BzBook.ru

Чужие уроки - 2007

Матиrазго [174]


Монархия продержалась в Бразилии до 1889 года, а затем тихо сошла на нет одновременно с введением запрета на работорговлю, новой иммиграционной волной из Европы и торжеством республиканских иллюзий. Республика 1889-1930 годов мало отличалась от латиноамериканских аналогов: партийная чехарда, парламентская суета, коррупционные скандалы и неспособность контролировать ситуацию в стране.


Так же как и в остальных латиноамериканских государствах, затяжные периоды демократии сменялись в Бразилии не менее затяжными периодами диктатуры. В 1930 году военная хунта отодвинула от власти парламент и усадила в президентское кресло выдающегося человека - Жетулиу Варгаса, который на протяжении 15 лет демонстрировал миру поразительный симбиоз гибкости и прагматизма бразильского национального духа.


Поначалу Варгас был пламенным другом простого народа: вывел из подполья профсоюзы, выделил деньги на строительство промышленных объектов, что было продиктовано не столько потребностью в индустриализации, сколько необходимостью снизить взрывоопасную безработицу в мегаполисах.


Народ же отплатил Жетулиу Варгасу черной неблагодарностью: опросы общественного мнения демонстрировали отсутствие шансов на победу действующего президента на очередных выборах. Тот обиделся на народ, отменил действие старой конституции, утвердил новую (1934) и провозгласил диктатуру по образу и подобию Дуче.


Estado Novo [175] Великого вождя Жетулиу продержалось до 1941 года. После захвата Германией Польши, Франции, Чехословакии и Норвегии президент Варгас отправил Гитлеру телеграмму с поздравлениями по случаю дня рождения и пожеланием «личного счастья и процветания немецкому народу». Узнав о телеграмме, Дядюшка Сэм переправил Жетулиу Варгасу срочную цидулю, после изучения которой состоялось мгновенное и чудесное преобразование Великого Вождя Бразилии. Он не только в одночасье разорвал дипломатические отношения с державами Оси, но и отправил 20-тысячное бразильское войско для участия в операции союзников по захвату Италии. Вот он, пример политической действенности правильно сформулированного слова.


В 1945 году генералы тихо и без шума задвинули Жетулиу обратно в комод, из которого извлекли пятнадцатью годами раньше. В 1951-м Варгас попытался снова пробраться к власти, победил на президентских выборах, но, лишенный поддержки армии, запутался в обстоятельствах и 4 августа 1954 года застрелился, оставив после себя страну, раздираемую смутой, политическим кризисом и летальной инфляцией.


Очередной демократический цикл продлился в Бразилии до 1964 года и был отмечен характерным сочетанием неудержимого экономического роста, на который страну обрекали неистощимые недра и обилие дешевой рабочей силы, и не утихающих коррупционных скандалов. В этот же период определился на долгосрочную перспективу и основной источник вдохновения «бразильского экономического чуда» - иностранные инвестиции. Кульминацией этого вектора стало правление президента Жуселину Кубичека (1956-1961), провозгласившего программу «Пятьдесят лет прогресса за пять» и превратившего местных производителей в наемных менеджеров иностранных корпораций. В историю Кубичек вошел как строитель искусственной столицы - Бразилиа.


Бразильская демократия закончилась так же непредсказуемо, как и началась: в 1964 году президент Жоау Гуларт (протеже Варгаса!) был устранен от власти все той же патриотически настроенной хунтой при поддержке ЦРУ. Роль США в свержении Гуларта не прочитывается явно, но достаточно косвенных доказательств заинтересованности Дядюшки Сэма в отрешении бразильского президента от власти. В телеграммах, недавно освобожденных от грифа «Top Secret», посол США Гордон снабжает Министерство иностранных дел рекомендациями по правильному поведению: доставка подводной лодкой без опознавательных знаков к берегам Бразилии оружия, которое в обязательном порядке должно быть не американского производства, и передача его генералу Умберту Каштеллу Бранку для использования «дружественными войсками против недружественных».


Не обошлось в рекомендациях Гордона и без классического «скрытого содействия уличным беспорядкам в поддержку демократии, стимуляции демократических и антикоммунистических настроений в бразильском Конгрессе, вооруженных силах, студенческих группах, церквах и предпринимательских кругах». Рекомендации эти, собственно, не оставляют сомнений в природе путча 1964 года: холодная война и недопущение «коммунизации» Бразилии. Поводом для устранения Гуларта от власти послужило открытое осуждение последним американской диверсии в Заливе Свиней [176] и летальное по последствиям обещание национализировать нефтеперерабатывающую промышленность, которое Гуларт опрометчиво озвучил за пару недель до переворота.


В эпоху диктатуры (1964-1985) социалистические иллюзии демократов сменились патриотической риторикой, однако ставка на иностранные инвестиции осталась неприкосновенной. Неудержимая индустриализация, лавинообразное строительство железных дорог, крупнейших в мире гидроэлектростанций, развивающаяся семимильными шагами тяжелая металлургия - всё это на фоне жуткого социального положения неимущего класса (составляющего три четверти населения страны), подавления любых форм оппозиции, очередной переделки конституции, прямой военной цензуры во всех органах печати, пыток и физического устранения лидеров повстанческого сопротивления - таков образ Бразилии, тиражируемый самоназначенными президентами из числа армейской элиты в патриотическом лозунге «Ame-о ou deixe-о!» [177]

В середине 70-х президент Эрнешту Гайзел провозгласил политику distens~ао - планомерного смягчения авторитарного правления, а сменивший его последний военный диктатор Жоау Фигейреду дополнил ее политикой abertura, предваряющей переход к демократическому правлению. Что и не преминуло произойти в 1988 году: после очередного изменения конституции прямым голосованием президентом избрали народного любимца, миллионера Фернанду Коллор ди Меллу.