакционной теории характерен отрыв экономики от политики и игнорирование закона неравномерности развития капиталистических стран в эпоху империализма. Теория «ультраимпериализма» приукрашивала империализм и разоружала рабочий класс в угоду буржуазии, создавая иллюзии о возможности мирного и бескризисного развития капитализма. Этой же цели служила и проповедовавшаяся Каутским вульгарная «теория производительных сил», согласно которой социализм является якобы механическим результатом развития производительных сил общества, без классовой борьбы и революции. После Великой Октябрьской социалистической революции в СССР Каутский стал на путь открытой борьбы против первой в мире диктатуры пролетариата и призывал к интервенции против СССР.

Р. Гильфердинг в работе «Финансовый капитал» (1910 г.), посвящённой изучению «новейшей фазы капитализма», давая научный анализ некоторых сюрон экономики империализма, в то же время затушёвывал решающую роль монополий в современном капитализме и обострение всех его противоречий, игнорировал важнейшие черты империализма — паразитизм и загнивание капитализма, раздел мира и борьбу за его передел. В годы временной, частичной стабилизации капитализма Гильфердинг утверждал вслед за буржуазными экономистами, будто бы наступила эра «организованного капитализма», когда благодаря деятельности монополий исчезают конкуренция, анархия производства, кризисы, начинает господствовать планомерная, сознательная организация. Отсюда реакционные лидеры социал-демократии делали вывод, будто тресты и картели мирно «перерастают» в плановое социалистическое хозяйство; будто рабочему классу остаётся лишь помогать трестовикам и банкирам налаживать хозяйство, и тогда нынешний капитализм постепенно, без всякой борьбы и революции «врастёт» в социализм.

Таким образом, приукрашивание империализма Каутским, Гильфердннгом и другими реформистскими теоретиками социал-демократии неразрывно связано с их проповедью «мирного врастания капитализма в социализм», направленной к отвлечению рабочего класса от задач революционной борьбы за социализм, к подчинению рабочего движения интересам империалистической буржуазии. Этой цели служила, в частности, распространявшаяся некоторыми правосоциалистическими лидерами в период между двумя мировыми войнами апологетическая теория «хозяйственной демократии». Согласно этой теории, рабочие, выступая в роли представителей профессиональных союзов в заводоуправлениях и других органах, якобы принимают равноправное участие в управлении хозяйством и постепенно становятся хозяевами производства. Своей политикой предательства интересов рабочего класса социал-демократы II Интернационала расчистили путь фашизму в Германии и в некоторых других странах.

Разновидностью реформистской теории мирного врастания капитализма в социализм является теория «кооперативного социализма», построенная на иллюзии о том, что при сохранении господства капиталу распространение кооперативных форм якобы приведёт к социализму.

В России антимарксистские, каутскианские взгляды по вопросам теории империализма распространяли враги социализма — меньшевики, троцкисты, бухаринцы и другие. Проповедуя апологетические теории «чистого империализма», «организованного капитализма» и т. д., они стремились замазать обостряющиеся противоречия монополистического капитализма. Отрицая закон неравномерности развития капитализма в эпоху империализма, они пытались отравить сознание рабочего класса ядом неверия в возможность победы социализма в одной стране.

В период после второй мировой войны защитниками капитализма выступили правореформистские лидеры английских лейбористов, правосоциалистические лидеры во Франции. Италии, Западной Германии, Австрии и в других странах (Л. Блюм, К. Реннер и другие). Выполняя роль агентов империалистической буржуазии в рабочем движении, лидеры правых социалистов защищают монополии, проповедуют классовый мир рабочих с буржуазией, активно поддерживают реакционную внутреннюю и агрессивную внешнюю политику империализма. Стараясь примирить трудящихся с империализмом, внушить рабочему классу веру в возможность улучшения его бедственного положения при сохранении капиталистического строя, правосоциалистические теоретики сочинили теорию «демократического социализма», являющуюся разновидностью теории мирного врастания капитализма в социализм.

Теория «демократического социализма» утверждает, будто бы в Англии, п США, во Франции и в других капиталистических странах теперь уже не существует эксплуатации и противоположности классовых интересов пролетариата и буржуазии, причём империалистическое государство объявляется надклассовой организацией, а всякое предприятие, составляющее собственность этого государства,— «социалистическим» предприятием. Лейбористские лидеры объявили проведённую в бытность их у власти после второй мировой войны национализацию Английского банка, железных дорог и некоторых отраслей промышленности торжеством «демократического социализма». В действительности же лейбористская национализация была буржуазной мерой, не изменившей экономической природы национализированных предприятий как предприятий капиталистических. Подлинными хозяевами в Англии продолжали оставаться империалистическая буржуазия и крупные землевладельцы — лендлорды. Владельцы национализированных предприятий, прежде являвшихся убыточными, получили щедрую компенсацию и высокий гарантированный доход, а рабочих, занятых в национализированных отраслях, заставляют работать ещё интенсивнее при низком уровпе заработной платы. Теория «демократического социализма» служит ширмой, прикрывающей растущее угнетение трудящихся масс государственно-монополистическим капитализмом, представляющим собой высшую ступень господства финансовой олигархии.

Проповедуя «классовый мир» в капиталистическом обществе, лидеры правосоциалистических партий в то же время деятельно помогают буржуазии осуществлять широкое наступление на жизненный уровень трудящихся масс, душить рабочее движение в метрополиях и национально-освободительное движение в колониях и зависимых странах. В истолковании и оценке всех важнейших экономических явлений современной эпохи они идут вслед за буржуазными экономистами.

Последовательная борьба против реакционных «теорий» буржуазных экономистов и правосоциалистических лидеров ведётся коммунистическими, рабочими партиями, которые руководствуются в своей деятельности теорией марксизма-ленинизма.

Идеи передовой марксистско-ленинской теории получают всё более широкое распространение среди прогрессивной части интеллигенции капиталистических стран и в том числе среди экономистов. Растёт и множится армия передовых учёных, общественных деятелен различных взглядов и направлений, принимающих активное участие в борьбе за национальную независимость своих народов, за мир, за развитие экономических и культурных связей между всеми странами независимо от различий в их социальном строе.


Развитие марксистской политической экономии капитализма В. И. Лениным. Разработка ряда новых положений политической экономии капитализма И. В. Сталиным.


Экономическое учение Маркса и Энгельса получило своё дальнейшее творческое развитие в трудах В. И. Ленина (1870—1924). Маркс, Энгельс, Ленин являются создателями подлинно научной политической экономии. Как верный последователь и продолжатель учения Маркса и Энгельса,

Ленин развернул непримиримую борьбу против явных и скрытых врагов марксизма. Ленин отстоял революционное учение Маркса и Энгельса от атак буржуазной лженауки, от извращений его ревизионистами и оппортунистами всех мастей. На основе обобщения нового исторического опыта классовой борьбы пролетариата он поднял учение марксизма на новую, высшую ступень.

Ленин выступил на арену политической борьбы в 90-х годах XIX века, когда завершался переход от домонополистического капитализма к империализму, когда центр мирового революционного движения переместился в Россию— страну, в которой назревала величайшая народная резолюция.

В работах 90-х годов — «По поводу так называемого вопроса о рынках» (1893 г.), «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?» (1894 г.), «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве» (1894 г.), «К характеристике экономического романтизма» (1897 г.)—Ленин последовательно вёл борьбу как против народников, так и против «легальных марксистов», которые воспевали капитализм, замазывали его глубокие противоречия и стремились подчинить растущее рабочее движение интересам буржуазии. Идейный разгром народничества был завершён классическим трудом Ленина «Развитие капитализма в России» (1899 г.), представляющим собой крупнейшее произведение марксистской литературы после выхода «Капитала» Маркса.

В этой работе и в других произведениях 90-х годов Ленин дал глубокий анализ экономики России, вскрыл экономические основы классовых противоречий и классовой борьбы, перспектив революционного движения. Обобщая опыт экономического и политического развития России и других стран в последние десятилетия XIX века, Ленин отстоял и развил положения марксизма о законах возникновения и развития капиталистического способа производства, о его неразрешимых противоречиях и неизбежной гибели. Опровергнув народнические измышления насчёт «искусственности» российского капитализма, Ленин вскрыл своеобразные черты экономики и общественного строя России, связанные с особенностями её исторического развития, в частности сочетание методов капиталистической эксплуатации с многочисленными остатками крепостнического гнёта, придававшее социальным отношениям в России особую острогу.

В борьбе против пренебрежительного отношения народничества к пролетариату Ленин показал, что развитие капитализма неизбежно ведёт к росту численности, организованности и сознательности рабочего класса, который является авангардом всей массы трудящихся и эксплуатируемых. Он всесторонне обосновал руководящую роль пролетариата в революции.

Ленин выяснил суть процессов дифференциации крестьянства в пореформенной России и тесное переплетение пережитков крепостнической кабалы с гнётом капиталистических отношений, опровергнув народническое представление о крестьянстве, как об однородной массе. Он дал экономическое обоснование возможности и необходимости революционного союза рабочего класса с трудящимися и эксплуатируемыми массами крестьянства.

Ленин вскрыл экономическую основу тех особенностей русской революции, которые делали её революцией нового типа — буржуазно-демократической революцией при гегемонии пролетариата, имевшей перспективу перерастания в революцию социалистическую.

«Развитие капитализма в России» подытоживает ряд работ Ленина по теории капиталистического воспроизводства. В этих работах он разбил сисмондистские утверждения народников о невозможности реализации прибавочной стоимости без наличия мелких производителей и внешнего рынка и дал всестороннее обоснование марксистского положения о том, что рынок для капитализма создаётся в ходе развития самого капитализма. Ленин развил далее положения марксизма о противоречиях капиталистической реализации, о росте органического строения капитала как факторе обнищания пролетариата, о неизбежности при капитализме периодических кризисов перепроизводства.

Ценнейшим вкладом в марксистскую политическую экономию являются работы Ленина по аграрному вопросу, в которых научно обобщён обширный материал по развитию капитализма в сельском хозяйстве России и ряда других стран (Франции, Германии, Дании, США и т. д.). В своих трудах «Аграрный вопрос и «критики Маркса»» (1901—1907 гг.), «Аграрная программа социал-демократии в первой русской революции 1905—1907 годов» (1907 г.), «Новые данные о законах развития капитализма в земледелии» (1914—1915 гг.) и других Ленин глубоко и всесторонне исследовал законы капиталистического развития сельского хозяйства, которые были намечены Марксом лишь в общих чертах.

В борьбе против западноевропейского и русского ревизионизма, объявившего сельское хозяйство той областью экономики, где якобы неприменимы законы концентрации и централизации капитала, Ленин дал научный анализ особенностей развития капитализма в деревне. Он показал глубокую противоречивость экономического положения основных крестьянских масс и неизбежность их разорения в буржуазном обществе. Ленин отстоял и развил марксистскую теорию дифференциальной и абсолютной земельной ренты. Вскрыв значение абсолютной ренты как одного из важнейших факторов, тормозящих развитие производительных сил в сельском хозяйстве, Ленин всесторонне разработал вопрос о возможности, условиях и экономических последствиях национализации земли в буржуазно-демократической и социалистической революциях. Он разоблачил буржуазных экономистов, проповедовавших псевдонаучный «закон убывающего плодородия почвы». Борясь против оппортунистической линии западноевропейских партий II Интернационала и российского меньшевизма, в том числе троцкизма, по отношению к крестьянству, Ленин обосновал необходимость такой политики рабочего класса, которая рассчитана на превращение основных масс крестьянства в союзника революционного пролетариата.

Ленинская теория аграрного вопроса явилась глубоким экономическим обоснованием политики Коммунистической партии России в области отношений пролетариата и крестьянства и в частности её программного требования о национализации земли. Ленинские труды по аграрному вопросу составляют теоретическую основу аграрной программы и аграрной политики братских коммунистических партий.

Огромное значение для развития марксистской теории имеет та борьба, которую Ленин вёл в защиту диалектического и исторического материализма в знаменитой работе «Материализм и эмпириокритицизм». Эта книга нанесла сокрушительный удар по самым корням ревизионистских «теорий» — по их идеалистической философии.

Ленин вскрыл полнейшую несостоятельность ревизионистской критики марксистской политической экономии. Он показал банкротство ревизионизма по всем основным вопросам политической экономии капитализма — в теории стоимости, в теории прибавочной стоимости, в теории концентрации капитала, в теории кризисов и т. д.

Маркс и Энгельс, жившие в эпоху домонополистического капитализма, естественно, не могли дать анализа империализма. Великая заслуга марксистского исследования монополистической стадии капитализма принадлежит Ленину.

Опираясь на основные положения «Капитала» и обобщая новые явления в экономике капиталистических стран, Ленин первым из марксистов дал всесторонний анализ империализма как последней фазы капитализма, как кануна социальной революции пролетариата. Этот анализ содержится в его классическом труде «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916 г.) и в других работах периода первой мировой войны: «Социализм и война», «О лозунге Соединенных Штатов Европы», «О карикатуре на марксизм и об «империалистическом экономизме»», «Империализм и раскол социализма», «Военная программа пролетарской революции».

Ленинская теория империализма исходит из того, что самую глубокую основу империализма, его экономическую сущность составляет господство монополий, что империализм есть монополистический капитализм. Ленин подверг всестороннему исследованию главные экономические черты империализма и конкретные формы господства монополий. В ленинском учении об империализме, о смене свободной конкуренции господством монополий, получающих монопольно высокие прибыли, об источниках и методах обеспечения этих монопольно высоких прибылей были даны исходные положения основного экономического закона монополистического капитализма. Характеризуя империализм как новую, высшую стадию капитализма, он определил историческое место империализма и показал, что империализм представляет собой капитализм: монополистический, паразитический или загнивающий и умирающий. Ленинская теория империализма вскрывает противоречия капитализма на монополистической стадии его развития — противоречия между трудом и капиталом, между метрополиями и колониями, между империалистическими странами. Она вскрывает глубокие причины, вызывающие неизбежность империалистических войн за новый передел мира. Обострение и углубление всех этих противоречий доходит до крайних пределов, за которыми начинается революция. Ленин обосновал справедливый характер освободительной борьбы народов против империалистического гнёта и порабощения.

Ленин разработал вопрос о государственно-монополистическом капитализме, о подчинении аппарата буржуазного государства монополиям. Он показал, что государственно-монополистический капитализм означает высшую форму капиталистического обобществления производства и материальную подготовку социализма, с одной стороны, всемерное усиление эксплуатации рабочего класса и всех трудящихся масс, с другой стороны.

Ленин открыл закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран в период империализма. Исходя из этого закона, он сделал великое научное открытие о возможности прорыва цепи мирового империализма в её наиболее слабом звене, вывод о возможности победы социализма первоначально в нескольких странах или даже в одной, отдельно взятой стране и невозможности одновременной победы социализма во всех странах. Ленин обосновал огромную роль крестьянства как союзника пролетариата в революции. Ленин разработал национально-колониальный вопрос и наметил пути его разрешения. Он доказал возможность и необходимость соединения пролетарского движения в развитых странах и национально-освободительного движения в колониях в общий фронт борьбы против общего врага — империализма. Ленинская теория империализма явилась обоснованием необходимости социалистической революции, обоснованием диктатуры рабочего класса в условиях новой исторической эпохи, эпохи непосредственных решающих битв пролетариата за социализм. Таким образом, Ленин создал новую, законченную теорию социалистической революции. Эта теория послужила руководством к революционному действию гигантского масштаба — к Великой Октябрьской социалистической революции в СССР.

Ленин разработал основы учения об общем кризисе капитализма — исторической полосе крушения капиталистического строя и победы нового, высшего, социалистического строя. Ещё в годы первой мировой войны он пришёл к выводу, что эпоха сравнительно мирного развития капитализма миновала, что империалистическая война, являющаяся величайшим историческим кризисом, открывает собой эру социалистической революции. Война создала такой необъятный кризис, указывал Ленин накануне Великой Октябрьской социалистической революции, что человечество оказалось перед выбором: или погибнуть, или вручить свою судьбу самому революционному классу для быстрейшего перехода к более высокому способу производства — социализму. Из установленного Лениным факта разновременности вызревания социалистической революции в разных звеньях мировой капиталистической системы вытекает тот вывод, что крушение капитализма и победа социализма происходят путём отпадения от капиталистической системы отдельных стран, в которых побеждает рабочий класс, идущий к власти в тесном и неразрывном союзе с основными трудящимися массами крестьянства и сплачивающий вокруг себя подавляющее большинство народа. Ленин обосновал возможность и необходимость мирного сосуществования в течение длительного исторического периода двух систем — капиталистической и социалистической.

Ленин разрабатывал теорию империализма и общего кризиса капитализма в непримиримой борьбе против буржуазных экономистов и оппортунистов II Интернационала. Он вскрыл полную теоретическую несостоятельность и политическую вредность антимарксистской теории «ультраимпериализма» Каутского и её разновидностей, представленных Троцким и Бухариным. В борьбе против антимарксистских извращений Бухарина Ленин неоднократно подчёркивал, что «чистый империализм», без основной базы капитализма, никогда не существовал, нигде не существует и никогда существовать не будет. Для империализма характерно как раз соединение монополий с обменом, рынком, конкуренцией. Возвышаясь над старым капитализмом в качестве его надстройки и прямого продолжения, империализм ещё больше обостряет все противоречия буржуазного общества. Ленин показал глубокую связь оппортунизма с империализмом и разоблачил политическую роль оппортунистов как агентов буржуазии в рабочем движении. Ленин обнажил корни оппортунистических течений в рабочем движении, показав, что эти течения вырастают на почве подкупа и развращения буржуазией верхушечных слоёв рабочего класса. Ленин нанёс сокрушительный удар по апологетической трактовке оппортунистами государственно-монополистического капитализма, который они пытались выдать за «социализм». Труды Ленина, направленные против оппортунизма, имеют огромное значение для революционного движения, так как без разоблачения идейно-политического содержания оппортунизма и его предательской роли в рабочем движении не может быть настоящей борьбы против империализма.

Проблемы марксистско-ленинской политической экономии получили своё дальнейшее развитие и конкретизацию в решениях и документах Коммунистической партии Советского Союза, в работах И. В. Сталина (1879—1953) и других соратников и учеников Ленина.

Опираясь на труды Маркса, Энгельса, Ленина, создавших подлинно научную политическую экономию, Сталин выдвинул и развил ряд новых положении в области экономической науки на основе обобщения нового опыта исторического развития, новой практики борьбы рабочего класса и его Коммунистической партии. Вместе с тем в работах Сталина дана последователь- пая защита марксистской политической экономии от врагов революционного марксизма, дана популяризация её основных проблем и положений.

Разоблачая лживость утверждений буржуазных экономистов и реформистов о смягчении противоречий капитализма в ходе его исторического развития, Сталин обосновал неизбежность дальнейшего углубления и обострения этих противоречий, свидетельствующих о неизбежности гибели капитализма. В трудах Сталина развит ряд важных положений в области аграрного вопроса. В борьбе с ревизионизмом Сталин, опираясь на новые аргументы, показал полную несостоятельность теории «устойчивости» мелкого крестьянского хозяйства. Только уничтожение системы капиталистического рабства может спасти крестьянство от разорения и нищеты. Крестьянский вопрос — это вопрос о превращении эксплуатируемого большинства крестьянства из резерва буржуазии в прямой резерв революции, в союзника рабочего класса, борющегося за уничтожение капиталистического строя. В своём произведении «Марксизм и национальный вопрос» (1913 г.) и в других работах Сталин дал дальнейшую разработку национального вопроса. Он обосновал значение экономических условий жизни общества в образовании наций и национальных государств. Общность экономической жизни людей является одним из основных признаков нации. Процесс ликвидации феодализма и развития капитализма есть в то же время процесс складывания людей в нации. Сталин раскрыл значение национального рынка для процесса создания национальных государств в Западной Европе, обрисовал своеобразие исторического хода образования государств на Востоке.

Коммунистическая партия Советского Союза под руководством Центрального Комитета во главе с И. В. Сталиным отстояла марксистско-ленинскую теорию в целом, марксистско-ленинское экономическое учение в частности, от нападок врагов ленинизма — троцкистов, бухаринцев, буржуазных националистов, причём особое значение для судеб социализма в СССР и во всём мире имели защита и дальнейшая разработка ленинского учения о возмож-, ности победы социализма в одной стране, ленинской теории социалистической революции.

В ряде работ Сталина («Об основах ленинизма», «К вопросам ленинизма», «Экономические проблемы социализма в СССР», доклады на съездах и конференциях КПСС) развиты ленинские положения об экономической и политической сущности империализма и общего кризиса капитализма, о закономерностях развития монополистического капитализма. Опираясь на классические указания Ленина об экономической сути империализма, заключающейся в господстве монополий, о монопольно высокой прибыли, Сталин сформулировал основной экономический закон современного капитализма. Он дал подробный анализ общего кризиса капитализма и его двух этапов: первого, начавшегося в период первой мировой войны, и второго, развернувшегося в период второй мировой войны, особенно после отпадения от капиталистической системы народно-демократических стран в Европе и в Азии.

Разоблачая прислужников буржуазии, воспевающих капиталистическую систему хозяйства, он доказал, что современный капитализм находится в состоянии общего всестороннего кризиса, охватывающего как экономику, так и политику. Наиболее ярким выражением общего кризиса капитализма является всемирно-историческая победа Великой Октябрьской социалистической революции в СССР и раскол мира на две системы — капиталистическую и социалистическую. Составной частью общего кризиса капитализма является кризис колониальной системы империализма.

В работах Сталина освещены сущность и значение таких черт общего кризиса капитализма, как крайнее обострение проблемы рынка, хроническая недогрузка предприятий и постоянная массовая безработица. Дав анализ изменений в характере капиталистического цикла и экономических кризисов в современную эпоху, Сталин показал бесплодность попыток буржуазного государства бороться с кризисами, несостоятельность утверждений о возможности планового ведения хозяйства при капитализме. В трудах Сталина разоблачены глубоко реакционная и агрессивная сущность фашизма и предательская роль современных правых социалистов.

Марксистско-ленинская политическая экономия, как и теория марксизма- ленинизма в целом, находит своё дальнейшее развитие и обогащение в решениях Коммунистической партии Советского Союза и братских коммунистических партий, в трудах учеников Ленина — руководящих деятелей Коммунистической партии Советского Союза, руководящих деятелей братских коммунистических партий.


РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА


А. Переходный период от капитализма к социализму


ГЛАВА XXII ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ПЕРЕХОДНОГО ПЕРИОДА ОТ КАПИТАЛИЗМА К СОЦИАЛИЗМУ


Пролетарская революция и необходимость переходного периода от капитализма к социализму.


Весь ход развития капиталистического способа производства и классовой борьбы в буржуазном обществе неизбежно ведёт к революционной замене капитализма социализмом. Как было показано выше, в эпоху империализма конфликт между выросшими производительными силами и буржуазными производственными отношениями, ставшими оковами для этих производительных сил, достигает небывалой остроты. Закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил требует ликвидации старых, буржуазных производственных отношений и создания новых, социалистических производственных отношений. Отсюда вытекает, объективная необходимость пролетарской, социалистической революции.

Ввиду противоположности основ буржуазного и социалистического обществ, антагонизма интересов труда и капитала мирное «врастание» капитализма в социализм, о чём проповедуют оппортунисты, невозможно. Переход от капитализма к социализму может быть осуществлён лишь посредством пролетарской революции и диктатуры пролетариата. Пролетариат в силу своего экономического положения является единственным классом, способным объединить вокруг себя всех трудящихся для свержения капитализма и победы социализма.

Пролетарская революция принципиально отличается от всех предшествовавших ей революций. При переходе от рабовладельческого строя к феодальному и от феодального к капиталистическому одна форма частной собственности заменялась другой формой частной собственности, власть одних эксплуататоров сменялась властью других эксплуататоров. Поскольку у всех эксплуататорских общественных формаций имелась однотипная основа — частная собственность на средства производства,— новый экономический уклад постепенно созревал в недрах старого способа производства. Так, буржуазная революция начинается обычно при наличии более или менее готовых форм капиталистического уклада, выросших и созревших ещё в недрах феодализма. Основная задача буржуазной революции сводится к захвату власти буржуазией с тем, чтобы привести эту власть в соответствие с наличной капиталистической экономикой. Буржуазная революция захватом власти обычно завершается.

Пролетарская революция ставит своей целью замену частной собственности на средства производства общественной собственностью и ликвидацию всякой эксплуатации человека человеком. Она не застаёт каких-либо готовых форм социалистического хозяйства. Социалистический уклад, основанный на общественной собственности на средства производства, не может вырасти в недрах буржуазного общества, основанного на частной собственности. Задача пролетарской революции состоит в том, чтобы, установив власть пролетариата, построить новую, социалистическую экономику. Завоевание власти рабочим классом является лишь началом пролетарской революции, причём власть используется как рычаг для перестройки старой экономики и организации новой.

Ввиду этого смена капиталистического строя социалистическим требует в каждой стране особого переходного периода, охватывающего целую историческую эпоху. «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата».

Переходный период от капитализма к социализму начинается с установления пролетарской власти и завершается построением социализма — первой фазы коммунистического общества. В течение переходного периода в стране, осуществляющей пролетарскую революцию, ликвидируется старый, капиталистический базис и создаётся новый, социалистический базис, обеспечивается развитие производительных сил, необходимое для победы социализма. В переходный период пролетариат должен закалить себя как силу, способную управлять страной, построить социалистическое общество и перевоспитать мелкобуржуазные массы в духе социализма.

Опираясь на положения Маркса и Энгельса, Ленин создал целостное учение о переходном периоде от капитализма к социализму и диктатуре пролетариата, вооружив рабочий класс, всех трудящихся научным знанием путей построения социализма.

Пролетарская революция победила прежде всего в России. Россия имела достаточный для победы пролетарской революции уровень развития капитализма. При этом Россия оказалась узловым пунктом всех противоречий империализма, что резко усилило процесс революционизирования пролетариата и сплочения вокруг него крестьянских масс. В октябре 1917 г. пролетариат России во главе с Коммунистической партиен, вооруженный ленинской теорией социалистической революции, в союзе с крестьянской беднотой свергнул власть капиталистов и помещиков и установил свою диктатуру. Великая Октябрьская социалистическая революция впервые в истории человечества проложила путь к социализму, показала пример того, чем должна быть в основных чертах пролетарская революция в любой стране. Вместе с тем социалистическая революция в каждой стране, отпавшей от системы империализма, неизбежно имеет свои особенности, вытекающие из конкретных исторических условии развития данной страны и международной обстановки.

Ленин открыл и научно обосновал возможность при определённых исторических условиях некапиталистического пути развития отсталых в общественно-экономическом отношении стран. Эти страны, сбросив иго империализма, с помощью передовых стран, где победила пролетарская революция, могут избегнуть длительного и мучительного процесса развития капитализма и, минуя капиталистическую стадию, постепенно перейти на путь строительства социализма.


Диктатура пролетариата как орудие построения социалистической экономики.


Поскольку задачей пролетарской революции является ликвидация всякой эксплуатации, она не может обойтись без слома старой государственной машины, рассчитанной на подавление трудящихся масс. Пролетарская революция рождает государство нового типа — диктатуру пролетариата. Без диктатуры пролетариата как политической надстройки невозможно экономическое освобождение трудящихся, невозможен переход от капиталистического к социалистическому способу производства.

Диктатура пролетариата есть государственное руководство обществом, осуществляемое рабочим классом. Государство во всех его предыдущих формах подавляло эксплуатируемое большинство в интересах эксплуататорского меньшинства. Диктатура пролетариата подавляет эксплуататорское меньшинство в интересах трудящегося большинства.

Диктатура пролетариата является подлинной демократией; она выражает кровные интересы трудящихся. В условиях диктатуры пролетариата трудящиеся впервые в истории становятся хозяевами своей страны. Если буржуазные революции, упрочивая новую, капиталистическую форму эксплуатации, не могут сплотить вокруг буржуазии на сколько-нибудь длительный период трудящиеся и эксплуатируемые массы, то пролетарская революция, ликвидирующая всякую эксплуатацию, может и должна связать эти массы с пролетариатом в длительный союз. Союз рабочего класса с крестьянством под руководством рабочего класса, направленный против эксплуататорских классов, есть высший принцип диктатуры пролетариата. Без этого союза невозможно упрочение власти пролетариата и построение социалистической экономики.

Диктатура пролетариата является продолжением классовой борьбы пролетариата в новых условиях и в новых формах против эксплуататоров внутри страны и против агрессивных сил капиталистического окружения. «Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества»[99].

В соответствии с задачами построения социализма диктатура пролетариата имеет три основные стороны. Она означает использование власти пролетариатом, во-первых, для подавления эксплуататоров, для обороны страны, для упрочения связей с пролетариями других стран; во-вторых, для окончательного отрыва трудящихся и эксплуатируемых масс от буржуазии, для упрочения союза пролетариата с этими массами, для вовлечения этих масс в дело социалистического строительства; в-третьих, для построения нового, социалистического общества.

Диктатура пролетариата как политическая надстройка порождается назревшей экономической потребностью общества в переходе от капитализма к социализму. Но, появившись на свет, диктатура пролетариата как орудие построения социалистической экономики сама становится величайшей силой. Она активно содействует своему социалистическому базису оформиться и укрепиться, обеспечивает ликвидацию старого, капиталистического базиса, победу социалистических форм хозяйства над капиталистическими.

Социалистические формы хозяйства не могут возникнуть и развиваться стихийно, в порядке самотёка. Они возникают и развиваются в результате планомерной деятельности пролетарского государства, творческой активности трудящихся масс.

Пролетарское государство может выполнить свою задачу создания нового базиса лишь благодаря тому, что оно опирается па объективный экономический закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил и на новые экономические законы, возникающие на базе новых экономических условий. Диктатура пролетариата обеспечивает создание более высокого по сравнению с капитализмом типа общественной организации труда. В этом заключается главный источник силы социалистического строя и его победы над капиталистическим строем.

Формы пролетарского государства могут быть различны. «Переход от капитализма к коммунизму, конечно, не может не дать громадного обилия и разнообразия политических форм, но сущность будет при этом неизбежно одна: диктатура пролетариата». Это основное положение марксизма-ленинизма целиком подтверждено как историческим опытом СССР, где утвердилась открытая Лениным форма диктатуры пролетариата — Советская власть, так и последующим историческим опытом тех стран, где диктатура пролетариата существует в форме народной демократии.

Руководство всем процессом планомерного строительства социалистической экономики принадлежит в странах диктатуры пролетариата коммунистическим (рабочим) партиям. Эти партии, вооружённые теорией марксизма-ленинизма, знанием законов экономического развития общества, организуют и направляют народные массы на решение задач социалистического строительства.


Социалистическая национализация.


Развитие капитализма сделало экономически необходимым и возможным социалистическое обобществление крупной машинной промышленности, механизированного транспорта, банков и т. д. Ввиду этого пролетарское государство уже в начале переходного периода проводит национализацию крупного капиталистического производства, лишая тем самым капиталистов господствующего положения в экономике.

Социалистическая национализация есть революционное изъятие пролетарской властью собственности эксплуататорских классов и превращение её в государственную, социалистическую собственность — всенародное достояние. Социалистическая национализация приводит к устранению основного противоречия капитализма — противоречия между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения.

Решающее значение для социалистического строительства имеет национализация крупной промышленности, представляющей собой ведущую отрасль народного хозяйства. Наряду с этим происходит национализация банков, железнодорожного транспорта, торгового флота и средств связи, крупных предприятий внутренней торговли, а также национализация внешней торговли. В результате национализации банков буржуазия теряет один из важнейших рычагов её экономического господства, а пролетарское государство приобретает централизованный и разветвлённый хозяйственный аппарат, который после его революционной переделки используется для строительства социализма. Национализация внешней торговли является необходимым условием обеспечения экономической самостоятельности и независимости страны строящегося социализма от капиталистического мира.

Социалистическая национализация, во-первых, лишает капиталистов средств производства и тем самым уничтожает экономическое господство буржуазии в стране; во-вторых, подводит экономическую базу под диктатуру пролетариата, передавая в руки трудящихся командные высоты народного хозяйства, то есть ведущие отрасли экономики. В этих отраслях утверждается общественная собственность на средства производства как основа социалистических производственных отношений.

Исходя из насущной необходимости ликвидации пережитков крепостничества, давно изжившего себя помещичьего землевладения, пролетарское государство осуществляет немедленную конфискацию земель крупных землевладельцев и их хозяйств с живым и мёртвым инвентарём. Преобладающая часть конфискованных земель передаётся трудовому крестьянству. На некоторой, меньшей части конфискованных земель организуются крупные государственные сельскохозяйственные предприятия.

Одним из важнейших мероприятий социалистической революции является национализация земли, то есть ликвидация частной собственности на землю и передача земли в собственность пролетарского государства. Вопрос о способах и сроках проведения национализации всей земли решается пролетарской властью в зависимости от конкретных условий каждой страны. В России, где у крестьян традиции частной собственности на землю были слабее, чем на Западе, Советская власть в соответствии с требованиями крестьянских масс провела уже в самом начале революции национализацию всей земли. Тем самым отпала абсолютная земельная рента. Советское крестьянство, впервые в истории, получило землю из рук пролетарской революции в бесплатное пользование. В тех странах, где -мелкокрестьянская частная собственность на землю существует длительное время и где поэтому у крестьян сильнее традиции частной собственности на землю, рабочий класс, вставший у власти, не проводит в начале революции национализации всей земли. В этих странах национализируется только часть земель, конфискованных у крупных землевладельцев, которая образует государственный фонд; большая же часть конфискованных земель поступает в частную собственность крестьян. Вопрос о национализации всей земли практически разрешается в ходе социалистического переустройства сельского хозяйства.

Великая Октябрьская социалистическая революция, сломав государственный аппарат буржуазии, уже в первые месяцы национализировала, безвозмездно отобрала у помещиков и крупных капиталистов средства производства и другие богатства.


26 октября (8 ноября) 1917 г. был издан декрет о земле. Земли помещиков, буржуазии, царской семьи, церквей и монастырей были конфискованы, отчуждены без выкупа. Право частной собственности на землю было отменено навсегда. Вся земля вместе с её недрами, лесами и водами стала государственной собственностью (всенародным достоянием). Была запрещена купля-продажа земли. Крестьянство получило в безвозмездное пользование свыше 160 миллионов десятин новых земель, кроме тех земель, которыми оно пользовалось до революции, и освободилось от арендных платежей помещикам, а также от расходов на покупку земли всего в сумме свыше 700 миллионов рублей золотом ежегодно. Национализация земли явилась основой ликвидации класса помещиков. Она означала полное искоренение остатков крепостничества. Таким образом, социалистическая революция мимоходом разрешила до конца задачи буржуазно-демократической революции. Национализация земли сама по себе ещё не создавала в деревне социалистических производственных отношений, поскольку на земле, ставшей всенародной собственностью, продолжало вестись частное хозяйство. Но она имела большое значение для социалистического строительства. Национализация земли усилила экономическую базу диктатуры пролетариата, улучшила экономическое положение трудящихся крестьян. Она облегчила в дальнейшем переход крестьянства на путь социалистического развития.

В качестве переходной меры к широкой национализации капиталистических предприятий и для осуществления известного регулирования их деятельности Советская власть ввела рабочий контроль, то есть контроль со стороны коллективов работников этих предприятий над производством, торговлей и финансами. В декабре 1917 г. была проведена национализация банков. Советская власть аннулировала все займы, полученные царским и Временным правительствами как у иностранных, так и у отечественных капиталистов. Внешняя торговля была объявлена государственной монополией, ввоз из-за границы и вывоз за границу товаров изъяты из рук частных лиц и переданы государственным органам. Введённая Советской властью монополия внешней торговли явилась барьером, надёжно оградившим страну от экономической агрессии империалистов, стремившихся закабалить её, превратить в свою колонию. Всенародным достоянием стали железные дороги и средства связи, морской и крупный речной торговый флот. Советская власть всё шире проводила национализацию промышленных предприятий путём их конфискации, без выкупа. В июне 1918 г. была объявлена национализация крупных предприятий всех отраслей промышленности.


Национализация крупной промышленности, банков, транспорта, внешней торговли означала, что Советская власть сломила экономическую мощь буржуазии и овладела командными высотами народного хозяйства.

На национализированных предприятиях капиталистические производственные отношения сменялись социалистическими. Средства производства, перейдя в общественную собственность, перестали быть капиталом. Была уничтожена эксплуатация человека человеком. Внедрялась новая, социалистическая дисциплина труда. Среди рабочих зарождалось социалистическое соревнование. Постепенно прививались социалистические принципы управления производством, сочетающие единоначалие с творческой активностью масс.

Преодолевая сопротивление буржуазии, вредительство и саботаж буржуазных специалистов, в упорной борьбе с мелкобуржуазной стихией, Советская власть приступила к организации общегосударственного учёта и контроля над производством и распределением продуктов.


Экономические уклады и классы в переходный период, Союз рабочего класса с крестьянством.


В результате национализации крупной промышленности, транспорта, банков и т. д. возникает социалистический уклад экономики. Наряду с социалистическим укладом, основанным на общественной собственности на средства производства, в переходный период ещё существуют уклады (то есть формы хозяйства), унаследованные от прошлого и основанные на частной собственности на средства производства. Это значит, что экономика переходного периода является многоукладной.

Как указывал Ленин, в переходный период в СССР имелись следующие пять экономических укладов: 1) патриархальное крестьянское хозяйство, 2) мелкое товарное производство, 3) частнохозяйственный капитализм, 4) государственный капитализм, 5) социалистический уклад.

Патриархальное крестьянское хозяйство, основанное на личном труде, было мелким, почти целиком натуральным хозяйством, то есть производило продукты в подавляющей части для собственного потребления.

Мелкое товарное производство представляло собой хозяйство, основанное на личном труде и связанное в более или менее значительной степени с рынком. Это было преимущественно середняцкое крестьянское хозяйство, производившее главную массу товарного хлеба, а также хозяйство кустарей, не применявших наёмного труда. Мелкотоварный уклад в переходный период значительное время охватывал большинство населения страны.

Частнохозяйственный капитализм был представлен самым многочисленным из эксплуататорских классов — кулачеством, собственниками ненационализированных, главным образом мелких и средних капиталистических промышленных предприятий, а также торговцами. В капиталистических предприятиях применялся наёмный труд, рабочая сила оставалась товаром, существовали отношения эксплуатации и прибавочная стоимость.

Государственный капитализм существовал главным образом в виде концессий, предоставленных Советской властью иностранным капиталистам, и в виде сданных в аренду капиталистам некоторых принадлежащих государству предприятий. Государственный капитализм при диктатуре пролетариата существенно отличается от государственного капитализма при господстве буржуазии. При диктатуре пролетариата государственный капитализм является экономическим укладом, строго ограниченным пролетарской властью и используемым ею для борьбы с мелкобуржуазной стихией, для социалистического строительства. В экономике СССР государственный капитализм занимал весьма незначительное место.

Социалистический уклад включал, во-первых, находящиеся в руках Советского государства фабрики, заводы, транспорт, банки, совхозы, торговые и другие предприятия и, во-вторых, кооперацию—потребительскую, снабженческую, кредитную, производственную, в том числе высшую её форму — колхозы. Основой социалистического уклада являлась крупная машинная индустрия. Уже в начале переходного периода социалистический уклад, представляющий собой высший по сравнению со всеми другими укладами тип хозяйства, стал играть ведущую роль в экономике страны.

В социалистическом секторе экономики рабочая сила перестала быть товаром, труд потерял характер наёмного труда и превратился в труд на себя, на своё общество. Отпала прибавочная стоимость. Постепенно осуществлялся переход к планированию работы национализированных предприятий в масштабе отраслей, а в дальнейшем и в масштабе всего государственного сектора в целом. В результате утверждения социалистической собственности на средства производства продукты, произведённые в государственных предприятиях, стали поступать не капиталистам, а государству, то есть всему трудовому народу.

Наличие всех пяти укладов не является неизбежным для каждой страны, строящей социализм. Как учил Ленин и как это подтверждено теперь историческим опытом, в каждой стране в переходный период от капитализма к социализму существуют следующие основные формы общественного хозяйства: социализм, мелкое товарное производство, капитализм. Этим формам общественного хозяйства соответствуют классы: рабочий класс, мелкая буржуазия (особенно крестьянство), буржуазия. Главные черты экономики, классовых взаимоотношений, а следовательно, и основ экономической политики диктатуры пролетариата в переходный период являются общими для всех стран, что не исключает, а предполагает наличие специфических особенностей в каждой стране.

Положение классов в переходный период по сравнению с их положением при капитализме коренным образом изменяется.

Рабочий класс из угнетённого при капитализме класса стал господствующим классом, который держит в своих руках власть и владеет вместе со всеми трудящимися обобществлёнными государством средствами производства. Материальное положение рабочего класса неуклонно улучшается, растёт его культурный уровень.

Крестьянство, бедняцко-середняцкие массы получают от социалистического государства землю, освобождение от помещичьего ига, защиту от кулака, всестороннюю экономическую и культурную помощь. В результате Октябрьской революции и помощи Советской власти середняки и бедняки уже в 1926/27 г. произвели свыше 4 миллиардов пудов хлеба, в то время как до революции они производили в год 2,5 миллиарда пудов.

Крестьянское мелкотоварное производство неизбежно рождает капиталистические элементы; происходит классовое расслоение крестьянства на бедноту и кулаков. Но процесс дифференциации крестьянства в переходный период носит иной характер, чем при капитализме. В условиях капитализма в деревне растут беднота и кулачество, а среднее крестьянство сокращается, в своей массе оно разоряется и пополняет ряды бедноты и пролетариата. В переходный период в СССР до вступления основных масс крестьянства на путь социализма происходил рост числа и удельного веса середняков за счёт сокращения бедноты, часть которой поднималась до уровня середняков; в то же время кулачество росло в гораздо меньших размерах, чем при капитализме; середняк стал центральной фигурой земледелия.


После Октябрьской революции, уже в 1918 г., среди крестьян преобладали середняки. Это произошло потому, что крестьяне получили бесплатно землю, часть помещичьего скота и инвентаря. В 1918 г. была проведена частичная экспроприация кулачества, у которого было отобрано и передано беднякам и середнякам 50 миллионов гектаров земель. В 1928/29 г. среди крестьянских дворов было: бедноты 35%, середняков 60%, кулаков — 4—5%.


В своей политике в отношении крестьянства в переходный период Советская власть руководствовалась ленинской формулой: прочный союз с середняком, опора на бедноту, непримиримая борьба с кулаком. Ленин учит, что рабочий класс, руководя крестьянством, должен всегда разграничивать в крестьянине две стороны — труженика и частного собственника.

Середняк двойственен по своей природе: как труженик он тяготеет к пролетариату, как мелкий собственник — к буржуазии. И буржуазия и пролетариат стремятся завоевать на свою сторону массы среднего крестьянства. При этом рабочий класс обращается к коренным интересам крестьянина как труженика, а буржуазия пытается использовать частнособственнические интересы крестьянина. В переходный период, особенно пока крестьянство базирует своё существование на частной собственности и мелкотоварном производстве, между рабочим классом и крестьянством имеются некоторые, неантагонистические противоречия, например в вопросе о ценах, о размере налогов. Но эти противоречия не являются коренными. По коренным вопросам интересы рабочего класса и трудящихся масс крестьянства совпадают — оба класса кровно заинтересованы в ликвидации эксплуатации и в победе социализма. В этом состоит основа прочного союза двух дружественных классов — рабочего класса и крестьянства.

Принцип союза рабочего класса с крестьянством при руководящей роли рабочего класса лежит в основе социалистического строительства. «Важнейшая политическая задача партии,— говорится в решении ХН съезда РКП(б),— определяющая весь исход революции: с величайшим вниманием и тщательностью оберегать и развивать союз рабочего класса с крестьянством».

Прочный союз рабочего класса с крестьянством — необходимое условие правильных экономических отношений между городом и деревней, между промышленностью и сельским хозяйством, подъёма сельского хозяйства и его социалистического преобразования. Только на основе союза рабочего класса с крестьянством может быть обеспечена ликвидация капиталистических форм хозяйства и победа социализма.

Рабочий класс и крестьянство являются в переходный период основными классами.

Буржуазия с потерей власти и главных средств производства уже не является одним из основных классов общества. Крупные капиталисты и значительная часть средней городской буржуазии лишаются средств производства в начале переходного периода. Но после этого остаётся часть городской буржуазии, а также сельская буржуазия — кулачество. В течение ряда лет переходного периода буржуазия ещё сохраняет значительную силу. Это объясняется неизбежностью стихийного возникновения капиталистических элементов из мелкотоварного хозяйства, невозможностью сразу во всех отраслях экономики заменить капиталистическое хозяйство социалистическим. Буржуазия и после утраты своего господства сохраняет в той или иной степени денежные и материальные ресурсы, связи со значительным слоем старых специалистов. Она опирается на поддержку международного капитала.

Основным противоречием экономики переходного периода является противоречие между родившимся, но на первых порах ещё слабым социализмом, которому принадлежит будущее, и свергнутым, но вначале ещё сильным капитализмом, имеющим корни в мелкотоварном хозяйстве и представляющим собой прошлое. Во всех областях экономической жизни в переходный период развёртывается борьба между социализмом и капитализмом по принципу «кто — кого». Между рабочим классом и основными массами крестьянства, с одной стороны, и буржуазией, с другой стороны, существуют антагонистические, непримиримые противоречия. В переходный период пролетарское государство проводит сначала политику ограничения и вытеснения капиталистических элементов, а в дальнейшем — политику их полной ликвидации. Для переходного периода закономерным является обострённая классовая борьба пролетариата, трудящихся «масс против буржуазии, сопротивление которой усиливается по мере развёртывания социалистического строительства.


Возникновение экономических законов социализма.


Поскольку социалистический сектор овладел командными высотами экономики, в СССР уже в начале переходного периода капиталистические формы хозяйства и законы их развития потеряли своё господствующее положение в народном хозяйстве. Развитие народного хозяйства перестало определяться действием основного экономического закона современного капитализма. Сфера действия закона прибавочной стоимости распространялась лишь на капиталистические формы хозяйства и становилась всё более ограниченной.

На базе новых экономических условий возникали и постепенно расширяли сферу своего действия новые экономические законы, присущие социалистическим производственным отношениям.

С образованием и развитием социалистического уклада возникает и постепенно начинает действовать основной экономический закон социализма, определивший новую цель производства. В социалистическом секторе производство стало вестись не ради извлечения капиталистической прибыли, а в интересах удовлетворения материальных и культурных потребностей трудящихся, в интересах построения социализма. По мере укрепления и развития социалистических производственных отношений всё более создавались условия для достижения этой цели путём непрерывного и быстрого роста промышленности и широкого внедрения передовой техники.

В экономике страны наряду с социалистическим сектором существовали (мелкотоварный и капиталистический секторы. Проблема «кто — кого» ещё не была решена. В силу этого сфера действия основного экономического закона социализма была ограничена. Он действовал в пределах социалистического уклада. Но поскольку социалистический уклад играл ведущую роль и его удельный вес в экономике страны непрерывно увеличивался, постольку основной экономический закон социализма оказывал всё возрастающее влияние на развитие всего народного хозяйства.

Советское государство в своей хозяйственной политике опиралось на этот закон, развивая социалистическое производство, внедряя передовую технику во все отрасли хозяйства и добиваясь систематического повышения благосостояния трудящихся в тех пределах, в каких это было возможно в трудных условиях переходного периода.

Общественная собственность, объединяя предприятия социалистического сектора, делает необходимым и возможным его планомерное развитие. На базе социалистических производственных отношений в переходный период возникает и постепенно начинает проявлять своё действие экономический закон планомерного (пропорционального) развития народного хозяйства. Этот закон требовал планового ведения хозяйства и установления в плановом порядке таких пропорций между отраслями экономики, которые были необходимы для победы социализма, для удовлетворения растущих потребностей общества. Вначале сфера действия этого нового закона была узка, так как социалистический уклад охватывал меньшую часть народного хозяйства, Советская власть лишь начинала овладевать делом планирования. По мере того как развивался социалистический уклад, терял силу закон конкуренции и анархии производства, открывался всё больший простор для действия закона планомерного развития народного хозяйства.

В социалистическом укладе прекратилось действие закона стоимости рабочей силы. На основе новых производственных отношений здесь возник и стал действовать экономический закон распределения по труду, согласно которому каждый работник должен получать оплату, соответствующую затраченному им труду.

Всё это означало коренное изменение условий для действия закона стоимости. Поскольку продолжало существовать товарное производство и обращение, сохранялся и закон стоимости. Однако благодаря обобществлению главных средств производства сфера товарного производства и закона стоимости ограничивалась, а их роль становилась принципиально иной, чем при капитализме.

Закон стоимости выступал с известными ограничениями как регулятор производства в мелкотоварном и капиталистическом секторах народного хозяйства. Но он не был регулятором производства в государственном социалистическом секторе.

Пролетарская власть всё больше овладевала товарным производством, законом стоимости, торговлей, денежным обращением, используя их для развития социалистических форм хозяйства и для борьбы с капиталистическими элементами. Исходя из ленинских положений о новой роли торговли и денег в условиях переходного периода, Сталин указывал: «Дело вовсе не в том, что торговля и денежная система являются методами «капиталистической экономики». Дело в том, что социалистические элементы нашего хозяйства, борясь с элементами капиталистическими, овладевают этими методами и оружием буржуазии для преодоления капиталистических элементов, что они с успехом используют их против капитализма, с успехом используют их для построения социалистического фундамента нашей экономики. Дело в том, стало быть, что, благодаря диалектике нашего развития, функции и назначение этих инструментов буржуазии меняются принципиально, коренным образом, меняются в пользу социализма, в ущерб капитализму»[102].


Основы экономической политики в переходный период от капитализма к социализму.


Построение социализма невозможно без правильного учёта объективных экономических условий переходного периода и экономических законов, возникающих на базе этих условий. Коммунистическая партия в своей политике исходила из ленинского плана построения социализма, опиралась на экономические законы и учитывала реальное соотношение классовых сил.

Важнейшее значение для построения социализма в СССР имело ленинское учение о победе социализма в одной стране. Это учение вооружало партию и рабочий класс ясностью перспективы, уверенностью в торжестве идей научного социализма.

В вопросе о победе социализма в одной стране необходимо различать две стороны: внутреннюю и международную. Внутренняя сторона вопроса о победе социализма в одной стране охватывает проблему взаимоотношения классов внутри страны. Коммунистическая партия исходила из того, что рабочий класс может преодолеть противоречия с крестьянством, укрепить с ним союз и вовлечь крестьянские массы в строительство социализма. Рабочий класс в союзе с крестьянством вполне может, после того как капитализм разбит политически, одолеть свою буржуазию также экономически, ликвидировать эксплуататорские классы и построить социалистическое общество. Международная сторона вопроса о победе социализма в одной стране охватывает проблему взаимоотношений страны пролетарской диктатуры с капиталистическими странами. В условиях сосуществования двух противоположных систем — социалистической и капиталистической — сохраняется опасность вооружённой агрессии против страны социализма со стороны враждебных ей империалистических держав. Это противоречие не может быть разрешено силами лишь одной страны пролетарской диктатуры. Поэтому победа социализма может быть окончательной лишь тогда, когда исчезнет опасность интервенции и реставрации капитализма со стороны агрессивных империалистических держав.

Необходимым условием успешного социалистического строительства в СССР был разгром троцкистско-бухаринских реставраторов капитализма, которые проповедовали разоружающие рабочий класс теории о том, будто построение социализма в одной стране невозможно и будто Россия «не созрела» для социализма из-за её технико-экономической отсталости.

Коммунистическая партия исходила из ленинских положений, что в СССР имеется всё необходимое и достаточное для полного построения социализма, что технико-экономическая отсталость России может быть вполне преодолена в условиях диктатуры пролетариата. Исторический опыт целиком подтвердил правоту ленинских положений.

Ленинский план построения социализма в СССР содержал в себе идею создания мощной социалистической индустрии как материальной базы социализма и необходимого условия постепенного перехода мелких крестьянских хозяйств к крупному коллективному производству путём их кооперирования. Первостепенное значение в ленинской программе строительства социализма имел принятый в 1920 г. государственный план электрификации России — план Гоэлро. Это был первый в истории человечества перспективный план развития народного хозяйства, рассчитанный на создание производственно-технической базы социализма в течение 10—15 лет.

«Победу социализма над капитализмом, упрочение социализма можно считать обеспеченными лишь тогда, когда пролетарская государственная власть, окончательно подавив всякое сопротивление эксплуататоров и обеспечив себе совершенную устойчивость и полное подчинение, реорганизует всю промышленность на началах крупного коллективного производства и новейшей (на электрификации всего хозяйства основанной) технической базы. Только это даст возможность такой радикальной помощи, технической и социальной, оказываемой городом отсталой и распыленной деревне, чтобы эта помощь создала материальную основу для громадного повышения производительности земледельческого и вообще сельскохозяйственного труда, побуждая тем мелких земледельцев силой примера и ради их собственной выгоды переходить к крупному, коллективному, машинному земледелию»[103].

Важнейшим условием осуществления ленинского плана строительства социализма было всемерное развитие экономических связей между государственной промышленностью и крестьянским хозяйством. Из характера мелкого крестьянского хозяйства следует, что жизненно необходимой для крестьян формой экономической связи с городом является обмен через куплю-продажу. В переходный период торговая смычка «между государственной промышленностью и мелкокрестьянским хозяйством явилась экономической необходимостью.

Следовательно, наличие в переходный период крестьянского хозяйства обусловливает необходимость использования при строительстве социализма рынка и денежного хозяйства.

Ещё весной 1918 г. Советская власть стала налаживать обмен товарами с деревней путём купли-продажи. Началась подготовка денежной реформы. Но ввиду иностранной интервенции необходимо было всю экономику поставить на службу фронту в условиях чрезвычайной ограниченности материальных ресурсов. Интервенция резко усилила разорение страны, вызванное первой (мировой войной. Советская власть не располагала промышленными товарами для обмена на продукты сельского хозяйства, количество которых также сильно сократилось. Заготовлять сельскохозяйственные продукты для армии и города методом купли- продажи было невозможно. Их нужно было получать помимо рынка, путём продовольственной развёрстки, то есть изъятий государством у крестьян всех излишков продовольствия. Так объективные условия вынудили Советскую власть ввести политику, получившую название «военного коммунизма».


Продовольственная развёрстка вызывалась острейшей нуждой: необходимо было дать хлеб армии, спасти рабочие массы от голодной смерти. Ввиду отсутствия у государства товарных ресурсов была запрещена торговля основными продуктами, для того чтобы они не попадали к спекулянтам. Предметы потребления в городах выдавались по карточкам по очень низким нормам. В распределении соблюдался классовый принцип; кроме того, размеры пайка зависели от тяжести работы и важности предприятия. Была введена всеобщая трудовая повинность. Буржуазия привлекалась к обязательному общественно полезному труду. Условия войны потребовали, чтобы Советская власть взяла в свои руки не только крупную и среднюю промышленность, но и значительную часть мелкой. Ввиду ограниченности ресурсов в промышленности была введена система жёсткого централизованного натурального снабжения, подчинённая задачам обслуживания фронта. Предприятия получали и сдавали продукцию по ордерам, без денежной оплаты я не имели какой-либо хозяйственной самостоятельности. В результате империалистической и гражданской войн народное хозяйство СССР дошло до крайнего упадка. В 1920 г. по сравнению с 1913 г. продукция крупной промышленности упала почти в 7 раз, а продукция сельского хозяйства — примерно вдвое. На покрытие государственных расходов выпускались массы бумажных денег, которые быстро обесценивались.

Рабочие на предприятиях, как и бойцы Красной Армии на фронтах, проявляли массовый героизм. Большое значение в тот период получили такие формы соревнования, как коммунистические субботники. Рабочий класс приобретал опыт в управлении производством.

В обстановке иностранной интервенции и гражданской войны сложился и укрепился военно-политический союз между рабочим классом и крестьянством. Он имел целью объединить усилия рабочих и крестьян, для того чтобы отразить натиск чужеземных захватчиков и белогвардейцев, отстоять Родину, государство рабочих и крестьян. Советская власть дала крестьянству землю и защиту от помещика и кулака; крестьянство давало рабочему классу продовольствие по продразвёрстке — такова была основа военно-политического союза рабочих и крестьян при «военном коммунизме».


«Военный коммунизм» был неизбежен в определённых исторических условиях — в условиях гражданской войны и хозяйственной разрухи. Но «военный коммунизм» с продразвёрсткой и запрещением торговли лишал крестьян материальной заинтересованности в производстве продуктов; он несовместим с экономической смычкой города и деревни. Поэтому при отсутствии интервенции и хозяйственной разрухи, вызванной длительной войной, пролетарское государство обходится без «военного коммунизма». Это подтверждено опытом стран народной демократии.

Покончив с иностранной интервенцией и гражданской войной, Советская власть весной 1921 г. перешла к новой экономической политике (сокращённо — нэп), названной так в отличие от политики «военного коммунизма». Основные принципы новой экономической политики были разработаны Лениным ещё весной 1918 г. Но их проведение в жизнь было прервано интервенцией. Лишь через три года Советская власть получила возможность снова провозгласить эту политику и перейти к последовательному ее проведению.

Новая экономическая политика, проводившаяся Советской властью в переходный период, есть хозяйственная политика, направленная на построение социализма при использовании рынка, торговли, денежного обращения. Сущностью этой политики является экономический союз рабочего класса с крестьянством, необходимый для вовлечения крестьянских масс в социалистическое строительство.

Излагая задачи нэпа, Ленин говорил в начале 1922 г.: «Сомкнуться с крестьянской массой, с рядовым трудовым крестьянством, и начать двигаться вперед неизмеримо, бесконечно медленнее, чем мы мечтали, но зато так, что действительно будет двигаться вся масса с нами. Тогда и ускорение этого движения в свое время наступит такое, о котором мы сейчас и мечтать не можем»[104].

С переходом к нэпу прежде всего встала задача восстановления хозяйства. Нужно было начать с создания хозяйственной заинтересованности трудящихся крестьян в быстром подъёме сельского хозяйства, чтобы обеспечить городское население продовольствием, а промышленность — сырьём. На этой основе предстояло двинуть вперёд государственную промышленность и тесно сомкнуть её с сельским хозяйством, вытесняя частный капитал. Затем, накопив достаточные средства, надо было решить задачу создания мощной социалистической индустрии, способной реорганизовать земледелие на социалистических началах, и развернуть решительное наступление на капиталистические элементы, чтобы ликвидировать их до конца.

Новая экономическая политика была рассчитана на допущение в известных рамках капитализма при наличии командных высот в руках пролетарского государства, на борьбу социалистических элементов с капиталистическими, на победу в этой борьбе социалистических элементов, на ликвидацию эксплуататорских классов и создание экономической базы социализма.

Торговля в начале нэпа явилась тем основным звеном, за которое необходимо было ухватиться, чтобы вытащить всю цепь хозяйственного строительства. Окончание войны позволило заменить продовольственную развёрстку продовольственным налогом. Продналог, сумма которого устанавливалась заранее, до весеннего сева, был по своим размерам меньше продразвёрстки и оставлял крестьянам излишки хлеба и других продуктов для свободной продажи на рынке, для обмена их на промышленные товары. Ленин подчёркивал насущную необходимость научиться торговать так, чтобы социалистическая промышленность удовлетворяла нужды крестьянства.

Необходимость товарного обращения между городом и деревней обусловила развитие товарных связей в самой промышленности и потребовала укрепления денежного хозяйства страны. С переходом к новой экономической политике натуральное снабжение в промышленности было заменено системой купли-продажи, государственные предприятия были переведены на хозяйственный расчёт, стали всё в большей «мере работать по принципу самоокупаемости, с достижением известной рентабельности. Система снабжения населения по карточкам была заменена развёрнутой торговлей. В 1924 г. была завершена денежная реформа, обеспечившая стране устойчивую валюту.

Опираясь на закон планомерного развития народного хозяйства, Советская власть постепенно ограничивала сферу действия закона стоимости и шаг за шагом переходила к планированию государственной промышленности.

В пределах государственного сектора Советская власть осуществляла непосредственное планирование, доводя производственные задания до предприятий. Она стала устанавливать твёрдые цены на производимые государственными предприятиями товары. В отношении крестьянского хозяйства такое планирование было невозможно. Воздействие государства на крестьянское хозяйство осуществлялось путём косвенного экономического регулирования — через торговлю, снабжение, заготовки, цены, кредит, финансы. Эти экономические инструменты были использованы Советским государством для укрепления смычки с крестьянским хозяйством, для усиления ведущей роли социалистического уклада. Действие закона стоимости на частном рынке проявлялось в том, что цены складывались стихийно, сохранялась конкуренция, имела место спекуляция, капиталистические элементы наживались за счёт трудящихся. Сосредоточивая в своих руках растущую массу товаров, всё шире развёртывая заготовки продуктов сельского хозяйства, Советское государство в упорной борьбе с капиталистическими элементами стало в основном определять цены на хлеб и другие важнейшие товары, всячески ограничивая свободную игру рыночных цен. Регулирующая роль государства по отношению к частному рынку всё более усиливалась.

XI Всероссийская конференция РКП (б) поставила задачу: «Исходя из наличия рынка и считаясь с его законами, овладеть им и путем систематических, строго обдуманных и построенных на точном учете процесса рынка экономических мероприятий взять в свои руки регулирование рынка и денежного обращения»[105]. Коммунистическая партия и Советское государство успешно справились с этой задачей.

Опираясь на социалистическую промышленность, на финансово-кредитную систему, на государственную торговлю, на кооперацию, Советская власть в ожесточённой классовой борьбе последовательно проводила политику ограничения и вытеснения капиталистических элементов — промышленников, кулаков, торговцев. Усиливалось налоговое обложение капиталистов, сокращались возможности использования ими средств производства и наёмного труда. Это значит, что всё больше ограничивалась сфера действия закона прибавочной стоимости. Если в первые годы нэпа происходили в известных пределах оживление и рост капиталистических элементов, то вскоре началось всё более интенсивное падение их роли в экономике.

Необходимым условием подъёма государственной промышленности было использование личной материальной заинтересованности рабочих в развитии социалистического производства.

Исходя из закона распределения по труду, социалистическое государство строило заработную плату рабочих и служащих всё в большем соответствии с количеством и качеством труда, затрачиваемого каждым работником. Это стимулировало систематическое повышение производительности труда.

В переходный период в экономике происходил двусторонний процесс. С одной стороны, до известного времени и в определённых рамках стихийно росли капиталистические элементы. С другой стороны, происходил неуклонный и гораздо более быстрый, планомерный рост социалистических элементов, определявший собой ход развития всего народного хозяйства.


В промышленной продукции в первые годы нэпа удельный вес частнохозяйственного сектора составлял до 1/4, а в 1929 г. снизился до 1/10. Если в 1921/22 г. на долю частной торговли приходилось около 3/4 розничного товарооборота, то уже к 1926 г. государственная и кооперативная торговля, успешно вытесняя частных торговцев, прочно заняла преобладающее положение в розничном товарообороте.

Оживление товарооборота, укрепление торговой смычки явились условиями быстрого восстановления экономики, подъёма социалистической промышленности. Реализуя преимущества, присущие социалистической индустрии, Советская власть добилась того, что крупная промышленность достигла в 1926 г. по объёму своей продукции уровня 1913 г. Благодаря разносторонней помощи Советской власти трудовому крестьянству сельское хозяйство по общим размерам своей продукции превысило в 1926 г. уровень 1913 г.


С восстановлением промышленности и сельского хозяйства начался переход к социалистической реконструкции всего народного хозяйства. По мере роста промышленности и сельского хозяйства повышался материальный и культурный уровень трудящихся.

В течение переходного периода от капитализма к социализму советский народ, руководимый Коммунистической партией, решал в закономерной последовательности следующие задачи: овладение путём социалистической национализации командными высотами народного хозяйства; установление торговой смычки социалистической промышленности с крестьянским хозяйством и снабжение деревни потребительскими товарами; социалистическая индустриализация страны и установление производственной смычки с деревней путём снабжения её передовой машинной техникой; коллективизация сельского хозяйства и создание экономической базы социализма в деревне.

С утверждением социалистических производственных отношений в промышленности открылись широкие возможности для социалистической индустриализации страны. Подводя передовую техническую базу под сельское хозяйство, социалистическая индустриализация создавала тем самым материальную основу для социалистического обобществления крестьянских хозяйств. Объективная необходимость индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства вытекает из закона обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил и основного экономического закона социализма. Эти законы требуют утверждения социалистических производственных отношений во всём народном хозяйстве — не только в промышленности, но и в сельском хозяйстве. Лишь при этом условии производительные силы получают полный простор для своего развития. Социалистическая индустриализация страны и коллективизация сельского хозяйства обеспечивают победу социализма во всём народном хозяйстве, систематический подъём производства и уровня благосостояния народа.

Новая экономическая политика явилась конкретным выражением ленинского плана построения в СССР социалистической экономики, получившего дальнейшее развитие в трудах Сталина, в решениях Коммунистической партии. Коренные принципы, лежащие в основе проводившейся в СССР новой экономической политики, служат руководством к действию для любой страны, строящей социализм. Однако конкретные формы хозяйственного строительства в той или иной стране должны учитывать особенности её развития, ту обстановку, в которой происходит социалистическая революция. Ленин указывал, что «Маркс не связывал себе — и будущим деятелям социалистической революции — рук насчет форм, приемов, способов переворота, превосходно понимая, какая масса новых проблем тогда встанет, как изменится вся обстановка в ходе переворота, как часто и сильно будет она меняться в ходе переворота»[106].

Строительство социалистической экономики в странах народной демократии проходит при более благоприятных условиях, чем это имело место в СССР, который был единственной страной, строившей социализм. Советскому Союзу пришлось первому пролагать пути перехода к социализму. Ныне каждая из стран народной демократии опирается на огромную помощь всего лагеря социализма, возглавляемого Советским Союзом, и имеет возможность использовать накопленный опыт строительства социализма в СССР.


Краткие выводы


1. Великая Октябрьская социалистическая революция впервые в истории человечества проложила путь к социализму. Историческая неизбежность пролетарской революции вытекает из закона обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил. Для революционного превращения капиталистического общества в социалистическое необходим переходный период. Государство в переходный период является диктатурой пролетариата в форме Советской власти либо в форме народной демократии. Социалистическая национализация главных средств производства, находившихся в руках эксплуататорских классов, приводит к созданию социалистического уклада, охватывающего командные высоты народного хозяйства.

2. Основными формами общественного хозяйства в переходный период являются: социализм, мелкое товарное производство, капитализм; им соответствуют классы — рабочий класс, крестьянство, буржуазия. Основные классы в переходный период — рабочий класс и крестьянство. Высшим принципом диктатуры пролетариата является союз рабочего класса и крестьянства под руководством рабочего класса, направленный против эксплуататорских классов. Основное противоречие переходного периода — противоречие между растущим социализмом и умирающим капитализмом. Ограничение и вытеснение, а затем ликвидация капиталистических элементов осуществляются в процессе ожесточённой классовой борьбы.

3. Экономическая политика пролетарской диктатуры в переходный период рассчитана на победу социалистических элементов над капиталистическими элементами и построение социалистического хозяйства с использованием товарного производства и рынка. Эта политика обеспечивает экономическую смычку социалистической промышленности с крестьянским хозяйством, социалистическую индустриализацию страны и коллективизацию сельского хозяйства.

4. В переходный период по мере роста и укрепления социалистического уклада и преодоления капиталистических элементов сходят со сцены экономические законы капитализма, выражающие отношения эксплуатации. Закон стоимости, торговля, деньги, кредит всё в большей степени используются пролетарской властью в ущерб капитализму и в интересах социализма. Возникают и постепенно расширяют сферу своего действия экономические законы социализма, на которые опирается пролетарское государство.


ГЛАВА XXIII СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ


Крупная промышленность — материальная основа социализма. Сущность социалистической индустриализации.


Социализм может быть построен лишь на базе крупного машинного производства. Только крупное машинное производство как в огороде, так и в деревне способно обеспечить тот быстрый рост производительности труда, который необходим для победы нового общественного строя.

Ленин писал: «Единственной материальной основой социализма может быть крупная машинная промышленность, способная реорганизовать и земледелие»[107].

Капитализм развил крупную промышленность и тем самым создал необходимые материальные предпосылки для пролетарской революции и строительства социализма. Но в силу присущих ему противоречий капитализм не смог перестроить все отрасли хозяйства на основе крупного машинного производства. Современная крупная промышленность развита преимущественно в главных капиталистических странах. Большинство же стран мира, и в особенности колониальные и зависимые страны, не имеют достаточно развитой крупной промышленности. Во всех странах, за исключением Англии, имеется многочисленный класс крестьян, ведущих мелкое единоличное частное хозяйство, основанное на ручном труде и примитивной технике. Между тем без реконструкции всех отраслей производства на базе передовой техники невозможно обеспечить победу социализма во всём народном хозяйстве.

Решающее место в крупной промышленности занимают отрасли, производящие средства производства — металл, уголь, нефть, машины, оборудование, строительные материалы и т. д.,— то есть тяжёлая индустрия. Поэтому социалистическая индустриализация означает прежде всего развитие тяжёлой индустрии с сё сердцевиной — машиностроением. «Центр индустриализации, основа её состоит в развитии тяжёлой промышленности (топливо, металл и т. п.), в развитии, в конце концов, производства средств производства, в развитии своего собственного машиностроения»[108]. Машиностроение занимает особое место среди всех отраслей тяжёлой индустрии. Развитое машиностроение является источником перевооружения всех отраслей народного хозяйства современной техникой — машинами, станками, приборами, аппаратурой, инструментом,— источником технического прогресса.

Для построения социализма нужна такая индустриализация, которая обеспечивает растущий перевес социалистических форм промышленности над формами мелкотоварными и капиталистическими. Социалистическая индустриализация создаёт материальную базу для развития социалистических форм хозяйства, для ликвидации всех капиталистических элементов, даёт социалистическим формам хозяйства превосходство в технике, необходимое для того, чтобы полностью победить и доконать капиталистический уклад.

Развитие тяжёлой промышленности представляет собой ключ к социалистическому преобразованию сельского хозяйства на базе передовой машинной техники. Снабжая сельское хозяйство тракторами, комбайнами и другими сельскохозяйственными машинами, социалистическая промышленность служит основой возникновения и развития новых производительных сил в деревне, необходимых для победы колхозного строя.

Социалистическая индустриализация имеет своим результатом повышение численности рабочего класса, его удельного веса и руководящей роли в обществе, укрепляет основы диктатуры рабочего класса и его союза с крестьянством.

Обеспечивая подъём всех отраслей производства и победу социалистических форм хозяйства, индустриализация тем самым служит прочной базой неуклонного роста благосостояния трудящихся, повышения уровня народного потребления.

Социалистическая индустриализация обеспечивает технико-экономическую независимость и обороноспособность страны в обстановке капиталистического окружения. Развитие тяжёлой индустрии служит материальной основой производства современных видов вооружения, необходимых для обороны страны от агрессии враждебных империалистических государств.

Следовательно, социалистическая индустриализация есть такое развитие крупной промышленности, и в первую очередь тяжёлой индустрии, которое обеспечивает перестройку всего народного хозяйства на основе передовой машинной техники, победу социалистических форм хозяйства, технико-экономическую независимость страны от капиталистического окружения.

Социалистическая индустриализация страны имела жизненно важное значение для СССР. Дореволюционная Россия хотя и обладала крупной промышленностью, но была преимущественно аграрной страной. По уровню развития промышленности, в особенности тяжёлой индустрии, она значительно отставала от главных капиталистических стран.


Занимая по территории первое место среди всех стран мира, а по численности населения третье место (после Китая и Индии), царская Россия по объёму промышленной продукции стояла на пятом месте в мире и на четвёртом в Европе. В 1913 г. сельскохозяйственная продукция составляла в сумме валовой продукции крупной промышленности и сельского хозяйства 57,9%, а промышленная продукция — 42,1%. Тяжёлая промышленность резко отставала от лёгкой. Отсутствовали многие важные отрасли промышленности: по производству станков, тракторов, автомобилей и другие. Дореволюционная Россия была оборудована современными орудиями производства вчетверо хуже Англии, впятеро хуже Германии, вдесятеро хуже Америки. Экономическая и техническая отсталость делала царскую Россию зависимой от развитых капиталистических стран. Она вынуждена была ввозить из-за границы значительную часть оборудования и других средств производства. В основных отраслях тяжёлой индустрии страны хозяйничали иностранные капиталисты.


Господство капиталистов и помещиков привело к тому, что полуколониальная зависимость России от западных империалистических держав всё более усиливалась. Над страной нависла прямая угроза полной утраты национальной независимости. Эксплуататорские классы неспособны были уничтожить вековую технико-экономическую отсталость России. Разрешить эту историческую задачу мог только рабочий класс. Ещё накануне Великой Октябрьской революции Ленин подчёркивал, что вопросом жизни или смерти для России является догнать и перегнать наиболее развитые капиталистические страны в технико-экономическом отношении. «Революция сделала то, что в несколько месяцев Россия по своему политическому строю догнала передовые страны.

Но этого мало. Война неумолима, она ставит вопрос с беспощадной резкостью: либо погибнуть, либо догнать передовые страны и перегнать их также и экономически...

Погибнуть или на всех парах устремиться вперед. Так поставлен вопрос историей»[109].

Уровень производительных сил и в частности наличие крупной концентрированной промышленности в дореволюционной России были достаточны для победы пролетарской революции, для установления Советской власти — самой передовой политической власти в мире. Однако для создания экономического базиса социализма, для социалистической переделки мелкого отсталого сельского хозяйства и подъёма благосостояния народа необходимо было ликвидировать вековую технико-экономическую отсталость страны, создать мощную тяжёлую индустрию. Не обладая развитой тяжёлой индустрией, наша страна могла превратиться в аграрный придаток к более развитым капиталистическим странам, потерять свою независимость, а с нею и все завоевания социалистической революции.

С победой пролетарской революции в России возникло противоречие между самой передовой политической властью в мире — Советской властью и отсталой технико-экономической базой, унаследованной от прошлого. Советская власть не могла бы долго держаться на базе отсталой промышленности. Чтобы преодолеть это противоречие, необходимо было осуществить социалистическую индустриализацию.

Таким образом, социалистическая индустриализация СССР явилась исторической необходимостью, обусловленной самыми жизненными, насущными интересами строительства социализма.

Коммунистическая партия и Советское государство осознали эту историческую необходимость и последовательно проводили политику социалистической индустриализации страны. XIV съезд Коммунистической партии (1925 г.) в качестве центральной задачи партии поставил социалистическую индустриализацию страны. В постановлении съезда говорилось: «Вести экономическое строительство под таким углом зрения, чтобы СССР из страны, ввозящей машины и оборудование, превратить в страну, производящую машины и оборудование, чтобы таким образом.

СССР в обстановке капиталистического окружения отнюдь не мог превратиться в экономический придаток капиталистического мирового хозяйства, а представлял собой самостоятельную экономическую единицу, строящуюся по-социалистически»[110].


Темпы социалистической индустриализации.


Коренные задачи социалистического преобразования страны и обеспечения её независимости требовали осуществления индустриализации в исторически кратчайшие сроки.

Необходимость быстрых темпов индустриализации вызывалась внешними и внутренними условиями развития Советского Союза — первой в мире страны социализма.

Внешние условия развития СССР определялись наличием враждебного капиталистического окружения. Страны империализма обладали более мощной промышленной базой и стремились уничтожить или по крайней мере ослабить Советское государство. Вопрос о темпах развития индустрии не стоял бы так остро, если бы Советский Союз имел такую же развитую промышленность, как передовые капиталистические страны. Этот вопрос не стоял бы так остро и в том случае, если бы диктатура пролетариата имелась тогда и в других, более развитых в промышленном отношении государствах. Но Советский Союз был страной отсталой в технико-экономическом отношении и единственной страной диктатуры пролетариата. Ввиду этого создание передовой промышленной базы необходимо было осуществить быстрыми темпами.

Внутренние условия развития СССР также требовали быстрых темпов индустриализации. Пока Советская страна оставалась мелкокрестьянской, в ней сохранялась более прочная экономическая база для капитализма, чем для социализма. Чтобы решить вопрос «кто — кого», необходимо было в исторически короткие сроки преобразовать распылённое частнособственническое хозяйство крестьян на основе коллективного труда, вооружённого передовой техникой, и лишить капитализм его базы в мелкотоварном производстве. Эта задача не могла быть разрешена без быстрого развития тяжёлой промышленности.

Сталин, обосновывая историческую необходимость высоких темпов социалистической индустриализации, говорил: «Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут»[111].

Возможность высоких темпов социалистической индустриализации определялась преимуществами социалистической системы хозяйства, особенностями социалистического метода индустриализации.


За период 1929—1937 гг. среднегодовые темпы роста промышленной продукции в СССР составляли около 20%, в то время как в капиталистических странах они составляли в этот период в среднем всего 0,3%. Темпы роста промышленности в СССР во много раз превышали темпы роста промышленности главных капиталистических стран в лучшую пору их развития. Так. в США среднегодовой прирост промышленной продукции составлял: за 1890—1895 гг.—8,2%, за 1895—1900 гг.—5,2, за 1900—1905 гг.—2,6, за 1905—1910 гг.— 3,6%.


Социалистический метод индустриализации. Источники средств для социалистической индустриализации.


Осуществить индустриализацию страны в кратчайшие исторические сроки можно лишь на основе социалистического метода индустриализации.

В капиталистических странах индустриализация начинается обычно с развития лёгкой промышленности. Только по истечении длительного времени наступает очередь для развития тяжёлой промышленности.

Для Советской страны этот путь индустриализации был неприемлем. Он означал бы гибель социалистической революции, превращение СССР в колонию империалистических государств. Коммунистическая партия отвергла капиталистический путь индустриализации и начала дело индустриализации страны с развёртывания тяжёлой индустрии.

Капиталистическая индустриализация осуществляется стихийно в результате погони капиталистов за прибылью. Социалистическая индустриализация осуществлялась на основе закона планомерного развития народного хозяйства в интересах строительства социализма и удовлетворения растущих потребностей трудящихся. Она не могла бы происходить на основе действия закона стоимости, так как это означало бы первоочередное развитие лёгкой промышленности, как более рентабельной. Советское государство в плановом порядке устанавливало такие пропорции в распределении труда и средств производства между различными отраслями, какие диктовались необходимостью социалистической индустриализации страны, обеспечивали первоочередное развитие тяжёлой индустрии. В интересах индустриализации использовались система финансов, кредит, внешняя торговля. По первому и второму пятилетним планам Советское государство направляло основную массу капитальных вложений не в лёгкую промышленность, хотя она и была более рентабельной, а в предприятия тяжёлой индустрии, строительство которых имело решающее значение для победы социализма.

Капиталистическая индустриализация ведёт к усилению эксплуатации и обнищания рабочего класса и крестьянства, к углублению пропасти между городом и деревней, к закабалению колониальных народов. Социалистическая индустриализация обеспечивает прочную основу для непрерывного подъёма производства на базе высшей техники и ведёт к ликвидации безработицы, к росту реальной заработной платы рабочих.

Социалистическая индустриализация является основой подъема сельского хозяйства, она ведёт к росту благосостояния крестьянства, к сближению города и деревни, к укреплению союза рабочего класса с крестьянством. Коммунистическая партия отвергла враждебные установки троцкистов, предлагавших проводить индустриализацию за счёт разорения крестьянства и стремившихся таким образом подорвать союз рабочего класса с крестьянством. Социалистическая индустриализация является мощным фактором хозяйственного и культурного подъёма ранее отсталых национальных районов.

Из всего этого вытекает прямая заинтересованность рабочих и крестьян в социалистической индустриализации. Социалистический метод индустриализации неуклонно расширяет внутренний рынок, создавая тем самым прочную внутреннюю базу для развёртывания промышленности.

Индустриализация такой отсталой в прошлом страны, какой была Россия, являлась трудным делом, ибо создание мощной тяжёлой промышленности требовало громадных материальных и финансовых затрат.

В индустриализации капиталистических стран наряду с нещадной эксплуатацией рабочих и крестьян важнейшую роль играл приток средств извне, за счёт колониального грабежа, военных контрибуций, кабальных займов и концессий. Эти способы мобилизации средств для строительства индустрии несовместимы с принципами социалистического строя. Советская страна должна была решать проблему накопления средств для создания тяжёлой индустрии исключительно за счёт внутренних источников. Чтобы накопить нужные средства для строительства новых заводов, необходима была жесточайшая экономия в хозяйстве. Мы экономим на всём, писал Ленин. «Это должно быть, потому что мы знаем, что без спасения тяжелой промышленности, без ее восстановления мы не сможем построить никакой промышленности, а без нее мы вообще погибнем, как самостоятельная страна»[112].

Осуществляя трудную задачу накопления средств для индустриализации, Советское государство использовало преимущества социалистической экономики, которые создавали реальную возможность разрешить проблему накопления собственными силами, без кабальных займов извне, за счёт внутренних ресурсов, за счёт планомерно осуществляемого социалистического накопления. Социалистическое накопление есть использование части национального дохода для расширения социалистического производства.

Экспроприация помещиков и капиталистов открыла возможность использования для социалистической индустриализации значительной части средств, которые ранее присваивались эксплуататорами и расходовались на цели паразитического потребления. Советская власть освободила страну от ежегодных платежей за границу сотен миллионов рублей в виде процентов по царским займам и дивидендов иностранным капиталистам на их капиталы, помещённые в России. До революции на эти цели ежегодно расходовалось 800—900 миллионов рублей золотом.

Советское крестьянство избавилось от арендных платежей помещикам за землю и от значительной задолженности банкам. Крестьянство, будучи заинтересовано в развитии промышленности, смогло уделять для этой цели часть своих средств.

Важнейшими источниками средств для социалистической индустриализации явились доходы национализированной промышленности, внешней торговли, государственной внутренней торговли и банковской системы. Значение этих источников всё более возрастало по мере роста социалистической промышленности.

Социалистическая промышленность обладает неоспоримыми преимуществами по сравнению с капиталистической в обеспечении роста накоплений. Она является самой крупной и концентрированной промышленностью, объединённой в масштабе всей страны, она свободна от действия закона конкуренции и анархии производства. Плановое руководство промышленностью, рациональное использование её ресурсов, трудовая активность рабочего класса, быстрое развитие техники создали условия для непрерывного роста производительности труда. В силу этого социалистическая промышленность получила возможность для неуклонного снижения себестоимости продукции, то есть выраженных в денежной форме затрат предприятий на производство и реализацию своей продукции.

Одним из важных преимуществ социалистической экономики перед капиталистической является концентрация всех имеющихся в стране денежных накоплений государственных и кооперативных предприятий, а также свободных средств населения в государственных кредитных учреждениях и их плановое использование для развития индустрии. Советское государство обеспечивало разумное расходование накопленных средств в целях удовлетворения важнейших запросов индустриализации. Оно проводило политику строжайшего режима экономии, всемерного упрощения и удешевления государственного и кооперативного аппарата, укрепления хозяйственного расчёта, финансовой дисциплины, борьбы с излишествами в расходовании государственных средств.

Все эти источники внутреннего накопления дали миллиарды рублей на индустриализацию страны и позволили произвести крупные капитальные вложения в промышленность, особенно в тяжёлую.

Таким образом, Советская власть успешно преодолела трудности, связанные с накоплением средств, необходимых для индустриализации страны.

Применение социалистического метода индустриализации дало огромный выигрыш во времени, обеспечив создание в кратчайшие сроки первоклассной социалистической индустрии, высокие темпы её роста.


За первую пятилетку (1929—1932 гг.) капитальные вложения в промышленность в пересчёте на современные цены составили 35,1 миллиарда рублей, из них 30,1 миллиарда рублей были вложены в отрасли тяжёлой промышленности. За вторую пятилетку (1933—1937 гг.) капитальные вложения в промышленность составили 82,8 миллиарда рублей, из них 69,1 миллиарда рублей были направлены в тяжёлую индустрию. За три с половиной года третьей пятилетки (1938 г.—первая половина 1941 г.) в промышленность было вложено 81,6 миллиарда рублей, из них в тяжёлую промышленность — 70,3 миллиарда рублей.


Превращение СССР из отсталой, аграрной страны в передовую, индустриальную державу.


Победа социалистической индустриализации в СССР стала возможной потому, что Коммунистическая партия и Советское государство в своей политике опирались на законы экономического развития и умело использовали преимущества социалистической экономики. В соответствии с задачей построения социализма и удовлетворения растущих (материальных и культурных потребностей трудящихся было развёрнуто гигантское промышленное строительство. Программа индустриализации страны получила конкретное воплощение в пятилетних планах, которые вооружили советский народ ясностью перспективы и явились могучей силой, мобилизующей трудящихся на построение социализма.

Коммунистическая партия и Советское государство организовали и возглавили активность и творческую инициативу миллионных масс. В годы первой пятилетки развернулось массовое социалистическое соревнование в борьбе за выполнение и перевыполнение планов. Вторая пятилетка ознаменовалась возникновением стахановского движения, которое было связано с овладением работниками производства современной, первоклассной техникой, ломало отсталые, низкие технические нормы и заменяло их более высокими. Стахановское движение явилось новым этапом социалистического соревнования. В соревновании широких масс рабочего класса проявилась великая роль новых, социалистических производственных отношений, как главной и решающей силы мощного подъёма производительных сил. Социалистическое соревнование вскрыло неиссякаемые резервы роста производительности труда и ускорения темпов индустриализации. Широко развернувшееся социалистическое соревнование явилось основным фактором досрочного выполнения первой и второй пятилеток.

В борьбе за индустриализацию страны важную роль сыграло последовательное применение экономического закона распределения по труду, сочетающего личную материальную заинтересованность трудящихся с интересами общественного производства. Оплата труда в зависимости от его количества и качества стимулировала рост производительности труда, повышение квалификации работников и совершенствование методов производства.

Одним из основных условий высоких темпов индустриализации, освоения новых заводов и использования до дна современной техники явилось успешное решение Советской властью в течение нескольких лет труднейшей проблемы создания многочисленных промышленных кадров. Со всей остротой встала задача подготовки новых кадров производственно-технической интеллигенции. Рабочий класс должен был создать свою собственную производственно-техническую интеллигенцию, способную служить интересам народа, активно участвовать в социалистическом строительстве. В годы первой и второй пятилеток Советское государство развернуло огромную работу по подготовке кадров через систему высших учебных заведений и техникумов для промышленности и других отраслей народного хозяйства. Наряду с этим в крупных масштабах была организована подготовка квалифицированных рабочих через школы фабрично-заводского ученичества и различные курсы по производственно-техническому обучению новых рабочих. Планомерная организация подготовки кадров Советским государством и заинтересованность рабочих масс в подъёме общественного производства ускоряли и облегчали освоение новой техники. На этой основе были созданы условия для быстрого роста производительности труда.


За время с 1928 по 1937 г. число рабочих и служащих крупной промышленности увеличилось с 3,8 миллиона человек до 10,1 миллиона человек, то есть в 2,7 раза. Число квалифицированных рабочих, работающих на новейших механизмах, росло значительно быстрее обшей численности рабочего класса. За время с 1926 по 1939 г. число токарей выросло в 6,8 раза, фрезеровщиков — в 13 раз и т. д. Количество инженеров выросло в 7,7 раза.


Успешное выполнение программы индустриализации изменило соотношение между промышленностью и сельским хозяйством: при значительном росте продукции сельского хозяйства промышленное производство увеличивалось гораздо быстрее, ввиду этого удельный вес промышленной продукции во всей продукции страны резко повысился. Социалистическая промышленность превратилась в решающую силу народного хозяйства. Изменилось соотношение между отраслями, производящими средства производства, и отраслями, производящими предметы потребления. Производство средств производства заняло преобладающее место в общей массе промышленной продукции, стало играть ведущую роль в развитии промышленности и всей экономики страны.

По темпам развития и по уровню техники промышленность СССР догнала и перегнала промышленность главных капиталистических стран. С точки зрения насыщенности промышленного производства новой техникой Советская страна стала наиболее передовой в мире. Машиностроение в СССР достигло такого уровня развития, при котором стало возможным производить любые машины внутри страны. Советский Союз добился технико-экономической независимости от капиталистических стран.


За годы первых двух пятилеток в СССР была построена мощная тяжёлая индустрия, оборудованная по последнему слову техники. В 1937 г. основные производственные фонды всей промышленности (производственные здания и сооружения, машины и оборудование) превышали уровень 1928 г. в 5,5 раза, а по отраслям, производящим средства производства,— более чем в 7 раз. Были созданы десятки новых отраслей промышленности, которых не знала дореволюционная Россия: автомобильная и тракторная промышленность, станкостроение, ряд химических производств, самолётостроение, моторостроение, производство комбайнов, мощных турбин и генераторов, качественных сталей и многие другие. За годы пятилеток были построены и пущены в ход тысячи фабрик и заводов. Среди них —десятки гигантов социалистической индустрии: Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты, Днепровская гидроэлектростанция, Сталинградский и Харьковский тракторные заводы, автомобильные заводы в Москве и в Горьком, Уральский и Краматорский заводы тяжёлого машиностроения, шарикоподшипниковый завод в Москве, химические комбинаты в Сталиногорске, Соликамске и Березниках и множество других предприятий. Новые предприятия стали играть основную роль в общем объёме промышленной продукции. Уже в 1937 г. свыше 80°/о всей продукции было получено с предприятий, вновь созданных или реконструированных за годы первых двух пятилеток.

С 1913 по 1940 г. продукция крупной промышленности в СССР выросла почти в 12 раз. По объёму промышленной продукции Советский Союз уже к концу второй пятилетки занял первое место в Европе и второе в мире. По грузообороту железных дорог СССР вышел на второе место в мире. Удельный вес крупной промышленности в валовой продукции крупной промышленности и сельского хозяйства поднялся с 42,1% в 1913 г. до 77,4% в 1937 г. В 1913 г. в валовой продукции всей промышленности на долю средств производства приходилось 33,3%, в 1940 г.— более 60%. В 1913 г. в общей продукции промышленности продукция машиностроения составляла всего 6%, в 1940 г.— 30%. По удельному весу машиностроения в продукции промышленности Советский Союз вышел на первое место в мире. Накануне первой пятилетки СССР ввозил из-за границы примерно одну треть всех машин. В 1932 г. ввозилось уже менее 13%, а в 1937 г.— только 0,9%. Советский Союз не только прекратил ввоз из капиталистических стран автомобилей, тракторов, сельскохозяйственных и других машин, но и стал вывозить их за границу.


Быстрый рост советской промышленности привёл к тому, что господствующее положение в промышленном производстве заняли крупные социалистические предприятия. В 1924/25 г. удельный вес частнохозяйственного сектора в продукции промышленности СССР составлял 20,7%. В результате выполнения второй пятилетки частная промышленность была окончательно ликвидирована. Социалистическая система стала единственной системой в промышленности СССР.

Социалистическая индустриализация привела к подъёму материального и культурного уровня трудящихся. Уже в годы первой пятилетки — в конце 1930 г.— в СССР была полностью ликвидирована безработица. Создание тяжёлой индустрии послужило основой для технической реконструкции и мощного развития отраслей, производящих предметы потребления,— сельского хозяйства, лёгкой и пищевой промышленности. Капитальные вложения в промышленность, производящую предметы потребления, во вторую пятилетку утроились по сравнению с первой пятилеткой.

В процессе социалистической индустриализации произошли коренные изменения в размещении промышленности. Были созданы новые первоклассные промышленные базы в восточных районах страны — на Урале, в Западной Сибири, Казахстане. Социалистическая индустриализация сопровождалась ростом старых и созданием новых городов. По всей стране, особенно на востоке, выросли крупные города и индустриальные очаги, которые стали экономическими и культурными центрами, преображающими весь облик окружающих районов.

В результате осуществления программы индустриализации Советский Союз из отсталой, аграрной страны превратился в могучую социалистическую индустриальную державу. Была создана прочная индустриальная база для технической реконструкции всего народного хозяйства, укрепления обороноспособности СССР и неуклонного подъёма благосостояния народа. Противоречие между самой передовой в мире политической властью и отсталой технико-экономической базой, унаследованной от прошлого, было ликвидировано.

Таким образом, в течение довоенных пятилеток происходил бурный рост производительных сил социалистической промышленности. Советский Союз за 13 предвоенных лет прошёл путь, на который развитые капиталистические страны затратили примерно вдесятеро больше времени. Это был величайший скачок от отсталости к прогрессу, равного которому не знала мировая история. Гигантское развитие производительных сил в СССР ие имело бы места, если бы старые, капиталистические производственные отношения не были заменены новыми, социалистическими производственными отношениями.

Победа индустриализации в СССР была достигнута Коммунистической партией и Советским государством в борьбе за преодоление огромных трудностей, связанных с отсталостью экономики страны, ожесточённым сопротивлением ликвидируемых капиталистических элементов и наличием враждебного капиталистического окружения. Коммунистическая партия отстояла курс на индустриализацию страны в борьбе против злейших врагов социализма — троцкистов и бухаринцев, противопоставивших генеральной линии партии на индустриализацию страны линию на превращение Советской страны в аграрный придаток к империалистическим странам и пытавшихся повернуть СССР на путь капиталистического развития.

Социалистическая индустриализация СССР явилась событием огромного международного значения. Быстрое превращение ранее отсталой страны в мощную индустриальную державу доказало неоспоримые преимущества социалистической системы хозяйства и усилило позиции СССР на международной арене. Опыт индустриализации СССР используется ныне странами народной демократии, идущими по пути строительства социализма.

Процесс индустриализации каждой отдельной страны, вставшей на путь строительства социализма, зависит как от внутренних, так и от внешних условий. Советский Союз, будучи первой и долгое время единственной страной, строившей социализм в окружении враждебных капиталистических держав, вынужден был создавать тяжёлую индустрию в составе всех её основных отраслей в сжатые исторические сроки, исключительно за счёт внутренних источников. Это определяло огромные трудности строительства социализма в СССР. Другие, более благоприятные условия сложились ныне для стран народной демократии, поскольку имеется мощный лагерь демократии и социализма во главе с Советским Союзом и накоплен богатый опыт социалистического строительства. Строительство промышленности в этих странах проводится с учётом особенностей каждой страны, в том числе природных условий, с учётом экономической целесообразности развития тех или иных отраслей, имея в виду все преимущества широкого разделения труда и экономической взаимопомощи между странами социалистического лагеря.


Краткие выводы


1. Крупная машинная промышленность является материальной базой социализма. Решающее значение для построения социализма имеет наличие тяжёлой индустрии. Существо социалистической индустриализации состоит в создании за счёт внутренних источников накопления мощной тяжёлой индустрии, способной реорганизовать всё народное хозяйство, в том числе и земледелие, на основе новейшей техники, обеспечить безраздельное господство социалистических форм хозяйства и технико-экономическую независимость страны.

2. Социалистический метод индустриализации, имеющий решающие преимущества перед капиталистическим методом, обеспечивает создание крупной промышленности в исторически кратчайший срок. Социалистическая индустриализация осуществляется планомерно, начинается с развития тяжёлой промышленности и проводится в интересах трудящихся. Национализация промышленности, банков, транспорта, внешней торговли создаёт новые, невиданные при капитализме источники накопления и даёт возможность быстрой мобилизации средств для создания тяжёлой индустрии.

3. Советское государство, руководимое Коммунистической партией, успешно осуществило программу индустриализации, получившую воплощение в пятилетних планах, благодаря тому, что оно в своей политике опиралось на экономические законы и использовало преимущества социалистической экономики, трудовой подъём рабочего класса и всех трудящихся. За годы довоенных пятилеток была построена первоклассная, технически передовая индустрия, послужившая базой технической реконструкции всего народного хозяйства, укрепления обороноспособности страны и роста благосостояния народа. Советский Союз превратился в мощную индустриальную державу, независимую от других стран, производящую собственными силами все необходимые машины и оборудование. Новые, социалистические производственные отношения, утвердившиеся в стране, явились той решающей силой, которая определила и обеспечила быстрое развитие производительных сил социалистической промышленности.


ГЛАВА XXIV КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА


Историческая необходимость коллективизации сельского хозяйства. Кооперативный план Ленина.


Для построения социализма необходимо не только индустриализировать страну, но и преобразовать сельское хозяйство на социалистических основах. Социализм есть такая система общественного хозяйства, которая объединяет промышленность и земледелие, базирующиеся на обобществлённых средствах производства и коллективном труде.

Социалистическая переделка сельского хозяйства является самой трудной задачей социалистической революции после завоевания власти рабочим классом. В отличие от промышленности, где социалистическая революция застаёт крупное, высококонцентрированное производство, сельское хозяйство капиталистических стран не достигло такой степени капиталистического обобществления производства. В нём численно преобладают мелкие, раздроблённые крестьянские хозяйства. Пока преобладающей формой сельскохозяйственного производства остаётся мелкое единоличное хозяйство, до тех пор сохраняется база буржуазного хозяйственного строя в деревне, эксплуатация бедноты и значительной части середняков сельской буржуазией. Система мелкого товарного производства не в состоянии избавить крестьянские массы от нищеты и угнетения.

Единственным путём избавления трудящихся масс крестьянства от всякой эксплуатации, от нищеты и разорения является их переход на рельсы социализма. Марксизм-ленинизм отвергает, как бессмысленный и преступный, путь экспроприации мелких и средних производителей и превращение их средств производства в государственную собственность, ибо такой путь подорвал бы всякую возможность победы пролетарской революции и отбросил бы крестьянство надолго в лагерь врагов пролетариата. Ф. Энгельс писал: «Когда мы овладеем государственной властью, нам нельзя будет и думать о том, чтобы насильственно экспроприировать мелких крестьян (все равно, с вознаграждением или без него), как это мы вынуждены будем сделать с крупными землевладельцами. Наша задача по отношению к мелким крестьянам состоит прежде всего в том, чтобы их частное производство и частное владение перевести в товарищеское, но не насильственным путем, а посредством примера и предложения общественной помощи для этой цели»[113].

В своём плане построения социалистического общества Ленин руководствовался тем, что рабочий класс должен строить социализм в союзе с крестьянством. Составной частью общего плана построения социализма является разработанный Лениным план перехода крестьян от мелкого, частнособственнического хозяйства к крупному, социалистическому хозяйству через кооперацию.

Кооперативный план Ленина исходил из того, что в условиях диктатуры пролетариата кооперация представляет собой наиболее доступный, понятный и выгодный миллионам крестьян путь перехода от раздроблённого единоличного хозяйства к крупным производственным объединениям — коллективным хозяйствам. Важнейшей экономической предпосылкой производственного кооперирования основных масс крестьянства является всемерное развитие крупной социалистической индустрии, способной реорганизовать и земледелие на современной технической базе. Вовлечение крестьянства в русло социалистического строительства должно происходить путём развития первоначально простейших форм кооперации в области сбыта, снабжения, кредита и постепенного перехода от них к кооперации производственной, колхозной. Кооперирование крестьян должно происходить при строжайшем соблюдении принципа добровольности.

В буржуазном обществе, где средства производства принадлежат эксплуататорам, кооперация является капиталистической формой хозяйства. В сельскохозяйственной кооперации при капитализме экономически господствует буржуазия, эксплуатирующая массы крестьянства. При общественном строе, где политическая власть находится в руках самих трудящихся и основные средства производства составляют собственность пролетарского государства, кооперация является социалистической формой хозяйства. «Строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией — это есть строй социализма»[114].

Опираясь на труды Ленина, Сталин выдвинул и развил ряд новых положений в вопросе о социалистическом преобразовании сельского хозяйства.

В многоукладной экономике переходного периода существуют, с одной стороны, крупная социалистическая промышленность, основой которой является общественная собственность на средства производства, а с другой стороны, мелкокрестьянское хозяйство, основой которого является частная собственность на средства производства. Крупная промышленность оснащена передовой техникой, а частнособственническое, мелкое крестьянское сельское хозяйство базируется на примитивной технике и ручном труде. Крупная промышленность развивается высокими темпами, по принципу расширенного воспроизводства, мелкокрестьянское же хозяйство не только не осуществляет в своей массе ежегодно расширенного воспроизводства, но не всегда имеет возможность осуществить даже простое воспроизводство. Крупная промышленность централизована в масштабе всего народного хозяйства и ведётся на основе государственного плана, а мелкое крестьянское хозяйство раздроблено и подвержено влиянию рыночной стихии. Крупная социалистическая промышленность уничтожает капиталистические элементы, а мелкое крестьянское хозяйство рождает их постоянно и в массовом масштабе. Социалистическое государство и строительство социализма не могут в продолжение более или менее долгого периода базироваться па двух разных основах — на основе самой крупной и объединённой социалистической промышленности и на основе самого раздроблённого и отсталого мелкотоварного крестьянского хозяйства. Это привело бы в конце концов к развалу всего народного хозяйства.

Таким образом, в экономике переходного периода от капитализма к социализму неизбежно существует противоречие между крупной социалистической промышленностью, с одной стороны, и мелкокрестьянским хозяйством, с другой стороны. Разрешить это противоречие можно только путём перевода мелкого крестьянского хозяйства на рельсы крупного социалистического земледелия.

Развитие социалистической индустрии и рост городского населения в переходный период в СССР сопровождались быстрым увеличением спроса на сельскохозяйственные продукты. Но темпы развития сельского хозяйства чрезмерно отставали от темпов развития промышленности. Особенно медленно двигалась вперёд главная отрасль земледелия — зерновое хозяйство. Мелкокрестьянское хозяйство, которое являлось основным поставщиком товарного хлеба, носило полупотребительский характер и отпускало на рынок только десятую часть валового сбора зерна. Несмотря на то, что в 1926 г. посевные площади и валовые сборы зерна почти достигли довоенного уровня, товарная продукция зерна была вдвое ниже уровня 1913 г. Мелкокрестьянское хозяйство не в состоянии было удовлетворить возраставший спрос на продовольствие для населения и на сырьё для промышленности.

Существуют два пути создания крупного хозяйства в земледелии — капиталистический и социалистический. Капиталистический путь означает насаждение в земледелии крупных капиталистических хозяйств, основанных на эксплуатации наёмного труда, что неизбежно сопровождается обнищанием и разорением трудящихся масс крестьянства. Социалистический путь означает объединение мелких крестьянских хозяйств в крупные коллективные хозяйства, вооружённые передовой техникой, освобождающие крестьян от эксплуатации, нищеты и бедности и обеспечивающие неуклонный подъём их материального и культурного уровня. Третьего пути не существует.

Переход от мелкого единоличного крестьянского хозяйства к крупному социалистическому хозяйству не может произойти самотёком. При капитализме деревня стихийно идёт за городом, так как капиталистическое хозяйство в городе и мелкокрестьянское хозяйство в деревне являются в основе своей однотипными формами хозяйства, базирующимися на частной собственности на средства производства. В условиях диктатуры рабочего класса мелкокрестьянская деревня не может стихийно идти за социалистическим городом. Ленин говорил о товарно-капиталистической тенденции крестьянства в противоположность социалистической тенденции пролетариата.

Социалистический город ведёт за собой мелкокрестьянскую деревню путём организации крупных социалистических хозяйств в земледелии. Индустриализация страны вооружает деревню передовой машинной техникой. Вместе с тем создаются кадры, овладевающие новой техникой. В сельском хозяйстве возникают новые производительные силы. Новым производительным силам не соответствуют старые производственные отношения мелкого крестьянского хозяйства. Это порождает необходимость создания в деревне новых, социалистических производственных отношений, которые дали бы простор развитию производительных сил. Такие производственные отношения могут быть созданы только путём объединения мелких индивидуальных хозяйств в крупные коллективные хозяйства.

Таким образом, постепенное объединение мелких крестьянских хозяйств в производственные кооперативы, вооружённые передовой техникой, является в переходный период от капитализма к социализму объективной необходимостью. Без коллективизации невозможно обеспечить непрерывное развитие всего народного хозяйства на базе высшей техники и постоянный рост благосостояния народа. Путь коллективизации является единственно возможным с точки зрения задач построения социализма и удовлетворения коренных, жизненных интересов крестьянства.

Коммунистическая партия и Советское государство осознали историческую необходимость коллективизации, отвергли капиталистический путь развития сельского хозяйства, как гибельный для дела социализма, и избрали социалистический путь. Это нашло своё выражение в последовательно проведённой политике коллективизации сельского хозяйства. XV съезд ВКП(б) (1927 г.) постановил: «Необходимо поставить в качестве первоочередной задачи на основе дальнейшего кооперирования крестьянства постепенный переход распыленных крестьянских хозяйств на рельсы крупного производства (коллективная обработка земли на основе интенсификации и машинизации земледелия), всемерно поддерживая и поощряя ростки обобществленного сельскохозяйственного труда»[115].

История социалистического строительства в СССР показала, что путь производственного кооперирования крестьянских хозяйств полностью оправдал себя. Во всех странах, имеющих более или менее многочисленный класс мелких и средних производителей, после установления власти рабочего класса этот путь развития является единственно возможным и целесообразным для победы социализма.


Предпосылки сплошной коллективизации.


Выполнение грандиозной исторической задачи — коллективизации миллионов мелких крестьянских хозяйств — требовало соответствующей подготовки. Если само развитие капитализма подготовило материальные условия для социалистического преобразования промышленности, то в сельском хозяйстве эти условия в значительной мере должны быть созданы в течение переходного периода.

Экономическая политика Коммунистической партии и Советского государства в деревне до сплошной коллективизации была направлена к тому, чтобы поддерживать всеми доступными мерами бедняцкие и середняцкие слои деревни и ограничивать эксплуататорские стремления сельскохозяйственной буржуазии. Беднота, составлявшая 35% крестьянского населения, была полностью освобождена от налогов. Социалистическое государство в законодательстве о труде строго охраняло интересы бедняков и сельскохозяйственных рабочих. Землеустройство в бедняцких и маломощных середняцких хозяйствах проводилось бесплатно, за счёт государства. Государство организовывало машинные прокатные пункты, которые оказывали производственную помощь прежде всего бедняцким хозяйствам. Беднякам и середнякам выдавался кредит деньгами, предоставлялись семенные и продовольственные ссуды на льготных условиях. Большое значение в подъёме крестьянского хозяйства имели организованные государством агрономическая помощь, снабжение минеральными удобрениями, борьба с засухой, проведение крупных ирригационных работ и т. д. В то же время Коммунистическая партия и Советское государство ограничивали и вытесняли капиталистические элементы деревни путём высокого налогового обложения кулачества, ограничения размеров аренды и применения наёмного труда, запрещения купли и продажи земли.

Коренная задача строительства социализма в деревне состояла в том, чтобы под руководством рабочего класса, опирающегося на крупную социалистическую индустрию, перевести основные массы крестьянства со старого, частнособственнического пути на новый, социалистический, колхозный путь.

Национализация земли в СССР освободила мелкого крестьянина от его рабской приверженности к своему клочку земли и облегчила тем самым переход от мелкого крестьянского хозяйства к крупному коллективному хозяйству. Национализация земли создала благоприятные условия для организации крупных социалистических хозяйств в земледелии, которым не надо было непроизводительно затрачивать средства на покупку земли и уплату земельной ренты.

Решающее значение в подготовке коллективизации имело всемерное развитие социалистической индустрии, являющейся ключом к социалистическому преобразованию сельского хозяйства. В СССР уже первые успехи индустриализации дали возможность развернуть строительство заводов по производству тракторов, комбайнов и других сложных сельскохозяйственных машин. Только за годы первой пятилетки сельское хозяйство СССР получило 154 тысячи тракторов (в переводе на 15-сильные).

Таким образом создавалась индустриальная база для снабжения деревни тракторами, комбайнами и другими сельскохозяйственными машинами.

Массовый переход крестьян на путь колхозов подготовлялся развитием сельскохозяйственной кооперации. Низшей ступенью кооперирования крестьянских хозяйств является кооперация в области сбыта сельскохозяйственной продукции и снабжения деревни промышленными товарами, а также кооперация в области кредита. Наряду со специальными видами сельскохозяйственной кооперации — маслодельной, льноводческой, свеклосевной, кредитной и другими — важное значение имеет кустарно-промысловая кооперация. Эти формы кооперации играют большую роль в переходе от индивидуального крестьянского хозяйства к крупному, общественному хозяйству. Они прививают широким слоям крестьянства навыки коллективного ведения хозяйственных дел. На этой ступени между социалистической индустрией и крестьянским хозяйством существует преимущественно торговая смычка, которая не изменяет ещё частнособственнических основ крестьянского производства, но обеспечивает материальную заинтересованность крестьян в подъёме их хозяйства. Торговая смычка осуществляется путём расширения государственной и кооперативной торговли и вытеснения из товарооборота частного капитала. Таким образом, крестьяне освобождаются от эксплуатации со стороны- торговцев и спекулянтов. Большую роль при этом играет потребительская кооперация в деревне, производящая торговлю предметами личного потребления.

Во взаимоотношениях государства с кооперативными объединениями большое значение имеет система контрактации, представляющая собой форму организованного товарооборота. Этот товарооборот осуществляется на основе договоров, по которым государство даёт заказ кооперированным производителям на производство известного количества сельскохозяйственной продукции, снабжает кооперативы семенами и орудиями производства, обусловливает применение лучших приёмов ведения хозяйства (рядовой сев, посев сортовыми семенами, применение удобрений и т.д.), покупает у них товарную продукцию для снабжения населения продовольствием, а промышленности — сырьём. Эта система выгодна обеим сторонам и смыкает крестьянские хозяйства с индустрией непосредственно, без частных торговых посредников.

Высшей ступенью кооперирования крестьянства является организация коллективных хозяйств — колхозов, означающая переход к крупному обобществлённому производству. Колхоз есть добровольное производственное кооперативное объединение крестьян, основу которого составляют общественная собственность на средства производства и коллективный труд, исключающие эксплуатацию человека человеком.

В подготовке массовой коллективизации большую роль играют первые колхозы, которые создаются вскоре после социалистической революции. На примере этих колхозов крестьяне убеждаются в преимуществах коллективных форм хозяйства перед индивидуальным хозяйством.

До сплошной коллективизации преобладающей формой колхозов были товарищества по совместной обработке земли (ТОЗ'ы), в которых обобществлялись землепользование и труд, но рабочий скот и сельскохозяйственный инвентарь оставались в частной собственности крестьянина. С развёртыванием массовой коллективизации ТОЗ'ы оказались уже пройденной ступенью. В ряде районов имелись сельскохозяйственные коммуны, в которых обобществлялись не только все средства производства, но и личное хозяйство колхозника. Эти коммуны оказались нежизненными, так как они возникли в условиях неразвитой техники и недостатка продуктов. В них практиковалось уравнительное распределение предметов потребления. Коммуны были превращены в сельскохозяйственные артели.

Основной и главной формой колхозного строительства является сельскохозяйственная артель. Сельскохозяйственная артель есть форма коллективного хозяйства, которая строится на обобществлении основных средств производства крестьян и на их коллективном труде, причём сохраняется личная собственность колхозников на подсобное хозяйство в размерах, определяемых Уставом сельскохозяйственной артели.

Ведущая роль крупной социалистической индустрии в коллективизации сельского хозяйства осуществляется через машинно-тракторные станции. Машинно-тракторная станция (МТС) есть государственное социалистическое предприятие в сельском хозяйстве, сосредоточивающее у себя тракторы, комбайны, а также другие сложные сельскохозяйственные машины и обслуживающее в договорном порядке колхозное производство. МТС представляет собой такую форму организации социалистическим государством материально-производственной базы крупного коллективного сельского хозяйства, которая обеспечивает наиболее полное сочетание самодеятельности колхозных масс в строительстве своих коллективных хозяйств под руководством и с помощью социалистического государства.

Машинно-тракторные станции являются могучим рычагом социалистического переустройства сельского хозяйства, средством установления производственной смычки «между промышленностью и сельским хозяйством. Производственная смычка заключается в том, что крупная социалистическая индустрия снабжает сельское хозяйство машинами и другими средствами производства, вооружает его новой, совершенной техникой.

Важную роль в социалистическом преобразовании сельского хозяйства играют крупные государственные сельскохозяйственные предприятия, организуемые социалистическим государством на части бывших помещичьих земель, а также на свободных землях государственного фонда. В СССР государственные советские хозяйства (совхозы) стали создаваться уже в первый год после социалистической революции. Совхоз есть крупное социалистическое сельскохозяйственное предприятие по производству зерна, мяса, молока, хлопка и других сельскохозяйственных продуктов, в котором средства производства и вся производимая продукция принадлежат государству. Совхозы представляют собой один из важнейших источников продовольственных и сырьевых ресурсов, поступающих в распоряжение государства. Совхозы как образцы высокомеханизированного и высокотоварного социалистического хозяйства давали крестьянам возможность убедиться в огромных преимуществах крупного социалистического хозяйства, оказывали им помощь тракторами, сортовыми семенами, племенным скотом. Они облегчили поворот крестьянских масс к социализму, на путь коллективизации.

Колхозный строй возник при финансовой и организационной поддержке рабочего класса. Советское государство израсходовало огромные средства для финансирования колхозного и совхозного строительства. В первые годы массового колхозного движения лучшие работники партии и десятки тысяч передовых рабочих были направлены в деревню и оказали крестьянам большую помощь в организации коллективных хозяйств.

Важную роль в подготовке крестьян к переходу на путь коллективизации сыграла проводимая Коммунистической партией работа по политическому воспитанию крестьянских масс.

Поворот основных масс крестьянства на путь коллективизации требовал непримиримой классовой борьбы с кулачеством. Сопротивление кулачества политике Советской власти в деревне особенно усилилось в 1927—1928 гг., когда Советская страна испытывала трудности с хлебом. Кулаки организовали саботаж хлебозаготовок, совершали террористические акты против колхозников, партийных и советских работников, поджигали колхозные постройки, государственные склады зерна. Политика решительной борьбы с кулачеством и защиты интересов трудящихся крестьян Сплотила бедняцко-середняцкие массы вокруг Коммунистической партии и Советского государства.


Сплошная коллективизация и ликвидация кулачества как класса.


Коренной поворот крестьянства в сторону колхозов обозначился в СССР во второй половине 1929 г. К этому времени были созданы экономические и политические предпосылки коллективизации сельского хозяйства. В колхозы пошёл середняк, то есть основная масса крестьянства. Крестьяне вступали в колхозы уже не отдельными группами, а целыми селами и районами. В советской деревне начался процесс сплошной коллективизации.

До сплошной коллективизации Коммунистическая партия и Советское государство проводили политику ограничения и вытеснения капиталистических элементов деревни. Налоговая политика, политика цен, ограничение аренды земли и наёмного труда — всё это ставило определённые рамки кулацкой эксплуатации и вело к вытеснению отдельных групп кулачества. Но эта политика не уничтожала хозяйственных основ кулачества, не влекла за собой его ликвидации как класса. Такая политика была необходима до тех пор, пока не были созданы условия для сплошной коллективизации, пока в деревне не было широкой сети колхозов и совхозов, которые могли бы заменить капиталистическое производство хлеба социалистическим производством.