BzBook.ru

Как работать по 4 часа в неделю и при этом не торчать в офисе "от звонка до звонка" жить где угодно и богатеть

Хронология патологии

Эксперт – это человек, который совершил все возможные ошибки в очень узкой области.

НИЛЬС БОР (1885-1962), датский физик, лауреат Нобелевской премии 1922 года.

Обычно он сумасшедший, но в моменты просветления становится просто дураком.

ГЕНРИХ ГЕЙНЕ (1797-1856), немецкий поэт.

Эта книга расскажет вам о принципах, благодаря которым я стал:


• беспощадным бойцом, ведущим бои в клетке, победителем четырех чемпионов мира;

• первым американцем, попавшим в книгу рекордов Гиннесса благодаря танго;

• приглашенным преподавателем предпринимательского мастерства в Принстонском университете;

• специалистом по прикладной лингвистике в японском, китайском, немецком и испанском языках;

• исследователем гликемического показателя;

• чемпионом страны по китайскому кикбоксингу;

• брейк-дансером на MTV в Тайване;

• спортивным консультантом более чем 30 обладателей мировых рекордов;

• актером популярных телесериалов в Китае и Гонконге; телеведущим в Таиланде и Китае;

• исследователем проблемы предоставления политического убежища и общественным деятелем;

• профессиональным мнемонистом (мастером запоминания);

• мотогонщиком.


Мой путь к этим вершинам был не столь блистательным, как результат.

1977 год. Я родился на шесть недель раньше срока, поэтому вероятность моего выживания составляла 10%. Но я все-таки выжил и так растолстел, что долго не мог научиться переворачиваться на живот. Из-за дисбаланса глазных мышц мои глаза смотрели в разные стороны, и мама ласково прозвала меня «рыбкой-тунцом». Пока неплохо.

1983 год. Меня чуть не выставили из подготовительного класса, потому что я наотрез отказался учить алфавит. Учительница, в свою очередь, отказывалась объяснить, зачем он мне сдался, и твердила одно: «Потому что я учитель!» Пришлось втолковывать ей, что это нелогично, и попросить не мешать мне рисовать акул. Тогда учительница пересадила меня за «стол двоечников» и задала мне выволочку. Так началась история моего противостояния авторитетам.

1991 год. Моя первая работа! Меня наняли за мизерную зарплату уборщиком в кафе-мороженое, где я быстро понял, как действует потогонная система. И поступил по-своему: вместо восьми часов справлялся с работой за час, а остальное время читал журналы по кунг-фу и практиковался в приемах на заднем дворе. Меня уволили спустя рекордно короткий срок – через три дня – с прощальным напутствием: «Может, когда-нибудь ты научишься ценить тяжелый труд». Увы, я не сподобился.

1993 год. Я вызвался по обменной программе отправиться на год в Японию, где люди изводят себя работой до смерти — это явление называется «кароси» – и говорят, что родиться хорошо синтоистом, жениться – христианином, а умереть – буддистом. Я пришел к выводу, что жизнь ставит в тупик большинство людей. Однажды вечером, прося хозяйку дома, где я жил, разбудить («окосу») меня утром, я попросил изнасиловать меня («окасу»). Она страшно сконфузилась.

1996 год. Я ухитрился-таки пролезть в Принстон, хотя по стандартному тесту SAT набрал балл на 40% ниже среднего, а мой консультант из школы настоятельно рекомендовал «быть реалистом». Вывод: реалист из меня никакой. Сначала я нажимал на неврологию, а потом переквалифицировался в специалиста по Дальнему Востоку, только чтобы не цеплять датчики на головы кошкам.

1997 год. Пора зарабатывать миллион! Я записал аудиокнигу под названием «Как я обставил "Лигу плюща"» и на деньги, заработанные во время каникул на трех работах, изготовил 500 экземпляров. И не продал ни единого. Выбросить их я разрешил маме только в 2006 году, через девять лет после фиаско. Вот они, итоги ничем не подкрепленной самонадеянности.

1998 год. После того как четыре амбала проломили одному моему другу голову, я бросил работу вышибалы, самую прибыльную в кампусе, и организовал семинар по скорочтению. Я облепил весь кампус сотнями мерзко-зеленых листовок с лозунгом «Увеличьте скорость чтения всего за три часа!», а студенты Принстона, как и следовало ожидать, приписали на каждой: «Дерьмо». Мне удалось продать всего 32 билета по 50 долларов на трехчасовой семинар, и 533 доллара, заработанные за час, убедили меня: сначала нужно найти рынок, а затем производить товар. Через два месяца мне осточертели муки скорочтецов, и я прикрыл лавочку. Терпеть не могу сферу услуг: мне подавай товар.

Осень 1998 года. Изнурительная предзащита диплома и острый страх перед будущим в роли инвестиционного банкира побудили меня совершить академическое самоубийство и уйти из университета. Отец был убежден, что обратно я никогда не вернусь, я сам – что моя жизнь кончена. А мама считала, что ничего страшного не случилось и не из-за чего устраивать трагедию.

Весна 1999 года. За три месяца я успел найти и бросить работу составителя учебной программы языковой школы Берлица, крупнейшей в мире организации, распространяющей материалы по иностранным языкам, а также работу аналитика в компании из трех сотрудников, занимающейся исследованием проблемы предоставления политического убежища. Потом я улетел в Тайвань создавать с нуля сеть тренажерных залов, но помешала «триада» – китайская мафия. В США я вернулся побежденным, но с твердым решением серьезно заняться кикбоксингом, и через четыре недели выиграл чемпионат страны, продемонстрировав самый уродливый и оригинальный стиль из всех существующих.

Осень 2000 года. Восстановив веру в свои силы и окончательно забросив дипломную работу, я вернулся в Принстон. Моя жизнь продолжалась, а годичный перерыв в занятиях только сыграл на руку. У двадцатилетних появились те же возможности, что и у Дэвида Кореша[3]. Мой приятель продал компанию за 450 млн долларов, а я решил двинуть на запад, в солнечную Калифорнию, чтобы заработать свои первые миллиарды. Несмотря на самый бешеный в истории спрос на рынке труда, я умудрился найти работу только через три месяца после выпускного: разыграл козырную карту и отправил боссу одной молодой компании 32 электронных письма подряд. Наконец он не выдержал и взял меня в отдел продаж.

Весна 2001 года. Безвестная компания TrueSAN Networks, в которой поначалу работали 15 человек, стала «частной компанией номер один, специализирующейся на хранении данных» (интересно, как это определили?), со 150 сотрудниками (чем они занимались?). Новоиспеченный директор отдела продаж велел мне обзвонить всех потенциальных клиентов из справочника, начиная с буквы А. Как можно тактичнее я поинтересовался, зачем нам такой дебильный способ ведения бизнеса. Он ответил: «Потому что я так сказал». Неудачное начало.

Осень 2001 года. Проработав целый год по 12 часов в день, я обнаружил, что меньше меня платят только одному сотруднику компании – секретарше. Пришлось заняться агрессивным 12-часовым веб-серфингом. Однажды после обеда, пересмотрев всю порнуху в сети, я задумался о том, трудно ли будет открыть компанию, которая занималась бы биологически активными добавками. Выяснилось, что отдать на сторону можно все этапы работы – от производства до дизайна рекламы. Через две недели я заимел 5000 долларов долга по кредитке, первую партию продукции и действующий сайт. Еще через неделю меня уволили. Очень кстати.

2002-2003 годы. Компания BrainQUICKEN LLC укрепила позиции, я зарабатывал больше 40 тыс. долларов в месяц – вместо 40 тыс. в год. Одно было плохо: жизнь вызывала у меня отвращение, я работал по 12 часов в день семь дней в неделю. Добровольно загнал себя в угол. Взяв отпуск на неделю, я укатил вместе с родными во Флоренцию и по 10 часов в день торчал в интернет-кафе до полной невменяемости. Очуметь можно. Я начал учить студентов Принстона создавать «преуспевающие» (читай «прибыльные») компании.

Зима 2004 года. Чудеса случаются: ко мне обратилась одна информационная компания и израильский концерн (даже так?), заинтересованные в покупке моего детища – BrainQUICKEN (BQ). Я старался не усложнять себе жизнь, пренебрегал условностями, наводил марафет, чтобы пустить компанию в расход. Удивительно, но BQ не развалилась, зато обе сделки сорвались. Опять «день сурка». Вскоре после этого оба конкурента попытались воспроизвести мой товар и потеряли миллионы.

Июнь 2004 года. Я рассудил: даже если моя компания лопнет, пора сваливать, прежде чем я превращусь в Говарда Хьюза[4]. Плюнув на все, я с рюкзаком отправился в аэропорт Кеннеди в Нью-Йорке и купил билет на ближайший рейс в Европу в один конец. Очутившись в Лондоне, я двинулся дальше, в Испанию, чтобы расслабиться недели на четыре, а потом снова вернуться на рудники. Расслабление началось с нервного срыва в первое же утро.

Июль 2004 – июль 2005 года. Четыре недели растянулись на все восемь, я решил задержаться с возвращением, чтобы сдать последний экзамен по автоматизации и экспериментальному образу жизни, и ограничить работу с электронной почтой одним часом только по понедельникам. Едва я протиснулся в бутылочное горлышко, прибыль подскочила до 40%. Что прикажете делать, если работа потеряла смысл, оправдать свою гиперактивность нечем, избежать расспросов невозможно? Видимо, дрожать и держаться за задницу.

Сентябрь 2006 года. Я вернулся в США в каком-то странном дзен-состоянии, но прежде методично уничтожил все свои стереотипы о том, что осуществимо, а что нет. Цикл лекций «Торговля колесами ради забавы и прибыли» превратился в семинар по идеальному жизненному дизайну. Новая идея была проста: я видел землю обетованную и вернулся с хорошими вестями. Туда пускают всех.