BzBook.ru

Финансовый кризис

МОДА НА ИНВЕСТИЦИИ

Все больше российских граждан открывают для себя рынок коллективных инвестиций. Главное, чтобы коррекция фондового рынка не убила в инвесторах желание вкладывать.

В момент написания этой статьи российский фондовый рынок пребывал в состоянии, близком к свободному падению. Масштабная коррекция началась вслед за обвалом акций китайских предприятий, торгующихся на Шанхайской фондовой бирже. Сдувание китайского «пузыря» породило прокатившуюся по всему миру мощную волну падения биржевых котировок.

Начало кризиса пришлось на последние числа февраля. И именно в феврале российские паевые инвестиционные фонды (ПИФы) привлекли рекордное количество денег – 5,8 млрд руб. Динамика притока средств в коллективные инвестиции весьма впечатляющая: за прошлый год управляющие компании привлекли 40 млрд руб., что вчетверо больше, чем годом ранее.

Бум этот вполне объясним и вызван целым рядом объективных факторов. Высокие цены на нефть привели к росту реальных располагаемых доходов населения: у людей появились свободные деньги, которые граждане, удовлетворив насущные нужды, начали откладывать. Однако этот увлекательный процесс очень многих в последние годы стал разочаровывать. Те же высокие цены на энергоносители и поток в страну нефтедолларов привели к укреплению как реального, так и номинального курса рубля, и традиционный для российских «кубышек» доллар потерял свою привлекательность. Американская валюта обесценивается гораздо быстрее «деревянного», но и просто хранить деньги в рублях совсем невыгодно. Никакие усилия ЦБ, который пошел даже на укрепление курса отечественной валюты, не могут обуздать инфляцию. То есть, если считать традиционную потребительскую корзину самым необходимым для того, чтобы человек не умер от голода и не замерз в холода, цифры еще приемлемые. Но если посмотреть динамику цен на более широкий спектр товаров и услуг (и особенно на недвижимость), получается совсем иная картина. Люди было понесли деньги в банки, но там проценты по рублевым депозитам в полтора-два раза ниже даже официальной инфляции.

На этом фоне российский фондовый рынок, стабильно приносивший инвесторам 70—80, а то и 120% ежегодно, выглядит Клондайком и Эльдорадо в одном флаконе. Правда, большинство населения, впервые познакомившись с акциями благодаря Сергею Пантелеевичу Мавроди и с инвестиционными фондами благодаря ваучерным фондам, до сих пор с подозрительностью относится и к тем, и к другим. Да и в технологии биржевой торговли большинству разбираться недосуг – они зарабатывают деньги совсем иным. С другой стороны, наблюдать, как стремительно тает покупательная способность собственных сбережений, – занятие не для слабонервных.

Доходность – плата за риск

Вариантов получения дохода от инвестиций на фондовом рынке есть несколько. Можно просто обратиться в брокерскую контору, открыть счет, купить приглянувшиеся акции и дать им спокойно расти в цене, докупая еще, когда появляются свободные деньги. Те, кто хочет постоянно контролировать процесс, могут не только наблюдать за ходом торгов, но и самостоятельно торговать акциями (и не только) через Интернет. Там же, во Всемирной паутине, можно найти огромное количество учебников и симуляторов биржевой торговли, практически любую аналитику. Интернет-трейдинг стал в последние два-три года весьма популярным занятием. Сегодня можно в самых неожиданных местах увидеть на рабочих мониторах где-нибудь в углу маленькое окошко со сделками по тому или иному инструменту или график, обновляющийся в режиме реального времени. К сожалению, это нередко отвлекает от работы. Некоторые работодатели уже принимают меры, блокируя в корпоративных сетях выходы на серверы бирж или брокеров. Да и эффективность совмещения биржевых спекуляций с основной деятельностью, никак с фондовым рынком не связанной, редко оказывается высокой.

Спекулятивные счета очень часто приносят своим владельцам убытки. Казалось бы, на растущем рынке сложно проиграть. Но при ближайшем рассмотрении даже самый «стабильный» рост складывается из многочисленных локальных взлетов и падений. У неискушенного спекулянта возникает желание извлечь максимальную прибыль, многократно покупая акции по более дешевой цене и продавая их дороже. Однако точно определить разворотные моменты рынка почти невозможно, и нередко такие спекулянты попадают в «пилу»: покупают на локальных максимумах, а продают на минимумах. Усугубляется ситуация предоставляемой практически всеми брокерами возможностью использовать «кредитное плечо», размеры которого колеблются от 2 до 4 (иными словами, можно покупать или продавать акции, стоимость которых в 2—4 раза превышает размеры счета).

Проиграв деньги со своего первого самостоятельного счета, те, кто еще не потерял вкуса к защите сбережений на фондовом рынке, решают доверить свои средства профессионалам. Тут возможностей тоже несколько. Во-первых, многие банки, инвестиционные и управляющие компании предлагают такую услугу, как доверительное управление. К клиенту прикрепляется персональный консультант, вместе с которым принимается решение о структуре и сроке инвестиций (последнее слово, конечно, всегда за клиентом), а потом этот менеджер еще и «присматривает» за инвестициями, советуя те или иные действия. Особенно актуальными такие советы бывают в периоды кризисов. Платой за доверительное управление может быть как фиксированный процент от инвестиций, так и доля полученных доходов (очень часто управляющие берут и то и другое). Правда, чтобы воспользоваться такой услугой, надо быть готовым вложить сразу не один десяток (а то и не одну сотню) тысяч долларов.

Для неквалифицированных инвесторов, которые не готовы пока воспользоваться дорогостоящими услугами персональных финансовых менеджеров, современные инвестиционные фонды – разумный выход из положения. Кроме того, коллективные инвестиции позволяют лучше диверсифицировать вложения, чем даже сравнительно крупные индивидуальные инвестиции. Покупая паи разных по структуре вложений фондов, инвестор может выбрать оптимальное для себя соотношение риска и доходности.

Шаг влево, шаг вправо – расстрел

По своей организационно-правовой форме инвестиционные фонды делятся на паевые и акционерные. Последних в России крайне мало: по данным Федеральной службы надзора за финансовыми рынками (ФСФР), их всего шесть, в то время как число ПИФов приближается уже к четырем сотням. Главное отличие состоит в том, что ПИФ не является самостоятельным юридическим лицом. Это имущественный комплекс, чаще всего создаваемый той или иной УК, которая впоследствии и управляет активами фонда. Пайщики, в отличие от акционеров, никак повлиять на деятельность фонда не могут. Единственное их право – «голосовать ногами». Впрочем, опасения, что управляющие компании поддадутся искушению использовать деньги пайщиков не по назначению, не имеют под собой серьезных оснований.

После разухабистых 90-х, когда за несколько лет российский фондовый рынок успел набить все шишки, на которые у развитых стран ушло по полтора-два века, наши денежно-финансовые власти создали в стране довольно жесткую и упорядоченную систему регулирования и контроля, отвечающую основным мировым тенденциям. Особенно строги правила на рынке коллективных инвестиций. Во-первых, существуют нормативы инвестирования в те или иные инструменты (особенно на фондовом рынке). Скажем, в акциях одной, даже самой расчудесной компании фонд акций хранить все деньги не может (в ценных бумагах одного эмитента может быть размещено не более 15% суммы чистых активов фонда). Во-вторых, все сделки, совершаемые управляющими компаниями, учитываются независимыми спецдепозитариями, которые, помимо функции хранения и учета активов фондов, выполняют и контролирующую функцию, следя за тем, чтобы УК не выходила за рамки действующих нормативов и инвестиционных деклараций, на основании которых создавались фонды. Учет пайщиков фондов также обособлен от управляющих компаний и ведется независимыми регистраторами. Причем ни спецдепозитарии, ни регистраторы не могут быть аффилированы с УК. Далее, сам процесс покупки или продажи ценных бумаг УК также совершают через независимого брокера или дилера, что исключает возможность совершения договорных сделок. И наконец, структура портфеля фондов на тот или иной момент времени, как правило, не является закрытой информацией и доступна для анализа.

Все вышесказанное в целом относится к фондам, основу активов которых составляют инструменты фондового рынка. Однако в качестве объектов инвестирования может выступать и другое имущество.

Лучшее – враг хорошего

Пока опасения, что мартовское падение на российском фондовом рынке отпугнет потенциальных покупателей паев, не представляется обоснованным. Как показывает опыт прошлого года, майская коррекция лишь подхлестнула аппетиты инвесторов: падение котировок тогда было воспринято как чуть ли не последний шанс выгодно вложить деньги. Четырехкратному росту притока денег в ПИФы не помешали ни масштабное «народное» IPO «Роснефти», привлекшее весьма серьезные суммы частных инвесторов, ни даже начавшееся в сентябре снижение мировых цен на нефть. И это, похоже, только начало. Количество пайщиков в этом году уже перевалило за 300 тыс. Казалось бы, цифра огромная, но по сравнению с европейскими странами и особенно США и Великобританией, где более половины населения накапливает деньги в инвестиционных фондах, она мизерна. Даже в Польше, которая начала реформы не намного раньше России, инвесторами паевых фондов является около 10% работоспособного населения. По некоторым оценкам, потенциальных инвесторов ПИФов в России сейчас около 70 млн. Это 50 млн тех, кто хранит сбережения в банковских вкладах или наличными, и еще около 20 млн тех, кто просто не начинал копить, хотя их ежемесячный доход позволяет откладывать деньги.

Спрос, как обычно, рождает предложение. Фонды и управляющие компании появляются едва ли не каждый день. По состоянию на 1 марта в процессе формирования было более 40 новых фондов. Львиная доля растущего денежного притока направляется в самые доходные сегменты: на фондовый рынок и рынок недвижимости. Это толкает цены на акции и недвижимость все выше, делая их еще более привлекательными.

Повышенный интерес населения к фондовому рынку для экономики страны – благо. Во-первых, инвестиционные ресурсы для предприятий становятся гораздо более доступными, а во-вторых, фондовый рынок стерилизует избыточную денежную массу, без чего удержать инфляцию в нынешних рамках властям не удалось бы. Проблема в том, что именно так выстраиваются пирамиды и надуваются «пузыри», которые рано или поздно рушатся и лопаются. И страдают от кризисов в основном мелкие неискушенные инвесторы, польстившиеся на высокие цифры доходности, причем именно они нередко усугубляют ситуацию, легко поддаваясь панике.

Неудивительно, что в подобных обстоятельствах российский финансовый регулятор прилагает усилия к тому, чтобы сделать рынок более устойчивым. Самым удачным шагом в этом направлении стало изменение положения о составе и структуре активов ПИФов, подготовленное в феврале ФСФР. Главное нововведение заключается в том, что управляющие компании смогут включать в портфели бумаги, которые торгуются не только на российских, но и на крупнейших мировых фондовых биржах: London Stock.

Exchange, New York Stock Exchange, Euronext, American Stock Exchange, Deutsche Borse, NASDAQ и Hong Kong Stock Exchange. С одной стороны, это диверсифицирует активы ПИФов, сделав их более устойчивыми к колебаниям на отечественном рынке, с другой – снизит напряжение на самом рынке за счет оттока с него части средств. В свою очередь, появление ПИФов, в структуру которых будут инкорпорированы активы, торгующиеся на ведущих мировых площадках, привлечет новых инвесторов.

Другое нововведение далеко не столь однозначно. Та же ФСФР выдвинула инициативу создать компенсационный фонд для пайщиков ПИФов, который работал бы аналогично банковскому Агентству по страхованию вкладов (АСВ). Правда, отчисления туда планируется делать вдвое меньшие, чем делают банки в систему страхования вкладов, но все равно, по оценке РБК, уже через несколько месяцев после своего создания в новом фонде окажется порядка 5 млрд руб.

Желание защитить инвесторов понятно и вполне похвально. Проблема лишь в том, что паи фондов в качестве объекта инвестиций и сбережений принципиально отличаются от банковских депозитов. Если банки гарантируют выплату фиксированных процентов по вкладам и АСВ выплачивает деньги клиентам в случае нарушения банком своих обязательств, то УК никакой доходности не гарантируют, более того, прямо предупреждают пайщиков о возможных убытках, с чем инвестор соглашается, собственноручно подписывая договор доверительного управления. Что в данном случае будет являться страховым случаем, совершенно непонятно. Если обвал рынка, то неясно, что считать обвалом и что произойдет, если через пару дней после обвала рынок начнет восстанавливаться. Или, скажем, пайщики какого-либо фонда облигаций понесут убытки в результате дефолта по бумагам того или иного эмитента. Но и тут непонятно, почему инвесторы ПИФов должны получить компенсацию, а другие держатели бумаг – нет. Тогда уж имеет смысл создавать страховой фонд, куда эмитенты бумаг с фиксированной доходностью отчисляли бы часть полученных от размещения денег. Участники рынка надеются, что фонд будет страховать не рыночные риски, а убытки, которые могут быть причинены непрофессиональными или мошенническими действиями управляющих. Однако отличить, в каком случае причиной убытков стала ситуация на рынке, а в каком – непрофессиональные действия УК, очень сложно. Разве что ориентироваться на соблюдение инвестиционных стратегий и нормативов, принятых при формировании портфелей. Но контролировать соблюдение управляющими компаниями всех этих правил должны спецдепозитарии, а следить за тем, чтобы УК не занимались махинациями с паями, должны спецрегистраторы. Тогда имеет смысл брать деньги для перечисления в страховой фонд именно с регистраторов и спецдепозитариев.

Что бы ни стало источником формирования страхового фонда, в конечном итоге деньги все равно пойдут из средств инвесторов, повлияв на стоимость управления средствами фондов и увеличив комиссионные УК. Для инвесторов, которые, осознавая риски, вкладывают в фонды, оперирующие инструментами с высокой доходностью, и ставят именно этот критерий во главу угла, нововведение ФСФР станет неприятным сюрпризом.

1 апреля 2007 г. • Большой Бизнес.