BzBook.ru

Чужие уроки - 2007

Афродита из пены.


В конце 90-х, будто в гениальном предвидении грядущего изменения энергетической парадигмы, отмеченного качественным ростом нефтяных цен и реабилитацией ядерной энергетики, вся структура французской атомной отрасли подверглась революционным преобразованиям. Все началось с тонкого спектакля, разыгранного ради умиротворения «зеленых» и успокоения общественного мнения: зубр французского атомпрома Жан Сирота был переведен с пышного поста руководителя COGEMA [48] на скрытую от посторонних глаз должность президента Регуляционной комиссии по делам энергетики.


COGEMA занималась добычей и обогащением всего уранового топлива Франции - деятельностью, как известно, связанной с постоянными перемещениями по стране весьма специфического транспорта, милых «урановых грузовичков», к которым так любят приковывать себя активисты «Гринпис». Возмущение французов можно было понять: зачем загрязнять родную природу переработкой урана, если можно ввозить арабскую нефть по 14 долларов за баррель? Откуда обывателям было знать, что через пару-тройку лет 14 долларов превратятся в 70?

Обыватели не знали, зато знал кто-то другой, иначе не стал бы затевать, казалось бы, на ровном месте самую грандиозную перестройку в истории отрасли. Итак, место Жана Сирота заняла Анна Ловержон, которая поначалу, казалось, была призвана исполнить сугубо репрезентативные функции: на смену мрачному госчиновнику пришла красивая и профессиональная женщина, символизирующая все лучшие достижения менеджмента XXI века.


Вскоре, однако, выяснилось, что Анна Ловержон не просто одалживает французскому атомпрому свое очаровательное лицо, но и разруливает этот атомпром с невероятной решительностью и эффективностью… в непредвиденном направлении. Первым делом она взялась за разрушение келейной корпоративной культуры COGEMA: «Когда я впервые посетила штаб-квартиру компании в пригороде Парижа, мне показалась, что я очутилась в бункере, - рассказывала воспитанница «Normale Sup» [49]. - Некоторые сотрудники напоминали маленьких детей, которые говорят: «Я закрываю глаза, чтобы ты меня не видел». Символическое преодоление «бункера» состоялось в форме переезда из скрытого от посторонних глаз пригорода в роскошное здание новой штаб-квартиры неподалеку от парижской Биржи.


Пафос проводимых реформ Анна Ловержон определяет лозунгом: «Если нам нечего скрывать, мы должны все объяснять и говорить правду, даже когда она нелегко дается». Пикантность подхода к «правде» заключается в буквально-символическом прочтении ситуаций, которое хоть и смотрится по здравом размышлении дурашливо, тем не менее оказывает на общественное мнение потрясающее воздействие. Речь идет о таких инициативах «Атомной Ани», как установка веб-камер по периметру La Hague - головного предприятия по восстановлению отработанного уранового топлива [50], или телевизионная рекламная кампания, призывающая публику совершить ознакомительную экскурсию на «ядерный завод».


Все это оказалось цветочками. В сентябре 2001 года Ловержон добивается от правительства (или правительство - от Ловержон) слияния COGEMA с Framatome - государственной компанией, занимающейся разработкой и производством ядерных реакторов, и рядом транспортно-энергетических компаний в единый концерн под названием Areva. Внешне бессмысленное название, этимология которого восходит к цистерцианскому аббатству в Испании Arevalo, обслуживает магистральную установку на создание «дружественного образа»: имя ядерного гиганта должно нравиться публике и хорошо запоминаться. Доля правительства в новом предприятии составила 5,2%, общественного Комиссариата по атомной энергетике (Commissariat а l’йnеrgiе atomique (CEA) - 79%, 9,2% распределили между тремя промышленными госведомствами, а оставшиеся крохи (6,6%) выбросили для затравки на парижскую Биржу в форме инвестиционных сертификатов без права голоса.


Очутившись во главе атомной энергетики Франции, Ловержон не только продолжила с удвоенной энергией возрождение потрепанного имиджа мирного атома, развернув в СМИ рекламную кампанию Areva. Она инициировала беспрецедентную экспансию французского бизнеса на мировые рынки. Показательно, что атаку Areva повела одновременно по всем направлениям: в Европе, Азии и Америке, перейдя путь всем конкурентам сразу - и российскому «Атомстройэкспорту», заинтересованному в поставках ядерных реакторов Финляндии (АЭС «Олкилуото»), Болгарии (АЭС «Белена»), Индии (АЭС в Куданкуламе), и британскому Westing-house (четыре ядерных реактора в Китае), и канадскому AECL [51]. В списке антагонистов Areva не числятся лишь американские компании. Отчего же?


Диапазон борьбы Areva с конкурентами весьма обширен: от полномасштабной обработки общественного мнения в стране назначения до попыток прямого поглощения и кулуарных переговоров с должностными лицами. После того как «Атомстройэкспорт» проиграл тендер Areva в Финляндии (2003 год), в кругу отечественных аналитиков даже пошли разговоры о странных совпадениях: не успел бывший глава «Минатома» Евгений Адамов опубликовать в «Известиях» статью, предупреждающую об опасности для российской атомной энергетики экспансии Areva, как оказался арестованным в Швейцарии! Разумеется - по инициативе не французской стороны, а США, но в этом, как читатель скоро убедится, нет ни малейшего противоречия.


Прежде чем мы непосредственно перейдем к сложению атомного пазла, необходимо сделать важную оговорку. В процессе изучения материалов по этой теме мне попалась на глаза одна российская публикация, в которой поражение «Атомстройэкспорта» в тендере на установку нового энергоблока на финской АЭС «Олкилуото» приписывалось тому факту, что блокирующий пакет акций «Атомстройэкспорта» принадлежал олигарху Кахе Бендукидзе [52]: «Вы хотите знать, что тогда происходило? Отвечу буквально одним предложением: вся Европа встала против Бендукидзе. Частная российская компания осталась без правительственной поддержки, один на один с французским государственным монстром, на стороне которого играли немцы и прочие еврограждане» [53].


Версия, конечно, романтическая и весьма наивная, поскольку самостоятельность предпринимателя Бендукидзе не более правдоподобна, чем самостоятельность Анны Ловержон: «На какие деньги совершалась покупка строителей и проектировщиков АЭС (т. е. «Атомстройэкспорта» - С.Г.), конечно, никто не рассказывал, но Бендукидзе давно известен трогательной дружбой с заморскими «инвесторами» Джорджем Соросом и бывшим послом Англии в России Брайтвейтом Родриком, для которых найти средства на покупку такого лакомого куска, как российские атомные секреты, - не проблема» [54].


Рискну предположить, что постоянные столкновения Areva с «независимыми» конкурентами из Канады и России никакого отношения ни к Канаде, ни к России не имеют, а являются лишь отражением Великой Борьбы, которая разворачивается на наших глазах внутри Англосаксонской Империи: между США и до недавнего времени безраздельным их хозяином Великобританией. Какое отношение к англосаксонской борьбе может иметь французская компания? Выяснением этого обстоятельства мы сейчас и займемся.