BzBook.ru

Чужие уроки - 2007

Тропа льва.


«В редком человеке сочетаются все качества льва.

Сэр Джеймс был одним из них:

он обладал отвагой, ловкостью, решимостью.

и великодушием. Он знал, как взобраться на самую отвесную скалу, а затем безопасно спуститься.

с нее с обратной стороны».

Питер де Савари, британский аристократ и миллионер.

Сегодня мы прикоснемся к святая святых - биографии выдающегося представителя правящей элиты мирового бизнеса, политики и власти. История редко предоставляет обывателям столь уникальный шанс - открытую информацию о настоящем иллюминате, человеке, принадлежащем по крови и праву рождения к скрытой от посторонних глаз касте, чье могущество подкреплено не только банками, дворцами и столетней эксплуатацией колоний, но и прямым доступом к денежным печатным станкам государств вкупе с реальным контролем над законодательством и институтами политической власти.


В подавляющем большинстве своем иллюминаты проживают жизнь в стиле low profile - никаких интервью, никакой засветки в прессе, никаких судебных разбирательств и появлений в общественных местах. Социальная скромность лишь подчеркивает корпоративную дисциплину и непререкаемость парадигмы Великого Служения: «Личность - ничто, Общее Дело - всё!»


Время от времени все же случаются исключения, оправданные внутренним противоречием названной парадигмы, которая хоть и призвана укреплять приоритет группы, однако всеми корнями своими погружена в личностный бунт, амбиции, богоборческую жажду власти. Согласитесь, в подобных обстоятельствах не просто растворять частную судьбу в коллективной миссии. Власть группы - это замечательно, но иногда так хочется личной славы!


Подобным исключением и стал сэр Джеймс Голдсмит. На протяжении 40 лет его имя не сходило с первых полос светской хроники (удел нуворишей и зиц-председателей!), его поступки вызывали осуждение общественности, его склоки и судебные тяжбы были притчей во языцех. Не удивительно, что в конце жизни сэр Джеймс превратился в падшего ангела, отнявшегося от сплоченного войска падших же ангелов! В глазах добродетельных обывателей - незавидное двойное проклятие.


Но не будем опережать события. Прадедушка Джеймса звался Бенедиктом Хаймом Соломоном Гольдшмитом и исполнял обязанности банкира и консула Великого Герцога Тосканского. Почтенное семейство Гольдшмитов происходило из Франкфурта, процветало уже в XVI веке и состояло в тесных родственных связях с Ротшильдами. На исходе XIX века сыновьям Бенедикта - Адольфу и Максимиллиану - стало тесно в родной Германии, они свернули цветущий родовой банк «В. Н. Goldschmidt» и перебрались сперва в Париж, а затем в Лондон (1893 год). В Туманном Альбионе дедушка нашего героя Адольф Гольдшмит приобрел дворец, две с половиной тысячи акров земельных угодий в Саффолке и тихо коротал досуг, коллекционируя мебель французских королей Луи XV и XVI. Внушительный пакет акций Central Mining Investment Corp., контролировавшей почти все шахты Южной Африки, да ключевая доля в алмазных и нефтяных промыслах De Beers скрашивали печаль Адольфа Гольдшмита, вызванную самоустранением из дорогого сердцу ростовщичества.


Отец Джеймса Франк сменил фамилию на более приличествующую обстоятельствам (Голдсмит), снискал юридическую степень в Оксфордском Колледже Магдалины, выстроил блестящую политическую карьеру, был избран в Парламент от консерваторов, координировал эмиграцию евреев из царской России, участвовал в легендарной битве при Галлиполи [27], а затем неожиданно - сразу после Первой мировой - повторил родовую парадигму: все бросил, уехал в Париж, женился на красавице-католичке Марсель Муйе, будущей матери Джеймса, и залег на дно.


Дальнейшая судьба майора Франка Голдсмита чрезвычайно важна для правильного понимания реальных механизмов бизнеса и власти: «французское залегание на дно» отца Джеймса заключалось в том, что он резко переквалифицировался из политического деятеля и воителя в скромного корчмаря. И вот на этом новом неведомом поприще всего за несколько лет Франку Голдсмиту удалось скупить… 48 отелей! Не деревенских постоялых дворов, а «скромных» заведений: Hotel de Paris в Монте-Карло, Carlton в Каннах, Lotti в Париже и всю сеть Savoy Hotel в придачу!


Приведенные выше детали генеалогии освобождают от необходимости выискивать ответ на пошлый вопрос «Откуда деньги?» Главный урок появившейся на ровном месте гостиничной империи Франка Голдсмита - в понимании того обстоятельства, что Большой Бизнес имеет к экономической деятельности лишь отдаленное отношение. Большой Бизнес - не более чем приложение к Большой Власти. Той, где вопрос денег уже которое столетие - десятый, а главным приоритетом служит распределение влияния. Именно этот приоритет вытолкнул Адольфа Гольдшмита из Франкфурта в Лондон, Франка Голдсмита - из Лондона в Париж, а его сына Джеймса всю жизнь заставлял метаться между Америкой и Европой.


Аксиома «распределения влияния» также избавляет нас от необходимости заниматься демистификацией популярной сказки о том, как «нищий, без пенса в кармане Джеймс Голдсмит сколотил миллиардное состояние менее чем за 20 лет». Безусловно, сэр Джеймс был гениальным предпринимателем, и его пиратские методы экономической борьбы достойны вхождения в Великий Учебник Капитализма. Однако ни на секунду нельзя забывать о тех эксклюзивных обстоятельствах, в которых Джеймс Голдсмит совершал свои головокружительные переходы от пустых карманов к миллиардодолларовым счетам.


Обстоятельства эти таковы, что за спиной благородного рыцаря каждую минуту стояло всё могучее войско нефилимов. Обратите внимание: не одного только родового клана Гольдшмитов, но и всех прочих «избранных», чьи имена можно изучать по списку гостей, приглашенных на свадьбу сына Джеймса - Бенджамина и его суженой - Кейт Ротшильд, дочери банкира Амшеля Ротшильда и Аниты Гиннесс, наследницы пивной империи: Виндзоры, Черчилли, Бёрли, де ла Мёрт - стоит ли, впрочем, утомлять читателей перечислением всех 600 нарицательных имен, представленных на торжестве?


Биография Джеймса Голдсмита впечатляет, однако не «поддержкой за спиной», а бесчисленными его попытками испытать эту поддержку на прочность. Жизнь сэра Джеймса соткана из нескончаемой череды вызовов, брошенных здравому смыслу, рациональному мышлению, канонам поведения и правилам игры. Представьте только: в период с начала 60-х по конец 80-х годов бизнес Джеймса Голдсмита четыре раза (!) находился на грани полного банкротства! Банкротства не случайного, а сознательного! Чего стоит рейдерская атака на Diamond International (1981 год), ради которой Голдсмит взял кредит в 660 миллионов долларов под 20% годовых! Однако в который раз вышел сухим из воды: выкупив контрольный пакет этой крупнейшей американской деревообрабатывающей компании, Голдсмит распотрошил ее и перепродал по частям с колоссальной прибылью, доведя до бешенства экологически сознательную общественность: 96 тысяч акров заповедных Адирондакских лесов он отдал в руки застройщиков!


Для того чтобы прожить жизнь как вызов, нужно родиться игроком. Шестилетний Джеймс опустил однофранковую монетку в игровой автомат и сорвал полный банк. В 16 лет он поставил 10 фунтов на скаковую лошадь и выиграл 8 тысяч. Бросил школу, купил машину и укатил в Оксфорд. Нет, не учиться, а прожигать ночи за карточным столом в студенческих клубах и ухаживать за девушками - это два любимых занятия в жизни сэра Джеймса, к которым со временем он добавил удушение деловых конкурентов и политических противников. «Когда я дерусь, я дерусь с ножом» - любимая его поговорка.


Не подумайте только, что Джимми был сверхъестественным везунчиком: карточные долги за два года достигли столь неприличных размеров, что отец согласился погасить задолженность только в обмен на службу сына в армии.


Военная карьера Джимми не приглянулась, и при первой возможности он передислоцировался на французскую родину (он родился в Париже 26 февраля 1933 года). Там он продолжал свой игорно-кадрильный марафон до тех пор, пока не познакомился с юной Марией Изабеллой Патиньо, в которую влюбился по уши. Наивная девушка представила потенциального зятя своему батюшке, боливийскому металлургическому магнату и одному из богатейших людей планеты дону Антенору Патиньо, который, увы, продемонстрировал прискорбную недооценку тектонических сдвигов, произошедших в европейской цивилизации: «Молодой человек, - процедил сквозь зубы дон Антенор, - мы происходим из старинной католической семьи, и не в наших традициях родниться с евреями». Ответ 20-летнего Голдсмита вошел в анналы: «Вот и замечательно! А я происхожу из старинной еврейской семьи, и не в наших традициях родниться с краснокожими!»


Разъяренный магнат выслал дочь из Франции в Алжир под присмотр дуэньи. Голдсмит арендовал чартерный самолет и последовал за возлюбленной. Патиньо вернул Марию Изабеллу в Париж. Голдсмит выследил ее, склонил к побегу и увез в Шотландию, где для вступления в брак не требуется родительское благословение. Патиньо отправил армию детективов на зачистку Эдинбурга. Три недели спустя (срок, необходимый для получения вида на жительство) Джеймс и Мария стали мужем и женой. Дон Антенор Патиньо попытался опротестовать брак в суде, потерпел поражение и в наказание лишил дочь наследства.


У водевильной истории, к сожалению, печальный конец: на седьмом месяце беременности Мария Изабелла перенесла обширное кровоизлияние в мозг и впала в кому. После кесарева сечения несчастная умерла. Семья Патиньо выкрала ребенка, однако Джеймс вернул дочь через суд.


Пережив трагедию, Голдсмит с головой ушел в бизнес. В 1955 году он учредил в Париже фармакологическую компанию Laboratoires Cassene, которую за два года довел по полного банкротства и продал. Причина неудачи была банальна, как жизнь рядового предпринимателя, - недостаточное финансирование. Во втором раунде Голдсмит решил не искушать судьбу и заручился поддержкой армии нефилимов: две новые французские компании - Laboratoires Laffort и Laboratoires Lanord - быстро пошли в гору. В это же время (конец 50-х) в Британии на смежном поприще орудовал Селим Зильха, выходец из старинного банковского рода. Зильха и Голдсмит сначала открыли в Лондоне компанию Ward Casson Ltd для дистрибуции продукции Laboratoires Laffort и Laboratoires Lanord, а затем разделили фронт работ: Зильха сосредоточился на рознице для беременных женщин и новорожденных, учредив всемирно известную Mothercare, а Голдсмит взял под контроль фармакологическую розницу и продажу детской мебели.


Читатель оценит первый урок успешного бизнеса Голдсмита, тем более что он находится в прямом противоречии с отечественными традициями: «Никаких совместных владений и распределенной ответственности»! Правда, что и Зильха, и Голдсмит получали финансовую подпитку из необъятных банковских ресурсов, стоявших за их спинами, однако деловые проекты реализовывали строго самостоятельно. Смысл парадигмы: «Вот тебе, Джимми, деньги, дерзай, но помни - с тебя одного и спрос будет!» Подобный подход не только в разы повышает эффективность бизнеса, но и избавляет от практически неизбежных разборок между партнерами. Что и говорить: за 600 лет «старые деньги» выработали алгоритмы, отличные от подводных камней наивного капитализма!


В 1964 году Джеймс Голдсмит учреждает новую британскую фирму Cavenham Foods Ltd., которая взрывает изнутри устоявшееся статус-кво в сфере розничной торговли продуктами питания. Шесть лет ушло на экспансию собственной торговой сети и перекупку всех самых известных продовольственных брэндов. На седьмом году пробил час Х: Голдсмит успешно провел враждебное поглощение Bovril, старинной продовольственной компании, ставшей в Великобритании нарицательным именем для говяжьей тушенки, бульонных кубиков и местного безумия под названием «beef tea» [28]. Стратегия поглощения была вполне консервативной, однако выделялась чрезвычайно высокой терпимостью риска: флибустьер раз за разом повышал ставку, всем своим видом демонстрируя безграничность финансовой подпитки за спиной и готовность идти до любого конца. Захватив Bovril, Голдсмит оставил себе торговую марку и сразу же распродал все подразделения компании, по самым скромным подсчетам, срубив два конца на выходе.


Обратной стороной медали стал полный разрыв Голдсмита с британским общественным мнением: воитель-нефилим на долгие годы превратился в синоним бездушного и безнравственного империалиста, презирающего британские традиции и ценности. В 1972 году Голдсмит поглотил Allied Suppliers, четвертую по размеру британскую сеть розничной продовольственной торговли, после чего переметнулся за океан. В декабре 1973-го Cavenham Holdings объявила о поглощении Grand Union, сети американских супермаркетов, занимающей 10-ю строчку в рейтинге.


1976 год явил собой уникальную иллюстрацию причудливости подводных течений современного британского общества: вопреки феноменально низкому социальному рейтингу в глазах общественности Голдсмит был посвящен в рыцари! Будто для усиления контроверзы, новоиспеченный сэр Джеймс сразу же начал неслыханную судебную кампанию против самого популярного английского сатирического журнала Private Eye. В течение 1976 года юристы Голдсмита зарегистрировали в суде 60 (!) исков о клевете против журнала и его распространителей, едва не засадив за решетку главного редактора Ричарда Инграмса. Лишь «Золотые яйца», специальный фонд поддержки читателей, созданный для борьбы с «сэром Джеймсом Рыбная Паста» (кличка Голдсмита в публикациях журнала), спас Private Eye от банкротства.


В 1977-м Джеймс Голдсмит вторично разочаровался в Туманном Альбионе и перенес штаб-квартиру Cavenham Holdings во Францию. После быстролетного и малоуспешного заигрывания с издательским бизнесом (1977 - покупка еженедельника «L’Express», 1979 - учреждение британского журнала «NOW!») Голдсмит вернулся к привычному заплечному ремеслу, снискав в 80-е титул «короля корпоративных рейдеров» [29]. Карл Икан, Ти Бун Пикенс, Сауль Штейнберг, Иван Бойски - дети по сравнению с сэром Джеймсом Голдсмитом, если учитывать беспощадность и цинизм, проявленные при поглощении структур «старого бизнеса».


Предвижу скепсис в связи с предложенной мною иерархией рейдерского бизнеса, однако полагаю, что небольшой иллюстрации окажется достаточно. «Великий» Иван Бойски после долгого обивания порогов добился аудиенции у сэра Джеймса и, желая произвести самое положительное впечатление, посвятил большую часть беседы живописанию масштабов собственной благотворительной деятельности. Эффект оказался прямо противоположным: обаятельному нуворишу отказали в продолжении каких бы то ни было контактов, а единственным обоснованием абдикации стала фраза, брошенная Голдсмитом своему соседу по случайной оказии: «Бойски вылез из водосточной канавы». Поистине, нефилимы - особая раса.


Рейдерские демарши Голдсмита поражают размахом: Diamond International, St. Regis, the Continental Group, Colgate-Palmolive, Crown Zellerbach, Goodyear Tire amp; Rubber, Pan Am. Технически «наезды» проводились от имени разветвленной сети подставных офшорных холдингов, подчиненных, в свою очередь, Лихтенштейнскому фонду Brunneria, принадлежащему семейству Голдсмитов. Схема поглощения выстраивалась вполне академично: стволовой бизнес захваченной компании реструктурировался, а непрофильные ответвления распродавались с прибылью. Ирония в том, что подобные операции объективно способствовали санации старинных американских компаний, утративших былую эффективность из-за избыточной диверсификации.


Блестящей иллюстрацией санитарных функций рейдерства служит история Goodyear Tire amp; Rubber (Акрон, штат Огайо), компании, нарастившей на каркас головного шинного производства обширнейшие неэффективные активы в нефтяной, газовой, трубопроводной и даже ракетостроительной областях. Когда в 1986 году Голдсмит молниеносным выпадом скупил 11% акций GT (NYSE) на открытом рынке, Goodyear собственноручно принялась реализовывать программу рейдера, избавляясь в спешном порядке от непрофильных активов!


В момент, когда Голдсмит отказался от планов поглощения, Goodyear уже избавилась от балласта и превратилась в динамически развивающуюся профильную компанию, поэтому из передряги все стороны вышли довольными: китайцы заполучили секретные ракетные технологии, жители Огайо утолили патриотический голод («Наконец-то мы выперли этого вонючего подонка!» - торжественно заявил мэр города Аркона), а Голдсмит заработал 93 миллиона долларов, реализовав на бирже по текущим котировкам 11% акций GT!


Заокеанская гастроль сэра Джеймса завершилась в 1987 году. Гвардеец нефилимов реализовал все свои акции аккурат накануне Черного Понедельника (19 октября), ибо, как писано еще в Книге Еноха: «Азазел научил людей видеть, что было позади них» [30]. Маленькое дополнение: падший ангел обучал не всех людей подряд, а лишь детей своих - титанов-нефилимов!