BzBook.ru

Дерзкие побеги

Мария-Антуанетта

В 1770 году он вступил в брак с дочерью эрцгерцогини Марии Терезии и императора «Священной Римской империи» Франца I Лотарингского, австрийской принцессой Марией-Антуанеттой. В силу известных обстоятельств супруги некоторое время были связаны лишь формально, что доставляло немало горя Марии Антуанетте. Только после личной беседы Людовика XVI с братом жены Францем Иосифом, специально приезжавшим во Францию, будущий король решился на несложную операцию, поправившую положение супругов. Возможно, оттого, что Людовик XVI чувствовал себя виноватым перед женой, все последующие годы их совместной жизни он был склонен подчиняться ее воле, но следует также отметить, что Людовик XVI вообще отличался крайней нерешительностью и мягкостью характера , его же супруга обладала, безусловно, более твердой волей.

На французский престол Людовик XVI взошел в возрасте двадцати лет, 10 мая 1774 года. В это время страна уже переживала острый финансовый кризис, третье сословие решительно требовало от властей пересмотра системы налогов. Создавшаяся во Франции ситуация требовала немедленных действий, а распространенные в народе слухи о честности и доброте нового короля позволяли всем надеяться на политические и экономические преобразования, направленные в целом на удовлетворение потребностей граждан страны. И некоторые изменения действительно происходили. Людовику XVI были не чужды идеи Просвещения, поэтому с момента вступления на престол новый король поспешил избавиться от чересчур уж приметных и одиозных фигур предыдущего царствования. В отставку были отправлены канцлер Р. Н. Мопу, генеральный контролер финансов Ж. М. Терре и, конечно же, чуть ли не в первую очередь от двора была «отлучена» ненавистная Людовику XVI мадам Дюбарри. На пост первого министра новый король назначил царедворца Морепа. Хотя этот выбор оказался не совсем удачным, кое-какие попытки реформаторства были все-таки предприняты: придворные расходы существенно сократили, а также ликвидировали синекуры и частично отменили феодальные права.

На пост генерального контролера финансов король назначил Анна Робера Тюрго. Новый финансист выдвинул целую программу финансовых преобразований, основанную на учении физиократов. Во-первых, Тюрго предлагал распределить подати равномерно. Во-вторых, он планировал распространить поземельный налог на привилегированные сословия. Затем Тюрго предлагал выкупить феодальные повинности, ввести свободу хлебной торговли, и, наконец, отменить внутренние таможни, цеха и торговые монополии. Что касается внутренних дел, то новое правительство провело ряд мероприятий, направленных в первую очередь на достижение равноправия гугенотов и национальных меньшинств. Кроме того, 12 ноября 1774 года Людовик XVI восстановил судебно -представительные учреждения – те самые парламенты, которые Людовик XV упразднил в 1771 году.

Однако положение Тюрго-реформатора было шатким, ведь ни духовенство, ни дворянство ни в коей мере не собирались лишаться своих привилегий. Вместе с тем возросло недовольство горожан, ведь либерализация цен на хлеб спровоцировала резкий скачок стоимости этого товара. Таким образом, реформы Тюрго поколебали авторитет финансиста в глазах короля и его приближенных, вследствие чего отставка главного контролера стала неизбежной. Хотя основная причина этого явления таилась не в ошибках самого Тюрго, а скорее в нерешительности короля и в недостатке его экономического образования.

Неуверенность монарха в правильном выборе реформаторского пути усиливалась под непрестанным давлением со стороны реакционеров. В результате король пошел на компромисс: он согласился отменить пережитки серважа в лично ему принадлежащих владениях, но не стал распространять эту меру на земли сеньоров. На полях пр оекта Тюрго о ликвидации привилегий Людовик XVI сделал примечательную запись: «Какое преступление совершили дворяне, провинциальные штаты и парламенты, чтобы уничтожать их права?» На место Тюрго он поставил одного из наиболее яростных его противников – банкира Жака Неккера. В течение нескольких лет тот пытался найти выход из создавшейся критической финансовой ситуации в стране, стараясь избежать радикальных мер. Тем временем привилегированные сословия успели объединиться в борьбе за свои права, и давление на короля с их стороны все усиливалось. Следствием всего происходящего при дворе явилась очередная отставка: в 1781 году Неккер был отстранен от занимаемой должности. Но это не спасло положения в стране: в государственных финансах воцарилась полная анархия, министры Калонн и Ломени де Бриенн уже никак не могли исправить создавшуюся ситуацию, им оставалось уповать лишь на займы. Однако система заимствований не могла покрыть дефицит бюджета, который к этому времени достиг невероятных ра змеров – 198 миллионов ливров в год.

Вместе с тем непомерно усилилась политическая реакция: сеньоры боролись не только за восстановление своих прав, на которые посмел посягнуть Тюрго, но и пытались реставрировать давно забытые привилегии, которыми пользовались раньше, отыскивая в архивах давно забытые документы. Так, теперь регламент допускал производить в офицеры только тех дворян, которые могли доказать свое благородное происхождение вплоть до четвертого колена. Выходцам из третьего сословия был полностью перекрыт доступ к высшим судебным должностям. Дворянство стремилось освободиться от уплаты податей, наложенных не только Тюрго, но и установленных Людовиком XIV. Церковная десятина распространилась на посевы кормовой травы и картофеля. В целом реставрация феодальных порядков привела к волне протеста со стороны третьего сословия и крестьян, поскольку теперь доверие к королевской власти было окончательно утрачено.

К обострению общественно-политической ситуации в стране привела Война за независимость в Северной Америке 1775–1783 годов, в которой Франция приняла активное участие. Поддержка своего рода революции таким абсолютистским государством, как Франция, вообще являлась противоестественным фактом, который, безусловно, отразился на состоянии умов в государстве. По окончании этой войны французские офицеры во главе со знаменитым маркизом Лафайетом вернулись на родину, но к этому моменту они настолько прониклись идеями народного суверенитета, что особенно остро стали воспринимать ответственность власти перед обществом.

Тем временем финансовые проблемы Франции все более обострялись, банкиры с крайней неохотой выдавали новые займы государству. А сообщения о расточительности королевского двора (покупках новых замков, подарках принцам и придворным и пр.) лишь усиливали негативное отношение в обществе к власти. Как раз в это время появилось ставшее широко распространенным в народе прозвище королевы Марии-Антуанетты – мадам Дефицит. Но правительство все еще пыталось воздействовать на возрастающую общественную активность. Частично было реформировано провинциальное и местное самоуправление.

Власть интендантов была несколько ограничена: часть полномочий получили провинциальные собрания, однако данная реформа проводилась лишь в некоторых местах, поэтому не могла удовлетворить общих интересов.

Дабы найти выход из создавшегося затруднительного положения, было созвано собрание нотаблей, на котором состоялось утверждение всеобщего поземельного налога, штемпельного сбора и отмены дорожных повинностей. Но парижский парламент не принял эти постановления собрания, ссылаясь на расточительность королевского двора, и впервые выдвинул предложение созвать Генеральные штаты. Людовик XVI немедленно отреагировал, выслав некоторых членов протестующего парламента в Труа, а оставшихся заставил зарегистрировать постановления собрания нотаблей. Тем не менее король согласился созвать Генеральные штаты, но лишь при условии, что парламент ут вердит заем на покрытие расходов за пять лет. Однако члены парламента вновь выступили против, отказавшись утвердить заем. После этого несколько членов парламента были арестованы, король издал эдикт об упразднении парламентов и об учреждении вместо них cours plenieres. В состав вновь созданных государственных структур вошли члены королевской фамилии, пэры, придворные, судебные и военные чины высшего ранга. Безусловно, что ликвидация парламентов как неких зачатков представительных органов вызвала взрыв возмущения в стране. Король, находясь под сильнейшим давлением общественного мнения, был вынужден освободить от занимаемой должности Ломени де Бриенна и назначить генеральным контролером финансов Жака Неккера, пользовавшегося большой популярностью в то время. Было проведено еще одно собрание нотаблей, которое также ни к чему не привело. После этого Людовик, поддавшись на уговоры Неккера, наконец решился созвать Генеральные штаты.

Собрание Генеральных штатов состоялось 5 мая 1789 го да в Версале. Одной из главнеых проблем, стоявших перед депутатами, было решение вопроса: сохранить старую сословную форму собрания или же преобразовать его в совершенно новый представительный орган власти, который сумел бы выразить волю всего народа. Депутаты от третьего сословия, присутствовавшие на собрании, вскоре отделились и объявили себя Национальным собранием. Они призвали других депутатов, представителей духовенства и дворянства присоединиться к ним. Тем самым была нарушена многовековая традиция, утверждавшая Божественное происхождение власти королевской семьи и нерушимость воли самого короля. Теперь истинным сувереном Франции и ее единственным правителем был провозглашен сам французский народ, естественно, в образе его отдельных представителей в собрании.

Людовик XVI попытался вернуть утраченные полномочия и на заседании королевского совета предписал восстановить прежний порядок работы Генеральных штатов, но Национальное собрание отказалось повиноваться. Перед королем встал серьезный выбор: он мог либо ликвидировать Генеральные штаты, либо пойти на уступки и удовлетворить требования депутатов от третьего сословия. Венценосец выбрал последнее и признал законность существования Национального собрания. Мало того, король выступил с обращением к депутатам от духовенства и дворянства, призывая их присоединиться к Национальному собранию.

Под давлением консервативно настроенной части правящих кругов (во главе с братьями короля герцогами Прованским и д’Артуа), сильно обеспокоенной развитием событий, приобретающих революционный характер, Людовик XVI решился собрать вокруг Парижа мощное войско численностью 30 тысяч человек. В это же время столь любимый народом Неккер был отправлен в отставку, что вызвало крайнее возмущение парижан, и 14 июля 1789 года в городе вспыхнуло восстание. Королевская тюрьма Бастилия, служившая своего рода символом власти, была взята штурмом, разъяренная толпа горожан растерзала нескольких чиновников и ни в чем не повинных отк упщиков.

Вслед за этим восстанием были сформированы специальные отряды Национальной гвардии, призванные защищать идеи революции. Теперь сохранить ситуацию под контролем было просто невозможно, однако маршал Брольи все еще пытался убедить короля в благоприятном исходе. Он предлагал Людовику XVI лично возглавить войско и навести порядок в Париже, но король надеялся уладить все мирным путем: он всячески старался избежать открытых столкновений, дабы не ввергнуть страну в пучину гражданской войны. Появившись в Национальном собрании 15 июня, правитель Франции открыто заявил о своем единстве с народом. Король также приказал убрать войска из Парижа и его предместий. Он одобрил учреждение Национальной гвардии, побывав 17 июня в объятой революционным пламенем столице Франции.

Казалось бы, король сделал все возможное для сохранения своей репутации, но вскоре всплыли новые факты, раскрывшие народу возмутительную завуалированную деятельность королевской четы. И если в первые революц ионные месяцы Людовику XVI еще хоть как-то удавалось влиять на развитие событий, согласуя их с интересами королевского дома, то позже это стало практически невозможно. С каждым днем власть уплывала из рук короля. Ситуацию не спас даже декрет Национального собрания об уничтожении феодальных прав сеньоров, утвержденный Людовиком XVI 18 сентября 1789 года. Революционные агитаторы выступали на парижских улицах с гневными речами, возбуждая против короля ненависть черни, кроме того, в столице вспыхнул голод, ставший следствием бездействия власти. В результате 5–6 октября 1789 года тысячи парижанок выступили с протестом. Пешком отправившись в Версаль и окружив королевский дворец, несчастные горожанки требовали хлеба. Король был вынужден переехать в Париж, где фактически находился на положении заложника. Людовик XVI теперь мог только наблюдать за революционными выступлениями со стороны. Не имея никакой возможности повлиять на ход событий, он словно впал в апатию.

Если на первых порах р еволюционеры единодушно выступали за сохранение монархии, то теперь в воздухе витали идеи республики. Сторонников ограниченной монархии практически не оставалось, за исключением Жильбера Лафайета, который считал, что Людовик XVI прекрасно сможет выполнять роль конституционного короля. Но, несмотря на страстное желание Лафайета иметь в короле союзника, тот отвергал все его попытки найти компромисс: Людовик XVI никак не мог поверить в искренность побуждений легендарного героя американской революции.

Что же касается фактов, компрометирующих королевскую чету в глазах общественности, то они прежде всего касались деятельности супруги короля Марии-Антуанетты. Она изначально была против каких-либо преобразований в стране, теперь же ее противодействие выражалось гораздо ярче: она называла всех революционеров «продажными канальями» и единственным средством для сохранения престола и королевской власти считала борьбу с ними методом подкупа. Поскольку ее влияние на мужа в этот период особен но усилилось, ей удалось убедить короля в возможности улаживания всех проблем именно таким способом. Щедро финансируя многих политических деятелей, в том числе и пламенных ораторов революции Мирабо и Дантона, Мария-Антуанетта, к сожалению, не достигла желаемого результата. Подарки от королевской четы не повлияли на идеи революционеров и тем более не помогли сгладить все нарастающее возмущение.

Поняв всю тщетность своих усилий, Мария-Антуанетта попыталась найти поддержку у иностранных держав, обратившись за помощью в первую очередь к Австрии и Пруссии. Королевская чета рассчитывала на то, что иностранные державы выступят против революционной Франции и в ходе войны помогут восстановить монархическую власть в стране и старые порядки. Именно для этих целей и была предпринята попытка бегства, чтобы за пределами Франции присоединиться к контрреволюционерам-эмигрантам.

План побега окончательно созрел к 1791 году. Само присутствие короля в Париже – революционной столице Франции – как бы придавало всем действиям народа законный характер. Реакционные силы, напротив, были деморализованы. Побег казался королевской чете единственно возможным средством спасения в сложившейся ситуации, и 20 июня 1791 года в час ночи Людовик XVI и Мария-Антуанетта, переодевшись, покинули дворец.

Маршал Булье должен был, по предварительному соглашению, обезопасить бегство с помощью войск. Король и королева получили подложные паспорта. Со свитой добравшись до бульвара, они сели в экипажи. Далее их путь лежал по направлению к Шалону и Монмеди.

Однако с самого начала отъезд был осложнен совершенно нелепыми обстоятельствами. Именно по этой, казалось бы несущественной, причине отъезд задержался на 24 часа, что изменило все прочие условия благополучного выезда за пределы страны и спутало планы, так тщательно продуманные заранее. Но королевский экипаж все-таки добрался до Сен-Мена, где в ход событий, вероятно, опять вмешался злой рок. Справедливости ради следует отметить, чт о причиной провала побега явилась, скорее, непредусмотрительность самого короля.

Внешность короля была известна каждому французу – на всех монетах и ассигнациях можно было увидеть изображение Людовика XVI. Во время бегства он посчитал лишним хоть как-то изменить свою весьма примечательную наружность, поэтому почтмейстер Друэ без труда узнал короля в беглеце, пытавшемся по чужому паспорту пересечь границу государства.

Почтмейстер Друэ, истинный якобинец по духу, посчитал бегство королевской семьи провокацией, которая должна была послужить сигналом к началу гражданской войны. Стремясь избежать этого бедствия, он приложил все усилия, чтобы задержать и вернуть эмигрантов. По дороге в Варенн, недалеко от границы, Друэ удалось обогнать королевский экипаж и остановить его. Постепенно к месту событий стеклась окрестная чернь, народ забил тревогу. Улица и мост через Эну были перекрыты. К несчастью для эмигрантов, драгунов Булье, призванных защищать короля с королевой, не оказало сь на месте. Когда же маршал прибыл в Варенн, было слишком поздно – карета королевской семьи уже более полутора часов находилась на обратном пути к Парижу. По всей стране разнеслась молва о коварном бегстве короля.

Ответственность за побег лежала на Лафайете, поэтому он постарался как можно энергичнее действовать в такой решительный момент, дабы ликвидировать последствия неудачного мероприятия и хоть как-то спасти положение короля. Была придумана версия о том, что короля из страны якобы насильно вывезли враги революции, и выдвинуто требование привлечь к суду министров. К войскам отрядили комиссаров, чтобы привести солдат к присяге на верность Национальному собранию. Кроме того, повсюду были разосланы приказы о задержании всякого, кто посмеет пересечь границы королевства. Вскоре все узнали, что в Тюильри было найдено письмо, где король оправдывал свой отъезд. Вечером же 22 июня стало известно, что карета королевской четы задержана.

Бегство короля вызвало дальнейшее обострение революционной ситуации. Надеясь спастись, Людовик XVI попытался заявить о своей лояльности по отношению к революции, он даже присягн ул на верность Конституции 1791 года. Все его официальные заявления носили характер осуждения действий контрреволюционной эмиграции. Но вместе с тем королевская семья продолжала поддерживать тайную связь с эмигрантами, и 20 апреля 1792 года Людовик XVI объявил о начале войны с Австрией.

Войска антифранцузской коалиции выступили против, бунтовщиков, но по мере их приближения к Парижу революционная истерия все более и более нарастала, пока 20 июня 1792 года толпа парижских санкюлотов не ворвалась в королевский дворец Тюильри. Правда, им не удалось добиться от короля подписания декретов о высылке не присягнувших революции священников и о создании в окрестностях Парижа военного лагеря для спасения столицы от австрийской и прусской армий.

Ситуация еще больше обострилась после заявления командующего австрийской армией герцога Брауншвейгского. Тот объявил, что разрушит весь Париж, если только революционеры посмеют причинить вред королевской семье. В результате 10 августа 1792 года вспыхнуло новое восстание в Париже. Разгоряченная толпа бунтарей захватила дворец Тюильри, королевская семья была арестована и заключена под стражу в тюрьму Тампль. Полтора месяца спустя, 21 сентября 1792 года, Законодательное собрание заявило о низложении короля и провозгласило Первую Французскую республику. Так Людовик XVI в одно мгновение из короля превратился в простого гражданина республики Людовика Капета. Революционные газеты с гордостью и торжеством сообщали об этом событии, не уставая подчеркивать нынешнюю незначительность некогда влиятельного короля.

Вскоре произошло важное событие, поставившее под угрозу не только репутацию короля, но и его жизнь: в ноябре 1792 года в Тюильри был обнаружен личный королевский тайник. В нем находились документы, явно свидетельствующие о двойной игре короля, который официально поддерживал действия революционеров, но втайне вел переписку с вражескими государствами и контрреволюционной эмиграцией. Открылся и факт подкупа влиятельных лиц государства с целью помешать деятельности революционеров и тем самым воспрепятствовать установлению нового режима. В результате 3 декабря Конвентом было принято решение о судебном преследовании бывшего короля. Его обвинили в заговоре против свободы нации и в покушении на национальную безопасность.

Людовик XVI был дважды допрошен (11 и 23 декабря) в Конвенте, но ни его ссылки на права, утвержденные конституцией, ни усилия жирондистов, пытавшихся спасти жизнь бывшему главе государства, не смогли повлиять на исход процесса. 19 января 1793 года состоялось голосование, на котором 380 депутатов Конвента выступили за утверждение смертного приговора, против было чуть меньше – 310 депутатов. Однако согласно большинству голосов приговор был приведен в исполнение. 21 января 1793 в Париже на площади Революции Людовик XVI был гильотирован. Не избежала казни и его супруга, Мария-Антуанетта.

Что же касается судьбы некоторых других французских вельмож, то некоторым из них все-таки удалось избежать гибели во время Великой французской революции. Так, монсеньор граф Прованский совершил более удачный побег, отправившись в опасное путешествие в обыкновенной, ничем не примечательной карете и двигаясь в противоположном направлении от маршрута короля. Он беспрепятственно достиг желанной границы и покинул страну, объятую пламенем революции.

Воинственный корсиканец.

Судьба Наполеона, удачливого полководца, первого консула Франции, фактически сосредоточившего в своих руках всю власть, самолично провозгласившего себя императором, на протяжении многих столетий оставалась в центре всеобщего внимания. Этот человек, происходивший из небогатой корсиканской дворянской семьи Шарля и Летиции Буонапарте (всего в семье было 5 сыновей и 3 дочери), сумел подняться на вершину власти. Но мог ли он предположить, находясь в зените славы, что закончит свои дни в печальном заточении на острове Святой Елены и что ему предстоит целая череда неудач ных попыток вернуть былую славу и величие? Только один из нескольких задуманных побегов действительно удался, хотя и не оправдал в полной мере надежд Наполеона. Почему удача отвернулась от этого любимчика фортуны и почему ни один из замышляемых им побегов так и не помог бывшему императору вернуть утраченную власть? Быть может, эти побеги не отличались хорошей организацией. Но, возможно, ответы на эти вопросы таятся на страницах всей летописи жизни воинственного корсиканца, и неудачи последних лет являются лишь закономерным завершением его безумного и необузданного стремления к вершине власти.

Карьера Наполеона на военном поприще была стремительной и весьма успешной. После окончания Королевской военной школы в Бриенне и в Парижской военной школы он получил чин лейтенанта. Известно, что в то время будущий император разделял якобинские взгляды, о чем свидетельствуют его публицистические произведения («Диалог о любви», 1791; «Ужин в Бокэре», 1793). Слава пришла к нему после великол епно проведенной военной операции по взятию Тулона: Наполеон был назначен начальником артиллерии войска, которое осаждало занятый англичанами город. После победы он получил звание бригадного генерала.